Крутой поворот

Глава 1

Утро началось, как обычно, с опоздания.

Я влетела в свою старую, видавшую виды «Ладу Калину», бросив сумку на пассажирское сиденье, где она тут же сползла на пол, вывалив половину содержимого. Карандаши, блокнот, пара чертежей и, конечно, мой любимый батончик, который я так и не доела вчера.

«Ирина, соберись!» – мысленно рявкнула я на себя, пытаясь одновременно завести машину и подключить телефон к громкой связи.

Сегодня был тот самый день, когда я должна была представить проект жилого комплекса на совещании, а я, как назло, проспала. Опять.

– Лен, ты на связи? – крикнула, когда динамики машины наконец выдали знакомый голос подруги.

– Ирка, ты где? Опять в пробке? – Ленка, как всегда, звучала так, будто уже выпила три чашки кофе и готова свернуть горы. Я же чувствовала себя так, будто эти горы свалились прямо на меня.

– Не в пробке, а в агонии, – буркнула, выруливая на дорогу. – Будильник не сработал, убежал, а теперь еще и эта чертова машина глохнет на каждом светофоре. Если я сегодня опоздаю на презентацию, Саныч меня сожрет.

– Саныч твой начальник? Тот, что похож на старого бульдога? – Ленка хихикнула. – Слушай, он же тебя обожает. Ты ж у него звезда, архитектор от бога!

– Ага, звезда, которая вечно опаздывает и борется с лишним килограммами, – я закатила глаза, хотя Ленка этого не видела.

Мои карие глаза, которые, по словам мамы, «выразительные, как у лани», сейчас наверняка выражали только панику. Посмотрела в зеркало заднего вида: длинные темные волосы растрепались, несмотря на то, что я полчаса их укладывала.

И, конечно, пятно от помады на блузке красовалось прямо на груди, как будто я специально его туда прилепила.

Идеально, Ирка, просто идеально.

– Слушай, а как там твой Павел? – Ленка сменила тему, и я почувствовала, как щеки начинают гореть.

Павел. Мой коллега, мой секрет, моя слабость.

Высокий, с этими его дурацкими очками в роговой оправе, которые делали его похожим на какого-то интеллигентного хипстера. Мы с ним уже три месяца играли в эту игру – тайные взгляды в офисе, украдкой отправленные сообщения, редкие вечера, когда мы оставались после работы, чтобы «обсудить проект».

Никто в бюро не знал. И я собиралась держать это в секрете, пока Павел не получит повышение.

Он был на хорошем счету, и я не хотела, чтобы сплетни испортили ему карьеру. Или мне.

– Лен, не начинай, – постаралась звучать строго, но голос предательски дрогнул. – Он… ну, все нормально. Вчера опять до полуночи сидели над чертежами. Он такой… внимательный, знаешь? Но я все время думаю, что я ему не подхожу. Ну, ты понимаешь. Он весь такой подтянутый, а я… – замолчала, чувствуя, как привычная волна неуверенности накатывает.

Лишний вес, который  уже было не спрятать под свободными блузами, был моим вечным врагом. Я не то чтобы сильно переживала, но в голове всегда крутилась мысль: «А что, если ему со мной не так хорошо? А что, если я для него не такая уж и красивая?»

– Ирка, прекрати, – Ленка буквально рявкнула в трубку. – Ты шикарная. У тебя грудь, за которую половина города готова убить, и бедра, как у какой-нибудь богини. А Павел твой, если он не дурак, должен молиться на тебя. Так что не выдумывай.

Хмыкнула, но в душе стало чуточку теплее. Ленка всегда знала, как меня подбодрить. Я уже хотела ответить, как вдруг черная тень метнулась через дорогу.

Кошка!?

Инстинктивно ударила по тормозам, но… ничего.

Педаль ушла в пол, как будто я давила на воздух. Сердце ухнуло куда-то в желудок, а машину повело влево. Я вцепилась в руль, пытаясь выровнять «Калину», но она, как назло, не слушалась.

Впереди мелькнула блестящая черная иномарка – то ли BMW, то ли что-то еще круче, я в машинах не разбираюсь. Удар был не сильный, но звонкий.

Моя «Лада» ткнулась носом в задний бампер этой красавицы, и я услышала, как что-то хрустнуло. Кажется, это был мой бампер.

Или моя жизнь.

– Ирка, что за шум?! – завопила Ленка в трубке. – Ты жива?

– Жива, – простонала, откидываясь на сиденье. Голова гудела, но я была цела. Машина, похоже, тоже пережила этот кошмар. А вот настроение… оно умерло окончательно.

Дверь иномарки распахнулась, и оттуда выскочил мужчина. Высокий, с темными волосами, аккуратно уложенными, как будто он только что вышел из салона. Он даже не посмотрел в мою сторону, сразу бросился осматривать задний бампер своей машины.

А потом началось.

– Да что ж это такое! – заорал он, размахивая руками. – Кто так водит, черт возьми?! Это «Мерседес», а не какая-то там телега! Ты хоть понимаешь, сколько стоит этот бампер?!

Почувствовала, как во мне закипает злость.

Он даже не удосужился посмотреть и все ли с водителем хорошо, кто вообще за рулем, а уже орет, как будто я специально решила испортить ему утро.

Ну уж нет, дорогой, со мной этот номер не пройдет.

Я выросла в районе, где, если не дашь сдачи, тебя просто затопчут.

Опустила окно, и его тирада резко оборвалась. Мужчина наконец посмотрел на меня, и я заметила, как его глаза – темные, почти черные – расширились от удивления.

А еще на его белоснежной футболке расплывалось огромное кофейное пятно. Похоже, мой удар заставил его пролить свой латте. Я невольно хмыкнула.

– Что, кофе горячим был? – язвительно спросила, вылезая из машины, упирая руки в бока. – Может, стоит смотреть на дорогу, а не в свой телефон? Или ты думаешь, что твой «Мерседес» дает тебе право орать на всех подряд?

Мужчина замер, явно не ожидая, что я дам отпор. А я уже вошла в раж. Адреналин бил в голову, и я была готова разнести его вместе с его дорогущей тачкой.

– Слушай, я не виновата, что у меня тормоза отказали! – продолжала, откидывая волосы на сину. – И вообще, это ты подрезал меня! Если бы не эта чертова кошка, я бы вообще не жала на педаль!

– Кошка? – он прищурился, я заметила, как уголок его губ дернулся, будто он сдерживает улыбку. – Ты серьезно? Кошка виновата в том, что ты врезалась в мою машину?

– А что, мне теперь за каждой кошкой гоняться? – огрызнулась я. – Может, ты еще скажешь, что я специально в тебя влетела, чтобы познакомиться?

Он фыркнул, и я поняла, что попала в точку.

Этот тип явно привык, что на него вешаются все подряд. Ну, не на ту напал.

Скрестила руки на груди, стараясь не думать о том, что моя кофточка с пятно от помады выглядит не лучше его футболки.

– Слушай, как тебя там… – он замялся, явно не зная моего имени.

– Ирина, – бросила я, гордо вскинув подбородок. – Ирина Владимировна. А тебя?

– Тимур, – ответил, его голос стал чуть мягче. – Слушай, Ирина Владимировна, я не хотел орать. Просто… это утро, знаешь, мягко говоря, не задалось.

– О, поверь, у меня оно тоже не сахар, – я закатила глаза. – Но я хотя бы не ору на всех подряд из-за пустяковой царапины.

– Пустяковая? – он снова посмотрел на свой бампер, и я почти услышала, как он мысленно подсчитывает стоимость ремонта. – Ладно, давай разберемся спокойно. Страховка есть?

– Есть, – буркнула, чувствуя, как злость постепенно уходит.

Тимур, несмотря на свой выпендрежный «Мерседес» и испорченную футболку, выглядел не таким уж плохим. Может, даже симпатичным.

Но я тут же отогнала эту мысль. У меня есть Павел. И работа, на которую я уже катастрофически опаздываю.

– Ирка, ты там жива? – снова раздался голос Ленки из машины. Я забыла, что она все еще на линии.

– Жива, Лен, – крикнула я. – Но, похоже, вляпалась по полной.

Тимур посмотрел на меня с любопытством, и я поняла, что этот день только начинается.

И что-то подсказывало мне, что этот «крутой поворот» будет не последним на сегодня.

Глава 2

– Тимур, я серьезно, – голос отца в трубке был, как всегда, тяжелый, будто он не сынка отчитывает, а приговор выносит. – Никаких выходок. Первый день в офисе – и чтобы ни одного увольнения. И, ради бога, держи себя в руках. Не хватало еще, чтобы ты там кого-нибудь обрюхатил и мне потом разгребать.

Будем знакомы, Тимур Артемович Каримов, 33 года, холостяк с репутацией, которую отец называет «позором рода», закатил глаза, сидя в своем новеньком «Мерседесе». Машина мягко урчала, пока я ехал по улицам этого захолустного городишки, куда меня сослал папаша.

– Да понял я, отец, – буркнул, потирая виски. – Никого не уволю, никого не… ну, ты понял. Буду паинькой.

– Паинькой, – фыркнул он. – Докажи, что ты не только по клубам скакать умеешь. И помни про дочку Рустама. Ее компания – твой шанс вырваться из-под моей опеки. Договорной брак, Тимур. Подумай.

Отключил звонок, бросив телефон на пассажирское сиденье. Договорной брак. Ну конечно. У отца есть друг, друга – дочка, а у дочки – строительная у компания, которой нужен «грамотный руководитель».

То есть я. Или тот, кто женится на этой самой дочке.

«Если припрет, женишься» – сказал отец, и я до сих пор не понял, шутил он или нет.

Спал я часа три, потому что перелет, смена часовых поясов и эти нотации выжали из меня все. Кофе в термокружке, купленный в единственной приличной кофейне на въезде в город, был моим спасением.

До гостиницы, где я временно поселился, оставалось минут десять. Я уже представлял, как приму душ, переоденусь и явлюсь в офис, чтобы всех там ошеломить своим обаянием.

Или хотя бы не облажаться.

И тут – бац!

Машина дернулась, кофе выплеснулся из кружки прямо на мою белую футболку, а я чуть не подавился собственным возмущением.

Кто-то врезался в мой «Мерседес»!

В зеркале заднего вида мелькнула ржавая «Лада», будто из прошлого века.

– Ну все, приехали, – процедил сквозь зубы, чувствуя, как злость закипает.

Это мой первый день, моя новая машина, мой шанс доказать отцу, что я не просто мажор, который тратит его деньги на вечеринки и девиц. А теперь какой-то идиот решил испортить мне и без того не радужное утро!

Выскочил из машины, даже не взглянув на водителя этой рухляди. Бампер «Мерседеса» выглядел не так уж плохо – пара царапин, но сам факт! Это же «Мерседес», черт возьми!

– Да что ж это такое! – заорал, размахивая руками. – Кто так водит?! Это «Мерседес», а не какая-то телега! Ты хоть понимаешь, сколько стоит этот бампер?!

Я все еще не смотрел на водителя, все мое внимание было на царапинах. Но тут окно «Лады» опустилось, и я услышал голос.

Женский. Резкий, с сарказмом, от которого я замер.

– Что, кофе горячим был? – бросила девушка, и я наконец поднял глаза.

И… чуть не забыл, как дышать.

За рулем сидела брюнетка с длинными темными волосами, собранными в высокий хвост, как в какой-то соблазнительной рекламе. Карие глаза сверкали, будто она готова была сжечь меня одним взглядом.

А ее грудь… Ох, это было нечто. Кофточка, слегка помятая, обтягивала упругие полушария так, что я на секунду забыл про свой испорченный "Мерседес".

Девушка вышла из  машины, а я чуть было не забыл закрыть рот.

Эти формы, эти бедра, этот вырез…

Поймал себя на мысли, что хочу провести рукой по ее талии, просто чтобы проверить, настоящая ли она.

«Так, Тимур, возьми себя в руки» – мысленно рявкнул на себя, но, черт, это было сложно. 

Она была не из тех худосочных моделей, что вечно липли ко мне в Москве. Нет, эта женщина была… настоящей. Сочная, живая, с телом, которое, казалось, создано, чтобы дразнить воображение.

– Может, стоит смотреть на дорогу, а не в свой телефон? – продолжала она. – Или ты думаешь, что твой «Мерседес» дает тебе право орать на всех подряд?

Открыл рот, но слова застряли.

Она стояла передо мной, уперев руки в бедра, это движение только подчеркнуло ее формы. Я невольно представил, как эти бедра покачиваются, если она идет по офису, как эта кофточка натягивается, когда она наклоняется над столом…

«Стоп, Тимур, ты же обещал отцу» – напомнил я себе, но в голове уже крутились картинки, которые точно не предназначались для семейного просмотра. 

Она была как вызов, как запретный плод, который хочется сорвать, несмотря на все обещания.

– Слушай, я не виновата, что у меня тормоза отказали! – продолжала девушка, ее голос был как выстрел. – И вообще, это ты подрезал меня! Если бы не эта чертова кошка, я бы вообще не жала на педаль!

– Кошка? – прищурился, не удержавшись от усмешки. – Ты серьезно? Кошка виновата в том, что ты врезалась в мою машину?

Она фыркнула, и я заметил, как щеки слегка покраснели. От злости, конечно, но, черт, это было так сексуально.

Я вдруг поймал себя на мысли, что эта ссылка в захолустье, возможно, не будет такой уж скучной. Если тут водят такие женщины, с такими глазами и такими… формами, то я, пожалуй, переживу пару месяцев без столичных вечеринок. И, может, даже получу удовольствие.

– А что, мне теперь за каждой кошкой гоняться? – огрызнулась она. – Может, ты еще скажешь, что я специально в тебя влетела, чтобы познакомиться?

Я чуть не рассмеялся. Эта мысль, честно, мелькнула.

Не то чтобы я был таким уж самовлюбленным, но в Москве девицы частенько придумывали трюки, чтобы привлечь мое внимание.

А эта? Она явно не из таких. Она смотрела на меня так, будто готова была придушить меня прямо тут. И, черт возьми, мне это нравилось.

Я представил, как она, вся такая же яростная, прижимается ко мне в каком-нибудь темном уголке, ее губы так же остро выговаривают мое имя…

«Тимур, прекрати» – снова одернул я себя, но было поздно. Моя фантазия уже унеслась куда-то не туда.

– Слушай, как тебя там… – начал я, пытаясь вернуть разговор в нормальное русло.

– Ирина, – бросила она, вскинув подбородок, как будто бросая мне вызов. – Ирина Владимировна. А тебя?

– Тимур, – ответил я, и мой голос стал мягче, чем я хотел. – Слушай, Ирина Владимировна, я не хотел орать. Просто… утро, знаешь, мягко говоря, не задалось.

Она закатила глаза, и я заметил, как ее губы дрогнули, будто она сдерживает улыбку.

«О, да ты не такая уж и злая, дикая кошечка» – подумал, чувствуя, как настроение выправляется.

Кофейное пятно на футболке все еще раздражало, но, глядя на эту нимфу, на ее пылающие щеки и эти манящие изгибы, я решил, что это пустяки. Отец, конечно, убил бы меня за такие мысли в первый же день, но, черт возьми, эта женщина стоила того, чтобы нарушить пару обещаний.

– О, поверь, у меня оно тоже не сахар, – ответила она, и в ее голосе мелькнул сарказм. – Но я хотя бы не ору на всех подряд из-за пустяковой царапины.

– Пустяковая? – посмотрел на бампер, мысленно подсчитывая стоимость ремонта.

Но, честно, в этот момент мне было не до машины. Эта дикая кошечка стояла передо мной, скрестив руки, отчего ее грудь стала еще заметнее, и я поймал себя на мысли, что хочу узнать, каково это – провести пальцами по ее коже, почувствовать тепло ее тела…

«Тимур, ты идиот» – снова мысленно выругался, но остановиться уже не мог.

– Страховка есть? – спросил, стараясь звучать деловито, хотя в голове крутились совсем другие мысли.

– Есть, – буркнула она, бросив взгляд на мою футболку. Кажется, она тоже заметила кофейное пятно. Ну, что ж, Ирина Владимировна, один-один.

Из ее машины раздался женский голос, и я понял, что она на громкой связи с кем-то. Подруга? Неважно. Главное, что это утро, несмотря на кофе и царапины, стало безумно интересным.

Я посмотрел на Ирину, на ее горящие глаза, на эти формы, которые, клянусь, будут сниться мне сегодня ночью, и подумал, что этот городишко, возможно, не так уж плох.

А что до договорного брака… ну, отец подождет. У меня тут намечается кое-что поинтереснее.

Глава 3

Влетела в офис, как ураган, с сумкой, которая, кажется, весила больше меня самой. Часы на телефоне издевательски показывали, что я опоздала на добрых пятнадцать минут.

Саныч, мой начальник, похожий на старого бульдога с хроническим недовольством, точно меня сожрет. Презентация проекта жилого комплекса должна была начаться через пять минут, а я выглядела так, будто только что пережила апокалипсис.

Кофейное пятно на кофточке, растрепанные волосы, потекший макияж – браво, Ирина Владимировна, ты просто королева утра.

Метнулась в подсобку, где у меня в шкафу всегда лежал запасной комплект одежды. На случай, если, как сегодня, жизнь решит подкинуть мне сюрприз в виде отказа тормозов и аварии. Вытащила чистую блузку – белую, с небольшим вырезом, который, как я надеялась, не будет слишком уж подчеркивать мою грудь.

Юбка до колен, черная, классическая, и туфли на невысоком каблуке – мой стандартный офисный доспех. Но, натягивая блузку, я почувствовала, как ткань предательски тянет в районе груди и талии. Юбка тоже сидела плотнее, чем я помнила.

«Когда я в последний раз ходила по магазинам?» – мелькнула мысль, но я тут же отмахнулась. 

Некогда. Всегда некогда.

А еще этот дурацкий голос в голове, который шептал: «Ирка, ты опять поправилась. Скоро в дверь не пролезешь» 

Глубоко вдохнула, пытаясь заглушить эту чушь, но комплекс, мой вечный спутник, уже поднял голову. Лишние килограммы, которые я старалась прятать под свободной одеждой, снова напомнили о себе.

Посмотрела в маленькое зеркало на дверце шкафа: длинные темные волосы, карие глаза, которые мама называла «выразительными», и фигура, которая, ну… скажем так, была далека от модельных стандартов.

«Ну и пусть» – мысленно огрызнулась я. – «Зато я чертежи рисую лучше, чем любая тощая манекенщица»

Выйдя из подсобки, направилась к кофе-машине, где уже стояла Анжелика.

О, Анжелика.

Худая, как тростинка, с талией, которую, кажется, можно обхватить двумя пальцами. Она стояла, потягивая эспрессо и держа в руке булочку с корицей, от одного вида которой у меня уже, кажется, прибавился килограмм.

За все годы, что я ее знала, эта особа ни на грамм не поправилась. Ест булки, пьет кофе с тремя ложками сахара, и хоть бы что. А я? Я от одного запаха выпечки, похоже, уже округляюсь. Анжелика бросила на меня взгляд, и ее губы растянулись в той самой улыбочке, от которой у меня чесались кулаки.

– Ирка, опять опоздала? – пропела она, откусывая кусочек булочки. – Саныч уже спрашивал, где его звезда. Хотя, глядя на тебя, я бы сказала, что ты скорее… комета. Большая такая, яркая.

Стиснула зубы.

Анжелика всегда знала, куда ткнуть. Ее вечные подколки про мой вес были как иголки – мелкие, но больно кололи. Но я выросла в районе, где за такие слова можно было схлопотать по лицу, и, честно, иногда я была близка к тому, чтобы врезать ей.

Но нет, Ирина, держись. Ты же профессионал. К тому же с Анжелкой можно не рассчитать силы и убить насмерть.

– Анжелика, лучше жуй свою булочку, пока она у тебя не отросла где-нибудь, – бросила я, наливая себе кофе. – А то, знаешь, не всем идет твой стиль «скелет в обтяжку».

Она фыркнула, но глаза сузились. О, да, попала. Отвернулась, чтобы скрыть довольную ухмылку, и сделала глоток кофе. Горячий, крепкий – как раз то, что нужно, чтобы пережить этот день. Но Анжелка не унималась.

– Слушай, Ир, тебе бы в спортзал записаться, – продолжила она, будто невзначай. – А то твои юбки скоро начнут трещать по швам. Это ж не дело для архитектора, правда?

Сжала чашку так, что пальцы побелели.

«Не врежь ей, Ирка, не врежь» – повторяла я про себя, как мантру. 

Вместо этого я повернулась и выдавила самую ядовитую улыбку, на которую была способна.

– А тебе, Анжел, стоит записаться на курсы такта. Хотя, боюсь, даже там тебе не помогут, – сказала я, ставя чашку на стол. – И, знаешь, мои юбки хотя бы есть на чем носить. А твои? Они просто висят, как на вешалке.

Анжелика открыла рот, но не успела ответить – в дверной проем заглянул Павел. Мой Павел. Высокий, в своих дурацких очках в роговой оправе, которые делали его похожим на какого-то профессора из романтической комедии.

Он бросил на меня быстрый взгляд, и я почувствовала, как сердце сделало лишний скачок. Мы держать наш роман в тайне, но каждый раз, когда он смотрел на меня вот так, я боялась, что все в офисе догадаются.

– Ира, пора, – сказал мужчина, поправляя очки. – Саныч уже в конференц-зале, все уже собрались. И, э… ты в порядке?

– В полном, – буркнула, чувствуя, как щеки снова начинают гореть. – Иду.

Забежала в кабинет, схватила сумку, на ходу закручивая волосы в пучок. Пальцы дрожали, но я справилась, воткнув шпильку в волосы. Надела очки, прижала к друди папку с чертежами и макет жилого комплекса, который мы с Павлом готовили до полуночи. Ну, как готовили, мы старались конечно, но часто отвлекались на поцелуи.

В коридоре я остановилась, глубоко вдохнула, пытаясь собраться.

«Ты справишься, Ирина. Ты всегда справляешься» – мысленно подбодрила я себя. И, расправив плечи, шагнула в конференц-зал.

Внутри уже сидели коллеги, Саныч восседал во главе стола, хмурый, как всегда. Быстро разложила чертежи, подключила ноутбук к проектору и начала презентацию.

Слайды сменялись один за другим, я говорила о концепции жилого комплекса, о том, как мы учли экологические стандарты, как продумали инфраструктуру. Голос звучал уверенно, хотя внутри все еще бурлил адреналин от утренней аварии.

Я почти забыла про того наглого красавчика с «Мерседесом», про его темные глаза и кофейное пятно на футболке.

Почти.

На середине презентации дверь конференц-зала скрипнула и открылась. Я бросила взгляд в ту сторону, и… черт возьми, мои ноги чуть не подкосились.

В дверях стоял он. Тимур.

Тот самый Тимур, которому я утром врезалась в бампер. Только теперь он был не в испачканной футболке, а в идеально сидящем темно-синем костюме, белой рубашке и с таким ароматом парфюма, который, кажется, долетел даже до меня через весь зал.

Он выглядел… слишком хорошо.

Черные волосы аккуратно уложены, легкая щетина подчеркивала резкие скулы, а глаза – те самые, темные, почти черные – скользнули по залу и остановились на мне. В горле у меня пересохло моментально.

– Кто пусти постороннего? – вырвалось у меня громче, чем я хотела. Все головы повернулись ко мне, а Саныч закашлялся, будто подавился воздухом.

Тимур поднял бровь, уголок его губ дернулся в той самой полуулыбке, от которой мне захотелось одновременно провалиться сквозь землю и врезать ему. Он шагнул вперед, протянул руку Санычу, который, к моему удивлению, встал и крепко ее пожал.

– Коллеги, – начал Саныч, прочистив горло. – Позвольте представить. Тимур Артемович Каримов, наш новый руководитель.

В зале повисла тишина.

Ноги стали ватными.

Новый руководитель? Кофейный хлыщ? Который орал на меня из-за царапины на бампере?

Мой мозг отказывался это принимать. Коллеги переглядывались, кто-то шепотом переговаривался, а я стояла, как громом пораженная, сжимая указку так, что она, кажется, вот-вот треснет.

– Кто? – вырвалось у меня, и я тут же пожалела. Голос прозвучал слишком по-свойски, почти дерзко. Тимур посмотрел на меня, и его глаза, клянусь, сверкнули. Не злостью, а… чем-то еще.

Черт, Ира, соберись.

– Руководитель, ваш новый руководитель, Ирина Владимировна, – голос был таким спокойным, что мне захотелось закричать. – А вы, похоже, презентуете. Продолжайте, я весь внимание.

Он сел в кресло рядом с Санычем, я почувствовала, как все взгляды в зале устремились на меня. Павел кашлянул, глядя куда-то в сторону, Анжелика хмыкнула, а я… я просто хотела провалиться сквозь пол.

Но вместо этого я глубоко вдохнула, поправила очки и продолжила презентацию, стараясь не смотреть на Тимура. Но его взгляд, клянусь, я чувствовала кожей. Надо было сегодня не ходить на работу.

Глава 4

Наконец-то остался один в своем новом кабинете. Ну, как кабинете – коробка с окном, видом на унылые панельки и столом, который, кажется, пережил еще советские пятилетки.

Александр Александрович или как просто все его называют Саныч, мой зам, похожий на бульдога с хроническим похмельем, только что ушел, оставив меня с кучей папок и запахом дешевого офисного кофе, который все еще витал в воздухе.

Секретарь Анжела – тощая блондинка, за последние полчаса трижды заходила с вопросом: «Тимур Артемович, кофе? Чай? Может, водички?»

Я уже начал подозревать, что она либо одержима кофеином, либо просто хочет, чтобы я утонул в жидкости.

«Нет, Анжела, спасибо, я уже пропитался кофе насквозь» – в третий раз буркнул, она, наконец, оставила меня в покое. Хотя, честно, от этого кофе меня уже подташнивало. Особенно после того, как я утром пролил половину термокружки на свою футболку благодаря той самой знойной брюнетке.