Перекрыть

Глава 1

Изогнутые стволы сосен замерли в немом поклоне перед идущим, густой туман сплошной пеленой окутал мрачный лес. Путник боязливо оглянулся, будто не хотел быть застигнутым кем-то или чем-то врасплох, и неспешно ступил по внезапно возникшей тропе, осторожно ощупывая босыми ногами рыхлую почву. Вдруг наступила абсолютная темнота, словно кто-то выключил свет. Ветер тут же усилился, направление его заколебалось между северо-западным и северо-восточным. Остановившись, мужчина застыл на месте в мучительном ожидании. Спустя несколько минут темноту противно прорезал громкий крик, похожий на бешеное мяуканье огромного кота. Странник закрыл руками уши и зажмурил глаза, нечто быстрое пронеслось мимо него. Вскоре былая храбрость вернулась. Мужчина решил продолжить путь и открыл глаза.

Вдали на развилке появился едва различимый тусклый свет.

На миг показалось, что впереди его поджидает нечто сознательное, это нечто манило и настаивало на своём. Но это абстрактное «своё» в подсознании путника отзывалось неумолимым приказным тоном. Словно под гипнозом, он не мог отвести взгляд от алого свечения, которое становилось ярче с каждым его шагом. С каждым новым вздохом, что неизменно становился тяжелее предыдущего. С каждой секундой, проведённой в этом безлюдном и, казалось бы, бесконечном рубиновом коридоре. С очередным мгновением под властью томящего ожидания, причину которого мужчина найти не смог.

Странник неспешно приближался к сгустку света на развилке, и каждый его шаг деревья, более походящие на рыболовные крючки, встречали всё более предостерегающим покачиванием. Чем явственнее сокращалась дистанция, тем более человекоподобным становилось то, что терпеливо ожидало впереди. Несколько осторожных шагов, и издали безликое пятно приняло чёткие очертания бледно-размытого силуэта, словно написанного на старой картине, краски которой уже порядком успели выцвести. Если ранее мужчине мерещилось, что впереди лишь сгусток алого света, то сейчас видел впереди что-то похожее на человека, но не являющееся им. На душе становилось всё тревожнее, хотелось одного – убежать в противоположном направлении. Пускай там непроглядная тьма, но он был готов поклясться – там в разы безопаснее.

Но желанию сойти с пути не дано было сбыться, с этого момента ноги больше не принадлежали своему хозяину, вопреки его воле они, ведомые чем-то иным, рванули к развилке. Происходящее вдруг ощутилось вполне естественным, страх, что сопровождал мужчину с начала пути, рассеялся. Быстро добежав до зовущей его подсознание фигуры, мужчина зажмурился. Свет, внезапно вспыхнувший от неё, оказался слишком непривычным для человека, что длительное время блуждал во мраке. Но спустя несколько секунд любопытство взяло верх, и путник смело взглянул на то, что так требовательно зазывало его. Его сознание постепенно прояснялось, вместе с ним редел и окутавший лес туман.

Перед ним однозначно стоял не человек, скорее багровый манекен без лица и одежды, но при этом с тёмными кудрявыми волосами, такими же, как и у самого путника. Они хаотично развевались, то и дело прикрывая место, где должны были быть глаза. Хотя эти пряди и были густыми, они, сдвигаясь при каждом дуновении ветра, не могли полностью скрыть нечто блестящее. Нечто, но точно не глаза.

Ветер затих, абсолютная тишина усиливала тягость минутного промедления, но стремление поправить локоны и узнать, что кроется под ними, было невозможно контролировать. И в попытке дотянуться до непостижимого, рука непроизвольно дёрнулась вперёд. Внезапно человекоподобное существо, ранее казавшееся задеревеневшим, вмиг ожило. Резким движением оно схватило мужчину за горло и рывком притянуло к себе с такой силой, что последний едва не расстался с жизнью.

Сердце колотилось безумным барабаном, но отчаяние не придавало сил. А оттого, что несчастный не мог выразить чувства словами, стало ещё страшнее. Сдерживаемые до этого эмоции вспыхнули с новой силой. Озверевшее существо душило путника, и, несмотря на отчаянные попытки разжать длинные костлявые пальцы, хватка монстра оставалась мёртвой. Теряя сознание, мужчина упёрся ладонями в его голову, пытаясь оттолкнуть, но и это не помогало. Лицо его побагровело, глаза налились кровью, гримаса боли исказила обычно неподвижные губы, и он лишился сознания.

В который раз повторяется подобное? В который раз он оказывается в руках нечистой силы?

Говорят, что находясь при смерти, вся жизнь проносится перед глазами. Если это действительно так, то всё, прожитое непутёвым странником – лишь беспроглядный мрак. Будто медленно погружаешься в болото, но поделать с этим ничего не можешь. А всё вокруг неистово кричит: «Не делай резких движений! Осмотрись по сторонам, хватайся за траву, ветвистый куст, за кочку. Если трава вырывается с корнем, всё равно тащи её под себя и тянись дальше». Но что делать, если ты уже вроде как и привык проваливаться, да и топь кажется совсем родной?

– Значит, вы с папой переехали навсегда? – знакомый детский голос, словно разряд дефибриллятора, возвращает мужчину к жизни. Резко распахнув глаза, он тут же встал и осмотрелся вокруг. Вязкая окружающая темнота, уже успевшая стать привычной, стала постепенно светлеть, рассеиваться. Медленно сквозь неё начали пробиваться звуки природы и стойкий запах сирени.

И вот чужак, живой и даже невредимый, очутился у невысокого забора, испуганно изучая взглядом давно позабытую местность. Разум дрожал и расслаивался. Но всё хорошо, и сейчас он в безопасности. Алое существо исчезло, и чувство страха снова постепенно отступило. Мужчина закрыл глаза и задался вопросом, зачем он здесь и почему. Впереди – дом, в котором прошло сознательное детство. Коттедж находился полностью в тени, будто специально прятался от любопытства прохожих среди старых деревьев с искривлёнными стволами, густая крона которых, казалось, смыкалась над его крышей.

– Надеюсь, мне тут нравится, не хочу возвращаться в Фосфоритный, – беседа двух приятелей продолжила разливаться эхом поблизости. Но как ни старайся, увидеть источник шума было невозможно. Но путешественник вспомнил, и теперь готов был поспорить: у девочки короткие светлые волосы с чёлкой, небрежно подстриженной по последней моде, и бледно-голубые глаза, в которых читается нескрываемый интерес к новому соседскому мальчишке – коротковолосому хулигану, нетипично худощавому для своего возраста.

– Но как же так! Там ведь твоя мама, не будешь скучать? Если бы моя была где-то далеко, я бы убежала из дома искать её, – детские голоса поблизости раздавались всё громче.

Мужчина облокотился о забор и уставшим взглядом уставился на громоздкий чемодан, стоящий у входной двери. Внимательно подслушивая разговор давно минувших лет, он с головой погрузился в воспоминания. В день знакомства у пары учеников начальной школы оказались одинаковые рюкзаки с принтом человека-паука, казалось бы, сущая мелочь, но именно любимый супергерой и свёл вместе двух маленьких беззаботных детишек. С тех пор они были очень близки и делились друг с другом абсолютно всем и всегда.

– У меня теперь новая мама. Та была злой и много пила, а папа говорит, что это не лечится.

– А эта болезнь заразная?

– Вот же глупая, конечно нет, иначе я бы не приехал!

– Августин, – скорбный голос позади пронзил своей силой устоявшуюся пелену воспоминания, остальные звуки стихли. Мужчина тотчас вздрогнул и медленно обернулся, перед ним в чёрном платье стояла девушка, чей голос он болезненно хранил в сердце. Втайне от всего мира находил мощный источник утешения в ней, проигрывал голосовые сообщения и низкокачественные видеозаписи в телефоне. Но воспоминания – не фотопленка и не запись, которую можно воссоздать одним касанием. Со временем от памятных событий остается лишь слово, а после – сотрётся и оно.

Прежде румяное лицо девушки сейчас казалось бледным, словно фарфор, зрачки чудились неестественно широкими, и от мертвеца подругу отличало лишь то, что грудь её еле заметно вздымалась. Светлые кудрявые волосы обрамляли её овальное личико с милыми ямочками на щеках. Нежная и изящная.

Августин как следует протёр глаза и, к своему удивлению, отметил, что девушка не исчезла, она до сих пор здесь, прямо перед ним. Сердце мужчины тотчас отозвалось тоской, плача и скорбя о том времени, вернуть которое было невозможно. Немного помедлив, он подошёл и нежно прикоснулся к её холодной щеке. Диана откликнулась на прикосновение, скользнув щекой по ладони. Молодая и симпатичная, несмотря на тёмные мешки под глазами. Точно такая же, как и незадолго до своего исчезновения.

Могла ли она просто исчезнуть? Быть может, её похитили? Убили? Августин приложил все силы, задействовал всех, кого только мог, но так и не смог узнать, что произошло с его первой любовью. Это мучило его сердце даже спустя шесть лет. И только в одном он был уверен, интуиция кричала – что бы ни случилось с Дианой, увидеться вне снов у них больше не получится.

– Что с тобой произошло? – первый вопрос, который он задавал всегда, когда она являлась к нему во снах, остался неизменным и сейчас.

– Сделай лицо попроще. Здесь мы могли позволить себе быть беззаботными, – Диана заметила грусть в глазах собеседника и, проигнорировав заданный вопрос, нежно обняла его. Грустно улыбнувшись, Августин устало прикрыл глаза.

«Кто-то забывает, а кто-то нет. Кто-то уходит, а кто-то остаётся. В этой природе и в этом жизненном цикле ты умираешь. А я снова один. Если бы я был одинок с самого начала, если бы я никогда никого не любил, то не испытывал бы такой сильной боли».

Мужчина повторил свой вопрос, хоть и был уверен в железной решимости девушки избегать прямого ответа.

– Я умерла.

– Кто убил тебя?

Они внимательно посмотрели друг на друга.

– Странный ты, знаешь ведь, что я не знаю, зачем спрашиваешь снова? – девушка улыбнулась, но улыбка эта получилась слишком искусственной, слишком нервной. Раньше она всегда улыбалась так, когда врала, вспомнил Августин. По крайней мере, так было при жизни.

– Ты помнишь какие-то приметы нападавшего?

– Если продолжишь эту тему, то я снова уйду.

Августин крепко задумался.

– Знаешь, если мои останки обнаружат, то я смогу переродиться… Но неужели ты больше не хочешь видеть меня? Разве не здорово иметь при себе ангела-хранителя? – Диана попыталась разрядить обстановку и снова улыбнулась, на этот раз по-другому, и сейчас действительно походила на ангела, спустившегося с небес.

– Я обязательно найду их. Чтобы ты снова могла жить. Чтобы была свободна.

– Но мне это не нужно.

В ответ мужчина промолчал и отвернулся от неё, что было красноречивее слов. Он вдруг рассердился на неё. И на себя. Окинув взглядом дом ещё раз, он вновь уставился на потрёпанный чемодан, брошенный у входа. Рядом с багажом на земле валялась пара боксерских перчаток. Они также были запачканными, а их поверхность – вся в царапинах.

– В этот день мы познакомились и решили погулять, но так разговорились, что заблудились, а наши родители места себе не находили.

– Мне было восемь, – без раздумий ответила она. – А тебе днём раньше исполнилось девять. До сих пор помню заплаканное лицо отца, когда они нашли нас. А ведь он твердил, что мужчины не плачут.

Августин утомлённо прикрыл глаза и пытался побороть в себе чувство, которое испытывал сейчас. В последний месяц воспоминания о детстве всё чаще вскрывали старые шрамы, заставляя вспоминать то, от чего он так старательно пытался сбежать. Но навязчивые мысли, как и повторяющиеся видения, не давали времени на перекур. Новые знакомые, любовь, хобби – все становилось для него временным. И лишь неведомая ранее тревога неизменно тащилась следом, словно камень, застрявший на подошве.

– Чёрт! Оно может увидеть нас, – проигнорировав последующие вопросы, девушка схватила собеседника за руку и повела к дому. И стоило им только войти, как дверь за спинами беглецов скрипнула и захлопнулась сама по себе. Диана тут же бросила тревожный взгляд вокруг себя с целью убедиться, что они здесь одни. Августин тоже проявил бдительность, сжав кулаки, стремительно пробежался по комнатам дома – мало ли какие сущности могли обосноваться здесь, поджидая гостей. Пока он проверял, в полной ли они безопасности, Диана ждала в гостиной, устало присев на подоконник.

Окна были широкие, просторные, во всех комнатах чисто и совершенно пусто. В отличие от прохлады на улице, в доме было жарко и душно. Несмотря на это, плечи девушки мелко подрагивали, и когда мужчина вернулся, то сразу же поспешил обнять её, чтобы хоть как-то успокоить и согреть. Он замер, пытаясь определить, бьётся ли её сердце. Интуиция подсказывала, что прямых вопросов и правда стоило избегать, вдруг они и правда больше не увидят друг друга.

– Знаю, ты напуган, – убедившись в том, что опасность им не угрожает, девушка уперлась лбом в грудь Августина, вздохнула и робко обняла за талию. – Но теперь тебе нужно быть ещё осторожнее.

Мужчина бессильно отодвинул её, обвёл недоверчивым помутившимся взглядом. Голова его кружилась, во рту пересохло. Девушка хранила молчание, и её невидящий взор, направленный сквозь собеседника, показался обжигающе холодным.

«И всё же как она прекрасна, – подумал Августин, тяжело выдохнув, – ей не место в этом пустом, мрачном доме. Впрочем, и мне здесь не место, да и вряд ли кому-то он придётся по душе».

Сделав над собой усилие, он попытался улыбнуться и разговорить её. Всё, лишь бы избежать томительной неловкости. Так казалось безопаснее.

– Мои кошмары всегда заканчиваются на твоём появлении. Но иногда я задумываюсь о том, что твои слова пугают меня в разы больше, чем монстры и прочая нечисть. Кто ты для меня? Благословение или проклятие? – голос Августина прозвучал тихо, искренне, серьёзно.

– Зачастую две вещи подолгу не оставляют человека в покое: любовь и разочарование, – Диана взглянула на него со смесью лёгкого беспокойства и интереса. – Нельзя взять и вышвырнуть их пинком из своего дома, словно непрошеных гостей.

– И что это значит?

Последовала пауза. А после послышался тревожный вой полицейской сирены. Сначала приглушённо, а после – настолько громко, словно машина находилась в нескольких метрах. Парочка подбежала к окну, за ним всё оставалось неизменным. Но звук фантомной машины не стихал.

Августин поморщился: терпеть его было невыносимо. Сирена воскрешала самые постыдные и неприятные воспоминания из раннего детства. Попойки матери с неизвестными мужчинами, обеспокоенные соседи, еженедельно вызывающие правоохранительные органы. Звук олицетворял все те года, которые он так тщетно пытался забыть. Звук, после которого обычно следовал звонок отца с угрозами забрать опеку. Звук, после которого его на долгие года разлучили с единоутробным братом. Сколько бы лет ни прошло, мужчина всё ещё не в силах контролировать физиологический отклик в теле, отделённый от разума.

Он перевёл взгляд на девушку и к удивлению отметил, что она была напугана в разы больше. Диана крепкой хваткой вцепилась в подоконник, её затрясло, на глазах выступили слёзы. Августин оцепенел, не зная, как реагировать. Лишь смотрел непонимающим взглядом и старался понять, какой в этой чертовщине смысл, и есть ли он.

– Ты очень внимателен к людям вокруг. Но твои глаза – нет, – речь девушки прервалась, рукой она смахнула слёзы. Посторонние звуки стихли так же быстро, как и начались, уступив место абсолютной тишине. Внезапно её лицо начало постепенно исчезать, и вскоре призрачный свет позволял оценить лишь очертания. Внезапная боль в висках заставила мужчину схватиться за голову. Картинка на мгновение размылась, но потом взгляд сфокусировался.

Очертания Дианы приняли задумчивый вид, казалось, девушке нужно было собрать всю свою смелость воедино, чтобы решиться на некое откровение.

Сейчас или никогда. И она приняла решение.

– Ты должен быть осторожен. Мне стоило предвидеть это, но я надеялась, что так далеко не зайдёт, – призрачная дама принялась расхаживать взад-вперёд, периодически поправляя светлые волосы.

– Почему ты говоришь так размыто? Я совсем не понимаю тебя.

– На это есть свои причины…

– В последнее время ты снишься мне всё чаще. Хочешь рассказать о чём-то, но вечно колеблешься. Диана, я всегда тебя уважал, но так больше не может продолжаться. Либо говори прямо, либо не являйся мне больше.

Девушка сглотнула вставший в горле ком. Молча кивнула. В воздухе стояло затишье, как будто вечер, подслушивая двоих, затаил дыхание вместе с мужчиной в ожидании ответа.

– Есть человек, что проклял тебя, продал душу за твои вечные муки. Прости меня, я и правда надеялась, что этого не произойдёт, но есть пара…

– Стоп-стоп, притормози-ка. И ты даже не скажешь мне, кто это? Просто назови имя и я разберусь, – он боялся, что она исчезнет и не успеет ответить.

– Не проси меня об этом! Если бы всё было так легко… Да, я виновата, что молчала, но скоро всё исправлю! Времени мало, но, клянусь, я постараюсь спасти вас.

– «Вас»? – непонимающе переспросил мужчина, холодок пробежал по его спине. – Кому-то еще угрожает опасность? Я знаю этих людей?

– Это твоя семья, – призрак посмотрела в горящие глаза собеседника, и ей вдруг стало не по себе.

– Да кто этот человек?! Ты не можешь поступить так со мной, не можешь поставить всю мою семью под угрозу ради… Ради чего?! Скажи же, кто это?! Я имею право знать больше, чем просто имя! – Августин не мог поверить, что это всё та же девушка, которая много лет была исключительно на его стороне. Которая поддерживала его с момента знакомства, когда столичные одноклассники насмехались над «новеньким из посёлка». Девушка, что бросала все свои дела, стоило Августину только попросить, сейчас не могла произнести то, от чего зависели жизни близких ему людей.

Ожидаемо, ответа не последовало, размытый образ постепенно тускнел, пока вовсе не исчез. Не в силах наблюдать, как Диана в очередной раз пропадает, он медленно отвёл взгляд. Его плечи ссутулились, зелёные глаза наполнились грустью и безнадёжностью, когда он повернулся лицом к выходу. Возможно, он смог услышать последние слова призрака именно потому, что развернулся: – Увидимся лично.

Мужчина покинул пустой дом. На улице его затрясло от осознания того, что в очередной раз она оставила его совершенно одного. Он так и не уловил момента, когда начал сходить с ума. Тяжело выдохнув, устремил взгляд на вечернее небо, по которому пролетела большая стая птиц, через миг превратившаяся в точку на горизонте. Подойдя к забору, он не мог не оглянуться на родное, пусть и позабытое место. В этот момент его глаза округлились, зрачки расширились. У входной двери стоял тот самый алый манекен, казалось, он появился из ниоткуда. Но страха не возникло или же на него просто не осталось сил, Августин не двинулся с места. Человекоподобное существо же оказалось поактивнее, медленно приближалось к своей жертве. На этот раз монстр решил не нападать, остановился и застыл в двух метрах от мужчины.

– Что же ты такое?

Ответа не последовало. Мужчина приблизился к нечисти, но та не реагировала, словно робот, которого отключили от сети.

– Эй! Ау!

Вдруг наступила полная темнота. Когда она рассеялась, он ужаснулся. Со всех сторон его окружили одинаковые алые манекены, их было настолько много, что невозможно обойти.

Пара секунд – и снова кромешный мрак. И тишина, нарушаемая учащённым сердцебиением. Когда она снова рассеялась, то манекенов больше не было. Они исчезли так же быстро, как и появились. Мужчина выдохнул, рукой поправляя волосы. Но как только провёл ладонью вдоль головы, то обнаружил, что часть его волос покрыта какой-то жидкостью. Вся ладонь оказалась в крови, и он пошатнулся от подступившего ужаса, но, ощупав себя с ног до головы, не смог найти раны, как и не почувствовал боли.

Несколько минут – и твёрдая земля под ногами начала постепенно превращаться в рыхлую почву, а после – в затягивающую субстанцию, и Августин почувствовал, как проваливается.

Но что делать, если ты уже вроде как и привык проваливаться, да и топь кажется совсем родной?

Мужчина не сопротивлялся.

Глава 2

25 апреля. 12:06. Москва

– Лично я не так часто организовываю выставки, его помощь была бы не лишней… Знаешь, мне обидно, что именно сейчас… Да-да, думаю, что скоро он будет на месте…

Августин распахнул глаза и, к своему удивлению, обнаружил себя лежащим в широкой ванне: ноги закинуты за бортик, холодный металлический кран упирается в затылок. Размеренно падающие капли воды пропитали ткань на бежевом воротнике, слегка намочили кудрявые каштановые волосы, всё же остальное, включая пижаму, оставалось сухим.

– Не забывай, что мы работаем в коман… – дверь скрипнула, из прихожей потянуло прохладным воздухом. – Твою мать! – в ванную комнату ворвалась стройная высокая девушка и вздрогнула, её застали врасплох. Казалось, она не могла скрыть своего удивления, прищуривая глаза и рассматривая мужчину, словно увидела впервые, а не проживала с ним более года.

– Боже, как же ты меня напугал! Серьёзно?! Снова пришел под утро и уснул прямо здесь? – она разразилась издевательским смехом, но вскоре переменилась в лице: – Обратись к врачу, я серьёзно. Контакты хорошего специалиста я тебе скину. Знаешь, как-то у мужа моей тёти была бессон…

Августин жестом руки прервал девушку, даже не собираясь вникать в суть истории. Нежелание это встретилось искренним непониманием. Превозмогая головную боль, он встал, подошёл к раковине, умылся и смочил холодной водой виски. Вероятно, последний бокал вчера был лишним. Или последние несколько.

– Послушай, я понимаю, у тебя была бурная ночь и ты устал. Но почему не предупредил? Разве это так сложно? – Анна плотно сомкнула пухлые губы и с демонстративным презрением оглядела мужчину с ног до головы.

После чего взглянула на наручные часы и продолжила:

– Совсем скоро приедут мои коллеги, нам нужно составить смету расходов. А ты здесь… Бродишь непонятно в чём и разносишь запах перегара! Ты хоть понимаешь, что обо мне могут подумать?! – девушка экспрессивно размахивала руками, не желая контролировать свое негодование.

И только сейчас Августин виновато посмотрел на неё через зеркало. Она смутилась и тут же перевела взгляд. Нервным движением поправила светло-каштановые локоны, что были аккуратно уложены в строгую, но красивую причёску.

– Собирайся и выметайся к брату или приведи себя в порядок и помоги мне! – не дождавшись ответа, девушка пулей вылетела из ванной, хлопнув дверью. И как ни в чём не бывало продолжила разговор по телефону.

– Да-да, он самый. Всё ещё дома, похоже, снова проспал всё на свете. Да, давай, я перезвоню позже.

Оставшись наедине, сонный мужчина понимающе покачал головой и тяжело выдохнул. Одним раздражённым движением он взъерошил свои и без того взлохмаченные волосы, словно пытаясь избавиться от утомлённого состояния и сбавить поток навязчивых, мрачных мыслей.

Он не желал разбираться в причинах своих кошмаров. И тем более не хотел вспоминать о Диане, ведь её больше никогда не будет рядом. По крайней мере в этой жизни. Есть только «сейчас», и в этом настоящем куча других вещей, над которыми стоило тщательно поразмыслить. А ещё Августин уже не раз зарекался прекратить ворошить прошлое и ввязываться в самокопание, которое обязательно закончится посещением психолога или психиатра. Или ещё хуже – их обоих. Нет, для него тревожные сны – всего лишь случайность, то, что обязательно пройдёт. Должно пройти… Желательно прихватив с собой все противоречивые чувства к себе, к своей работе, к Анне, да и к миру в целом.

Мужчина начал чувствовать, что снова находится на взводе. Он ещё раз умылся холодной водой, но легче от этого не стало.

За дверью разразился громкий смех, а значит, Анна уже нашла другого собеседника и активно обсуждала последние новости. Такое впечатление, будто она всё время куда-то спешит. Бегает по квартире взад-вперед с какими-то предметами в руках и, даже болтая по телефону, без устали расхаживает по комнатам. Всегда очень занятая и всегда совершенно непредсказуемая. Но, возможно, именно это и служило замком их относительно продолжительной связи.

От мыслей о ней Августин вдруг растерялся. Хоть они и жили вместе, но в последние несколько месяцев дома практически не общались. Разговаривали ли хоть раз по душам? Вряд ли, мужчина не помнил откровенных бесед. Несколько раз он задумывался о разрыве непонятных отношений, но общие друзья и ближайшие совместные творческие проекты тормозили принятие окончательного решения. Опустив голову и шумно выдохнув, он поймал себя на мысли о том, что после очередного кошмара совсем не хочется выходить из дома. Нежелание отозвалось сильным порывом выкрикнуть это вслух, но он не стал.