Невероятные приключения – ну, здравствуй, ведьма!

Пол часа скуки и снова понеслось.

Мы с друзьями, не зная, чем заняться, смотрели «русские» «Новости». Все вздыхали от скуки, пока не показали сюжет из какой-то африканской долины.

– Какая прелесть! – воскликнул Генка.

– Да, – мечтательно поддержала его Юлька. – Как бы я хотела сейчас оказаться там, откуда это показывают.

Через мгновенье Фридрих выронил свой попкорн и судорожно замахал лапой в сторону телевизора – там, в экране появилась Юлька…

– Мамочка! – только и смогла произнести я по истечении пяти минут.

– Побежали скорее в студию! – закричал пришедший в себя Генка. – Нужно спасать!

– Юльку?! – глупо спросил до конца не пришедший в себя Фридрих.

– Нет, Пушкина! – зло буркнул Генка.

– А как?!

– Никак!

– А чё же ты..

– Так! – оборвал Фридриха Генка. – Нам нужно как можно скорее попасть туда! – и ткнул пальцем в телевизор.

– Точно! – согласился Фридрих и тут же появился по ту сторону экрана.

– Вот марианова выдра! – психанул Генка и толкнул меня в бок – Полетели скорее, пока их не поймали!

Мы кинулись поскорее к студии, но спешили мы зря, потому что ловить никто никого там и не собирался.

Так как, если после Юлькиного внезапного появления в студии, там наблюдалась лёгкая паника – люди замерли с раскрытыми ртами, то после появления Фридриха все в ужасе бросились оттуда, благо окна были рядом, правда, на пятом этаже. Спасло ведущих – экстремалов только то, что внизу находилось уличное кафе, на чью крышу они благополучно и приземлились. Посетители кафе, удивившись такому необычному десанту, свалившемуся им на голову (причём, в одном случае в прямом смысле – ведущий погоды прорвал полотно крыши и приземлился на владельца кафе), и выскочили посмотреть, что же ещё выкинут сверху.

– Наверное, у них там кадровая перестановка. – прояснил ситуацию владелец кафе.

– Лучше бы у них мебель меняли. – заметил посетитель. – Не знаете, компьютеры выбрасывать не будут?

– А вы что, хотите поймать?

– Ну я б не отказался.

– Так вы ж его не поймаете. – с сомнением осмотрел говорившего хозяин кафе.

– А может он мне сам в руки упадёт!

– Если он сам к вам в руки упадёт, то вам те руки оторвёт, или копьютером, или я – чтоб вы их не тянули к чужому, всё что падает на территории моего кафе – всё моё.

– Вам – то хорошо, вы себе ведущего «погоды» отхватили, теперь будет в кафе свои метеоролог.

– Зачем он мне? – удивился владелец.

– Поставите у кондиционера, будет делать вам погоду.

– Чтоб я разорился? Вы видели, как он им там погоду делал? Хоть бы раз угадал!

– Соломон Моисеевич, я удивляюсь вашей разборчивости, вам такой подарок в руки, а вы..

– Допустим, не в руки, а на голову.

– И всё равно я вам удивляюсь.

– А я удивляюсь, как его не первым выбросили.

– Да, повезло вам.

– Что вы мне завидуете, лезьте на крышу и выбирайте себе уже любого!

– А можно?

– Конечно можно, за 100$.

– Так дорого за ведущего?

– Нет, так дешево за крышу!

Не прошло и пяти минут, как возле здания «Русских Новостей» выстроились демонстранты с наспех нарисованными плакатами – «Долой самоуправство!» и «А где остальные?!!». К ним тут же пристроился старичок со своим – «Подайте, люди добрые!».

– М-да. – тихо заметил Генка. –В двери не пробиться. Полетели в окно.

Мы подлетели к окну, и Генка заорал на Юльку:

– Полетели скорей домой, пока нас не поймали!

– Сейчас, – сказала Юлька, – мы только новости доведём.

Мы с Генкой пригляделись и увидели, что Юлька с Фридрихом сидят у работающей камеры и действительно ведут передачу. Причём, Юлька читает по «шпаргалке», а Фридрих делает сурдоперевод.

– Извините, дорогие телезрители! – прокричал Генка, хватая обоих за шиворот. – Передача окончена.

– До новых встреч! – попрощалась Юлька и ''под чутким руководством Генки'' вылетела в окно.

Следом вылетел Фридрих и замыкающим – Генка. Я на секунду задержалась у камеры – я всю жизнь мечтала стать телеведущей, и вот мне наконец выпал шанс, но я не знала, что с ним делать, а точнее – что сказать. Понимая, что торчать в экране молча – неприлично, я ляпнула первое, что пришло в голову – «Генка – дурак!» и кинулась к окну, так как тот вернулся за мной.

Мы летели над городом молчаливые и невидимые. Наконец, Генка первым не выдержал

– Вы знаете, что нам за это может быть?!

– За что, за то, что Новости не довели? – спросила Юлька.

– За то, что сорвали!

– Я же не хотела!

– Да?! А ты сразу не могла сбежать оттуда?

– Я растерялась.

– Растерялась! Паразитка! И этот тоже, блин, спасатель! Супермен!

– А что я? Я вообще молчал.

– Вот и молчи!

– Да, кстати, Фридрих, ты что, знаешь язык глухих? – спросила я, удивляясь его новым способностям.

– Нет, я знаю язык собак.

– Так это ты им ''семафорил''?!

– Ну да.

– А зачем им новости?

– А кто сказал, что я им – новости?!

– Да уж, теперь нас точно каждая собака в городе будет знать. – с тяжким вздохом вырвалось у Генки.

– Надо рассказать Грегору. – тихо сказала Юлька.

– Я тебе расскажу! Не надо! – рявкнула я.

Грегору действительно ничего не надо было рассказывать, он всё видел сам по телевизору, и Юльку и Фридриха и нас с Генкой. (Про моё выступление он промолчал, но дал понять, что тоже знает – показал кулак).

– Ладно, Гена, зрители могут всё понять, и что в студии творилось что-то непонятное, и новых ведущих, и то, что все попрыгали в окно, они тоже поймут, но то, что ты потом назад вернулся.. – тихо произнёс Грегор.

– Что же теперь будем делать? – поинтересовалась я.

– Есть выход – если вам сделать пластические операции..

– Нет! – заверещала Юлька.

– Если вам сделать пластические операции, – продолжал Грегор, – вам это не поможет, вы всё равно что-нибудь вытворите, поэтому вам надо переехать в другой город.

– Ты думаешь, там мы ничего не натворим? – засомневался Генка.

– Нет, просто тогда я этого, надеюсь, знать не буду! Собирайтесь, берите только самое ценное – по чемодану (это – в упор глядя на Юльку), я отвезу вас до места, дам денег и помогу с жильём.

– Ух ты! А что это будет за место?! – обрадовалась Юлька.

– Пустыня Сахара! Там даже если вы не к месту проявите свои способности, подумаю – мираж!

– Ну Грегор!

– Хорошо, я вас отвезу в какой-нибудь большой город и поселю в центре.

– А может лучше в тихом городке, на окраине? – подсказала я.

– Да?! Вы в тихом городке всего две недели прожили, а разговоров про вас и ваш взорванный дом на сто лет хватит!

– Ну мы же не хотели. – тихо оправдывалась я.

– Это всё Генка! – соврала Юлька, ''забыв'', как сама дёргала его за руку – побольше, побольше.

В общем так, поселитесь в Нью-Йорке в многоэтажном доме, там людей много, есть надежда, что вас в общей массе не заметят. Ну, а если и там не получится, будем что-нибудь предпринимать.

– Что? – поинтересовался Генка, не ожидая ничего хорошего.

– Ну, попробуем лишить вас магической силы, может хоть тогда вы начнёте жить, как нормальные люди.

– Грегор, а мы и раньше никогда как нормальные люди не жили, даже дома. – сказала Юлька.

– А это мысль, может вас лучше домой вернуть?

– Грегор, лучше в Нью-Йорк! – запротестовала я.

– А домой почему не хотите? В Анапу, на Чёрное море, сейчас лето, поплаваете.

– Чтоб я в нём утопилась?

– Там что, так плохо?

– Да нет, просто я не умею плавать.

– Ну хорошо, Даша, в Нью-Йорк, так в Нью-Йорк, тем более что мне его жители никогда не нравились.

– Ура!!!

На следующий день мы уже подлетали к Нью-Йорку, на самолёте. Всё было хорошо, кроме маленькой неприятности в аэропорту – меня не пропустили в самолёт с молотком.

На вопрос служащих – ''Зачем он вам?!'', я честно ответила – ''Если начнём падать, я выбью иллюминатор''.

На второй вопрос – ''Зачем вам выбивать иллюминатор?'', я сказала – ''Чтобы улететь подальше от падающего самолёта''. На третий – ''А о пассажирах вы подумали?'', я призналась – ''Да, но только учтите, я всех не вытолкну''. В общем, молоток у меня всё-таки забрали, но после маленькой истерики, (летать в самолётах я боялась всегда, а после того как научилась сама, самолётам доверяла ещё меньше) согласились показать, где находится в самолёте запасной выход, и рассказали, как он открывается. Я захотела проверить сама – откроется он или нет, но мне это так и не удалось, потому что меня в самолёте посадили не с друзьями, а между двумя сотрудниками охраны, и они весь полёт охраняли самолёт от меня. Но вот, наконец, мы приземлились и нас с огромной радостью первыми выпихали из аэропорта.

– Вот как хорошо, нас без очереди провели! – радовалась я.

– Зато на нас все смотрели как на террористов! – возмутился Генка.

– Ну почему?

– А кого ещё выводят под охраной и с руками за спиной!

– Зато нам чемоданы донесли.

– Зато их перерыли так, что я теперь не разберу, где в чемодане мои вещи, а где Юлькины!

– Вам что, попутали чемоданы?!

– Нет, просто, когда их проверяли, вывалили все вещи в одну кучу.

– Ой, это ж и мои могли! А вдруг они мои вещи помяли?! – засуетился Фридрих.

– Не боись! Твои вещи они оставили в специальной камере, на всякий случай.

– Я буду жаловаться! Это нарушение конвенции!

– Что это? – спросила любознательная (а точнее – любопытная) Юлька.

– А я знаю?! Но я на них в суд подам! И там присудят..

– Выдворить тебя из страны! – подсказал Грегор.

– А я всё равно здесь останусь! – не сдавался Фридирих.

– А если тебя полицейские поймают? – спросил его Генка.

– А я им тогда такой показ своих способностей устрою, что буду всю жизнь жить..

– В секретной лаборатории FBI!

– Да ну тебя, Генка.

– Ребята, может быть, всё-таки не будем нервировать людей и поедем уже? – возмутился недовольный нашим перелётом Грегор – Я итак на взводе, и вы ещё не останавливаетесь! Всё тра-та-та и тра-та-та! Сколько можно? Как вы вообще все вместе живёте? Как вы дальше жить будете?

– Ой, Грегор, я забыла, мы же едем покупать новую квартиру! – прокричала радостная Юлька, которой, по-моему, было всё равно, что покупать, лишь бы покупать.

– Ну, вообще-то, я купил дом.

– Почему – дом? – удивился Генка.

– Потому что квартиры никто не продавал, а только сдавали в аренду. А я хочу, чтобы вы, наконец, устроились по серьёзному, на всю жизнь. Может быть, осознав это, вы перестанете привлекать к себе неизменное внимание.

– А сколько в доме этажей? – спросила я.

– Восемнадцать.

– Грегор, и тебе кажется, что мы не привлечём ничьё внимание, живя одни в таком огромном доме?! – засомневался Генка.

– Ну, тогда будете сдавать другие квартиры в аренду.

– Мы не умеем. – заметил Фридрих.

– Я помогу.

– Грегор, ты ничего попроще придумать не мог? – я была недовольна таким огромным домом. Я бы хотела маленький домишко, где-нибудь в сельском районе, но в центре Нью-Йорка.

– У меня не было времени ждать, а этот дом после реконструкции ещё никто не успел купить.

– Грегор, а это у тебя так много денег? – заметно заволновался Фридрих.

– Ну, достаточно, особенно, если учесть, что я живу не первую сотню лет.

– Тогда дай нам на проживание, а? – молитвенно сложил лапки наглючий пёсик.

– Тебе дали целый дом! – возмутился Генка такой наглости.

– И что, мне его грызть?! – огрызнулся Фридрих.

– Я всё устрою, хватит спорить, садитесь в такси.

– Грегор, ты сказал, что живёшь не первую сотню лет, а как ты так хорошо сохранился? – спросил Фридрих, сидя на коленях у Генки.

Грегор ответить не успел, так как шофёр такси почему-то резко дёрнул руль, и машина сделала три круга по дороге.

– Успокойтесь! – сказала Юлька таксисту. – Если это вы оттого, что Грегор столько живёт, то Фридрих это ради шутки сказал.

– Нет. – тихо отозвался шофёр. – Я это оттого, что он вообще что-то сказал. В нашем городе собаки обычно неразговорчивые.

– А это не собака говорила, это я за неё. – нашёлся Генка. – Я чревовещатель.

– Очень хорошо, только я прошу вас – вещайте, пожалуйста, в другом месте, пока мы куда-нибудь не врезались.

– Хорошо. – согласился Генка и сжал морду Фридриха обеими руками – Спи моя радость, усни!

Самое интересное, что Грегор в этой чуть было не сложившейся критической ситуации, сидел, обхватив руками голову, и смотрел в пол.

Наконец мы подъехали к нашему дому и вышли.

– Какое чудо! – прокричала Юлька, обнимая Грегора за шею. – А какая наша квартира?

– Какая хотите. – устало выдохнул тот.

– Я хочу на первом этаже. – сказал Генка.

– Тебе лучше на последнем. – отсоветовала я.

– Почему?

– Ну, если ты будешь жить на последнем, то после твоего очередного опыта снесёт только крышу, а если на первом – то все следующие семнадцать этажей.

– Никакой химии! – предупредил Грегор.

– А я хочу жить на третьем! – сказала я, оглядывая огромный домище.

– Я – на восемнадцатом! – заявила Юлька.

– А я, а я, а я хочу на двадцать пятом! – прокричал Фридрих.

– Ну, если достоишь ещё семь этажей. – сказал Грегор.

– А можно? – обрадовался Фридрих.

– У – У – У!! – тихо промычал Генка.

– Но двадцать пять – это моё счастливое число .

– С чего ты взял? – удивилась я.

– Сам придумал! – гордо ответил Фридрих.

– Ну, вы уже решили, где будете жить? – поинтересовался Грегор.

– Да, я на третьем!

– Я – на первом!

– Начинается! Можете взять себе одну квартиру на всех, а не по этажу на каждого! – сразу отмёл наши притязания Грегор.

– Почему? – удивилась Юлька.

– Мне будет так спокойнее. К тому же вы всё равно соберётесь все в одной квартире.

– Почему ты так думаешь? – спросил Фридрих.

– А что, когда-то было по-другому?

– А сколько комнат в квартире? – спросила Юлька.

– Есть по три, есть по шесть.

– Нам где шесть!! – закричала Юлька так, как будто боялась, что пока она думает, дом заселят.

– Могу посоветовать восьмой этаж.

– Ну ладно, мы согласны. – произнесла Юлька с видом великомученика, и мы начали заселяться в квартиру. – Так, хорошо, получается, по комнате на каждого, плюс – гостевая и гардеробная.

– Чего?! – удивился Генка.

– Того. Должна же я буду куда-то свои вещи складывать.

– А где тогда мой склад питания? – надулся Фридрих – всё поровну должно быть!!

– Шесть на четыре всё равно не делится! – отрезала Юлька.

– А если по кусочку? – не сдавался Фридрих.

– Фрид, ты хочешь сказать, что твоя колбаса будет лежать на соседней полке с моим платьем? Перестань канючить уже, нытик! – рыкнула Юлька, и побежала скорее занимать свои комнаты, на перегонки с Фридрихом.

Грегор положил нам на счёт такую сумму, что мы не смогли бы её потратить и за десять лет, даже при особом желании. (Желание такое было у всех, и даже предпринимались усиленные попытки, но деньги уменьшались совсем незаметно. Не помогло даже Юлькино умение сорить деньгами).

Грегор действительно нанял управляющего, и вскоре дом стал заселяться. Начали обустраиваться и мы.

Нам нечем было заняться, и мы стали ходить по магазинам. Через некоторое время по нашей квартире можно было передвигаться только ''бочком'', не помогла даже Юлькина гардеробная, так как в то время, когда Юлька закупала себе одежду, а Генка – книги – философию, химию, физику, и прочую дребедень на Юлькин взгляд, мы с Фридрихом усиленно штурмовали продуктовые магазины. Мы набрали кучу продуктов, прежде чем выяснилось, что многие из них были скоропортящимися (и их не могли спасти даже наших три холодильника), и нам пришлось ускорить процесс их поедания, в результате чего мы практически всё время жевали, начиная уже в магазине, при покупке. Продавцов вначале удивлял Фридрих, мотающийся по супермаркетам с тележкой, но через недельку во всех близлежащих магазинах к нему привыкли.

– Вот до чего может довести жадность! – заметил Генка, сидя в кресле и положив ноги на коробку с тушёнкой. – Эти натащили продуктов, как будто собираются их есть, как минимум лет триста; эта набрала вещей на все пятьсот! Ты что, будешь носить по нескольку платьев сразу?! Загрузили квартиру, стать некуда!

– А ты своими книгами всё остальное пространство заставил! Скоро мы по квартире будем передвигаться под потолком! – возмутилась Юлька.

– Так, хватит! Надо потихоньку избавляться от ненужных вещей! – твёрдо заявил Генка, зацепившись за ведро со сгущённым молоком.

Той же ночью, пока мы спали, Юлька вынесла на улицу нашу коробку с копчёными курами, а мы с Фридрихом выкинули её – с заколками и ободками, и уже утром Генка отдал в библиотеку свои прочитанные книги. Мы подвели итог – от перемены слагаемых, наша сумма не изменилась, так как мы тайком за день восполнили все потери.

Следующий день мы ходили по квартире и высматривали – у кого, что плохо лежит. Как на грех, ни у кого ничего плохо не лежало, потому, как, каждый бдительно охранял своё добро. Ночь тоже была бессонная, так как все продолжали заниматься тем же. Утром Юлька с Генкой встали с синяками под глазами и сидели непрерывно зевая. Легче всех пришлось нам с Фридрихом – добро у нас в основном общее, и охраняли мы его по очереди.

Правда, утром обнаружилось, что пропала коробка Фридриха с сухим кормом и моя – с мармеладом. Но тут искать виновных дело было пустое, как говорится – не доглядели.

– Нет! Я так больше не могу! – закричал вконец измученный Генка. – У нас не квартира, а склад! Я не могу думать о магнитных полях, сидя на коробке с туфлями и опираясь на коробку с огурцами!

– попросить у Грегора ещё одну квартиру! – подала мысль Юлька.

Мы с Фридрихом переглянулись – это ж сколько ещё можно будет занести. Но Генка, видимо, подумал о том же, поэтому вычислил и нас.

– Никогда! Два склада в одном доме это чересчур! Надо что-то предпринимать!

– Что? – спросила я.

(А действительно – что? Мы и так приближались к тому, чтобы разделиться на три враждующих лагеря, каждый из которых мечтал, наверное, в душе, уничтожить все вражеские вещи, хорошо ещё, если не с хозяином).

– знаю! Надо запереть дверь и не ходить в магазины! – обрадовался Генка внезапному озарению.

– Даже за продуктами? – сильно удивилась я.

– Даже!

– А вы что, есть уже ничего не будете?! – уловил мою мысль Фридрих.

– Будем, вон у нас сколько всего.

– Хорошенькое дело, мы, значит, книги его не читаем, вещи Юлькины не носим, а они пока будут сидеть дома, пожрут все наши с Дашкою запасы! – Фридрих а ж покрылся пятнами от возмущения.

– Да ваши запасы нам и века не хватит проесть! – отмахнулся Генка.

– Всё равно!! – грудью стал на защиту своей добычи Фридрих, прикрыв спиной коробку с салом.

– Ну, если ты так хочешь, можешь почитать мои книги или поносить Юлькино платье.

– Ты что, издеваешься? Где вы видели собаку в платье?! – пришла на помощь Фридриху я.

– Хоть бы нас ограбили уже. – мечтательно произнёс Генка.

– С ума сошёл?! – возмутилась Юлька. – Тебе-то хорошо, кто на твои книги позарится? А мою одежду вдруг украдут?! А вдруг вынесут общие телевизор и магнитофон?

– А пусть они их найдут сначала, я сам их третий день ищу!

– Ой, я вспомнила! – радостно закричала я. – Нам ещё по компьютеру надо! И по модему, и по..

– Девочка дурману наелась. – тихо заметил Генка.

В общем, мы продолжили ходить по магазинам, но уже как на экскурсии, так как все вместе, причём каждый зорко следил – чтоб кто чего из вражеского лагеря не купил, потому что ставить было уже некуда.

Мы ходили так два дня, пока сердце Фридриха не выдержало. Первым это учуял Генка:

– Скажи-ка, Фридрих, почему от тебя так сильно запахло копчёной колбасой?

– Ни – по – фе – му!

– А ну открой рот! Ты когда умудрился её купить, я же с вас глаз не спускал, когда проходили мимо кассы! Когда ты заплатил?!

– А я и не платил.

– Грабёж! – заорал Генка так, что два проходивших мужика, видимо, русскоговорящих, стали оглядываться по сторонам в поисках грабителя.

– Опустились! – охнула Юлька.

– Дошли. – тихо заметила я. Мы подошли уже к подъезду.

– Клептоман бессовестный! – продолжал возмущаться Генка. – Немедленно в магазин, платить!!

– Ген, может лучше станем всё сразу покупать? А то вдруг это заразное. Ладно он полпалки колбасы откусил и вынес, а если Юлька шубу вынесет? Её ж посадят!

– Я ей вынесу! – помахал Генка кулаком в сторону Юльки.

– Ещё лучше, посадят обоих!

– Слушайте, а что нас так замкнуло на этих покупках?

– Ген, денег очень много.

– Так давайте лучше попутешествуем, сходим в парк на аттракционы, погуляем..

– Поедим мороженное. – мечтательно продолжила я.

– О!!!

– Ну ладно, сходим в кино, в театр.

– Точно – в театр! – обрадовалась Юлька. – А то я ещё ни одного своего вечернего платья никуда не одевала.

– Я со всем согласна, только не надо, Геш, тащить нас в библиотеку.

– Хорошо, пошли в парк.

Пойти в парк нам не удалось, так как это было слишком далеко, поэтому пришлось ехать полчаса на такси.

– Кстати. – заметила Юлька. – Вот мы ещё чего не купили – машины!

– Начинается! – пробурчал Генка.

– Ну почему? – не отступала Юлька.

– Потому что! Ты какую себе хочешь?

– Красный ягуар.

– Даш, а ты?

– А я – белый лимузин.

– А я хочу кабриолет, ну и Фридриху, наверное, чёрный джип. (Фридрих хотел что-то добавить, но Генка держал его рот закрытым). – Поэтому и начинается.

– Я тебя не поняла.

– Начали с квартиры, закончим гаражом. А может, сразу ещё три дома прикупить?!

– Ой, а нам ведь ещё нужна домработница»! – не вовремя вспомнила Юлька.

– И повар!

– И.. – вспомнил Фридрих.

– Всё, все молчат! Я вас умоляю. – Генка уже чуть не бился в истерике.

Скоро мы подъехали к парку.

Какие там были аттракционы!!!

Мы так накатались, накружились, объелись мороженным, что под конец измученные сидели на лавочке и мечтали только об одном – о тихом, спокойном, уютном доме. Кое-как собравшись с силами, мы отправились на стоянку такси. Такси подъехало очень быстро, и мы попали домой через четыре часа, так как, три с половиной проторчали в пробке.

– Ненавижу эти машины! – простонал Генка, ковыляя к подъезду.

– Верно, Геночка, нам нужен самолёт! – добила его Юлька.

– Юля, лучше вертолёт – предложила я.

– Почему – вертолёт?

– Потому что на нём можно приземлиться прямо на крышу.

– И оттуда спускаться по верёвке?!

– Зачем, в крыше должен быть люк.

– Юль, – попросила я. – сходи проверь, есть там люк или нет.

– Ты тоже хочешь купить вертолёт?!

– Нет, просто я не хочу больше видеть тебя.

– Ну и не надо! Сейчас зайдём в квартиру и разойдёмся по комнатам!

– Не получится, всё завалено. Будем лежать в гостиной все вместе, только я вас прошу, ребята, уберите оттуда хотя бы копчёную колбасу. – попросил Генка.

Мы зашли в квартиру и с ненавистью оглядели коробки, мешки и свёртки.

– Ненавижу эту цивилизацию! – прошипела Юлька, падая через коробку с книгами.

– Иди к нам, Юль, на диванчик! – позвал её Генка.

– Оооххх, сколько продуктов, сколько ещё есть. – стонал Фридрих, проползая по коробкам и морщась от приевшегося запаха копчёностей.

Только мы устроились на диване, как раздался звонок в дверь. Оглядев друзей, которые усиленно делали вид, будто их это никак не касается, я побрела к двери. Открыв её, я увидела соседа из квартиры напротив.

– Кого там ещё принесло?! Здравствуйте! – поздоровалась я.

– Как здорово! Я тоже знаю русский язык, я его выучил, когда был в России. А вы там не были? Это такая, такая, страна! Там такие чудесные, сумасшедшие люди!

– Вы что-то хотели? – спросила я его, указывая на стакан в его руке.

– Да. Я очень извиняюсь, мне так неловко, но вы не могли бы одолжить мне немного сахара?

– Да-да, конечно! – радостно ответила я, подтаскивая мешок с сахаром к двери. – Только без отдачи! До свидания!, и закрыла дверь перед обалдевшим соседом.

– Фу, может ещё кто придёт. – помечтала я, устраиваясь на диванчике.

– Не думаю. У них здесь так не принято.

– А жаль.

– Не – на – ви – жу! Ненавижу этот шумный город, эти огромные дома, машины, карусели! – бурчал Фридрих, жуя колбасу и направляясь к балкону. Там он, оглядывая землю, ещё раз пробурчал – Ненавижу., и бросился вниз.

– Выбросился! – завизжала Юлька.