Дух северного волка

Двадцать третья глава

Внезапно, меня пронзил всесокрушающий гнев капитана, он смешался с моим, создав невероятный поток энергии. Я схватилась за голову, пытаясь закрыться от множества громких звуков и сильных запахов. Все мои чувства обострились. Я слышала, как тихо всхлипывает Эш, но этот звук казался мне оглушающим, как колокольный звон. Вокруг, снова было сражение, и удары мечей громко стучали в мой мозг. Это было невыносимо. Шона отбросило от меня, и я упала. Я каталась по полу и выла от боли в глазах и смешения резких запахов. Краем глаза я заметила, что капитан тоже лежит на земле и корчится от боли.

«Что это. Небеса! Что же это такое?» – подумала я.

«Что случилось, дитя?» – услышала я мысли Кронуса, значит, связь еще не прервалась.

«Моя голова…, мой слух…, и зрение, а этот запах… Я не в силах это терпеть» – простонала я.

«О, Небеса! Коснись волка, коснись его срочно…» – кричал магистр.

«Которого?»

«Кая! И пусть Аарон тоже коснется»

«Что происходит, магистр?»

« Не трать время на вопросы».

Я откинулась на спину и перевела дух, а потом позвала:

– Кай! Кай!

Волк тут же оказался рядом, я схватила его за шерсть и мгновенно провалилась в пустоту. Все чувства разом отказали мне, слух зрение и обоняние покинули меня. Чья-то прохладная ладонь легла на мое лицо и словно вывела меня из этого кошмара. Передо мной был капитан. Он тяжело дышал и выглядел растерянным, одной рукой он держал Кая, а другой касался меня. Я напрягла слух и услышала, как бьются сердца всех, кто находился здесь. Потом присмотрелась, и разглядела веснушки на лице Эша, сидевшего достаточно далеко от меня. Подобное, кого угодно собьет с толку, чего уж говорить обо мне. Откуда взялась эта способность отключать и включать чувства?

– Эйви, вставай. Нужно уходить, – сказал Норд, поднимая меня с пола. Я была все еще настолько ошарашена, что даже не заметила, как моя нога исцелилась.

– Что это было, Аарон? – спросила я, цепляясь за его руку.

– Сейчас некогда разбираться, нужно выбираться отсюда.

Мы огляделись и увидели, как наши друзья из последних сил держат оборону. Совсем рядом Шон приходил в себя.

«Нужно забрать тело Маркуса и уносить ноги» – услышала я в своей голове голос капитана, и резко остановилась.

– Я слышу! Слышу ваши мысли! – Я безошибочно поняла, что капитан не произносил этого вслух.

Инструктор Норд замер.

«Как такое возможно?»

«Я ничего не понимаю, что с нами? Вы тоже видите четче и слышите острее?» – я посмотрела в глаза капитана с мольбой.

«Да, но искать ответы действительно не время», – твердо сказал Норд.

Он потащил меня к выходу, но навстречу выскочил гвардиец. Капитан, не выпуская моей руки, отражал удары и делал выпады. Схватка была недолгой. Клай пыталась поднять Эша и держала оборону вокруг него и тела Маркуса. Рядом с ней сражался Трентон, его глаза были пусты, как высохшие озера. Нокса и Криста оттеснили к выходу, каждый бился с двумя охранниками сразу. Я вырвалась из хватки капитана и кинулась на помощь Ноксу.

Через несколько минут, я услышала оглушительный свист. Все обернулись на него. Правитель Хорн стоял, скрестив руки на груди, и улыбался, а позади него стояла армия из «могильника».

– Итак, советник. Мы вернулись к началу. Мне всегда казалось, что вы разумный человек, а значит, в состоянии оценить обстановку. Вас шестеро. За моей спиной бессмертное войско. Вы можете спасти своих людей и передать мое послание Истиану, а можете погибнуть здесь. Меня устроит любой исход, – со скучающим видом, заявил Хорн и перевел взгляд на меня. – Однако малышка останется со мной.

Рука капитана крепко сжала мою, а я даже не заметила, как он подошел.

«Уводите людей, Аарон» – я вцепилась в пальцы инструктора.

«Я не оставлю тебя здесь. Я не отдам тебя ему» - меня накрыла волна отчаяния и тоски, капитан не выставил щиты, и я ощутила его эмоции.

«Аарон, вы нужны Ессении. Вы должны вернуться и сообщить правителю, что случилось. Моя жизнь не стоит того. Ваш долг проследить, чтобы маги вернулись и нашли способ уничтожить войско Хорна. Спасите мой дом, спасите СВОЙ дом» – с этими словами я посмотрела в омут невероятно синих глаз и увидела в них столько страдания, что сердце мое заныло. «Я знала, на что иду и ни о чем не жалею».

Я нехотя отпустила руку капитана и шагнула в направлении Хорна.

– Эйви! – в ужасе прошептала Клай.

– Все хорошо, Клай, – мягко сказала я.

– Передай Истиану, что у него есть время подумать. Я советую даже не пытаться противостоять мне, а сразу присягнуть на верность. Я дам вам пару дней форы и у вашего правителя будет возможность принять правильное решение, – самодовольно сказал Хорн.

– Я заберу тело своего воина, – споткнувшись на слове «тело» проговорил капитан. Я ощутила его боль, как свою собственную, хотя Аарон пытался держать это чувство в узде, и я понимала почему. Свою скорбь он гвардийцам не покажет.

– Это как знаешь, – ответил Хорн. – А теперь убирайтесь!

Я стояла и смотрела, как мои друзья подняли тело Маркуса и понесли к выходу. Каждый из них уходя, взглянул на меня, и я была благодарна. Когда остался лишь капитан, Шон схватил меня за руку и потащил за собой.

«Держись! Цепляйся за жизнь и борись изо всех сил. Ты нужна мне живой. Помни! Даже когда будет невыносимо, помни об этом. Выживи, молю, только выживи» – донеслись до меня слова капитана. «Обещай мне!»

«Обещаю» – я не знала, почему так сказала, ведь сдержать слово будет невозможно. Я хотела, чтобы он ушел и живым добрался до замка, если для этого нужно солгать, пусть будет так.

Шон тащил меня по тоннелям, а я не сопротивлялась, не видела смысла. Путь был неблизким и вывел нас в большую пещеру, в которой я ни разу еще не была. Обстановка явно говорила, что это покои правителя. В центре стояла огромных размеров кровать, справа большой стол с множеством стульев, а левая стена вызвала во мне волну отвращения. На этой стене висели цепи и кандалы, плетки и всевозможные орудия пыток, я невольно поежилась. Мне пришлось заставить себя думать о том, что мои друзья выбрались, что они в безопасности и что это самое главное. Я хотела погреться в эмоциях капитана, но наткнулась на стену, он закрылся от меня. Пустота и одиночество поползли холодком по позвоночнику, и я сжала руку в кулак, вспоминая теплые пальцы Аарона.

Хорн повернулся к нам и сказал:

– Ты удивила меня, маленькая мышка, – голос его звучал сладко, и это казалось еще более омерзительным. – Ты не обычная девочка и это делает тебя еще интереснее для меня. Шон, оставь нас.

Громила ухмыльнулся и вышел. Я сжалась в комок, когда правитель стал приближаться ко мне. Он шел медленно, явно наслаждаясь моим ужасом.

– Не бойся, я не сделаю тебе ничего плохого. Тебе даже понравится. Ты будешь молить меня не останавливаться. Я долго искал такую крепкую и выносливую и при этом удивительно женственную, – обходя меня по кругу и рассматривая с головы до ног, вкрадчиво проговорил правитель. – Ты мне подходишь.

Он взял меня за плечи и подтолкнул к кровати. Кровь застыла в жилах от страха, пальцы похолодели. Я знала, что это! Знала, черт возьми! Как снова пройти через подобное? Как не сломаться и не сойти с ума? Почему-то подумалось о капитане. Если я выживу и снова увижу его, какими глазами он посмотрит на меня? Кем стану я в его глазах?

– Тебя умоют и приведут в порядок, а вечером мы повеселимся, – сделал попытку улыбнуться Хорн, однако это лишь обезобразило его лицо, и я отшатнулась.

В покои вошли несколько женщин, которые вероятно прислуживали ему. Они были худыми и затравленными. Две из них подошли ко мне, не поднимая глаз, и осторожно взяли за руки. Их движения были скованными. Я стояла, не в силах пошевелиться, а они мягко пытались увести меня за собой. Одна из них крепче сжала мою руку, и я от неожиданности поморщилась. Хорн тут же подлетел к нам и с размаху ударил женщину по лицу, она не удержалась на ногах и рухнула на пол. Я кинулась к ней и помогла подняться:

– За что вы ударили ее? – в бешенстве закричала я.

– Они должны знать, как обращаться с тобой. Ты принадлежишь мне, и никто кроме меня не может касаться тебя, – его глаза лихорадочно блестели, и я снова убедилась в том, что он болен.

– Но она не сделала мне больно, – попыталась объяснить я.

– Это не важно, – мгновенно разозлившись, рявкнул правитель.

Женщины вздрогнули как по команде и склонили головы, демонстрируя смирение. Эта жуткая сцена ошарашила меня.

– Куда мне нужно идти? – Вопрос был адресован ближайшей из служанок, и она указала мне на выход. Я решили идти сама, пока Хорн не забил их здесь до смерти.

Женщины привели меня в купальню, недалеко от покоев правителя. Она была похожа на ту, в которой я бывала, но здесь было значительно светлее и теплее. Служанки правителя мыли, чистили и приводили в порядок мое тело и волосы. Я пыталась сопротивляться и говорила, что в состоянии искупаться сама, но они так дрожали от страха, что мне пришлось смириться. Мне было неуютно от того, что кто – то касается меня и видит обнаженной, но я не могла позволить, чтобы им досталось за неповиновение. Обтерев и обсушив меня, девушки привели меня назад. В покоях никого не было, и я облегченно выдохнула.

– Не беспокойтесь, до вечера его не будет. Он еще долго будет заниматься ущербом, который вы нанесли ему, – шепотом проговорила одна из девушек. Я посмотрела на нее и увидела поддержку и сочувствие. Каждая из них знала, зачем я здесь. Присмотревшись, я поняла, что они не из Гвардии. – Правитель невероятно зол, что вы забрали Лею. Он хотел, чтобы она умерла, как и все до нее.

– Я рада, что хотя бы это нам удалось, – опустив голову, ответила я. – Его армию мы так и не уничтожили.

– Вы освободили рабов и истребили добрую половину его монстров, – восхищенно сказала другая.

– Но оставшаяся половина вот – вот двинется в сторону Ессении.

– И все же это половина, а не целое войско! – Я снова посмотрела на этих женщин и увидела радость в их глазах. Они живут здесь как бесправные рабыни, но умеют находить хорошее там, где его нет. Они сложили мои вещи в сумку, которую я оставила в прежней комнате, и нарядили меня в платье цвета закатного неба. Оно было очень узким и сидело на мне как перчатка, очень сковывая движения. Волосы мои, остались распущенными.

Ощущение безысходности навалилось непосильным грузом, заставляя меня забиться в ближайший угол и слиться со стеной. Я старалась не думать о том, что ждет меня вечером, а лишь надеялась, что умру быстро. Может, стоит попробовать, как с Браем? Попытаюсь разозлить Хорна настолько, чтобы желание убить меня перевесило все остальные. Другого варианта я не находила.

День был чудовищно длинным, и предвкушение ужаса уничтожало меня. Меня два раза покормили, но аппетита не было, поэтому я съела совсем немного и только для того, чтобы служанкам не досталось еще и за это. Когда Хорн вернулся, я сидела все в том же углу. Он буквально влетел в покои, и одного взгляда мне стало достаточно, чтобы понять, что он взбешен.

– Ты! – выкрикнул он, указывая на меня пальцем. Глаза его пылали, а ноздри в гневе раздувались. Судя по всему, он оценил, наконец, масштабы, разрушений. Я неосознанно попятилась. – Ты проникла сюда обманом и уничтожила половину моей армии. Ты завалила проход в столовую и мои солдаты до сих пор его разгребают! Ты вызволила магов, на которых у меня еще были планы! Мне следовала догадаться, что ты шпионка. Еще тогда на балу, когда ты танцевала с советником. ОН подослал тебя, но заплатишь за это всё ТЫ!

Он метался по «комнате» и источал ярость. Меня не пугал его гнев, даже немного радовал, ведь нам удалось расстроить его планы. Меня до дрожи пугали последствия этой ярости. Человек, который способен сделать настолько страшные вещи, как с Леей, просто из похоти, не может не вызывать настоящей паники. Хорн подошел ко мне максимально близко и прошептал:

– Ну что, маленькая мышка, поиграем? – Он схватил меня за руки и рывком бросил на кровать. Я начала отползать к стене и прикрываться руками.

– Это хорошо, что ты боишься меня, это правильно. – Он снял военную куртку и оружие. Когда рубашка слетела с его плеч, страх схватил меня за горло. Лея говорила мне, что Хорн не способен обидеть меня как мужчина, но это не означало, что он не попытается.

Он подошел ближе и уперся ладонями в кровать, приближая свое лицо ко мне. Непроизвольно я выставила ногу и хотела его ударить, но он ее перехватил и с силой дернул, подтаскивая меня под себя. Я начала ерзать и вырываться. Хорн навалился на меня всем весом и, схватив за руки, завел их мне за голову, я извивалась и брыкалась, стараясь не позволить ему дотронуться до меня. Мне стало по – настоящему жутко от мысли о том, что из всех правил бывают исключения. А вдруг он справится со своим мужским бессилием? Что если он одолеет меня? Сердце сжалось в приступе паники.

Внезапно, мои глаза обожгло огнем, и я почувствовала капитана в своей голове. Я ощутила его ярость и глубочайшее отчаяние, а потом он поделился со мной силой, благодаря которой я смогла вырваться из лап правителя и ударить его кулаком по лицу. Он только усмехнулся, когда кровь хлынула из носа. Я отползла от него и собралась спрыгнуть с кровати.

– Это хорошо, что ты такая прыткая. Это мне нравится. – Он снова схватил меня за ноги и потащил к себе ближе.

Во мне клокотал гнев Аарона, он давал мне энергию, но и ее было недостаточно. И я, и капитан исчерпали свои силы в битве, мы не могли объяснить, что случилось с нами там, у выхода, но это событие отняло у нас возможность сопротивляться натиску Хорна. Аарон, тоже понял это и попытался отдать мне все свои силы без остатка, но я, предугадав его желание, выставила щит. Ладонь правителя со звоном обрушилась на мое лицо. В голове зазвенело от боли, рука непроизвольно потянулась к щеке.

– Ты довольно сильна, но я это исправлю. – Мне повезло, что правитель не заметил, что я выдохлась. Он встал с кровати и отправился к стене «пыток», к одной из цепей был привязан мешочек и когда Хорн коснулся его, внутри что – то зазвенело. Правитель достал небольшой пузырек и повернулся ко мне. – Это сделает тебя покорной и поможет расслабиться.

Я в ужасе бросилась прочь, но в два прыжка Хорн настиг меня и прижал к стене. Он железной хваткой взял меня за челюсть и надавил, заставляя открыть рот. Жидкость полилась в горло, обжигая его, я закашлялась, но Хорн закрыл мне рот ладонью, чтобы ни капли не выплеснулось наружу.

– А теперь подождем буквально пару минут, – сказал он.

Комната поплыла перед глазами, голова закружилась и тошнота подступила к горлу. Я начала оседать. Хорн подхватил меня и повалил на кровать. Ужасно хотелось сорваться с места и бежать прочь, но тело не слушалось меня. Он разорвал мое платье, и я ясно увидела желание в его безумных глазах. Мое тело ощущало каждое его прикосновение, но никак не могло отреагировать на них. Я заскулила у себя в голове, слезы покатились из глаз, и я закусила губу, чтобы ни один звук не доставил удовольствия этому мерзавцу. У себя в сознании я уже рыдала и звала на помощь.

Внезапно все изменилось, и я уже сидела на коленях в рваном платье и рыдала. Я почувствовала чьи – то руки на своих плечах и дернулась, пытаясь увернуться.

– Тише, Эйви, тише. Это я. – Голос Аарона показался настолько нереальным, что возникли сомнения в моем душевном здоровье.

Я подняла голову и увидела капитана, его глаза, наполненные болью, смотрели прямо на меня. Я рванулась к нему, но почувствовала, как разорванное платье расходится в разные стороны, обнажая мое тело. Я резко остановилась и, запахивая две половины платья, снова отползла назад. Я уже не понимала где я и что правда из того, что я вижу.

– Ты настоящий? – спросила я капитана.

– Нет, Эйви. Я в твоем сне. Правитель чем – то опоил тебя, и ты находишься на грани между сном и явью. Это позволило мне прийти на твой зов.

– Я чувствую его, Аарон, чувствую его руки на себе. – Капитан, дернулся как от удара, его лицо исказила злость.

– Я не должен был оставлять тебя там! – сокрушенно воскликнул он. – Я не имел на это права. А теперь я здесь, среди друзей и магов, а ты там совсем одна и это чудовище делает с тобой все, что ему хочется.

Аарон встал на ноги и вцепился в голову руками. Я видела, что он винит только себя и это убивало меня.

– Аарон, – тихо позвала я. Капитан обернулся.– Ты должен идти дальше, твой долг, как можно скорее добраться до Ессении. Нужно эвакуировать людей подальше от границы. Я справлюсь, я выдержу. Я смогла пережить подобное в тринадцать лет, смогу и сейчас. Тогда я была совсем одна, а сейчас ты сможешь дать мне сил.

Забота о нём отвлекала меня от того, что происходило в пещерах. Я чувствовала, что правитель исследует мое тело руками и языком, но присутствие капитана облегчало мои муки. Я невольно сморщилась, когда ощутила руки Хорна на своей груди, непроизвольно сделав защитный жест и прикрывая тело. Капитан, увидев мое движение, все понял и отвернулся.

– Аарон, – снова позвала я. – Помоги мне. Помоги пережить это.

Норд резко развернулся и не раздумывая ни секунды опустился на пол рядом со мной.

– Что я могу сделать? – спросил он, глядя мне в глаза.

– Прикоснись ко мне, – слова мои прозвучали едва слышно. Аарон удивился, но потом в глазах промелькнуло понимание, и он притянул меня к себе. Я утонула в ласковых руках. Аарон мгновенно окутал меня своим теплом и крепко прижал к своей груди. Он усадил меня к себе на колени, и я свернулась на его руках, стараясь полностью спрятаться от внешнего мира. Я прижималась щекой к его груди и слушала биение родного сердца. Сначала оно колотилось с невероятной скоростью, но постепенно замедлилось, успокаивая меня. Капитан гладил меня по волосам и слегка покачивал на руках. Я погрузилась в него полностью, и мне не хотелось выбираться из этого теплого убежища.

А потом снова вспышка и руки Хорна блуждают по моему телу. Я содрогнулась и в слезах подняла глаза на капитана.

– Не думай о нем, не думай. Смотри на меня, только на меня. Я здесь, с тобой. Я рядом, чувствуешь? – Аарон взял мое лицо в свои ладони и заглянул в глаза. Я мгновенно утонула в этих синих озерах, полных нежности. Сердце пропустило удар, и я больше не видела ничего вокруг. Капитан склонился ко мне и коснулся губами моих слез, он собирал их одну за другой, не выпуская мое лицо из рук. А потом, оторвавшись лишь на мгновение, чтобы увидеть в моих глазах согласие, он приник к моим губам жарким поцелуем. Счастье переполнило меня, в этот миг я поняла, что все встало на свои места и только эти губы должны меня целовать. Они были мягкими и теплыми. Поцелуй сначала был робким и неспешным, но ощутив мое счастье, капитан стал настойчивее. Я почувствовала, как его щиты дают трещину, а затем и вовсе исчезают. Нас поглотило общее нетерпение, желание ясно читалось в его глазах.

– Не отпускай, пожалуйста, не отпускай меня, – прошептала я и с мольбой в глазах начала раскрывать разорванное платье. Страх на секунду завладел мной, но я не могла позволить себе бояться. Аарон понял, о чем я прошу и не колебался. Он взял обе части моего одеяния и медленно спустил их, обнажая плечи и грудь. Я задрожала, но не от страха или ужаса, а от желания. Мне было жизненно необходимо, чтобы он коснулся меня. Когда платье было уже спущено до поясницы, Аарон помог мне лечь, и провел дорожку из поцелуев от левого уха и до пупка. Каждый поцелуй заставлял меня выгибаться ему навстречу. Я запустила руки под его рубашку и сняла ее, я хотела ощутить его тепло всем телом. Когда его руки коснулись моей груди, я застонала, этот звук вызвал в нем новую волну страсти, и я совсем потеряла голову.

Но вдруг, я почувствовала, как правитель Хорн ударил меня по лицу. Я дернулась в руках у капитана, и кровь полилась изо рта. А потом удары посыпались с новой силой, и я вжалась в грудь Аарона. Он прижимал меня все сильнее и сходил с ума от бессилия.

– Он злится. Он не смог пробудить свою мужскую силу и теперь злиться на меня, – проговорила я.

Через несколько минут все стихло, и Хорн перестал избивать меня.

– Он ушел, оставил меня на кровати и ушел, – прошептала я.

Капитан молчал и не выпускал меня из рук. Я знала, что мне придется отпустить его, но хотела еще немного побыть в безопасности. Я очнусь и прочувствую все, что произошло еще раз, да и головную боль, от совместного сна, тоже никто не отменял. Я неловко отстранилась и вновь натянула остатки своего наряда. О, небеса! Мы чуть было не перешли все границы. Это было как ураган, который заставил меня позабыть обо всем на свете.

– Как ты? – смущенно спросил капитан. Я ощутила его растерянность и стыд, горечь и чувство вины. – Это помогло?

Дыхание перехватило, от его слов, глаза тут же наполнились слезами и я отвернулась. Он хотел лишь помочь мне забыться, он чувствовал свою вину за происходящее. Я тут же выставила щит и скрыла от него свою боль.