Тупики в отношениях. Одиночество. Заметки психолога

Она

Девушка из хорошей семьи. Строгие родители. Суровая бабушка. Трудное детство – подросло поколение «детей перестройки». Школа в плохом районе, борьба с одноклассниками-юными троллями и гоблинами. Одиночество. Горе от ума в тонах 21 века.

Хорошая учеба. ВУЗ. Работа.

На работе ценят и уважают. Карьерный рост, стабильность.

Родители продолжают воспитывать в гротескно-советском стиле, т.е. ругать за каждый вздох, требовать стать лучше, ставить в пример других, и агрессировать в ответ на проявление слабости.

Он

Он тоже из «детей перестройки», но судьба его семьи нарисована другими виражами. Из трудностей и бедности неимоверным рывком его родители создали благополучную жизнь.

Заработали и для себя, и для любимого ребенка.

Воспитывать и растить его им было некогда, любили сильно, да и продолжают любить, и поэтому чадушко одарено материальными благами. Квартира, машина, работа, деньги «на жизнь», забитый едой холодильник… сами не жили, боролись и побеждали, и даже победили. И для кого это все? Для него – для наследника.

Личные качества его описываются привычным сейчас: «он мальчик добрый и умный, но…».

Это про мужчину лет 25—30.

Их отношения

Начинаются как праздник и романтическая сказка. И даже несколько лет могут сказкой и пробыть. Пока они просто влюбленная пара.

Затем они решают начать жить вместе.

Она привыкла, что жизнь борьба и надо постоянно что-то делать. Ее самый большой ужас – остаться одной, никому не нужной. Да и с ним материально комфортнее.

Потенциальную свекровь (или свекра) Она не любит, злится на нее, ревнует и где-то завидует, хотя и понимает.

Негатив – он про вмешательство свекрови в жизнь молодых. Причем, та живет еще во времени «кто девушку кормит, тот ее и танцует». А наша барышня хочет, чтобы ее прекрасный принц был самостоятельным и не зависел так от папы и мамы.

Он привык, что с одной стороны он-свет в окне, единственный и любимый. А с другой – времени на него нет, поэтому:

– ничего не делает, просто «болтается» по жизни, как привык в детстве,

– когда ему нужно внимание, провоцирует негативное своим поведением,

– он знает, что от него ничего не зависит, он кронпринц (числится, но не правит, не решает) и поэтому тотально пассивен. Может мечтать, говорить о чем-то, но решают родители.

Более того, его взросление «завязано» (по умолчанию) на смерть или болезни его родителей. И на иррационально-магическом уровне для Него «стать взрослым» – убить Родителей. Вряд ли кто-то на такое способен по доброй воле.

Его ожидания от Нее – что это будет более молодая модель мамы.

Ее ожидания от Него – что он станет ей опорой и защитой, напитает ее и ее жизнь, будет любить ее, восхищаться и баловать.

Они были одиноки в детстве, они чувствуют это друг в друге, и когда отношения подходят к разрыву, не могут расстаться – им жалко в другом раненого себя.

Это держит сильнее любой любви и обязательств.

В этот момент они часто приходят к психологу. Приходят за надеждой на чудо или за правильным решением, ответом на вопрос «что делать»?

Расстаться —невозможно. Быть вместе – невыносимо. Как быть?

Она хочет, чтобы он изменился, но уже не верит в это.

Он говорит, что изменится, но реально делать ничего не будет.

Она не ценна для себя и как черт ладана боится мужчин самостоятельных, уверенных, ответственных и уже готовых создавать семью. Им она командует. И он даже делает вид иногда, что слушается ее. Немного.

Он не вырос. Он еще тот мальчик, мама и папа которого ушли на борьбу с бедностью. Он знает, что деньги это ценность. И любит своих родителей. Самое страшно слово для него – сепарация. Впрочем «быть взрослым» – это и вовсе что-то вроде проклятья.

Он действительно не понимает, «что ей еще надо». Ведь его родители везут всех. Действительно везут, и готовы взять в семью и невестку тоже. Да, на своих условиях, а как вы хотели…

Чтобы создать в жизни трагедию, нужно взять разные сценарии и героев из разных сюжетов, и соединить их сильными эмоциями.

Ведь в паре с таким же молодым человеком, как и она, который ценит труд и развитие, адекватен, умеет работать и договариваться, ей было бы хорошо.

Но когда хорошо – она так не умеет. У нее на психологическом уровне не прописана программа выбора и поведения, чтобы было хорошо.

В паре с девушкой, которая ценит материальный успех и готова войти в семью, по сути, выйти замуж не за Него, а за его Родителей, и он был бы вполне счастлив. Но выбрал Золушку.

А Современные Золушки могут терпеть трудности и обиды несколько лет, а потом у них отрастают «зубы и клыки».

Саблезубая Золушка – то еще сокровище в отношениях…

Она стоит перед выбором:

– Пассивный Принц, Дворец и его Короли-Родители. Она может войти в их Сказку, подчиниться, встроиться, вписаться в систему и жить в ней. Цена вопроса – потеря себя.

– Вернуться к «отцу и мачехе», то есть к своим суровым родителям с суровой сталинско-советской бабушкой (это какой-то обязательный герой в подобных грустных историях). Цена вопроса – их постоянные попреки, что она плохая, никому не нужна, и вот там не удержалась, и «что ей еще надо было» – хороший же парень, квартира, машина, семья, все дела…

– Жить самой. Самой зарабатывать, искать жилье, обустраивать быт, свой круг общения. Цена вопроса – самостоятельность, встреча с собой и одиночеством (на какое-то время, иногда на достаточно долгое).

В Его мире такой проблемы нет. Если она уйдет, он будет какое-то время «догонять и возвращать», пока она эмоционально откликается. А если она действительно скажет НЕТ и уйдет, ему хотя и будет недолго мучительно больно, но в целом —у него все хорошо, есть семья, благополучие… а что Золушка «неправильная» попалась… бывает. «У всех так».

Мама и папа утешат и поддержат. И путевку подарят, чтобы восстановился. Или там машину новую.

И их тоже можно понять, это их способ – расстроился ребенок, что игрушка крутая и сложная потерялась, да не вопрос, мы тебе еще пять купим, лучше прежней.

Любят они так. Как умеют.

История с другим распределением ролей: Он – мальчик на побегушках, а Она – Звезда, Принцесса и любимая дочь начинается примерно так же. Только он терпит дольше, обычно, пока не случится измена (или несколько). И потом приходит с тем же вопросом «что делать», не желая сталкиваться с трудным выбором: терпеть или взрослеть.

Они выбирают между:

Терпеть или Рвать

И ошибаются.

Так как расстаться —невозможно. Быть вместе – невыносимо. Как быть?

Взрослеть.

А это не очень быстро, и не всегда легко и приятно.

Что происходило с героиней с психологической точки зрения? Каким образом она попала в затруднительную ситуацию?

Быть хорошей девочкой. Зачем?

Cтрогие родители и суровая бабушка воспитывали «хорошую девочку, послушную девочку».

Что это значит?

Несколько моментов:

– у нее есть интроект – эмоционально заряженное убеждение – что они правы. Вот просто по факту их существования, ее родители и суровая бабулька правы.

Даже когда они явно ошибаются.

В опыте ее детства каждый раз, когда она пыталась отстоять свои границы, свое видение мира – это рассматривалось как бунт и жестко подавлялось.

Ее детская адаптация к миру: забота о других.

Это был ее способ выжить и вписаться в родительскую семью.

– Чтобы что-то получить для себя, ей нужно было вести себя хорошо. И тогда родители ее поощряли.

Она привыкла заслуживать любовь.

Она усвоила идею о своей НЕсамоценности.

Она – никто, но если ведет себя хорошо, то ее за это могут «погладить».

Родители, учителя, и даже бабушка очень редко может сделать вид что одобряет.

Итак, «быть хорошей» = заботиться о других в ущерб себе, ожидая, что за это полюбят (поощрят).

К чему это приводит в реальной жизни?

Люди из других семейных миров не дешифруют ее поведение именно так.

Они могут думать, что если человек заботится о них, что-то для них делает, дарит им – это по той простой причине, что ему нравится это делать, он так выражает свою любовь, он сам этого хочет.

Они не знают, что это сделка.

Они воспринимают, что подарок – это даром. А не предоплата за что-то.

Другие люди из более жестоких личностных историй и вовсе подобный стиль адаптации рассматривают как проявление слабости и реагируют на него подсознательным страхом и агрессией.

Для них доброта и забота опасны, так как тепло и любовь вызывают их доверие, а следом боль и память о страданиях.

И им проще обесценить, отнестись потребительски, использовать и обострить ситуацию до конфликтной, чтобы подтвердить свою картину мира.

Но для «хорошей девочки» негативное отношение к ней означает только одно – что она плохая, и нужно постараться стать хорошей.

И она продолжает старательно и жертвенно, часто молча, заботиться о человеке, которому УЖЕ плохо от ее доброты.

Ведь она знает, что «другой всегда прав, а она нет».

Синоним для «хорошей, послушной девочки» – нарциссическое расширение.

Более страшное название. И смысл оно передает точнее.

Из живого человека методично делают удобный объект – как табуретка или мультиварка.

Без своей воли. Без своего характера. Хорошего.

Это очень трудная задача для современных родителей: как найти грань, и не вырастить из ребенка ни нарцисса, ни его тень – нарциссическое расширение (социального мазохиста).

При этом, ребенка нужно воспитать, чтобы он умел жить в реальном мире, общаться с людьми и быть в отношениях и оставался собой, развивал свою самостную, индивидуальную природу.

В истории, что мы исследуем, матриарх – суровая советская бабушка отшлифовала родителей героини «под себя». Затем все вместе они воспитали «хорошую, послушную девочку» из нее.

Социальный, исторический контекст достаточно часто меняется. И, если в период позднего СССР она могла бы вполне вписаться в жизнь, так как были структуры с понятными правилами и ее способ адаптации «заботиться о других, быть хорошей, слушаться» вполне соответствовал ситуации, то в современной реальности, где правила игры меняются очень часто, а люди воспитаны с очень разными ценностями она трагично проигрывает.

Как дрессированный зверек из цирка выпущенный в дикую природу.

Семейная драма из прошлого.

Суровая советская бабушка героини сюжета преодолела в своей жизни множество трудностей и испытаний.

Она усвоила следующее: нужно быть сильной и никогда никому ни на что не жаловаться.

Ворчать можно. Ругаться можно. Молчать можно.

А вот контакт со своими искренними чувствами и чувствами близкого человека – это нельзя.

Это запретно.

Там слишком много боли, беспомощности, растерянности, сожалений, страхов и любви.

Так не выжить.

Поэтому выход в том, чтобы сцепить зубы, терпеть и бороться. Пока не победишь.

Она почти победила, достигла уважаемого положения, получила приличное жилье, вырастила детей, и…

И тут снова грянул гром. Исторический.

Перестройка.

И все то, ради чего она боролась и терпела рассыпалось прахом.

Уважаемую профессию почему-то стали презирать.

В семью вернулись страх, бедность, голод и беспомощность.

И она повторила свой невыносимый подвиг. Закрыла глаза на реальность, сцепила зубы, напряглась и снова стала терпеть и бороться.

Под каток ее героической брони и угодила внучка.

Суровая бабуля и родители вбивали ей правила жизни, которые УЖЕ не работали. Более того, они вынуждали их девочку попадать в трудные и проблемные ситуации раз за разом.

Правила игры изменились. А они остались прежними.

То, как верят дети своим любимым родителям – это что-то запредельное.

И она верила, была хорошей, получала удары и наезды от одноклассников, и старалась стать еще более хорошей.

Некоторым таким девочкам «везет» и за какие-то их качества местная «звезда» может взять их в свою «свиту».

Тогда их уже никто не бьет и не издевается, но в обмен на защиту ими пользуются.

Повторяется их история из детства.

Они отчаянно пытаются нравиться и быть хорошими, удобными.

Девочка запомнила – если она такая замечательная, то это дает защиту и безопасность.

Что тут важно?

Что для ребенка в ситуации очень трудного, агрессивного мира БЕЗ поддержки родителей естественно мечтать и ждать, что попадется какой-то «защитник», чудесный человек, который увидит, поможет, полюбит, позаботится.

Иногда, некоторым везет и такие люди встречаются.

Большинству – нет.

Самое болезненное и трагичное в подобных историях то, что в какой-то момент ребенок понимает, что его родители – слабые, беззащитные.

И тогда он принимает на себя функцию «быть удобным», чтобы облегчить им жизнь.

Он любит. И любит так сильно, как ни в одной книге никто не смог описать.

А родители в регрессе, бабушка в броне, реальность в перестройке, одноклассники в своих процессах (у них тоже есть свои семьи, и бабушки, и дедушки).

Желая хорошего своей семье, суровая бабушка оказывается на стороне вражеского, агрессивного мира.

* роли могут быть распределены иначе. Сильный суровым человеком в семье может быть мать или отец, а бабушка или дедушка, наоборот, слабыми. Но общий расклад – примерно такой.

Матриарх (Патриарх), несколько слабых родственников в полном подчинении, и хорошая девочка (или хороший мальчик), умный, чуткий, эмпатичный, который попал между молотом и наковальней – реалиями эпохи и внутренним укладом семьи.

Бедность, голод и стыд.

Чтобы решить любую проблему, сначала нужно признать ее наличие – раз и свою ответственность в ее создании – два.

Ответственность – это не про вину и страдания, а про то, что в зоне моих действий, моих возможностей я что-то сделал ошибочно, и сейчас могу выбрать другой способ действий.

Для детей «правильных родителей», суровых и строгих, признать ошибку равно признать в тысячный раз свою ущербность, плохость. Никчемность.

И со всей силой инстинкта самосохранения их Собственное Я стремится избежать подобной экзекуции.

В их семье в прошлом считалось что они уважаемые, приличные, достойные в обществе люди.

Нельзя выносить сор из избы – было правилом.

Когда пришли трудные времена, перестройка и анархия, разруха 90х, напряжение в семейной системе усилилось многократно.

С одной стороны, для семьи героини нашей истории действительно наступили трудные, бедные, голодные времена.

А с другой возник сильнейший экзистенциальный кризис:

Если они достойные и уважаемые люди, хорошая семья, то откуда бедность до нищеты и голода?

Значит, они какие-то ленивые, плохие?

Обратите, пожалуйста, внимание на этот момент. Быть ленивым для нашей героини категорическое табу. А ее парень именно что ленив и пассивен, при этом материальные блага у него в наличии.

И один из глубинных источников их конфликта – разница ценностей и подходов к жизни.

Она не на него ругается, когда требует что-то делать, развиваться, вести быт.

Она как бы озвучивает протест всей ее семейной системы, накопившийся за голодные и трудные, бедные годы перестройки и девяностых против людей, которые «не работали, но у них все было».

Вернемся к ее детскому опыту.

В семье ее жестко приучали умалчивать о проблемах.

А любое признание ошибки автоматически приводило к наказанию и подтверждению ее плохости, никчемности, то есть к разрушению адекватного Собственного Я.

Признать же, что она ошиблась в выборе партнера, значит получить критику ее родителей и бабушки.

В представлениях самой девушки – еще и критику общества.

«Что люди скажут» тут действует как тяжелая артиллерия на стороне ее родителей.

То есть, она им еще ничего не говорила, но она уверена, что если они узнают о наличии проблемы, то ей станет в сотни раз хуже, чем сейчас.

Никаких «дочка поживи у нас, подумай о жизни, разберись в том, чего ты хочешь» не будет.

А будет «ты сама виновата, не смогла сохранить отношения, ты плохая, ты никому не нужна» и так далее.

Стыд – это СТОП-чувство.

Его задача останавливать импульс ДО начала действия.