Малышка для диктатора

Пролог

– Мы раньше не встречались? Ваше лицо мне кажется знакомым.

Время вокруг останавливается, а сердце в груди забилось в бешеном ритме. Я хватаюсь пальцами за столешницу и сжимаю ее до боли в костяшках, боясь свалиться в обморок, а потом медленно поворачиваю голову в сторону мужского хриплого голоса.

Это был он. Без сомнений.

Все так же дерзок, уверен в себе и… женат.

Я все-таки бросаю короткий взгляд на безымянный палец его правой руки, чтобы в очередной раз убедиться в этом. Правда, кольцо другое, не то, которое он выбросил при мне прямо в озеро, доказывая серьезность своих намерений.

Он наклоняется ближе ко мне, так, что его дыхание щекочет мою щеку. Я вся дрожу от напряжения и жду, что же дальше.

– Говорю: мы знакомы? – перекрикивает шум вокруг, считая, что я не расслышала его с первого раза.

Эти слова для меня как пощечина. Он издевается? Неужели за то время, что мы не виделись, я изменилась до неузнаваемости? Да, после родов у меня грудь стала на размер больше, да, у меня округлились бедра и теперь я не похожа на угловатого подростка. Да, я обрезала свои длинные волосы, но тем не менее это все еще я. Его малышка.

– Разве что в прошлой жизни, – хмыкаю я после небольшой заминки, отодвигаясь от него на безопасное расстояние, и залпом выпиваю бокал мартини. – Повтори, только чего-нибудь покрепче, – киваю официанту и нервно постукиваю пальцами по гранитной поверхности, избегая прямого зрительного контакта с мужчиной.

Похоже, он не узнал меня. Хотя прошло всего полтора года с нашей последней встречи. С той самой ночи, когда он без лишних слов захлопнул дверь и помчался к своей жене, оставив меня изнывающей от желания в холодной постели.

Хотя, может, просто прикидывается?

– Плохой день? – протягивает Олег, и я все же не выдерживаю – жадно пожираю мужчину глазами, подмечая и грубый шрам на виске, которого раньше не было, и слегка растерянный взгляд, что было несвойственно ему. Исчезло даже надменное выражение лица, которое раньше не покидало его даже во сне.

На мгновенье я засомневалась, что это и в самом деле Исаев. Может ли быть такое, что это все лишь галлюцинации?

– У меня, кстати, тоже хреновый день. Кажется, я вижу призраков, – он усмехается и, не отрывая от меня хищного взгляда, делает глоток янтарной жидкости. Ведет себя непринужденно и спокойно, словно и в самом деле видит меня впервые.

Закидываю ногу на ногу, чтобы скрыть нервозность, и в вырезе платья показывается резинка чулок. Должно быть, это смотрится весьма эротично, потому что взгляд Олега темнеет. Манит. Гипнотизирует. Обещает неземное наслаждение.

Я чувствую странный электрический разряд, который заполнил пространство между нами, как это случалось всегда, когда мы были в непосредственной близости друг от друга. Хватаю стакан с барной стойки и, даже не интересуясь, что в нем, опустошаю одним глотком. Горло опалило, и я закашлялась. Из глаз брызнули слезы.

– Извини. – Я срываюсь с места и спешу скрыться в уборной. Прижимаюсь спиной к холодному кафелю и пытаюсь восстановить дыхание. Получается хреново. Руки все еще дрожат, ноги не слушаются, а в голове так стучит, что я больше ничего не слышу вокруг.

Я так долго ждала этой встречи, а оказалась совсем не готовой. Вся та боль, которая жила в моем сердце много месяцев, вспыхивает с новой силой. Как и потребность подчиниться ему.

Я говорю себе, что давно уже не та слабая наивная девочка, какой была в прошлом. Убеждаю себя в том, что в этот раз ему не удастся запудрить мне мозги, а потом свалить в закат. Проклинаю его зеленые глаза за то, что достались моему ребенку и заставляют каждый день вновь и вновь переживать все заново.

Не знаю, сколько времени я провожу перед раковиной, но, когда выхожу, чтобы позорно сбежать, врезаюсь в крепкую мужскую грудь. В нос ударяют знакомые нотки древесного аромата и табака. Я вздрагиваю и пячусь назад под пристальным взглядом мужчины.

В эту минуту он похож на себя.

Опасный. Хищный. Не терпящий возражений диктатор.

– Хочешь меня? – внезапно спрашивает он, нависая надо мой.

Я хочу съязвить что-то, послать его к черту, сказать, как сильно ненавижу, но в ответ лишь зачарованно пялюсь на пульсирующую венку на его шее и непроизвольно облизываю губы, ожидая его действий.

А через десять минут мы уже сидим в пафосном желтом «Ламборджини» и мчим на всей скорости по трассе. В его загородный дом. Дорогу к которому я узнаю даже с закрытыми глазами.

Не знаю, на что я надеюсь. На самом деле это первый раз за долгое время, когда я решила выйти развеяться. А еще подцепить горячего мужчину и хотя бы на одну ночь стать грешницей. Чтобы забыть руки, губы и голос того, кто каждую ночь приходил ко мне во сне. И вот по насмешке судьбы я снова в его власти. И в этот раз мы снова играем в игру, правила которой известны только ему.

Но мне интересно. Интересно, что будет дальше.

– Приехали, – его голос звучит хрипло, он неуверенно смотрит в мою сторону, потирает пальцами переносицу и покидает салон первый.

Я чувствую себя шлюхой, которую привезли на одну ночь. Только в этот раз – дорогой элитной шлюхой.

Что я вообще здесь делаю?

Мне хочется встряхнуть его хорошенько, чтобы он прекратил этот фарс, но я смиренно следую за ним.

Каблуки моих туфель звонко стучат по выстеленной брусчаткой дорожке, Олег не ждет меня, не оборачивается. Он вообще ведет себя странно, будто мы и в самом деле не знакомы. Я хочу знать, что у него в голове. Но он молча идет впереди меня, задумчиво глядя на звездное небо. Необычно спокойный и расслабленный.

Жалеет ли он о том, что бросил меня? Значила ли я для него что-то? Я горько улыбаюсь своим мыслям и проскальзываю за ним в дом. И стоит мне только переступить порог, как Олег хватает меня за талию, прижимает к стене и набрасывается на мои губы. Проталкивает в рот язык, грубо задирает платье и проникает пальцами под трусики.

Наш поцелуй со вкусом виски и горечи.

Обжигал, подчинял и лишал воли.

Меня колотит крупная дрожь. Я не дышу. Выгибаюсь в его объятиях, желая быть еще ближе. Закрываю глаза и позволяю себе забыться на одну ночь. Делаю вид, что все как прежде и мы не расставались. Ни на день. Ни на час. Ни на мгновенье.

– Почему мне от тебя так сносит башку? – рычит мне в губы и нащупывает чувствительную точку на моем клиторе.

Я вскрикиваю, понимая, что готова кончить лишь от одного его прикосновения. За эти полтора года, которые казались мне вечностью, ни один мужчина так и не смог подобраться ко мне настолько близко.

– Снимай это проклятое платье, пока я не разорвал его на тебе, иначе домой придётся возвращаться в одних чулках.

В ушах стучит от переизбытка эмоций, и все, о чем я могу сейчас думать, – поскорее бы избавиться от одежды, чтобы как раньше – кожа к коже.

– Молния, помоги мне с молнией, – хнычу я, вырывая пуговицы его белоснежной рубашки и царапая его мускулистую грудь короткими ноготками.

Кажется, Олег взволнован не меньше моего. Какое-то время он борется с замочком на платье, а потом просто вырывает его, обнажая мою спину. Он прижимает меня к себе и проводит носом по шее, его ладонь больно сдавливает мою грудь, заставляя томиться в ожидании. Я трусь попой о его пах, и с моего рта срывается стон, когда его зубы впиваются в мою нежную кожу.

Олег внезапно подхватывает меня на руки и несёт в гостиную. Он не произносит ни слова. Ни насмешливых шуточек в мой адрес, ни грязных словечек, которые он так любит.

Он бросает меня на мягкий диван и, не отводя взгляда от моих глаз, медленно принимается расстёгивать ремень. Так же медленно вытягивает его из петель чёрных джинсов, а потом разделывается и с пуговицей. Его хищная улыбка сводит меня с ума, заставляя ерзать от нетерпения. Я боюсь, что это всего лишь сон. Это кажется невозможным: он и я в одной комнате плавимся от неудовлетворенного желания.

Он без стеснения снимает штаны вместе с боксерами, пока я дрожащими руками воюю со своим платьем и остаюсь в одном нижнем белье. Самом развратном и порочном нижнем белье, которое у меня есть.

– Идеальная, – восхищенно выдыхает он и накрывает меня своим телом.

Я прикасаюсь к его твердому члену и провожу большим пальцем по пульсирующей головке. Все как он любит. Исаев же в ответ оттягивает вниз кружевной черный лифчик и проводит языком по моему соску. Его руки разрывают тонкую ткань трусиков, и я не успеваю сделать вдох, как одним резким движением без промедлений он оказывается внутри меня. И все. Меня нет. Пусть наутро я пожалею о своем поступке, но сейчас я дышу в унисон с желанным мужчиной, зарываюсь пальцами в его короткий ежик, оставляю засосы на его шее и, не контролируя себя, выкрикиваю его имя раз за разом.

Он двигается внутри меня быстрыми ритмичными толчками и, когда я уже близка к разрядке, внезапно замирает, одной рукой надавливает мне на плечо, удерживая под собой, и слегка отстраняется. Так, чтобы у него была возможность рассмотреть меня.

Олег блуждает по моему лицу странным взглядом, а у меня так кружится голова – то ли от выпитого алкоголя, то ли от близости мужчины, – что перед глазами все расплывается.

– Пожалуйста, продолжай, – молю его, притягивая к себе за шею и подаваясь навстречу бедрами.

Его не нужно просить дважды. Он жестко трахает меня, доставляя ни с чем не сравнимое удовольствие. Так, как умеет только он. И когда я наконец-то взрываюсь и рассыпаюсь на тысячи частиц, понимаю, что ни хрена это не сон. Все реально.

Он стонет, выходит из меня и придавливает своим телом. Его тяжелое дыхание звучит прямо над моим ухом, а руки все ещё поглаживают талию и бёдра.

– Черт, я мудак, – он не спрашивает, утверждает, а я не спорю: он и в самом деле мудак. Резко перекатывается на спину и пялится в потолок. Я не знаю, что мне делать. Нам нужно поговорить. Наверное. А потом я вспоминаю о дочери, и липкий страх расползается по всему телу. Если он узнаёт о ней, то обязательно отберёт.

Поэтому я закрываю глаза и притворяюсь спящей. Чувствую, как какое-то время спустя он перегибается через меня, что-то ищет на полу, а потом чиркает зажигалкой, и в нос ударяет горький запах сигаретного дыма. Я не шевелюсь. Дожидаюсь, когда его дыхание рядом выровняется, и, убедившись, что он уснул, осторожно поднимаюсь с дивана. Я стараюсь не смотреть на него. Потому что всего один взгляд на это идеально сложенное тело, и даже ненависть, которую я взращивала к нему все это время, не удержит меня от того, чтобы остаться до утра. Провести ночь в его объятиях. Наслаждаться запахом его тела.

Ног касается что-то гладкое и прохладное. Я опускаю взгляд вниз и натыкаюсь на его телефон. Воровато оглядываюсь на мужчину и беру гаджет в руки. Раздумываю всего одно мгновенье. Нажимаю знакомую комбинацию, но пароль не подходит.

Ладно.

Затаив дыхание, подношу телефон к большому пальцу Олега, и на экране появляется заставка счастливой семьи. Его семьи.

Я думала, что давно уже вылечилась от этого. Думала, что перестала реагировать так остро, видя то в журналах, то в новостях лица его жены и сына, но это оказывается сильнее меня.

На месте высокой рыжей девушки должна быть я, а малыш на руках Олега должен быть нашей дочерью.

Сколько раз он врал мне, что не любит ее? Сколько раз говорил, что не прикасается ни к кому, кроме меня? Сколько раз просил потерпеть ещё немного и он получит развод? И что в результате?..

Я с трудом сглотнула подступивший к горлу ком, а потом на моем лице расцвела мерзкая улыбка. Я тоже могу быть мстительной стервой. Исаев испоганил мне жизнь, так почему я должна быть милостивой к нему?

Я делаю самую подлую вещь, на которую только способна обиженная женщина, знаящая что ее предали. Делаю фото со спящим обнаженным Олегом и отправляю его жене. А ещё приписку: кажется, ты потеряла форму после родов, раз твой муж в который раз выбрал меня.

А потом подхватываю своё платье, туфли, пиджак Олега, чтобы скрыть обнаженную спину, и, довольная как кошка, иду в строну выхода. Вот теперь точно все точки расставлены над «i», а уважаемый чиновник Исаев уложен на лопатки.

Глава 1

Пробки на дорогах меня чертовски раздражали, как и то, что на целых три дня я лишился личного водителя. А ещё это уродское корыто впереди с оранжевой шашкой «такси», которое пытается перестроиться в средний ряд. Черт, вот возьму и куплю себе вертолет. И похрен, что в городе всего несколько вертолетных площадок, буду «парковаться» прямо посреди дороги. Или на площади.

Я нажимаю на педаль газа, не давая рухляди прорваться вперёд, и резко торможу. Высовываю через окно руку, стряхиваю пепел сигареты и подношу ее к губам. Делаю глубокую затяжку, блаженно закрываю глаза и выдыхаю дым.

Спокойно, Исаев, без нервов, осталось совсем немного, две столкнувшиеся машины, которые перекрыли проезд, уже совсем близко. Ещё минут десять, и выжму педаль газа до упора.

Делаю ещё одну затяжку и скучающим взглядом смотрю перед собой. Я даже не заметил, когда прошло лето. На деревьях уже почти не осталось листьев, а ежедневная слякоть и холод успели порядком поднадоесть.

Поворачиваю голову в сторону и кривлюсь от отвращения. Синей машине с облущенной краской и ржавчиной давно пора отправиться на свалку, а не развозить пассажиров по городу. Водила жмёт на газ, проезжает полметра и останавливается так, что напротив моего окна оказывается его пассажирская дверь.

Совсем молодая блондинка в дурацкой вязаной шапке всхлипывает и вытирает рукавом слезы. Я закатил глаза: женские слезы меня давно не трогали. Моя жена любит реветь по поводу и без, стоит мне прикрикнуть на неё либо уменьшить лимит на карте. Сначала она истерит, обзывает меня бесчувственным мудаком, винит во всех своих бедах и проклинает тот день, когда согласилась выйти за меня замуж, а потом наигранно ревет. Пока я не посылаю все к черту и не делаю так, как хочется ей.

При воспоминании о Марине настроение, которое и так было на грани, вообще испарилось. Проклятая баба, на хрен я вообще с ней связался?

Машина впереди меня сдвинулась с места, несколько секунд я медленно еду за ней и снова торможу. Выбрасываю окурок прямо на дорогу и ловлю взгляд синих ледяных глаз за стеклом такси.

На мгновенье время вокруг словно застыло, есть только я и заплаканная незнакомка с опухшими красными губами. Она зачарованно смотрит на меня, а потом смущённо отводит взгляд и снова трёт рукавом глаза.

Сглатываю, пытаясь справиться с внезапной дрожью, которая овладела моим телом, а потом не выдерживаю и снова смотрю в сторону незнакомки.

Она делает вид, что меня не существует, смотрит на себя в зеркальце, вытирая салфеткой размазанные по лицу разводы туши.

Еще несколько метров вперёд, и я снова отрываюсь от дороги и смотрю в окно помятой «пятерки». И меня дико злит, что плакса не обращает на меня внимания.

А должна.

Я хорош собой, а ещё у меня крутая тачка, которая так и кричит о том, что кошелёк в моих брюках не самый тонкий. Как и член. Он у меня вообще охуительный. Обычно женщины сами начинают флиртовать, заигрывать и делать неприличные намеки, а мне остаётся лишь выбрать ту, с которой скоротаю ночку, а потом снова с головой окунусь в бизнес и дерьмо, которое называется «семьей».

– Эй, – протягиваю руку и костяшками стучу по стеклу такси. Незнакомка вздрогнула от неожиданности и уставилась в мою сторону. – Стекло опусти! – кричу с уверенностью, что она меня услышит, потому что эта машина вряд ли в курсе существования звукоизоляции.

Девушка несмело смотрит то на меня, то на дверку, но поддаётся моему напору и медленно крутит ручку, опуская стекло.

Нас разделяет жалкое расстояние, я могу потянуться и прикоснуться к ее волосам, а ещё поймать на ее щеке очередную слезу.

– Парень, что ли, бросил? – отвечаю на ее вопросительный взгляд и по тому, как расширяются глаза незнакомки, понимаю, что с первого раза попал в точку.

Она молчит. Застыла словно статуя, вот только слезы выдают, что она настоящая.

Слабые женщины! Бесит! Раздражает! Но какие же у неё чертовски соблазнительные губы! И я определенно могу найти им хорошее применение.

– У меня есть две бутылки отменного вина, малышка, запрыгивай, помогу утолить твои печали, – хмыкаю, потому что уверен в выборе девочки.

В голове даже включил обратный отсчёт, вот сейчас скажет что-то водителю, расплатится и, пока трафик не сдвинулся с места, переберется ко мне.

Усмехаюсь своим мыслям и наблюдаю, как девчонка яростно крутит ручку, поднимая стекло.

Что, черт тебя дери, она делает?

– Эй, малыш, я тебя вообще-то к себе приглашаю. – Может, она неправильно меня поняла? Или решила, что я пошутил?

Всматриваюсь в профиль незнакомки, но она выбрала стратегию игнора. Ну и пошла ты к черту! Вон брюнетка в правом ряду на Порше, та точно согласится на внеплановый осмотр и тест-драйв своей крошки.

Пялюсь на девушку, но даже с такого расстояния на ее лице выделяются перекачанные губы. С отвращением смотрю на этот силикон и снова возвращаюсь к синей «пятерке».

Мне ещё никто не отказывал, и эта уж точно просто так не уйдёт. Скорее всего, решила набить себе цену.

Еще раз стучу по стеклу, но в ответ получаю… средний палец.

Что за чертовщина?

Хочу со всей силы стукнуть по крыше, но именно в этот момент такси срывается с места и перестраивается в мой ряд. Ещё несколько метров, и мы объезжаем пробку, вырываясь на свободу.

Я с силой сжимаю руль, не отрываю глаза от мельтешащей впереди синей тачки и не замечаю, что давно проехал свой поворот.

Чертова девчонка! Фак мне показала! Да я в порошок ее за это стереть могу. Она вообще в курсе, с кем связалась?

Еще несколько кварталов, и машина сворачивает в серый неприглядный двор, по периметру которого стоят пятиэтажки. В таком что, ещё кто-то живет?

Девчонка выпрыгивает из машины, поправляет на голове шапку и поднимает глаза, смотря в одно из окон.

Я глушу мотор своего монстра и быстро выбираюсь из машины, боясь упустить ее из виду, но зря волнуюсь: плакса садится на скамейку и пялится на свои руки, сложенные на коленях.

Попалась мышка.

Она не замечает меня и не слышит, как я подхожу. Останавливаюсь в нескольких шагах от неё и какое-то время просто наблюдаю за неподвижной фигуркой. Не до конца понимаю, чего хочу от этой девушки. Ну да, симпатичная мордашка, фигурку, правда, под мешковатой длинной курткой не рассмотреть, но, черт, такие вот замарашки ведь не мой уровень. Девочки за сто баксов в час и то лучше выглядят.

Я не испытываю никакого эстетического наслаждения, смотря на неё, мне не хочется впиться в ее рот поцелуем, не хочется распластать прямо на лавочке и грубо трахнуть, но почему-то я все же здесь.

Ах да, она же фак мне показала.

Глава 2

Я мечтала о любви, настоящей и искренней, и мне казалось, что я ее встретила. Артур был самым красивым, интересным, харизматичным, галантным и понимающим парнем в мире.

До этого дня.

Несколько месяцев он ухаживал за мной, а три недели назад мы наконец-то официально стали парой.

И тут его словно подменили. Он начал зажимать меня по углам в университете, пытался стянуть с меня одежду в машине, а сегодня вообще поставил ультиматум: либо я «даю» ему, либо мы расстаёмся.

Он знал, что у меня еще ни разу не было близости, и его слова растоптали меня. Несмотря на то, что мне уже двадцать, я не спешу расставаться со своей девственностью. Мне было банально страшно. Страшно быть использованной. Страшно быть разочарованной. Страшно обжечься. Да и сам процесс не вызывал у меня особого восторга.

Я решила не идти сразу домой. Успокоиться, чтобы не получить миллион вопросов от сестры по поводу моих заплаканных глаз. Поэтому мерзла на деревянной лавочке у подъезда, радуясь, что надела сегодня теплую куртку, а не лёгкое пальто.

Вот в такие моменты мне безумно хочется свою квартирку или хотя бы комнату. Чтобы вернуться домой после неудачного свидания, зарыться под одеяло и проплакать всю ночь.

– Задницу отморозишь.

Я вздрогнула от мужского голоса с приятной хрипотцой и обернулась, наткнувшись на взгляд пронзительных глаз.

Тот самый мужчина из чёрного мерса. Мне вдруг стало страшно. В последнее время в новостях только и говорят что про убийства, изнасилования и нелегальный вывоз девушек для работы в борделях за границей. Во дворе ни одной живой души, и, если он решит напасть на меня, никто даже не узнает об этом и не придёт на помощь.

Но он молчал и не подавал никаких признаков агрессии. Может, это тактика такая – усыпить бдительность жертвы?

Мужчина достал из кармана пачку сигарет и закурил, повернув голову в сторону чёрного внедорожника, который смотрелся в нашем дворе с поломанными лавочками и ржавыми качелями не к месту. Как и его хозяин.

Начищенные до блеска туфли, белая рубашка, чёрное пальто, аромат дорогого парфюма – это явно не тот тип людей, которые ютятся втроем в тесной коммуналке, ходят в душ по расписанию и воюют с соседями за то, что те готовят на их плите, чтобы не крутить показания своих счетчиков.

– Предложение насчёт вина все ещё в силе, – как бы невзначай говорит он, не сводя с меня насмешливого взгляда.

– Маленьких девочек плохие дяди заманивают конфетками и щенками, а больших – хорошим вином? – хмыкаю, жадно рассматривая его.

Слегка отросшая щетина, зеленые пронзительные глаза, несколько морщин вокруг глаз и стильная стрижка – казалось, он только что вышел из какого-то барбершопа.

– Это называется соблазнением, малыш, – хмыкает он и подходит ко мне вплотную.

Мои коленки утыкаются в его ноги, и мне приходится задрать голову вверх, чтобы ответить на его взгляд.

– Вынуждена отказаться, два соблазнителя в один день на меня одну как-то уж слишком много.

– Даже так, – протягивает он. – И как? Ему удалось покорить тебя?

– Не-а, и вам не удастся. Мне пора. – Поднимаюсь со скамейки, но не могу сделать и шага, так как незнакомец пользуется ситуацией и обхватывает меня за талию. А потом наклоняется к моему лицу, проводя по щеке своим носом.

– Пахнешь так сладко. Ну же, не сопротивляйся, я хорошо заплачу за вечер, тебе ведь нужны деньги, не так ли?

Меня отрезвляет, с силой упираюсь ладонями в его грудь и толкаю, вырываясь из этих липких объятий.

– Придурок! – выкрикиваю и со всех ног бегу к двери своего подъезда, вряд ли такой холеный мажор, как он, снизойдёт до вонючей лестничной клетки.

Я быстро поднимаюсь по ступенькам на четвертый этаж. Под ноги из темноты выпрыгивает кошка, и от неожиданности я визжу так громко, что двери нашего блока открываются и в тусклом свете появляется голова моей матери.

– Что случилось? – Она взволнованно смотрит на меня, пока я протискиваюсь в тесный коридор на пять комнат.

– Кошка.

– А-а-а. Что-то рано ты сегодня. Еще восьми нет.

– Вспомнила, что на завтра нужно срочно контрольную сделать. И реферат на понедельник, а на выходных у меня подработка, так что… – развожу руками, стараясь скрыть от матери свои настоящие эмоции. Не хватало еще ей переживать из-за всяких глупостей. Подумаешь, парень бросил.

– Ясно. Я в пятницу в ночную. Сашка, алкаш, совсем разбушевался, так что будьте с Катькой осторожней и закрывайте комнату на ключ.

– Хорошо, мам.

Я иду вдоль убогого коридора в самый конец. Мимо горы потрепанной обуви, нескольких цветных тазиков и пустых трехлитровых бутылей. Снимаю куртку и падаю на диван.

Как же хреново.

– Как там твой Артурчик, а? – Сестра отрывается от телефона и смотрит на меня любопытным взглядом, даже не представляя, что своим вопросом делает еще хуже.

– Все нормально, – говорю безжизненным голосом и прикусываю губу, чтобы не разреветься. Еще и этот придурок на дорогой тачке прикопался.

– Ну, ты не зевай, такие парни на дороге не валяются. Отсоси ему парочку раз, подразни сексуальным бельишком и не успеешь моргнуть, как переедешь к нему в квартирку.

Мои щеки вспыхнули от Катькиных слов, я хотела поспорить с ней, возразить, но знала, что без толку. Ей двадцать три, и она из тех, кто умеет вертеть парнями направо и налево. И, несмотря на свою опытность в таких делах, почему-то все еще живет вместе с нами в коммуналке.

Мы с ней хоть и родные сестры, но совершенно разные. Как внешне, так и по характеру.

– Кстати, мамки в пятницу не будет, так что погуляй часиков до десяти, ко мне Славка придет.

– Где мне погулять? На улице холодно, – возмутилась я, резко поворачиваясь в ее сторону. – На прошлой неделе у меня ноги промерзли так, что я три дня с температурой лежала.