Долги Люцифера. Как делать деньги после войны

Войны и социальные потрясения сопровождают все крупные переломные периоды империалистической истории человечества. Так было при переходе от натурального хозяйства к товарному, а потом при переходе от простого товарного хозяйства к капиталистическому. Так обстоит дело в эпоху империализма, являющегося последней ступенью капиталистического развития, упирающегося в период пролетарских революций.

Войны и революции со всей остротой выдвигают всегда вопрос о государственных долгах. Государственный кредит в его зачаточных формах столь же стар, как и капиталистическая государственная власть. Рост и усложнение государственного аппарата, соответствующие основным ступеням развитии капиталистического хозяйства и его противоречий, меняют форму и характер государственных долгов.

Возникновение твердой власти – условие необходимое, недостаточное для развития государственного кредита. Развитая его форма предполагает наличие свободных капиталов и легкость их передачи. Эти условия появились полностью лишь в XIX в.

Прошлое столетие открывается эпохой наполеоновских войн, вызвавших непомерный рост долгов европейских государств и, в первую очередь, Англии. В последующие десятилетия долги европейских государств возрастают довольно медленно. В 40–70‑х гг. XIX в. получают широкое распространение государственные займы в целях железнодорожного строительства. Резкий скачок государственная задолженность обнаруживает с 70‑х гг. XIX в. – в период восходящего империализма. Рост этот тесно связан с захватнической политикой капиталистических стран. В конце XIX в. весь мир был поделен между великими державами. Делить больше было нечего. Можно было только переделять при помощи вооруженной силы. Захватническая политика неизбежно ведет к вооруженным столкновениям. Армия и флот играют роль не только в военное время, но и в мирное, подкрепляя внешние хозяйственно-политические требования капиталистических государств. Вместе с империализмом растут из года в год государственные расходы на содержание армии и флота. За 25 лет до мировой войны (1688–1913) ежегодные военные расходы Германии возросли на 140 %, Англии – на 134 %, Франции – на 103 %, России – на 210 %, Соединенных Штатов – на 276 % и т. д. Текущие доходы капиталистических держав не в состоянии покрыть этих колоссальных расходов. В связи с этим увеличились государственные долги европейских держав. Вместе с тем продвижение европейского капитала в отсталые страны способствует росту внешней задолженности последних.

Накануне империалистической войны мировая задолженность определялась в размере около 90 млрд. руб. Из этой суммы свыше 65 млрд, приходится на европейские страны, причем на руководящие капиталистические страны Европы – Великобританию, Германию и Францию – падает около 30 млрд. руб. В этих государствах задолженность является исключительно внутренней. Внешние долги имеют в Европе страны отсталые, с преобладанием сельского хозяйства.

Государственный долг европейских колониальных и полуколониальных стран в 1913 г. (в миллионах рублей)

Так, например, при государственном долге царской России накануне империалистической войны в размере 8,8 млрд. руб. – 4,2 млрд. руб. падает на внешнюю задолженность. Из общей суммы задолженности Венгрии в 2,5 млрд. руб. около 1,5 млрд, падает на внешние долги; в Румынии – при государственном долге в 650 млн. руб. к свыше 500 млн. руб. приходится на внешний долг; в Греции внешний долг составляет 270 млн. руб. при общем размере государственного долга в 330 млн. руб.; в Болгарии – 200 млн. из 350 млн. Задолженность внеевропейских стран, как это видно из таблицы («Гос. долг…»), почти исключительно внешней.

Соотношение между внешним и внутренним долгом в главнейших странах мира накануне империалистической войны представлено в диаграмме № 1.

Диаграмма № 1. Внутренние и внешние долги главнейших государств в 1913 г. (в млн. рублей)

Накануне империалистической войны общая сумма внешней задолженности всех стран мира определяется, примерно, в 25 млрд. руб. Уплата процентов по долгам составляет значительную часть государственных расходов – особенно в отсталых странах. В Китае, например, на уплату процентов уходит свыше 2/3 всех государственных расходов. Около 30–40 % общей суммы государственных расходов составляют платежи по долгам в Болгарии, Португалии, Эквадоре, Южно-африканском союзе и Бразилии; от 20 до 30 % – в Сербии, Египте, Боливии, Румынии, Греции и т. д.

Вывоз капиталов и внешние долги отсталых стран в эпоху империализма

Уже на ранней ступени развития капитализма обнаруживается двойственная роль государственных долгов. С одной стороны, они способствуют разрушению старых – докапиталистических – форм хозяйства и ведут к обнищанию рабочих и мелкобуржуазных масс. Но вместе с тем они благоприятствуют развитию производительных сил, образованию классов, сплочению их и созданию условий к организованной классовой борьбе. Противоречивая роль государственных долгов, и в первую очередь внешних, особенно ярко обнаруживается в период империализма.

В последней четверти XIX в. мы наблюдаем огромное накопление капиталов в немногих богатейших странах. Этот избыток капиталисты, конечно, меньше всего намерены использовать для повышения жизненного уровня рабочих масс и крестьянства. Капиталисты богатых стран стремятся вывозить свободный капитал в отсталые страны, как в форме промышленного капитала, так и в виде ссуд правительствам отсталых государств.

Если для старого капитализма при господстве свободной конкуренции был типичен вывоз товаров, то для капитализма на высшей и последней ступени его, для монополистического капитализма, – характерен вывоз капиталов.

В вывозе капиталистических стран все большую роль начинает играть промышленное оборудование. Покуда кредитуется вывоз готовых изделий, зависимость должника носит преходящий характер. Дело, однако, меняется, когда начинается кредитование ввоза основного капитала. Должник в этом случае может освободиться от заимодавца лишь по истечении долгого времени. Такого рода длительное кредитование под силу лишь промышленному капиталу, когда он тесно срастается с банковым. Вместе с тем меняются отношения между странами вывозящими и ввозящими. Когда речь идет о вывозе товаров, фабрикант и торговец вывозящей страны получают прибыль, условия возникновения которой уже были созданы в стране вывозящей: они превращают в деньги ту прибавочную стоимость, которая была ими получена в результате эксплуатации «своего» отечественного пролетариата. При вывозе же оборудования фабрикант и стоящий за его спиной банк участвуют в присвоении прибавочной стоимости, создаваемой в стране, ввозящей капитал.

Каковы причины вывоза капиталов?

Переход от промышленного капитализма к монополистическому финансовому капитализму обозначает необычайное обострение капиталистических противоречий. Непрерывные технические улучшения и рост применения машин приводят к падению нормы капиталистической прибыли, которое лишь частично сдерживается политикой цен монопольно-капиталистических объединений (картели, синдикаты, тресты). Это обстоятельство усиливает погоню за сверхприбылью, которую дают промышленникам более отсталые страны. Непрерывный рост производства, обострение борьбы за рынки, таможенные стены, вздорожание сырья и топлива действуют в ту же сторону. В отсталых странах капиталов мало, цена земли и ее продуктов там не велика, а заработная плата низка.

Известный французский экономист Неймарк следующим образом оценивает размер иностранных вложений Англии, Франции, Германии и Северо-Американских Соединенных Штатов накануне мировой

..

Названные государства от своих заграничных вложений получали ежегодный доход в размере около 4 млрд, руб. Общий вывоз товаров этих стран составлял за год 13 млрд. руб. Таким образом, доход от иностранных вложений превышал % ценности всего вывоза товаров из названных четырех стран.

При этом большая часть капиталов, как мы уже знаем, была вложена в заокеанские страны – колониальные и полуколониальные. Лишь Франция значительную долю своих капиталов вкладывала в европейские страны и, в первую очередь, в Россию.

Вывоз капитала в отдельные страны, поскольку он идет на производительные цели, способствует развитию в них капитализма. В виде возмещения за заем капиталисты всегда получают выгодные торговые договоры, концессии, промышленные заказы и т. д. Поэтому они готовы предоставлять займы даже тогда, когда их собственные финансы далеко не в блестящем состоянии, ибо они всегда опасаются, что их предупредят конкуренты.

Самая возможность вывоза капитала в отсталые страны создается тем, что эти страны уже втянуты в оборот мирового хозяйства. Привлеченные извне средства усиливают это развитие, а также и зависимость от стран, ввозящих капитал. В этой области вырабатывается наиболее тесное сотрудничество между капиталом и государственным аппаратом вывозящих стран. Особенно ярко сказывается зависимость отсталых стран при предоставлении ссуд правительствам э т и х стран. Русский царизм, например, в значительной мере обязан своим существованием в течение последних десятилетий перед войной поддержке международного финансового капитала. За эту поддержку он отдавал всю страну в эксплуатацию иностранцам. Буржуазной Франции перед войной удалось заключить с Россией целый ряд выгодных торговых соглашений. Но дело не только в торговых соглашениях. При предоставлении займов, в первую очередь государственных, немалую роль играют внешне политические цели. Последние нередко приобретают даже решающую роль. Франция давала займы царской России как союзнице в будущей войне против Германии. Займы, которые царская Россия получала от Франции н а производительные цели, составляют меньше половины полученных ею займов. Но и они шли, главным образом, на постройку дорог военного значения. Крупнейший заем царской России, полученный ею в 1906 г. (около 1 млрд, руб.), пошел на покрытие государственного дефицита. Дефицит этот возник в результате русско-японской войны, сопровождавшейся исключительными – даже для царской России – воровством и хищениями. Вместе с тем, этот золотой дождь должен был помочь правительству Николая Романова справиться с революционным пламенем.

Цель, для которой заключаются государственные займы, играет существенную роль. Там, где правительство – в особенности в отсталых странах – прибегает к займам для хозяйственно-непроизводительных затрат (вооружение, содержание двора монарха и проч.), займы ведут лишь к разрушению старых форм натурального хозяйства, но не содействуют развитию новых капиталистических форм. Здесь мы, по существу, имеем дело с одной из форм ростовщического кредита. Займы ведут лишь к разорению страны и насаждают не пролетариат, в современном смысле слова, а разоренные крестьянские массы.

Контроль империалистических государств над отсталыми странами

Заимодавец, конечно, заинтересован в империалистически исправном поступлении платежей. Наиболее действительной мерой обеспечения заимодавца является контроль со стороны последнего над финансами государства-должника. Контроль этот возникал большею частью после дипломатических «внушений» и вмешательства со стороны правительств тех стран, подданными которых были заимодавцы. Чаще всего контроль осуществлялся рядом государств через посредство международных комиссий. Типичный образчик установления такого рода контроля мы находим в истории Египта.

Бесшабашная расточительность хедивов (князей) Египта, Саида-паши и Измаила-паши привела в 1876 г. к вмешательству представителей Англии и Франции е египетские дела. В 1876 г. была создана специальная комиссия для руководства оплатой государственных долгов в составе 6 иностранных комиссаров. Комиссия эта захватила в свои руки контроль над всем государством. В виде обеспечения по уплате долгов заимодавцы наложили руки на доходы железных дорог н Александрийского порта. После того как хедив в 1878 г. опять не выполнил своих обязательств, была образована новая контрольная комиссия. После низложения Измаила-паши и замены его Тевфиком-пашой в 1880 г. была создана международная комиссия из представителей 5 заинтересованных держав. Комиссия эта осуществляла контроль над бюджетом.

Другой пример. Самая значительная организация международного контроля была создана в 1881 г. в Турции – «Международный совет по управлению государственными долгами Турции». Вызванное непрерывными войнами финансовое расстройство Турции дало основание ее заимодавцам для введения контроля. Долги Турции обеспечивались доходами от государственной табачной и соляной монополии, поступлениями от питейных, гербовых сборов, налогов па рыболовство в Константинополе, от обложения шелководов и от таможенных доходов.

Международный контроль существовал до войны также на Греции, Сербии, Тунисе, Перу и т. д.[1].

В нашу задачу не входит рассмотрение довоенной задолженности. Для дальнейшего изложения нам существенно лишь установить: 1) что до мировой войны вопрос о внешних долгах во всей остроте стоял лишь у колониальных и полуколониальных стран, в отсталых земледельческих странах, и 2) что на ряду с чисто разрушительными моментами, и несмотря на неимоверную эксплуатацию колониальных народов, задолженность колониальных и полуколониальных стран сопровождалась целым рядом экономически положительных явлений, поскольку внешние займы способствовали росту производительных сил этих стран. Иностранный капитал, проникая в отсталые страны, приносил с собою не только библию, сифилис и водку; он создавал предпосылки к революционной борьбе народных масс этих стран против империалистических поработителей.

Особенности послевоенной задолженности

Совсем иной характер имеют внешние  государственные долги послевоенного периода прежде всего, как мы увидим подробнее в дальнейшем, внешняя задолженность становится чрезвычайно острым вопросом для передовых капиталистических стран. Страны эти, бывшие до войны заимодавцами, превращаются в должников. В качестве всеобщего кредитора выступает лишь одна высокоразвитая капиталистическая страна – Северо-Американские Соединенные Штаты

Вместе с тем, существенным является то обстоятельство, что основная часть современной государственной задолженности возникла во время империалистической войны. Займы капиталистических стран во время войны возникли исключительно в результате непроизводительных трат; они способствовали не развитию производительных сил, а их разрушению. Война в целом не способствовала экономическому развитию воевавших стран. Экономически война обозначает бесполезное потребление оборудования, сырья и труда и обнищание широких масс населения. Война, правда, повысила прибыли военной промышленности и доходы узких кругов буржуазии, а частично и рабочей аристократии, но, с точки зрения хозяйства воевавших европейских стран в целом, война явилась величайшим тормозом в развитии производительных сил. Именно за счет хозяйственного обнищания европейских государств произошло обогащение Соединенных Штатов, которые даже после вступления в войну мало подверглись разрушительному действию войны.

До вступления в войну Северо-Американские Соединенные Штаты, взамен пушек, гранат, пороха и прочих орудий истребления, которыми они снабжали Европу, получали золото и товары, которые в большой доле могли быть употреблены на производительные цели. Разбухшая военная промышленность Соединенных Штатов получала в обмен реальные ценности, в то время как воевавшие европейские страны расстреливали накопленные ценности в воздух.

Империализм – эпоха умирающего капитализма. Войны являются его неизбежным спутником. Послевоенная государственная международная задолженность неразрывно связана с этой хозяйственной системой. В военном происхождении современной государственной задолженности с особой отчетливостью сказываются процессы загнивания капитализма.

Элементы паразитического перерождения и загнивания капитализма предстанут перед нами во всей наготе при рассмотрении истоков современной международной государственной задолженности – империалистической войны 1914–1918 гг.

Общая стоимость мировой войны

Империалистическая война 1914–1918 гг. потребовала от воевавших государств такого напряжения, которое неизмеримо превосходит все то, что нам известно из истории прошлых войн. О размере армий воевавших стран дает представление следующая таблица:

Численность армий во время империалистической войны

Стоимость империалистической войны 1914–1918 гг. во много раз превышает стоимость предыдущих войн. Это обнаруживается при сопоставлении военных издержек отдельных государств за день в предыдущие войны и в период империалистической войны. Во время франко-прусской войн 1870–1871 гг. Пруссия тратила ежедневно 3,9 млн. руб., а Франция – 4,2 млн. руб. Во время русско-японской войны 1904–1905 гг. Япония тратила ежедневно 2,2 млн. руб., а Россия – 2,6 млн. руб. Ниже мы приводим данные о том, во. что обходился каждый день войны 1914–1918 гг. царской России, Великобритании, Германии и Франции.

Ежедневный расход отдельных государств на войну (в миллионах рублей)

Наглядно это может быть представлено в следующей диаграмме:

Если к расходам указанных выше четырех стран прибавить расходы Австро-Венгрии, Италии, Бельгии, Японии, Турции, Болгарии и Северо-Американских

Соединенных Штатов (с 1917 г.), то общая сумма ежедневных расходов всех воевавших государств составляла: в 1914 г. – 75 млн. руб., в 1915 г. – 137 млн. руб., в 1916 г. – 200 млн. руб., в 1917 г. – после вступления Северо-Американских Соединенных Штатов в войну – около 450 млн. руб.

Диаграмма № 2. Ежедневный расход отдельных государств на войну (в млн. рублей)

Все эти данные приведены на основе довоенного курса денежной единицы отдельных стран в отношении рубля. Они, конечно, дают преувеличенное представление о расходах, поскольку в военные годы имело место обесценение денег и рост товарных цен. Так, если принять уровень довоенных оптовых цен в каждой стране за 100, то он составлял: в России в 1915 г. – 126, в 1916 г. – 318, в первое полугодие 1917 г. – 702; в Великобритании в 1915 г. – 127, в 1917 г. – 206 и в 1918 г. – 226; в Германии в 1915 г. – 142, в 1917 г. – ] 179 и в 1918 г. – 217; во Франции в 1915 г. – 140, в 1917 г. – 262 и в 1918 г. – 339.

Более правильное представление о размере военных расходов мы получим, если переведем все расходы в довоенные рубли. До сих пор еще нет точных исчислений в этой области. Наиболее серьезная попытка такого рода была проделана видным американским экономистом Г. Фиском.

Фиск сделал попытку исчисления непосредственных расходов воюющих государств на военные надобности. Он определяет расходы государств по ведению мировой войны до конца 1918 г. в размере 80 млрд, довоенных долларов или около 160 млрд, довоенных руб. Фиск в данном случае говорит, как было указано, лишь о том, во что обошлась война государственной казне воюющих стран.

Эта сумма охватывает только часть действительной стоимости войны. Сам автор указывает, что с точки зрения народного хозяйства в стоимость войны: надо включить ценность жизни преждевременно погибших на поле битвы, умерших от ран и заразы, уменьшение работоспособности в результате ранения и недоедания, болезненное состояние детей, уменьшение рождаемости, потерю ценных предметов, книг и предметов искусства, разрушение железных и других дорог, падение производительности труда и т. о. Все эти потерн в сумму 80 млрд. долл, не входит. Далее, сюда не входит недостаточный ремонт железнодорожных, электрических и других строений и т. п.

Но возьмем лишь сумму в 80 млрд, довоенных долларов. Чтобы дать читателю реальное представление о размерах этой суммы, Фиск приводит следующее сопоставление. Стоимость всей железнодорожной сети всего мира определяется в 60 млрд, долл., т. е. на 20 млрд, меньше суммы военных расходов воевавших государств.

Другое сравнение: в 120 млрд. руб. оценивалось народное богатство довоенной России, т. е. земельная собственность, угольные копи, железные рудники, золотые рудники, железные дороги, фабрики, заводы, дома, порты морского и речного флота, – короче говоря, все имущество, находящееся на территории царской России, начиная с Зимнего дворца и Путиловского завода в Питере и кончая стадами кочевников в Средней Азии.

Непосредственная стоимость мировой войны превосходит имущество довоенной России на 40 млрд, руб., а на 40 млрд. руб. можно было бы построить такую железнодорожную сеть, какою обладают Соединенные Штаты Северной Америки.

Названная выше сумма в 160 млрд, довоенных рублей включает лишь расходы, покрытые воевавшими государствами из собственных средств каждой страны. Если к этой сумме прибавить ссуды, предоставленные воюющими странами своим союзникам, то сумма расходов возрастет почти до 190 млрд, довоенных рублей.

Во что обошлась война отдельным странам

Как распределяется эта огромная цифра расходов между отдельными странами? Ответ на этот вопрос дают следующие таблица и диаграмма: