Пленница миллиардера

Глава 1

Роберт

Покупаешь самую дорогую эскортницу, а она ещё и опаздывает. Ненавижу непунктуальность. Сижу в самом дорогом номере Москвы уже пять минут. Да, в Эмиратах обслуживание лучше.

Снимаю пиджак, сажусь в кресло. Наконец слышу, как кто-то прикладывает карточку к двери номера и заходит. Быстро проходит и хочет открыть дверь в спальню. Говорю:

– Стой, где стоишь!

Девушка замирает.

Совсем договор не читала? А мне только начало нравиться это агентство. Все анализы в норме, знают мои правила, посылают только тех, кто не успел переспать со всеми подряд. Новеньких, но опытных. А эта, видимо, ничего не знает. Вижу ее силуэт через дверь. Стоит, ждёт. Велю ей:

– У двери лежит повязка. Завязывай глаза.

Слышу, как она неуверенно копошится. Повязку, что ли, не может найти? Или завязать трудно? Мне начинает это надоедать. Зачем они прислали мне такую глупую шлюху, которая даже мои правила выучить не может? Не ценят самого богатого клиента?

– Я завязала, – наконец слышу ее голос.

Выхожу в прихожую и смотрю на неё.

Брюнетка, хотя в анкете была блондинка. Перепутали? Но я не злюсь: девушка неплохая, стройная, грудь небольшая, как мне нравится. Губы красивые… Не сильно разукрашена. И отличается от других. Давно не видел таких: как будто сама невинность. Хорошо играет. Хотя девственниц я не заказываю, мне не нужна лишняя морока. И то положение, в котором я предпочитаю, девственницам не подходит.

Девушка стоит, мнётся, потирает руки. Обычно я прям тут велю раздеться и сразу связываю руки за спиной, а уже потом веду в кровать. Но на этот раз меняю привычный сценарий. Говорю ей:

– Дай руку и иди за мной.

Она неуверенно протягивает руку, хочет что-то сказать, но передумывает. И правильно, болтливых не люблю. Когда касаюсь ее руки, замечаю, какая она холодная. Вспоминаю дурацкую поговорку, где-то слышал: руки холодные – сердце горячее. И что с ней не так? Это я только за руку взял, а она вся как будто сжалась. Боится меня? Знала же, куда идёт.

Веду и разглядываю ее. Представляю, как сейчас она разденется, я свяжу ей руки, ноги, пожалуй, не буду, поставлю на четвереньки, войду в нее сзади… И уже почему-то планирую вызвать ее в следующий раз, хотя обычно мне это не нравится: трахать одну и ту же несколько раз.

Подвожу ее к кровати. Чувствую: у меня в штанах уже все наготове. Как интересно, она ещё даже не раздалась, а я уже возбуждён. Приказываю:

– Раздевайся.

В комнате приглушённый свет, но я хорошо вижу, как вспыхивают ее щеки. Что с ней? Я ее первый клиент? Такие у меня были раньше, но они безропотно подчинялись, и даже, наоборот, отдавались порой так, как уже более опытные не умеют.

После паузы она начинает быстро говорить:

– Я понимаю, что это эротический триллер, но мне обязательно сейчас раздеваться? Можно без этого обойтись?

– Ты договор читала? Со мной запрещено разговаривать.

Меня одновременно и злит, и смешит эта ситуация. Злит, потому что в паху становится неприятно от недостатка места, а она все ещё одета. И смешит, потому что первый раз вижу, как девушка по-настоящему смущается и волнуется. Не знал, что эскортницы это умеют.

– Ты начинающая? – спрашиваю спокойно.

– Да… Я только начинаю карьеру…

Зло усмехаюсь. Карьеру она начинает. Трахаться с богатыми – карьера? Хотя, если посчитать, сколько я заплачу за одну ночь… Многие этих денег и за всю настоящую «карьеру» не заработают. Ничего против такой работы не имею. Сам предпочитаю только таких, знающих своё место. Для снятия напряжения очень удобно: чистые и красивые девушки, знающие свою «работу».

А вот эта не знает, что нужно делать.

И мне начинает это надоедать, второй раз за вечер решаю нарушить свои правила: помогу ей раздеться. Она в водолазке и юбке, так хорошо подчёркивающей ее бедра. Подхожу и тяну молнию вниз.

Брюнетка хватает меня рукой.

– Что вы делаете?

А вот этого я точно не потерплю. Я не позволяю шлюхам ко мне прикасаться без разрешения. Рычу на неё:

– Стой смирно, я помогу тебе раздеться!

– Нет! – она отпихивает меня, отстраняется и снимает повязку с глаз. Блядь. Не ожидал такого. Стоит и смотрит на меня испуганно. Зато я готов убить.

– Ты что делаешь? Договор надо читать перед встречей, если ничего не знаешь! После такого тебя уволят.

– Извините, я передумала, я не буду сниматься в вашем фильме, – отвечает она и направляется к двери. Догоняю ее и преграждаю дорогу. Ни одна девушка не уходила от меня так: чтобы я остался здесь с таким стояком один. Хотя понимаю: секс уже не получится. Она сняла повязку. Видела меня. Это не в моих правилах. Видеть девушек должен только я, а они просто делают то, что мне нужно.

Но я все равно не хочу ее отпускать, говорю:

– Ты никуда не уйдёшь!

– Пропустите меня… Я же сказала, фильм…

– Про какой, блядь, фильм ты говоришь?

У неё начинают капать слёзы из глаз. Какая нежная. Мне неистово хочется взять и завязать ей глаза обратно, потому что терпеть не могу плачущих женщин.

Начинает рассказывать:

– Милана сказала, что здесь проходит кастинг, что я должна буду прийти и делать все, что вы скажете… Но я не думала, что надо раздеваться. Я не могу…

В голове начинает проясняться. Вспоминаю. Милана – это именно та блондинка, которая должна была сегодня прийти. Мне присылали ее фото, посмотрел мельком. И это не та девушка, что сейчас передо мной, точно. Значит, Милана не пришла и послала вместо себя подругу? Бред какой-то, так никто никогда не делал, это против правил, ее уволят, если уже не уволили.

Спрашиваю:

– Как тебя зовут?

Девушка прекращает плакать и смотрит мне в глаза, отвечая на вопрос:

– Меня зовут Алиса.

– Значит, ты не эскортница?

Алиса округляет глаза, смотрит так, как будто поражена до глубины души.

Я все больше себе поражаюсь: мне не претит ее взгляд. Наоборот, даже нравится смотреть в ее глаза. Необычные, яркого серого цвета. Никогда таких не видел. Может, это линзы? Даже думаю: «Как хорошо, что она сбросила повязку. Не увидел бы этих глаз». И сам себя одёргиваю: какая разница, какого цвета глаза? Раньше меня это нисколько не интересовало. Мне больше нравилось смотреть, насколько упругие ягодицы и какая грудь… какой вид сзади, на четвереньках.

– Нет, что вы, я актриса. Начинающая, – отвечает она наконец.

– Фамилия? – спрашиваю.

Смотрит недоверчиво, но все-таки говорит:

– Одинцова.

– Ты думала, что здесь проходит кастинг на фильм, серьезно? – усмехаюсь.

А она опускает глаза в пол.

– Значит, начинающая актриса… Сколько тебе лет?

Видно, что ей не хочется больше отвечать на мои вопросы. Но все-таки она процеживает сквозь зубы:

– Мне двадцать два. Могу я теперь уйти?

Улыбаюсь.

– Постой секунду.

Ищу свой пиджак и достаю визитку. Протягиваю ей:

– Обращайся ко мне по любому вопросу. Если нужно, могу и фильм для тебя снять.

Она сжимает губы, морщит лоб, отвечает:

– Спасибо, не надо.

Пытается пройти, но я хватаю ее за руку и вкладываю визитку в руку. Она поспешно уходит, визитку все-таки забирает. Отмечаю: руки у неё теперь тёплые.

Сажусь в кресло, зажигаю сигару. Мой ритуал после секса. А в этот раз пришлось без него.

Из головы не выходит. Что в ней такого? Обычная простушка, каких много. Думала сняться в эротическом триллере? Поверила Милане и явилась в номер отеля. Кто вообще устраивает кастинги в отеле?

Притворяется или правда такая наивная?

Чем-то она меня зацепила. Алиса Одинцова, значит. Почему мне кажется, что она может быть горячей штучкой, когда разденется, хоть и выглядит простенько?

Пусть пока идёт домой, знаю точно: мы еще встретимся.

Глава 2

Алиса

Я почти бегу из этого отеля, даже в пустом лифте оглядываюсь. Мне страшно, что он догонит меня, затащит в номер и заставит раздеться. Что дальше – не хочу представлять.

От его властного металлического голоса до сих пор мурашки. «Раздевайся».

Я не из пугливых и робких. Я так думала. А перед ним дар речи потеряла. Не могла сразу оттуда уйти? Зачем только надела повязку?

Хотя в повязке было не так страшно. Когда я его увидела, стало хуже.

Высокий, в деловом костюме, с накачанными мышцами. Небрежная щетина на лице.

Понятно: точно не режиссёр. Скорее, с такой внешностью ему самому можно в фильмах сниматься. Старше меня лет на десять-пятнадцать, наверное. Но при этом возраст придаёт ему только больше мужественности.

Я не могла больше ни секунды выдержать его взгляд… Смотрел так, как будто я его собственность. И как будто все в мире принадлежит ему. Он сильно напугал меня.

Сегодня я поняла, что значит выражение «раздевает глазами». Вот он меня раздевал. И ещё демонстрировал свою эрекцию… Или не демонстрировал, просто я заметила ее, когда он перегородил мне дорогу и схватил за руку. Мне бы улепётывать оттуда сразу же. А я стояла, послушно на вопросы отвечала. Что за гипноз?

Какая же гадина эта Милана. Не ожидала от неё такого.

Подошла ко мне вчера:

–Алис, я знаю, что ты давно ходишь по кастингам, ты же училище театральное заканчивала? Не хочешь на один сходить? Знакомый организует. Фильм восемнадцать плюс, но платят очень хорошо. Необычный формат. Зайдёшь и сделаешь все, как говорят.

Ага. Блин, вот дура, что повелась. Про Милану разные слухи ходили. Мы с ней раньше вместе работали в кафе. Зарплата у нас была небольшая, а у неё стали появляться дорогие шмотки, телефон, машина. Потом она и вовсе работу бросила. Разное про неё говорили: про богатого папика, про то, что спит за деньги… Но я не верила.

Милана иногда заходила поболтать, я думала, что мы хорошие знакомые. В общем-то, я верила, что она хорошая девчонка. А она меня так подставила.

Пытаюсь отдышаться. Теперь все хорошо. Я уже еду на метро домой, и больше со мной таких неприятностей не случится. Надо разучиться доверять людям.

В тот миг я ещё не знала, что мои неприятности только начинаются и что я буду ещё не раз стоять с завязанными глазами перед тем мужчиной.

***

Роберт

Не знаю, в чем дело. Может, оттого, что это первый раз так: девушка меня завела, и я ее после этого не вы*бал. Может, потому, что она оказалась не той, кем я представлял. Не знаю. Только вот теперь я не могу выкинуть из головы эту Алису.

Идёт серьёзное совещание с партнерами. Нужно принять важное решение: продавать акции или придержать ещё на некоторое время. А в голове эта девушка, которая так и не разделась.

Когда она вышла из номера, первая мысль была: «Догнать и вернуть». Потом я успокоился: не мой метод, если захочу – никуда она от меня не денется.

И вот теперь я хочу. Даже не знал, что во мне может проснуться настолько сильное желание обладать кем-то. Раньше я даже особого внимания не обращал на анкеты шлюх, которые должны были прийти. Какая разница? Все красивые более или менее. И ощущения одни и те же. Главное – проверенные чтобы были, без зараз.

После совещания в кабинет заходит помощник.

– Вот все сведения о девушке, про которую вы просили узнать. Все, что удалось. Извините, не много. Он кладёт папку на стол.

Машу рукой – знак оставить меня одного. Выходит.

Открываю папку, и мои глаза сразу застывают на фотографии. Алиса улыбается, смотрит куда-то в сторону. Необычная красота, вчера мне не показалось. Притягивает взгляд, не искусственная кукла.

Алиса Одинцова – значит, не соврала. Кто же говорит незнакомцам настоящие имя и фамилию? Наивная или глупая.

В прошлом году окончила актерское училище в Москве, ни в каком театре сейчас не числится, в фильмах не снимается, по кастингам ходит часто. Значит, мечтает стать звездой.

А ведь я могу ей в этом помочь.

Пробегаю глазами дальше.

Отец Алисы погиб в автокатастрофе семь лет назад.

Живет с дядей и его семьей… Микунин Станислав Викторович… Странно, что фамилия другая. Неродной дядя? Да, вижу: с ее отцом были двоюродными братьями. Сирота, значит. Отсюда и амбиции?

Задумываюсь на секунду. Микунин, где-то я слышал эту фамилию. Ищу на своём компьютере, нахожу нужный файл. А вот это уже интересно, знакомая личность. Как удачно, что это ее дядя…

Улыбаюсь, в моей голове зреет беспроигрышный вариант развития событий. Алиса ещё пожалеет, что ушла вчера из номера и оставила меня с нереализованным желанием. Теперь одной ночью ей точно не отделаться.

Глава 3

Алиса

До Миланы не могу дозвониться: она как будто сквозь землю провалилась. Ладно, придётся просто забыть эту историю, хотя не получается – когда иду по улице, постоянно оглядываюсь, и даже сейчас, дома, чувствую необъяснимую тревогу.

В комнату заходит тетя Вера:

– Алис, посидишь сегодня вечером с Пашкой? У тебя же выходной сегодня.

– Простите, теть Вер, нас сегодня всех с кафе посылают работать на благотворительном вечере…

– Ужас, совсем вас без выходных оставляют. Ладно, попрошу соседку.

Тетя Вера выходит из комнаты.

Становится неудобно, хотя я знаю: она не злится на меня. Обычно я никогда не отказываюсь: мне очень жалко тетю Веру и дядю Стаса, у их сына, Паши, серьёзное заболевание, он не может ходить, и ему постоянно требуется присмотр.

И я ещё на их шею свалилась после смерти отца.

Но благотворительный вечер, на котором я должна буду подавать бокалы богатым гостям, тоже пропустить не могу: можно заработать десятку сразу.

Владелец кафе и так меня туда обычно не берет, а сегодня отправил помогать.

Заработаю – принесу домой. Смогу ещё немного походить по кастингам. Хотя, признаться честно, я уже начала отчаиваться: никто не даёт мне роли. «Мы вам перезвоним». Ненавижу эту фразу. Чем я им не подхожу? Что во мне не так?

Я была бы рада и маленькой роли для начала. В груди жалобно щиплет: как же не хочется опускать руки и сдаваться. Я обещала самой себе стать известной и успешной актрисой, и я ей стану, чего бы мне это ни стоило.

***

У меня трясутся коленки, когда среди гостей благотворительного вечера я вижу того человека, который неделю назад собирался меня раздеть. Ещё и Наташа, другая официантка, шепчет на ухо:

– Ты не представляешь, кто это, я чуть не умерла, когда подходила предложить ему шампанское.

– И кто это? – спрашиваю шёпотом.

Наташа начинает громко верещать:

– Ты с какой планеты? Роберта Шевцова не знаешь? Он один из самых богатых людей не только в России, но и в мире. Ума не приложу, что он здесь делает, в списках его нет.

Смотрю на неё недоверчиво. Может, она с кем-то его перепутала? Вряд ли самому богатому человеку нужны девушки, которые спят с ним за деньги… Хотя откуда мне знать?

Сглатываю, он смотрит прямо на меня.

Бросает в жар от этого взгляда, лучше бы я посидела сегодня дома с Пашкой. Этот Роберт наверняка меня узнал, и что мне теперь делать?

Я пытаюсь собраться, чтобы нормально обслуживать гостей. Только жалоб на работе мне не хватало.

Наташа подходит ко мне с потерянным видом:

– Ну ты и проныра, ты что, знакома с Шевцовым?

– О чем ты? Нет…

– Он просил подозвать тебя.

– У меня много работы.

– Иди. Ты что, быстро, нельзя заставлять гостей ждать, – говорит другая девушка, которая услышала наш диалог.

Я набираю воздуха побольше и подхожу к нему. Мы на благотворительном вечере. Не съест же он меня при всех.

Первый со мной здоровается:

– Здравствуй, Алиса.

Я вздрагиваю: ещё не забыла этот голос. Сейчас он говорит тихо, но ощущается все так же: как будто он отдаёт приказ. А у меня мурашки бегут по коже.

–Здравствуйте, будете шампанское? – пытаюсь играть свою роль.

Он улыбается.

– Нет, – показывает мне бокал в руках.

Вот дура, не заметила, что уже есть у него. Роберт продолжает:

– Выглядишь соблазнительно в этом платье, если бы ты тогда в нем пришла, я бы точно не отпустил тебя.

Смотрю на него внимательно: он шутит? Это обычная форма официантки. Но щеки предательски вспыхивают. Ещё недавно мне казалось, что я научилась управлять своим смущением, подчинять робость. Нет, четыре года на актерском прошли напрасно. Или это он так на меня действует?

– Я бы ушла от вас в любом случае. Я уже объяснила, что это ошибка, – говорю громче, чем нужно, на нас начинают оборачиваться.

Улыбка пропадает с его лица, мужчина сверлит меня взглядом и говорит:

– Буду ждать тебя после работы в своей машине, довезу до дома. И не вздумай убежать – хуже будет, я знаю, где ты живешь.

Он уходит.

Строю план побега в голове: ускользну через чёрный ход.

Подбегает Наташа и начинает допытываться, о чем мы говорили.

– Да ерунда. О шампанском, – отвечаю ей.

– Господи, ты вообще понимаешь, как тебе повезло? Такой мужчина с тобой разговаривал, а у тебя лицо было такое, как будто ты лимон проглотила. Хотя я бы, наверное, тоже рядом с таким вела бы себя как дура. Какое телосложение у него, видела? Вот что значит настоящий мужчина. И денег гора, и есть на что посмотреть. Такое бывает?

– Наташ, перестань его обсуждать. Мне неинтересно!

– Что перестань? Ты же актрисой хочешь быть, надо искать спонсора, – смеётся она, а затем спрашивает:

– Ты слышала про Милану?

– Нет, что с ней?

– Говорят, уехала за границу жить. Переспала с кем надо и вот теперь в шоколаде. Учись, – Наташа многозначительно поднимает бровь. И наконец уходит.

Не знаю, что в последнее время творится с этим миром. Вселенная хочет убедить меня, что я не справлюсь? Мысленно посылаю фак в ответ. Справлюсь, и не с таким справлялась.

Но после работы в машину Шевцова все-таки сажусь (он предусмотрительно открыл окно и помахал мне рукой).

В перерыве я немного погуглила. Действительно, богатый человек. Ещё его отец разбогател на каких-то иностранных акциях, теперь он унаследовал компании и заводы по всему миру. В уголовных делах и скандалах не замешан. О личной жизни ни слова. Только то, что не женат, детей нет. В интернете только одна-единственная фотка.

Мне стало просто интересно: о чем такой человек хочет со мной поговорить? Что ему от меня надо. Так я убеждала себя, а на самом деле в голове засела его фраза, что, если что, он меня найдёт. Не хотелось проверять на практике. Поэтому я сажусь в его чёрную машину. Очень дорогую машину. Никогда в таких прежде не сидела.

Глава 4

– Поужинаешь со мной? – спрашивает мужчина, как только я сажусь в машину.

Его тон не терпит возражений. Я киваю против своей воли. Да что со мной такое? Опять боюсь его и млею перед ним. Надо это заканчивать. Прямо сегодня вечером. Нужно выяснить, что ему от меня нужно. Видимо, он неслучайно появился на этом вечере, где я работала. И сейчас везёт меня ужинать. Зачем?

При водителе спрашивать неудобно. Поэтому я молча сижу. Вжимаюсь в кресло и с ужасом представляю, чем может закончиться сегодняшний вечер. Роберт сидит рядом и даже не смотрит в мою сторону.

Машина останавливается напротив ресторана «Дольче Вита». Я слышала, что это любимое место московской элиты. Естественно, никогда раньше не была тут.

Смотрю на здание открыв рот, даже не замечаю, как миллиардер открывает мне дверь и спрашивает:

– Пойдем?

Мы заходим.

Внутри все блестит, как будто каждый сантиметр усеян бриллиантами. Народу не очень много. Но все женщины одеты в длинные платья в пол, а мужчины в дорогих костюмах. Я мельком смотрю на своего спутника: по нему сразу видно, что он хорошо зарабатывает. Костюм на нем так сидит, как будто специально для него сшит. А вот мое чёрное платье тут совсем не к месту, дешевое, обычная униформа официантки в недорогом кафе, хоть и хорошо на мне сидит.

О чем переживаю? Какая разница. Я не на свидание с ним пришла.

К нам подбегает сопровождающий, отводит нас в отдельную VIP-комнату. Там только один стол, уже накрытый на двоих.

Роберт делает заказ, даже не спрашивает, чего мне хочется.

И хорошо, потому что мне вообще ничего не хочется, только сбежать отсюда. И цены здесь бешеные. Но это ожидаемо.

Когда официант уходит, я собираюсь с духом и спрашиваю:

– Так о чем вы хотели со мной поговорить?

– О тебе, – ставит руки на стол и беззастенчиво пялится на вырез моего платья.

– Что обо мне?

– Я дал тебе свою визитку, почему ты не позвонила?

– Не вижу смысла.

– Я думал, ты хочешь стать актрисой. Я мог бы тебе в этом помочь.

– Зачем вам это?

– Хочу, чтобы ты стала моей на время, – говорит серьезно, на этот раз смотрит в глаза.

Я так удивлена его ответом, что на несколько минут теряю дар речи. Но зато больше не смущаюсь, а, наоборот, злюсь.

– Вы думаете, все в этом мире покупается и продаётся? Да вы ненормальный! – встаю из-за стола.

– Сядь, – велит он мне. Хочется уйти, но я послушно возвращаюсь на место. Вот черт. Точно, как будто гипнотизирует меня.

– В чем проблема? – спрашивает спокойно, как будто не хотел купить меня только что.

Издевается?

– Я не товар в магазине.

В этот момент к столику подходит официант и ставит перед нами блюда, которые я раньше видела только на картинках. В нашем кафе таких не готовят. Их жалко есть. Наверное, только оформляли полчаса.

– Ешь, не беспокойся, я заплачу, – говорит он, неправильно поняв мой взгляд.

– У меня есть деньги, – отвечаю.

– Я тебя пригласил, и я заплачу за твоё время.

Мы молча едим. Хотя аппетит после такого разговора не очень. Я пробую блюдо, которое для меня заказал Роберт. Потрясающе вкусно приготовлено. Мельком посматриваю на моего спутника.

Наташа права, он красив. Богат. Зачем ему платить за секс, не понимаю. Он может, если захочет, встречаться с любой. Наверное, даже я пошла бы с ним на свидание, если бы он научился нормально с людьми разговаривать.

– Как вас зовут, вы даже не представились, – спрашиваю, когда мы переходим к десерту. Делаю вид, что не знаю, кто он. Еда всегда так влияет на меня – расслабилась и решила поболтать с ним, как будто мы давно знакомы.

– Роберт.

– Необычное имя.

– Моя семья большую часть жизни жила за границей.

– А чем вы занимаетесь?

Он, видимо, удивлён сменой моего настроения, приподнимает брови и с интересом смотрит на меня.

– Бизнесом, разным.

– Зачем вам нужна я? – задаю вопрос, который больше всего меня интересует.

– Потому что мне так захотелось, а я всегда получаю то, что мне хочется.

Реакцию на его слова я не понимаю: разум требует встать и уйти, а вот тело дрожит. Вжимаюсь в стул, чувтствую: меня обдаёт жаром. Я как будто в фильме снимаюсь, где я главная героиня и меня хочет главный красавчик.

Вот только я никогда не была главной героиней. Ни в жизни, ни на сцене. И мне не нравится эта роль. Потому что я боюсь этого мужчину.

В жизни сказки бывают только с печальным концом. Я знаю.

Собираюсь с духом: нужно встать и уйти. Но Роберт говорит:

– Тебе и решать ничего не надо, у тебя нет выбора.

Я даже закашлялась от удивления. Резко пересохло в горле. Спрашиваю:

– Как это нет выбора?

Он снова улыбается, но не так, как обычно улыбаются люди. А как-то высокомерно.

– Скоро узнаёшь. А вообще, можешь согласиться и сегодня. Подумай о будущем. О своей семье. Я могу оплатить операцию твоего брата.

Откладываю еду в сторону. Откуда он знает о моей семье?

– Ему не поможет операция.

– А вот мои люди нашли клинику в США, где проводится (пока ещё экспериментальное) лечение его болезни, уже есть положительные результаты. Он мог бы стать одним из первых, кому удалось победить болезнь.

– Вы шутите.

– Нет.

– И что, это только ради одной ночи со мной вы хотите потратить уйму денег?

– Нет, не ради одной ночи.

– Скольких же? – спрашиваю я, а голос дрожит.

– Молодец, уже торгуешься. Может быть, месяц, а может, два, пока мне не надоест.

– Это исключено, – я встаю из-за стола и направляюсь к двери.

Точнее, почти убегаю. На улице вызываю такси. Смотрю на второй этаж, где мы сидели с ним. Сквозь зеркальную стену видно: Роберт как ни в чем не бывало попивает коктейль.

Зачем вообще я все это выслушивала? Я же не собираюсь соглашаться? Хотя, когда я подумала про Пашку, представила, что он сможет ходить… Он этого достоин. Единственный ребёнок дяди и тети. Какая несправедливость, что у таких замечательных родителей родился ребёнок с редкой болезнью. Они очень любят его. Но так страдают оттого, что не могут помочь.

Дядя с тетей после смерти отца забрали меня к себе. Не знаю, что я делала бы без них. Они растили меня с пятнадцати лет, как будто я их родная дочь. Заменили мне семью… Вернее будет сказать, они показали мне, что вообще значит «нормальная семья». Моя мама ушла из дома, когда мне было лет семь, папа говорил, что она ушла к другому, бросила нас, я до сих пор не знаю, где она и жива ли…