- -
- 100%
- +
Вечно темные леса сейчас были особенно мрачными, а для народа, живущего там, настало непростое время. Пришли метели. Не простые метели, что переносят падающий или выпавший ранее снег. Нет. Это была самая настоящая магия. За снегами пришел морок, простыней укрывая все, что попадалось ему на пути, будь то пещеры лесных зверушек, или дома мирных селян. Солнце не могло пробиться сквозь дымку, отдавая лишь крупицы своего тепла.
Запасы продуктов и материалов иссякали, и приходилось совсем туго. Даже королевской семье, а что уж говорить про обычных жителей, которые умирали от голода и холода в своих домах. Многие из них ложились спать в свои постели, не зная, встретят ли они туманный рассвет, смогут ли увидеть лица своих родных и близких, обнять их, и сказать, как сильно они их любят.
— Ваше высочество… — плачет служанка, расчесывая волосы своей госпожи. Та была совсем еще юна, свежа и красива, словно цветок, что только распустился, — Как же так?
— Не рыдай, хватит! Не лей слезы понапрасну… Это все ради нашего народа. Горное королевство пришлет лучших магов, чтобы найти причину столь странного поведения погоды. Они передадут нам еду, скот, материалы… — говорила принцесса Лирей серьезно, после сделала небольшую паузу, — Все, что мне нужно это только…
— Вас сватают за будущего короля! — снова зарыдала служанка, словно и не слышала слов, что ей сказали ранее: — Как же несправедлива судьба! Вы даже не можете выбрать, как поступить…
— Я ведь не на базаре. Что мне выбирать? Мужчина и мужчина. Уверена, в его гареме я буду не первой и не последней. Со мной будет все в полном порядке, главное — придерживаться правил и не лезть на рожон… а теперь, оставь меня. Я хочу побыть одна.
— Д-да, как пожелаете, госпожа! — та вытирает слезы, кладет резной деревянный гребень, которым вычесывала и без того гладкие и незапутанные локоны, на столик, а после тихими быстрыми шажками удаляется, также беззвучно закрыв за собой двери.
— Никакого покоя… дрянные дурочки. Только и умеют что рыдать! — шикает недовольно Высочество, рассматривая свой лик в зеркале. Крутит головой, смотрит то на одну половину лица, то на другую, будто бы выбирая, какая из них краше. Довольно хмыкает, получив свой какой-то результат в своей голове, и улыбается уголками губ, проводит по ним пальчиками. Хорошенькая же, кожа белая, щеки румяные, губы пухлые, глаза наполнены блеском, хоть и каким-то хитрым и таинственным.
— Ты нашел ее? Что встал там? — обратилась принцесса грубым властным голосом к «тени» в углу покоев, что безмятежно стояла, не решаясь прервать странные ритуалы Высочества.
— Да, госпожа. Прошу простить мою неучтивость. Вам наверняка не терпится начать… — произносит бархатистый мужской голос. Тень отделяется от стены, представая молодым юношей в серебристой маске, что скрывала его лицо. От таких обычно мурашки по коже, но она кажется спокойной.
— Тогда приступим, пока никто не хватился.
Принцесса поднялась с места, взмахнула руками, расправляя длинные пышные рукава ночной рубахи с золотистым узором на воротнике, и прошла к стене.
Она поводила ладонью, наглаживая чуть шершавую каменистую поверхность, прощупала выступающий бугорок и нажала на него с силой.
Стена сотряслась, мелкие камушки попадали на пол, а пыль, что копилась время от времени, осыпалась вниз. Перед принцессой предстал темный влажный коридор, ведущий куда-то вниз. Запах сырости ударил в нос, и Высочество махнула тонкими изящными пальчиками перед лицом, отгоняя его от своего лица.
Она ступает внутрь пещеры. По стенам загораются факела, а «тень» идет за ней, покорно держа руки сложенными спереди.
— Она хорошенькая? — спрашивает принцесса.
— Не краше вас, моя госпожа! — отвечает человек в маске. Еще бы! Ответь он иначе, то скорей всего голова полетела бы с плеч. Дурная слава о её характере ходила не только по всей округе, но и за ее пределами.
— Правильный ответ, выкрутился, но мне все-таки хотелось бы, чтобы она была хоть немного хорошенькой. Все-таки, ей предстоит такая важная миссия! — воодушевленно произносит принцесса, продолжая идти по коридору, шаги её эхом разносятся от стен.
— Ваше Высочество! — испуганно произносит девица, что сидела по центру зала со связанными руками и ногами, крепко прижатыми к телу, без единой возможности выбраться.
— «Вафе Выфочефтво» — перековеркала Лирей ее слова в гадкой извращенной манере, подходя ближе. Она склоняется, берет ее личико в свою руку и заставляет поднять голову наверх. Водит лицо девицы из стороны в сторону, подобно тому, как делала это в зеркале совсем недавно. Морщит недовольно носик, хмыкает сама себе, снова морщится, прицениваясь как на рынке, когда покупают незавидный товар совсем за гроши.
— Годится? — спрашивает верный слуга с нетерпением услышать в свой адрес похвалу.
— Не так хороша, как я, но все же намного лучше, чем те, что были до этого… Ты хорошо постарался! — отвечает Лирей ему и грубо толкает девушку рукой назад, заставляя упасть на спину. В углу пещеры, а иным это назвать было нельзя, лежала груда дамской одежды.
Похоже, что нынешняя пленница — была не первой.
— Я не понимаю! Зачем меня привели сюда? Моя семья исправно платила налоги и… Когда отец умер… — пытается оправдаться лежащая.
— Цыц! — шикает на нее Высочество, не давая закончить предложение, рассматривает ее, и девушка поджимает губы, затыкая свой ротик. — Как тебя зовут?
— Мун Арён… — тихо ответила девушка.
— Мун Арён. Простоватенькое имя, конечно, но… Ты настоящая красавица. У тебя есть семья? — принцесса как-то наиграно улыбается, мерзко даже как-то что ли.
— Н-нет… — отвечает та ей, смотря даже как-то жалобно, — после наступления морока все погибли…Я осталась одна.
— Вот как… Это хорошо. — Принцесса довольно хмыкнула и выставила руку перед собой, ладонью на девушку. Кажется, ее это только больше устраивало. Никто не пойдет искать девчушку, если она вдруг пропадет, — Так будет особенно легко… Никто не станет искать тебя, — озвучила та вслух свои мысли.
— Госпожа, вы… заберете ее жизненные силы? — спрашивает человек в маске, отвлекая Лирей от процессии. Он выглядит взволнованным, но то лишь напускное, как актер в театре, играющий свою роль, — Не лучше ли… Использовать это себе на руку?
— В каком это смысле? — спрашивает принцесса, повернув голову. — Ты что-то знаешь?
— Я знаю… как вам избежать замужества, — проговорил тень как-то коварно, — Позволите? — подходит он к ней, скользит рукой по ее руке, обхватывая ладонь своей рукой, пропуская сквозь пальцы свои. Таким образом, получился обратный замок.
Щека человека в маске коснулась щеки принцессы, а подбородок он положил на ее плечо.
— Просто нужно…
— Нужно?
— Поменять вас местами…
— Поменять местами? Как это? — та резко обернулась, смотря любопытными глазами на мужчину.
— Все очень просто моя дорогая госпожа… — рука того ложится на ее талию, — Просто доверьтесь мне... как вы всегда это делаете. Разве я способен сделать что-то, что противится воле моей госпожи?
— Слишком много болтаешь! Начинай уже!
— Как прикажете, моя госпожа....
Темная дымка окружила их руки, распространилась по области, и направилась тонкими линиями, словно щупальцами, в сторону лежащей девицы. Едва те окутали ее тело, скользнули бессовестно под одежды, изучили ее, как Мун Арен закричала от невыносимой боли. Один из щупалец вошел в ее грудь, сжимая сердце.
— Что ты делаешь? — спрашивает принцесса, смотря с испугом на то, как корчится девица. Ее жертвы и прежде умирали не быстро, когда она сантиметр за сантиметром, год за годом высасывала из их тел жизненные силы. Те старели на глазах и обращались в кучку пепла.
Так принцесса поддерживала юность и красоту своего тела. Так она оставалась почти что бессмертной. Тень научил ее этому.
Все началось несколько лет назад, когда Лирей увидела изменения в своем теле, в связи с взрослением. Она всегда была красавицей, даже будучи ребенком, и это никто даже и не думал опровергнуть. Густые выразительные брови, правильные черты лица, большие блестящие глаза и шелковистые черные как ночь локоны. Все было при ней, но принцессе не нравилось, что красота эта была недолговечна. Вот и искала свои способы омолодиться.
Что она только не пробовала! И принимать ванны с молоком, и мазаться медом, и даже духовные практики бессмертных! Сколько же книг она перечитала! Да только ничего не помогало.
Тогда явился он. Явился под покровом ночи. Обещал ей красоту и молодость. И она поверила. И сейчас верит ему.
— Я вытащу ее жизненное ядро из тела, отделив душу от оболочки, а после внесу туда ваше… — мурлычет тот в ответ на ее слова, — она займет ваше тело, а вы… сможете занять ее, оставшись здесь. Почему из-за некомпетентности вашего отца вы должны выходить замуж? Разве трон не принадлежит вам по праву?
— Именно! — заявила девушка, гордо вздернув носик, — Трон по праву мой! Я хочу ее тело себе! Пусть она едет вместо меня! — снова включает капризы, топает ножкой, сбивая под собой камушек в сторону.
— Именно, госпожа…
И снова крики, снова тело на земле корчится от боли, а после оно замирает, пустив по щеке слезу. Нежно-голубая сфера зависла в воздухе.
— Поглядите, какая чистая душа… Разве это не прекрасно?
— Она… красивая… — произносит Лирей, смотря завороженно на парящий шар. — У меня такая же красивая душа? — обернулась она назад.
— Увы… Ваша душа такая черная, что магией это не решить…
— Что ты мелешь?
— Доброй ночи, мое Высочество… — снова это мурлыканье, словно колыбельная и девушка в его руках теряет сознание. Нити скользят теперь уже к ее телу, высасывают из нее душу. Темный тусклый шар выскочил из груди той и опустился на землю.
— Говорил же… темнее ночи…
Человек в маске смотрит, как шар тускнеет и рассыпается в темную пыль. Голубой же влетает в опустошенное тело, занимая положенное место. Мужчина касается краев маски, приподнимает ее, открывая лицо, смотрит на личико принцессы и проводит пальцами по ее губам. Он склоняется, касается ее своими губами оставляя поцелуй.
— Моя милая чистая душа… Теперь ты мое Высочество… Лирей... Открой же свои глаза!
Глава 2
Повозка тронулась с места, давая понять, что как раньше уже точно не будет. «Принцесса», сложив руки на коленях, сидела, смиренно прикрыв глаза. Девичья грудь размеренно вздымалась и опускалась, поддерживая спокойное дыхание хозяйки. Снаружи слышен только топот копыт и короткие переклики между стражей, но сама она молчит. Молчит и вспоминает прошедшую ночь.
— Кто вы такой? Что вы…? Что вы сделали со мной? — кричит самозванка в теле принцессы, забившись в угол покоев. Хорошо, что прислуга уже крепко спала в своих комнатах, иначе бы это привлекло неимоверно много внимания. — Я не… ничего не сделала!
— Тише дитя… Конечно, ты ничего не сделала. Но по воле случая, должен сказать, что нам обоим только на руку то, что сейчас все так, как оно есть на деле.
— Я не понимаю…
— Задача Лирей, как принцессы этого королевства — примирить народы и спасти голодающих. Разве не ты сказала, что вся твоя семья погибла из-за морока? Разве они не нуждались в спасении? Ты бы хотела им помочь, верно? А как же другие семьи? Как же их дети и родители? Они не заслуживают быть спасенными?
— Да, но… — девушка не спорит, больше не кричит, внимательно слушает, осторожно навострив аккуратненькие ушки.
— Ты можешь спасти тех, кого еще возможно спасти, — вкрадчиво говорит незнакомец, внушая юной девушке, что она будто особенная и никто в целом мире не способен сделать того, на что он сейчас ее подбивает.
— Я? Как… такое возможно? — она не понимает. Качает головой отрицательно, не воспринимая реальность, хоть в голове и мелькают события недавнего перевоплощения. Ее тело там, внизу, в темной сырой пещере с кучей неопознанных останков, родные которых наверняка тоже погибли при мороке. Никто их не искал. И ее не будет. Никто не будет оплакивать и ее смерть, а она теперь обречена на жизнь в чужом теле.
— Лирей, безусловно, та еще красавица. Она обладает подобающими манерами, должным родовым наследием и воспитанием, но имеет прескверный характер. Слишком своенравна, нагла и горда. Мне было бы проще работать с тобой.
— Работать со мной? Что за…
— Разве не ты хотела ответов на свои вопросы? Тогда просто слушай и не говори ничего. Не сейчас, — Незнакомец в маске шумно выдохнул. Казалось, он был раздосадован тем, что ему приходится объяснять столь очевидные только ему одному вещи, но все-таки он набирается терпения и продолжает: — Мир в наше время так хрупок и так далек от желаний, что грань, которую мы имеем сейчас очень легко разрушить. Ты должна стать Лирей. Думать как Лирей, нести ее бремя. Только так ты сможешь всех спасти. Понимаешь?
Девушка смотрит на него, прижимая руку к груди, и молчит. Не велено ведь было говорить.
— Что молчишь? — спрашивает тот.
— Вы сказали слушать.
— Неплохое начало. Видишь? У тебя уже хорошо получается, — он усмехнулся, можно было поклясться. Наверняка не видно, в комнате царил полумрак, а тот еще и стоял у стены, но манера ответа была такова, — Задача предельно проста. Ты просто не должна вызывать подозрений, вести размеренную жизнь во дворце и потакать своему будущему мужу в его прихотях. Послушна. Красива. Молчалива. И податлива. Понятно?
— Не понимаю, как такое может восстановить мир?
— Принцесса это не просто хрупкая девушка. Не просто украшение к покоям, способное развеять скуку, когда это необходимо. Это политическая фигура, способная поменять ход истории. Ты станешь этой фигурой.
— Почему вы… не выбрали бы кого-то другого? Кого-то, кто хорошо справится с такой задачей? — самозванка уже немного расслабила плечи и могла вести беседу, хоть и не понимала и половины того, что тот пытается до нее донести. Голова шла кругом, хотелось пить и есть, но подниматься с места сейчас и пытаться найти припасы не лучший выбор. Как и сбежать, потому что увидь кто принцессу вне стен дворца — после не оберешься проблем. Как и начало войны будет неизбежно. Ведь условия уговора не были соблюдены. А вот тамошний принц не поскупится послать армию в уже итак умирающее на глазах королевство, чтобы его добить.
— Я увидел тебя. Увидел и понял, что только такой чистой душе под силу завладеть темной душой принца.
— Темной душой? — она удивилась.
— Об этом позже. Сейчас ты не должна забивать свою голову такими глупостями. Чем больше ты будешь знать, тем сложнее тебе будет играть свою роль.
— Она… Ну, та… Настоящая принцесса, что с ней?
— А что с ней? Она стоит передо мной.
Тогда стало ясно. Незнакомец, что растянул губы в пугающей коварной улыбке, не будет отвечать больше ни на один ее вопрос. А настоящая Лирей уже мертва. Нет другой принцессы, кроме той, что стоит перед ним сейчас.
С губ «Лирей» срывается тихий выдох.
«Играть роль? Что же я… должна делать? Как же мне поступить? Примут ли меня за настоящую принцессу? — размышляла девушка, кусая внутреннюю сторону щек. — Что если… Что если они поймут, что я не настоящая? Что если кто-то заметит обман? Или… если я опорочу чистое имя принцессы? Нет… она мертва и теперь ее тело принадлежит мне. Я должна сделать все, что в моих силах, чтобы остаться живой! Чтобы принести мир… Если это, конечно, возможно…»
Она была настроена крайне решительно, но это только сейчас, пока ее повозка тянет ее в пучину неизведанного.
— Привал! — кричит командир стражи. Кони останавливают ход, снаружи слышатся шаги. Тихий стук в дверь повозки прерывает размышления юной госпожи.
— Ваше Высочество… Изволите побеспокоить? — спрашивает разрешения мужчина.
— Да… Я не сплю… — отвечает вполне уверенно «Лирей», пусть и не в духе ее прежней души. Никто не придал тому большой особенности. Можно было списать все на предсвадебное волнение. Девушка ведь впервые покинула родные земли. Она могла и отодвинуть манеры в сторону, особенно, если учесть, что путешествует она с обычными людьми. К чему ей распаляться перед ними изысканными речами, верно?
— Уже порядком стемнело. Дабы не наткнуться на разбойников, было решено устроить привал. Мы будем в дороге еще несколько дней… Там до портала и на чужие земли.
— Я буду спать здесь.
— Госпожа, может, вам шатер…? — попытался переубедить ее тот, но она даже не дала ему закончить и перебила сама.
— Я сказала, что буду ночевать здесь! Что непонятного? — старалась она выразиться как можно грубее, чтобы не показалось странным, так сказал ей вести себя незнакомец, не назвавший даже своего имени, — Вы будете спать на холодной земле, а мне предлагаете шатер? Я, по-вашему, настолько бессердечна? Просто жалкие! — больно говорить такие слова, особенно когда всю жизнь ты ценишь каждую душу, считая ее священной.
— Прошу простить мою грубость, я не хотел вас оскорбить чем-то… Я попрошу вашу служанку помочь вам с убранством.
— В этом нет необходимости. Я справлюсь со всем сама. Убирайся.
— Госпожа…?
— Я не ясно выразилась? Думала, мы говорим на одном языке. Или мне стоит тебя наказать, чтобы поправить твой слух? — голос чуть дрогнул и та чуть ли не сошла на писк, но вроде бы звучало убедительно.
— Прошу простить! — произносит тот и закрывает за собой дверцу повозки.
«Лирей» снова шумно выдохнула.
«Это было близко» — подумала она про себя.
Приготовления ко сну заняли не слишком много времени. Уложив голову на подушку и укрывшись одеялом, принцесса смотрела в потолок повозки, размышляя о своем.
«Это тело такое нежное… Даже спать не удобно на таком жестком, хотя раньше я могла спать на голых досках… Что же… У господина «Маски» за план? Мое… нахождение в этом теле и правда может всех спасти? Или это просто уловка?» — размышляла она. Прикрыла глаза, чтобы дать им отдохнуть.
Была уже, наверное, глубокая ночь, а сон никак не шел. Слышится, как открылась дверца. Совсем бесшумно. Кто-то в черных одеждах скользнул внутрь. Он бегло осмотрел повозку и остановил свой взор на принцессе. «Лирей» чувствовала, что на нее смотрят., но не смела открыть глаз. Нет, это определенно не кто-то из прислуги или стражи.
— Не открывай… — произносит бархатистый шепот незнакомца, едва ли та собиралась посмотреть на него, — Если откроешь глаза, мне придется убить тебя.
— Кто вы такой? — спрашивает принцесса тихо, едва шевеля губами, боясь спугнуть ночного гостя. Тот сидит совсем рядом, бесстыже рассматривая ее лицо.
— Разбойник, — ответил он спокойно.
— Разбойник? — удивленно переспросила она, — Что вам нужно, мистер разбойник?
— А если скажу, что мне нужна ты, то, что тогда?
— Но я… Не такой уж и ценный груз. К тому же… довольно тяжелая. Как бы вы меня унесли? Еще и бесшумно… Если вы ищете сокровища, то они в ящиках снаружи. Под охраной королевской стражи. Подарки для будущего короля…
— Эти то сокровища? Зачем они мне? Горы безделушек!
— Вы разве не сказали, что вы разбойник? — она открыла глаза, встречаясь с темным омутом чужих. Незнакомец в черной маске, скрывающей низ лица, нависал совсем близко к ней.
— Также я сказал, что убью тебя, если ты откроешь глаза.
— Но я пока жива…
— Верно, — с усмешкой проговорил тот. — И что же мне в таком случае делать?
— Вы… можете забрать сокровища… и я никому не скажу, что видела вас…
— Вот как? Даже если я скажу, что тебя везут на убой будущего короля? — он издевался над ней, прямо вот так нагло и напрямую.
— Убой? — она изумилась.
— Ты не знала? Наследный принц настолько привередлив к женщинам, что за малейшее непослушание сурово наказывает их… Что будешь делать, если ему не понравится, что ты явилась к нему без даров?
— Скажу, что нас ограбили…
— Ты разве не сказала, что не скажешь подобного?
— Я сказала, что скажу, что не видела вас. А вы сказали, что убьете меня, если открою глаза. Так и кому из нас стоит верить больше? — принцесса хмурит брови, смотря без страха и укора.
— Подловила. Как же нам тогда быть? — незнакомец отстранился, потер задумчиво низ лица через ткань и выдал: — так и быть! Сегодня я уйду без сокровища, но в следующий раз — обязательно заберу его с собой.
— В следующий раз?
— Именно. А пока… Вам и правда не стоит никому говорить, что мы виделись.
— Я бы подумала, что это сон… — говорит девушка.
— Тогда… Я буду просто хорошим сном.
— Разве разбойники могут сниться в хороших снах? — удивилась «Лирей» ,позабыв совершенно о своей роли. Сейчас в ней говорила та, прошлая она, Мун Арён.
— Я же вас не ограбил? Чем тогда этот сон плох? — с усмешкой говорит незнакомец. — Доброй ночи, Лирей…
— Откуда вы…? — только собирается она спросить, откуда тот знает «ее» имя, как незнакомец тут же посмел скрыться, закрыв за собой дверцу повозки.
— До чего же… Вы странный мистер разбойник… — проговорила она самой себе.
Девушка лежала, все еще не смея поверить в реальность произошедшего. Невидимая тяжесть легла на грудь, и мысли закрутились в голове еще быстрее. Кто же он такой, этот загадочный незнакомец? Как он узнал ее имя? И к чему эти странные намеки про наследного принца и ее судьбу? Кажется, этот мир был намного сложнее и опаснее, чем казалось на первый взгляд. А затея играть по правилам «Маски» не казалась слишком радужной. Если это все-таки уловка?
«Лирей» глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Внутри повозки было тихо, снаружи слышно ржание еще не спящих коней, тихие разговоры стражников, едва различимые в словах, все это говорило о том, что ночь еще не окончена.
Принцесса прикрыла глаза, стараясь сосредоточиться на дыхании, но перед мысленным взором все всплывал образ темных глаз незнакомца и его загадочная усмешка, вызывая на ее лице такую же. Он играл с ней? Кто он такой? И что ему действительно нужно? Может, посланник принца? А что он хотел узнать?
Принцесса крепче укуталась в одеяло, пытаясь согреться и найти хоть немного уюта в этой ночи, полной загадок, отметая мысли на задний план, чтобы опустошить голову. Сейчас она знала одно: завтра утром она должна будет выглядеть спокойно и уверенно, какой бы хаос ни творился в ее душе. Миссия, возложенная на нее, была слишком важной, чтобы позволить себе слабость.
С этими мыслями «Лирей» медленно погружалась в сон, оставляя за собой все тревоги и вопросы хотя бы на короткое время. Пусть утро принесет новые решения и, возможно, ответы на те многочисленные вопросы, что терзали ее разум.
Глава 3
Дворец соседнего королевства, куда была приглашена принцесса в качестве будущей жены и, а до свадебной церемонии — наложницы, встретил своим мрачным великолепием.
Заостренные крыши пронзали мрачные облака. Горы, что окружали тот, казались неприступными стенами. Люди ходили по улицам ничуть не менее мрачные и величественные, но, кажется, никто даже не обратил внимания на повозку с сопровождением воинов чужого королевства. Все были увлечены повседневными заботами куда больше.
— Ваше Высочество, прикройте окошко! Ненароком увидит кто! — шепотом, но в то же время будто крича, произносит служанка, что едет рядом верхом на лошади в дамском седле. Арён никогда не понимала, как вообще можно так ездить, ведь гораздо удобнее было бы сесть верхом, как положено, свесив ноги по бокам от коня.
— Мне здесь как затворнице сидеть? — спрашивает та у нее недовольно. От долгого путешествия затекло все тело, а чертовы стены повозки, казалось, сжимают и душат. Хотелось просто глотнуть свежего воздуха, но все кругом твердили как это неправильно и «не принято».
— Это может быть опасно. Вдруг наемники или еще кто? — слишком осторожная служанка пытается навести на свою госпожу больше страха, пугая ее тем, что вряд ли может произойти прямо сейчас, но та слишком устала, чтобы вникать.
— Не говори ерунды, — произнесла та. Поймала на себе недовольно-смиряющий взгляд и все-таки прикрыла оконце, отделяющее ее от свободы. Что была собой, что в новом теле — как птичка в клетке.
С губ девушки срывается тихий вздох. Она снова смотрит в стену, выискивая там ответы на свои вопросы, но, не получив ни единого, закрывает глаза и кладет руки на колени, пытаясь сосредоточиться на своей миссии, а именно — не быть разоблаченной.
— Госпожа, мы прибыли! — произносит служанка, когда повозка остановилась у ворот дворца. Должно быть, прошла целая вечность!
«А я будто не поняла, что мы просто так остановились? За идиотку меня держит?» — думает про себя «принцесса».
Дверца открылась и девушке поставили лесенку, чтобы она могла спуститься. Та придерживает края пышной юбки, коих на ней штуки три, не меньше (и зачем только столько слоев одежды) и выбирается из своей тюрьмы на колесах, щурясь от яркого освещения.