- -
- 100%
- +
Глава 1
– Наташа, он меня бросил! – и длинное завывание в трубку.
В ответ – вздох облегчения:
– Ну, наконец-то. Слава Богу!
– Наташа! – снова вой.
– Марусь, хватит, – женщина оглядела фисташковую кухню, вспоминая, куда поставила бутылку вина. – Сейчас поднимусь.
Подруга жила несколькими этажами выше. Зареванная Маша уже ждала в дверях. Не рыдала, не выла, держалась.
– Принцессы дома? – догадалась Наташа, прищурившись.
Маша кивнула и отошла, пропуская подругу внутрь.
Наташа мельком глянула в коридор – двери в детские были закрыты – и прошла на кухню.
Маша тихонечко последовала следом и закрыла за собой дверь. Только потом снова завыла. Наташа скривилась, поставила бутылку и обняла подругу. Рыдания возобновились. Выдержав пару минут, Наташа отстранилась, заставив ее сесть на стул, и подошла к полке с бокалами.
– Ну, давай, рассказывай.
Маша уткнула красный нос в плюшевый халат и всхлипнула:
– Я пришла с работы, а его нет. Вещей тоже. Стала звонить. Ответил с третьей попытки. Сказал, что полюбил другую.
Наташа подвинула подруге бокал с вином:
– И даже сказал, какую?
Маша осушила залпом половину бокала:
– Ты же знаешь, он иногда таксовал. Была у него клиентка из богатеньких. Звонила ему, когда не хотела, чтобы кто-то знал, где она. Инна ее зовут.
Имя разлучницы отозвалось болью в солнечном сплетении. Женщина снова разрыдалась.
– Ну, пусть она теперь его содержит, – резюмировала Наташа, подливая подруге вина.
– Наташ, как ты можешь? – простонала Маша, вытирая сопли краем халата.
– А разве не так? – женщина наклонила голову на бок. – Пока он картинки свои малюет, ты пашешь, как лошадь.
– Он же художник! – протянула Маша, запивая горе вином.
– А ты кто? – Наташа встала и подошла к холодильнику, нужно было найти закуску, ночь обещала быть долгой. – Лошадь ломовая?
***
Через три часа у Маши началась алкогольная икота. Они заперли квартиру и спустились к Наташе, чтобы не разбудить девочек.
– Натусик, он сказал, что я старая и несексуальная! – Маша ковыряла ложкой торт, за которым подруга сбегала час назад. – Мне только тридцать пять! Я не старая!
– Не старая, – подтвердила Наташа, протирая глаза тыльной стороной ладони.
– Сексуальная?! – Маша выплюнула это слово. – Я себе трусы уже год купить не могу, – она подняла указательный палец вверх. – Год! Наташа, на что? Ему краски купи, холсты купи, фрукты купи, виски купи. Наташа, он виски пьет!
А еще и девочек нужно содержать. Оля только поступила, Насте нужна целая куча репетиторов, чтобы она школу окончила с этим долбаным ЕГЭ. Наташа, где я возьму деньги на сексуальность? Я голову раз в три дня мою, чтобы на шампуне экономить.
– Приходи ко мне мыть! – внезапно включилась подруга.
– Наташ, – Маша перегнулась через стол и прошептала. – Я его даже не хочу! Не, он классный… Весь такой… Особенно, когда рисует. Но у меня сил нет его хотеть. Мне бы только до подушки доползти.
– Точно! – опять включилась подруга. – Теперь у тебя будет возможность выспаться.
Глава 2
– Черт, нет! – Святослав схватил себя за загривок и развернулся на каблуках. – Опять не то!
Марина, девушка лет двадцати пяти в бордовом брючном костюме, непонимающе всплеснула руками:
– Ну, теперь-то что! Ты просил женщину постарше.
Святослав вернулся и указал на модель в сером офисном кресле:
– Я просил скучную, уставшую тетку! А у этой одни ресницы стоят, как обед в "Анджело"!
Марина обиженно поджала губки:
– Где я тебе возьму скучную тетку? Это – Москва. Здесь все так выглядят!
Мужчина сжал зубы и постарался взять себя в руки:
– Марина, мы теряем деньги. Аппаратура простаивает. Если бы я сказал привести дворнягу, где бы ты ее взяла?
На лице женщины побежали тени от работающих извилин.
– На улице? – робко предположила она.
– На улице ты бомжа только найдешь! – снова сорвался Святослав. – Агрессивного дикого пса в колтунах и клещах. В приюте, Марина! В приюте! А теперь подумай, где на этой фабрике, – он поднял руки вверх. – Самый скучный отдел?
– В бухгалтерии? – с сомнением предположила Марина, прищурившись.
– Умничка, деточка! – Святослав тяжело вздохнул. – Узнай, где этот отдел. Я пока кофе выпью.
***
– Марья Ивановна, что случилось? – ужаснулась Оля, когда Маша вошла в кабинет.
Видимо, бессонная ночь с вином и тортом не прошла бесследно. Голову разрывала мигрень. Маша отмахнулась от своего зама и плюхнулась в кресло. Она вынула розу, подаренную начальством на 8 марта, из вазы и закинула в рот таблетку "Суматриптана".
Все. Теперь полчаса ломки и мир вернется на свои места. Хотя, нет, конечно, не вернется. Сергей ушел. Голова взорвалась новым приступом боли.
Маша положила руки на стол и опустила на них голову. Она даже не успела толком отключиться, когда дверь в кабинет бесцеремонно распахнулась. Если это директор, то пофиг, не проснусь!
– Ну, вот, что я говорил? – мужской голос был не знаком.
Маша резко выпрямилась, в глазах побежали черные круги. Перед ней стоял невероятно красивый мужчина! Густые черные волосы, горящий взгляд и легкая небритость. Он был словно не из этого мира.
И он смотрел на нее! Смотрел и улыбался самой обворожительной улыбкой на свете!
– Эта? – недоверчиво переспросила девушка рядом с ним.
– Конечно, – мужчина кивнул. – Наша целевая аудитория: уставшая замученная тетка. Сама, разве не видишь? Представь: ее и на курорт.
До Маши медленно доходило, что эти два эльфа обсуждают именно ее. Причем так, будто ее в кабинете нет.
– Свят, ей и Мальдивы не помогут… – с сомнением возразила девушка, с сочувствием оглядывая Машу.
– Так мы и не Мальдивы предлагаем, – мужчина засмеялся, и Машу пробила дрожь, чувство унижения пыталось затолкать ее под стол. – Всего лишь Крым.
– Девушка, – теперь он обращался к ней. – Не желаете принять участие в социальной рекламе?
– Мне, вообще-то, работать нужно, – еле слышно ответила Маша.
Святослав быстро оценил размер стола женщины и остальных в комнате:
– Думаю, ваши замы справятся пару часиков. К тому же, директор сказал, что у нас здесь полная свобода действий.
***
Святослав указал Маше на стул-реквизит, где не так давно сидела профессиональная модель:
– Присаживайтесь, пожалуйста.
Марина подскочила к ним:
– Свят, может, хоть голову ей помоем?
– Обязательно, – кивнул мужчина. – Для фото "после". Скажи гримерам, пусто готовятся.
Маша зажалась и положила руки на колени, словно школьница. Свет от ламп слепил и не позволял толком разглядеть, что происходит за фотозоной.
– Мне что-то нужно делать? – Маша чувствовала себя ужасно неловко.
В голове вертелась мысль, что она так и осталась в зимних сапогах. Она попыталась спрятать ноги под кресло, от чего чуть не упала.
– Просто, слушайте мои команды, – ответил мужчина и взял огромный фотоаппарат. – Вы когда-нибудь участвовали в фотосъемке?
– Профессиональной? – уточнила Маша.
Мужчина кивнул.
– На документы фото делала, – вспомнила Маша.
Он снова кивнул:
– Не пугайтесь: я буду делать много фото с разных ракурсов.
После десяти минут на кресле, Святослав попросил ее подойти к окну:
– Можете мечтательно посмотреть вдаль? – попросил он.
Мечтательно? Это как? Маша представила Сергея за работой, когда он, будто уходит в другой мир. Она могла часами наблюдать за ним.
– Умница! – прокомментировал Святослав. – А теперь грусть, будто вы понимаете, что вашим мечтам не суждено сбыться.
Не суждено. Он же ушел. Больше она не посмотрит так на него.
– Эй-эй… – испуганный мужской голос вернул ее в реальность.
Маша отвернулась от окна, Святослав опустил фотоаппарат и испуганно смотрел на нее:
– Не надо так близко к сердцу принимать, это всего лишь съемка.
Глава 3
Маша кивнула, не объяснять же первому встречному, что у нее в этот момент сердце на части разрывается.
– А теперь снимаем "после".
– Не получится, Святослав Викторович! – к ним подлетела женщина лет пятидесяти с несколькими вешалками в руках.
– И почему? – мужчина ждал продолжения.
– Да, у нее тут не меньше сорок восьмого! – костюмерша бесцеремонно махнула рукой в сторону Маши. – А у меня вся одежда на сорок два.
Святослав посмотрел на часы:
– У вас есть час, чтобы это исправить. Пока поработают гримеры.
– За час не управимся, – молодой человек с синими волосами помахал косметическими кисточками. – Я отсюда вижу, что она седая. Ее красить нужно.
– Полтора? – прищурился Святослав.
– Три! – воскликнул гример.
Святослав выставил вперед два пальца:
– Два! И премия за срочность.
Парнишка ударил себя по лицу тыльной стороной ладони.
– Идемте, мадам. Цвет этот же оставлять?
Святослав посмотрел на него, как на непонятливого ребенка:
– А ничего, что я уже "до" отснял?
– Ой, точно! – засмущался тот.
Машу усадили в кресло и принялись превращать в "после". Никто не переживал за ее чувства: волосы дергали, брови выдергивали, черные точки на носу выковыривали. Она пробовала "ойкать", но потом просто закрыла глаза и попыталась отключиться.
– Ну, как? – услышала она голос гримера.
– Вполне, – ответил фотограф. – Да, это, голубое. Только туфли с каблуком повыше.
– А если она на них ходить не умеет? – скептический ответ костюмерши.
– Ей и не надо ходить! – отрезал Святослав.
Маша открыла глаза и обомлела: в зеркале была девушка чуть старше Насти, её старшей дочери. У этой девушки были глаза! Ресницы! Скулы! Лицо выглядело смуглым, словно, после загара. Без следов воспалений.
– Эй! – возмутился гример и принялся обмахивать ее листом бумаги. – Нельзя плакать! Потечешь!
Маша, действительно, была готова расплакаться от восхищения.
– Это не я… – она медленно покачала головой.
– Вооот, – довольно протянул Святослав, скрестив руки на груди. – Именно такой реакции мы и должны добиться от нашей целевой аудитории. Теперь быстренько одеваемся и на те же позиции.
Платье было длинным, в пол. Костюмерша протянула Маше туфли на платформе, с опаской поглядывая на Святослава.
– С этих не должна свалиться, – прошептала она.
– Спасибо! – так же тихо ответила Маша.
Вместе с Мариной они помогли Маше облачиться в голубой наряд. Ей пришлось еще немного покраснеть за свое потасканное нижнее белье, но женщины сделали вид, что ничего не заметили.
Увидев себя в платье, Маша испытала очередной шок и прилив восхищения.
– Прошу в кресло, пока аффект не прошел, – напомнил Святослав.
Маша чувствовала себя принцессой, попавшей в сказку! Губы растянулись в улыбке и не хотели возвращаться обратно.
***
– Как вы догадались, что она так засветится? – спросила Марина.
Святослав убирал фотоаппарат в чехол:
– По ней же видно, что она в отпуске последний раз была, когда с родителями на море ездила.
Маша как раз возвращала платье костюмерше. Свет постепенно сходил с ее лица, возвращая женщину в реальность. Святослав отчетливо видел, как серость и безысходность снова захватывают свою территорию. Ему почем-то стало неприятно, будто он нес ответственность за эту женщину.
***
Девочки вскрикнули в голос, когда Маша вернулась в кабинет.
– Марья Ивановна, это вы?! – воскликнула Оля.
Маша слегка улыбнулась:
– Это просто грим, девочки. Рассказывайте, что тут без меня успели?
Если бы Сергей ее сейчас увидел? Понял бы, что ошибся? Вряд ли. Он сказал, что полюбил другую. А любят же не за новую прическу?
Остаток дня Маша провела в размышлениях. Думала обо всем сразу. Где она ошиблась? И виновата ли вообще? Может, это просто судьба?
В 17.00 ее замы смылись быстрее, чем вода в раковине. Маше спешить не хотелось. Дома ждали дочери, которым кто-то должен объяснить, почему папа не выйдет к ужину. А как?
Зазвонил телефон, номер не из телефонной книги. Маша провела по экрану, принимая звонок и готовясь услышать очередной развод от банковских мошенников.
– Мария, это Святослав, – услышала она знакомый голос. – Нужно сделать пару фото в другой локации. Прямо сейчас. Не против?
Маша замерла: откуда у него ее номер?
– Мария? – настойчиво позвал Святослав.
– Да, – Маша кивнула, будто он мог увидеть. – Куда мне идти?
Глава 4
За ворота фабрики Маша вышла одна, все уже успели убежать. Из синего "Тигуана" вышел Святослав.
– А вы не торопитесь с работы, – заметил он.
– Да, я… – засмущалась Маша.
Святослав обошел машину и открыл пассажирскую дверцу.
– А больше никого не будет? – испуганно спросила Маша. – Где же команда?
– Вы меня боитесь? – усмехнулся мужчина.
– Нет, – Маша поспешила к машине.
Еще и из-за того, что на улице было ужасно холодно.
– Просто, не понимаю, как мы будем фотографироваться.
Святослав вернулся за руль и завел двигатель.
– Я вас обманул, – как бы между прочим сообщил он, всматриваясь в зеркала, чтобы отъехать от тротуара.
– В смысле?! – Маша зачем-то прижала к себе сумку.
– Хотел отблагодарить вас и отвезти на ужин в ресторан, – Святослав следил за дорогой, не отвлекаясь на Машу. – Вы бы не согласились, если бы я напрямую спросил.
– Нет, конечно! – выпалила Маша.
Лет пятнадцать назад она бы была счастлива, если бы такой мужчина пригласил ее даже просто погулять, но сейчас, сидя в его дорого-пахнущей машине в своих потертых зимних сапогах и пальто на синтепоне, которое она носила уже лет восемь… Ей было ужасно стыдно.
– Поэтому и соврал, – кивнул Святослав.
– Вы не понимаете, – промямлила Маша, заливаясь краской. – Не могу я в ресторан в таком виде.
Улыбка сошла с его лица. Он, действительно, не подумал об этом.
– Тогда, может, в какой-нибудь молл, где есть фастфуд?
– Чтобы все смотрели на вас и не понимали, что вы делаете с такой, как я? – Маша горько усмехнулась. – Просто, отвезите меня домой. Я благодарна вам за попытку.
Святослав кивнул. Маша попыталась расслабиться, она смотрела в окно на пробегающие огни и чувствовала себя очень хорошо. В этой машине, с этим мужчиной, от которого пахло дорогим парфюмом. Словно в ванне с пеной. Кстати, ванну она последний раз принимала несколько месяцев назад, когда Сергей уезжал на выставку. Он не позволял ей надолго отлучаться, если был дом. Она могла понадобиться ему в любой момент.
***
– Я бы вас отнес, но вряд ли осилю, – голос Святослава вырвал ее из дремы. – Слишком много на вас одежды.
Маша встрепенулась и выпрямилась в кресле. Они были во дворе какого-то незнакомого микрорайона, вокруг таунхаусы и деревья в иллюминации.
– Я здесь не живу… – ошарашено проговорила Маша.
– Нет, здесь живу я, – Святослав вышел, обошел машину и открыл ее дверцу.
– Вы же обещали…
– Отвезти вас домой, – договорил Святослав. – Но не уточнил, к кому.
Он улыбнулся и протянул ей руку.
– Вы опять меня обманули? – странно, но Маша не сердилась.
Она приняла протянутую руку и вышла. Дух завораживало от красоты вокруг. Маша обернулась, чтобы увидеть все!
– Пока вы спали, я заказал нам еду, – сказал Сятослав. – Не знаю, едите ли вы суши…
Маша кивнула. Сергей и девочки очень любили суши. Она даже научилась сама крутить роллы.
Святослав открыл дверь и включил свет. Маша снова почувствовала страх. Еще была возможность убежать.
– Не бойтесь, – Святослав снял пальто и ждал, когда она расстегнет свое. – Давайте, я сейчас закажу такси на двадцать ноль ноль? Так вы будете уверены в путях отступления.
Маша кивнула и начала расстегивать пальто. Она сняла его привычным движением, не сориентировавшись, что нужно было развернуться и дать возможность мужчине поухаживать за собой.
– Выпьете что-нибудь? – предложил Святослав.
– Нет, – Маша отрицательно мотнула головой. – Утром болела голова, боюсь, что от алкоголя боль вернется.
– Вам нужно расслабиться, – настаивал Святослав. – У меня есть домашнее вино, очень слабенькое. Налью совсем чуть-чуть.
Не дожидаясь согласия, он достал из бара декантер, а себе налил белого вина.
Маша присела на край дивана. Она не могла перестать любоваться просторной гостиной.
– У вас очень красивая квартира!
Святослав протянул ей бокал:
– Не совсем у меня, – возразил он. – Компания оплачивает, пока я здесь.
Маша пригубила вина. Оно оказалось очень нежным, в меру сладким.
Святослав сел в кресло, чтобы не смущать ее близостью.
– Вы отлично справились сегодня с задачей, – он начал ничего не значащую беседу. – Отлично вошли в ситуацию.
– Я же бухгалтер, исполнитель, – объяснила Маша. – Мне говорят – я делаю.
Раздался звонок – привезли суши.
Маша вздохнула с облегчением: она умела пользоваться палочками и ей не придется снова краснеть.
– Расскажите о себе? – не попросил, а, скорее, предложил Святослав, пока раскладывал суши.
– Что именно? – испугалась Маша.
– Например, как получается, что главный бухгалтер носит штопаные колготы и костюм "Привет, Советский Союз"? У вас бабушка тяжело больна, и все средства уходят на ее лечение?
Чтобы не провалиться со стыда, Маша залпом осушила остатки вина. Святослав обновил бокал.
– Не смущайтесь. Вы меня видите в первый и в последний раз. И мы не в ресторане, никто не услышит.
Мужчина поднял свой стакан в приветственном жесте:
– Давайте, сегодня просто поговорим, как два незнакомца?
Маша почувствовала, как начинает хмелеть.
Глава 5
– У меня две взрослые дочери, – начала Маша.
– Которые не ходят в штопаных колготках, – смеясь, закончил за нее Святослав.
– Ну, да, – Маша улыбнулась. – Даже представить себе не могу, что было бы, если бы я им это предложила.
– А муж? – Святослав кивком указал на обручальное кольцо. – Не участвует в семейном бюджете?
– Сергей – художник, у него нет постоянного дохода, – Маша вспомнила, что и самого Сергея теперь нет, и опустила глаза.– И он вчера ушел.
– Куда? – Святослав не сразу сориентировался.
– К другой женщине, – Маша почувствовала, как по щекам побежали слезы.
Она схватила со стола салфетку и принялась размазывать тушь:
– Простите.
– Понятно, – Святослав понимающе закивал.
– Что вам понятно?! – огрызнулась Маша. – Думаете, я сама виновата в том, что он ушел?
– А кто-то еще так думает? – уточнил Святослав, закидывая в рот суши.
– Мне кажется – все, – Маша хлюпала красным носом.
Святослав подлил ей еще вина:
– Я не очень люблю плачущих женщин. Мне кажется, женщины должны плакать только от умиления. Любуясь котиками, например, – он закинул в рот лист имбиря. – Предлагаю сменить тему.
Маша приняла команду и попыталась взять себя в руки.
– Пообещаете завтра сделать макияж, когда пойдете на работу? – попросил Святослав.
– Я делаю макияж, – Маша обиженно поджала губы.
– Гигиеническая помада и верхние ресницы не считаются, – пожурил Святослав.
Маша кивнула. Через сорок минут и еще два бокала, она уже сидела с ногами на диване и рассказывала едва знакомому мужчине о своих школьных успехах. Ей очень хотелось доказать, что она не такая, какой всем кажется! Вечер пролетел незаметно.
– Двадцать ноль ноль, – Святослав посмотрел на часы. – Готов отпустить вас.
Он помог Маше встать с дивана.
– Спасибо, – проговорила женщина устало, язык слегка заплетался.
– За что? – улыбаясь, уточнил Святослав.
– За то, что не воспользовались пьяной девушкой, – Маша и сама понимала, что несет чушь.
– Я бы этого не сделал, – усмехнулся Святослав, поддерживая ее под локоть.
– Почему? – удивилась Маша.
– Во-первых, потому что вы не на столько пьяны, – объяснил он. – Во-вторых, потому что я вас не хочу.
Маша замерла, на глаза снова навернулись слезы:
– Совсем?
– Мария, вы и сами себя не хотите, – попытался объяснить Святослав. – Мужчины это чувствуют.
***
Очередной укол помог Маше протрезветь. Она смотрела в окно такси и пыталась сдерживать слезы. Чего бы не хотел Святослав, но он сделал еще хуже.
Настя закрылась в своей комнате и готовилась к лекциям. Младшая Оля вышла поприветствовать маму.
– Ты пила? – нахмурилась девушка.
– Немного, – ответила Маша, стягивая сапоги. – У коллеги был день рождения.
Она сжала зубы, чтобы не свалиться прямо на пол, на глазах у дочери.
– Вы кушали?
Оля все еще подозрительно смотрела на мать:
– Настька не ест, когда учит, а я съела гречку с котлетой.
Маша кивнула и поплелась на кухню. Она закрутилась в поисках турки, нашла ее грязной в раковине. Настя снова не помыла! Сыпанув две ложки кофе и залив его холодной водой, Маша поставила турку на плиту и нарочито медленно опустилась на стул.
В голове стучали слова Святослава "Ты сама себя не хочешь". Маша посмотрела в темноту коридора: дочерей видно не было. Она зажала рот рукой и разрыдалась.
Кофе удалось поймать до того, как он выбежал и залил бы плиту. Маша перелила его в чашку и пошла в комнату переодеваться.
Кофе помог немного прийти в себя. Маша постирала, погладила, сварила девочкам суп и картошку на завтра, залила овсянку на утро. И только после этого забралась под одеяло и уснула.
***
Весь вечер Святослав ругал себя. Он просматривал фото и пытался уговорить свою совесть, что он хотел как лучше. Кто-то же должен был открыть этой женщине глаза?
И чего он полез? Сколько их таких по улицам ходит? Замученных бытом, загнанных в круговерть обязанностей. Каждую спасать?
Она была чудо как хороша в этом голубом платье! Только нужно переснять фото. Не в офисе, не на этом стуле. В особняке, на диване. В саду у фонтана.
***
Маша проводила дочерей и стала собираться сама. Конечно, она не вспомнила про своё обещание сделать нормальный макияж. Вообще, весь вечер всплывал урывками, кусочками.
Маша надела дежурный "вторниковый" костюм и взяла новую пару колгот, которые хранила на особый случай. Старые убрала на полку, потом помедлила и отнесла их в мусорное ведро. По пути зацепилась за своё отражение в зеркале и залюбовалась. Новый цвет волос придал всему лицу жизни. Почему она так редко красила волосы? Потому что никто не обращал на это внимание.
***
Время приближалось к обеду, когда в кабинет вошел курьер одного из маркетплейсов.
– Мария Зотова? – спросил молодой человек, оглядывая бухгалтеров.
– Это я! – отозвалась Маша. – Я что-то заказывала? Вообще не помню.
Курьер пожал плечами:
– Адрес ваш, имя ваше.
Маша расписалась в накладной и повертела коробку в руках, пытаясь вспомнить, что она заказывала? Может, это девочки заказали? Они иногда так делали, когда знали, что не смогут принять доставку дома. Маша удовлетворилась этой догадкой и убрала коробку в свою необъятную сумку.
Замы отправились на обед, а Маша осталась в кабинете, чтобы, наконец, побыть в тишине. Ей нужно было перепроверить отчет перед отправкой. Она налила кипяток в чашку и открыла документ.
Звук колокольчика оповестил о сообщении в мессенджере. Номер был неизвестным. Маша нахмурилась, почему-то подумав, что это – любовница Сергея.
"Оценили подарок?"
Маша набрала "какой", но вспомнила про доставку. Она достала из сумки небольшую коробку и аккуратно вскрыла ее канцелярским ножом. В коробке была еще одна белая коробочка с золотыми вензелями. Маша открыла крышку и замерла: это был небесно-голубой лифчик. Она аккуратно достала его, словно фарфоровую чашку. Под ним лежали такие же трусики. Лифчик был идеально-скроен, с небольшим пуш-апом и нежными кружевами по краям.
Она провела пальцами по чашечкам, почувствовав что-то нереальное, из другого мира. Того, где красивые женщины ходят по кафельному полу в кружевном неглиже, невесомо ступая только на мыски.
Маша не знала, как реагировать на подарок и что ответить дарителю. Она была практически уверена, что это был Святослав.
Аккуратно положив лифчик обратно, она написала единственное, что пришло в голову: "Я не могу это принять".
"Почему?"
Действительно, а почему?
"Это слишком дорого"
"Не дороже букета цветов"
И цветы бы вызвали фурор в кабинете, а об этом подарке никто не узнает. Ей очень хотелось оставить этот комплект, но она понимала, что это будет неправильно.
"Не спешите с решением. Примерьте, а потом напишете"