(Не)фиктивная любимая

Глава 1

ЕЛЕНА

Книга была слишком интересной, чтобы откладывать её до ночи.

Я зачитывалась историей Марии и Владимира уже третий день подряд, а в баночке скучали замоченные в «Корневине» черенки.

Если я сейчас не подниму свой толстый зад с этого замечательного, безумно уютного, кресла, то завтра мне нечего будет есть!

После того, как муж при разводе отсудил у меня квартиру и организовал в городе «волчий билет», мне только и осталось, что уехать в деревню в старый теткин дом и зарабатывать выращивание цветов.

Сын остался в городе. Он учился в институте, который оплачивал ему отец. Да, я и не пыталась давить на ребенка. Пусть выучится, вырастет, а потом сам разберется, кто прав, кто виноват.

Я тяжело вздохнула и заставила себя встать. Вот стоило выползать из книжного мира, чтобы опять вспоминать своего козла-муженька?

Ладно, Леночка. Быстренько воткнешь черенки в землю, проверишь рассаду (не летает ли кто над ней), закроешь уличный парничок, заваришь чай и окончательно спрячешься в мире безумных страстей Маши и Вовы.

Матильда, моя пушистая приблудившаяся подруга, выгнула спину и пошла в сторону террасы. Думаю, её тоже однажды выбросил из дома какой-нибудь кот-кобель. Хотя, нет. Коты же кобелями не бывают, это больше про собак. Тьфу, про псов.

Я положила планшет на стол, взяла с дивана кардиган и открыла легкую дверь на террасу. Мы вместе вышли из дома, но дальше Матильда отправилась по своим важным делам, а я завернула по мощеной дорожке на задний двор. Там у меня был садовый домик, где и располагалось моё царство семян, черенков, удобрений и баночек разного размера.

Включив подборку любимой музыки, я надела тонкие перчатки в цветочек, и, пританцовывая, принялась за работу. Не знаю, у кого там вес лишний, у меня он вполне себе комфортный. Зато я не мёрзну зимой.

Вспомнились укоры бывшего. Что, мол, растолстела с возрастом, обрюзгла. Я лишь однажды видела его любовницу, она была раза в три меня стройнее, но и моложе в два раза. А с этим я бороться не могу. Хотя, поначалу пыталась. В спортзал записалась, прическу сменила, бельё прикупила… Смех, да и только.

После двух месяцев изнуряющей диеты и спортзала я попала в больницу. А пока лежала, муженек привел в дом любовницу и сменил замки.

Хорошо, что не убила себя окончательно этими диетами. А то бы осталась и без мужа, и без… Ой, у мертвых же вообще ничего нет.

Да, куда ж меня несет! Нет-нет, надо срочно тут заканчивать, нарвать мяты для чая, переодеться в пижамку и спрятаться с планшетом под одеялом. Там как раз потенциальная свекровь собирается шантажировать Машу какими-то фотографиями.

Я спешила распихать черенки по баночкам, и, когда оставалось всего четыре штуки, со стороны дома послышался звук тормозов и треск ломаемого дерева.

***

ДМИТРИЙ БАХАРОВ

Почему в моей квартире? На моей кровати? У Пашки есть своя, почему не там?

Мозг зациклился на этих вопросах, защищая от осознания всей катастрофы.

И, главное, зачем? У нас же все было готово к свадьбе: Аня купила себе платье, которое стоит, как половина автомобиля. Куда его теперь? Почему она об этом не подумала прежде, чем трахаться с моим братом?

Перед глазами стояла картинка: два голых тела в моей кровати. И это идиотское:

- Димочка, это не то, что ты подумал, - и маленькие ручки на маленьких голых сиськах.

Я потряс головой, пытаясь выбить из памяти эту сцену. Навигатор задолбал какими-то предупреждающими фразами о скорости и камерах, но нога сама по себе вжимала педаль газа в пол.

В какой-то момент все процессы должны переключиться на дорогу, и отключить мысли о том, что жизнь кончена.

Что-то мелькнуло перед машиной, я рефлекторно перекинул ноги на тормоз и вывернул руль. И вот уже моя новенькая машина сносить какой-то деревянный забор, слишком желтые кусты и керамического гнома. В воздух летят разноцветные горшки, обломки голубого штакетника и красные ленты.

Я отчаянно вжимаю педаль тормоза и уже просто крепко держу руль, потому что не понимаю, куда выруливать.

Наконец, машина останавливается. Перед капотом – деревянный домик древнего колодца.

Сердце бешено стучит, руки и ноги заклинило. Перед глазами – черные круги.

И вдруг кто-то начинает кричать. Ну, все, приехал, господин Бахаров. Прямая тебе дорожка на нары: сбил кого-то.

***

ЕЛЕНА

Ярко-желтая иномарка протаранила мой забор, перекопала клумбу и водрузилась на ней, заменив недавно отцветшую форзицию.

Я в ужасе схватилась за голову и закричала. Столько работы! Столько денег!

И только потом пришло переживание о водителе. Я прищурилась – подушка безопасности не сработала. Либо не было сильного удара, либо подушка – говно. Надо бы проверить водителя и пассажиров.

Я поспешила к машине. Водительская дверь открылась и оттуда, пошатываясь, вышел мужчина. Очень красивый и дорогой. В черно-белом офисном прикиде, весь такой из себя фито-няшка.

Он тоже схватился за голову и смотрел вокруг себя. Попытался повернуться вокруг своей оси, но потерял равновесие и рухнул прямо на мои любимые примулы.

Глава 2

ДМИТРИЙ

Два голых тела выплясывают танго на моей постели, и снова этот тупой вопрос: почему в моей квартире? Можно же было трахаться где-то еще? Да, хотя бы в подъезде. А то это, как кот Шрёдингера: пока я не открыл дверь, у меня еще были невеста и брат. А теперь – все, котик сдох.

Точно! Это кот перед машиной пробежал, я его сбил.

Я начал захлебываться и открыл глаза.

Матрона в желтом платье и вязаном старушечьем кардигане пшикает на меня из пульверизатора. О, слово вспомнил! Значит, мозг не отбил.

- С вами все в порядке? – хлопает взволнованно карими глазами.

Еще и кошка подошла, села смотрит на меня возмущенно. Значит, не сбил.

Я схватился за затылок, простонал и попытался встать, уперев вторую руку в землю. Она почему-то оказалась грязной и влажной, и я снова упал.

Матрона попыталась мне помочь, схватила за руку, потянула, но было слишком скользко, и желтый слоник растянулся рядом. Хорошо, что не на мне, придавила бы.

Женщина села, но вместо того, чтобы брезгливо стряхнуть с себя ошметки грязи, начала гладить траву и вдруг заплакала.

Блаженная, что ли?

Кошка плюнула на нас и скрылась. Что за место такое странное? Куда я влетел?

Вокруг - куски забора, трава в ошметках грязи и осколки керамики.

Так, ладно. Блаженная она или нет, но это я виновник всего того говна, что здесь случилось. С трудом, но я встал и подал руку слонику.

- Я все возмещу, - строго сказал я, требуя взять меня за руку и перестать ныть.

***

ЕЛЕНА

Серьезно?! Возместит он?

Два года кропотливой работы по восстановлению душевного равновесия и превращения заброшенной дачи в мой собственный оазис. Глаз зацепился за осколки старого садового гнома, осколки моей жизни, которые я так долго собирала и склеивала… соплями.

Что же я за развалюха такая!

Мужчина настойчиво потряс рукой. Видимо, моё падение его ничему не научило. Он же явно в спортзале не веса тягал, не удержит.

Я растерла слезы по щекам, развернулась и раскорячилась, чтобы подняться. Земля была влажной и скользкой, да, еще и перемешанной колесами иномарки.

- Валите с моей земли, возмещатель, - пробурчала я и попыталась обогнуть машину, чтобы поскорее скрыться в доме и хорошенько так помыться и, чего уж, скрывать – прорыдаться.

- Подождите, я телефон возьму. Скажете, куда и сколько перевести, - мужчина потерянно посмотрел на машину, потом хотел залезть в карманы, но увидел, что руки у него аки копытца у фермерской свинюшки.

Я попыталась не смотреть на свою клумбу, иначе передумаю быть хорошей.

- Пойдемте в дом, вам помыться нужно.

Мужчина завертел головой:

- Да, я могу на улице. Где у вас тут, не знаю, колонка или гусь, откуда вода берется?

- Какой гусь? – похоже, он об моего гнома головой ударился.

- В детских книжках такой был, - мужчина начал изображать руками систему вытаскивания воды из колодца.

- Гусей у меня нет, - я недовольно поджала губы. – Только кошка. А вода у меня из скважины. И кран дома, - я покрутила пальцами, изображая открывание крана. – Поверьте, так удобнее.

Я отряхнула уже подсохшую землю с рук, сняла кардиган и его тоже встряхнула. Потом только поднялась по ступеням и вошла в дом. Скинула грязные сабо и посмотрела назад, идет ли горе-водитель за мной.

Мужчина последовал моему примеру: снял пиджак и потряс его, попытался стряхнуть землю с дорогих брюк.

Ему бы, по-хорошему, одежду всю эту постирать, но вот загвоздка – у меня нет ничего, что можно дать ему взамен. Да, и стирать костюм в обычной стиральной машине вряд ли можно.

- Слушайте, - я виновато посмотрела на мужчину, будто это моя вина. – Вам бы переодеться, но у меня нет мужской одежды.

Мужчина непонимающе посмотрел на свои ноги:

- Черт, я и не подумал.

- Я могу дать вам свой спортивный костюм, - я покраснела от ушей до пят. – Но вы же понимаете, что он вам будет немного… великоват?

***

ДМИТРИЙ

Смотрел на неё и не мог понять. Я ей пол участка раскурочил, а ей стыдно мне помощь предложить? Может, конечно, она в своей деревне мужиков давно не видела, и, поэтому априори чувствует себя должной меня уважить?

- Дмитрий, - я протянул руку, но вспомнил, что она все еще грязная, пусть уже и не в ошметках земли. – Удивительно, что вы вообще пустили меня на порог после того, что я натворил.

- Елена, - слоник покраснела еще больше. – Всякое бывает. Может, у вас причина была. Так что, согласны на старые треники?

- Конечно, - я пожал плечами. – Все равно в таком виде я в машину сесть не смогу. Покажете, где можно помыться?

Елена засуетилась, протопала сначала в комнату, принесла большое пушистое полотенце, тапочки и спортивный костюм. Приличный, кстати, не растянутые треники, как она выразилась.

- Пойдемте, провожу вас.

Душевая была небольшая, но чистенькой, аккуратной. Видно было, что хозяйка старательно облагораживала свое жилище. Видимо, и двор так же щепетильно украшала, а я все снес. И даже не извинился. Вот теперь мне стало стыдно. Надо будет подобрать правильные слова, чтобы хотя бы попытаться загладить свою вину. А то будет считать всех мужиков уродами.

***

Когда я вышел из душа, в нос ударил запах котлет и картошки с укропом. Затянув шнурок на лиловых штанах, я пошел прямо на запах. И непонимающе уставился на накрытый стол.

Елена уже была в другом платье, умытой и причесанной. В раковине она что ли мылась?

Женщина мелко резала мясо и складывала его в блюдце:

- Матильда, еще минуту. Почти готово.

Кошка нетерпеливо ходила у ног хозяйки, гладя ее длинным пушистым хвостом.

На столе красовалась горка из котлет, салат из овощей, перья зеленого лука и миска круглой картошки, посыпанной укропом.

- Вы всё? – просияла Елена, увидев меня в дверях. – А мы тут ужинать собирались. Будете с нами?

Глава 3

ДМИТРИЙ

- Вы серьезно? – я оторопел от нелогичности этой женщины.

Ничего, что я вандал, и моя машина так и торчит посреди её клумбы?

Елена снова покраснела и потерянно посмотрела на свой стол:

- Если хотите, я могу роллы заказать, но их будут из райцентра долго везти, минут сорок. Плюс… приготовят пока.

- Я не об этом. Я же…

Черт! Я был таким голодным, что желудок вжался в ребра и умоляюще просил хотя бы хлеба.

- В общем, я – с большим удовольствием!

Я дернул старый деревянный стул и сел, предоставив хозяйке возможность за мной поухаживать.

- Тут всё местное, настоящее, - нахваливала Елена, накладывая в тарелку гору картохи и сразу три котлеты.

Салат она положила в отдельную тарелку, за что я ей был благодарен, потому что решил, что сейчас сверху окажется полмиски салата и шмоток холодца.

Либо у меня какие-то предвзятые мысли о деревне, либо женщина не совсем деревенская.

- У нас тут несколько крупных ферм, и в любом дворе еще можно что-то купить, - хвасталась Елена. – Утром угощу вас парным молочком, сбегаю к бабе Зине.

- Утром? – я не смог сдержать улыбку, от которой женщина снова покраснела. – Планируете оставить меня до утра?

Елена сглотнула и спрятала взгляд в собственной тарелке:

- Ну, а куда же вы поедете на ночь глядя? Я вот ваши брюки и рубашку постираю, до утра высохнут. Пиджак лучше в химчистку сдадите, как в городе вернетесь.

За окном, действительно, практически стемнело. Не то, чтобы я боялся ночами ездить, но у меня пока не было понимания, куда вообще ехать?

Я рванул из квартиры, как поджаренный, сел в свою Канарейку и поехал просто по шоссе. Даже не понимаю, куда меня дорога привела.

- Черт! – я вскочил. – Машина же до сих пор стоит в ваших кустах. Надо отогнать.

- Надо, - Елена виновато улыбнулась. – Может, за ночь какие-то растюшки поднимутся. Только поешьте сначала, пока все горячее.

Я послушно сел обратно. Кошка запрыгнула на свободный стул и уставилась на меня, словно спрашивая, схренали я тут расселся?

Постепенно по телу распространилось приятное тепло. Никогда раньше столько не жрал на ночь. Понятно, почему Елена на слоника похожа. Если она так каждый вечер ужинает…

Хотя, признаться, я никогда не испытывал неприязни к полным людям. Это в семье у меня был культ диет и спортзалов. Видимо, поэтому моя маман обожала Аню, гимнастку, победительницу всевозможных соревнований.

- А у нас тут хорошо, - робко начала Елена. – Люди… разные. Но вот прям совсем злых или пьющих нет. Детишек много.

Я скривился. Еще одна причина, почему Аня была для меня идеальной невестой: родители мечтали о внуках, которых до сих пор не было. Братец мой тоже не спешил обзавестись семьей.

- Не любите детей? – тихо спросила Елена.

И снова у неё в голосе эти виноватые нотки, будто она сплошь и рядом во всём виновата.

- Не люблю, - честно ответил я. – Я к ним вообще никак не отношусь. Родители мои – да, всё наследника требуют.

- А ваша жена против? – ужаснулась Елена. – Она из модных? Из чайлд фри?

Я поднял правую руку, показывая, что ещё не окольцован.

- Я еще не женат. А вы? – вот так прямо, в лоб.

Ясно же, что мужика тут нет. Чего дерзить-то?

Елена пожала плечами и начала ковырять вилкой котлету:

- А я «уже». Разведенка-разведеночка, пустая я коробочка…

Видимо, это была какая-то песня, но я такой не слышал никогда.

- Значит, мы оба свободные, - я подмигнул с улыбкой и встал. – Пойду я все-таки машину отгоню, а то она мне покоя не дает.

Елена тоже вскочила и засуетилась:

- Фонарик возьму и посвечу вам.

- Так у меня фары есть, - не понял я.

- Да, мало ли, - Елена достала из шкафа большой фонарь, проверила его и кивнула. – Пойдемте.

Когда мы вышли из дома, я огляделся. Участок был где-то на окраине, без соседей и фонарей на дороге. Как я вообще умудрился сюда заехать?

Я открыл калитку и вышел на улицу. Дорога из смеси битого асфальта и щебня, впереди, метрах в тридцати, фонари были, а здесь нет.

- А почему у вас тут ничего не освещено?

- Так дом один, - Елена включила фонарь и указал на другую сторону. – Там овраг и речка. Обещают зону отдыха организовать, вот тогда мне освещение и проведут. А пока так.

- И не страшно? – удивился я. – Ни мужика, ни овчарки. Как вы вообще можете тут жить?

- Ну, как видите, никто меня убить не пытался, - обиженно ответила Елена. – Пока.

- Извините, я бываю резок, - я перешагнул через обломки забора и протиснулся между остатками кустов к пассажирской двери.

- Подождите, - Елена отбросила остатки забора, которые могли попасть под колёса. – А то ещё на гвоздь напоритесь.

Об этом я не подумал.

Я завел двигатель и посмотрел в зеркало: Елена светила на дорогу. То есть, я завтра уеду, а ей завалы разбирать. Надо будет что-то придумать, вызвать рабочих. И оставить её с незнакомыми мужиками?

Чёрт, походу, я попал. Надо будет самому тут все разруливать, иначе точно её кто-нибудь грохнет.

Наивный деревенский слоник.

Я усмехнулся и отпустил педаль газа. В деревне слоники не водятся.

***

ЕЛЕНА

- Диван у меня очень старый, - извинилась я, когда мы вернулись домой. – Не было мысли его обновить, если честно. У меня в гостях только местные бывают, а им чего? У них точно такие же советские диваны стоят.

Дмитрий упер руки в бока и озадачено посмотрел на моего старичка. Видимо, не понимая, как он раскладывается. Я хотела присесть, чтобы разложить диван, не оттопыривая свой аппетитный зад, но чуть не завалилась.

- Давайте, я сам, - Дмитрий практически оттолкнул меня от дивана и легко дернул одну половинку.

На мгновение я оторопела. Я привыкла к тому, что мужчины только в книгах и фильмах что-то сами делают, а в реальности они могут только любовниц елозить и в суды ходить. И уж, тем более, я не ожидала, что этот столичный денди захочет руки замарать. Даже, если это просто диван.

- Пойду чай заварю, - потерянно сообщила я и поспешила на кухню.

- Спасибо, - ответил Дмитрий и взял подушку.

Видимо, и с постельным бельем он сам справится.

***

Я заварила черный чай с мятой и разрезала на кусочки свою фирменную шарлотку.

- Серьезно? – изумился Дмитрий, появившись в дверях. – Ещё и пирог?

- Очень вкусный, - пообещала я. – После основной еды положен десерт.

- Ну, раз положен, - Дмитрий сел за стол и улыбнулся. – Может, пора нам перейти на «ты»? Мы уже преломили хлеб и собираемся ночевать в одном доме.

- Хорошо, - робко ответила я. – Но вы… ты, действительно, резковат. Или прямолинеен, не знаю. Если бы я не видела твою машина, то могла бы подумать, что ты мошенник, который хочет войти ко мне в доверие.

Дмитрий взял кусок шарлотки прямо руками и откусил, вокруг тонких красивых губ тут же образовался кружок из сахарной пудры.

- Во-первых, я такой, потому что это моя работа. У отца бизнес, я на него работаю. Переговоры – это мой конёк. Во-вторых, это ты пытаешься втереться ко мне в доверие, закармливая котлетами и пирогами.

В его словах был смысл. Если посмотреть на ситуацию со стороны, то я выглядела более странной. Одинокая женщина с кошкой, живущая на окраине деревни. Ведьма во всей красе!

- Наверно, ты прав, - долила чай и положила себе кусочек шарлотки.

- Мне кажется, я такую вкуснятину последний раз в детстве ел, у бабушки на каникулах, - Дмитрий потянулся за вторым куском, но одернул руку. – Нет, оставлю на завтрак.

Я благоразумно поступила так же, чтобы не выглядеть в глазах гостя обжоркой.

После чая мы пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по комнатам.

Я взяла планшет и приготовилась нырнуть в мир любви Марии и Владимира, но как это сделать, когда в соседней комнате лежит реальный мужчина?

Глава 4

ДМИТРИЙ

Утро началось как-то не так. Просыпающийся мозг приступил к проверке всех внутренних органов и внешних конечностей.

До пенсии мне, конечно, далеко, но и сорокец для офисного работника – это определенная дата. Утро начиналось со звона в ушах, поламываний и потягиваний где-то и в чем-то.

Еще и не проснувшись до конца, я уже понял, что что-то не так. В ушах не звенело, нигде не болело. Как-то даже неуютно, боязно. Я открыл глаза и увидел старый комод, а на нём новый телевизор, небольшой, но хороший.

Точно. Моя Канарейка влетела в забор, зашибив садового гнома. Вот, кстати, от столкновений с этим гномом у неё точно должны быть повреждения. А я вчера и не проверил. Да, и хрен там что разберешь ночью.

Я откинул старенькое одеяло и натянул… лиловые треники. Об этом я тоже подзабыл. Белая футболка была мне прилично так велика, но приятно пахла чем-то родным.

Я усмехнулся, встал и потянулся. Окно было немного открыто и зафиксировано ограничителем. Пели птицы и вкусно пахло свежестью. И чем-то жареным.

Сунув ноги в тапки, я пошел на кухню. Елена уже суетилась на своей дешевенькой, но чистой кухне. Шкворчало масло, а у газовой конфорки стояла медная турка, из которой сочился едва заметный запах кофе.

На столе уже стояла ваза с разноцветными тюльпанами и вчерашняя шарлотка под пластиковой крышкой.

Из маленькой умной колонки доносились звуки попсы, Елена подпевала им и пританцовывала.

Не знаю, сколько я так простоял, зависнув на идеалистической картинке, но пушистая неприятность по имени Матильда спрыгнула со стула, подошла ко мне и издала какой-то жуткий звук, больше похожий на кряканье утки.

Елена выронила лопатку и резко обернулась:

- Ой. Вы уже проснулись?

- Кошки, разве, не мяукают? – я ошарашенно ткнул пальцем в кошку, которая стояла и смотрела на меня глазами-блюдцами.

- Котята, - Елена подняла лопатку и бросила ее в раковину. – Матильда уже старенькая. А старые кошки какие звуки только не издают. Вы еще не видели Феликса бабы Зины. Он так орет, что она каждый раз крестится. Коту уже больше двадцати, точно никто не знает.

Елена достала из шкафа большую тарелку, поставила ее на стол, выложила яичницу с жареной колбасой и посыпала мелко-резаной зеленью. Налила из литровой банки молоко, поставила рядом. Потом перелила кофе в маленькую чашку.

- Присаживайтесь. Не знала, что вы захотите на завтрак, поэтому вот.

Елена лучилась аки утреннее солнышко. И чего она так радуется?

- Мы на «ты» перешли, - напомнил я и сел за стол.

- Ой, точно! Забыла, - женщина поставила тарелки и села напротив. – Вещи на улице сушатся. Думаю, через пару часиков уже совсем высохнут.

Смутно помнится, что подобную яичницу с колбасой когда-то бабушка жарила. Последний раз что-то жареное я ел, когда еще студентом был, и мы собирались у кого-нибудь на квартире.

Пахнет зашибенно, так что, можно и поесть. Мамы рядом нет, Ани тоже. А перед кем мне еще отчитываться о количестве потребляемых калорий?

Я положил себе в тарелку кусок яичницы, еще и хлеб взял. Самый обычный, заводской, а не с какой-то пророщенной дрянью.

- Я думал, хлеб вы тоже сами печете, - усмехнулся я, вспомнив про вчерашнюю рекламу «все своё, все фермерское».

- А я умею, - сразу же ответила Елена. – Мороки только много. Лень для себя одной готовить. У нас тут есть семья многодетная, недавно переехали из Угрюминска. Вот они сами пекут и всем желающим развозят. Что-то я не подумала у них к завтраку заказать, - запечалилась моя хозяюшка. – Но за молоком сбегала, как обещала.

Елена подвинула ко мне стакан с молоком. Я хотел сделать пару глотков, чтобы не расстраивать её, но теплое молоко так хорошо пошло под яишенку, что я осушил стакан, и не заметив.

- Кофе сварила обычный. Молоко и сахар нужно добавить?

Я отрицательно мотнул головой.

- Сам добавлю.

Елена вдруг осеклась, погрустнела и принялась за завтрак.

- Я сейчас позавтракаю, умоюсь и пойду гляну масштаб разрушений. Сам попробую разобрать или найду строителей.

- Хорошо, - Елена робко улыбнулась и кивнула.

- Лена, что не так? – меня почему-то цепануло её состояние.

Не понятно: только что танцевала, а теперь чуть не плачет.

Она сглотнула и испугалась ещё больше:

- А вы… ты смеяться не будешь?

- Нет, - удивленно ответил я.

По какому поводу я могу начать смеяться?

- Я не понимаю, как себя вести, - тихо ответила Елена, пряча взгляд.

- В каком…

В прямом. И так же понятно. Одинокая женщина, привыкшая обслуживать мужа, оставшаяся вдруг на обочине жизни. А тут я нарисовался. С одной стороны – вредитель, а с другой – мужчина. Вот и растерялась разведеночка с растоптанной самооценкой.

- Ясно. Это не страшно, - резюмировал я. – А то я не понимаю, продолжать извиняться за забор или благодарить за завтрак.

- Благодарить, - робко ответила женщина.

- Тогда благодарю, - я поднял чашку, салютуя хозяйке, и отпил довольно-таки приличный кофе.

***

ЕЛЕНА

Хорошо, что у меня были обычные рабочие перчатки, а то пришлось бы наряжать Дмитрия еще и в перчатки с цветочками.

Он упер руки в бока, задумчиво осмотрел раскуроченную клумбу, видимо, выстраивая план действий, и решил начать с обломков забора.

Я натянула перчатки и бросилась помогать, но мужчина меня остановил.

- Ты лучше найди номер ребят, которые заборами у вас тут занимаются, и пусть приезжают. Скажи, что делать придется всё быстро, но получат премию.