Командировка в мир «Иной»
- -
- 100%
- +
Дядька Кышто выбрался из завала, рывком распахнул дверь и тут же оказался опять на земле, сбитый с ног неизвестным зверем рыжего окраса в перьях. Вслед за ним из двери вылетел набычившийся петух, подскочил к нарушителю спокойствия и клюнул его в ляжку. Несчастное животное выпустило из пасти изрядно помятую курицу, неуверенно тявкнуло на обидчика, за что получило второй клевок в глаз, и рвануло в сад. Петух за ним. Мы за петухом. Жена старосты за нами с полотенцем руке, вопя о потерянном под нашими ногами для компота урожае клубники.
Мы догнали разъяренную птицу в дальнем углу сада, возле беседки, на крыше которой взгромоздился… Край! Под глазом у парня наливался синяк, а на голове красовалось перевёрнутое гнездо…
– Инстинкты… – смущенно выдавил из себя земо, рассматривая наши ошалевшие лица. Он заметил в толпе женщин, покраснел и спросил: – Может быть, мне кто-нибудь штаны пожертвует? – парень развел руками, одновременно прикрыв пушистым хвостом самое интересное место.
Вечером после сытного обеда и великолепной бани с душистыми травами Айрис и Риш уединились с Кышто и другими мужчинами деревни в доме дядьки, а я с Краем и Аайю сидела на лавочке возле дома и возилась с ребятишками. Мы играли в детскую игру «съедобно – не съедобно». Естественно, проигрывал блондин, ибо всем ответам он предпочитал презрительное молчание. До тех пор… Пока к нему не подкралась малышка, которая очень хотела погладить земо.
Девчушка с важным видом прошествовала мимо лавочки, забралась к оборотню на колени и заявила:
– Ты класивый, будешь моей куклой, – и приступила к игре.
Достала расческу с мелкими зубчиками и принялась драть густую блондинистую шевелюру земо. Заплела ему несколько косичек, украсила их перышками и бусинками, а на оба уха повязала красные бантики. На шее заняла место широкая желтая лента. На этом терпение Аайю закончилось.
– Скажите, милое дитя, а кто тебе сказал, что со мной можно играть? – когти зайчика крошили лавочку.
– Она, – бесхитростно ответила девочка, указав на меня.
Я уронила набитый сеном узелок, заменяющий нам мяч. Встретилась взглядом с красными глазами парня, кивнула, подтвердив слова девочки. Земо отломил очередной кусок лавочки, снял с колен ребенка, а со своей шеи – ленту. Он подошел ко мне, туго завязал полоску ткани на мне и удалился, бросив, чтобы ребенок игрался с тетей – из нее получится не менее красивая кукла. Что ж, я потрогала удавку на шее, похоже ночью у меня будет спокойный, счастливый и… вечный сон!
Лис хмыкнул. Усадил меня на лавочку, а сам предложил малышне поиграть в лошадку. На его спине за раз умещались три-четыре малыша. Первый назначался рулевым и командовал лошадкой. Через полчаса, когда силы Края уже были на исходе, нас всех позвали ужинать. В доме младшая дочь Паясты, жены дядьки Кышто, отозвала меня в сторонку и проводила в свою комнату. На кровати девушки уже лежали приготовленные для меня вещи.
После бани я ходила в чьей-то юбке и рубашке и теперь была рада обзавестись собственным комплектом одежды. О своих предпочтениях я сообщила ранее и девушка, как смогла, постаралась угодить мне. В отличие от русских крестьянок, местным было не чуждо удобство. Я осмотрела две пары очень широких штанов, используемых для работы на полях и походов по холмам. Четыре приталенные рубашки. Простое хлопковое нижнее белье: панталоны и мягкий корсет на застежках – крючках. И мягкие замшевые мокасины! Я переоделась, сложила остальное в сумку и присоединилась к ребятам за ужином.
Судя по разговорам, в Ином шла негласная холодная война между земо и арчайлдами, и яблоком раздора стали земли, на которых всегда селились люди – выходящие к морю окраины территории оборотней, более близких к людям по характеру и укладу жизни. Я не поняла, зачем территория понадобилась призракам, так здесь называли арчайлдов, но в один прекрасный момент они без предупреждения предъявили претензии. Они не грабили, не разрушали. Они просто приходили парами мужчина и женщина, не слушая никого, строили свои причудливые дома и начинали жить. Обзаводились потомством и через некоторое время бесследно исчезали! Потом на их место приходили новые, и история повторялась.
Не то, чтобы крестьяне протестовали против соседства, но странное поведение арчайлдов их настораживало. Люди на всякий случай обратились за помощью к земо, и те не отказали соседям, выделив гарнизоны для патрулирования дорог и деревень, где проживали призраки. Раса миролюбивых земледельцев и скотоводов не могла самостоятельно противостоять бессовестным… со статусом призраков еще не определились, невзирая на то, что среди них рождалось большое количество магов.
Во-первых, многие из них обладали исключительно мирными умениями, во-вторых, арчайлды по части магии сами не лыком шиты, в-третьих, чтобы вытурить всех их на родину банально не хватало причины. Супружескую измену некоторых невоздержанных особей с обеих сторон нельзя назвать поводом. Из-за этого развязывать войну никто не горел желанием.
Патрули следили за порядком в общем и целом, присматривали за буянами, учили людей сопротивляться своеобразной любовной магии арчайлдов. Но главной обязанностью гарнизона являлся контроль за численностью арчайлдов. Троим представителям призрачной расы вполне по силам навести шороху в деревне с трех-четырех тысячным населением. Оставался открытым один вопрос: для чего арчайлдам это нужно? На своей территории своих мужчин и развлечений не хватает?
Обсудив призраков, мужчины обменялись планами на обозримое и очень далекое будущее. Разговор позволил мне сделать вывод о том, что Айрис делал в нашем мире. Он изучал наши достижения в науке и технике, дабы внедрить их в Ином. Не сразу и не все, а постепенно и очень выборочно. Печатный станок и книги – хорошо для Иного, а вот волородная бомба и атомные электростанции как-то не очень. Ну, и деньги зарабатывал, конечно же. Золото из Иного на Земле обернуть и получить доход гораздо проще, а доход затем переправить обратно на родину тоже не сложно. Зачем изобретать колесо, когда в соседнем мире не только его давно изобрели, но и механический привод к нему? Тратить огромные средства на развитие науки и исследования, увеличивать налоги, разорять население, вызывая тем самым недовольство среди земо, когда можно взять там, где все вышеперечисленное плохо лежит и еще хуже охраняется? Восхищаюсь умом Сергея Ивановича! И его организаторским талантом!
Близилась ночь. Темы для общения закончились, как и еда, и напитки. Паяста со старшей дочерью убирала со стола. Я клевала носом на скамейке, прислонившись спиной к стене, и ждала ребят. Кышто предложил нам ночевать всем вместе на его сеновале или разместиться в нескольких домах. Все, кроме Края, согласились на сеновал. Лису же поступило персональное приглашение, которое он никак не мог проигнорировать. Видимо, у него в деревне прочные взаимоотношения. Деловые. Раз партнерша из сеней дома грозилась по улице его за хвост протащить, если он через пять громов* не явится к ней. На пирожки, ага.
Меня бережно подняли на руки и вынесли во двор. Полусонную заставили умыться прохладной водой из ковшика и мелом почистить зубы. Снова подняли и опустили уже на сеновале на толстый матрас, накрыв шерстяным одеялом. Упал ремень, тихо звякнув пряжкой. Улетели подальше в сено сапоги, и шеф опустился рядом со мной на матрас, слегка обняв меня за плечи. Мы, наверное, очень близкие друг другу люди, раз спим вместе под одним одеялом и не испытываем при этом определенных желаний.
– Спишь? – меня ласково потормошили за плечо.
– Почти, – я улыбнулась и приоткрыла глаза.
– Как ты?
Очевидный ответ – никак, но грубить боссу, который заботится обо мне и помогает освоиться в другом мире верх глупости, поэтому я прикусила язык и сделала вид, что думаю. В действительности сказать было нечего. Мозг с поставленной задачей по обработке информации не справился. Погряз в бумажках, отчетах, схемах, а электронного помощника, письменный стол и любимую гелевую ручку я с собой не прихватила. Знала бы – хотя бы Айфон взяла!
– Не переживайте, освоюсь, – ободрила я шефа. Куда я денусь с подводной лодки, когда все люки задраены и экипаж на боевых постах. Разве что вместо торпеды меня отправят поражать вражеские суда. Говорят, количество мозгов обратно пропорционально твердости лба. – Должна же быть какая-то высшая цель, почему я здесь.
– Вы поспать сегодня дадите?! – раздалось справа недовольное брюзжание Аайю.
– И какая же цель, как ты думаешь? – Сергей Иванович проигнорировал призыв заткнуться, внятно прозвучавший в словах белобрысого земо.
– Перевоспитать Аайю? – с иронией предположила я.
– Хватит уже сапогами в мою сторону кидаться*!
Я покачала головой, стащила с себя мокасин и, не глядя, швырнула в сторону раздавшегося вопля. Судя по гулкому звуку и сдавленным ругательствам, попала! Рыкнув, зайчик кинулся на меня. Мда, грабли необходимо к легким наркотикам причислить, а любителей наступать на них в принудительном порядке учить обращаться с данным сельскохозяйственным инвентарем!
Столкнувшись в полете со вторым мокасином, блондин упал на мирно спящего Риша. Тот подскочил, не разбираясь, пнул парня и отбросил его в нашу сторону. Айрис подхватил меня. Перекатился в сторону и отпрянул. Аайю потряс головой, нашел взглядом шефа и попер уже на него, но, не пройдя и шага на четвереньках, получил подарок в виде сапога Риша, прилетевшего точно в цель. Воспользовавшись моментом, я выбралась из угла, добежала до обуви босса и внесла свою лепту в благородное дело приручения хищника.
Белобрысый тряхнул ушами, взревел и бросился в мою сторону. Я взвизгнула, расхохоталась и рванула под защиту пса. Он сумел поймать меня, развернуться и закрыть собой, спрятав от своего друга. Лицо оборотня лучилось весельем. Парень еле сдерживал смех. Не успев добраться до сероухого, блондин схлопотал вторым сапогом по затылку от Сергея Ивановича, а стоило ему отвернуться, пропустил ботинок Риша, повисший на его ухе. Шеф хрюкнул в кулак, а потом плюнул и расхохотался в голос. Мы с Ришем с удовольствием присоединились к нему.
– Весело? – буркнул Аайю и спрыгнул с сеновала.
– Куда это он?!
Мы одновременно оказались у края и свесились вниз, только для того, чтобы увидеть, как земо, поднапрягшись, выбил подпорку второго этажа, и вся конструкция рухнула вниз, не выдержав нашего веса.
– Продолжайте воспитательную работу без меня! – рявкнул оборотень и вышел, хлопнув дверью.
А нам было все равно. Мы потирали ушибы, охали и смеялись. Еще посмотрим, кто кого одолеет!
Примечания:
Гром – единица измерения времени. Равна одной минуте.
Молния – секунда.
Гроза – час.
Глава 3
Хорошо спится летом в московской квартире под шум из открытого настежь окна. Электрички проносятся мимо, сигнализируя полуночным пассажирам о приближении к станции душераздирающим гудком. Воробьи по ночам дележ имущества устраивают с таким шумом и гамом, будто не воробьи они вовсе, а самые настоящие птеродактили. Рэйсеры на мотоциклах соревнуются с рэйсерами на машинах, уничтожая барабанные перепонки звуком расточенных двигателей. По утрам мусороуборщики звенят баками и бомжами в баках…
Привыкаешь к подобным звукам. В свои сны органично вписываешь. Вместо будильника используешь: вот бутылки отгремели – еще час поспать можно, дворник тарахтелку включил и газон косит – полчаса осталось, сосед дверью хлопнул – теперь и вставать можно, а если его жена каблуками процокала, то подскакивать, в одежду нырять и из дома в срочном порядке выметаться!
Но сегодня… Сегодня меня разбудил не звук чужих шагов. Что-то неизведанное, горько-протяжное резануло слух и пропало. Я открыла глаза, аккуратно выползла из-под тела Айриса. Расправила завернувшееся во время сна ухо мужчины, с трудом удержав в себе желание провести по чувствительным волоскам на его внутренней поверхности. Нет у меня прав на столь близкий жест, да и не готова я к нему.
Через щели между досками в двери на сеновал проникал солнечный свет. В его лучах кружились невесомые пылинки. Красиво… Я вздохнула, стараясь не шуметь, выбралась из сухой травы и вышла на улицу. Умылась и почистила зубы, поздоровалась с младшей дочкой Паясты. С удовольствием помогла ей собрать к завтраку клубнику, половину ягод нагло слопала с еще большим удовольствием. Маська отругала меня, отобрала глиняную миску и отправила рвать укроп и лук, справедливо рассудив, что их я есть не буду.
Я направилась в дальний конец сада к грядкам. По пути поздоровалась с Паястой, которая развешивала белье. Меня привлекли четыре белые кепки. Они натолкнули меня на мысль о тренинге на командообразование, а то дружба дружбой, но блондинчика перевоспитывать и глубже интегрировать в коллектив нужно. Он сам мне потом спасибо скажет. Знать бы еще почему Айрис с ним возится… Жена Кышто без лишних объяснений согласилась отдать мне головные уборы. Оставленный ей Айрисом перстень с изумрудом с лихвой покрывал все расходы по нашему пребыванию в деревне. Правда, она о разломанном сеновале еще не знает…
Расстраивать я ее с утра не стала. Выполнила задание Маськи и вернулась к дому с полными руками. Не беда, что вместо лука я нарвала чеснока, а укроп оказался ромашкой лекарственной, и мне пришлось вместе с девушкой возвращаться и прослушать целую лекцию о садово-огородном хозяйстве. Я все равно не запомнила, для чего морковку навозом надо поливать именно в полнолуние голышом и почему огурцы так любят баллады о подвигах.
На обратном пути к нам присоединился Аайю. Оборотень при виде меня скривился и дернул ухом. Что, спрашивается, я ему плохого сделала? Подумаешь, по морде получил! Это же сущий пустяк для земо, тем более он первый начал шовинизм проявлять. Я пропустила оборотня вперед и показала его спине язык. Не нуждаюсь в витамине С, выделяемым его кислой мордой.
Когда мы подошли к дому, земо заканчивал около умывальника утренние процедуры. Отпустив Маську, я подошла к нему. Решила без свидетелей поинтересоваться, почему он взъелся на меня, как собака на кошку. Открыла рот, но вместо слов из горла вылетел невнятный сип: на шее под косой Аайю сидела отвратительного вида букашка! Ее брюхо раздулось от выпитой крови и пульсировало. Куда бы прислониться? На что бы опереться? Меня сейчас стошнит!
– Ну, чего надо? – осведомился оборотень.
– Уже не помню, – честно призналась я.
– Тогда иди, куда шла, – и мужчина снова повернулся ко мне спиной.
Я рассердилась. Я ему помочь пытаюсь, а он меня к Папе Римскому на исповедь отправляет. Я-то уйду, но тварь на его шее останется и остатки его вежливости вместе с мозгом наверняка сожрет! Последнюю фразу я произнесла вслух. Земо засуетился, пару раз повернулся вокруг своей оси, дотронулся до шеи и знатно выругался. Дворник в моем дворе по сравнению с ним образцом изящной словесности является!
– Ты должна ее снять, – Аайю пристально посмотрел мне в глаза. – Я сам не смогу. Росяницы прикрепляются к телу жвалами. Если не вытащить ее голову аккуратно, то начнется воспаление. Давай, пока мне голову не отгрызла или нерв не повредила!
Он, безусловно, шутил, но доля правды в его словах была: красное пятно вокруг насекомого распространялось с ужасающей скоростью. Земо встал на колени, наклонился и прижался лбом к бортику корыта, перекинув косу через голову. Я сглотнула, зажмурилась и потянулась к даже на вид мерзкой твари. Она шевельнулась под пальцами и содрогнулась. Я содрогнулась вместе с ней.
– Быстрее! – рявкнул блондин.
– Сейчас, сейчас! – отозвалась я, прекрасно понимая, что повторить попытку выше моих сил. Букашку надо чем-нибудь остреньким поддеть. Я осмотрелась, приметила на стене сарая для кур подходящий инструмент и за две секунды сбегала за ним. Так, надо прицелиться и содрать ее одним движением. И… в следующий момент случились три вещи. Раздался громкий крик, напугавший меня до икоты. Аайю открыл глаза и повернулся как раз вовремя, чтобы успеть убраться с траектории полета топора, который, звякнув, вонзился в дерево.
– Ты меня убить хотела! – глаза блондина размером напоминали Луну в Новороссийске.
– Это правда? – все-таки поинтересовался Айрис, несмотря на доказательство в корыте.
– Не его, росяницу! – знала же, что добром это не кончится, но все равно протянула руку помощи врагу своему. Оправдывайся теперь!
– Топором?! – Аайю встал и спрятался за шефом.
– Он показался мне наиболее подходящим, чем вилы, коса или пила! – я показала рукой в сторону сарая. Топор, на мой несведущий в медицине взгляд, менее радикальный способ решить проблему Аайю. Не в том смысле, что нет головы – нет проблемы! Мы еще немного покричали друг на друга и разошлись. Блондина забрал Риш завершить начатую экзекуцию, босс отправился приводить себя в порядок, а я умчалась заедать плохое настроение хорошим завтраком.
Белобрысый сел на другой конец стола. Он смотрел на меня и с мерзкой улыбкой терзал мясо. Я знаю, что часто оказываюсь героиней мужских эротических фантазий, и мне льстит спрятанный в глубине глаз интерес, но от одного конкретно взятого земо хочется держаться как можно дальше, ибо наручникам и плеткам я предпочитаю ароматические свечи и лепестки роз. У Аайю в спальне кровать наверняка гвоздями утыкана, а по стенам головы его бывших девушек развешены!
После завтрака парни отправились седлать лошадей. Я воспользовалась свободной минуткой, чтобы воплотить в жизнь утреннюю идею. У многих людей есть навязчивая идея, таковой у меня стала мысль о перевоспитании оборотня. И для этого я собиралась использовать все знания, полученные на корпоративных тренингах. Зря что ли компания на меня деньги тратила?! Мы обязательно станем командой! Мы будем, как Д'артаньян и три мушкетера…
Шляпы, то есть кепки, у меня уже были. Осталось раздобыть для них перья. Я спряталась за углом сарая. Моя цель гордо вышагивала в окружении десятка куриц. Сам петух меня не интересовал, а вот на его хвост я положила глаз. Тем более синяк под глазом Края требовал отомщения. Я встретилась с птицей глазами. Петух сделал шаг вперед, загребая пыль шпорой. Курицы кудахтнули и расступились, пропуская вожака. Я вышла из укрытия. Согнулась и расставила руки. Цивилизованный человек против дикого мира, раунд первый…
Он взвился вверх, сложил крылья и спикировал на меня. Я, отпрянув назад, отмахнулась от петуха рукой. Курицы закудахтали, поддерживая птицу. Он развернулся, взрыхлил ногой землю и бросился в атаку. Я пригнулась, пропуская противника над спиной, мгновенно развернулась, ухватилась рукой за перо и изо всей силы дернула… Один ноль в мою пользу! Воодушевленная первой победой я начала наступление. Прикрытие с флангов обеспечивали ноги. Туловище выполняли отвлекающий маневр. Руки составили основную ударную силу с воздуха.
Петух скосил один глаз, взмахом головы поправил гребень и, раскрыв клюв… бросился наутек! Я за ним. Он нырнул в полосу препятствий: кусты малины, кусты крыжовника, грядки с морковкой, минное поле с капустой… И вот птица загнана в угол. И не пытайся, дорогой, двухметровый забор тебе не перепрыгнуть! Рожденный кудахтать не споет оперную арию на космической орбите! Стремительное движение рукой, и я получила второе перо.
Мне показалось или петух действительно зарычал? Похоже на правду. Слишком уж зверский у него стал взгляд. Вот у кого Аайю следовало бы поучиться, а то стращает меня нежными взорами куртизанки из-под ресниц. Теперь уже я оказалась в роли убегающего. Раза три клюв петуха достал мои ноги. Слава богу, боевое ранение оказалось не смертельным. Я заманила преследователя в ловушку. Схватила его за шею и выдернула сразу два пера, после чего с победным воплем вылезла из кустов и застыла на краю огорода…
Он представлял собой настоящее поле боя: по малине прошелся ураган Катрина, крыжовник полег в спарринге с асфальтоукладчиком, морковка от ужаса закопалась в землю, а капустными кочнами явно сборная России играла в футбол – ни одного мяча в воротах противника. И над всем этим бедламом разносился плачь побежденного противника, прячущего голый ощипанный зад в густой траве…
– Элоиза, вот ты где, а мы тебя повсюду ищем…
Если меня Айрис ожидал найти, то следы Второй мировой войны явно не вписывались в его картину мира. Тем более не вписывалось то, что именно я могу быть причиной разрушений. В офисе всегда царил идеальный порядок, но Сергей Иванович вряд ли когда-либо интересовался, кто его наводит. Клиенты порой и мебель вдребезги разносили. Изредка я что-нибудь случайно разносила, не вписавшись в поворот, невидимый за стопкой бумаг на моих руках.
– Готова, шеф! – я отсалютовала рукой с зажатыми в ней перьями.
Оборотень посмотрел на меня, опять на огород, на обиженного петуха и тяжело вздохнул.
– Надеюсь, повод был веский? – без особой надежды получить правдивый ответ спросил босс.
– Даже не сомневайтесь! – поспешила я его заверить.
Возле дома нас ждали оседланные кони. Мне позволили продолжить путь на лошади Края, а лис занял седло нового транспортного актива. Зверюгу купили под стать рыжехвостому оборотню: здоровая, мускулистая и с таким же взглядом мачо, как у самого земо. Хотя, кто знает, вдруг конь просто его пародировал? Я убрала добытые в неравной схватке перья и кепки в сумку с одеждой и тронулась вслед за остальными.
Дорога из деревни вела к горам. Пологая до подножия, она затем круто поднималась вверх и петляла, словно ее бешеный дорвавшийся до свободы кролик прокладывал, а за ним не слишком трезвые геодезисты с техникой наперевес бежали, дабы запомнить все повороты сего шедевра дорожного строительства. С одной стороны тропинка жалась к отвесной стене горы, с другой – круто обрывалась. Об ограждениях никто не позаботился, поэтому нам всем было не до разговоров и любования пейзажами. Мы следили за лошадьми, собой и друг за другом.
По расчетам Айриса мы должны были подняться на вершину до полудня, затем устроить короткий привал, а после до сумерек добраться до владений земо. Во время пути я не теряла времени даром: вспоминала все известные фильмы о других мирах и примеряла на себя возможные образы. Героические видения, повествующие о спасении мира, теснились в голове: я в костюме хоббита бросаю с вершины свое любимое кольцо в жерло вулкана, я в космическом скафандре разгадываю тайну планеты Солярис, я в сверкающих латах скачу мимо построенной в шеренгу армии и вдохновляю их на победу, я в черном кружевном платке возлагаю на могилу Аайю венок из еловых лап, переплетенных полевым цветами, и утираю слезинку…
– О чем задумалась?
В фантазию грубо вторглась реальность в лице блондина. Шеф не поддался на уговоры друга и не снял с него обязанность охранять меня, поэтому оборотень ехал или позади меня по тропинке, или по левую руку, не давая мне близко подойти к устрашающему обрыву.
– Исключительно о приятном, – я лучезарно улыбнулась, представляя его черно-белое лицо на керамическом овале с траурной каймой.
Аайю замолк, не получив возможности зацепиться за слова и развить тему. Наверное, оборотню стало скучно, и он решил поупражняться в острословии за мой счет. Думал, получиться завести меня с полпинка? Э-нет, дорогой! Я не бензопила Хускварна – дернул за веревочку, она и запилила. Я высококвалифицированный личный помощник! И уловки оборотня по сравнению с уловками клиентов детским садом и горшком номер четыре попахивают.
Вчера я не приняла в расчет предупреждения Айриса о последствиях верховой езды для новичков, но сегодня убедилась в его правоте. Если утром мышцы давали о себе знать, то к остановке на обед мое тело превратилось в плохо сыгранный симфонический оркестр: мышцы гудели, суставы скрипели, нервы зудели. А лошадь я начала тихо ненавидеть. Привал мой организм воспринял, как манну небесную. Я сползла с коня, опустилась на траву и с облегчением свела ноги. Господи, такое ощущение, что я весь путь проделала как минимум на шпагате на крыше трамвая, который мчался по морским волнам! Или двенадцать часов подряд занималась тем, чем по статистике положено не более пяти с половиной минут заниматься…
Айрис на руках отнес меня в сторону, аккуратно стянул штаны и сделал легкий расслабляющий массаж и назал мазью от синяков, подаренной добросердечной Паястой. Лично сделал мне бутерброд и проследил, чтобы я съела все до последней крошки. У меня не нашлось сил ни для кокетства, ни для благодарности, ни для ощущения неудобства. Я принимала заботу шефа без всякой задней мысли, осознавая, что она мне действительно необходима, и с его стороны нет ничего зазорного поухаживать за своим секретарем.
Телу срочно требовался моральный допинг, дабы оно не скончалось от одной мысли о продолжении поездки на коварном транспорте. В лагерь приедем – в сервис конягу сдам подвеску отрегулировать! Или производителю возврат оформлю… Я пристально посмотрела лошади в глаза, внушая ей мысль везти меня бережно и осторожно, чтобы никакие запчасти по дороге не растерять. А то попадешь к местным эскулапам в лапы и очнешься с мохнатым украшением на голове и… гм, пояснице.