Здесь эльфов нет!

– Простите!

– …!..! и…!!!

– Простите.

– Да… И… тут…!!!

– Извините…

– …!!!!

– Знаете что?!.. и…!

– Так бы сразу и сказала, чего ругаться-то!..! Хорошего дня…

– А я так сразу и сказала! И вам тоже хорошего дня!

По пути к выходу из вагона я отдавила еще парочку ног и, наконец, вздохнула с облегчением. Московское метро с утра дарит непередаваемые впечатления своим пассажирам. Есть такое расхожее выражение – банка с пауками. В метро таких пауков миллионы и каждый норовит оттяпать друг от друга преизрядный кусочек. Вы знаете, какие порой я слышу фразеологизмы – аж слезу прошибает и за душу берет от отзывчивости и заботы наших сограждан. Ну, и сама, конечно, не отстаю, отстаивая всеми способами свое право находиться именно в это время в этой точке пространства. Способов я знаю всего два: словесный и физический. Приходится активно применять оба, не хочется оказаться в самом низу пищевой цепи Московских железных кишок. Затопчут ведь!

Моя скромная особа по утрам склонна нарываться на неприятности. Мало того, что настроение отвратительное, так еще и на работу еду, что радости тоже не прибавляет. В метро хоть душу отвести можно и получить заряд утренней бодрости, который к кофе не имеет никакого отношения. Сделал пакость ближнему своему – настроение сразу на несколько пунктов поднялось, а если тебя еще и обругали в ответ, вообще красота – можно с особым садизмом наступить шпилькой на ногу. Итог: два один в мою пользу.

Не буду скрывать характер у меня вполне в духе современности: мерзкий, злобный и стервозный. Даже придумывать, что где-то там глубоко внутри я белая и пушистая, не буду. Не было такого и никогда не будет. Хотя… Единственная положительная черта во мне есть – я умею мечтать. О чем? О других мирах, драконах, приключениях, победах добра над злом и всем остальном в том же духе.

Думаю, уже все понятно – я самый что ни на есть фэнтезийный наркоман. Ничего не могу с собой поделать. Скучно у нас тут. Серо, тоскливо и уныло. Хочется сказки или хотя бы самой попасть с эту самую сказку. Начитавшись книг, что я только не делала: по темным подворотням гуляла, на мотоцикле гоняла, с тарзанки прыгала и с парашютом тоже.

И что? Ничего! Каждый раз передо мной маячила все та же Земля и все та же Москва. Видимо, в других мирах я персона нон-грата. Знакомые только снисходительно крутили пальцами у виска, глядя на мои чудачества, да изредка предлагали визитки знакомых психологов. Где это видано, чтобы молодая красивая девушка вместо свиданий книжки читала?

Нужны мне эти свидания, как собаке пятая нога. Что я там не видела? Пришли, поели, попили, ответили на стандартные анкетные вопросы, а дальше в кровать. Он в свою, я в свою. Он зализывать оскорбленное самолюбие и залечивать синяк под глазом, а я костяшки пальцев на правой руке лечить. Я вам не девочка пощечины раздавать, отказ должен быть весомым, основательным и надолго запоминающимся.

Вот и сейчас держу в руках раскрытую книгу, где очередной «попаданец» размазывает тонким слоем своих недругов по магическому миру. Меня бы туда, вот я бы им всем показала: и недругам и другам. Последним на всякий случай.

Надо успеть дочитать до офиса, а то кушать на что-то надо, следовательно, работать придется.

От метро идти минут пятнадцать, должна успеть, как раз развязка истории началась. Светофор. Зебра. Развитое периферическое зрение это хорошо, можно на действительность меньше отвлекаться. Дорога. Тротуар. Работяги в оранжевых касках. А чего это у них лица такие вытянутые?

Я оторвалась от книги только для того, чтобы осознать – земля под моими ногами кончилась, и начался свободный полет в никуда. Кажется, на этот раз переход в мир иной мне обеспечен. Только в тот, что на глубине два метра под землей и зеленым газончиком. Когда же в этом городе сначала будут ограждения ставить, а уже потом рыть ямыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыы?

О, сознание, привет. Рада, что ты вернулось, а то чувствуешь себя полной идиоткой, разговаривая сама с собой. Не сейчас, а тогда, когда тебя не было. Сейчас, говоришь, тоже не очень нормально? Тоже мне умница нашлась, это не по твоей части. Ты давай мозг пни, чтобы он глаза открыл. Страсть, как хочется узнать, закопали меня уже или только отпевают. Хотя отпевай – не отпевай, таких, как я еще осиновым колом протыкать надо для верности. У меня знаете, сколько дел незавершенных? Копатели опять же. Я им из этой ямы братскую могилку устрою. А что? Место престижное, практически в центре Москвы. Им еще позавидуют!

Ура, мозг заработал, тело ощущается. Не болит. Вот это уже настораживает. Что за фигня? Почему я все вижу в розово-фиолетовом цвете? Очевидно, голова пострадала. Я не против фиолетовых тонов, но зеленый и голубой все же привычнее. Да еще все качается перед глазами. Странно, ладно бы кружилось, а тут вверх вниз.

К рукам вернулась чувствительность, они ощупали шершавую в дырочку и в прожилочку поверхность, на которой я распласталась. Поковыряла ногтем. Из поверхности выползла капелька темной жидкости, тут же заполняя получившуюся ямку. Дела… Видимо, меня все-таки глубоко и благополучно закопали. Значит, это мой персональный ад. На рай с моим характером рассчитывать не приходиться.

Если это загробная жизнь, то что тут делают мои вещи? Вон книжка валяется неподалеку, и сумка рядышком развалилась, явив миру свое содержимое. Одежда та же самая: узкие брюки, блузка и туфли на шпильке. Уууу, мозг, да ты жираф! У меня получилось! Я в самом настоящем другом мире! Есть вариант, что мне это все снится, но тогда аревидерчи врачи, из комы я выходить не собираюсь! Сбылась мечта идиотки, о чем я оповестила мир, заорав во всю мощь своих легких и станцевав ледку-енку.

Поверхность под моими каблуками упруго прогибалась и покачивалась. Особого вреда я ей не принесла, дырочки оставленные шпильками довольно быстро заполнились темной жидкостью и стали почти незаметны. Мечта-то сбылась, вот только мир мне выдали какой-то непонятный: больше всего место походило на переплетение огромных веток еще более огромных деревьев. Неба не было видно ни клочка, везде царил розово-фиолетовый сумрак. Я приземлилась на относительно небольшое свободное от зарослей гибких тонких ростков кустарника (?) место. Ветра не было, но вся флора (?) пребывала в постоянном движении, слабо и ритмично покачиваясь. Иногда по зарослям прокатывались волны, и тогда ветви кустарника извивались, как большие уродливые червяки. Я их не боюсь, но что-то противное в этом было. Верхушки ростков кустарника венчали большие крупные цветы черного цвета в продольную розовую полосочку. М-да, сюда бы представителей эмо, вот бы порадовались.

Какофонию звуков терзающих мои бедные уши я даже не берусь описать. Чья глотка может издавать такое, я все равно узнаю рано или поздно, раз тут очутилась. Главное, чтобы к этой глотке не прилагались зубы и когти, а если и прилагались, то подальше от меня.

Продираясь через заросли, я все ждала, когда появится хоть одна живая душа. На крайний случай подойдет мертвая, книжки неплохо подковали меня на счет нежити. Кто бы тут ни присутствовал – я с ними договорюсь. Наличие существ я ощущала: между размеренными движениями зарослей проскальзывало выбивающее из ритма шевеление. Кто-то или что-то азартно наматывало круги вокруг меня. Не страшно, но нервирует. Вдруг это утренняя пробежка для аппетита перед завтраком со мной в качестве основного блюда. Как бы ни пришлось удирать.

Воспользовавшись дельным советом, я избавила свои ноги от шпилек и зажала их в руке. Для защиты вполне сойдет, каблуки острые со стальными набойками. Иногда я думаю, что такие туфли изначально задумывались, как особо изощренное оружие. Только мужчина может считать, что они подчеркивают красоту наших ног. Сами бы поносили!

Заросли кончились, и я чуть было не совершила второй за это утро полет. Поверхность обрывалась плавно уходя вниз. Насколько хватало взгляда, там было нечто похожее на то, куда я приземлилась. Разнообразной формы площадки с цветущим кустарником, соединенные длинными гибкими переходами. Похоже, это действительно громадные деревья! Кое-где ветви-переходы были связаны чем-то похожим на лианы воедино. «Цивилизация!» – екнуло сердце. Один из таких переходов как раз начинался на высоте около метра над моей головой. И как я туда заберусь? В школе брусья только на троечку сдавала, а это когда было.

Знаете…

Черт с ними с брусьями!!!

На переходе висело вниз головой, обхватив ногами ствол, Нечто. Ромбовидные фиолетовые с черной щелкой зрачка глаза находились как раз напротив больших круглых и выпученных моих. Розовые с рыжиной волосы, заплетенные в множество мелких косичек, заканчивались возле моих босых ступней. Бледная синеватая кожа, очень развитая мускулатура торса, узкое лицо, тонкие губы. Это что – местные эльфы?! Взаимный осмотр продолжался: клыки… три пары… Оно плотоядное… Я сглотнула и попятилась назад. Вернее он, потому как его набедренная повязка, повинуясь закону притяжения, сместилась в район талии. «Размножаются они явно не почкованием!» – вынес свой вердикт вконец обалдевший мозг. Глаза коренного аборигена этого мира выражали то ли любопытство, то ли гастрономический интерес, кто их этих аборигенов разберет.

Обнаженные клыки, наверное, стоило считать улыбкой или они так здороваются? Я была готова поверить, что существо не агрессивное, когда до моей руки что-то дотронулось. Холодная и склизкая дрянь обвила мое запястье и скользнула вверх по руке. Повинуясь рефлексам, я схватила эту гадость и дернула со всей силы на себя.

Существо дико заверещало и, неловко кувыркнувшись в воздухе, приземлилось на четвереньки рядом со мной, вытаскивая из моих разом ослабевших рук, свой хвост с рыжей кисточкой на конце.

Господи, если ты меня слышишь, верни назад, я никогда больше не буду читать фэнтези. Честно!!! Существо выпрямилось и стало выше меня на две головы. Куда мне с моими метр шестьдесят семь роста против такой жердины тягаться?! «Два двадцать примерно…» – продолжал фиксировать физические параметры аборигена мозг. Нашел чем заниматься, лучше думай, как валить отсюда. Отчего-то близкого знакомства с этими недоделанными эльфами мне не хотелось. Особенно теперь, кто знает, может у них попытка насильной конфискации хвоста смертельным оскорблением считается!

Я попыталась ломануться обратно в заросли, но путь уже преградили еще двое близнецов первого существа, вооруженные копьями с каменными грубо обработанными наконечниками. Синюшные тела вновь прибывших красавцев были расписаны простыми геометрическими узорами. Уши, вполне себе округлые, были унизаны костяными серьгами.

Аборигены что-то прогнусавили друг другу. Все трое неласково посмотрели на меня и стали сжимать кольцо, не оставляя возможности для бегства. Хвосты аборигенов раздраженно хлестами по бокам. Говорила мне мама не брать всякую пакость в руки, а я тут неизвестно за что хватаюсь, мало ли куда этот хвост запихивали?!

Набедренные повязки, копья, костяные серьги, а где магия, драконы, волшебный меч и супер способности, наконец?! Это не сказка получается, а какой-то учебник по древней истории. Ну, почему всем достается нормальный другой мир, а мне каких-то неандертальцев подсунули?! Осталось только по голове и в пеще…

В ней самой я и очнулась. Ну, или в дупле, если это все-таки деревья. Никто о моем удобстве не позаботился, тело просто кинули на кучу круглых разноцветных и ужасно твердых шаров. Недалеко валялась туша кого-то животного, в овальных емкостях плескалась жидкость. Прекрасно, меня занесли в питательный рацион, вот только почему к овощам причислили?

Овощи, потревоженные моими телодвижениями, разложились в многоножек и принялись разбегаться по помещению. От такого зрелища плотный завтрак усиленно работая локтями начал пробираться наружу, но портить продуктовый склад я не стала. С опаской понюхав жидкость в емкостях, я пришла к выводу, что пить можно. Какая разница от чего умирать – жажды или последствий употребления неизвестных веществ. От последних, может, и быстрее и приятнее будет. Выбраться из этой древней истории мне, видимо, не светит.

Помещение было круглым и не большим, дверь из переплетных веток знакомого кустарника преграждала путь, не давая разноцветным белковым продуктам с ножками выбежать наружу. На приемы тайского бокса она рассчитана не была, а потому разлетелась на составляющие от одного удара. Я была зла и планировала показать этим синим гадам все преимущества цивилизации.

Аборигены в шоке уставились на меня, не предпринимая никаких действий. Еда впервые на их памяти вела себя так нагло. Обведя кучкующихся возле моей сумки неандертальцев мрачным взглядом, я вырвала из рук девчонки одну из своих туфель. Та попыталась сопротивляться, но быстро замолкла под грозным взглядом. Все ждали развития событий.

Вторая лакированная лодочка находилась у более взрослой женщины, которая своими когтями царапала и собиралась попробовать ее на зуб. Мои туфли, за которые я отдала семь штук?! Да я тебя саму на туфли для плаксивых подростков пущу.

Разворот, удар пришелся точно по руке тетки, туфля описала параболу и, ткнувшись острым каблуком в лоб какого-то неандертальца, очутилась на полу. Через пару секунд она воссоединилась со своей парой на моих ногах. Бедняга потирал шишку на лбу, а тетка полезла обниматься с одним из существ мужского пола, что-то шушукая ему на ухо и тыкая в меня пальцем. Ага, вежливости их не учили, сейчас начнем!

Абориген, дослушав женщину, нахмурил свои темно лиловые брови и двинулся на меня. Женщину бить собрались, ну-ну! Я оскалилась в лучших традициях чеширского кота. Абориген повторил мою ухмылку, вышло у него более впечатляюще. Остальные существа тут же образовали вокруг нас свободное пространство, с интересом наблюдая за тем, как строптивую еду, то есть меня, прибьют. Разбежались. Церемониться с ним я не стала. Если наша анатомия более-менее совпадает, то… Анатомия совпала – абориген скорчился в моих ногах, зажимая свою самую бесценную часть тела. Да-да, знаю: злая, жестокая и все такое, но надо же доказать свою разумность, пусть даже такими методами. Сомневаюсь, что местные животные знают такие подлые приемы, иначе все неандертальцы ходили бы в каменных трусах, а не в набедренных повязках.

Присутствующие пораженно выдохнули и заулюлюкали, но расходиться не собирались. Без понятия, что означает такое выражение эмоций. Откуда-то протиснулись новые действующие лица. Мой здешний первый встречный и двое тех, кто помогал меня загонять. Или это не они? А, черт их разберет – все на одно лицо.

Первый встречный издал пару звуков и получил порцию гомона в ответ. Посмотрел на меня и вошел в круг, позаимствовав у товарищей копье. Мне, конечно, такого одолжения никто не сделал. Действие приобретало серьезный оборот, придется забыть о том, что я слабое и беззащитное существо. Дождавшись первой атаки копьем, я перехватила его и, использовав как опору живот аборигена, куда уткнулась ногой в стальной шпильке, вырвала доисторическое оружие. Мужчина пошатнулся и выпустил копье, с удивлением таращась то на свои руки, то на меня. Отшвырнув в сторону ненужную палку (все равно пользоваться не умею), я перешла к атаке, нанеся несколько быстрых ударов по корпусу. Вот это мышцы – кулаками не пробить! Придется по-другому, подпрыгнув, я нанесла сильный удар ногой туда, где у человека располагается солнечное сплетение. Не помогло…

У них что, одно уязвимое место? Туда я и направила следующий выпад, но существо успело подставить руки и схватить меня за ногу – когти чувствительно царапнули кожу. Вот гад, быстро учится! Крутанувшись в воздухе, я освободила свою пострадавшую конечность. Местный зарычал и попытался схватить меня за шею. Ага, мечтай, увернувшись, я снова подпрыгнула и ударила открытыми ладонями по ушам. Абориген ошалело затряс головой – толпа ахнула.

Не нравится? Погоди, я еще не то умею. Следующий удар в промежность все-таки достиг своей цели, но неандерталец даже не подумал упасть! Растянувшись в мощном прыжке, он нанес мне удар головой в грудь. Как же больно! Хоть одно ребро целым осталось? Ладно, орать будем потом. Воспользовавшись случайно образовавшимся преимуществом в высоте, я долбанула лбом по носу аборигена. Хлынула густая синяя кровь. Великолепно, нарвалась на местного принца, а может они тут все голубых кровей?

Увидев кровь, мужчина сузил глаза и вдруг очутился рядом со мной с занесенной для удара рукой. Если он так дальше будет двигаться, то разделает меня к вящей радости остальных, оскорбленных и униженных мной. Увернуться я не успевала, разве что смягчить удар. Его когти прошли по косой, разрывая блузку и распарывая кожу. Черт, да у него под ногтями столько бактерий, что я заражение крови подхвачу или еще что похуже.

Господи, о чем я думаю?! Меня тут убивают, между прочим. Э, убивали. Абориген стоял с опущенными руками и удивленно пялился на мою грудь. Знаю, что не Памела Андерсон, и местным полуголым манекенщицам в подметки не гожусь, но это не повод смотреть на меня так, будто я ущербная какая-то. Хорошо хоть белье не порвал, урод когтистый. Толпа заголосила и стала тыкать в меня пальцами, абориген совсем по-человечески озадаченно почесал голову. В чем дело? Я не понимаю! Одна из женщин подошла ко мне, потрогала короткий ежик волос на моей голове, попыталась полапать грудь, за что немедленно получила по рукам. Кажется, до меня дошло, они посчитали меня за неизвестный вид животного мужского пола. С моим первым размером да свободной блузкой – это было немудрено.

Оскорбленная до глубины души я длинно и витиевато выругалась, чем привела аборигенов в состояние близкое к экстазу. Надо сказать, что до этого момента я не произнесла ни слова. Местные собрались вокруг меня, кто-то попытался влезть своими пальцами мне в рот. Он хотя бы руки помыл! Я клацнула зубами в опасной близости от его пальцев, хвостатый сообразил, что его попытка более тесного знакомства может плохо закончится и отдернул руку. Меня передернуло. Придется применить освоенную тактику, чтобы выбраться из центра внимания, иначе меня стошнит от их запаха. Когда они в последний раз мылись?

Наступая на ноги и раздавая тычки локтями, я пробралась к выходу из дупла. Подобрала свою сумку и устроилась снаружи, пытаясь привести свое тело в относительный порядок. Кровь удалось оттереть влажными салфетками, но вот что делать с царапинами, ума не приложу. Остатки разорванной блузки я стянула узлом под грудью. Шпильки, как особо ценную вещь, убрала в сумку и села на нее, затягиваясь сигаретой. Одна пачка. Не густо. Придется бросить. Вернусь, запатентую новую методику отказа от вредной привычки. Знала бы, пару блоков прихватила.

Аборигены, рассевшиеся напротив меня, с интересом наблюдали за моими действиям, сопровождая их различными односложными комментариями. Ага, нашли бесплатное развлечение. Интересно, что их привело в такое мирное настроение, неужели великий и могучий русский матерный? Возможно. Слушая наши словесные экзерсисы, почти все иностранцы кипятком писают и белеют от зависти. У них-то фак на факе сидит и факом погоняет.

Дым от сигареты достиг носов неандертальцев, которые тут же зашлись в кашле, некоторые отчаянно зачихали. Понимаю, нелегко вам дается познание плодов цивилизации, у вас тут воздух чистый свежий, не испорченный незабываемыми ароматами городского смога, а мне без отравы никак: организм чистым кислородом дышать не может. От толпы отделилась одна фигура – тот самый (про себя я решила называть его Рыжиком за цвет кисточки на хвосте) и ударил меня по рукам, выбивая сигарету.

– Эй, ты чего? – возмутилась я, бросаясь в погоню за вожделенной палочкой здоровья. – Вам не нравится, вот и валите отсюда, что вы ко мне прицепились, как банный лист? Заняться больше нечем? Охота на мамонта, собирательство там, да хоть рыбу идите ловить. Достали вы меня, домой хочу!

– Охэ та ру, – произнес он, снова отбирая сигарету. Кровь с лица абориген уже успел вытереть, щеголяя припухшим носом, что его абсолютно не смущало.

– Угу, поняла, бегу исполнять, мой повелитель! – съязвила я, доставая другую никотиновую палочку из пачки и прикуривая ее.

Абориген посмотрел на меня, на пачку, снова на меня, снова на пачку и быстрым движением выхватил последнюю из моих рук. М-да, наверное, мы не до конца выяснили наши отношения. «Придется продолжить!» – подумала я и засветила ему в глаз.

Безрезультатно. Рыжик перекувыркнулся с места и побежал с пачкой в руке в сторону конца площадки. Твою мать, он же ее сейчас вниз сбросит! Я рысью помчалась за ним в надежде отстоять свое имущество. Толпа заулюлюкала и рванула за нами вдогонку.

Добравшись до края, абориген раздумал бросать сигареты вниз и свернул налево. Гонки продолжались минут пятнадцать к радости всех присутствующих. Из-за своего роста я сильно уступала ему в скорости, да и не привычно, что земля под ногами качается.

После третьего падения, мне эта беготня надоела. Закинув руки за голову, я осталась лежать там, где упала. Толпа разочарованно вздохнула, но осталась на месте. Рыжик подошел и слегка попинал мое тело ногой. Я отметила наличие когтей и на ногах, но больше всего меня удивил противопоставленный пальцам коготь на пятке. Ясно, почему они так свободно перемещаются по переходам и площадкам.

На пинки я не отреагировала. Какой смысл гоняться за мечтой, если у мечты ноги длиннее? Сигареты рано или поздно все равно закончатся. Так что начинаю здоровый образ жизни прямо сейчас. Организм меня поддержал, отозвавшись голодным урчанием в желудке. Гм, а трехразовое питание на этом курорте предусмотрено?

Рыжик, услышав непонятный звук, с подозрением посмотрел на меня. Я показала рукой на рот, а потом на живот, впрочем, не особо надеясь на понимание. Оказалась права, абориген свел бровки к переносице, изображая натужную работу мысли. Черт, ну, как же объяснить ему, что мой организм хочет есть?! О!

Перебравшись через толпу, все еще наблюдающую за представлением, я достала из сумки шоколадку. Люблю сладкое и всегда ношу с собой запас на черный день, который сегодня наступил. Неандерталец следовал за мной по пятам, неизвестный предмет в ярко-синей обертке его очень заинтересовал – помимо воли мужчины его непослушный хвост уже был возле заветной Баунти и явно намеревался завладеть ею. Пришлось сунуть под нос неандертальцу кулак. Понял, хвост убрал.

Достав обе половинки из упаковки, одну надкусила сама, а вторую протянула Рыжику. Тот замотал головой и потянул руки к фантику. Как ребенок, честное слово! Пришлось отдать. Мне-то мусор ни к чему. Обнюхав и попробовав на вкус фантик, он вырвал из моей руки батончик и проделал то же самое с ним.

Оказывается, шоколад действительно вреден для здоровья: абориген закашлялся, скривился в гримасе отвращения, шумно задышал и замахал себе в рот руками, после чего с огромной скоростью побежал в дупло. Очевидно запивать «лакомство» водой. Такая же реакция бывает у людей, когда они съедят пару стручков жгучего перца.

От неожиданности я даже рот открыла и недоверчиво посмотрела на Баунти. Надеюсь, за попытку отравления мне ничего не сделают, но душа все равно радовалась неожиданной приятной мести за сигареты, которые в суете благополучно канули в Лету.

Спустя пару минут Рыжик вернулся, неся в руках уже знакомый мне по продуктовому чулану многоногий белковый продукт. Я оказалась права опять – они ЭТО едят! Так, спокойно, сделай вид, что находишься в Тайланде и собираешься кушать местный деликатес, что-то вроде маринованных личинок тутового шелкопряда или жареные яйца муравьев. Желудок, не бунтовать, все обойдется, ты у меня крепкий, закаленный обедами в рабочей столовой, справишься. Я верю в тебя и в себя тоже. Ага, надо только довести эту директиву до предательски дрожавших коленей.

Аборигены, увидев отчаянно извивающийся обед, поспешили, толкаясь и переругиваясь, в дупло, тоже решили перекусить. Я оглянулась в поисках костра или хотя бы горячего источника воды, как-то же эту гадость надо готовить. Оказалось не надо…

Откусив от живого насекомого кусок, Рыжик, радостно улыбаясь, протянул мне остатки. П…ц! Простите за выражение! Проглоченная недавно шоколадка заверещала и рванулась из моего желудка на волю, но так как в панике она не определилась через какое место ей бежать, я просто свалилась от скрутившего меня спазма на колени и начала икать.

Абориген философски пожал плечами и продолжил трапезу, тут из помещения вывалились остальные хвостатые, нагруженные «продуктами» по самые уши, расселись кружком и начали есть. Вид одного неандертальца, поедающего насекомое живьем, я еще могла вынести, но всех вместе – увольте! Моей выдержки хватило только на то, чтобы отползти к краю площадки, дабы не портить аборигенам аппетит, где меня и стошнило. Надеюсь, ничья голова не пострадала от высказанного мнения о местных гастрономических пристрастиях. Нет, если я отсюда вернусь, то не просто не буду читать фэнтези, а сожгу к черту всю свою библиотеку и пепел развею над Москвой.