Между Светланским и Злыдино

Глава 1. Заповедный Лес

– Ну, всё пока. Через месяц я за вами вернусь, – папа махнул рукой. Машина заворчала и отъехала, оставив в воздухе едва уловимый запах города, смешанный с пылью деревенской дороги.

– Хорошо, что вы, наконец, у меня погостите, – бабушка прижала к себе внуков, – у нас деревня хорошая, вам понравится. Проходите в дом, комнату я для вас приготовила.

В доме было светло и просторно, пахло печёными яблоками и сушёной мятой. Рядом с бабушкиной кроватью, застеленной атласным покрывалом, стоял старинный буфет с ручками в виде фигурок гномов, мерно тикали часы с бронзовым маятником. Справа из-за приоткрытой двери выглядывала русская печь из красно-оранжевых кирпичей. Боком к ней примостились ухваты и обычная газовая плита.

Вслед за бабушкой брат с сестрой по ступенькам скрипучей лестницы поднялись на второй этаж. Там их ждала большая комната с двумя кроватями, письменным столом и шкафом. Побелённый потолок был немного скошен к окну. Между стёкол которого жужжала и билась неизвестно как туда попавшая муха.

– Лети, лети, да не возвращайся, – бабушка приоткрыла окно и выпустила пленницу на волю. – А вы располагайтесь милые, где кому удобно. Не буду вам мешать.

Никита бросил рюкзак на кровать у окна, Лизе ничего не оставалось, как занять кровать в углу рядом со шкафом.

– Через месяц. Нормально, да? – проворчал Никита, разыскивая в кармане рюкзака леденец, – тебе хорошо, рисуй где хочешь, а я за месяц вообще забуду, как в футбол играть.

– Что целыми днями рисовать? – насупилась Лиза, и ямочка на её щеке дрогнула.

Лиза и Никита, брат и сестра, удивительно похожие друг на друга. Оба стройные, с серыми, как морская галька, глазами и слегка вздёрнутыми носами. Никита на голову выше хрупкой Лизы, отчего смотрел на неё чаще свысока. Лиза длинные светло-русые волосы заплетала в косу, а Никита носил короткую стрижку и никогда не причёсывался. А зачем?

Лиза любила рисовать сказочные пейзажи и развешивала рисунки по всему дому. Карандаш и блокнот для эскизов она всегда носила с собой в вязанной сумочке, перекинутой через плечо. А Никита считал, что она зря тратит бумагу на всякую ерунду. Лиза с ним никогда не спорила. Он всё-таки был старше её на целый год.

Никита целыми днями играл в футбол и был лучшим нападающим в команде. А ещё он всегда всё знал или считал, что знает, и выиграл в спорах не одну шоколадку.

Обычно в начале каникул они всей семьёй уезжали отдыхать на море. В апреле мама устроилась на работу. Поездку перенесли на следующий год, а Лизу с Никитой папа решил отвезти к бабушке в деревню.

Целый день, пока они ехали, папа рассказывал, какая это замечательная деревня с названием Яркая. Люди там добрые, лучистые, а жизнь такая радостная, что он не променял бы ни за что эту деревню на город, если бы не мама.

И вот теперь Лиза с Никитой оказались в этом чудесном уголке

Обычные деревенские дома с двух сторон единственной пыльной улицы. Ничего особенного. Бабушкин дом в самом начале деревни, рядом с лугом. В палисаднике оранжевые ноготки да куст розовых пионов, за домом грядки с зеленью, морковкой и картошкой. В углу, у забора, курятник.

– Зря только папа расхваливал эту деревню: «первозданная природа, просторы, озеро» Теперь понятно, что специально для того, чтобы заманить нас сюда. Надоели дети в городе, так и скажите. Чего тут придумывать-то? Даже не спросили. Я бы лучше в лагерь ещё на одну смену поехал, – ворчал Никита, рассматривая кур, разгребающих песок лапами в поисках зёрен.

– Да, ладно тебе. Бабушка Вера классная, помнишь, какие она истории про лес рассказывала, когда к нам приезжала.

Бабушку вышла из дома и остановилась на крыльце:

– Не горюйте, с ребятами с нашими познакомитесь. Скучно не будет. На озере купаться будете. Мальчишки в футбол у нас играют на поляне.

– На поляне? – хмыкнул Никита, – могу себе представить какой там футбол.

– Бабушка, а помнишь, ты нам истории про лес волшебный рассказывала? Он правда есть? – спросила Лиза.

Бабушка прищурилась и рассмеялась.

– У нас тут два леса: один рядом, за лугом, а второй ближе к озеру, с другой стороны деревни. Вот туда и пойдём с вами. А за лугом лес Заповедный, много про него всяких сказок рассказывают. Да, стоит ли всему верить? Стараются люди обходить этот лес стороной.

– Понятно, – протянула Лиза, хотя толком ничего не поняла, но переспрашивать не стала.

Никита ухмыльнулся и встал, на футболке распрямился логотип его любимой команды:

– Я пойду побегаю перед ужином. Мне форму терять нельзя.

– Иди побегай-побегай, вокруг луга дорожка есть, – одобрила бабушка, – я пока блинчиков вам нажарю.

Чтобы не скучать, девочка достала блокнот и принялась рисовать петуха с ярко-красным гребнем на голове и большим чёрно-белым хвостом. Петух важно вышагивал по двору и пронзительно кукарекал. Лиза нарисовала туловище петуха, голову, растопыренные лапы с коготками и перешла к хвосту, но её всё время не покидало ощущение, что за ней кто-то наблюдает. Но на соседнем участке никого не было видно.

Лиза не успела ещё закончить рисунок, как прибежал запыхавшийся Никита:

– Слушай! Это лес, что за лугом реально странный. Пока бегал, он два раза цвет поменял. Прикинь!

– Как это?

– Сначала зелёным был, потом жёлтым, а когда солнце скрылось за облаком, то опять позеленел. Я даже глаза протёр. Ещё какие-то лучи над ним, похоже на лазерные. Кыш, ходит тут, – Никита топнул ногой и прогнал петуха.

– Да, ну тебя, придумаешь тоже, – нахмурилась Лиза и убрала блокнот в сумку. Подняв голову, она увидела, что из-за забора сквозь круглые очки на них смотрит мальчик, одетый во фланелевую клетчатую рубашку.

– Никит, – кивнула Лиза в сторону забора. Но когда брат обернулся, то увидел только мелькнувшую вдалеке рыжеволосую шевелюру пацана.

Вечером, когда бабушка застелила им кровати и пожелала спокойной ночи, Лиза не удержалась и спросила:

– Бабушка, Никита говорит, что лес, который за лугом, цвет меняет. Так бывает?

– Бывает, – улыбнулась бабушка и присела на кровать, – только почему и как он меняет цвет – никто не знает. Бабушка на минуту задумалась и посмотрела куда-то сквозь Лизу:

– Много у нас и без этого леса интересного, завтра сами увидите. А сегодня пора спать.

За окном давно сгустилась темнота, а в комнате детей, всё ещё горел маленький жёлтый ночник. Свет от него, как жидкий мёд, ласково струился и обволакивал предметы.

– Давай сходим в лес на полчасика? – предложил Никита и сел на кровати, – интересно же.

– Ты слышал, что бабушка сказала? – зашептала Лиза. – Нам нельзя ходить в этот лес. Не просто же так даже деревенские стороной его обходят.

– Да что ты сразу! Мы же не пойдём вглубь. Просто на минутку заглянем и сразу вернёмся, – глаза Никиты блестели в свете ночника, – чего боятся-то?

Лизе показалось, что тени на стенах шевельнулись. Потом они дрогнули чуть сильнее. Тень от стола вдруг стала похожа на дракона, а у Никитиной тени вырос длинный крючковатый нос. Лиза потянула на себя одеяло и замерла:

– Никит, что это?

– Это…– Никита обернулся и вытаращил глаза. – Н-наверное, свет от луны и занавески.

Круглая жёлтая луна, заглядывая в дома, плыла над деревней. Ветра не было.

Глава 2. Две конфеты на палочках

Рано утром Никита с Лизой стояли у деревянного мостика через ручей. За ним начинался Заповедный лес. Старые дубы и ветвистые клёны, росшие по его краям, были похожи на сказочных великанов. Их изогнутые ветви шелестели листвой, словно приглашали прогуляться. Весело журчал ручей, пахло прохладой и цветущей таволгой. Но прямо перед лесом стояла табличка: «Осторожно! Лес Заповедный, 12+».

– Прям как в кино, детям до шестнадцати, – хмыкнул Никита.

– Может, вернёмся? Ну его, этот лес, – Лиза покосилась на табличку, – бабушка волноваться будет.

– Решили же! Просто заглянем и всё, – Никита шагнул на мостик.

Лиза, озираясь по сторонам, засеменила следом за братом.

– Лес как лес, зелёный, – пожал плечами Никита, оказавшись по другую сторону ручья, – ничего особенного. Ягоды только крупные, – он запихнул в рот огромную, размером с грецкий орех, земляничину. – Вот ещё одна. Да тут их целая поляна. Ух-ты!

Сладкий аромат земляники заполнил всё вокруг. Солнце пробивалось сквозь зелёную листву и переплеталось на поляне с тенью от деревьев. Становилось всё жарче.

Никита, набрав полный рот ягод, разогнулся и увидел, что совсем рядом на замшелом пеньке сидит старичок в льняной рубахе с небольшим рюкзаком в руках.

– Ой! – Никита встал как вкопанный. – Я вас не заметил. Только что здесь никого не было.

– Как так не было? – ответил старик. – Я давно за вами наблюдаю.

– Вы тоже ягоды собираете? – Лиза, прищурившись, рассматривала незнакомца.

– Да я уже много их набрал в этом году: и варенье сварил, и конфет сделал мармеладных. Хотите, угощу?

– Хотим! – Никита проглотил ягоды и облизнул губы.

Лиза дёрнула его за рукав и шепнула:

– Не надо ничего у незнакомых брать! Тут же много ягод, ешь сколько хочешь.

– Тебе что, жалко? Прямо как мама. Конфеты сделаны из этих же ягод. Сказано же.

Старичок достал из рюкзака две конфеты на палочках:

– Мармелад из чистого сока ягод. Сладкий!

– А почему синие? – Лиза смотрела исподлобья то на старичка, то на конфеты.

– Так ведь, пока варились в кастрюле, поменяли цвет. Да и черники я добавил, – старичок говорил и продолжал улыбаться.

– Да, какая тебе разница? – пробурчал Никита и взял конфету. – Вкусная. Лиз, я твою тоже съем.

Никита забрал из рук старика вторую конфету. Лиза надулась и отошла в сторону.

– Засиделся я с вами, домой пора, – старичок встал с пенька, но тут же зацепился за корень и упал.

– Ой-ой, моя нога! Кажись, ступню подвернул. Встать не могу. Эх… – Скривился он от боли.

Никита бросился поднимать старика:

– Лиза, помоги!

Брат и сестра с двух сторон подхватили под руки незнакомца и подняли с земли.

– Ребятки дорогие, помогите до дома добраться. Избушка моя близко, но боюсь не дойду. Не киньте старика в беде!

– А куда идти? – спросил Никита.

– Да вот по этой дорожке, – старичок кивнул вглубь леса, – там увидите.

По краям тропинки выстроились высоченные ели. Казалось, они сбежались со всего леса, чтобы полностью закрыть свет. В зеленоватом полумраке утопали глубокие тени деревьев. Всю дорогу старик опирался на брата с сестрой и через раз ступал на больную ногу.

"Как тихо", – подумала Лиза и поняла, что совсем не слышит пения птиц. Но ещё больше она удивилась, заметив, что лес вокруг стал синим. Как такое может быть?

– Далеко ещё идти? – воскликнула Лиза. – Вы же говорили, что рядом, нам домой пора.

– Успеете, успеете, скоро уже.

Наконец, впереди, за поваленными стволами деревьев, показалась деревянная избушка с покосившимся крыльцом.

Глава 3. В избушке

– Фух! Ну всё, мы теперь домой, – заторопилась Лиза и незаметно толкнула брата локтем.

– Зайдите, хоть воды с дороги попейте! – старичок улыбнулся.

– Зайдём, раз пришли. – Никита посмотрел на Лизу. – С больной ногой подняться поможем. Да и пить хочется.

Почерневшие ступеньки крыльца скрипнули и прогнулись, пропуская гостей в дом. Судорожно звякнула связка ржавых гвоздей, подвешенная над входом, с грохотом захлопнулась дверь.

Посреди комнаты стоял потрескавшийся деревянный стол. Вокруг него были расставлены стулья, слева за занавеской белела печка, а в дальнем углу стоял диван, на котором спал рыжий кот. Одно из окон комнаты выходило на опушку леса, а второе смотрело прямо в чащу, на колючие ветки ёлок.

– Садитесь за стол, воды колодезной попейте, да конфет поешьте, – старик поставил на стол кружки с водой и полную тарелку конфет.

Никита не стал дожидаться повторного приглашения, уселся за стол и придвинул к себе кружку с обжигающе холодной водой. Лиза вздохнула, покосилась на старика и села рядом с братом.

Кот тут же спрыгнул с дивана и с поднятым хвостом прошествовал через комнату к столу. Он вскочил на свободный стул и уставился на гостей круглыми разноцветными глазами.

Лиза заёрзала на стуле и пнула вбок Никиту, уплетавшего третью конфету:

– Пойдём, бабушка ждёт.

Никита запил сладкие конфеты и отодвинул кружку:

– Спасибо вам! Нам пора.

– Ой, вы посмотрите, за окном-то смеркается! Я вас одних через лес не отпущу по темноте-то! Переночуете у меня, а завтра утром и пойдёте, – заворковал старик, поглядывая на детей из-под косматых бровей.

– Как смеркается? – удивилась Лиза, – было же утро.

– Время у нас в лесу такое особенное, то быстрее течёт, то медленнее. Всякое бывает, – старичок засуетился и стал убирать со стола. – Да, кстати, меня Пётр Ивановичем зовут!

– Пётр Иванович, вы больше не хромаете? – Никита с Лизой переглянулись.

– Да, как домой вернулся, всё прошло! Вот что стены родные делают, – Пётр Иванович сверкнул глазами, нос его загнулся крючком, а губы сжались в усмешке.

Лиза и Никита метнулись к выходу и выскочили на крыльцо. Кругом чёрный лес. Мохнатые еловые лапы закрыли и погрузили в темноту тропинку. Куда идти? У-ху! Громко ухнул филин. Совсем рядом раздалось глухое рычание и треск падающих веток.

– Там кто-то есть, – Лиза спряталась за Никиту. – Звони папе, я домой хочу!

– А что я ему скажу? Где мы?

– Тогда бабушке, она этот лес знает.

Никита достал из кармана брюк смартфон и сглотнул застрявший в горле комок:

– Сети нет…

– А что делать? – Лиза от страха икнула и задрожала.

– Слушай. Давай обратно.

– К этому деду? У него глаза странные.

– Утром сразу уйдём, я тебе обещаю. Не бойся.

– Ты первый иди, – кивнула Лиза и прижалась к Никите.

Пётр Иванович постелил им на диване, а сам ловко залез на печку и через пару минут сладко захрапел. Рядом со стариком примостился кот. Никита поворочался-поворочался и заснул, а Лизе не спалось. Ей казалось, что кто-то скребётся под полом.

Лиза попыталась растолкать брата, но тот спал крепко. Всю ночь Лиза просыпалась от каждого звука, а как только засыпала, ей снилось, что со всех сторон к ней тянутся костлявые, длинные руки. Она хочет закричать и не может.

Глава 4. Побег

Под утро Лиза услышала, как скрипнули половицы. Она приоткрыла глаза и увидела, что старик подошёл к двери и запер её, а ключ положил под коврик.

Как только с печки снова раздался храп, Лиза растормошила Никиту и прошептала, приложив палец к губам:

– Тсс! Надо бежать.

– Почему? – не понял спросонья Никита.

– Молчи, – Лиза кивнула в сторону печки.

Никита потряс головой и окончательно проснулся. Лиза потянула за рукав кофту, которая лежала на табуретке, и на пол с грохотом упала её сумка. Старик на печке заворочался.

Схватив кроссовки, брат с сестрой бросились к двери. Кот спрыгнул на пол, выгнул спину, зашипел и пошёл на них. Жёлтый глаз, не моргая, смотрел на Никиту, а изумрудный уставился на Лизу. Кот встал на задние лапы в позу льва и расправил когти. Вот-вот вцепится. Никита схватил из угла веник и приготовился к обороне, а Лиза быстро достала ключ из-под коврика и открывала дверь.

Брат и сестра выскочили из дома и помчались через опушку в лес. Иголки и шишки кололи босые ступни, но Никите и Лизе было всё равно. Лес уже не казался таким страшным. Постепенно начало светать.

Укрывшись за деревьями, Лиза с Никитой остановились, обулись и побежали прочь от избушки, раздвигая колючие ветки и перепрыгивая через поваленные деревья. Паутина липла к лицу, сучья царапали руки, корни цеплялись за ноги. По колено мокрые от утренней росы ни о каких лесных страхах дети больше не думали. Они слышали только своё прерывистое дыхание и хруст веток под ногами.

– Фу…Кажется оторвались, – Никита остановился, посмотрел по сторонам и достал смартфон.

– Куда теперь? – подбежала запыхавшаяся Лиза.

– Заряд закончился. Но ничего, пойдём по солнцу. Оно было слева, когда мы вчера вошли в лес, значит, теперь должно быть справа. Где-то я это читал. Пошли, скоро выйдем.

Стоило только детям двинутся в путь, как плотный туман облаком повис над землёй и скрыл солнце. Деревья и кустарники утонули в молочной дымке. Земля под ногами стала мягкой, запахло гнилью. Издалека раздался протяжный вой. Лиза вздрогнула, пошатнулась и тут же провалилась одной ногой в зыбкую трясину.

– Держись, – Никита протянул руку и помог выбраться, – здесь болото. Ступай за мной по кочкам.

Никита взял палку и прощупал дорогу перед собой. Под ногами, как жаба, чавкала вязкая серая жижа.

Брат с сестрой прыгали с кочки на кочку и, наконец, вышли на сухую поляну. Лиза села на поваленное дерево, вылила воду из кроссовок, подтянула гольфы и с сожалением рассматривала расцарапанные коленки.

– Ты, вообще-то, додумалась в юбке в лес пойти, – не удержался Никита.

– Сам говорил на полчасика, только заглянем, – передразнила брата Лиза, вытирая об траву шершавые и грязные руки.

Рядом она увидела подорожник, сорвала его и протёрла царапины, а потом разгладила складки сарафана и поправила висевшую на плече сумку.

Никита бросил взгляд на перепачканные джинсы и потряс ногами, чтобы стряхнуть прилипшую к шнуркам потрёпанных джорданов грязь:

– Пошли, дома отмоемся.

Засохший березняк сменился тенистым сосновым бором, потом густым ельником, а лес всё не кончался. Ноги ныли от усталости.

– Зачем мы вообще в этот лес пошли, – хныкала, спотыкаясь о корни Лиза, – вдруг мы никогда не выйдем. Я домой хочу.

– В смысле? Не дрейфь, из любой ситуации есть выход, из этого леса тоже, – успокоил её Никита, – вот и туман рассеивается.

Только он это проговорил, как из-за тумана, словно корабль, выплыла избушка Петра Ивановича. Сначала показалась труба и кусок крыши, затем крыльцо со связкой гвоздей и, наконец, вся избушка целиком.

Никита вытаращил глаза и отступил на два шага:

– Нормально, да?

Лиза зажмурилась и прижала ладошки к лицу:

– Мы же шли всё время вперёд, как мы здесь оказались?

– Давай вправо. Обойдём. Там должна быть тропинка, по которой мы пришли.

Стараясь не шуметь, они обогнули поляну с избушкой. За каждым деревом Лизе мерещился Пётр Иванович с ехидной улыбочкой и крючковатым носом. Наконец, Никита, который шёл впереди, вышел на тропинку и махнул рукой, указывая направление. Лиза с Никитой ускорили шаг.

Через некоторое время Никита пропустил Лизу вперёд и стал отставать. Лиза обернулась и увидела, что он еле-еле переставляет ноги:

– Никит, ты чего?

– Сам не знаю. Ноги деревянные, ничего не могу с ними сделать. Как будто кто-то держит.

– Давай руку!

Лиза пыхтела и тянула брата изо всех сил, но чем дальше, тем тяжелее было тащить его вперёд. Они присели отдышаться. Никита не привык выглядеть слабым перед сестрой. Он встал, напрягся, и с трудом сделал пару шагов по тропинке.

– Что-то мешает, не могу идти, – Никита обернулся и с горечью посмотрел на Лизу.

Стоило ему развернуться, как ноги сами понесли его обратно к лесной избушке. Никита еле остановился:

– Нет… Так не бывает. Это же просто лес. Почему так?

– А я откуда знаю? – растерялась Лиза, – это только ты всегда всё знаешь.

– Не надо было у старика оставаться.

– Это ты всё со своими конфетами! – вскрикнула Лиза и охнула. – Точно! Ты их ел, а я нет. Может, они тебя из чащи не отпускают?

Никита побледнел и опустил голову:

– Иди одна.

– Нет, я… – Лиза смотрела на брата, – я без тебя не пойду! Мне страшно!

– Тебе надо домой. Иди, пока опять не стемнело. Иначе никак…

– А ты?

– Я вернусь и отвлеку старика, если что. И ты будешь знать, где меня искать.

Лиза развернулась, закусила губу и пошла, размахивая руками. Потом вдруг остановилась и как-то неловко помахала Никите рукой.

Глава 5. Кто подскажет, в какой стороне деревня?

Лиза старалась как можно быстрее выбраться из ельника. Рассвело, но лучи солнца не проникали сквозь густые заросли. Каркали проснувшиеся вороны. Острые нижние ветки елей высовывались на тропинку и норовили уколоть, корявые пни преграждали дорогу.

Зеленоватый полумрак постепенно рассеялся, и вскоре Лиза оказалась на поляне, очень похожей на ту, где они с Никитой собирали ягоды. Лиза обрадовалась, побежала вперёд, но вскоре обнаружила, что ручья за поляной нет. Она заблудилась.

Светило солнце, пели птицы и пахло земляникой. В траве стрекотали кузнечики. Лиза села на пенёк и заплакала. Она вспомнила маму с папой, дом. Смогут ли они с Никитой туда вернуться или так и останутся жить в лесу? Куда идти дальше она не знала, а Никита надеется на неё.

Лиза огляделась вокруг. Птицы стайками кружились над поляной. Между веток мелькнула белка, где-то вдалеке стучал дятел. Кто же ей подскажет, в какой стороне деревня?

Перед глазами девочки мелькнуло рыжее пятно с синими всполохами, и рядом с ней приземлилась небольшая птица, размером с голубя.

Такое красочное оперенье у птиц Лиза видела только в зоопарке у попугаев. Розоватое тельце с белым воротничком, сине-голубые, с чёрными полосками крылья и такого же цвета длинный хвост. Голову птицы украшал золотистый хохолок.

Птица склонила голову и с любопытством посмотрела на Лизу глазами-бусинками, сверху подведёнными аккуратными чёрточками.

Лиза вытерла ладонью слёзы и всхлипнула.

– «Тк-тк», – хохолок на голове птицы приподнялся, и она подпрыгнула поближе к девочке.

"Неужели она может указать мне путь? Или просто голодная? – подумала Лиза".

Птица вспорхнула, блеснув крыльями. С кончиков её перьев посыпалась золотистая пыльца, которая растаяла, не долетев до земли. Лиза тряхнула головой. Может, показалось?

– «Тк-тк», – снова донеслось с ближайшей берёзы. Птица сидела на ветке, пощёлкивала и крутила головой, словно приглашая следовать за ней. Лиза подошла ближе, птица перелетела на следующее дерево и оглянулась:

– «Тк-тк», – Лиза пошла вслед за птицей.

Лес вокруг посветлел, лёгкий тёплый ветерок дул в спину и подгонял. Как только девочка останавливалась, птица возвращалась и кружилась над ней, оставляя в воздухе лёгкие солнечные искорки. А потом снова летела вперёд.

Наконец, за деревьями Лиза увидела невысокие жёлтые дома с коричневыми крышами.

Ещё несколько шагов вперёд и Лиза попала под солнечный дождь: блестели листья деревьев, крыши домов и песчинки на дорожках. Широкие столбы света пробивались сквозь листву, а в них танцевали миллионы золотистых пылинок. В такт им покачивали нежными лепестками цветы, росшие вокруг домов. Слегка позвякивали лиловые колокольчики, похожие на маленькие шляпки, весело смеялись незабудки, о чём-то тихо перешёптывались розы.

Пёстрые бабочки, как разноцветные шёлковые лоскутки, порхали вокруг цветов.

Но ни людей, ни лесных жителей видно не было. Лиза решилась заглянуть в окно ближайшего домика. Она встала на цыпочки и посреди комнаты увидела стол, на котором стоял чайник с чашками. Конфет не было.

– Это уже хорошо, – подумала Лиза.

Глава 6. Как отличить добрых от злых?

– Ты кого ищешь? – раздался звонкий голос.

Лиза обернулась и увидела улыбающуюся девушку, немного выше её, в шляпе, сплетённой из цветов, льняных брюках и светлой рубашке.

– Я Лиза. Моего брата поймал какой-то Пётр Иванович. Он поначалу прикидывался добреньким таким. Я заблудилась и не знаю, что мне дальше делать, – призналась Лиза.

– А я Рада. Хорошо, что Нотка тебя к нам привела, – девушка пальцем погладила птицу, севшую к ней на плечо.

– Чему ты рада? – удивилась Лиза.

– Это моё имя, – Рада рассмеялась.

– А что это за птица и куда я попала?

– Это моя подруга – сойка. Зовут её Нотка потому, что она умеет подражать голосам всех животных: от муравья до медведя. Её иногда называют пересмешницей. А ещё она самая умная и добрая птица. Поэтому-то ты и пришла к нам, в городок светлаков. Мы всегда помогаем тем, кто обращается за помощью. А Пётр Иванович – злюндель.

– Злюндель? – повторила Лиза, – это как?

Злюндели стараются завести человека в самую чащу, чтобы оттуда невозможно было выбраться.

– Зачем? Ведь мы ему ничего не сделали, – возмутилась Лиза. Её большие серые глаза ещё не просохли от слёз.

– У злюнделей люди часто забывают, кем были раньше, попадают к ним в подчинение и со временем становятся похожими на злюнделей. У них в городке нет зеркал и вода мутная в болоте, чтобы никто не видел отражения.