Повелитель дронов – 2

Глава 1

– Повелитель, – раздался за спиной голос Сириуса, отрывая меня от работы. – Разрешите задать несколько уточняющих вопросов? Мне это необходимо для обновления базы знаний, правильного восприятия текущей ситуации и корректировки аналитических протоколов.

Я откинулся на спинку скрипучего стула, даже не оборачиваясь.

– Валяй.

– Вопрос первый, – тут же начал он. – Почему органические формы жизни, классифицированные как «Михич», «Дылда», «Щербатый» и «Пухлый», не были ликвидированы после того, как им стала известна ваша личность и местоположение сестёр? За эту информацию назначена высокая награда. Они являются потенциальной угрозой и слабым звеном в обеспечении безопасности.

– Это моё решение, Сириус, – просто ответил я.

– Принято. Но позвольте отметить – анализ архивных данных показывает, что в прошлых аналогичных ситуациях с гораздо меньшим уровнем риска подобные свидетели незамедлительно ликвидировались.

– Проведи повторный анализ. Сравни эту ситуацию с архивными данными. Найди отличия.

Сириус на мгновение замер, его оптический сенсор мигнул.

– Анализ завершён. Обнаружено триста восемьдесят пять ключевых различий в текущей ситуации по сравнению с архивными аналогами.

– Вот тебе и ответ.

– Принято. Обновляю базу данных.

– А если тебе нужны подробности, то слушай. Во-первых, скрывать тот факт, что мы выжили, уже нет никакого смысла. Рано или поздно об этом всё равно все узнают. Во-вторых, награда действительно большая. Даже для меня сейчас это серьёзные деньги. И это отличный тест на лояльность. В-третьих, и это самое главное, – мне нужны свои люди. Не армия, хватит всего нескольких человек. Но это должны быть те, кому я смогу доверять. И последнее, – добавил я. – Мне нужны подставные лица.

– Я всё понимаю, Повелитель. Но, согласно моим последним расчётам, в случае их предательства и последующей атаки сил противника, вероятность нашего успешного отражения нападения составляет шестьдесят девять процентов.

– А если я применю свои способности? – с усмешкой спросил я.

– На вашем текущем уровне развития это увеличит вероятность успеха на пятнадцать процентов.

– Нет, Сириус. Ты не понял. Я имею в виду вот эти способности.

Я взмахнул рукой. Два маленьких дрона-разведчика, стоявших на столе, тут же подлетели. Я соткал в воздухе сложную вязь рун Техносов. Светящиеся символы метнулись к дронам и вплавились в их корпуса. Их винты на мгновение изменили свою траекторию, нарушая все известные этому миру законы физики. Корпуса дронов подёрнулись рябью, на десять секунд почти полностью слившись с пространством.

– А теперь? – спросил я. – Пересчитай.

– Плюс два процента к вероятности успеха.

– Хорошо, – я снова взмахнул рукой.

Ещё четыре дрона взлетели и прошли ту же процедуру мгновенного апгрейда.

– Ещё плюс четыре процента, – констатировал Сириус.

Я поднял в воздух оставшихся четырёх. Десять улучшенных дронов-разведчиков замерли в боевом порядке, ожидая приказа.

– Итого?

– Девяносто четыре процента, Повелитель. При условии, что у противника не появятся непредвиденные резервы. Но это не отменяет факта наличия шестипроцентного риска.

– Ладно. Мелких разведчиков, сборщиков и переносчиков у нас теперь достаточно. Пора подумать о ком-то покрупнее. Нам нужен более «толстый» корпус, достаточно мощный, чтобы нести больше полезных функций.

– Понимаю, Повелитель. Создание многоцелевой боевой платформы.

– Именно. А этих, – я кивнул на парящих дронов, – принимай на службу и сразу в дело.

Сириус отдал беззвучный приказ, и дроны-разведчики тут же разлетелись, выпорхнув в окно.

Награда за сестёр – это своего рода проверка. Если мои четверо «дружинников» соблазнятся на деньги, они умрут. Быстро и безболезненно. Если же их примитивная пацанская верность окажется сильнее жадности, то у меня появятся те, с кем можно работать.

Я прекрасно понимаю, как устроен этот мир. Мне нужны подставные лица, своего рода «руки», которые смогут делать то, чего не могут мои дроны. Я же не пошлю Сириуса в имперскую канцелярию или в суд. А эти ребята… Они знают этот мир с самого дна. Для меня они – идеальный инструмент.

Мне не нужны успешные и удачливые. Такие слишком ценят своё положение. Я, пожалуй, возьму тех, кто на самом дне. Отчаявшиеся, голодные и злые. Именно такие люди, получив шанс, будут цепляться за него зубами. Если они не предадут меня сейчас, когда соблазн так велик, то не предадут и потом, когда станут частью чего-то большего. В этом, кстати, ещё одна из причин, почему я не люблю людей. Они слишком легко предают.

В мой ближний круг никогда не войдёт больше десяти-пятнадцати человек. И если уж набирать команду, то почему бы не начать с самых низов? Они не знают всего потенциала, который я могу им дать. А значит, будут благодарны даже за малое.

– Ладно. Возвращайся к делам, – махнул я рукой Сириусу. – А я пока пойду поговорю со своими сёстрами. Они как раз хотели обсудить со мной что-то важное.

Уссурийск

Элитный оздоровительный центр «Золотой Дракон»

Игорь Бездушный был доволен собой. Даже более чем.

В последние дни, несмотря на первоначальный хаос и провал операции по зачистке, всё складывалось для него как нельзя лучше. Да, поначалу Воропаев и остальные смотрели на него как на полезного идиота, которого вот-вот пустят в расход. Но ситуация изменилась.

Фарс со свадьбой племянниц, который он так блестяще разыграл, сработал. И пусть девчонок так и не нашли, сам факт того, что он, как любящий дядя, провернул эту унизительную для них процедуру, показал его новым покровителям – он свой. Он готов идти до конца.

И его начали ценить. К нему стали прислушиваться. И даже отношения с новыми «партнёрами» как-то нормализовались. Теперь он был не просто предателем, а ценным союзником, новым главой рода, пусть и марионеточным.

Ему это нравилось. Он снова был в игре.

А впереди маячило основание его собственного, нового рода. К чёрту этих Бездушных. Этот род обречён. Как только племянниц найдут, их снова выдадут замуж за нужных людей. Графские титулы и остатки имущества попилят между новыми семьями. И на этом всё закончится. Но ему было на это плевать. Он получит своё. Он вырвется из тени своего вечно правильного старшего брата и создаст собственную династию.

На полученные от Воропаева деньги он уже начал скупать мелкие бизнесы, вкладывать в сомнительные, но потенциально прибыльные проекты. Он собирался основать свой собственный род. С нуля. И стать в нём полновластным хозяином, а не приживалкой, как было при брате.

Работа шла полным ходом, и сегодня он решил, что заслужил небольшой отдых. Настоящий, элитный отдых, который могли себе позволить лишь немногие.

– Прибыли, господин.

Машина плавно остановилась у роскошного здания в китайском стиле с изогнутой крышей и резными драконами у входа.

– Жди меня на улице, – бросил Игорь и, поправив дорогой пиджак, вышел из машины.

На входе его встретили две девушки в шёлковых платьях и проводили внутрь. Пахло сандалом и дорогими благовониями. Помпезность, тишина и атмосфера исключительности – всё, как он любил.

Это место было легендой. Невероятно дорогое и закрытое. Попасть сюда можно было только по рекомендации, а процедуры, которые здесь предлагали, были доступны лишь избранным.

Сегодня его ждала особая процедура – сеанс иглоукалывания у легендарного мастера Ши-Цзу, бежавшего когда-то из самой Технократической Республики.

Его проводили в отдельную комнату. Приглушённый свет, тихая расслабляющая музыка. Две юные китаянки с ловкими пальчиками помогли ему раздеться и уложили на массажный стол. Начался предварительный ритуал: расслабляющий массаж с тёплыми ароматическими маслами. Игорь застонал от удовольствия. Полный релакс. Вот она, жизнь, которую он заслужил!

Нежные, но сильные руки девушек – всё это заставило его забыть о проблемах. Он лежал на массажном столе, полностью расслабившись, и чувствовал, как напряжение покидает его тело.

Затем ему на глаза положили шёлковую маску, и он погрузился в полудрёму.

– Господин, сейчас придёт мастер Ши-Цзу, – прошептал ему на ухо нежный голос. – Он проведёт процедуру иглоукалывания. Это древняя китайская техника, особенно полезная для Одарённых. Она очищает каналы и усиливает поток энергии.

– Единственный момент, – продолжила вторая девушка. – Процедура может быть довольно болезненной. У Одарённых иногда случается непроизвольный выброс энергии. Чтобы вы случайно не навредили себе или мастеру, мы должны зафиксировать ваши конечности. Это стандартная мера предосторожности.

Игорь лишь лениво махнул рукой в знак согласия. Какие могут быть сомнения в таком месте? Ему на запястья и лодыжки надели специальные наручники для Одарённых и мягкими, но прочными ремнями пристегнули к столу. Он был полностью обездвижен, но это его нисколько не смущало. Он лежал, предвкушая неземное блаженство и новый прилив сил.

А потом раздался новый голос – низкий, с лёгким акцентом.

– Ну что? Вы готовы получить усиление и наслаждение?

– О, да! – выдохнул Игорь. – Я давно мечтал попасть к вам, мастер. Наслышан о вашем искусстве. Надеюсь, я получу незабываемые эмоции.

– Несомненно, – ответил голос. – Вы получите именно то, что заслужили.

Что-то в тоне мастера показалось Игорю странным.

– А вы знаете, что я заслужил? – игриво спросил он, решив, что мастер наслышан о его недавних успехах.

Вместо ответа расслабляющая музыка в колонках вдруг оборвалась. Её сменил громкий, режущий уши писк и шипение статических помех. Игорь поморщился. Что за херня?

И тут из динамиков раздался до боли знакомый голос. Голос, который он надеялся никогда больше не услышать.

– Конечно, знаю. Предатели всегда заслуживают одного.

Игорь дёрнулся, желая сорвать маску, но наручники мёртвой хваткой держали его. В следующий миг он ощутил острую, пронзающую боль в своей пятой точке. Одна игла вошла глубоко в плоть.

– А-А-А-А! – закричал он, не понимая, что происходит.

Он дёрнулся, пытаясь вырваться, но ремни крепко удерживали всё тело.

– Ну как тебе процедура, дядя? Чувствуешь, как энергия Ци наполняет твою пятую точку? Кстати, счёт за сеанс я пришлю позже. С процентами.

За первой иглой последовала вторая, третья, четвёртая… десятая. Они входили одна за другой, каждая несла новую волну мучительной боли. Его зад превратился в подушечку для иголок. Он орал, извивался, но его крики тонули в шипении динамиков.

– Надеюсь, тебе понравилось, дядя, – раздался в колонках спокойный, полный презрения голос его племянника Феликса. – И не расстраивайся, что так мало. Это только начало. Теперь мы с тобой будем слышаться гораздо чаще.

Разговор с сёстрами прошёл на удивление… душевно. Я не ожидал от них такой быстрой адаптации и уж тем более такого рвения к действию.

Они сидели передо мной – уже не испуганные пленницы, а две молодые девушки, в глазах которых горел холодный огонь решимости. Испытания, через которые они прошли, не сломали их. Наоборот, закалили.

– Мы готовы, – твёрдо сказала Эльвира.

Маргарита, сидевшая рядом, молча кивнула.

Я ведь сразу им обозначил свою позицию. Ещё день назад, когда они осторожно спросили, когда мы начнём действовать, я ответил просто: «Когда вы будете готовы. А готовы вы будете тогда, когда сами об этом попросите».

Я прекрасно понимал, что им нужно время, чтобы перевести дух, всё осмыслить, принять новую реальность. Моей целью не было сломать их окончательно, втоптать в грязь и заставить подчиняться из страха. Моей целью было показать им другой путь.

Путь мести. Путь силы. Путь тех, кто сам выбирает свою судьбу.

На этот путь можно встать двумя способами. Первый – через полный слом. Когда тебя доводят до точки, за которой только безумие или смерть. Многие идут этой дорогой. Но она не пойдёт во благо. Это временная мера, которая неизбежно приведёт к разрушению. Такие люди теряют себя, теряют смысл жизни, сгорают дотла.

Но есть и другой путь. Мой путь. На него встают не из-за слома, а по собственному, осознанному решению. Без злости, без лишних эмоций. Ты просто принимаешь как данность, что отныне это – твоя дорога. И никто не имеет права тебе указывать. Никто и никогда больше не перейдёт тебе дорогу, оставшись безнаказанным. В своей жизни главным человеком становишься ты и твои близкие.

Вот только близких у меня никогда не было. Мою семью мне заменило любимое дело – мои дроны и принципы, которые я сам для себя установил.

И вот теперь, глядя на сестёр, я видел, что они готовы сделать этот выбор осознанно. Значит, завтра у них будет новое задание. Но не сегодня.

Сегодняшняя ночь уже распланирована.

Я переговорил с Сириусом, отдавая короткие команды. Он должен был подготовить всё необходимое. Через полчаса внизу меня уже ждала знакомая вишнёвая «девятка». Дылда, увидев меня, молча кивнул и открыл пассажирскую дверь.

– Поехали, – бросил я, садясь в машину.

– Куда, командир? – спросил он, когда мы выехали из дворов.

Я назвал ему координаты точки за городом. Он не стал задавать лишних вопросов, просто вбил их в навигатор своего потрёпанного смартфона и выкрутил руль.

Мы ехали около часа. Городские огни остались далеко позади, сменившись темнотой просёлочных дорог. Наконец, машина остановилась на вершине небольшой, поросшей лесом горы. Отсюда открывался вид на дорогу, змеившуюся внизу.

– Жди здесь. И не мешай. Мне нужно поработать, – сказал я, выходя из машины.

Дылда лишь молча кивнул и откинулся на сиденье, делая вид, что собирается вздремнуть. Он уже понял, что задавать мне лишние вопросы – себе дороже.

Я отошёл на несколько метров, нашёл ровный пятачок земли, сел, скрестив ноги в позе лотоса, и закрыл глаза. Сосредоточился, устанавливая прямую ментальную связь с Сириусом.

Мир вокруг исчез. Шум ветра, стрёкот сверчков – всё это отошло на второй план.

Я больше не сидел на холодной земле. Я парил высоко в ночном небе, и мой взгляд, усиленный оптикой Сириуса, пронзал темноту. Я видел каждую травинку, каждый камень на дороге внизу, глазами своего дрона.

«Вижу цель, Повелитель».

На дороге показался конвой. Пять тяжёлых бронированных внедорожников двигались ровной колонной. На их тёмных бортах тускло отсвечивали гербы – стилизованный медведь, стоящий на задних лапах. Род Абрамовых.

Память предыдущего владельца этого тела тут же услужливо подкинула информацию.

Слабый род. Очень слабый. Один из тех, кто выскочил на аристократическую арену совсем недавно, лет шестьдесят назад, сколотив состояние на каких-то мутных схемах. Но самомнения у них было больше, чем у самого Императора. Они тоже участвовали в нападении на имение Бездушных. Из чистой обиды.

Их глава трижды пытался породниться с нашим родом. Сначала дважды сватался за Эльвиру, предлагая в женихи своего прыщавого наследника. Получив вежливый, но твёрдый отказ, он не успокоился и с тем же предложением подкатил к родителям по поводу Маргариты. И снова был послан.

Унижение… Для такого, как он, это было хуже пощёчины.

Я помнил эти приёмы. Помнил, как старый Абрамов, брызжа слюной, по полчаса толкал речи о величии и могуществе своего рода, о своих великих предках и их «неоценимом вкладе в становление Империи». Империи, которой, на секундочку, было уже больше девяти сотен лет. Завышение собственного статуса, дешёвые понты и пустые разговоры.

Что ж. Раз они так хотели прикоснуться к истории древнего рода, я предоставлю им такую возможность. Именно они станут первыми, на ком я испытаю свою месть. Месть, которую я обещал.

Я видел их так чётко, как будто находился в нескольких метрах от колонны. Видел самодовольные лица гвардейцев в одной из машин. Видел, как кто-то на заднем сиденье пьёт что-то из фляги. Они чувствовали себя хозяевами жизни.

«Сириус, – отдал я мысленный приказ. – Цель в зоне поражения. Начинаем».

Приморская губерния

Капитан гвардии рода Абрамовых, Борис Куликов, устало откинулся на кожаное сиденье бронированного внедорожника.

За окном проносилась непроглядная тьма, разрезаемая лишь светом фар их небольшого конвоя. Пять машин, полных уставших, но довольных бойцов, возвращались с очередного «задания». Проще говоря – выбивали долги из одного коммерсанта, решившего, что слово, данное роду Абрамовых, можно и нарушить.

Борис поморщился и снова уткнулся в светящийся экран телефона. Отчёт – нудная, но обязательная часть его работы. Он быстро набивал текст, докладывая главе службы охраны об успешном завершении операции. Деньги стрясли, должник наказан, потерь нет. Рутина.

– Твою мать, какого хрена?! – внезапный крик водителя вырвал Бориса из мыслей.

Машина вильнула так, что он едва не выронил телефон. Он вскинул голову и в свете фар увидел их. Прямо посреди узкой дороги, перегородив путь, стояли четыре фигуры в тёмной униформе, с автоматами наперевес. Они целились прямо в них.

Водитель инстинктивно крутанул руль, пытаясь уйти в сторону, на обочину.

– Куда?! – рявкнул Борис. – Идиота кусок! Дави их!

Не раздумывая, он перенёс ногу и с силой нажал поверх ноги водителя на педаль газа. Двигатель взревел.

– Мы бронированные! – заорал он, активируя закреплённый на груди коммуникатор. – Всем группам! Прорываемся! Засада!

Машина, набирая скорость, неслась прямо на автоматчиков. Они даже не стреляли, просто стояли, как истуканы. И только в последний момент, когда до столкновения оставались считанные метры, Борис понял – что-то не так. Фигуры на дороге слегка подёрнулись рябью, как отражение в воде. Голограммы.

И в следующую секунду раздался оглушительный удар.

Мир для Бориса взорвался скрежетом ломающегося металла. Его тело, несмотря на ремни безопасности, швырнуло вперёд, и он со всей силы впечатался лбом в бронированное стекло. В глазах потемнело, нос взорвался болью, а по подбородку потекла горячая струйка крови.

Будучи сильным Одарённым, Борис успел выставить барьер, но удар был такой мощи, что защита едва выдержала, треснув, как стекло.

Водитель безвольно повис на ремнях, его лицо превратилось в кровавую маску. Капот машины был смят в гармошку, из-под него валил густой дым. Лобовое стекло, несмотря на свою прочность, пошло трещинами, а в некоторых местах его просто выбило.

Борис, отряхиваясь, поднял голову. Ловушка была не в голограммах. Прямо за ними дорогу преграждали три огромных, сваленных поперёк дерева. Вот во что они врезались. А где же засада?

И тут начался ад. С обеих сторон леса, из темноты, ударили десятки стволов.

Борис вывалился из машины. Его барьер, подрагивая, держал шквал огня. Он активировал свой дар на полную, и его ладони окутало пламя.

– Уроды! – прорычал он и метнул несколько огненных шаров в те кусты, откуда велась самая плотная стрельба. Первый, второй, третий… пятый. Сухая листва вспыхнула, как порох. Он подпалил всё, превратив засаду в огненный ад.

Пламя взметнулось вверх, освещая ночной лес багровыми сполохами. Кусты и деревья, охваченные огнём, трещали, выбрасывая в воздух снопы искр. Борис, тяжело дыша, озирался, пытаясь разглядеть врагов сквозь дым и пламя.

Его сердце колотилось, адреналин бурлил в венах, заглушая боль от удара. Он был готов драться, готов разнести всё вокруг, если потребуется. Но враги не показывались. Ни криков, ни движения, ни даже намёка на живых противников. Только треск огня и далёкие вопли его людей из других машин конвоя, попавших под обстрел.

– Вытаскивайте водителя и парней сзади! – скомандовал он своим бойцам, которые уже высыпали из остальных машин. – Уходим!

Но не успели они сделать и пары шагов, как стрельба возобновилась. С тех же самых, уже горящих позиций. Борис опешил. Он слышал выстрелы из дробовиков, револьверов, ещё какой-то мелкашки. Звуки были разными, как будто на них напала не организованная группа, а толпа фермеров, схвативших всё, что было под рукой.

Борис вообще перестал что-либо понимать. Что за сброд на них напал? Крестьяне? Фермеры, решившие отстоять свою землю? Что это за херня?!

Один из его бойцов вскрикнул и упал.

– Тройка, отправляйтесь туда! – указал он на левый фланг. – Уничтожьте противника, зачистите периметр!

Трое его лучших бойцов, прикрываясь энергетическими щитами, рванули в темноту. Борис слышал, как в чаще загрохотали их мощные автоматические винтовки. Качественное, дорогое оружие, звук которого ни с чем не спутаешь. Несколько очередей… и всё стихло. Полностью.

Он попытался связаться с ними, но в наушнике было лишь шипение.

– Кажется, там всё зачистили, – с облегчением сказал кто-то из его людей. – Сейчас всё закончится.

– Командир, связи нет! – доложил связист. – Какие-то помехи.

– Да ладно! – выругался Борис. – У фермеров есть глушилки? Не может такого быть!

Он достал из разгрузки свой личный спутниковый коммуникатор – дорогая и мощная штука. И только он собирался набрать номер, как в аппарат что-то влетело. Коммуникатор разлетелся на куски. В обломках торчал длинный строительный гвоздь.

Борис обернулся. Никого. Он перебежал за другую машину.

И в этот момент по ним снова открыли огонь. Только теперь он узнал этот звук. Это были их винтовки. Винтовки его тройки, ушедшей в лес.

– Кажется, уже не наши… – прохрипел один из бойцов.

Борис понял, что они в ловушке. Он терял людей.

– Прорываемся через деревья! За мной!

Они перепрыгивали через поваленные стволы. Один, второй, третий… Он бежал, не оглядываясь, понимая, что это их единственный шанс.

Выбравшись на относительно открытое место, он обернулся. За ним не было никого. Он остался один.

И тогда он увидел его.

Тёмная фигура, едва различимая в отблесках догорающего леса, стояла на небольшом возвышении. Она не пряталась, не кралась. Просто стояла.

– Да ладно тебе, – произнесла фигура спокойным голосом. – Можешь не ждать. Они остались там.

– Ты кто такой? Ты хоть понимаешь, на кого напал?

Фигура шагнула вперёд и сбросила с головы капюшон. Тусклый свет луны упал на лицо.

Борис всмотрелся. И узнал его.

– Да ладно… не может быть! Ты же мёртв!

Перед ним стоял Феликс Бездушный.

– Ты видел моё тело? – усмехнулся тот. – Хотя ты прав. Феликс и правда умер. На вашу беду.

Борис не стал больше разговаривать. Вложив в удар всю оставшуюся энергию, он обрушил на Феликса мощнейший поток огня. Этого хватило бы, чтобы сжечь дотла небольшой дом.

Но тот лишь поднял руку. Вокруг него вспыхнул странный переливающийся круг, испещрённый непонятными знаками и символами. Огонь просто впитался в него, не оставив и следа. Борис никогда не видел такого дара.

Феликс сделал ещё один жест. В его руке возникла сложная конструкция из шести вращающихся кругов, один меньше другого. Из центра конструкции вырвался сгусток чистой энергии и ударил Бориса в грудь.

Его отшвырнуло назад. Он перелетел через завал и рухнул на землю. Он хотел перегруппироваться в полёте, но удар был слишком силён.

Приземлившись, он почувствовал резкую, пронзающую боль. Он посмотрел вниз. Из его тела во все стороны торчали острые колья.

– А знаешь, я думал, это будет труднее. Ты ведь целый командир отряда, а даже и не понял, что вас убивало. Хочешь узнать?

И тут Борис увидел, как со всех сторон над ним начали слетаться дроны. Десятки маленьких, уродливых, кустарно собранных машин. У одного в манипуляторах был зажат охотничий дробовик. У другого – два револьвера. Третий был вооружён какой-то самодельной винтовкой, сваренной из кусков металлолома. А самый маленький, размером с кулак, держал в манипуляторах крохотный дамский пистолетик.

– Они даже в огне не горят, – с усмешкой сказал Феликс. – Видел когда-нибудь такое?

Борис смотрел на это безумие, и в его угасающем сознании билась только одна мысль. Тот самый сопляк, отпрыск рода Бездушных, без особого дара и каких-либо талантов, которого никто не принимал всерьёз… он только что в одиночку уничтожил весь его отряд.

Разве такое бывает?

Так он и сдох.

Я сидел на пассажирском сиденье дребезжащей «девятки» и смотрел на проносящуюся за окном темноту. Дылда молча и сосредоточенно крутил баранку.

«Сириус, – мысленно обратился я к своему помощнику, который невидимой тенью летел где-то над нами. – Это было несерьёзно. Почему так легко?»

«Потому что вы всё продумали изначально, Повелитель, – отозвался дрон. – У них не было ни единого шанса. Как говорят в местном сегменте сети – ‘изи катка’. Причём сделали это ‘на чиле, на расслабоне’».

Я поморщился. Нужно будет приказать Сириусу почистить речевые модули от интернет-мусора.