Сиреневая госпожа поместья Лундун. Том 5

Плен

– Вы можете остаться на горе Абора и войти в наш клан, – ровным голосом заявил бэкхран Ангэтар, твёрдо глядя мне в глаза.

– Весьма щедрое предложение, но я вынуждена отказаться, – ответила я с кривоватой усмешкой.

Наручники кандалов больно впились в запястья, но я была не намерена жаловаться. Хотя очень хотелось!

Я, чёрт их всех побери, за всё своё время пребывания в этом мире только и делаю, что кому-то помогаю и кого-то спасаю. И всё равно меня заковали в цепи, точно преступницу!

Когда Васт сообщил мне о предстоящем суде, я догадывалась, что ничего хорошего меня не ожидает. Но на подобное точно не рассчитывала!

Началось всё с того, что как только новость о моём пробуждении распространилась по горе Абора, ко мне тут же явился Суин. Не слушая возражения Васта о том, что я ещё не до конца оправилась, вихо заковал меня в кандалы и доставил в отдельный гостевой домик, где меня за ногу приковали цепями к ножке кровати.

Чуть позже в тот же день ко мне явилась Розовая госпожа.

– Ты отправишься с нами в поместье Лундун через два дня, – сообщила она мне ледяным тоном. – До этого времени ты не покинешь эту комнату.

И просто ушла.

Вскоре после неё вновь явился Васт.

– Ни твоих служанок, ни твою стражу к тебе не пустят, – предупредил он меня.

– А для тебя, стало быть, сделали исключение? – насмешливо уточнила я.

– Я должен проследить, чтобы ты не навредила телу Сиреневой госпожи, – безэмоционально проговорил он, однако я видела печаль, мелькнувшую на дне его глаз.

– Розовая госпожа считает, что меня можно вытащить и вернуть в тело душ настоящей Шиануси?

– Она мать. Естественно, она будет цепляться даже за призрачную надежду.

Что ж, пожалуй, тут он прав. Будь я на месте Тэят, наверно, тоже бы до последнего упорствовала в попытках вернуть дочь.

Мысль о дочери и моральных терзаниях Розовой госпожи заставили меня вспомнить кое о чём важном.

– Как там Ришан? – спросила я.

– Тоже в курсе, что в теле его сестры чужая душа.

– И что, у него не возникло желания увидеться со мной?

– Ему тоже запретили встречаться с вами.

– Это решение Тэят или Суина?

– Это приказ бэкхрана Эльзира.

А вот это был удар в поддых. Нет, я прекрасно помню, что Эльзир предупреждал, что не станет меня защищать, если мою личность раскроют. Но отрезать от меня всех близких людей… это крайне жестоко.

Впрочем, я не стала никак комментировать решение бэкхрана, решив, что у меня ещё будет возможность переговорить с ним.

Ну, не станет же он проводить суд сразу же после моего возвращения в поместье Лундун? Наверняка оставит немного времени для приватного разговора.

А потом ко мне в комнату явился бэкхран Ангэтар. И вот его я ожидала увидеть здесь в последнюю очередь.

И ладно бы просто пришёл поблагодарить за спасение своего клана или что-то в этом духе. Так нет же! Он решил забрать меня себе.

– В поместье Лундун вас не ждёт ничего, кроме смерти, – заявил он. – А среди нас вы сможете спокойно жить. Никто не поставит вам в вину ваше иномирное происхождение.

– А жить я случайно буду не в тинге? – ядовито поинтересовалась я. – Демонов вы лишились, и теперь хотите заполучить новую редкую зверюшку?

– Всё не так.

– Да мне, в общем-то плевать, – отрезала я, ощущая невероятное воодушевление от того, что можно больше не играть роль Сиреневой госпожи и говорить что угодно и кому угодно, ничуть не опасаясь ни за свою репутацию, ни за репутация клана. – Я предпочту умереть в поместье Лундун, чем стать вашим подопытным кроликом.

– Что ж, воля ваша, Татьяна, – на лице Ангэтара отразилось вполне искреннее сожаление. – Эльтайн будет скорбеть о вашей кончине.

Если это была попытка давить на жалость, то она с треском провалилась, потому что я лишь пренебрежительно фыркнула на неё.

Да, возможно, моя смерть и огорчит Первого наследника горы Абора. Но эта рана не будет болеть долго, и со временем встреча со мной превратится лишь в приятное (или не очень) воспоминание.

Да и не в том я сейчас нахожусь положении, чтобы переживать о чувствах других. Куда сильнее меня занимает гипотетическая возможность побега. Потому что благородство благородством, а жить мне очень хочется. И я готова пойти на многое, чтобы эту самую жизнь себе сохранить.

Суд

В поместье Лундун меня мало того что доставили под конвоем, так ещё и отдельно от Тэят, Ришана и остальных, «гостивших» со мной на горе Абора.

Моя надежда на приватную беседу с Эльзиром не оправдалась: едва только транспортная печать погасла, как меня тут же привели в тронный зал мэна, где уже собрались вихо, а на троне восседал бэкхран.

Я на секунду задержала взгляд на одном пустом кресле – это было место Нанзу.

Я тяжело вздохнула – сердце кольнуло сожалением.

«Кажется, своим появлением я принесла сплошные несчастья», – с грустью подумала я.

Один из стражников легонько пихнул меня в спину, и я, поняв намёк, опустилась на колени перед Советом, как и подобает преступнице.

– Существо, именующее себя Татьяна. Ты обвиняешься в захвате тела Сиреневой госпожи и использовании её личины в корыстных целях, – официальным тоном проговорила вихо Дэйчи. – За это преступление наказание лишь одно – смерть. Тебе есть что сказать в своё оправдание?

– Я не захватывала ничьё тело, – устало проговорила я, прекрасно понимая, что мои слова ни на что не повлияют. – Это тело было уже пусто, когда я в нём появилась. Но, вихо Дэйчи, в одном вы правы: я и правда использовала личину Сиреневой госпожи в корыстных целях – я хотела жить и делала всё для этого. Я водила за нос всех обитателей поместья Лундун, в чём признаюсь.

Неважно, насколько печальный конец меня ждёт. По крайней мере, я могу защитить дорогих мне людей и не позволить им разделить мою судьбу.

– Кто-нибудь ещё знал о твоей настоящей сущности? – продолжила подобие допроса Дэйчи.

– Никто.

Я ожидала, что вихо попытается надавить и заставить меня “сдать” кого-то ещё, но она этого делать не стала. Возможно, потому что сама была среди тех, кто знал правду, и боялась, что я могу об этом рассказать?

– Полагаю, нам нужно некоторое время, чтобы прийти к согласию относительно судьбы этого существа, – заметил вихо Инвэ, резким взмахом руки остановив начинающиеся дебаты среди своих коллег. – Пока же вихо Мейро проследит за тем, чтобы преступница с комфортом устроилась в темнице и не имела ни малейшего шанса на побег.

– Я согласен с вихо Инвэ, – подал голос Эльзир. – Предлагаю Совету собраться второй раз после ужина и всё детально обсудить. Без присутствия преступницы.

Никто не стал оспаривать решение бэкхрана (тем более что дело вроде как касается его дочери), и меня перепоручили заботам вихо Мейро. Он же, не говоря ни слова, проводил меня в свой дом, где в подвале располагалось подземелье с камерами для узников.

Прежде чем запереть меня в самой дальней от входа камере, Мейро снял с меня наручники.

– Надеюсь, вы не доставите мне хлопот? – спросил он, проявив неожиданное почтение, обратившись на “вы”.

– И в мыслях не было, – заверила я его, оглядывая своё временное место жительства.

Это была крохотная камера с деревянным настилом на полу, которую от коридора отделяла железная решётка. В углу камеры лежал тоненький матрас, а чуть дальше стояло ведро для справления естественной нужды.

Я брезгливо скривилась.

«Так себе обстановочка, – подумала я с лёгкой досадой. – Одно радует: долго здесь меня никто держать не будет, и, самое позднее, завтра утром мне объявят мою участь».

Прощай

Я развалилась на матрасе и прикрыла глаза, решив, что в моём случае сон лучший способ скоротать время.

Мимолётно мелькнула мысль снять браслет-змейку и поговорить с Многоликим Кенионом. Быть может, он сможет подкинуть идею, как мне выбраться из этой передряги?

Мысль была крайне соблазнительная, и мне стоило немалых усилий от неё отказаться.

Сбежать от смертной казни, чтобы попасть в своеобразное рабство к тёмному божеству, мечтающему о мировом господстве? Ну, уж нет! Быть чьей-либо безвольной марионеткой я не согласна. Лучше смерть.

Сон никак не шёл, и я просто лежала на спине, задумчиво разглядывая потолок.

Неожиданно раздался тихий скрип открывающейся двери, затем послышались шаги, небольшой закуток коридора перед моей камерой осветил тусклый голубоватый свет, и в поле моего зрения показался Васт.

– О, привет! – радостно улыбнулась я неожиданному гостю, моментально приняв вертикальное положение. – Неужели тебе разрешили меня навестить?

– Я сам пришёл.

Васт заставил стеклянную сферу, и испускавшую этот потусторонний голубоватый свет, парить в воздухе посреди коридора, а сам вплотную подошёл к решётке и вытащил из мешочка на своём поясе небольшой флакон из непрозрачного тёмно-зелёного стекла.

Я судорожно сглотнула: мне не требовались пояснения, чтобы понять, что это.

– Прощальный дар? – с грустной улыбкой уточнила я.

– Да.

Я поднялась с матраса, подошла к решётке и забрала фиал.

– Больно не будет? – дрогнувшим голосом спросила я, ощущая, как на глаза наворачиваются непрошенные слёзы.

– Я же обещал, – губы Васта искривились в грустной улыбке.

– Как тебе удалось убедить вихо Мейро впустить тебя?

– Никак. Я сказал ему правду, и он с уважением отнёсся к моему желанию.

– Ты сказал ему, что пришёл меня убить? – неверяще переспросила я.

– Я сказал, что на горе Абора ты спасла мою жизнь, и меньшее, чем я могу тебе за это отплатить, это избавить от позорной казни и обеспечить быструю, безболезненную смерть.

– И вихо поверил?

– Поверил или нет – неважно, – в голосе Васта мелькнуло раздражение. – Главное, он впустил меня.

– Да, ты прав. – Я перевела взгляд на флакон в своих руках. – Как быстро оно подействует?

– В течение пары минут.

У меня по спине пробежали мурашки. Пара минут… всё, что у меня осталось, жалкая пара минут.

– Знаешь, это так странно, – проговорила я, ощущая острую потребность поделиться впечатлениями. – Я думала, что будет страшно.

– А тебе не страшно?

– Нет, – покачала я головой. – Просто странно. Словно надела платье, которое чуть-чуть мало.

Васт протянул руку сквозь прутья решётки и нежно огладил кончиками пальцев мою щёку.

– Я был с тобой, когда ты пришла в этот мир, – тихо проговорил он, глядя на меня глазами, в которых плескался целый океан эмоций, которым я не смогла найти определение. – И останусь с тобой до конца.

– Спасибо, – я тепло улыбнулась ему. А затем, поддавшись порыву, повернула голову, удерживая его руку за запястье, и нежно коснулась губами центра ладони. – За всё. Пусть моя вторая жизнь оказалась очень короткой, я не жалею, что прожила её.

– Для меня честь быть твоим наставником, – откликнулся Васт, даже не пытаясь вырвать свою руку из моих пальцев.

– Ты был не только наставником, – возразила я. – В первую очередь ты был моим другом.

Васт ничего на это не ответил, лишь не сводил с меня взгляда, казалось, даже моргать перестал.

Я же отпустила его руку, откупорила фиал и, помедлив мгновение, залпом опустошила его.

Зелье оказалось с приятным мятным привкусом, и не прошло и пары секунд, как я ощутила лёгкое покалывание в кончиках пальцев.

– Тебе лучше лечь, – посоветовал Васт, забирая опустевший фиал.

Я пожала плечами, но не пошла к матрасу, а села прямо на пол, прислонившись плечом к решётке.

– Ты ведь позаботишься о шкатулке? – спросила я, с надеждой взглянув на чатьена снизу вверх.

Я отдала ему шкатулку сразу же, как только узнала, что (а точнее кто) именно в ней находится, даже не сомневаясь, что Васт обеспечит её сохранность до тех пор, пока я не придумаю, что с ней делать.

– Разумеется, – не колеблясь и мгновения, ответил Васт. – Она будет в надёжных руках.

Я слабо улыбнулась.

Покалывание от кончиков пальцев уже распространилось по всему телу, а глаза начали предательски слипаться, и я не стала бороться – просто закрыла глаза, угасающим сознанием ощутив ласковое поглаживание по макушке.

«Возможно, удача улыбнётся мне ещё раз, и я смогу переродиться вновь», – последнее, что я успела подумать, прежде чем окончательно погрузилась во тьму.

Друг познаётся в беде

«Кажется, приходить в себя в неожиданных местах становится дурной традицией», – растерянно подумала я, уставившись на пышную крону какого-то дерева, раскинувшуюся надо мной.

Сквозь неё было отчётливо видно кусочек ночного неба, да и прохладный ветер, пронизывающий меня насквозь, ясно свидетельствовал о том, что я лежу где-то на улице.

«Неужели я снова переродилась? – мелькнула в голове мысль, полная чистого удивления. – Вот так просто?»

В подобное чудо верилось с трудом.

Где-то рядом негромко потрескивали ветки в костре, и я ощущала правым боком исходящее от него тепло.

Повернув голову, я с изумлением увидела Ордета, в компании Чалы сидевшего на поваленном бревне возле небольшого костра и сосредоточенно рассматривающего что-то у себя на коленях.

– У меня предсмертные галлюцинации? – спросила я, растерянно разглядывая эту парочку.

– Госпожа! – Чала тут же вскочила со своего места и подбежала ко мне. – Как вы себя чувствуете?

– Тебе не кажется, что в свете последних событий именовать меня госпожой, да ещё и на “вы”, несколько неуместно? – ворчливо спросила я, с её помощью принимая вертикальное положение.

– От некоторых привычек сложно избавиться, – насмешливо откликнулся Ордет. – И ты не ответила на вопрос. Как самочувствие?

– Крайне необычное для того, кто должен быть мёртв, – мрачно ответила я. – Почему я жива? И где мы находимся? Что тут вообще происходит?

– Ну, раз ты способна заваливать нас вопросами, значит, чувствуешь себя хорошо, – весело рассмеялся Ордет. – Что же касается твоих вопросов… – Он пошарил в небольшой сумке, лежавшей рядом с ним, и вытащил из неё два письма. – Вот тут, полагаю, всё написано.

Чала подошла к Ордету, забрала у него письма и передала мне.

Вы были прекрасной дочерью и многое сделали для поместья Лундун. А я был бы последним подлецом, если бы отплатил за добро злом.

Однако даже я не всесилен. Путь в поместье Лундун вам отныне навсегда закрыт. Но ведь мир велик, уверен, вы найдёте в нём своё место.

Я отдал Ордету немного денег – этого вам хватит на первое время.

Удачи.

Подписи под посланием не было, но и так было очевидно, что его написал Эльзир.

Моё сердце наполнилось теплом. Может быть, я была и не во всём согласна с бэкхраном поместья Лундун, но он, определённо, был хорошим человеком. Даже немного жаль, что мы не смогли узнать друг друга получше.

В приподнятом настроении, я открыла второе письмо, написанное рукой Васта.

Татьяна,

Если бы того потребовали обстоятельства, я бы, не дрогнув, дал тебе яд. К счастью для нас обоих, этого не потребовалось.

Бэкхран Эльзир проявил поразительное великодушие и благородство и позволил мне организовать твой побег. Впрочем, слово “организовать” звучит слишком громко – твоя стража всё спланировала сама, мне осталось лишь немного им помочь.

Путём жарких дебатов было решено, что с тобой останутся Ордет и Чала – в своём детском теле ты не можешь путешествовать одна. А они не желают тебя покидать.

У вас будет время до утра – дольше скрывать твоё исчезновение не удастся. Советую использовать это время с пользой и подыскать достойное укрытие.

Как насчёт горы Кисин? Жрицы охотно дают приют женщинам, попавшим в беду, и никогда не выдают их преследователям. Да и некоторые их навыки могут оказаться тебе крайне полезными.

В любом случае, решать тебе.

Надеюсь, однажды наши пути пересекутся вновь.

Васт.

«Вот же хитрый жук, – с теплотой подумала я, сворачивая письмо. – А такую трагедию разыграл!»

– Далеко мы уже ушли от Краца? – спросила я у Ордета.

– Достаточно, чтобы не опасаться быть настигнутыми погоней, – последовал ответ.

– Хорошо, – удовлетворённо кивнула я. – И что теперь вы двое планируете делать?

– То же, что и раньше, – ответил Ордет с улыбкой. – Следовать повсюду за своей госпожой.

– Васт рекомендует мне попросить укрытие на горе Кисин, – заметила я. – И я склонна с ним согласиться.

– Прекрасная мысль, – одобрил Ордет. – Там тебя точно никто не достанет.

– Мужчинам вход на гору закрыт, – напомнила я.

– Обо мне не переживай, – отмахнулся Ордет. – Я найду, где пристроиться.

– А я пойду с тобой, – непривычно категорично заявила Чала. – Меня ведь жрицы пустят?

– Чего гадать – придём и узнаем, – заявил Ордет. А затем игриво подмигнул Чале и добавил: – В крайнем случае, мы с тобой поселимся у подножья горы за пределами их защитного купола, построим небольшой домик и будем жить как семейная пара.

Чала после его слов вся зарделась, как маков цвет, с головой выдавая свою заинтересованность.

«Ну, и славно, – подумала я, с нежностью глядя на них. – Вдвоём они точно не пропадут».

Что будет дальше со мной самой, я решила не загадывать. До горы Кисин пешком не одна неделя пути – за это время многое может случиться.

И словно в подтверждение моих мыслей рядом раздался громкий хруст веток, а затем к нам на поляну вышла фигура, замотанная в чёрный плащ.

В полку прибыло

Ордет тут же вскочил на ноги и обнажил меч, а Чала решительно встала передо мной, явно намереваясь защищать меня даже ценой своей жизни.

Незваный гость между тем насмешливо фыркнул и скинул капюшон, открывая своё лицо.

– Нанзу? – я недоверчиво уставилась на беглого вихо, не в силах поверить, что это и правда он.

– Моя госпожа, – Нанзу послал мне крохотную улыбку, в которой ехидства было поровну с теплом. – Рад видеть вас в добром здравии.

– Не твоими стараниями, – заметила я, впрочем, без тени раздражения или недовольства.

Нанзу не был моим слугой или рабом и имел полное право поступать так, как хочет. На этот раз он предпочёл спасти свою демоническую подружку вместо того, чтобы остаться со мной. И хотя это было довольно обидно, я не собиралась его за это осуждать.

– Что ты здесь делаешь? – я решила сменить тему. Но всё равно не смогла удержаться от вопроса: – И где твоя желтоглазая подружка?

– Из-за неё я и пришёл, – заметил Нанзу, мгновенно став серьёзным. – Не знаю, каким образом с ней связывается её “господин”, – последнее слово он буквально выплюнул с едким презрением, – но она от него узнала о твоём изгнании из поместья Лундун и получила приказ доставить тебя к нему.

«Как быстро распространяются слухи в этом мире», – мелькнуло у меня в голове.

Мне, наверное, стоило бы испугаться. Однако я ощутила лишь лёгкое раздражение от настойчивости моего “жениха”. А ещё бесконечную усталость.

– И ты пришёл, чтобы меня предупредить? – уточнила я.

– Я пришёл, чтобы тебя защитить, – заявил Нанзу. – Если, конечно, ты готова принять помощь предателя.

Я неопределённо пожала плечами.

– Мне не особо понятны твои отношения с Шиа, и меня не радует, что ты с ней сбежал, оставив меня одну со всем разбираться, – призналась я. – Но я не считаю тебя предателем. И если ты желаешь протянуть мне руку помощи, я с радостью и благодарностью её приму.

– Я не оставлял тебя одну, – возразил Нанзу. – С тобой был Васт, и как бы меня он ни бесил, я не сомневался: он скорее сам умрёт, чем позволит кому-то тебе навредить.

Ну, по факту, тут он оказался прав. Васт, и правда, сделал всё, чтобы спасти мою жизнь. За что я ему безмерно благодарна.

– Татьяна, – Ордет пристально посмотрел на меня. – Ты, правда, собираешься довериться этому… – он бросил презрительный взгляд на Нанзу и припечатал, точно поставил клеймо: – демону.

– Улат тоже был демоном, – напомнила я. – Однако спас и меня, и всё поместье Лундун.

– Это не одно и тоже, – возразил Ордет, явно не собирающийся сдаваться просто так.

– Да, это не одно и то же, – согласилась я. – Я уже видела демонов жестоких и беспощадных. Но также встречала тех, кого от людей отличала лишь внешность. Поэтому собираюсь придерживаться простого правила: пока демон не проявил себя с худшей стороны, я буду относиться к нему, как к обычному человеку.

– Безумие! – фыркнул Ордет. И вдруг улыбнулся. – Только ты способна так рассуждать.

И вложил меч обратно в ножны.

– Я не так благороден, как Сиреневая госпожа, – заявил он, вплотную приблизившись к Нанзу. – Так что не надейся на снисхождение, демон.

– И в мыслях не было, – ровным голосом заверил его Нанзу.

– Вообще-то, я больше не Сиреневая госпожа, – напомнила я Ордету. – Так что не нужно меня так называть.

– Для меня ты навсегда останешься Сиреневой госпожой, – отрезал тот. А затем добавил с улыбкой: – Хотя имя Татьяна мне тоже очень нравится. Так что я с радостью буду использовать оба этих обращения. И ничего ты мне за это не сделаешь!

«Какой балбес», – с нежностью подумала я.

– Что же касается тебя, – Ордет вновь посмотрел на Нанзу. – Я буду очень внимательно за тобой следить. И если мне хотя бы на секунду покажется, что ты ведёшь двойную игру, я укорочу тебя на голову.

Нанзу насмешливо фыркнул, и тут я была с ним полностью солидарна. Мало того, что он демон, так он ещё и много лет был вихо поместья Лундун – этот титул за красивые глаза не дают. Куда уж против него выступить обычному рядовому заклинателю.

Однако ни я, ни Нанзу озвучивать эту очевидную истину не стали. Пусть дальше тешит своё самолюбие (и красуется перед Чалой).

А мне остаётся только надеяться, что до реального конфликта дело не дойдёт.

Потому что мне не давал покоя вопрос. Если Шиа действительно до меня доберётся, чью сторону примет Нанзу?

Возле костра

Несмотря на определённые вопросы, роившиеся в голове, и нотки недоверия, зародившиеся в душе, я была рада возвращению Нанзу.

Будучи демоном, он особо не нуждался во сне, поэтому отправил отдыхать Ордета и Чалу, а сам остался на ночное дежурство.

Ордет пытался заартачиться, но, после долгих уговоров, мне удалось его переупрямить и убедить лечь спать.

– У тебя запас сил не бесконечный, – напомнила я ему. – И вряд ли при себе имеется запас бодрящего зелья. Так что сон тебе жизненно необходим. Ты ведь сам сказал, что до утра меня точно не хватятся. Вот и наберись сил. Вдруг они тебе днём понадобятся?

Ордет что-то недовольно пробурчал себе под нос, однако продолжать дебаты не стал. Впрочем, это не помешало ему положить тоненькую подстилку неприлично близко ко мне и лечь спать, сжимая в руке кинжал.

Нанзу лишь насмешливо фыркнул на подобное ребячество, но ничего по этому поводу говорить не стал.

Чала же, немного помявшись, устроилась по другую сторону от меня, подложив под голову свёрнутый плащ.

Нанзу между тем уселся на бревно возле костра и замер, устремив нечитаемый взгляд на пламя, словно пытался разглядеть в нём что-то недоступное обычному взгляду.

Я некоторое время лежала неподвижно, прислушиваясь к тихому дыханию Чалы. А затем, повернув голову и убедившись, что Ордет спит, осторожно поднялась со своего места и перебралась под бок к Нанзу.