Ревизор: возвращение в СССР 62

Глава 4

Италия, Больцано

В субботу у нас прошла очередная встреча с инженерами по поводу детских автокресел и автокресел для взрослых с анатомическим устройством, на которую Тарек пригласил патентных юристов.

Результаты вышли достаточно неутешительные по анатомическим автокреслам.

Юристы сказали, что запатентовать анатомическое кресло можно, но сделать это так, чтобы другие желающие его производить, не смогли этот патент обойти, крайне сложно.

А вот с подогревом кресла выходило уже получше. Тут было надо, главное, сформулировать все правильно. За это они брались.

То же самое с массажем.

А вот с детскими автокреслами ситуация по патентованию была не лучше, чем со взрослыми. Никаких гарантий юристы не дали, что у кого-то не получится обойти патенты на анатомический принцип.

Отпустили инженеров и юристов и сели вчетвером совещаться: я, Тарек, Диана и Фирдаус.

– Что я скажу? – начал я, поскольку все смотрели на меня. – Раз гарантии, что патенты на анатомическое кресло для автомобиля будут работать, нет, считаю слишком рискованным открывать собственный завод и собственное производство этого товара. Не факт, что мы достаточно денег на этом заработаем, потому что главное не просто произвести автокресло, а чтобы его купили. И вот тут у нас вопрос совершенно простой.

Любое предприятие, которое уже установило твёрдые контакты с автопроизводителями, или сами автопроизводители, которые сами для себя эти автокресла делают, смогут легко нас обыграть, если патенты наши обойдут, и эти анатомические кресла сами у себя начнут производить. Единственный вариант – всё же самим производить детские автокресла. Вывести их, возможно, даже в люксовый сегмент. Как и наши чемоданы на колёсиках, они тоже фактически в люксовом сегменте. Не каждый представитель среднего класса может себе его позволить по деньгам.

Но, возможно, самый лучший вариант – это поступить следующим образом. Сразу после того, как всё будет запатентовано, пусть Фирдаус в очередную поездку в Японию с собой прихватит все патенты и чертежи на анатомические кресла, как для взрослого, так и для ребёнка, и обговорит всё это с японскими автопроизводителями.

Возможно, они сочтут разумным не пытаться наши патенты обойти. Тем более, если по подогреву и по массажу это, как юристы заверили, будет сделать достаточно трудно. Так что просто согласятся нам роялти платить за патенты, а задумку эту на своих собственных заводах реализовывать.

По деньгам это может оказаться выгоднее собственного автопроизводства, что уж говорить про хлопоты. Просто будут деньги себе капать спокойно на наши счета.

А уж авторитет Фирдауса в тех японских корпорациях, с которыми он проведет переговоры по этому поводу, взлетит на недосягаемую высоту. Думаю, он будет единственным дилером за рубежом у японцев, который обратится к ним с таким конкретным и интересным предложением. А японцы ценят тех, кто готов планомерно работать над улучшением их машин. Это мы уже с Фирдаусом как-то обсуждали, – сказал я Тареку, посмотрев на его сына. Фирдаус кивнул, подтверждая мои слова.

– Да, Павел, раз ты так считаешь, то я с тобой, пожалуй, соглашусь, – кивнул Тарек. – Вот чемоданы на колёсиках или телескопические трости – тут однозначно мощные патенты, которые нельзя обойти, как оно и вышло. Только подражатели проблемы доставляют.

Кивнув ему, я продолжил:

– И только если с японцами уже не удастся договориться, мало ли, они либо не захотят с нами работать, либо слишком маленькие роялти предложат, которые нас не устроят, тогда уже будем открывать собственное производство. Но только детских автокресел.

Учитывая, что наши чемоданы на колесиках уже отчетливо сформировали представление о «Роза Россе» как производителе предметов роскоши, доступных не каждому по цене, то, думаю, детские люксовые автокресла европейская и зарубежная элита тоже с удовольствием будет покупать. Так что с ценой можно не стесняться. Цена может быть вполне себе хорошей.

Возможен еще один вариант, если с японцами удастся договориться на условии, что все же отдельное производство детских автокресел в люксовом сегменте мы за собой оставляем, а они, к примеру, обязуются их предлагать в разных регионах мира, в том числе в Японии, как вариант доукомплектовки при продажах для состоятельных клиентов.

Тоже за свой процент выгоды, конечно.

Но это я просто небольшую речь о стратегии произнес. Приятно было, что Тарек со мной был согласен. Фирдаус и Диана, раз Тарека все устраивает, тоже поддержали мои предложения.

А дальше мы все это уже вчетвером формализовали. Следующий час записывали варианты, структурировали их, подвергали сомнениям с разных точек зрения, прикидывая, сработают они или нет. Но все же остановились именно на этих двух последних вариантах: полная или частичная работа через японцев.

Закончив с этим, продолжили совещание.

– Теперь вернемся к основной нашей продукции, люксовым чемоданам на колесиках. – сказал я. – Производство стремительно растет. Еще и филиал сицилийский добавляет жару. Завод там, конечно, огромный. Там можно выпускать очень много чемоданов. Но главный вопрос заключается в том, стоит ли нам это делать…

– Что ты имеешь в виду? – тут же спросил меня Фирдаус.

– В данный момент все привыкли, что «Роза Росса» выпускает люксовую продукцию. Чемодан наш стоит дорого, но и качество соответствующее. Но давайте проанализируем, есть ли достаточно много народу с деньгами, которые готовы покупать все то, что «Роза Росса» произведет на двух заводах, в Больцано и на новом сицилийском заводе? С учетом того, что на новом заводе, по моим прикидкам, раза в три можно больше чемоданов произвести, если полностью все цеха занять, чем на территории завода в Больцано. Так это или не так? – спросил я Тарека.

Тот кивнул и сказал:

– Примерно так оно и выходит. Там раньше был огромный завод. Цехов свободных очень много.

– Вот отсюда и вопрос: хватит ли нам потребителей на такое огромное количество люксовых чемоданов? – продолжил я. – Или у нас начнется кризис перепроизводства? Тогда придется сокращать производство и устраивать скидки. Серьезные скидки могут пойти в разрез с представлениями о люксовости нашего товара. Если за счет скидок он упадет до стоимости обычных чемоданов, то большое количество людей смогут себе их позволить. И тогда наши покупатели из элиты начнут корчить брезгливые рожи. Что же это за люксовый товар, который каждый обычный потребитель может себе позволить? Тоже будет дополнительный удар по сбыту и по репутации «Розы Россы».

Так что у меня другое предложение: часть мощностей нового сицилийского завода пустить по двум другим направлениям.

Первое – производство автобоксов. Те варианты, что я с инженерами посмотрел, когда приехал, мне очень симпатичны. Дизайн выглядит футуристично. Качество представленных моделей тоже полностью устраивает. Если такое же качество удастся сохранить при выходе на массовое производство, то рынок это оценит.

И второе. Часть цехов нового завода на Сицилии можно оставить для производства детских автокресел в люксовом сегменте.

– А по чемоданам что будем делать? – спросил Фирдаус. – Так и будем производить ограниченное количество каждый год?

– А это вопрос, который и я сам хотел поднять. Чувствую, что люксовый рынок мы все же насытим, даже если не будем чрезмерно усердствовать с освоением всех мощностей сицилийского завода. А значит, похоже, что пришло время провести переговоры с крупными чемоданными производствами по поводу передачи им патентов на производство в обмен на роялти.

Пора выводить чемоданы на колесиках с телескопической ручкой на массовый рынок. Но при этом, что важно, мы дешевые чемоданы пониженного качества, по сравнению с теми, что сейчас производятся, сами под брендом «Роза Росса» делать ни в коем случае не будем. Пусть и через год, и через три, и через пять, когда все уже абсолютно привыкнут к тому, что чемодан на колесиках с телескопической ручкой может за десять долларов продаваться, все знают, что если такой же чемодан, но с брендом «Роза Росса», стоит пятьдесят долларов, то это люксовая продукция высшего качества. Именно с ней будет по-прежнему модно у богатых людей на публике появляться.

А за счет роялти с обычных дешевых чемоданов, я думаю, можно будет получать миллионы долларов. Тарек, у вас же уже наверняка были заявки от других чемоданных заводов по поводу производства по вашим патентам таких же чемоданов?

– Да, конечно, Павел, – улыбнулся Тарек. – У меня десятки таких заявок. Но пока что мы однозначно отвечали, что не заинтересованы в такого рода переговорах.

– Великолепно, – сказал я. – Это означает, что производители чемоданов полностью созрели. Они смотрят на наши современные чемоданы на колесиках с телескопическими ручками и облизываются, предвидя, какие доходы смогут получать, изготавливая такие же чемоданы для массового сегмента на своих предприятиях. Значит, с них сейчас можно максимальное роялти на переговорах содрать.

Если все проделать как надо, то мы будем получать миллионы долларов в год только за счет роялти с массового сегмента. Так что предлагаю вам, Тарек, немедленно заняться такого рода переговорами.

Может быть, даже каким-то образом искусно столкните между собой тех, кто желает по вашим патентам работать, чтобы они точно знали, что у них есть конкуренты, и цену на роялти надбавляли, чтобы получить право на производство. Но следите, само собой, за тем, чтобы в итоге все же выиграл не тот, кто максимальное роялти предложит, а тот производитель, который все же какие-то минимальные стандарты качества на своих производствах обеспечивает.

Не нужны нам чемоданы, у которых будут на втором месяце использования колесики и ручки отваливаться. Такого рода примеры негативно повлияют и на люксовую продукцию.

И с этим моим предложением согласились.

Важное совещание провели. Но, вроде бы, все основные моменты мы утрясли, которые я хотел во время этой поездки согласовать. Для меня было важно разобраться с этими моментами, чтобы Тарек мог и дальше также эффективно работать.

Диана, кстати, тихонько сидела, понимая, что она во всех этих вещах еще очень слабо разбирается. Но очень внимательно каждое слово ловила. А потом, когда мы совещание закончили, подошла ко мне и несколько вопросов задала в разъяснение того, что понять не смогла.

Молодец. Не пытается прикидываться, что все эти рыночные нюансы полностью понимает. Подходит, чтобы получить от меня все объяснения. Из нее получится хороший бизнесмен. Есть хватка. Полно энергии. Готова по-настоящему учиться, а не притворяться, что все уже знает.

Я бы сегодня еще поработал с теми же инженерами, но по приглашению Дианы к нам в гости приехали Альфредо с Габриэлой. Надо было с ними встретиться, они уже вот-вот должны были приехать из Милана, и мы поехали к особняку Эль-Хажжей их встречать. Так что предложил Тареку в понедельник организовать еще одну встречу с его инженерами. Сказал, что вспомнил еще кое-что, что по машинам можно улучшить. И запатентовав, продавать право на использование патентов или самим новую продукцию производить.

Тарек в большой энтузиазм, услышав это, пришел. И предложил мне эту встречу не в понедельник устроить, а в воскресенье. Понял уже прекрасно, что я трудоголик, и от безделья по выходным маюсь.

– А в понедельник тогда уже юристов позовем, чтобы оценили возможности патентования новой продукции, – сказал он.

Это предложение я безоговорочно одобрил. И верно, не так и много дней осталось до отъезда из Италии, надо максимально расширить фронт работ для «Розы Россы» на время до моего следующего приезда.

Не знаю, правда, когда он будет, тут уж как повезет, но хотелось бы, чтобы все же снова получилось сюда приехать. Уж очень продуктивно мы с инженерами поработали, вполне уже вышли на командную работу. Мои визуальные воспоминания о том, что я видел в будущем, они вполне ловко переводили в свои технические формулы. Сразу же и по материалам, из которых делать надо новое изделие, начинали между собой спорить. И достаточно быстро получался новый товар, который принесет пользу не только для «Роза Россы», но и для людей.

***

Москва, квартира Ивлевых

Звонок в дверь прозвенел необычно. Не так, как близкие друзья и родственники звонят.

Галия пошла к двери и открыла. С удивлением обнаружила там Инну. Да еще и с обоими детьми.

– Привет, Галия, – сказала та, по-хозяйски заходя внутрь с детьми. – Как у вас тут дела? Все в порядке без Пашки-то?

– Спасибо, Инна, все в порядке, – несколько удивленно ответила Галия. Визит вышел совершенно неожиданный. Очень хотелось спросить, почему Инна пришла, заранее не предупредив. Но она от такого вопроса воздержалась. Это было бы как-то не очень вежливо.

Тут же вспомнила, что у Инны совсем недавно день рождения был. И что она ее еще не поздравляла. Тут же торопливо поздравила и сказала:

– А подарок попозже подарим. Паша из Италии его привезет.

– Ну да, куда он денется, – усмехнулась гостья.