Проклятие нуба

Бойцы «Пекинской звезды» аккуратно подкладывали чурбаки под переднюю часть платформы баллист, чтобы стрелы были нацелены повыше в небо. Ага, видимо, хотят засадить стрелы в дракона, когда он будет над замком, и за канаты опрокинуть его, чтобы он упал во двор, или максимально близко к стене, где им смогут плотно заняться бойцы. Ну, это логично, пальни в дракона, когда он будет подлетать к замку по прямой, промахнись, и любуйся потом его кормой, когда он свалит, перепуганный таким неласковым приемом. Закончив с установкой платформ, так, что баллисты смотрели теперь почти прямо в небо, их драпировали серой тканью. Такие же отрезы ткани раздавали бойцам и на стенах, и во дворе.

Минут через пятнадцать беготня практически прекратилась. Видимо, все возможные инструкции, что можно было придумать, уже были даны. Шевеление наблюдалось только у камня воскрешения, на нем то и дело появлялись заходящие в игру игроки, им тут же раздавали отрезы сукна и коротко инструктировали.

От скуки я засмотрелся на это не абы какое, но все же единственное зрелище, в частности, гадая, кто появится у камня следующим, орк, человек, гном, гоблин, хоббит или эльф, и не сразу заметил, что Хань Син перестал размахивать руками в окне. Видимо, куда-то пошел, подумал я, и в этот момент чья-то рука легла мне на плечо. Гид, что ли, подумал я, оборачиваясь. Но это оказался сам кланлидер, поднявшийся к нам на балюстраду.

– Я что хотел спросить, – заговорил он, – как считаешь, лучше всего узнать перед боем, сколько у него осталось ХП?

Я призадумался. Как бы я сам поступил, если бы не было ограничений на количество моих смертей на этом этапе?

– Можно подлететь паре игроков на грифонах поближе к дракону, чтобы увидеть ХП. Двое его не напугают, он их явно атакует. С грифонов можно отпрыгнуть телепортом в лес. Хоть один да уцелеет, и напишет почтой, какое ХП.

– Годится, я примерно также прикинул, – одобрительно посмотрел на меня Хань Син, – только я думаю послать троих, чтобы точно иметь необходимую информацию. Думаю, и трое игроков дракона такого размера не отпугнут от крепости.

– Можно мне одним из них, лидер? – тут же выступил вперед Цинь Кай, видимо, идея увидеть дракона переросла в желание поближе с ним познакомиться.

– Раз сам вызвался, твое право, – одобрил его инициативу кланлидер, – еще двух добровольцев найди сам.

Довольный Цинь Кай стал спускаться по лестнице. Слышавшие разговор игроки скопом бросились к нему, пытаясь уговорить выбрать именно их для участия в рискованной миссии. Дисциплинированные и рискованные игроки тут у них, подумал я, сразу при боссе орать не стали, дождались, когда он отойдет на несколько метров. Да, тем и сильны азиаты, никакого разгильдяйства, в игре как на настоящей войне.

Через полминуты Цинь Кай взмыл в компании двух игроков со двора на вызванных грифонах, поднялись они метров на триста. И тут же он закричал:

– Отчетливо видим дракона! Подтверждаю, это точно он! Летим навстречу!

– Всем, кто на балюстраде, пока что пригнуться, по первому сигналу быть готовым накинуть ткань и замереть! – скомандовал Хань Син, – через пять секунд после этого так же сделать всем, кто во дворе замка! Ткань скидывать только по звуку выстрела баллист!

Тройка смельчаков на грифонах устремилась навстречу дракону, а я углубился в подсчеты. Сверившись с интерфейсом, установил, что письмо от Манивальда о том, что дракон вылетел, пришло пятьдесят две минуты назад. Монстр оказался даже быстрее, чем я ожидал. Кончать его надо, немедленно кончать!

Китайцы на балюстраде, согнувшись так, что над стеной торчали только глаза и верхушки шлемов, во все глаза пытались высмотреть подлетавшего дракона. Я тоже, но пока видел только три хвоста удалявшихся от нас грифонов. Дело пошло получше, когда я достал подзорную трубу. Тут же увидел дракона над самым лесом. Оглянулся, чтобы сказать об этом кланлидеру, но он уже тоже стоял с подзорной трубой в правой руке. Явно подороже, чем у меня, судя по внешнему виду. Вещицы с нефритом вообще у китайцев стоят невероятно дорого.

Раз так, я продолжил наблюдать за драконом. Поскольку находился он еще очень далеко, размер его на горизонте увеличивался очень медленно. Но вот в поле моего зрения появились три крохотных белых точки, стремительно пикирующих на монстра сверху. Молодцы, подумал я, здорово придумали, сначала поднялись на своих грифонах повыше вверх, а теперь почти вертикально вниз пикируют на дракона, так больше шансов успеть рассмотреть его ХП. Большинство крупных хищников с трудом замечают угрозу сверху, их анатомия, в том числе расположение глаз, предназначена в ходе эволюции для концентрации перед собой для успешной атаки. На них-то самих крайне редко кто охотится, ну, по крайней мере, так было, пока человек не заполонил всю планету. Череп дракона был один в один по расположению и форме глаз калькой с головы тигра или льва, значит, идея парней могла сработать.

Пять секунд… десять… двенадцать… три белые точки приблизились к дракону вплотную, внезапно он дернулся, я увидел крохотную красную вспышку, и на горизонте осталась только одна крупная белая точка. Похоже, все же заметил и спалил парней вместе с грифонами. Или кто-то все же успел уцелеть?

Краем глаза я стал наблюдать также и за кланлидером. Если кто-то из добровольцев уцелел, то сейчас он пишет ему письмо. Как-то же Хань Син на него среагирует?

Мои ожидания оправдались. Через полминуты кланлидер на несколько секунд застыл, а затем развернулся ко мне:

– Один все же уцелел. Скастовал невидимость и спрыгнул с грифона перед тем, как тот спалил птичек и наездников пламенем. Итак, ХП дракона 38000. Полностью восстановилось. Разглядели и его название. Великий король смерти. Звучит очень эпично.

Держите меня пятеро! – подумал я обреченно, – и вот когда же эта тварь умудрилась обновить свое здоровье? Вот сейчас же снова начнется вся эта хрень со скелетами и личами! Полный пипец! Так, что там Манивальд писал про то, что перед отлетом дракона несколько десятков поднятой им нежити рассыпалось в прах? Похоже, он убил их, чтобы восстановить здоровье, вот в чем причина!

– Если это чрезмерно рискованно для Вас связываться с ним с полным ХП, то я могу прыгнуть отсюда порталом, и отвести тварь от замка, – предложил я Хань Син.

Ни секунды не колеблясь, тот отрицательно покачал головой.

– Нет, ни в коем случае. Пусть будет полное ХП. Это спортивнее. И так будет больше чести в случае победы.

Ну, я амбициями китайского лидера не был разочарован. Мой-то интерес, чтобы дракона все же грохнули. А интересно ли им сразиться с ним, чтобы стать первыми, завалившими дракона, или потому, что в имени есть слово «Великий», а китайцы фанаты всего великого, не суть важно. Главное – результат. Клиент предупрежден, ему даже предложен вариант избежать проблем, теперь ко мне лично претензий точно не будет.

Что касается меня… теперь, когда я знаю о полном ХП монстра, кладовочка мне очень даже пригодится. И лучше всего уйти в нее сразу, как дракон приблизится хоть на пару сотен метров к замку. Невероятно хочется посмотреть, как китайцы с ним будут сражаться, но при его скорости и ловкости можно отправиться на респ в мгновение ока. Придется смотреть за боем глазами Дхакуна, и удовлетвориться его пересказом.

Хань Син, Замок клана «Пекинская звезда».

Хань Син был воодушевлен. Если бы он не ставил перед собой задач, требующих полного напряжения сил, а иногда и совершения невозможного, он бы не был главой одного из самых мощных кланов в игре. Конечно, имел значение и тот донат, что закачивался им на первых порах в игру от трех посреднических предприятий, оперирующих на торговых рынках Северо-Восточной Азии, владельцем которых он являлся, но обладание деньгами не всегда конвертируется в успех. Успех же был важен практически для каждого жителя Китая, имеющего хоть малейшие амбиции. Принести своей деятельностью пользу своему роду и семье, заслужить одобрение старших родственников, видеть уважение со стороны тех, кто наблюдает за твоей карьерой со стороны – одна из основ социальной жизни в Китае.

Когда в последние годы киберспорт прочно перешел в общественном мнении из разряда баловства в вид бизнеса, в котором можно зарабатывать деньги, Хань Син, почувствовав его потенциал, нашел трех толковых управленцев, перепоручил им свои предприятия, а сам со всей энергией, уже позволившей ему стать к тому времени долларовым миллионером в реале, погрузился в Эгиду. Доната на первых порах он не жалел, зато последние полгода «Пекинская звезда» стала его четвертым прибыльным предприятием, приносившим солидные средства каждый день. И, честно говоря, заниматься здесь бизнесом было значительнее интереснее, чем в реальной жизни.

Прибыль пока что Хань Син выводил в реал, но подумывал о том, чтобы найти новые направления для зарабатывания денег в игре. Может быть, основать еще один клан, якобы конкурирующий, чтобы не держать все яйца в одной корзине? Или нанять дополнительно несколько тысяч наемников и основать свое королевство? Пока что ни один клан такого совершить не смог, имеющиеся в игре монархи поделили между собой практически всю территорию на карте, и ревностно следили за ее неприкосновенностью.

Предпринятая несколько месяцев назад одним из самых сильных кланов «Молот гнева» попытка захватить с этой целью часть территории орочьего королевства Рукхатана, в момент, когда оно сцепилось в схватке с другим орочьим королевством Хангостамом, привела к неожиданному результату. Сражавшиеся враги тут же помирились и объединенными силами отправили все четыре тысячи игроков на респ. Клан после этого провалился на три позиции в рейтинге, потеряв множество снаряжения и вложенных во вторжение денег, и все остальные кланы недвусмысленный намек от системы поняли. Хань Син никогда не нужно было намекать дважды, но он знал, что однажды кто-то все же сможет основать и защитить свое королевство, и был решительно настроен на то, чтобы первым королем из числа игроков стать самому.

Письмо с предложением охоты на дракона он в первую минуту счел розыгрышем, и даже едва не удалил. Но затем какой-то внутренний импульс заставил его перечитать письмо еще раз, и в нем зародились сомнения, что оно похоже на шутку. Да, многие знали, что в Лантасире внезапно после убийства короля он переродился в белого дракона. В конце концов, он решил, что разве он что-то потеряет, если даст предварительное согласие? Нужно встретиться и посмотреть на игрока, предлагающего подобный квест. Тем более что он лично не слышал ничего о шутниках, готовых разозлить один из самых серьезных кланов в игре подобной шуткой. После такого останется только удалять персонажа, комфортной игры больше не будет. Так пошутить мог только незрелый ребенок, но письмо по стилю не могло принадлежать ребенку. Да и пробиться в игру с 18 плюс ребенок вряд ли смог бы. Вот за чем точно владевшая игрой корпорация следила неустанно, так это именно за этим, прекрасно понимая, какие огромные штрафы за развращение несовершеннолетних тогда придется выплачивать, и какие уголовные дела будут возбуждаться против конкретных чиновников из администрации игры.

Дополнительным побуждением к сделке было примечание в письме, что такое же предложение получил и японский клан. Хань Син прекрасно понимал, что только ленивый не знает о сложных отношениях китайцев и японцев что в реале, что в игре, и это может быть только дополнительной уловкой со стороны автора письма, чтобы заставить его согласиться на сделку. Да, все это правда. Но если и в самом деле предложение реально, то он действительно не может отдать япошкам право охоты на белого дракона. Никто еще не смог убить дракона в игре, и клан, который сделает это первым, получит большое лицо! И это лицо однозначно должно быть китайским, а не японским!

Встреча с Троем произвела на него приятное впечатление. Прибывший на переговоры игрок не суетился, не пытался наплести с три короба всякой ерунды, чтобы заставить поверить в свои слова, как это свойственно мошенникам, которых Хань Син повидал в своей жизни более чем достаточно. Он был и собран, как если бы решал серьезную задачу, и расслаблен одновременно, как будто для него привычно общаться с кланлидерами сильнейших кланов, а в глазах даже проглядывало какое-то веселье. При этом речь не шла ни об опьянении, ни о наркотическом кайфе, эти признаки сведущий человек может легко рассмотреть и на лице гнома, благо разработчики игры сделали возможности по передаче эмоций на лицах как в реале. Блестяще он прошёл и тест на стояние в ожидании перед его столом, за которым Хань Син делал вид, что погружен в какие-то заботы. Сопляки или неуравновешенные личности начинали, как минимум, переминаться и сопеть, демонстрируя свое недовольство. Гном же и глазом не моргнул. Все признаки свидетельствовали, что к нему пришел серьезный человек с реальным предложением, и кланлидер перевел ему 20000 золотых еще до появления дракона, хотя первоначально и не собирался этого делать.

Обрисованные Троем аспекты поведения дракона в битве, соответствовали традициям поведения боссов в игре, хотя масштаб поднятия нежити и потрясал. Ну что же, он может бросить на дракона минимум две тысячи своих бойцов. И пусть обычная магия и лучники будут бесполезны, есть у него бойцы с редкими заклинаниями, которые в этой битве смогут устроить дракону неприятные сюрпризы.

Полученная от трех добровольцев информация, что ХП дракона полностью восстановилось, кланлидера не испугала. Напротив, словно какой-то камень сняли с души. Даже удивившись сперва тому, что он рад, что дракон не подранен, он уже через несколько секунд понял причину своей радости. Они сразятся с полным сил монстром, и никто в случае победы не посмеет заявить, что они всего лишь добили подранка, сбежавшего от другого клана, тем самым умалив их победу!

Хань Син смотрел за стремительно приближающимся драконом с балюстрады своего замка, и сердце его пело от радости. Это была та минута, ради которой и стоило быть в игре, и даже если дракона победить не удастся, величие ее не будет им забыто никогда. Его замок, его клан, и подлетающий к нему дракон! Это все равно, что попасть в легендарную эпоху первых тысячелетий становления Китая, когда великие драконы бросали вызов королям и героям.

Скоро дракона можно было легко различить и без подзорной трубы, и шелест голосов, обменивающихся информацией об этом, облетел балюстраду. Дождавшись, когда дракон приблизится на две сотни метров, Хань Син негромко скомандовал:

– Накрыться тканью!

Две секунды – и приказ был выполнен бойцами рядом с ним, тем, что были подальше, команду передали товарищи. Конечно, в ткани были сделаны заранее прорези для глаз, чтобы включаться в битву по приказу кланлидера, уже имея некоторые данные о ситуации вокруг. Убедившись, что его команда выполнена, кланлидер также накрылся отрезом ткани. И через несколько секунд увидел, что дракон уже летит в сотне метрах над замком. Поразившись его скорости, тут же скомандовал:

– Баллистам – огонь!

Расчеты орудий молниеносно сбросили ткань с себя и принялись выжидать, когда все еще замаскированные тканью баллисты окажутся на траектории полета дракона. Примитивное устройство не позволяло целиться другим способом, будучи слишком тяжёлым и неповоротливым. Все, что оставалось – надеяться, что дракон пролетит по траектории выстрела, и угадать, с каким упреждением спустить курок. Надежду на попадание давал не только опыт расчетов, регулярно тренировавшихся в стрельбе, но и огромный размер мишени. Поскольку каждую из баллист устанавливали так, чтобы они были нацелены в разные сегменты неба над замком, возможность сразу представилась одной из них. Громко щелкнула спускаемая тетива, и огромная стрела впилась в левое крыло дракона. Дракон оглушительно взревел, а расчёт поступил так, как ему было заранее приказано – подготовленными заблаговременно длинными рычагами спихнул баллисту со стены, чтобы она потянула дракона вниз. Чтобы не пострадали находившиеся во дворе также замаскированные тканью бойцы, им было заранее велено не ложиться возле замковой стены в местах установки баллист.

Баллиста ухнула вниз, и натянувшийся тут же канат заставил дракона ощутимо просесть вслед за баллистой. Впрочем, ее вес оказался недостаточен для того, чтобы она рухнула во двор, где бойцам было приказано тут же хвататься за канат и тащить за него дракона к земле. Взмахнув крыльями, дракон вернулся на прежнюю высоту, а баллиста, пролетев по длинной траектории, шумно врезалась в стенку замка. В следующую секунду дракон полетел дальше, а баллиста заскользила по стене замка вверх, пока не уткнулась в толстую балку крыши. Несколько черепиц упало вниз, расколовшись о камни во дворе, но балка выдержала, и канат резко дернул дракона вниз. Пытаясь вырваться, дракон захлопал крыльями, полетел влево, запаниковав, и попал на траекторию выстрела еще одной баллисты. Снова щелкнула тетива, и вторая стрела воткнулась в левое бедро дракона. Еще через секунду расчет также скинул баллисту, от чего дракона резко повело вниз. Увидев, что он снизился в результате до семидесяти метров, Хань Син скомандовал:

– Лу Гуан, сейчас!

Один из его лучших воинов купил как-то редкое заклинание, которое идеально годилось для такого случая. Он очень сомневался, когда увидел в продаже свиток за 3500 золотых монет с непонятным названием «Объятия», но все же приобрел его. Оказалось, что заклятия действует на единичную мишень как смирительная рубашка из лиан, обвивающая все ее тело. Баллисты сыграли свою роль, дракон спустился на высоту, на которой Лу Гуан, ждавший приказа на крепостной стене, сможет скастовать свое заклинание. Получив команду, он так и сделал. Мгновение – и тело дракона оказалось опутано густой сетью лиан, зафиксировавших и его крылья в развернутом состоянии. Конечно, сила дракона позволила ему, взмахнув крыльями, порвать большинство лиан, но пока он это делал, он потерял еще двадцать метров высоты. Лу Гуан снова скастовал то же самое заклинание, и ревевший от негодования дракон снова оказался весь увит лианами, потеряв еще несколько метров высоты. В результате вторая баллиста рухнула на песок замка, и ждавший этого момента кланлидер тут же скомандовал:

– Тянем дракона к земле!

Бойцы во дворе замка, только и ждавшие этой команды, тут же скинули с себя ткань и метнулись к упавшей баллисте. Чтобы не терять время, они использовали и телепорты, и прыжки. Несколько секунд, и больше дюжины бойцов облепили баллисту со всех сторон, чтобы не дать дракону оторвать ее от земли, а пятеро, забравшись на нее, стали тянуть дракона за канат вниз. Еще несколько десятков игроков подскочило им на помощь, но места для них не нашлось.

Дракон вначале сопротивлялся, пытаясь взмыть повыше, но в третий раз скастованное заклинание «Объятия», похоже, взбесило его, и он пикирующим бомбардировщиком устремился к земле. Первыми жертвами стали бойцы, облепившие со всех сторон баллисту, факел пламени из драконьей морды не оставил им ни одного шанса. Хань Син тут же скомандовал:

– Балюстрада – копья!

Теперь уже игроки на балюстраде, скинув с себя ткань, выхватили копья и принялись метать их в дракона, оказавшегося на их уровне. Сотни копий устремились в сторону дракона, и первоначально казалось, что все они воткнулись, что исторгло из глоток бойцов вопль восторга, но, едва дракон предпринял очередной резкий поворот, копья посыпались дождем вниз, оказалось, что они просто завязли в скастованных ранее на монстра лианах. Раздался громкий треск, застрявшая ранее под балкой кровли баллиста высвободилась, взлетела над крышей и полетела вниз за стремительно огибающим замок драконом, как летает консервная банка, привязанная к хвосту бегущего кота. Описав полукруг, она врезалась в балюстраду, снеся несколько воинов вниз, и устремилась дальше за драконом, который, казалось, решил облететь вокруг замка. Еще через секунду натянулась и взлетела в воздух вторая, занявшаяся огнем от пламени дракона баллиста, которую некому было больше удерживать. Дракон резко свернул за угол, а привязанные к нему баллисты обрушились на бегущих по двору игроков, сметая их десятками. В этот момент дракон открыл пасть и стал поливать все вокруг пламенем, длинный факел прошелся по стене замка, по десяткам разбегающихся внизу бойцов, наконец, когда дракон взлетел повыше, по тут же занявшейся огнем балюстраде. Хань Син закричал:

– Рубите головы убитым! Не дайте дракону их поднять против нас!

После очередного поворота дракона баллисты со всего маха врезались в крепостную стену, и горящая баллиста, не выдержав, разлетелась на составные части. Первая же уцелела и вновь взлетела за драконом невысоко над землей, рядом с горящим канатом от второй, заставляя игроков, рядом с которыми пролетала, бросаться на землю или отпрыгивать в сторону. Дракон оказался с той стороны балюстрады, где для него у кланлидера был приготовлен еще один сюрприз:

– Джимми Шам – давай!

Стоявший на балюстраде игрок с редким заклинанием «Наледь» тут же скастовал его на дракона. Тут же все туловище дракона, включая множество лиан, покрылось коркой льда толщиной в два сантиметра.

Неожиданная тяжесть и потраченное время на то, чтобы сломать лед на крыльях заставили дракона просесть на десять метров. Джимми Шам же кастовал заклинание снова, и снова, делая усилия монстра освободить крылья бесполезными. Спустя несколько секунд дракон всей массой рухнул на землю двора, раздавив десятки бойцов. Выглядел он прямо-таки мистически – толстый ледяной панцирь по всему телу ярко блестел в лучах солнца, слепя глаза всем, кто на него смотрел. Секунду дракон лежал, ошеломленный падением, но после этого зашевелил крыльями и на обледеневшей морде блеснуло пятнышко огня. Явно он начал прожигать наледь на морде своим огнем. Хань Син приказал:

– Физический урон – все вперед!

Подскочившие с секирами и топорами игроки стали рубить дракона, но столкнулись с проблемой. Скастованные поочередно Лу Гуан и Джимми Шамом заклинания «Объятия» и «Наледь» покрыли все тело дракона оледеневшим слоем лиан, которые рубились чрезвычайно плохо, снабдив монстра, по сути, дополнительным панцирем из армированного льда. Остро наточенное оружие отскакивало от него, в результате чего один из игроков тут же почти наполовину разрубил соскользнувшей в сторону секирой другого. Тем временем пламя дракона протопило лед на морде, и узкая струя пламени ударила смертельным двадцатипятиметровым лучом по двору, сжигая все на своем пути. Лед на морде дракона стремительно уступал пламени, струя пламени расширялась, и вскоре он смог освободить ото льда шею. После этого дракон принялся окатывать огнем свои плечи и передние лапы, освобождая их тоже ото льда и лиан, сгоравших в пламени. Попутно сгорали и игроки, не успевавшие отпрыгнуть в сторону. Более-менее безопасно возле дракона стало возможно находиться только с хвоста, но и там из-за ледяного панциря нанести значимого урона не получалось.

Хань Син был в замешательстве. План, как заставить дракона спуститься во двор, чтобы начать наносить мощный физический урон, сработал блестяще. Вот только значимый урон наносить не получалось. Там, где были лед и лианы, урон не проходил. А там, где не было, дракон обращал игроков в головешки. И вот-вот монстр освободится полностью… Что же делать? На худой конец у него был еще игрок с заклинанием «Испуг». От него любой противник пугался с восьмидесятипроцентной гарантией на две минуты, и в ужасе убегал. Но это был его способ избавиться от дракона, если справиться с ним не получится. Настал ли уже этот момент?

Памятуя о рассказе Троя, никаких петов на дракона они натравливать не будут. И, как назло, уцелевшие две баллисты стояли на балюстраде с той стороны, с которой их заслонял от дракона замок.

Пока кланлидер лихорадочно перебирал варианты дальнейших действий, дракон растопил ледяной панцирь вплоть до задних лап, обретя почти прежнюю гибкость. За несколько секунд до этого атаковавшие сзади игроки благоразумно отскочили на тридцать метров, оставив монстра в полном одиночестве. Дракон сосредоточился на задних лапах, и через несколько секунд, осознал Хань Син, у него во дворе будет бесноваться почти неуязвимый многотонный монстр с мощным огнеметом. Бой проигран. Эксклюзивные заклинания не сработали. Чтобы не получить более серьезных последствий, необходимо было принимать меры. И кланлидер скомандовал:

– Чжан Хаофу, действуй! Дважды!

Стоявший на балюстраде игрок коротко поклонился и дважды скастовал испуг на дракона.

Эффект заклинания оказался неожиданным. Хань Син рассчитывал, что дракон, освободившись от ледяного панциря, взмоет в небо и исчезнет с территории клана. Но, растопив лед на задних лапах (при этом второй канат с уцелевшей баллистой тоже загорелся), дракон внезапно побежал с огромной скоростью прямо к замку, пыхнув по дороге к нему дважды пламенем по сторонам, как будто расчищая себе дорогу. Не останавливаясь, он врезался в огромные деревянные ворота, служившие для подвоза продуктов с заднего хода, проломил их с первого раза, несмотря на то, что они были сделаны из пятисантиметровых досок и обиты стальными полосами, и скрылся внутри. Почти сразу же из проделанной дыры вырвались языки пламени.