Проклятие нуба

– Может, мне закрыть тебя в этом шкафу, чтобы тебя, бесполезного идиота, тоже сожрали крысы? – продолжал бушевать принц, но камердинер облегчённо выдохнул, уловив чуткими ушами, что тональность рева хозяина изменилась, голос звучал тише и уже не так злобно. Бояться стоило, если голос разозлённого принца гремел все сильнее и сильнее. Тогда уже речь шла не об угрозах, а о вполне конкретных обещаниях, которые часто тут же воплощались в жизнь.

– Ну что же ты молчишь, скотина, как будешь исправлять свою ошибку? – снова заорал Гаммел. Успокоенный камердинер тут же выпрямился. Угадал, время помирать еще не пришло.

– Ваше Высочество, чтобы не тревожить Вас новой примеркой, предлагаю поручить портным пошить новый камзол по остаткам погрызенного клятыми грызунами! До бала еще две с половиной недели, они успеют в срок! Позвольте мне также пригласить гоблинов-крысоловов для зачистки замка от проклятых крыс, от них совсем житья не стало!

Проблема крыс была постоянно актуальной для троллей. Трехметровые гиганты нуждались в больших объемах мяса, а там, где много мяса, много и вкусных объедков, которые буквально сводили с ума крыс, заставляя их наводнять замки троллей. Огромный тролль мог палицей раздробить валун, но успешно охотиться за предпочитающими узкие ходы мелкими грызунами получалось крайне редко. В то же время мелкие и худые гоблины были будто созданы для охоты на крыс. В краях, где жили тролли, охота на крыс в их владениях была для гоблинов самым выгодным ремеслом, поскольку подземные жители владели многочисленными рудниками и щедро платили тем, кто обеспечивал им необходимый комфорт.

Махнув рукой камердинеру, что означало, как тот прекрасно понял, санкцию на выполнение его предложений, принц вновь обратил свое внимание на пиршественный стол. Из двадцати блюд он отведал уже пятнадцать, и был большой соблазн не оставить без должного внимания и пять оставшихся. Рябчики, томленные в томатном соусе, красная рыба, приготовленная на пару, жареные вперемешку с вешенками шампиньоны, бок вепря, начиненный яблоками, оленина с морковью – все эти блюда, безусловно, заслуживали внимания его высочества. Часть добычи была доставлена поварам пещерными медведями, исправно охотившимися в окрестных пущах в свободное от несения охранной службы время, часть особым отрядом егеря, старавшегося угодить хозяину широким ассортиментом дичи на столе. Между тем на пороге снова возник только что ушедший камердинер.

– Чего тебе снова-то? – проворчал принц, хотя новое появление слуги его и заинтриговало. Вот только ему бы лучше в этот раз появиться с хорошими новостями.

– Ваше Высочество, Пунгунган просится к Вам на прием! Говорит, поймал добычу, которая может очень даже заинтересовать Вас!

Принц поднял брови. Пунгунган возглавлял крохотный отряд орков, посаженный в тупиковой пещере, ответвляющейся от подземного хода к запасному входу. Раньше поста там не было, но после возмутительной и так до конца и необъясненной кражи нескольких артефактов из дворца полтора месяца назад, пришлось усилить меры безопасности. Размер пещеры делал перемещение там троллей возможным, но неудобным, для орков же там было вполне просторно.

– Зови-ка его сюда, послушаю, что он там добыл! – проворчал принц, озадаченно уставившись на свои руки. Как оказалось, в его правой ладони загадочным образом оказался рябчик, хотя только что он думал устроить еще минут пять перерыв, чтобы дать желудку немного отдохнуть от предыдущих дегустаций. Философски вздохнув, мол, видимо, это судьба, Гаммел Зоросан отправил птичку в рот и через секунду блаженно зажмурился. Повар, как обычно, был на высоте!

В коридоре послышался топот ног. Через несколько секунд трое орков вошли внутрь. Пунгунган возглавлял отряд, двое остальных волокли тщательно спеленатого веревками гнома.

– Вижу, вы поймали гнома, экая невидаль! – презрительно прокомментировал их появление разочарованный принц, – и даже зачем-то оставили вонючку в живых. Хотите сделать запасы на голодную пору года?

– Позвольте, Ваше Высочество, объясниться, – решительно шагнул вперед Пунгунган, – как Вы, возможно, слышали, у меня лучший нюх среди моего народа. Так вот, когда замок был ограблен, и мы недосчитались нескольких артефактов, я тщательно обследовал все места, в которых мог таиться вор. Так вот, от пойманного нами гнома запах тот же, что был и на месте преступления!

Услышанное воодушевило Гаммела. Он даже встал со своего кресла, что заставило всех орков, следуя этикету, преклонить колено. Гнома при этом бесцеремонно бросили на пол, его шлем глухо стукнулся о каменный пол.

– Вы это, полегче, если конечно, воришка еще жив, – принц подошел к пленному.

– Жив, Ваше Высочество, жив! – радостно сказал Пунгунган, чрезвычайно довольный интересом принца к пленному, – услышал, я, значит, шаги у нашей пещерки, да выглянул. А там он стоит, задравши башку, я и метнул палицу, да и попал прямо по ней! А больше мы его и пальцем не тронули!

– Знаю я ваше «пальцем не тронули», – проворчал тролль, обходя связанного гнома и внимательно рассматривая его, – здесь все вещи, что при нем были?

– Посох мы оставили в прихожей, Ваше Высочество! – отчитался руководитель отряда, – копья не было. Сумка при нем!

Принц увидел, что старательные орки даже меч с кинжалом примотали прямо к пленному. Их рукоятки говорили сведущему в оружии эксперту о высокой стоимости. А Гаммел как раз таким экспертом и был, как, впрочем, и всякий высокородный тролль, два часа в день тренирующий свои военные навыки с высококлассными экспертами посредством лучшего имеющегося оружия.

– Ну-ка, растормошите мне его! – повелел принц, – можете воспользоваться кувшином с водой с моего стола.

Один из орков тут же метнулся к столу и, схватив ближайший кувшин, подбежал с ним к пленному.

– Но-но-но! – притормозил его Гаммел, – ты смотри, что хватаешь своими лапами! Сцапал, понимаешь, кувшин с лучшим вином, что только есть на столе! Да оно стоит, как твое жалованье за полгода! Лучшее винтейское урожая десятилетней давности! Дороже подают только у батюшки, да и то по особым поводам!

Провинившийся орк, низко поклонившись в знак признания своей вины, сбегал к столу еще раз, вернувшись с нужным кувшином. Гнома тут же перевернули лицом вверх и плеснули в него как следует водой. Пленник закашлялся, брызгая попавшей в горло водой, и открыл глаза.

Трой, замок Принца Южного склона.

Мне показалось, что я тону. И, как в кошмаре, даже не могу пошевелить руками и ногами. Судорожно вдохнув воду и закашлявшись, я открыл глаза. Все оказалось гораздо прозаичнее, воды вокруг не было, но зато мне прямо в лицо уставилась огромная рожа. А затем она заговорила:

– Как ты смог украсть вещи из замка, вор?

Боль в затылке тоже кое-что мне объяснила. Пипец! – подумал я, вот это и называется из огня, да в полымя. Спасался от дракона, а попал к троллям в лапы. Неоправданно расслабился, вот как это называется. Турист, блин, только что не насвистывал, пока потолок разглядывал.

С другой стороны, я же шел вслед за петом, да и Дхакун был на контроле. И все это оказалось совершенно бесполезным. Похоже, что слуги этого огромного тролля сидели в том закутке, где я нашел свою подзорную трубу. Пет просто пролетел мимо по основному коридору, а Дхакун заметил их слишком поздно. Пазл у меня, конечно, сложился, но ситуация была пренеприятная. Что отвечать троллю, в голову абсолютно не приходило. И неприятные последствия дебаффа оглушения скорости мышления не способствовали. Была лишь одна совершенно неконструктивная мысль, а не скинуть ли на голову задавшего неприятный вопрос тролля по привычке валун? Неконструктивная, поскольку у меня было явно слишком мало информации для такого радикального шага. В итоге неудивительно, что пауза слишком затянулась.

– Может, вы его слишком сильно по голове огрели, а, варвары бессердечные? – огромная рожа развернулась куда-то в сторону. Повернув голову вслед за взглядом тролля, я обнаружил в том направлении трех хорошо вооруженных орков.

– Ну что Вы, Ваше Высочество, мы его бережно взяли! Возможно, раз он не хочет говорить, позвать палача? – заговорил тот из орков, доспехи которого были побогаче. Червленый серебром серый доспех, не ниже очень редкого, длинный прямой меч, шлем с высоким забралом с причудливым гребнем в виде небольшого черного дракончика.

Рассмотрел я и тролля, явно из благородных, что было понятно не только из богатого словарного запаса, но и по одежде и оружию. Тролль был без доспехов, в зелёном бархатном камзоле, таких же штанах, и мечом на поясе такого размера, что сгодится и для того, чтобы по-быстрому заколоть слона. Это был даже не двуручник, а двуручник два плюса, гарда которого был украшена не только самоцветами, но и снабжена острым шипом, чтобы действовать им как кинжалом в ближнем бою в тесном месте, где нет места размахнуться таким огромным мечом. При малейшем движении тролля оживали десятки килограммов мышц, которые в изобилии бугрились по всему телу. Похоже, вот он и есть, принц тролльего замка, собственной персоной! Приглядевшись слезящимися от головной боли глазами, я заметил и подтверждающую мои предположения надпись над его головой:

Гаммел Зоросан, Принц Южного склона. 350 уровень, 5600 единиц жизни.

На шее «приближенной к императору особы» висела золотая цепь с круглым медальоном, такой толщины, что ее в 1990-х не постыдился бы таскать и бригадир крутых московских рэкетиров, а пальцы были унизаны толстыми перстнями, имевшими явно не только ювелирную ценность. И пальцы жили своей жизнью, пощелкивая суставами, тем самым выдавая неспособность к сдержанности их владельца.

Прикинув, что дальнейшее молчание не в моих интересах, ну не люблю я с некоторых пор палачей, я заговорил. Идею убить принца валуном я отринул, как несостоятельную. Ну, убью я тролля, и, если повезет, еще несколько его подручных, но остальные меня, раз я так аккуратно связан, все равно порубят на кусочки. Поскольку новые умные мысли в голову упорно не шли, осталось мне петь перепев той же песни, которой я занимался последние сутки:

– Господин, позвольте уточнить. Да, я взял некоторые вещи у Вас. Но сделать меня это заставил дракон. Моей воли в этом поступке не было.

Тролль аж на несколько секунд замер, оторопев от моей сентенции. Видно было, как он пытается осознать то, что я ему сказал. Орки почтительно молчали, видимо, будучи приучены своих идей без запроса хозяина замка не высказывать. Наконец, Принц заговорил:

– Какой такой дракон, говоришь?

– Белый, Ваше Высочество! – поспешно ответил я, несколько запоздало вспомнив, что принцев надо величать не просто господин, а значительно более помпезно. Особенно если ты перед этим их нагрел на большую сумму, а теперь лежишь увязанный, как почтовая бандероль, у их ног.

– Но в наших краях нет никаких белых драконов! – нахмурился Гаммел, – были бы, я непременно знал бы об этом!

– Увы, мой принц, увы, есть! – начал сокрушаться я, – полтора месяца назад он захватил меня в рабство, и заставляет воровать для него ценные вещи. Кончилась моя вольная жизнь, увы, увы!!! Ваше Высочество, я простой ремесленник, артефактор! Я хочу создавать прекрасное оружие, а не воровать у почтенных господ!

Мозги все же потихоньку заработали, простимулированные перспективами встречи с палачом, и я стал плести сеть из лжи, чтобы поймать в нее, если получится, тролля. Своей пространной сентенцией я хотел намекнуть ему максимально прозрачно, что казнить или вредить мне не стоит, я таки могу пригодиться как артефактор. Вряд ли артефакторов в игре пруд пруди, а вещички они делают достаточно ценные, чтобы предпочесть видеть их живыми, а не мертвыми.

– Артефактор? – переспросил Принц, и я незаметно выдохнул, поняв по выражению его огромных глаз, загоревшихся алчностью, что моя задумка сработала, и убивать меня прямо на месте он уже не будет, – это хорошо, что артефактор, будешь отрабатывать свои прегрешения передо мной. Какой у тебя уровень?

– Шестой, Ваше Высочество! – максимально робко, как и подобает попавшему в такую передрягу ремесленнику, ответил я.

– Ну что же, бывает и лучше, но и так будет с тебя польза, будет! – тролль довольно заулыбался, глядя на меня хозяйским взглядом, – все, теперь ты раб не белого дракона, а мой!

– Я очень счастлив, Принц, что мне больше не придется воровать у почтенных господ! – и я тоже попытался нагнать побольше радости в лицо, – но тогда дракон придет сюда за мной, чтобы вернуть меня себе! Так всегда бывает, когда я где-нибудь слишком долго задерживаюсь!

– Ну что же, пусть приходит, и я объясню ему, кто хозяин Южного склона хребта Гвомон! – воинственно заявил тролль, величественно положив лапу на рукоять огромного меча.

– Я восхищен Вашей силой и величием, Ваше Высочество! – радостно заверещал я, причем изображать радость мне пришлось лишь частично. Если тролль готов сражаться, то кто знает, может, эти огромные гиганты справятся там, где прокололось уже два клана игроков? От троллей-то я все равно сбегу однажды, это геморрой не того уровня, как беспрестанно охотящийся на меня огромный дракон. Даже если сразу сбежать не удастся, мне достаточно просто посидеть месячишко, прокачивая артефакторику у принца в замке, пока не закончится первый этап моего испытания. А потом просто убиться, и возродиться у деревушки в ковбойском стиле на краю пустыни, надеюсь, что ограничения на количество жизней с меня на втором-то этапе снимут.

Ну что же, надо теперь сделать так, чтобы тролль не вступил в битву с драконом малыми силами, и будем надеяться на лучшее.

– Позволю себе только, Ваше Высочество, предостеречь Вас, что белый дракон очень опасен, и Вам пригодятся Ваши лучшие воины в этом бою! Дракон огнедышащий, что позволяет ему быстро убивать врагов! Я видел, как он сражался с сотнями людей и орков! Когда они смогли уронить его жизнь наполовину, он поднял всех убитых врагов в виде скелетов. Когда от жизни осталась четверть, он поднял всех убитых врагов в виде личей! Люди и орки не смогли совладать с ним! Он перебил сотни их и смог уцелеть!

Слушая мое повествование, тролль внезапно утратил прежний амбициозный вид, и я на мгновение испугался, что перестарался. С одной стороны, действительно нужно было предупредить Принца об особенностях военной тактики дракона, чтобы он не поперся на него с парой слуг, и не слил всю битву еще быстрее, чем китайцы. С другой, как бы меня сейчас не подняли и не оттащили в лапы дракону, по-прежнему спеленатого, как дорогой подарок, чтобы он свинтил из этих краев. И плевать на возможную выгоду от моих скромных умений в артефакторике.

– Впрочем, у них не было таких великих воинов, которых я вижу сейчас перед собой в Вашем лице, Ваше Высочество! – поспешил исправиться я, – даже представить себе не могу, какая невероятная воинская слава обрушится на победителя дракона! Все королевства буду обсуждать, как он был сражен, барды будут слагать поэмы о Принце Гаммеле Зоросане, победителе дракона!

Ну что же, как оказалось, грубая лесть работает! Сиятельные перспективы славы после победы над столь серьезным противником заставили лапу тролля снова воинственно опуститься на рукоять меча. Впрочем, он тут же доказал, что полным дурачком вовсе не является:

– Так, гнома в темницу, и позвать ко мне капитана! – обратился он к вытянувшимся в струнку оркам, а затем повернулся снова ко мне, – надеюсь, вор, ты понимаешь, что если сказал хоть слово лжи, то умирать будешь долго и мучительно?

Я тут же изобразил испуг на лице:

– Как можно, Ваше Высочество! Я артефактор, а белый дракон обязательно заявится вскорости!

Двое орков тут же подхватили меня и потащили куда-то, надо полагать, в тюрьму. Их лидер, третий орк устремился в другую сторону. Внезапно тролль снова заговорил:

– Стойте!

Орки тут же замерли на месте, больно швырнув меня на пол. Замер и посланный за капитаном орк.

– Нет, Пунгунган, ты иди за капитаном, как шел, – махнул ему огромной рукой Принц.

Орк тут же рванул с места в карьер. Тролль же повернулся ко мне.

– Как считаешь, гном, дракон появится со стороны пещеры, или с центрального входа?

– По той же пещере, в которой меня остановили Ваши слуги, Ваше Высочество! Я и не знаю, где центральный вход!

Принц усмехнулся, и мотнул головой оркам, указывая, что меня можно конвоировать дальше. Немедленно меня схватили и потащили. Над головой проплывал высокий, тщательно выровненный потолок. При росте троллей в три метра, потолки составляли все пять. Вот что значит дворец принца Южных склонов!

Затем меня метров сто протащили уже по узкому коридору, впрочем, таким он казался после огромного зала, а на деле был метра три шириной и те же пять метров в высоту. Видимо, некий необходимый стандарт для жилья благородных персон.