- -
- 100%
- +
— Кто такой Андрей?
— Прораб, с которым я работаю шесть лет. Он не начнет монтаж без проекта.
— Мои строители тоже умеют читать чертежи.
— Тогда пришлите квалификацию и контакт ответственного. Я не навязываю подрядчика, но должна понимать, кто исполняет узлы.
Максим выпрямился.
— Вы всегда разговариваете с клиентами так?
— Как?
— Будто они пытаются испортить собственный дом.
— Большинство не пытаются. Они торопятся и покупают первое понятное решение. Вы уже потратили деньги на технику до оценки. Мне проще сказать об этом сейчас, чем объяснять после монтажа.
Он взял рулетку, свернул полотно и протянул мне.
— Хорошо. Андрей приезжает. Мои строители получают ваши чертежи и отвечают за исполнение. Вы контролируете приемку.
— Это можно записать в договор.
— Записывайте.
Мы прошли по первому этажу. В спальне требовалось переставить кровать: с левой стороны она стояла почти вплотную к стене, а Юрий привык вставать именно туда. Максим хотел заменить кровать медицинской.
— Отец возненавидит ее, — сказал он.
— Тогда зачем?
— Так безопаснее.
— Врач рекомендовал регулировку высоты?
— Нет.
— Сначала проверим высоту этой. Возможно, достаточно другого основания и устойчивой опоры.
Максим записал. Его заметки становились короче, вопросы — точнее. На кухне он сам убрал коробки с прохода, прежде чем я начала замеры.
Мы проверили шкафы, розетки, место для приготовления еды сидя. Часть нижнего модуля можно было заменить выкатной поверхностью. Чайник требовался меньшего объема: Юрий не удержал бы полный правой рукой безопасно. Тяжелую посуду следовало поднять из глубоких ящиков на уровень пояса.
— Он готовит только кофе и яичницу, — сказал Максим.
— Он назвал это целью. Значит, проектируем возможность. Не обязательно менять всю кухню.
— Вы верите, что он снова будет готовить?
— Я не делаю прогнозов. Я убираю препятствия там, где навык уже разрешено тренировать.
Максим оперся ладонями о столешницу и посмотрел на пустой двор. Дождь закончился, на дорожке блестела вода.
— Мать болела два года, — сказал он. — Отец сам ухаживал. Отказывался от помощников, пока не стало поздно. Я приезжал, предлагал деньги, врачей, отдельную квартиру. Он говорил, что справится.
Я не спросила, чем закончились эти два года. Он не собирался рассказывать всю историю. Фраза объясняла камеры, сиделку и технику лучше, чем желание контролировать подряд.
— Сейчас он согласился на помощь, — сказала я. — На конкретную, а не на любую.
— А если конкретной окажется мало?
— Пересмотрим после первых дней. Поэтому два этапа. Первый — к выписке: вход, санузел, спальня, кухня, связь. Второй — после наблюдения дома. Терраса, кабинет, дополнительные устройства.
— Вы предлагаете не заканчивать ремонт до его возвращения.
— Предлагаю не делать необратимые изменения без данных.
— Срок?
— Проект первого этапа — три рабочих дня после договора и получения медицинских рекомендаций. Монтаж зависит от поставок. Андрей сегодня проверит вход. Если ваши строители готовы, часть работ можно вести параллельно.
— Отец должен вернуться в следующую пятницу.
— Вход, санузел и спальню успеем при наличии материалов. Кухню частично. Никаких обещаний по автоматике, пока поставщик не подтвердит возврат и совместимость.
Максим достал телефон.
— Я освобожу четверг для приемки.
— Предварительной. Окончательная будет с Юрием Ильичом.
— Разумеется.
Он произнес это без раздражения. Я отметила изменение и сразу одернула себя. Один корректный ответ не превращал человека в надежного партнера. Он всего лишь позволял продолжить работу.
Андрей приехал через час. Он был в рабочей куртке, с уровнем и небольшим чемоданом инструментов. Поздоровался с Максимом, выслушал задачу и первым делом снял наличник со стороны гаража, чтобы увидеть основание.
— Порог можно убрать, — сказал он. — Но пол в гараже ниже. Сделаем площадку с уклоном внутри, утеплим примыкание. Дверь лучше перенавесить наружу, если пожарные требования и конструкция позволяют. Проверю.
— Сколько? — спросил Максим.
— После вскрытия пола скажу. Сегодня дам диапазон, завтра смету.
— Все здесь любят диапазоны.
— Точная цена до осмотра обычно означает, что запас уже спрятали в сумму, — ответил Андрей.
Максим посмотрел на меня.
— Вы специально подбираете таких людей?
— Он хорошо работает.
— Это я уже понял.
Мы закончили к пяти. На столе лежал предварительный план первого этажа с красными пометками. Максим прочитал каждую, уточнил порядок платежей и попросил направить договор его юристу до утра.
— Я отправлю сегодня до восьми, — сказала я. — Ответные правки прошу в режиме изменений, не новым файлом.
— Почему?
— Чтобы видеть, что именно менялось.
Он надел пальто.
— Денис обычно сравнивает версии.
— Теперь сравню я.
Максим задержался у двери.
— Вы в понедельник отказались начинать без меня. Сегодня я был. Это обязательно для каждого этапа?
— Нет. Только для решений, которые вы не передаете другому человеку письменно. И для разговоров с отцом, где речь идет о вашем участии.
— Вы включите мое время в договор?
— Ваше время не продается мне. Но без него часть проекта не работает.
— Значит, включите график.
— Включу.
Он уехал первым. Андрей продолжал записывать размеры у входа.
— Жесткий, — сказал он.
— Зато читает документы.
— Редкое достоинство.
Я собрала бумаги и проверила кухню перед уходом: коробки стояли вдоль стены, проход оставался свободным. Дом пока не был готов к возвращению хозяина. Но впервые с начала работ решения в нем принимались с учетом того, кто будет открывать дверь, варить кофе и вставать ночью.
Вечером я отправила договор. Через сорок минут пришла версия с правками юриста Максима. Пункт о его присутствии остался на месте.
ГЛАВА 5. Чужой логотип на моей работе
К среде у меня было два договора с одинаковым названием и разным смыслом.
В проекте для Максима Громова чертежи создавались для одного дома, повторное использование требовало моего согласия, а изменения во время монтажа фиксировались в журнале. В договоре с «Новой опорой» слово «результат» охватывало все переданные файлы, но не объясняло, может ли клиника брать мой шаблон и выпускать по нему новые проекты без моего участия.
Елена попросила не искать ответ в собственной обиде.
— Договор читается вместе с приложениями, перепиской и тем, как стороны его исполняли, — сказала она по видеосвязи. — Если восемь лет вы передавали конкретный проект для конкретной семьи, а не библиотеку на будущее, это важно. Но сначала факты.
— Они обязаны дать перечень до сегодня.
— Обещали дать позицию. Обязанность мы пока не установили. Не подменяйте желаемое формулировкой письма.
Я записала замечание. Елена умела поправлять так, что спорить хотелось только первые несколько секунд.
Инна сидела за вторым столом в моей мастерской и сопоставляла счета. Помещение занимало первый этаж бывшего ателье: две рабочие комнаты, маленький склад образцов и санузел, который я переделала так, чтобы показывать разные варианты поручней. Аренда была высокой, зато до «Новой опоры» можно было дойти за двенадцать минут. Через месяц это преимущество переставало иметь смысл.
— Я нашла еще девять расхождений, — сказала Инна. — В твоих актах один объем, в публичных отчетах клиники — другой. Но без их первички мы не знаем, кто делал дополнительные проекты.
— Значит, пока это только вопрос.
— Правильно. И еще вопрос: почему на странице домашней адаптации стоит твоя схема ванной?
Она повернула ко мне ноутбук.
На экране была знакомая планировка. Небольшой совмещенный санузел, дверь перенесена на двадцать сантиметров, поручень у унитаза откидывается к стене, душевая зона без поддона. Этот проект я делала для супругов Крыловых прошлой зимой. Фамилии на схеме не было, размеры клиника убрала. Внизу стоял логотип «Новой опоры» и подпись: «Наш стандарт безопасной ванной».
— Открой исходник, — попросила я.
Я нашла папку Крыловых. В правом нижнем углу моего чертежа стоял номер версии МА-17-4. На сайте номер обрезали, но положение сантехники, разворот двери и даже штриховка старой стены совпадали.
— Не скачивай страницу обычным снимком, — сказала я. — Елена даст порядок фиксации.
— Я уже написала ей ссылку.
Через десять минут юрист прислала инструкции: сохранить адрес, дату, полный вид страницы, исходный код и обратиться к специалисту, если материал снимут до официальной фиксации. Я выполнила только доступные шаги и не стала звонить Крыловым. Сначала требовалось проверить согласия, а не сообщать людям о нарушении, которое мы еще не доказали.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.