- -
- 100%
- +
Часть I. Демон Глава 1. Зарождение
Лия Солорен
Королевство Вейндор. Человеческая Академия Магов. Квартал, где обычно селились небогатые одаренные и студенты, не способные платить за отдельное жилье. Здесь постоянно творилась магия — кто-то практиковался в иллюзиях, кто-то пытался варить зелья на подоконнике. Но то, что происходило сегодня в одной из этих мансард, было за гранью любого студенческого баловства.
Теплое, почти осязаемое золото свечного света лениво растекалось по углам сумрачной комнаты, выхватывая из тьмы корешки древних гримуаров и тяжелые, нависающие тени мебели. На полу, выведенный ритуальным углем и скрепленный свежей кровью пятипалого горного скворца, пульсировал безупречный круг призыва. Геометрия линий гудела от вплетенной в них магии, напрягаясь под колоссальным давлением извне.
Невероятно. У нее и вправду получилось!
Лия застыла, не смея сделать ни единого вдоха. Глаза девушки расширились от дикого, пьянящего экстаза, смешанного с леденящим душу ужасом, когда в центре начерченного контура начала сгущаться тьма, яростно разрывая саму ткань пространства. Заклинание сработало без единой осечки. Она — простая низкоранговая ученица, посмевшая украсть запретный свиток высшего призыва прямо из-под носа у мастеров, — совершила невозможное.
В детстве ее отец, не самый сильный маг, так и не поднявшийся выше ступени подмастерья, каждый год водил ее на праздник основания Академии. Там, среди шумных толп и ярких магических огней, маги и чародеи, а также просто ученики академии творили разнообразные чудеса, превращая воду в вино, живое в неживое и обратно, а также призывали грозных демонов.
Лия, затаив дыхание, восторженно и чуточку испуганно сжимая отцовскую ладонь, мечтала, что однажды сама будет стоять там — и повелевать самое настоящей, живой тьмой бездны! Позже, повзрослев, она уже знала, что те демоны, в большинстве своем, были лишь искусными фантомами, но детская мечта уже пустила корни слишком глубоко. Она поклялась себе, что однажды призовет настоящего демона и станет величайшей чародейкой своего времени. И вот, ее детские амбиции казалось наконец обретали плоть!
Тьма внутри круга рассеялась, и демон полностью материализовался.
На первый взгляд его можно было принять за человека — невероятно красивого, порочного на вид мужчину с резкими, хищными и аристократичными чертами лица. Внешне ему было не больше двадцати семи. Грациозный, как пантера перед прыжком, и возвышающийся почти на два метра, он стоял в кругу пентаграммы совершенно бос. Единственной его одеждой были простая черная шелковая рубашка с расстегнутым воротом и узкие, до икр, темные штаны. Еще Лия успела заметить аккуратный разрез в ткани сзади, из которого виднелся длинный, черный как полночь хвост. Он двигался сам по себе, медленно и плавно, как у кота, будто он жил отдельно от остального тела — не нервно, не угрожающе, а с той же ленивой грацией, что определяла весь его облик.Волосы демона, тоже были черные, как сама бездна, откуда он был призван. Они беспорядочно падали на лоб, но две отчетливые детали мгновенно разрушали все его человеческую элегантность. Глаза демона горели расплавленным, ядовитым золотом с узкими вертикальными зрачками, а пальцы венчали черные как смоль, острые даже на вид когти.
От него исходила такая первобытная, концентрированная опасность, что все внутри Лии сжималось в ледяной ком, а душа, о которой она до этого момента и не задумывалась, казалось окончательно убежала в пятки. Воздух в комнате, при окончательном воплощении, мгновенно стал тяжелым, густым от запаха озона и сухой, выжженной земли. Она мысленно попыталась успокоить себя: «Если наложить иллюзию на его глаза, спрятать когти... и хвост... он мог бы гулять по улицам любого города, не привлекая ни капли внимания. Из него выйдет идеальный телохранитель».Оставалось лишь прочесть формулу абсолютного подчинения и защелкнуть ментальный ошейник на шее демона.
Собрав все капли стремительно тающего мужества, Лия глубоко вздохнула, вызывающе вскинула подбородок и разомкнула губы, готовясь обрушить громыхающую вязь заклинания. Но прежде чем она успела издать хоть звук, ленивый, насмешливый и до бесконечности усталый бархатный голос разорвал тишину комнаты:
— Ну и?
Лия поперхнулась на полуслове, закашлявшись и согнувшись пополам, мгновенно растеряв величественную грандиозность темной повелительницы.
Рейван
Высший Демон, известный как Рейван, был не просто раздражен. Он был в ярости — ярости, которую мастерски скрывал за маской ленивого, кошачьего безразличия.
Его оторвали не от дел и не от рутины преисподней. Магия призыва бесцеремонно выдернула его в самый неподходящий момент. Последние два часа Рейван вел тонкое, многообещающее соблазнение одной демонессы — диалог искрился обоюдным интересом, и дело неуклонно двигалось в нужном направлении. Еще несколько минут — и вечер увенчался бы достойным финалом. А теперь — разрыв реальности, чужая магия, и вот он здесь. Настроение безнадежно испорчено. Даже если он разберется с этой смертной за секунды, вернуться и поймать тот же момент уже не выйдет. Призыватель задолжал ему. И Рейван намерен взыскать этот долг сполна.
Законы мироздания были абсолютны, поэтому он подчинился зову. Еще во время перехода он, как опытный хищник, проверил путы. К его глубочайшему сожалению, и связующий контур, и защитный барьер были начерчены безупречно. Ни единой ошибки в рунах. Ни единой даже мельчайшей ошибки в начертании! Тот, кто это сделал, был либо гением, либо безумцем — что часто одно и то же.
Рейван неторопливо осмотрелся. Маленькая мансардная комната, комод, стол, пара стульев, широкая кровать у стены, свернутый ковер... и насмерть перепуганная девушка, застывшая за пределами круга призыва. Хвост Рейвана дернулся — то ли в раздражении, то ли в удивлении, а скорее всего и от того и от другого вместе. Потому что увиденное всерьез заставляло задуматься о рассудке нынешнего поколения смертных.
Он ожидал увидеть либо магистра с холодным расчетом во взгляде, с которым можно заключить пару выгодных сделок, либо прожженного контрабандиста, которому достался свиток его призыва. Но никак не то, что перед ним стояло перед ним! Ходячее недоразумение в высоком корсете, узких брюках и длинном плаще, волочащемся по полу и приотркрытым в удивлении ртом.
Девушка была настолько парализована страхом, что Рейван отчетливо видел, как дрожат ее колени, как пальцы вцепились в ткань до побелевших костяшек. И в тоже же она явно пыталась играть роль свирепой королевы — плечи расправлены, лицо застыло в надменном выражении. Но расширенные, испуганные зрачки выдавали ее с головой. Как и не знание, что королевы, а в его послужном списке были и они, так себя не ведут.
Мысленно вздохнув, он решил подтолкнуть бедняжку, пока она та совсем не хлопнулась в обморок.
— Ну и? — повторил он, скрестив руки на груди.
Смертная судорожно закашлялась, сглотнула и наконец выдавила — гордо, громко, почти визгливо:
— Назови себя, демон!
Рейван не сдержался: издал откровенную, презрительную усмешку, а затем зевок, обнажив жемчужно-белые клыки, которые были острее любого человеческого оружия.
Она что, безумна? Призвать Высшего Демона по общему ключу, даже не зная, кого именно и зачем вызывает? Судя по ее паническому тону, она не блефовала. Это означало только одно: маленькая дурочка нашла древний текст, вызубрила фонетику и прочла вслух, не потрудившись перевести или выучить условия.
Рейван медленно, плавно прошелся вдоль края круга, как огромный, сытый кот, приглядывающийся к мыши. Хвост, плавно рассекающий воздух при ходьбе за его спиной, замер, а затем рассек воздух одним бесшумным, быстрым движением, словно подводя черту под какой-то внутренней мыслью, ударившись в защитный контур и заставивший девчонку подпрыгнуть на мете. Рейван усмехнулся. Его взгляд — тяжелый, задерживающийся, изучающий — скользнул по ее фигуре, отметив изгиб бедер и приподнятую корсетом грудь. Под этим взглядом девушка осеклась, а потом залилась густым, жгучим румянцем, и сделала робкий шаг назад, заработав еще одну насмешливую улыбку.
Он вгляделся в ее ауру, ожидая увидеть привычную грязь, которая толкает смертных на призыв сущностей Бездны. И замер.
Ментальное поле девушки было чистым. Никакой гнили, никаких следов предательства, стукачества, злословий или гнусных поступков. Гордая, амбициозная, глупая и отчаянная — но не грязная. Такой чистоты он не встречал среди людей уже очень давно. Пожалуй, с тех пор, как...
Рейван оборвал мысль. Не время.
— Рейван, — представился он, позволяя голосу рокотать низко и вкрадчиво, словно шорох первых осыпающихся камушков перед движением лавины.
Лия Солорен
В глазах чародейки мгновенно вспыхнул торжествующий огонь.
«Он назвал свое имя! Он подчиняется и не может выйти за черту!»— пронеслось у нее в голове. Внутренний ужас отступил, уступая место пьянящему торжеству. Раз это чудовище признало ее силу, пора приставить его к делу.
Собрав всю ментальную энергию, она скороговоркой протараторила формулу абсолютного порабощения. Лия вложила в слова всю волю и остатки маны, ожидая, что круг вспыхнет яростным багрянцем, защелкивая ментальный ошейник...
Ничего. Абсолютно ничего.
Защитные руны даже не мигнули. Никакой связи не возникло. Демон лишь прищурил свои невозможные желтые глаза, в глубине которых плясали искры откровенного, насмешливого веселья. Хвост вытянулся прямо — медленно, почти торжественно — и замер, указывая ей в лоб. Лие показалось, что даже хвост смеется над ней.
— Сколько тебе лет, девочка? — осведомился он. Ледяной тон Высшего Демона был настолько густо приправлен иронией, что чародейке захотелось лишь одного — топнуть ногой от злости.
— Я вам не девочка! — огрызнулась она, чувствуя, как жар стыда и гнева заливает щеки. А потом вспомнила с кем имеет дело и добавила. — И это не твое дело!
Рейван перестал ходить кругами, остановился, и медленно, демонстративно втянул воздух — совсем как хищник, пробующий след. В его желтых глазах мелькнуло нечто среднее между удивлением и откровенной, издевательской насмешкой.
— О, уже не девочка,— протянул он с той самой интонацией, от которой хотелось провалиться сквозь каменный пол.
Лия вспыхнула так яростно, что, казалось, кончики ушей засветились. Густой, жгучий румянец залил щеки и шею. Она открыла рот, чтобы возразить — и не смогла. Потому что он был прав. И она сама попалась в его уловку, как глупая мышь в примитивную ловушку.
Рейван усмехнулся — на этот раз без издевки, скорее с ленивым, почти добродушным превосходством. Он просто играл с ней.
— И все же? — продолжил он. — Мне нужно число для протокола, моя драгоценная.
— Девятнадцать, — неохотно буркнула себе она себе под нос, выравнивая дыхание и изо всех сил стараясь не смотреть на его обнаженную грудь. Или на хвост. Особенно на хвост, который теперь лениво покачивался из стороны в сторону — совершенно независимо, совершенно самодовольно.
Рейван
Рейван мысленно, строго мысленно, его лицо оставалось безупречной маской высокомерного превосходства, изогнул бровь.
Всего девятнадцать лет, а плотность ее магического ядра сопоставима с опытным адептом на грани становления мастером. И она еще и невинна — нет, он не почувствовал это, как только втянул воздух. Эта была уловка, ловушка, в которую та сразу же угодила. Маленькая дурочка соврала, даже не понимая, что Высший Демон способен распознать ложь по одному лишь запаху. Потенциал девушки был астрономическим — и столь же астрономической была ее наивность.
Она явно воспроизводила в голове еще несколько заклинаний подчинения — он чувствовал, как те, яростно утыкаются в барьер, чтобы тут же раствориться. Бесполезно. Тот самый круг, что связывал его, одновременно защищал его и от любых ее попыток стать госпожой. Как и сам контракт. Как и его опыт.
А девчонка, поняв, что ее магия бьется о каменную стену, перестала тратить силы и хмуро уставилась на него исподлобья, как потрепанный, но до жути гордый котенок.
— Хорошо, «ужé не девочка», — промурлыкал Рейван, и в его голосе проскользнула та самая интонация, от которой девчонка снова залилась краской. Он лениво разглядывал свои черные когти. — Скажи мне, если позволишь... за все то время, что тебя так прилежно учили, великие маги так и не удосужились вложить в твою прелестную голову такие базовые вещи, вроде чтения и письма? Как давно ты закончила обучение? Или тебя отчислили? Или ты сбежала из академии пару дней назад?
Девушка вспыхнула так яростно, что, казалось, ее облили огнем.
— Конечно, я умею читать! — выкрикнула она, пытаясь вернуть остатки утраченной бравады, отчего становилось еще больше похожа на маленькую но гордою зверюшку. — А обучение я начала всего два года назад! И я ниоткуда не сбегала! И меня не отчисляли!!!
Всего два года?
Рейван был искренне ошарашен, хотя ни один мускул на его лице не дрогнул. С такой-то аурой девчонка обладала просто феноменальным талантом. Взять хотя бы этот круг призыва, в который он был заключен. И к тому же была невинной — что в ее случае означало не слабость, а скорее... нерастраченный потенциал. Чистый лист. Это было неожиданно. Непривычно интересно. И очень соблазнительно.
Но лучше бы ей не знать о масштабе собственной силы — иначе эго полностью ее затмит. Сила силой, а элементарных знаний ей катастрофически не хватало. Что ж, он будет искренне рад просветить эту юную леди. За определенную цену, разумеется. В надежде, что глава академии, с которым они были дружны не одну сотню лет, не открутит ему голову. Или хвост.
Демон хитро улыбнулся, отвесив легкий, элегантный полупоклон:
— Видишь ли, драгоценная моя призывательница, то заклинание, которое ты использовала, чтобы вытащить меня в это место, — Рейван демонстративно осмотрелся, заставив девчонку снова насупиться — это не просто вызов домашнего питомца. Это автоматическая активация контракта «Добровольного Соглашения». Его изобрели древние маги, которым, в отличие от тебя, было просто лень возиться с таким утомительным действием, как подавлением воли или рабскими ошейниками. Открою маленький секрет, который тебе, скорее всего, и не расскажут в твоей академии.
Нам, демонам, точно также, чаще всего, лень заниматься подобным. А лень, да будет тебе также известно — это двигатель прогресса. Известная еще с тех времен когда и меня на свете, то есть в бездне, не было. Тогда то родилось "Добровольное соглашение".
Концепция проста: Ты вызываешь — я прихожу. Ты излагаешь задачу и называешь цену. Я стою, слушаю и решаю, соизволю ли работать за такую мелочь. Если не согласен — ты предлагаешь другую цену. И так до консенсуса. После этого я делаю работу, ты платишь, и я исчезаю. И самая изысканная деталь — все строго добровольно. Магические круги следят за этим. Так что забудь о рабстве, маленькая ведьмочка. Можешь начинать стирать уголь.
— Ложь! — надменно бросила она в ответ, хотя голос предательски дрогнул, а колени снова начали мелко трястись.
Рейван видел: каждая клеточка ее существа кричала, что он, ужасающий, невыносимо привлекательный монстр, говорит правду. Но признать это означало признать полное поражение. Она явно не готовилась к переговорам. Она планировала щелкнуть пальцами и получить верного пса.
Рейван лишь хмыкнул, перенося вес и делая полшага вперед:
— Увы, нет. Контракт уже активен, и ты не сможешь расторгнуть его, не предложив условий — магия круга высосет твою ману, а потом и всю жизненную энергию до последней капли. И останется от одной сумасбродной ученицы академии лишь горстка пепла, а я вернуть с тому занятию, на котором меня прервал твой вызов. Но так как маленьких обижать нельзя, я все еще нахожусь тут и жду. Итак, чего же ты желаешь от Высшего Демона?
— Что... для чего вас обычно призывают? — Девушка краснела, бледнела отводила глаза и переступала с ноги на ногу. Она отчаянно пыталась выиграть время, лихорадочно соображая, как выйти из ситуации, оставшись если в выигрыше, то хотя бы без потерь.
Рейван щелкнул когтями, породив короткую кроваво-красную искру, которая растворилась в воздухе с сухим треском:
— О, спектр услуг широк. Но я превосходен в двух вещах прежде всего: устранить другого мага... или украсть то, что они охраняют сильнее всего. В этом я безупречен.
Глава 2. Предложение
Лия Солорен.
Слова демона повисли в воздухе — тяжёлые, как грозовая туча перед тем, как полыхнуть молнией и разразиться дождем.
Убить или украсть. Два предложения. Два пути. Одно слово — и Высший Демон, которого она по не знаю призвала, выполнит то, что она пожелает. Если она сумеет заплатить ему. Что же ему предложить? И какая за это будет цена?
Убить. В памяти всплыли лица тех, кто, нет, не обижал ее, но чьи действия вызывали раздражение. Например, Родерик Дарроу. С его вечной сальной усмешкой, и похабным взглядом. Сын герцога из соседнего королевства, чьих магических сил было меньше чем у нее, зато апломба и наглости имелось столько же, сколько у этого демона. Если не больше. Вспомнилось как на прошлой неделе он прижал её к стене в библиотечном коридоре и, похлопывая по набитому кошельку, предложил "подзаработать за вечерок столько, сколько её папаша не заработал бы и за всю жизнь".И лишь появление мага-преподавателя помогло ей сбежать от Родерика, но его слова долго звучали в ее голове, как и жгучие слезы выступившие на глазах. Это было обидно! Очень! А еще унизительно.
Или близнецы Грейвз. Да, симпатичные. Да, сильные магически. Но совершенно не умеющие держать язык за зубами. Их шепотки за спиной — негромкие, но рассчитанные так, чтобы она слышала каждое слово, заставляли ее краснеть, опуская взгляд на свои тетради. "Нищая простолюдинка", "дочь неудачника", "чего ей вообще надо в Академии?". Им было совершенно неважно, что она прошла три курса за два года. Она была ниже их по социальному статусу и это позволяло смотреть на нее свысока. Пусть они не были имели статус герцога, как Дарроу, но они были баронами. Еще была графиня Мориан. Но та просто смотрела на всех, кто ниже по ее статусу, как на слуг.
Лия сжала зубы. Это было всегда. Социальный статус никогда не делал скидку на то, что в уставе академии был закон о равноправии всех учащихся. Но убивать? Она представила Родерика Дарроу, лежащего на каменном полу с остановившимся взглядом. Представила близнецов — двух весёлых, пустоголовых, но живых юношей. И неожиданно для себя вздрогнула. Бррр. Нет. Даже мысли про убийство за такое отдавало чем-то холодным и склизким. Да, ей были противны их предложения, действия и слова. Но не настолько, чтобы за это лишать их жизни. Она не убийца.
А вот украсть. Например... книги
Сердце Лии забилось чаще.
Несколько запретных фолиантов из той самой секции, куда пускали только Магистров — тех, кто уже поднялся выше десятого курса и подтвердил звание Мага. Тех, кто прошёл весь путь. Доступ, куда Лии, ученице третьего курса, был полностью запрещен.
Ее отец провёл на ступени Подмастерья почти пятнадцать лет. Шестой курс, седьмой, восьмой, девятый Он честно пытался пройти аттестацию на Мага раз за разом — и раз за разом терпел неудачу. Нехватка знаний и нехватка силы делала все его попытки бесполезными. Лия помнила, как он возвращался домой после экзаменов: усталый, но с мягкой улыбкой, трепал её по волосам и говорил, что в следующем году обязательно получится. В следующем году. И в следующем. И в следующем. Пока однажды, когда ей исполнилось пять, он просто перестал пытаться.
И сейчас, она, стояла посреди мансарды — ученица третьего курса, уже укравшая запретный свиток, и призвавшая Высшего Демона, в нарушение всех законов Академии... Если она получит эти книги, то сможет перескочить через несколько ступеней разом. Стать Подмастерьем не к двадцати трём-пяти, а в девятнадцать. Ну, хорошо, в двадцать. Надо же еще изучить, то что демон принесет ей. Обогнать отца на десять с лишним лет и пройти там, где он споткнулся....
— Что же ты потребуешь взамен? — пробормотала она едва слышно, надеясь, что демон ее не услышит.
Она подняла взгляд. Рейван стоял опираясь на край защитного круга, будто на стену — руки скрещены на груди, голова чуть наклонена, в жёлтых глазах плясали искры ленивого, сытого любопытства. Он не сводил с нее взгляда все время, пока она размышляла. Ждал ее ответа или ее действий. Хвост демона лениво постукивал кончиком по каменному полу — размеренно, методично, словно отсчитывал секунды. Рейван выглядел как кот, который уже знал, что мышка никуда не денется. И Лия отчетливо понимала. Мышь — это она. Но иного выхода не было. Или не могла придумать.
Собрав остатки тающего мужества, она расправила плечи и заговорила:
— Мне нужно, чтобы вы... — начала она, и голос прозвучал почти твёрдо. Но уже на следующем слове что-то надломилось. — ...чтобы ты проник в хранилище. В Запретную секцию. Там хранятся фолианты, которые...
Она запнулась. Сама формулировка — «проник в хранилище» — резанула ей слух. Это же воровство! Настоящее, преступление! Если её поймают, то не просто отчислят, а выжгут ядро и вышвырнут за ворота Академии с позором на весь Вейндор. Отец узнает, что его дочь воровка. Магистры, которые и без того её не замечали, наконец заметят — чтобы растоптать.
— ...которые мне недоступны, — закончила она почти шёпотом, опуская взгляд на собственные сапоги. Кончики ушей горели.
Рейван не шелохнулся, молча ожидая продолжения. И она заставила себя продолжать — рассказала ему про семь печатей, про допуск, который есть только для магистров, про охранные чары, про серебряные руны на двери из железного дерева. А потом — Лия сама не поняла, как это вырвалось, — она совершила последнюю, наверно самую глупую ошибку за этот вечер.
— Что ты хочешь за это? — спросила она, поднимая взгляд. — Какова твоя цена?
Она тут же осеклась, но было поздно. Слова уже прозвучали. Где-то глубоко внутри, в том уголке сознания, который ещё не полностью парализовало страхом, раздался голос одного из наставников — магистра Лорана, читавший им курс по демонологии."Запомните! При вызове демона, даже самого простого уборщика, никогда, ни при каких обстоятельствах не спрашиваете, что вызываемый хочет получить! Называйте свою цену первыми. Иначе вы даёте ему право запросить всё, что угодно. И в первую очередь это касается при вызове суккуба или инкуба! Не надо хихикать! Будто я не знаю, чей вызов все ученики учат первым. И кого в магической лечебнице восстанавливают чаще всего!"
Демон улыбнулся. Это была не та насмешливая ухмылка, что прежде. И не зевок с демонстрацией клыков. Это была хищная, почти нежная улыбка существа, которое услышал ровно то, на что рассчитывал и надеялся услышать. Лия почти физически услышала щелчок мышеловки раздавшийся в ее голове. Только вместо грызуна в ловушке оказалась она сама.
Демон выдержал паузу — ровно настолько долгую, чтобы тишина в мансарде стала невыносимой. А она уже передумала в голове все возможные казни. Затем заговорил — негромко, почти лениво, словно речь шла о чём-то совершенно обыденном:
— Обычная стандартная цена за такую услугу — душа...
— Нет! — выкрикнула Лия.
Рейван даже бровью не повёл. Только хвост за его спиной качнулся — медленно, плавно, как маятник.
— ...но не нее я не рассчитываю, — продолжил он тем же тоном, каким говорят о погоде. — Твоя душа слишком... чистая. Слишком упрямая. Ты будешь за неё сражаться, а я не люблю лишние хлопоты. А в остальном...
Он оттолкнулся от дальней границы круга и подошел ближе, осматривая комнату — неторопливо, методично. Взгляд скользнул по комоду, по стопке учебников на столе, по пустым склянкам из-под зелий. И остановился на ней
— У тебя ничего нет, маленькая ведьмочка, — подытожил он. — Ни золота, ни редких камней маны, ни приличных украшений. Душу ты мне не предлагаешь, а больше... вроде как и предлагать нечего.
Он сделал крошечную паузу — и улыбнулся. На этот раз в его жёлтых глазах мелькнуло что-то новое. Не насмешка. Не угроза. Скорее любопытство — острое, почти научное.
— Посему предлагаю заменить душу телом. На одну ночь. Такая плата меня вполне устроит.
Лия моргнула.
"Телом? На одну ночь? Это как?"
В голове вихрем пронеслись обрывки прочитанных книг. В лекциях по демонологии иногда упоминались испытания, вроде тех, когда ученик должен был бодрствовать до рассвета рядом с призванной сущностью — чтобы доказать свою выдержку. Или «ночь познания» — древний ритуал, во время которого демон делился запретными знаниями с магом, пока тот не терял сознание от истощения. Может быть, речь об этом? Может, Рейван хочет провести какой-то ритуал? Передать ей часть своей силы? Или испытать её волю?