В плену у волка

Глава 1

Реджина

– Нет, нет и нет! Я не согласна!

Мачеха усмехнулась, глядя на меня.

– А тебя никто и не спрашивает, милочка. Я уже обо всем договорилась, через два месяца ты выйдешь замуж за лорда Кируотера. И можешь закрыть свой рот, – произнесла она, увидев, что я собираюсь возразить, – иначе… – Она погрозила мне пальцем. – Лорд богат, у него огромный замок, куча слуг, что еще надо?

– А как же любовь? Отец обещал, что я выйду замуж по любви, как когда-то мама. Я не люблю лорда Кируотера. – Вспомнив его крючковатые, потемневшие от приготовления магических снадобий пальцы, я поежилась. Передернуло от мысли, что он будет меня ими касаться.

– Глупое дитя, – расхохоталась мачеха. – Какой толк в любви, если живешь в нищете? – Она обвела взглядом наш скромный дом.

– Ну да, мы живем небогато, зато честно зарабатываем травничеством и лечением. А о лорде ходят слухи, что он балуется темной магией.

– Подумаешь! Каждая уважающая себя ведьма или маг хоть раз в жизни это пробовал.

– Отец никогда…

– Твой отец умер десять лет назад, – буквально взвизгнула мачеха, – бросил меня одну, вынудил воспитывать чужого ребенка в этом… – В ее взгляде появилось презрение. – В этом сарае. Любовь, говоришь? Я никогда не любила твоего отца.

– Но… зачем же вышли за него замуж? – Я и правда не понимала. Богатства у нас никогда не было, связей тоже.

– О, твой отец подавал большие надежды когда-то. Но был слишком честным, чтобы пробиться наверх. Слишком наивным и принципиальным. – Она поморщилась. – Я и так, и этак пыталась направить его на путь истинный, но все без толку. Теперь вся надежда на тебя.

– Да при чем тут я, скажите на милость? Если вам так нравится лорд Кируотер, выходите за него сами, переезжайте в замок, командуйте слугами. А меня оставьте в покое.

– Да я бы с радостью, милочка, вот только не подхожу. Лорду нужен наследник, чтобы продолжить род, чтобы было кому передать магию. Для этого нужна сильная ведьма. А я… – Она развела руками. – Увы, уже не в том возрасте. Но как твоя родственница смогу получить все, чего заслуживаю.

– Вот только вы мне не родственница, – усмехнулась я.

На секунду захотелось выйти замуж за лорда Кируотера только для того, чтобы выставить мачеху за дверь и никогда не пускать на порог замка. Но тут же отогнала эту мысль, тряхнув головой.

– Сильная ведьма, говорите? Так нет у меня никаких сил и никогда не было, с самого детства, а значит, лорду я без надобности. Пусть ищет другую невесту.

Мачеха снова расхохоталась, и такой холод был в этом смехе, что меня невольно передернуло.

– Будут у тебя силы, поверь. Как только лорд лишит тебя девственности, сразу сила проявится. Она пока просто дремлет, каждой ведьме нужен обряд инициации, чтобы пробудить силу.

Вот теперь мне стало по-настоящему страшно. В глазах мачехи горел такой огонь, что я не сомневалась: уж она-то точно темной магией пользовалась, и не раз. Отговорить ее не получится. Придется обмануть. Если выйдет, конечно. Она ведь тоже не вчера родилась, обман за версту чует.

– Ну не знаю, – с сомнением произнесла я. – Отец мне ничего про это не говорил. Как-то слабо верится…

– Еще бы он такие разговоры с тобой вел. Все ждал, что подрастешь и я с тобой поговорю. Вот этот час и настал. А ты что же, решила все-таки согласиться? Небось, захотелось магию ощутить, да? – Она подняла руки и заставила несколько предметов закружиться вокруг нее. – Это приятно, да. Или… – Предметы резко упали на пол. – Что задумала?

– Ничего. Просто неожиданно, что, оказывается, я не бездарность, каковой всегда себя считала, – пробормотала я, пытаясь усыпить подозрительность мачехи. – Надо подумать.

– И подумай. А чтобы тебе лучше думалось, посидишь пока взаперти!

Прежде чем я успела среагировать, мачеха оказалась за дверью и заперла ее.

– Нет, выпустите меня. Выпустите!

Я заколотила кулаками по толстому дереву. Разумеется, оно мне не поддалось. Лишь руки стало саднить от боли.

– Выпустите, – прошептала я и сползла вниз по двери.

Слезы, которые я сдерживала с самого начала разговора, хлынули, сметая все на своем пути и сотрясая тело в рыданиях. Сколько времени так провела, не знаю, но когда жидкости в организме, казалось, совсем не осталось и я почувствовала себя полностью опустошенной, встала, пошатываясь, кое-как добрела до кровати и забылась беспокойным сном.

Мне снилось нечто странное. Я даже не смогла бы описать это, когда проснулась. Не конкретные образы, а какие-то эмоции, причем очень яркие. Вот только я не понимала, мои или чужие – так тесно они переплетались с чьими-то еще. Их было так много, что я терялась в них, тонула, но это было приятно, словно погружаешься в теплое, ласковое море, а оно ласкает тебя, нежно прикасаясь, и шепчет на ушко свои секреты.

Проснулась я так же внезапно, как и заснула. Разбудила меня луна, что светила прямо в глаза.

«Полнолуние», – подумала я. Почему-то это казалось очень важным.

Я сползла с кровати и уставилась на небо, усыпанное мириадами звезд, что подмигивали с чистого, глубокого неба, почти черного. И луна среди них была как королева среди подданных. Медленно, величественно плыла по небосводу, даря свой свет всем, кто в нем нуждался. Когда-то я верила, что на луне живут такие же люди, как мы, и каждый вечер перед сном махала им и посылала привет. А потом я выросла и перестала верить в сказки.

Но сейчас я почему-то явственно услышала в голове чей-то голос. Кому он принадлежал, женщине или мужчине, я бы сказать не смогла, но он звал меня, звал туда, в лес. Звал, обещая свободу. И словно под гипнозом, я схватила со стула небрежно брошенный после прогулки плащ – он еще не до конца высох и пах влагой – и открыла окно. Голос стал громче. Я шагнула на карниз и спрыгнула. Повезло, что комната находилась на втором этаже, а под окном намело большой сугроб. Я провалилась в него, как в перину. С трудом выбралась из него, запахнула плотнее плащ и пошла вперед, ведомая голосом. Преодолев небольшую поляну, оказалась в густом лесу. Сразу стало темнее. Ветви, хоть и голые, тесно переплетались между собой, даже лунный свет с трудом проникал сквозь них. Я шла, проваливаясь в сугробы, цепляясь за кусты, спотыкаясь о корни.

Голос становился все тише, я уже не знала, куда идти, просто плелась из последних сил. Замерзла так, что зуб на зуб не попадал, и кляла на чем свет стоит свою глупость. Сбежать, конечно, вариант неплохой, но ведь надо подготовиться. А я сиганула в чем была. И вот теперь неизвестно где. Остановившись передохнуть, огляделась: кругом только лес, ни огонька, ни отсвета, ни тропинки. Какого черта меня сюда понесло? Но ответа не было. Возвращаться было глупо – мачеха посмеется, скажет, что мне нужна твердая рука и даже не будет ждать пару месяцев, выдаст меня замуж прямо завтра, во избежание повторения. Так что путь у меня только один – вперед.

Упрямо сжав зубы, я с трудом встала и снова буквально поползла. Сил хватало только на то, чтобы цепляться заледеневшими руками за ветви, подтягивать ноги, и так до бесконечности. Но еще через некоторое время почувствовала, что пальцы окончательно онемели и стали соскальзывать с веток, за которые хваталась. Нужно было отдохнуть, но я знала, что на таком морозе опасно. Однако усталость взяла свое. Я грузно опустилась под ближайший куст, позволив мышцам расслабиться, притянула колени к груди, сжавшись в комочек, как могла накрылась плащом и ненадолго замерла, пытаясь согреться. «Нельзя спать, – твердила себе. – Только не спать. Я просто полежу пару минуточек и пойду дальше».

Сознание начало затуманиваться, тело, почти совсем занемевшее, уже не ощущало холода, лишь тяжесть разливалась по всем клеточкам, не давая подняться. Меня будто плитой придавило. Я хотела встать, стряхнуть с себя морок, но не могла. Краем сознания отметила, что вроде рядом раздаются какие-то звуки, то ли лай, то ли вой. «Волки! Они меня съедят», – мелькнула мысль но сил позвать на помощь уже не осталось. Я могла только лежать и шептать обветренными губами: «Помогите». Надежда, что меня кто-то услышит, была слишком призрачной, чтобы на нее полагаться, и все же я продолжала. Уже проваливаясь в небытие, услышала перелаивание прямо рядом с собой, а потом чьи-то голоса, они явно о чем-то спорили. Последнее, что я ощутила, перед тем, как окончательно забыться, было тепло и ощущение горячей обнаженной кожи под моими руками.

Глава 2

Джаред

– Собирайтесь на охоту, – отдал я приказ и наблюдал, как молодняк суетится, бегает, сшибает друг друга, смущенно отводит взгляд, раздеваясь. Усмехнулся. Каждый раз одно и то же.

Наконец, они выстроились в колонну по трое и замерли, явно ожидая приказа. Я оглядел их: молодые, еще не до конца сформировавшиеся, но сильные и выносливые. Они станут отличными добытчиками для племени, от них родятся сильные щенки. Но все это будет потом. А пока… пока следовало добыть пропитание для женщин и детей, запасы закончились. Разведка доложила, что в нескольких десятках километров к югу от селения была замечена семья лосей. Это было хорошо, хватило бы на месяц.

– Не отвлекаемся на мелкую добычу, сегодня нас не интересуют зайцы, тетерева и прочая живность. Мы идем на лосей. Вперед!

Молодняк ринулся в лес, на ходу трансформируясь. Я сбросил остатки одежды и в два прыжка – уже волком – нагнал их и возглавил охоту.

Прыгая по сугробам, испытывал ни с чем не сравнимое опьяняющее чувство свободы. В звериной ипостаси все чувства обострялись. Я мог услышать шорох, с которым снег падает с ветки за сотню метров, как испуганно бьет крыльями птица в километре, как из селения, которое с каждым прыжком становилось все дальше, кто-то из женщин разводит костер, дует на еле тлеющий уголек. До меня доносилось ее дыхание и запах огня. О да, огонь пахнет. Все пахнет – вода, воздух, земля, огонь. Причем запахи малюсенького уголька и большого костра разные. Сотни и тысячи оттенков цветов, вкусов, ощущений…У человека только пять чувств. А у волка их словно пять сотен. И это непередаваемое ощущение.

До слуха донесся слабый хруст, и я подал мысленный сигнал: «Стоп!» Все замерли и даже задержали дыхание. Я прислушался: сомнений быть не могло, впереди какой-то крупный зверь. Втянул носом воздух: запах влажного, чуть подмерзшего меха, теплого дыхания, нежного мяса и… крови, бегущей по венам. У крови был особый, ни с чем не сравнимый аромат.

«Вперед», – скомандовал я, и стал подкрадываться к добыче с подветренной стороны. Старый лось резко поднял голову, чутко прислушиваясь, но через несколько секунд вновь опустил к земле. С противоположной стороны послышался шум – молодняк, как и было задумано, наступал с наветренной, и лоси, почуяв запах волков, ринулись в противоположную сторону. Прямо на меня. Я мысленно ухмыльнулся и приготовился к прыжку. Вот сейчас, еще пара метров… Да!

Лось был прямо напротив, когда я подпрыгнул и вцепился ему в шею, раздирая горло. Он, наверное, и понять не успел ничего – через пару секунд уже бился на земле в луже крови, а вскоре затих. Невдалеке уже слышалось чавканье – волки лакали свежую кровь, слизывая ее со снега, еще теплую.

«Горан, Найджел, ко мне, – отдал я приказ, и пара волков тут же подбежала. – Бегите в деревню и зовите разделывать туши. Пусть захватят с собой волокуши».

«Да, альфа», – ответили они в один голос, словно репетировали, и быстро удалились в сторону поселения. Я же подошел к лосю. Ветвистые рога говорили о том, что он стар, иначе смог бы убежать. Что ж, нам тоже нужно есть. Я махнул лапой и вспорол животному брюхо. Внутренности, исходящие паром, вывалились на снег, заставив волков завыть. Я съел пару кусков, оттащил часть в сторону – доля убежавших гонцов, – а потом кивнул на остальное, и волки набросились на лакомство. Все знали, что мясо трогать нельзя, но потроха – добыча охотников.

Когда из деревни пришли несколько крепких женщин и пара пожилых мужчин, все внутренности, а также снег, пропитанный кровью, осел в желудках. Все растянулись, отдыхая, довольные хорошей охотой. Когда все было кончено и последняя волокуша с мясом отправилась в путь в сопровождении охраны, почти ничто не напоминало о развернувшейся на поляне бойни, кроме редких красных пятен на белоснежном покрывале.

Основная часть молодняка ушла в поселение, а я с несколькими волками остался, чтобы провести разведку. Пара часов прошла тихо, не было слышно даже шороха. Такое затишье обычно бывает перед сильной бурей. Но когда мы уже собирались отправляться обратно, чтобы успеть до начала вьюги, я вдруг заметил что-то далеко впереди. Что-то странно-красное в этом черно-белом зимнем мире.

«Стоять, впереди что-то есть».

«Мне проверить, Джар?» – спросил Крис, мой младший названный брат.

«Только осторожно».

Крис прыгнул в сторону и тут же исчез. Через несколько минут вернулся.

«Человек», – доложил он. Я удивился – мороз усилился, ветер тоже, что человеку делать в такую погоду так далеко от любого жилья?

«Ты уверен?»

“Абсолютно».

Остальные, услышав наш разговор, завыли, подняв морды к небу.

«Замерзнет», – констатировал я.

«Что предлагаешь?»

«Надо подойти поближе, все выяснить, а там решить».

Крис кивнул мне, и наша семерка двинулась в путь. Вьюга уже завывала вокруг, бежать становилось все сложнее даже нам, а уж каково человеку – и представить трудно. Я ориентировался на красное пятно впереди, которое приближалось, а потом вдруг остановилось. «Упал», – подумал я и рванул вперед. На таком морозе он долго не протянет. За спиной я слышал шумное дыхание волков, бегущих за мной след в след, они выли, перелаивались и поскуливали, бросая взгляды на небо, которое уже почти целиком затянула плотная пелена туч. Луна едва-едва пробивалась через это покрывало, но мне хватало этого призрачного света, чтобы видеть темное пятно на снегу.

Подбежав, я обнюхал фигуру – жив. Человек, закутанный в тонкий красный плащ, не подавал признаков жизни, но сердце еще билось в груди, а значит, его можно спасти.

«Крис, надо доставить его в поселение. Лейла выходит его, еще жив».

«Ты с ума сошел? А как же…»

Остальные волки недоуменно переглядывались. Я знал – они не в восторге от этой идеи, и все же я альфа, мое слово – закон для стаи. Они это тоже знали, и стоило мне обвести всех тяжелым взглядом, склонили морды, признавая мою власть.

Я завыл, а потом прыгнул, трансформируясь и становясь в полный рост над фигурой в плаще. От моего тела валил пар. Я был обнажен, но холод волкам не страшен даже в человеческом облике – наша кровь слишком горяча, чтобы замерзнуть. Я надеялся, что этого тепла хватит, чтобы согреть человека.

Наклонился над телом, поднял – капюшон упал с головы, из-под него показались длинные рыжие волосы.

«Это девушка», – пораженно пробормотал Крис.

И красивая. Только холодная. Очень холодная, словно ледышка. Распахнул ее плащ и прижал к своему исходящему жаром телу, а потом сорвался на бег. Казалось, она ничего не весила, с таким грузом я мог бежать неделю и не устать. Хотя лапы волка меньше проваливались в сугробы, нежели человеческие ноги. Волки, поняв это, побежали впереди, прокладывая путь. А я всю дорогу до деревни прислушивался к медленному биению сердца и еле слышному дыханию, боясь, что в любой момент все это прекратится. Прижимал к себе все крепче, отдавая тепло и чувствуя, как незнакомка начинает чуть оттаивать – в прямом смысле слова.

Стоило нам оказаться в деревне, как буря накрыла лес, скрыв все следы нашего недавнего присутствия.

Глава 3

Реджина

Жарко. Очень жарко. Я хотела проснуться и не могла. Кошмары один страшнее другого тянули меня в глубину отчаяния, казались настолько реальными, что я чувствовала, что плачу, даже когда спала. Во сне мачеха злобно насмехалась, «жених» тянул заскорузлые узловатые пальцы ко мне, отец восставал из могилы и качал головой… И никому не было никакого дела до моих чувств и желаний. А еще меня сжигал жар, изнутри и снаружи. Словно кокон, он окутывал меня с ног до головы, мешая дышать и заставляя обливаться потом. Я хватала ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба, но это не помогало – я задыхалась. Иногда я чувствовала облегчение, но оно было так мимолетно, что казалось галлюцинацией.

А еще дико хотелось пить, в горле пересохло, но даже в краткие минуты, когда я приходила в себя, не было сил попросить воды. И пока я силилась открыть рот и произнести хоть слово, снова впадала в беспамятство и погружалась в очередной кошмар.

Сколько времени прошло, я не могла понять. Но однажды я проснулась и поняла, что все закончилось. Чувствовала себя новорожденным котенком – такая слабость была во всем теле. Постель подо мной была влажной. Кстати, а откуда она взялась? Я точно помню, что заснула в лесу, на морозе, а потом… Смутное ощущение горячей кожи под щекой. Что это было? И главное – когда?

Я с трудом разлепила веки. Ресницы словно слиплись в сосульки. Вероятно, так оно и было, от пота, что заливал мое лицо. Я вся была потной, ощущала себя дико грязной. Хотелось пить, есть и в ванну. Даже не знаю, чего больше.

Сил осмотреться не было. Хватило только на одно слово «пить», произнеся которое полушепотом-полухрипом, вновь откинулась на подушку и закрыла глаза.

– Проснулась? – раздался незнакомый женский голос над ухом. – Вот, попей.

Моих губ коснулось что-то твердое, и я поняла, что это край чашки. С наслаждением сделала глоток и закашлялась.

– Тихонько, не торопись.

Чья-то рука приподняла меня за спину, помогая сделать еще пару глотков. Полегчало. Вроде уже и не так жарко.

– Что со мной? – Я снова разлепила веки и увидела склонившееся надо мной лицо старой – даже скорее древней – женщины. Сплошь покрытое морщинами, темное, обветренное, оно казалось вырезанным из крепкого дерева.

– Ты замерзла и заболела, у тебя был жар.

Да, жар я помнила. А вот болезнь… Видимо, поэтому теперь такая слабость.

– Сколь… сколько? – прохрипела я. Голос еще не слушался, отказывался повиноваться.

– Больше недели, – ответила старуха и отвернулась к огню. Только сейчас я заметила и небольшой очаг, и пучки трав, развешанных у потолка. Вспомнила вкус того, что мне дали выпить – настой, придающий силы. Лекарка – вот она кто. Но откуда? Кто такая? В наших краях я не слышала ни о каких врачевателях, кроме нашей семьи. Как далеко я забрела?

– Как я здесь оказалась? И кстати – где я?

С трудом привстав, оперлась на локти и огляделась: помещение небольшое, кровать, на которой я лежала, топчан у очага (видимо, на нем ночевала старуха все эти дни, стол с парой стульев, грубая посуда и травы, травы везде. Я заметила в углу кучку одежды, признала в ней свою и подняла укрывавшее меня одеяло. Как и думала, на мне ничего не было.

– Тебя принес Джар, – пожала плечами старуха.

– Кто он такой? – Во мне проснулось любопытство. Смутные воспоминания об обнаженном теле, к которому меня прижимали, заставили кровь прилить к щекам.

– Он наш альфа.

Альфа? Румянец тут же схлынул со щек, а меня бросило в дрожь. Оборотни? Я что, в их деревне? Но как же… Наверное, он не понял, что я ведьма, значит, надо об этом помалкивать, а то неизвестно, что будет, если альфа узнает, что приютил ведьму. Нужно вести себя как ни в чем не бывало, окрепнуть и сбежать при первом удобном случае.

– Ясно, – как можно безразличнее сказала я. Старуха внимательно посмотрела на меня, но ничего не сказала, взяла чашку и протянула мне. Я с благодарностью ее приняла и отпила еще. Напиток горячей волной прокатился по телу, вызвав мурашек, что разогнали кровь по телу. Слабость стала отступать.

– Как ты себя чувствуешь?

– Гораздо лучше, спасибо, – ответила и уставилась в чашку. В ней плавали мелкие кусочки трав, пар, поднимавшийся от поверхности, приятно щекотал ноздри, а нагревшаяся глина дарила тепло пальцам. Я не соврала – мне и правда было лучше. Будто пружина внутри, которая до этого сжималась, вдруг исчезла. Стало легко и спокойно.

Внезапно потянуло в сон. Подумала, что это ненормально – я ведь только проснулась. А потом до меня дошло – в настое была трава, отвар которой служит снотворным. Старуха хотела меня усыпить. Но зачем?

Мысли путались, сон все сильнее овладевал мной, сил бороться уже не было. Я не заметила, как уснула. На этот раз мне не снилось ничего. Я словно провалилась в облако, где нельзя было ни слышать, ни видеть, ни ощущать. Но мне это помогло – я по-настоящему выспалась.

Проснувшись, услышала тихие голоса и решила пока не открывать глаза. Прислушалась – говорили явно обо мне. Уже знакомый голос старухи смешивался с глубоким грудным мужским голосом, от которого волоски на теле вставали дыбом. Но не от страха, отнюдь. Это было что-то другое.

– И что ты намерен с ней делать? – вопрошала старуха.

– Не знаю, Лейла. Для начала поставить на ноги, а там разберемся. Надо узнать, кто она и откуда, что делала ночью в глухом лесу. – В голосе мужчины явно слышалось недоверие. – Сомневаюсь, что она случайно оказалась рядом с нашим поселком. Вот что в бурю случайно попала – вполне верится. А остальное…

– Не похожа она на шпионку.

– Ну да, скажи это Крису. Это он все о шпионах твердит.

Старуха вздохнула, и голоса умолкли. Стало не по себе. За кого они меня принимают? Я никакая не шпионка. Я просто глупая девушка, которая сбежала из дома от ненавистного брака. И вообще, можете не беспокоится, я вас скоро покину, как только наберусь сил.

И тут голову пронзила мысль: если я уйду, они так и будут считать меня не пойми кем. Почему это меня волновало – понятия не имею. Казалось бы, мне должно быть все равно, что обо мне думают чужие люди. И уж тем более оборотни. Но мне не было все равно. Хотелось как-то оправдаться. Но как, я пока не знала. Открывать о себе правду тоже было опасно. Кто знает, что сделают волки-оборотни с ведьмой, пусть даже и не инициированной и не имеющей сил, ведь они нас ненавидят долгие века. Придется говорить полуправду, и то если спросят. А если не спросят, так и вовсе промолчу от греха подальше.

Услышала шаги рядом с собой и сделала вид, что только что проснулась. Почувствовала, как кто-то взял меня за руку – чужая ладонь была обжигающей, словно кипяток. Ну да, оборотни горячие, это я знала из старых сказок, но не думала, что настолько. Понятно теперь, почему я почувствовала жар тела даже сквозь одежду, когда меня сюда несли.

– Здравствуй, – обратился ко мне мужчина, до этого разговаривавший со старухой, посмотрел на меня, и я утонула в темных, настороженных озерах глаз. Они словно гипнотизировали меня, лишали воли. – Как тебя зовут?

– Джина, – ответила я. Нет смысла скрывать свое имя, оно вполне обычное.

– Откуда ты?

А вот это уже вопрос с подвохом. Я чувствовала, что на меня воздействует какая-то сила, заставлявшая говорить правду, но я могла ей сопротивляться. Чуть-чуть, но могла.

– Из Героны, – соврала, с трудом произнеся название городка в противоположной от родного селения стороне.

– Что ты делала ночью в лесу?

– Я шла навестить заболевшую родственницу, которая живет неподалеку, но заблудилась и не смогла найти дорогу. А потом началась буря, и я окончательно заплутала.

С каждым словом ложь давалась мне все легче. Но особо распространяться тоже не стоило, чем больше вранья – тем выше шанс проколоться.

Мужчина пристально посмотрел мне в глаза и кивнул, видимо, удовлетворившись ответом.

– Выздоравливай, набирайся сил. А когда восстановишься, мы проводим тебя туда, куда захочешь.

– Спасибо.

Мужчина попрощался со старухой и вышел за дверь, а я закрыла глаза. Ложь отняла все силы, организму требовалась подпитка в виде еды. Но сначала надо умыться.

Глава 4

Джаред

– Ты окончательно сошел с ума!

Крис стоял передо мной и возмущенно смотрел. Он единственный, кому я позволял оспаривать мои решения – все равно по итогу он всегда соглашался, ведь я альфа, неподчинение означало изгнание из стаи. А Крису некуда идти.

– Ну не могу я просто выгнать невинную девушку в лес и забыть об этом.

– Невинную? А если она шпионка? Ты не думал, что ее могли подослать?

– Кто? И зачем? Я поговорил с ней, не похоже, что она специально к нам пришла. Да и нет у нас тут врагов.

– Это ты так думаешь, – фыркнул Крис. – Если есть ведьмы, значит, есть и враги. А ведьмы тут точно есть. И маги. – Он поморщился и сплюнул. – Видел большой замок на горе? – Дождавшись моего кивка, продолжил: – Там какой-то лорд живет, говорят, очень сильный маг. А еще ходят сплетни, что жениться собирается в скором времени, значит, дети будут, а это нам лишние проблемы. Зря мы из Кариена ушли. Там хоть все знакомо было…