Своенравная Луна

Пролог

– Том, – тихо зову парня, и он снова смотрит на меня.

Дорога из аэропорта из-за дождя очень скользкая, но он все равно отрывается от нее, не боясь последствий. Дождь идет хорошей стеной даруя видимость лишь на несколько десятков метров вперед. Я бы вцепилась в руль обеими руками и не отрывала взгляда от белой разметки. Но не он Ветер, там, за пределами салона очень сильный и дует вбок с моей стороны. Какой бы хорошей машина не была, легкий сквозняк от двери ощущается, вызывая мелкую дрожь.

– Что-то случилось? Еще печку добавить? – и уже тянет руку к нужному датчику, явно заметив гусиную кожу на открытых участках руки. Но я окликнула его не для этого.

– Нет, не стоит. Я согласна, – сейчас мой мозг противится словам, ведь он жаждет, да, именно жаждет, видеть рядом другого мужчину. С которым мы так мало знакомы, но уже давно выбившего место в сером веществе и даже в сердце. Только чем, совсем не понимаю. Но! Риск, как говорят, дело благородное. А значит пора начать рисковать ради себя, собственного счастья, пусть и с другим, но в котором более уверена, с кем уже долгое время общаюсь. Сначала вижу на лице Томаса растерянность, но длится это не долго. Буквально через секунду лицо озаряет широкая мальчишеская улыбка, и озорство со счастьем плещутся в глазах.

– Я обещаю, ты не пожалеешь о своём решении, – и взяв в плен мою ладонь, поднес тыльной стороной к губам, нежно целуя. Игнорируя протест в душе на такую вполне обоснованную и искреннюю ласку, улыбаюсь в ответ. Теперь я его невеста. Мы пара. Значит я больше никогда не буду одна.

– Что, черт, – резкий удар по тормозам и машину начинает вести.

Визг залил все пространство салона. Нет, пожалуйста, я не хочу разбиться. Что произошло, что мы сейчас крутимся на трассе под отборные ругательства мужчины? Казалось бы, еще несколько секунд назад все было замечательно, а сейчас я мертвой хваткой вцепилась в ручку двери одной рукой, второй хочу схватиться за жениха, но он лишь отмахивается от меня, как от назойливой мухи. Понимаю, что мешаю ему совладать с железным конем, чтобы он не сбросил нас со своей спины, но не могу ничего с собой поделать. Не хочу умирать, мне рано к родителям, я еще ничего не успела в этой жизни. Совершенно ничего не успела! Прошу, пожалуйста.

Пока нас крутит по дороге, мысли успевают не только прокрутиться, но и закончится в голове. Все внимание сосредотачивается на расплывающейся картинке перед глазами. От большой скорости выписываемых машиной кругов, пространство приравнивается к одной серой полоске. Не могу смотреть на это. Страшно, очень страшно. Стоило только поджать коленки к груди и уткнуться в них лицом, как нас что-то толкает в бок, и странным образом, машина больше не крутится. Мы застыли в направлении. Да черт его знает в каком направлении. Города, аэропорта, совершенно не важно. Вот просто не важно это все, главное, что стоим. Уже живы, полностью целы, а испуг? Да черт с ним. Сами целы и то хорошо. На эвакуаторе доберемся в конце концов. Самое главное, что целы и невредимы именно мы. Если машина пострадала от невидимого удара, все равно. Это всего лишь железо.

Впиваюсь в профиль мужчины справа. Он смотрит впереди себя очень напряженно, руки с такой силой сжимают руль, что выступили вены. Ведь в отличии от меня он снял куртку и закатал рукава свитера по локоть. По лбу прокатываются капельки пота. И причем нет в нем беспокойства, скорее жгучая ярость. Именно такая энергетика витает в салоне, не только в глазах парня, и направлена она не на меня. Долгие мгновения длится эта немая сцена, даже успеваю почувствовать, как болит спина, ведь во время удара, я уткнулась спиной в подлокотник двери, и на пояснице от такого контакта явно останется синяк. Но это мелочи по сравнению с тем, что могло произойти в принципе.

И только я решила немного изменить положение тела, и позвать Тома, как он резко посмотрел на меня. Глаза стали дикими. Вместо уже знакомых серо-голубых радужек с карими вкраплениями, было искрящееся нечто. Глаза были не человеческими. Черные зрачки затопили радужку, и вокруг нее заискрило красными всполохами. Глаза словно искрили, как оголенные провода. Казалось, что, если дотронуться до него – убьет. Голос хриплым и больше походил на звериный.

– Сиди здесь, с тобой я потом разберусь, – жутко. Мне стало жутко от представшей картины.

Лицо мужчины словно немного изменилось. Подбородок вытянулся, зрительно заостряясь, пальцы рук стали похожи на ведьмовские из фильмов ужасов, с выступающими костяшками, бугристые… Но помимо животного ужаса, что захватило сознание, я ощутила желание напасть на него, защититься.

И тут он резко покидает машину. Быстро сажусь нормально, и смотрю вперед. Туда, куда ушел незнакомый знакомый человек. А человек ли? Спина жутко напряжена, руки подрагивают, а походка лишена той грации, что была какое-то время назад. И как только я перестала вести его взглядом, окинула все пространство.

– А-а-а! – крик сам вырвался из груди.

Перед нами стоял огромный волк. Не обычный, а в районе двух метров в холке, если не больше. Черный с маленьким белым пятнышком на груди. Глаза мерцали опасным блеском, таким же, как и у моего встречающего. Но испугало меня даже не это. Его оскал. У хищника был такой оскал, что не предвещал ничего хорошего. Огромные клыки обнажались не на шутку. Волкодав, не иначе, скалился, явно рычал в нашу сторону. Куда Томас выходит? Он же порвёт его. Ведь по мере его приближения, зверь вставал в более устрашающую, даже боевую позу, сильнее обнажая клыки.

Хотела вырваться к нему, но двери были заблокированы, и когда только успел. Сквозь шум сильного дождя не могла услышать всего происходящего. Понимала, что между мужчиной и монстром ведется диалог, жесткий, хлесткий, и зачем, не укладывалось в голове. Что вообще происходит? Оба делали выпады друг к другу, но не спешили начинать схватку. Но здесь же все очевидно. Смоляное чудовище его уничтожит. Зачем он вышел? Надо было давить на педаль и уноситься прочь, а не выходить на растерзание.

– Том, нет, вернись в салон, – кричу в их сторону, но кроме зверя, который ведет ушами в мою сторону, не вижу никаких реакций. Оно и понятно. Человек не услышит ничего в таком кошмарном ливне.

В прекрасную секунду, а может и не совсем, они перестают кружить по кругу и замирают, стоя боком ко мне. Оба готовы к нападению, но почему-то медлят. Хотелось услышать хоть что-то, поэтому поспешила открыть окно, но что-то с датчиками в этой проклятой машине. Ничего не работает. Кинулась к замку зажигания, конечно, ключей нет. Черт, черт, черт! Стоило раздаться раскату грома и сверкнуть молнии, как они кинулись друг на друга. От ужаса, крик застыл в горле, и закрыла лицо руками. Не могу смотреть, как умирает тот, с кем я решилась быть вместе, с кем захотела начать новую жизнь. Так же не может быть. Грянули второй, третий раскат, а вспышка молнии была такой яркой, что пробилась сквозь зажатые пальцы. Я с трудом оторвала ладони от глаз и посмотрела вперед, и застыла в шоке.

Вместо ожидаемого трупа, на дороге боролось два волка. К смоляному чудовищу добавилось и серо-черное. Черного было хоть и много, но серого тоже в достатке. На боках обоих хищников красовались кровавые полосы, а вокруг появилось еще несколько волков разных мастей. Все наблюдали за происходящих и не вмешивались. Такое ощущение, что это война за что-то. Но где же мой Том? Куда он делся? Неужели мы угодили в разборки диких зверей, и они просто порвали его, откинув в сторону, а сами продолжают войну? Нет, тогда бы зачем черному кружить и переглядываться с ним, когда у него другой противник? Ничего не понимаю. Только завороженно слежу за происходящим, и когда черному снова достается, почему-то ощущаю его боль на себе. Легкую, но ощущаю. Грудь предательски жжет ровно в том месте, где его касались когти серо-черного волка. Мне жалко его по непонятным причинам. Пожалуйста, не давай себя в обиду, волчонок. Скорее разберись с врагом. На бойню больно смотреть. Пожалуйста.

И вот они прыгнули друг на друга с особым остервенением, и тот, что с белым пятнышком, достает до шеи серого, сжимая клыки. Противник падает на землю и уже не подает никаких признаков жизни. С ужасом понимаю, все закончено. Тот, чью боль я ощущала еще какое-то время смотрит на противника, и когда тот на моих глазах обращается в…

В Тома?

Нет.

Что это за чертовщина? Он волк? Все, это сумасшествие, я сошла с ума, раз допускаю такие мысли. Или. Сон. Да, это всего лишь сон! Сейчас ущипну себя и все закончится.

Только болючие щипки кроме боли, никакого эффекта не приносят.

Убедившись, что враг больше не встанет, блестящие глаза смоляного волка устремляются на меня. Не разрывая контакта, он идет ко мне. Вот и закончились мои денечки. И это не сон. Это параллельная реальность. Я попала куда-то, откуда выход только такой.

Оказавшись у двери, он кивком просит выйти, но я лишь отрицательно мотаю головой. Он просит снова. Понимаю, что уже злится и на грани срыва. Монстр кидается на машину лапами, коробя метал, разбивая стекло, которое к моему чуду не сыплется в салон, а покрывается мелкой паутинкой трещин. Звук от того, как когти проносятся по металлу, рассекая его, заставляет съежиться от неприятных ощущений. Но все же кровавая морда пугает сильнее с каждой секундой и отчаянье хлещется через край. Не видя моего повиновения, он просто кидается лапами на дверь в финальном рывке, отчего та сдаётся, и слегка приоткрывается.

Пока я слежу за тем, как моя защита рушится, происходит еще более странная вещь. Дверь резко распахивается, и в проеме появляется Курт. Что? Ничего не понимаю. Еще секунду назад на меня набрасывалось черное нечто, а сейчас стоит человек. Как такое возможно? Я ничего, совершенно ничего не понимаю. А он в это время тянет ко мне свои руки, чтобы вырвать из салона, из моего временного, и уже совсем ненадежного, укрытия. Он весь в крови, с глубокими ранами примерно в тех местах, где черного волка драл серо-черный. Плечи напряжены, а на окровавленном лице застыла злость. Крылья носа раздуваются очень сильно и редко, словно мужчина старается успокоить себя глубоким дыханием, взять монстра под контроль. Но от вида этой картины мне становится еще страшнее. И когда рядом со мной появляется рука, замечаю, что она вся в грязи и крови.

– Нет… Нет. Нет! Пожалуйста, кто-нибудь! Помогите мне, прошу, – я-то шепчу, то кричу, то снова срываюсь на шёпот отчаянья к концу фразы. Но больше испуганно верещу, потому что задыхаюсь от паники, ужаса. – По… помо… – договорить не получается.

Горло перехватило словно невидимой рукой, которая с каждой секундой сильнее сжимает пальцы на шее. Пытаюсь вдохнуть, но не выходит. Только рот открывается в немом крике. Стараюсь отползти назад, но в современном салоне это трудно сделать. Руки соскальзывают с сидения, спина упирается в возвышение между креслами, которое мешает перебраться в другую часть салона, даруя расстояние между мной и мужчиной. Видя вероломное сопротивление, Азиз сверкает хищными глазами, хватая за щиколотки и уверенно тянет на себя.

– Пожалуйста, не трогайте, – не знаю можно ли понять хоть что-то из моих слов, вырывающихся с болью, но все равно стараюсь изо всех сил. Слезы душат и вместо нормальных слов выдаю хлюпающее нечто.

– Молчи, – низкий рык усугубляет и без того кошмарную ситуацию, заставляя брыкаться ногами с утроенной силой. Только противник слишком сильный относительно меня, да и пространства для того, чтобы утихомирить мои попытки у него больше. – Успокойся. Я не трону тебя. Выходи, пока не вытащил грубо.

– Пустите меня. Я никому ничего не скажу, обещаю, – слезы душат по новой, картинка перед глазами плывет из-за влажной пелены, но слыша знакомый баритон, хоть и по-звериному хриплый, пугающий, удается говорить более четко. Словно кто-то там переключил выключатели в голове, даруя просветление сознания.

– Прекрати сопротивляться, Кара. Не зли меня, – и снова перехватывает ноги, резко дергает на себя.

– Нет, помогите, кто-нибудь! – испуганный писк, боль в затылке и все плывёт перед глазами и наступает темнота.

Глава 1

Азиз

Три дня назад резко сорвался в Россию к Инейному вожаку. Отшельники нашли его дочь и перешли к открытым угрозам и выдвинули понятные требования – чтобы мы сложили с себя полномочия.

Только храбрая Вермутова спутала им все планы уже второй раз.

Первый – ее беременность, которая оказалась шоком абсолютно для всех. Почти все тогда воодушевились этой новостью, кроме меня. Во мне поселилась грусть. И не из-за того, что внутри маленькие жизни, а из-за страха, что даже если она и доносит их, то вряд ли сможет родить. Не каждая волчица могла разродиться двойней. Чья-то жизнь всегда терялась. И в основном малыша.

И второй – смогла ускользнуть у них из-под носа. Пусть не совсем удачно. Недалеко от границы ее перехватили.

Но она удивила и в этом. Сначала тем, как защищала своих детей. До сих пор перед глазами ее схватка с кучей волков, явно превосходящих по силе, рваная спина, и попытка не упустить важные моменты во время пересказа слов той ненормальной. Достойная пара.

На Белозарова было страшно смотреть. Как представил на ее месте свою девочку, все волоски на теле дыбом встали. Боюсь зверя бы точно не смог сдержать. Убил бы каждого, кто посмел приблизиться, а он держался. В тот момент решил, что не зря отказался от своей пары. Так она в безопасности. Далека от нашего мира и счастлива в своей жизни.

За Вермутову же радовался, что выжила после родов. Это настоящее чудо. Но то, что была на грани смерти – пугало. Когда в коридоре появилась Паулина с детьми, весь мир перевернулся с ног на голову. Вместо двойни – тройня. Среди малышей девочка! И плюс они обращаются спокойно. Такое не могло прийти в голову никому из нас.

И главная вишенка на торте, или точнее сказать контрольный в голову лично для меня – Модест ждет со своей человеческой парой ребенка, девочку. Выходит, я проиграл самому себе? Сам отказался от личного счастья? Или еще не поздно все исправить?

У меня в голове словно короткое замыкание приключилось. Все перемешалось и что сделать ориентиром – неизвестно. Вроде вот он – пара. И могут они быть полноценной семьей, только в голове не укладывается и трудно принять.

Лишь маленькая золотая волчица, что виляла своим хвостиком перед Максимом, иногда смотрела прямо в мои глаза, и я видел в них свою судьбу. Малышка словно транслировала картинки из моего прошлого и будущего. Сначала тот день, когда впервые почувствовал запах истинной, потом как дал обещание сам себе никогда не узнавать ничего о ней. А потом жуткие кадры того, как она ускользает, мы вместе, но она боится. Следом сама тянется за защитой, только декорации другие. Я кожей чувствую смены ее эмоций. От страха и слез, до нежности и счастья. Самое ужасное, что нет лица, лишь образ. И как это понять?

Весь наш мир меняется в этот момент. В какую сторону – неизвестно, и какое место уготовлено мне в новых реалиях, как правильно поступить? С одной стороны, примеры четкие и ясные, душа стремится подстроиться под меняющуюся реальность и взять то, от чего так долго отказывался. Скоро часть территорий будет поделена между молодыми вожаками здесь, и я могу сделать тоже со своей. Одного сына Луна мне подарит, я уверен, главное не унывать и не отчаиваться. Пара справится со всем, если я буду рядом.

Перед моими глазами столько примеров сейчас. Один из них только что нашел свою истинную в образе младенца. Мысленно ухмыльнулся повороту судьбы. Бедный Егор, Максим точно не сможет долго без своего сокровища, да и малышка хочет побыть со своим истинным. Не зря же так красуется милым пушистым хвостиком? Свело же их семью так.

Ведь если разобраться. Не найди старший сын Вермутова маленькую Аню в лесу, не узнала бы она о нашем мире. Не живи среди нас, не факт, что Егор вовремя бы с ней повстречался и как в итоге выпала карта. А если взглянуть с другого угла – все маршруты распланировали и каждый четко им следовал. Или это паранойя?

Как только стало понятно, что девушка выживет, отправились допрашивать пленником. С большим трудом удалось взять себя в руки и провести на высшем уровне. Но гонимый новыми обстоятельствами старался с особым энтузиазмом выудить нужную информацию. Белозаров пришел чуть с опозданием, когда мы все были уже на местах.

Мой выбор пал на одну странно переглядывающуюся пару. Они явно вместе и можно нажать на одного через другого. Главное прощупать кто из них слабее. И ставка моя все же на волка. Слишком нестабильный, агрессивный, неконтролируемы.

Верховный верно уловил мой посыл и велел вывести их. Остальные же стали показательно брыкаться, стараясь сделать вид, что переживают. Только души их лживы и черны. Когда зашел в новое помещение, обрадовался. Здесь хотя бы более мрачно. Я бы вообще в сырой подвал, с крысами и капающей водой из труб поместил, чтобы было более полное погружение. Такие мысли были явно нетолько у меня, но и судя по лицам, у других альф.

Громкие слова о том, что мы такие твари, которым плевать на соплеменников не задели ни капельки. Таких надо было не изгонять за убийства детей, присвоение чужих пар себе по средствам убийства одного из истинных и другие страшные вещи, от воспоминаний о которых волоски шевелиться на теле начинают, а убивать сразу.

Дал всем понять, что в игру стоит вступить мне. Поняли и уступили главенствующую роль.

– Да вы посмотрите на них, само благородство. Вы твари, бездушные сволочи. В одиночку выжить трудно, поэтому вы и отпускали. Чтобы умирали медленно, мучительно… Вы самые настоящие садисты. Не надо прикрываться масками благородства, бездушные монстры, – бездумные крики отшельницы не имели никакого смысла ни для одного из нас.

– У тебя есть исключительная возможность умереть быстро и безболезненно. Назови нам имя и расскажи о ее планах, – начал медленно растягивать слова, и вкладывать в протяжные интонации всю злость, что была внутри.

Сейчас главное не сорваться. Мысли путаются, потому что хочется скорее вернуться домой, найти свою девочку и запереть дома, пока не утих вопрос с врагом. Душа не на месте будет, пока не буду уверен в ее безопасности. И это лишний стимул вытащить наружу всю информацию, для скорейшего разрешения конфликта и мирного неба над головой моей семьи.

– Нет, – четко произносит пленница.

Глядя ей в глаза подошел ко второму пленнику наигранно медленно. Все мои ставки на него. Он явно самый слабый. Только действовать сразу не могу. Надо пустить пыль в глаза, запутать, убедить и ее, и его в том, что она стала жертвой, а потом дело техники вывести самца из равновесия. Она начинает нервничать, пульс стал учащаться. Значит мы не ошиблись. Краем глаза замечал, как каждый из здесь присутствующих хотел дернуться и сделать все сам. Только одна загвоздка. Лучше меня нет никого. И они это понимали, поэтому лишь нервно стояли и наблюдали.

– Уверена? – не смог скрыть иронии. – Готова к последствиям своего выбора? – и снова фирменный хищный предвкушающий оскал, который пугает любого, кто стоит на моем пути.

А эти двое сейчас стоят не просто на пути моей жизни, они на пути моего соединения с истиной. Надеюсь все понимают, какая злость кипит в моих венах, даже ярость скорее. И эти чувства хотят вырваться наружу, чему я и позволяю случиться, правда в размеренных дозах.

– Ты не посмеешь. Я тебе глотку перегрызу, – и начала пытаться вырваться, но путы мешали ей воплотить свои планы в жизнь.

– А ты проверь. Считаю до трех. Один, два, три, – медленно протягивал счет, и на мгновение помедлил после последней цифры.

Рука частично трансформировалась, выпуская острые когти. Не задумываясь впился ими в живот противника, отчего тот скривился от боли и начал скулить. У девушки из глаз полились слезы, и она начала активно вырываться. Даже поражаюсь. Похоже они именно истинные. Не будь это так, на лице волчицы не было бы той гаммы чувств, что мы видим. Жалко ли мне ее? Нет. У этих волков произошла деформация в голове, и они даже извращенно воспринимают понятия парности, детей, быта.

– Будешь говорить или мне продолжить? – и еще сильнее вогнал когти в самца, не выпуская лицо моей вроде как выбранной жертвы.

– Нет, не скажу. Она убьет нас. Так какая разница, сегодня или завтра. Не трогайте его, – и слезы, которые не трогают душу ни на грамм.

Интересно, если бы это был мой цветочек, смог бы остаться так же спокоен? Вряд ли. Стоило только представить эту картину, как тут же прошла брешь в настрое. Стоп, сейчас нельзя допускать подобного.

– А ты уверена, что готова умирать минимум неделю? Поверь, я очень изобретателен. Так что? – и снова воткнул когти в бок врага, но на этот раз провернул их внутри. Это существо завыло вовсю мощь от боли.

– Нет, не трогайте его. Монстры, чудовища… Ненавижу, презираю, – раскачивая стул, трепыхалась она, пока я играл на нервах всех присутствующих.

Сейчас нельзя останавливаться. Оба пленника на грани срыва. От каждого из них фонит страхом с зарождающимся отчаяньем. Именно это чувство надо вынуть наружу и в нужное мгновение ударить прямо в него.

– Хм, может я не так играю и твой волк будет куда сговорчивее тебя? – подошел к ней сзади, начал брать за затылок и наклонился. – Как думаешь, ты нужна ему вообще? Он тебе нет, а ты ему? Проверим? – прошелся по шее когтем, пуская кровавую дорожку.

– Не говори, – тихо скулит она. – Она нас не простит.

– Ты такой послушный. Какая прелесть, – усилил нажим на шею. – Это ведь так удобно быть тряпкой. Пусть самки все решают. А ты как тупое животное пляшешь под их дудку.

Вот эти слова вызвали нужную реакцию. Все же я мастер своего дела. Так тонко играть на струнах сознания надо уметь. И это не завышенная самооценка, просто объективный взгляд на вещи. Были времена, когда меня и моего смоляного боялись все из-за присущей жестокости и огромной силы. Но когда появилась угроза отшельников, мы решили объединиться и забыть о дележках, просто оставив все как есть. И мир оказался куда более выгодным решением, чем междоусобицы.

Взять этого волка. У него чрезмерно развито чувство превосходства над другими. Он считает себя самым крутым и непобедимым, что он принимает решения. А в итоге. Его называют тупой марионеткой. Осталось совсем немного и имя будет у нас в кармане. Никогда нельзя заходить в лоб, надо дать противнику расслабиться, прощупать почву, и только потом начинать реальную войну.

– Может стоит тебя пощадить? Как думаете? Промоем мозги, сделаем парочку укольчиков. Ты же вроде изобрел какие-то с эффектом потери памяти? – посмотрел на Яна, бросая фразы с легким пренебрежением. – Выдашь нам имя, а потом сам ее и убьешь.

Давай, поддавайся на провокацию. Ты ведь реально пешка, кукла в руках опытного кукловода.

– Я не марионетка. Я сам принимаю решения. Никогда тупые самки не будут мной управлять, – он рычит от злости и бессилия. Не будь связан и сдерживаем силами Альф, уже бы давно обернулся в волка и начал рвать всех вокруг.

Победить такого зверя реально, даже группа альф не смогла бы выйти без потерь. Разум у таких как он затуманен и волк делает все на уровне инстинктов. Убить бы не убил, но вот пару глубоких ран точно бы оставил. А оно нам надо? Пугать окружающих, тем более, что у большинства есть пары, не хочется.

– Да? Кто же ты тогда? Я вижу перед собой жалкое существо, которое пресмыкается перед самками. Ладно бы еще самки были, а то так, – и скользнул когтем к ключице. Рана хоть и не глубокая, но запах крови подхлестывает инстинкты противника очень хорошо.

– Нет, молчи, он провоцирует тебя. Все специально, – плача начала кричать девушка, потому что видит, мы почти его дожали. Осталось совсем немного. Буквально капельку.

– Вот, даже сейчас, она диктует тебе, что делать. И вторая сука также. Ты на поводке. И не на одном. Тебя тянут сразу несколько самок. Как тебе такой тандем? М? – все происходит слишком сумбурно. Ее крики, хлесткие фразы и все, клиент дошел до кондиции.

– Не смей ее трогать. Она не Ольга. И поводок у тебя, шакал. Это тобой руководит ваш Верховный. Вам же выгодно следовать тупому выродку со своими неадекватными правилами.

Ну и все. Финиш. Ян подошел к нему сзади и вколол сильное снотворное. Вдруг он нам солгал даже в порыве гнева? Сейчас не время разбрасываться свидетелями. В случае чего пытки будут жестче, но мы все равно узнаем имя врага. А пока я доволен столь скорым разрешением ситуации. Теперь все за Белозаровым. Это его территория, и есть проверенные волки. Пусть устанавливают слежку, перехватывают, ведь мы далеко.

– Нееееет, – истошно завопила дамочка, аж уши заложило. – Что вы с ним сделали, изверги. Да что же вы за существа такие вообще? Ненавижу, презираю! Горите вы все в аду.