Своенравная Луна

Глава 2

– Что произошло, что ты так резко поменял свое решение? – Девлет был спокоен, но только внешне.

Кожей чувствовал, его напряжение. Мы ехали из аэропорта на мою виллу. Документы ждут меня дома, предусмотрительный чертяка. Но на то он и моя половинка в плане команды. Мой бета. Мой советчик. Мой друг. Равный по силе и уму. Жаль, что он сейчас один. Даже немного совестно, что у него нет истиной. Если бы все это зависело только от меня, то непременно бы подарил ему такую благодать.

Закат.

Впервые мне нравится на него смотреть, ведь он говорит мне, что осталось на день меньше до долгожданной встречи, а не как обычно, что прошел очередной день без нее. Забавно, как меняется наше восприятие и отношение к, казалось бы, привычным вещам, в зависимости от принятых решений. Все что было серым, теперь играет самыми разнообразными красками.

– Анна родила тройню. Один из малышей девочка. Модест ждет дочку. Все изменилось, Дев. Абсолютно все. Я непроходимый тупица. Повезло еще, что не все потеряно, – откидываюсь на подголовник кресла, глядя на алую водную гладь, говорю то, что еще никто не слышал, и вряд ли услышит. Потому что как себе, я доверяю лишь ему.

– Ты не шутишь сейчас? Выходит, человеческая пара это не приговор? Это же, чудесная новость, у нас скоро появится Луна, – воодушевился дружище, явно прикидывая сколько груза свалится с его плеч в ближайший промежуток времени.

– Да, скоро. Как только подготовлю ее к нашему миру, – говорить пока не хотелось и меня правильно поняли.

Каждый из нас понимал, что быстрого сближения не будет и впереди долгая титаническая работа. Понадобиться много выдержки, а раз с ней я должен держаться, значит во мне будет много лишних эмоций и напряжения, которое придется выплескивать безопасным образом, иначе сорвусь на той, на ком никак нельзя. Соответственно Девлета ждут тяжелые спарринги, ведь это самый быстрый и простой способ сброса напряжения.

За этими мыслями упустил момент, когда машина плавно набрала скорость явно превышая допустимые нормы. По итогу на месте оказались куда раньше, чем я планировал. Привычно прошли в кабинет, где уже красовалась увесистая папка с бумагами. Он видимо реально собрал самое полное досье. О, отлично, и стикеры приклеены. Значит все же подшил по разделам. Но читать все же огромное количество информации. Отложить это дело и все узнавать от самой девушки? Нет, не выдержу. Только интерес все равно перевешивает и лень берет главенствующую роль на ближайшее время.

– А если кратко? – с улыбкой смотрю на волка напротив и сажусь в свое кресло с увесистой кипой бумаг.

– Сам смотреть не будешь? – удивленно, но не без тени улыбки обратился ко мне, прекрасно понимая, что буду.

– Буду. Выжимку просто хочу сразу. Вес-то огромный, – показываю глазами на макулатуру.

Усмехнувшись, и даже по-доброму пустив смешок, он все же решил начать, стреляя глазками, мол лентяй ты эдакий.

– Хорошо. День рождения ты итак помнишь, и тут увы, в этом году ты пролетел. В отношениях не состоит. Пай девочка. Трудится швеей в хорошем ателье. По отзывам – мастер своего дела. Свой запах она чувствует интуитивно, кстати, – с долькой гордости перечисляет основные моменты.

Мне приятно, что ее ценят, значит она состоялась в жизни, не забитый зверек. Но вот слова про запах ввели в легкий ступор. Как она его чувствует, она же не волчица, и при чем тут интуиция?

– Что ты этим хочешь сказать? – подозрительно посмотрел на него, неужели что-то было сокрыто от меня в том числе и им? Это же бред чистой воды.

– Не волнуйся ты так, седых волос тебе только не хватало, – в глазах напротив вспыхнули искорки недовольства. Посмотрел бы я на него, тяни я вот так информацию о его паре. – Просто девушка любит Гибискус и Лагерстремию. Только и всего, – в мирном жесте поднял руки. – Разволновался он, посмотрите на него. Ты брось это дело, до добра не доводит.

– Забавно. А что еще? По глазам вижу, не договариваешь, – на душе даже отлегло, что нет ничего страшного.

– Аз, ты только не горячись, но один косяк я допустил, – от такого тона стало немного страшно. Поняв, что тянуть не стоит, быстро продолжил. – Помнишь, что ты устроил, когда узнал о том, как на нее реагируют мужчины? – согласно кивнул, сколько раз за сегодня он еще об этом вспомнит? – Так вот. С тех пор я дал указание ребятам сбивать всех за лётчиков еще на подлете к девочке. В итоге сейчас она довольно неуверенная в себе в плане привлекательности. Мне кажется ты должен об этом знать.

– Ты с ума сошел? – резко встал со стула, что тот бедный стукнулся о шкаф позади, оглушая товарища ором.

С ума сойти. Как так можно было поступить? Она ведь молоденькая девчушка, которой нужно развиваться и в этом плане, утверждаться. Когда парни не проявляют интерес – любая девушка начнет комплектовать, а моя малышка не должна таким страдать. Безумие какое-то. И какого черта он решился на этот театр абсурда?

Хотя. Понятно почему. Моя – значит только моя. Во всем. Но неприятно осознавать, что из-за меня она чувствовала себя не такой… Привлекательной как другие. В младенчестве она была прекрасна. Никогда таких глаз не видел ни у одного ребенка.

И все же. Черт. В какой-то степени я ему благодарен. Познай она другого, я был бы в большем бешенстве, нежели сейчас.

Только все равно совестно перед крошкой. Она ведь красавица, я в этом уверен, и тут равнодушие со стороны мужчин. А как же ее влюбленности? Ведь кто-то ей нравился в любом случае, как бы я не ревновал ее и не хотел свернуть шеи невидимым противникам, но так оставить это не мог. Представьте, молодая красавица сначала видит интерес в глазах понравившегося мужчины. Это замечают ее охранники. И вот новый день, а ему уже плевать. Соответственно крушение воздушных замков, разбитое сердечко. Так не долго и вообще перестать верить в себя и собственно в счастье. А если так, то для меня это лишняя кочка на пути к гладкой дороге нашей семьи.

– Ладно, погорячился, – устало потирая переносицу, сел обратно. – Но тебе не стоило так категорично поступать. Лучше бы подкидывал ей информацию о том, какие у них косяки, чтобы сама отшивала.

Да, определенно это был бы более гуманно по отношению к ее чувствам. Может и стала бы чуточку стервозной, но все лучше, чем так. Возможно с годами стала бы сама перебирать мужчинами в плане, кому подарить улыбку – вот этому я был бы рад. Уж мне бы точно удалось завоевать ее расположение. Истинные чувствуют друг друга даже если второй не волк. Его подсознательно тянет в капкан чувств.

– Думал об этом, но были слишком деятельные экземпляры. Я не стал рисковать, – похоже злость полыхнула даже во взгляде, раз друг так подобрался и напряг мышцы.

Надо успокоиться. Это все было в прошлом, причем только в теории парней. Остальное не важно. Оставляем вопрос там, за бортом и ставим галочку в графе выполнения. Если обижаться и обращать внимание на то, что было до тебя – проиграешь. Чувства будут травить изнутри, мешая двигаться вперед к счастью.

– Ок, что с моей просьбой? – перевел разговор в другое русло.

Сейчас самое важное встретиться с ней как можно быстрее и не навязчивей. Не подходить же к ней на улице или в общественном месте? Не принято это. И домой не заявишься со словами: «Привет, я Азиз, твой истинный. Оборотень, Альфа, четыреста восемьдесят семь лет. Знаю тебя с первого вздоха, но по своей тупости пропустил много лет. Терпеть тебе рядом с собой постаревшую версию меня еще долго. Иди, собирайся. Поедем домой». Ну согласитесь, бред же? Бред. Хорошо, если просто что-нибудь кинет, чтобы выставить. А если полицию? Нет, я этого не боюсь, просто неудобно будет перед всеми.

– Ребята пока думают, какой сценарий лучше. Потерпи день, максимум два. У нее какая-то каша на работе. Девочка просто как загнанный кролик сейчас. Еще и ты. Перебор, – выдернул из мыслей друг. Похоже он говорил что-то еще, но я благополучно прослушал.

– И почему она страдает? – с силой сжал кулак от обиды на самого себя, когда дошел смысл его слов про кролика.

Запрещал все сообщать другим, не интересовался. Так кто теперь в этом виноват, на ком можно сорвать злость? Только на себе. Интересно, ей настолько нравится ее работа, что так истязает себя, или серьезные проблемы в финансах? Да нет, если бы последнее, мне бы точно сообщили, ну или сами уладили. Черт.

– Ты сам просил дать ей жить своей жизнью. Поэтому и не стали огораживать ее от всех реальностей жизни. Прости, но я хоть и надеялся, но уже перестал верить, что однажды вы будите вместе. Годы ведь непозволительно быстро утекают.

Да, годы как вода сквозь пальцы утекают, особенно у людей. Но даже если я и просил стоило все равно немного ограждать ее. Она же девочка. Одинокая девочка. Значит от мужиков оградили, а от работы нет. Глупцы. Сами себе противоречат порой. Интересно, это они меня так бояться, что не могут соображать нормально во всех направлениях? Как появится время, надо будет провести воспитательную работу с прояснением обычных понятий.

– Я все понял. Ладно. Можешь идти, а я пока почитаю, – и отсалютовал ему папкой. Он тоже устал, о чем-то мог так же не знать. Не хочу сейчас думать об этом. Не до того.

– До завтра. Много дел скопилось, которые требуют твоего внимания. С ними тоже не затягивай. Луне нужно твое внимание, а если погрязнешь на работе, принятие может затянуться. Я сейчас тебе, как друг советую. Разберись с текучкой, выполни работу наперед, а потом и Каролину обхаживай, – хотел сказать ему, чтобы не лез. Тут работы на месяц вперед, но он поспешил продолжить. – И пока ты не закипел, я не запрещаю тебе к ней приближаться, просто встречайся. Но не начинай приручение. Женщина не простит такого. Поманил – забыл, поманил – забыл. Не хорошо. Прошу.

Повисла недолгая пауза. Он прав. Сам подумывал об этом, но сомневался. Теперь же понимаю – прислушаюсь к такому раскладу. Ничего не ответил ему, лишь сдержанно кивнул, давая понять, что сейчас настроен на другое.

Когда за ним закрылась дверь, я так и смотрел на документы. Рука зависла над ними.

Впервые в жизни я так растерян, и подсказывает мне чутье, что не в последний раз. Страх тормозил меня от изучения данных о ней.

С одной стороны – вот что мне это даст? Я же буду знать о ней основные факты и когда ей станет не страшно о них рассказать, буду чувствовать себя некомфортно. А с другой, если скажу потом, что все знал, могу лишиться доверия и в какой-то момент перестанет делиться своей точкой зрения. Да и скандала не избежать, когда узнает, что мы истинные… Нет, лучше пусть совесть мучает, так я буду готов в случае чего. Мало ли, может она когда-то повредила ногу, а я ее на каблуки затащу ради своего удовольствия? В жизни не прощу такого, и она так сразу не воспротивится моему желанию. Или она высоты боится, а я ее в вертолет, чтобы посмотреть на город с высоты птичьего полета? Что мне потом делать с ее испугом, или не приведи Луна – панической атакой?

Исходя из таких рассуждений – понял, что только запутался еще больше.

Нет, мне нужно быть готовым. Не смогу себе простить глупость по незнанию.

Потянулся к нужной папке и резко открыл, вчитываясь в текст.

«Рамнина Каролина Игоревна. Родилась одиннадцатого ноября в Стамбуле…» так, это все не интересно.

Бегло прошелся по ее данным рождения, отметил невысокий рост, но весьма недурные параметры в определенных местах. Да, должно быть идеально. Родители погибли. После их смерти переезжала в Лондон. Выходит, несколько лет к ряду ее не было под боком? Я не давал на это своего разрешения. Кто-то явно получит у меня за это. Ладно, отвлекся. В двадцать лет поступила в Лондонский институт дизайна. Там появилась подруга, с которой общается до сих пор. Во время студенчества подрабатывала в ателье и непродолжительное время в кафе.

Последнее заставило заскрипеть зубами. Какие-то мужики пускали слюни на мою принцессу. В чем она вообще там ходила? Какой там дресс-код? Стоп. Парни не могли не проверить. Да и сто процентов каждую ее смену были там для страховки. Если нет, придушу собственными руками.

Ладно, вернемся к изучению, пока еще сильнее не накрутил себя.

Закончив магистратуру, была вынуждена вернуться, так как найти нормальную работу не смогла. Подруга возвращается в Россию. Опять они. Да ладно. Связь между девушками очень крепкая. Никакого криминала, переломов. Здоровье у пары отменное, судя по тому, что она обращалась к врачам всего три раза, и те с простудой.

Так пролистано оказалось с десяток страниц. Потом пошло все по годам. Как училась в школе, на какие оценки все сдавала в университете. Все гранты и призы в конкурсах. Активна, но в тоже время держится в тени. Скромница моя. Так и не заметил, как переместился к последнему стикеру.

А ведь прочитана лишь треть. Что же там такого объемного. Я даже пикантную вещь уже знаю. Твою же, даже захотелось придушить всех, кто читал заключения с медицинской комиссии. Такое позволительно знать лишь мне одному.

Но что сделано, не вернуть. Переворачиваю белый лист и застываю.

Не подшитые снимки. И на первом из них была шикарная молодая девушка. Темно русые длинные волосы рассыпанные по плечам, а сама девушка смотрит в небо. Снимали в окно, когда она расшторивала свою квартиру после ночи.

На следующей профиль с милым маленьким вздернутым носиком.

Третье, смотрит не совсем в кадр, но тут уже могу любоваться мягким овалом лица, пухлыми губками и притягательной улыбкой. Глаза все так же прекрасны. Зеленые омуты так и манят в свой плен, выбивая воздух из лёгких и землю из-под ног. Лицо не тронуто макияжем, что радует. Я вижу ее, как на ладони и не нужно представлять без грима.

Снимки сменялись один за другим. Это целая картотека ее жизни. И пусть в ней нет первых шагов, зато есть уверенное катание на коньках и роликах в чертовом Альбионе. Обтягивающая одежда во время поездок на велосипедах с подругой. Походы домой и по магазинам. Везде где была, все отсняли, отобрали лучшее и передали мне.

В груди приятно потеплело от этого. Взял снимок где крупным планом ее лицо и не удержался, прошелся по скулам, слегка пухлым губкам, пытаясь представить какие они на ощупь. А после и вовсе и подошел к зеркальной стене, напротив. Встал и поднял снимок рядом со своим лицом. Да, разница заметна очень сильно. Девчушка на фото такая девчушка еще. Ей и двадцать пять с трудом дам. Но дата в нижнем углу не дает усомниться в том, что на бумаге двадцати восьми летная дама. И я. С легкостью можно дать лет на пятнадцать старше.

Сможет ли она довериться, принять? Понимаю, что добьюсь ее, чего бы мне это не стоило. И все же хочется видеть в глазах интерес, восхищение, а не отвращение из-за разницы в возрасте. Даже мне противно видеть себя рядом с ней, такой юной и благоухающей. Почему я был таким дураком? Сейчас бы не стоял и не занимался самобичеванием.

Прошлое не изменить. Чем быстрее приму это – тем быстрее выберу правильный маршрут по завоеванию.

Каролина.

Как же тебя называют домашние? Кара – нет, слишком негативно. Она похожа на ангелочка. Лина? Вполне. А может у нее было прозвище, которым называли. Такого точно не узнали бы, ведь это прячется за закрытыми дверьми.

Моя королева. Все сделаю, чтобы ты была счастлива и мой вид не смущал. Не знаю, что именно, но сделаю.

Снова подошел к столу и полистал снимки. На глаза попался кадр, где рядом с ней маленькая девочка. Года два, максимум три. На ребенке красивое платье, а пара суетится сбоку. Видимо финальная примерка. Улыбка не сходила с ее лица. Возиться с крошками ей куда приятнее, чем со взрослым контингентом.

А наши дети? Сколько их будет, какого пола? Первым бы сына в идеале, чтобы был у меня помощник и мамин защитник. А второй и дочурку. Такую же крохотную, изящную и с этими завораживающими глазами ее матери. И плевать со сколькими самцами придется сразиться, чтобы не посягали, всех одолею.

И вот последний кадр. Фото сделано два дня назад. Истинная сидела на подоконнике. Рассмотреть ее было не так легко. Капли дождя портили весь кадр. Лбом уткнулась в стекло, поджимая колени к груди, а аккуратный пальчик видимо вторил движению водной дорожки на стекле. Грустная. У самого в горле перехватило от досады.

– Скоро все закончится. Я скоро заберу тебя домой.

Глава 3

Каролина

– Нет, вы посмотрите на нее, она еще и что-то забирает отсюда! Не смей ни к чему прикасаться. Выметайся, воровка! – которую минуту подряд орет жена хозяина ателье в мой адрес.

– Вы бы хоть постыдились. Сами украли, чтобы меня подставить. И пока я собираю вещи, лучше принесите расчет, – не глядя на стервозную особу, положила в коробку свою подушечку с иголками.

Те что они выдавали всегда портили ткань, поэтому беру только свое. Помню, как в первый раз испортила отрез шелка и его стоимость из зарплаты вычли. На минуточку, вышло на семьдесят процентов от нее. Представляете сколько я плакала? Хорошо еще, что деньги были отложены на жизнь. На оставшиеся тридцать процентов пошла покупать свои «игрушки», чтобы не попасть впросак. Никакой зарплаты не напасешься на них.

– Что ты сказала? – резко сменила интонацию на хриплую и низкую. Прямо, как змея перед нападением. – Деньги тебе? Да я сейчас вызову кого надо и тебя посадят, воровка, – багровые пятна уже пошли с лица на плечи, а во мне все сильнее крепла злость.

Ненавижу, когда незаслуженно обижают других. Всегда встаю на их защиту, даже если прилетает мне. И совершенно не понимаю, как можно пройти мимо? А сейчас сама оказалась на месте тех, кого защищала.

– Мне бояться нечего. Я ничего не крала. Там будут чьи угодно отпечатки, только не мои. Вызывайте, – развернулась к ней и села на стул. Достала уже.

– Нэргиз, прекрати этот балаган, – о, а вот и хозяин пожаловал.

Корень чертового увольнения. Этот боров уже больше двух месяцев капает на меня слюной. Отпускает недопустимые шуточки, а три недели назад вообще начал регулярно лапать, не откровенно, но все же. Вот тогда все и началось. Доброжелательные коллеги поделились этой информацией с супругой. Та фурией прилетела и начала устраивать сцену ревности не называя имен.

А дама она неприятная, как по характеру, так и внешне. Да и муженек у нее тоже, не писаный красавиц.

С того дня у меня начались неприятности. То ткань испорчена, то мерки подправлены и на клиентах вежи не сходились. Все это убытки, удар по репутации. Но ладно, с этим я научилась справляться. Забирала выкройки домой, вместе с мерками. Вещи без присмотра больше не оставляю.

Не видя победы со своей стороны, хозяйка пошла на крайние меры. Одна ее подруга пришла ко мне за платьем. И вот беда, во время примерки куда-то делся дорогущий браслет с рубинами, и теперь меня обвиняют в воровстве. Ненавижу ее мужа за все происходящее. Почему из-за какого-то козла должно рушиться мое будущее?

Да, я веду себя нагло, резко, но это все из-за страха. Я играю в надежде, что они испугаются и заплатят за прошедший месяц и не будут пускать слухи. Кому поверят: швее или хозяевам? Так еще и все сотрудники подтвердят. Вся моя жизнь сейчас может разрушиться, потому что вчера Багир Тавирович нагло хватал меня за попу, и плюс от меня же получил потом. Новость вихрем донеслась до Нэргиз и вот итог.

Сижу и надеюсь, что в них все же проснется крупица совести. Смотрю на ссорившихся супругов и понимаю – не пронесет меня. И жить мне в Стамбуле нормально не дадут. И что делать с этой чертовой жизнью? Куда податься? Ведь нигде не ждут.

– Как ты смеешь ее защищать, проходимку эту! – размахивая руками, кричит на него, а потом резко оборачивается ко мне, когда с губ срывается истеричный смешок. – Ты чего сидишь еще тут дрянь такая? Я тебе по-хорошему говорю, выметайся вон из моего ателье, – кинулась на меня, я же стала прикрывать голову от ее ударов. Сотрясения только не хватало для полного счастья.

– Да что вы творите? – почти плача вырвалось у меня, когда удары не прекращались больше минуты, а руки сильно заболели. Синяки мне похоже обеспечены от этой полоумной.