"Лучший" папа

Глава 1. Ренат

— Какие дети? — недовольно выпаливаю, прижимая телефон между плечом и ухом. — Не хочу я детей.

Достаю из холодильника бутылку воды, захлопываю дверцу и морщусь.

Памперсы, бессонные ночи, крики… Я к этому не готов.

— Это тебя большой город разбаловал, — ворчит мама в трубку.

Закатываю глаза. Люди из деревни всегда так говорят.

— Женщина, я владелец бизнеса и…

Каким бы серьёзным я ни был, для родителей я всё равно остаюсь маленьким мальчиком. В свои тридцать пять лет, да.

— Ну всё-всё, знаю. Ты у нас с отцом молодец, но и мы уже не молодые. Хотим внуков понянчить. И с девушкой своей нас познакомь.

А с кем я обещал её познакомить? С Милой? Настей?

Да неважно — серьёзных отношений у меня нет. Только провести ночь, не больше. Не встречал ещё женщину по своему вкусу. Либо инфантильные малолетки, либо пустоголовые курицы, которым нужны только мои деньги.

— Я холостяк. Живу, как хочу. Извини, матушка, не пример для общества.

Звонок в дверь звучит как спасение от дальнейших нотаций.

— Ладно, у меня доставка приехала. Звони, только про детей не начинай, — бросаю, направляясь в коридор. И только по пути понимаю, что ляпнул. Для мамы заказывать еду — грех. Только домашняя кухня, желательно с огурцами с грядки.

— А вот была бы у тебя жена, ты бы…

Не дослушав, отключаюсь. Бросаю телефон на диван и, подойдя к двери, открываю её.

Я голоден, как волк. А после разговора с матерью готов всё крушить. Каждую неделю одно и то же.

О как.

А с каких это пор у нас в доставке работают девушки, да ещё с детьми?

Лицо у неё какое-то знакомое. Будто где-то встречались.

Потом вспомню, сейчас меня волнует кое-что поважнее:

— Где еда?

— Так, я быстро и по делу, — начинает девушка, сразу беря инициативу. Судя по всему, мне привезли не обед, а… А что? — Привет, Ренат.

— Мы знакомы? — удивлённо поднимаю бровь.

Она округляет глаза, опускает взгляд на сына и всё так же поражённо шепчет:

— Закрой уши.

Малец послушно прикладывает ладони к голове.

И её недовольный взгляд снова устремляется на меня.

— Ты с ума сошёл? Совсем уже не помнишь, с кем спал?

— Да я и не пытался запоминать, — хмыкаю, поднимая руку и упираясь локтем в косяк. Есть хочу — сил нет. Сейчас упаду от голода. Всё-таки надо было ехать в ресторан. Но на улице такая жара, что лучше не выходить из дома. — Так ты…

— Очередная, судя по всему, — недовольно скрещивает руки на груди, но тут же мотает головой. — Ладно, это всё неважно.

Ничего не понимаю. Ко мне пришла девушка, с которой я переспал лет… семь назад? Три? Уже не помню. И что ей от меня нужно? Повторить? С такой просьбой с детьми не приходят.

Вдруг она протягивает мне спортивную сумку. Хмурюсь, понимая, что там явно не еда. Но почему-то беру её автоматически.

— Так и быть, напомню. Пять лет назад мы с тобой переспали.

Пять, значит. Я был близок к истине.

Только к чему всё это?

— Я забеременела.

Так и хочется сказать «сочувствую», но с языка срывается совсем другое:

— Не от меня же?

— От твоего соседа. Вот и решила прийти спустя столько лет похвастаться. От тебя, разумеется, — раздражённо упирает руки в бока.

Если бы я сейчас не был так ошарашен, уже бы начал злиться. И давно бы захлопнул дверь перед этой сумасшедшей.

Но взгляд падает на пацана, который уже убрал ладони с ушей и внимательно смотрит то на меня, то на мать, прислушиваясь к разговору.

— Шокирующе, знаю, — тараторит она и, как ни в чём не бывало, начинает копаться в своей сумке, что-то ища. — Но я решила ничего тебе не говорить. Знала, что тебе это не нужно. В общем, решила не делать аборт, а жить дальше своей жизнью.

Благородно, но… Это что, розыгрыш? Кто-то решил отомстить за то, что я дал согласие на публикацию какой-нибудь скандальной статьи? Подо мной все крупные информационные каналы — что хочу, то и утверждаю.

— И мне сейчас нужно уехать, оставить его не с кем. Так что, папаша, принимай.

Она берёт пацана за руку, заводит в мою квартиру, и тот послушно становится рядом, берёт меня за пальцы, будто мы уже лучшие друзья.

— Я его девять месяцев носила, четыре года воспитывала, теперь твоя очередь поучаствовать в его жизни.

Замираю, снова опуская взгляд на мальчишку рядом с собой.

В голове тараканы танцуют румбу.

И пока я щёлкаю клювом… Его мать куда-то исчезает. Точнее, галопом несётся по лестнице вниз, даже не дав мне вставить ни слова или хотя бы переспросить.

Она ведь сейчас вернётся?

Никогда раньше я не испытывал такого страха, как сейчас. Какие бы проблемы у меня ни возникали, я всегда решал их с холодной головой, без тени сомнения или страха. А тут…

– Пап, а мы есть буем? – вдруг до меня доносится тонкий голосок… Сына?

В одну секунду ко мне подбежала сумасшедшая, с которой я однажды переспал, вручила мне своего голодного ребёнка и убежала. Как на это реагировать?

– Есть? – переспрашиваю я.

– Ага, я кушать хотю.

– Подожди, стой, – качаю головой, отбрасываю сумку в сторону, будто в ней бомба. Присаживаюсь на корточки, вглядываюсь в лицо мальца, имени которого не знаю, и пытаюсь разглядеть в нём знакомые черты.

Волосы тёмные, прямые. И я не кудрявый.

Глаза большие и карие. У меня тоже.

А у той девушки какие были? Не помню, не присматривался.

На что ещё обращают внимание? Губы как губы. Маленький человек с пухлыми щеками.

Родинки… есть пара штук, в разных местах.

Вроде бы что-то от меня есть. Если бы ему добавить щетину — может, и был бы похож.

– Какое у тебя отчество? – спрашиваю самую глупую вещь на свете. Нужно было начать с чего-то другого.

– Ленатович, – уверенно и важно заявляет он.

– Ренатович?

Он коротко кивает.

Я сжимаю его плечи, перевожу взгляд на пустой коридор, где только что стояла женщина.

До сих пор не могу поверить её словам.

Но что же теперь… Я остался один на один с этим мальчиком? И… отец?

Глава 2. Ренат

– Так мы есть буем? – поторапливает меня малец, дёргая за руку.

Да-да, точно, его надо покормить.

Словно по щелчку, на лестничной площадке появляется курьер с жёлтой сумкой за спиной.

– Доставка, – зачем-то поясняет он, передавая мне обед из ресторана. Забрав заказ, я закрываю дверь и пропускаю ребёнка в квартиру первым.

Как его вообще зовут?

– Ренатович, – окликаю пацана, пока он разувается и аккуратно отставляет обувь в сторону. Всё делает правильно, ровно. Поправляет свой рюкзачок и ждёт. – Имя у тебя есть?

– Есть, – кивает. – Тимул.

Говорит приятно, и вроде бы на шкодника не похож.

Может, с ним не так уж и тяжело будет?

– Тимур, значит. Проходи.

Подталкиваю его к гостиной. Похоже, мальчик воспитанный: ждёт разрешения, и, услышав моё одобрение, идёт дальше.

– Налево. Кухня там.

Что я вообще творю? Я серьёзно собираюсь кормить чужого ребёнка у себя на кухне после того, как одна сумасшедшая притащила его ко мне домой? Откуда она вообще узнала, где я живу? Я ведь её тогда к себе в квартиру приглашал? Вот дурак.

Надо звонить в полицию. Предупредить знакомых, чтобы перекрыли аэропорты, поезда, всё! Чтобы эта ненормальная никуда не уехала. Благо связи и влияние есть.

– А тебя как совут? – вдруг спрашивает меня Тимур.

– Ренат же.

– О, – удивлённо округляет глаза, мол, «Вот совпадение, а я Ренатович!».

– Да-да, совпало.

Он всё ещё идёт, восхищённо оглядываясь, заходя в просторную кухню. Тимур осматривает всё, открыв рот, будто впервые видит мраморные узоры.

– Я сяту?

– Садись, конечно, – нахмурившись, слежу за тем, как он забирается на стул. Ставлю перед ним пакет, достаю контейнеры с едой. Надеюсь, он это ест. Здесь чисто мужская еда: стейк, запечённый картофель, овощи. – Так, ты пока поешь, я пойду кое-кому позвоню, а потом вернусь, и мы поговорим, лады?

– Хоёшо, – выпаливает он, будто ничего необычного не происходит, и сам открывает контейнер. Начинает есть так торопливо, словно его несколько дней не кормили. Но на неблагополучного он не похож. Одежда чистая, сам он аккуратный.

Мама его тоже не выглядит малоимущей.

Что ж тут происходит, а?

Оставшись один в гостиной, первым делом звоню знакомому менту. Он не отвечает. Жду так долго, что мои нервы натягиваются до предела и превращаются в тонкие ниточки.

На работе меня так никто не нервировал, как сегодня.

Наконец-то гудки обрываются.

— Гриша, — чуть ли не рычу. — Где пропадаешь?

— Работаю, вообще-то. Чё надо?

— У меня проблема.

Проблемище!

— Опять звёзды преследуют? Я же говорил, пора заводить охрану. И переезжать на Рублёвку, в охраняемое место. Всё-таки профессия у тебя... щекотливая и грязноватая.

— Нет, — перебиваю его мелочи жизни. — Ко мне десять минут назад пришла левая девушка... или женщина, не знаю. Лет тридцать ей. Оставила у меня своего ребёнка и ушла.

— Это как? — недоумённо спрашивает он.

— Ну что ты тупишь? — моментально вспыхиваю. — Сказала, что он мой, и уехала!

— Ого, поздравляю, папаша. Сколько ему лет?

— Не знаю, около четырёх.

— Так это же отлично, бессонные ночи уже позади. Не надо ему жопу мыть. Или надо? Я не разбираюсь. Короче, радуйся. Первые пару лет самые сложные, ты их уже отгулял.

— Ты совсем не видишь проблемы? Какая-то женщина, с которой я разок переспал, оставила мне своего ребёнка! Что мне делать? Везти его в отделение?

— А ты уверен, что он не твой?

— Да на сто процентов!

Вспоминаю черты его лица и начинаю сомневаться.

— Хотя, возможно, и наоборот, — добавляю.

— Вот сначала разберись — твой он или нет. Если чужой, я попрошу кого-нибудь этим заняться. А если твой — может, она просто оставила его у бати на пару часов.

Ну, может быть. Вдруг ей нужно было по магазинам пройтись, а с ребёнком неудобно?

— Ладно, я на панике, мозги остужу и поговорю с мальцом. Действительно, может, она вернётся через пару часов, и мы всё обсудим.

— Держи меня в курсе. Но имя скажи, я по базе пробью — вдруг она аферистка какая.

Помнил бы я его ещё...

— Узнаю — сообщу.

Отключаюсь и возвращаюсь на кухню. Вижу, как Тимур уплетает салат вилкой. Сажусь напротив, беру конфету с конфетницы и начинаю вертеть её в пальцах.

Пора становиться серьезным. Вся эта ситуация мне абсолютно не нравится. Может, это конкуренты или недоброжелатели, которые решили меня подставить. Придут сюда с полицией и скажут, что владелец журналов и многих информационных каналов похитил ребенка. Суды, пресса, минус репутация.

– И надолго твоя мама тебя оставила? Она что-нибудь сказала?

Он кивает, болтая ногами и пережевывая еду, не отрываясь от трапезы.

Блин. Как интересно он держит вилку – кулачком. Миленько. Вдруг показывает два пальца.

– На два часа? Ладно, сойдет, справлюсь.

– А куда?

– Уехала, – пожимает крохотными плечиками. Если приглядеться, он очень маленький для своей четкой речи. Родился недоношенным? Или малоежка? В голове взрослый, а по телу – нет. – К дяде Мише.

– А дядя Миша?

Он неожиданно морщит носик.

– Хотел папой моим стать.

– Значит, отчим.

– Оть!

Значит, она бросила ребенка на меня, а сама свинтила к мужику. Но почему именно на меня? Мы пять лет не виделись. И тут резко мой образ всплыл в её пустой голове? Или я действительно его отец?

Так, без паники. Это решаемо. Всё это – очень даже решаемо.

– А как зовут твою мать? – вспоминаю, какую информацию мне нужно предоставить Грише.

– Алина.

– А фамилия?

– Лисины мы.

Алина Лисина.

Я печатаю Грише сообщение с именем. Он спрашивает год рождения и отчество, но Тим этого точно не знает. Приплыли. Вряд ли он что-то найдет, но так мне будет спокойнее. Что полиция в курсе, и в случае чего у меня есть алиби.

– Так, ты доел? – спрашиваю, видя полупустой контейнер. Аппетит отменный. Если мой окажется таким же, значит, он точно в меня пошел.

– Та, было фкусно, – откладывает пластиковую вилку в сторону и вытирает рот салфеткой. Ты посмотри, какой интеллигент.

– Не хочешь прокатиться на бибике?

«Бибике»… Я когда в последний раз так общался? Никогда.

– Ты меня тосе блосить хотешь?

Хмурюсь от его слов. Почему-то это задевает. Его можно понять: мать действительно оставила его, бросив мне.

Но он какой-то слишком умный и взрослый. Сколько ему – до сих пор не пойму. Года три? Нет, в таком возрасте так не говорят. Четыре, скорее всего. Да, точно, Алина что-то говорила об этом.

– Нет, мы быстро съездим к врачу.

Малыш тут же пугается, взмахивает ладошками и вдруг прячет их под стол. Испуганно произносит:

– Мне же писю не отлежут?

– Чего?..

– Мама как-то скасала мне, что доктол мне писю полезал, когда я маленький был, и…

– Стоп-стоп, – останавливаю его движением руки. Теперь понятно, чего он руки под стол убрал. Младшенького своего защищает. – Расслабься.

Его плечики действительно опускаются вниз в облегчении.

– Доктор просто возьмет ватку, соберет слюнки и всё. Согласен?

Он неожиданно улыбается и с энтузиазмом отвечает:

– Та!

Хоть с этим проблем нет. Сейчас быстро съездим в клинику, сделаем тест ДНК, и посмотрим, правда ли то, что говорила та сумасшедшая аферистка, или нет.

Глава 3. Ренат

Ренат

– Ну что, не больно было? – держу Тима за руку. Точнее, он меня. Вцепился клешнями и не отпускает. Я-то не против, мне даже проще – он не убежит. Просто… непривычно за кем-то следить. За его настроением, желаниями. Хочет ли есть, пить или в туалет.

Сейчас пришлось говорить с ним, как с маленьким, когда у него брали слюну. Хотя он и есть маленький.

Плюс – это дополнительная ответственность за другого человека.

– Неа, – улыбается этот паренёк. Счастливый он какой-то. Когда впервые его увидел, тихий такой был, забитый будто. Мать сказала идти ко мне – он и пошёл. Послушный. А сейчас словно расцвёл.

– Тогда поехали домой, – тяну его к машине. Жизнерадостная моська тут же тускнеет.

– Не отю домой, – опускает взгляд в землю и сильнее сжимает мои пальцы. – Поси гуять!

– Гулять?..

Этого я боялся больше всего. На улице бдительность терять нельзя. Моргнёшь – и нет ребёнка. Он уже где-то в песочнице ест песок.

– Не получится, – вспоминаю одну деталь. – Твоя мама может вернуться за тобой. Скоро истекут два часа.

А как эта мама вспомнила, где я живу – вопрос. Я стараюсь не водить никого к себе домой. Но бывают огрехи. Видимо, в тот раз я и оступился.

И теперь в безвыходной ситуации.

Тим, насупившись, отворачивается.

И так скверно становится, что от самого себя противно. Он же ребёнок. Конечно, он гулять хочет больше, чем сидеть и залипать в комнате.

– Ладно, – соглашаюсь с ним. – Поехали в парк.

Как раз в одном из них, неподалёку отсюда, сегодня происходит открытие аттракционов, будет мэр и море журналистов. Посмотрю заодно, как работают мои работяги.

– Палк! – восхищённо шепчет он, чем озадачивает меня ещё больше. У всех детей такая реакция на «парк»?

Чёрт знает.

Через полчаса гуляем по тропинке среди деревьев и природы. Здесь красиво, «вау»-эффекта нет, но не для Тима. Он весь светится, готов сорваться с места и прыгнуть в траву.

– Нравится? – спрашиваю его, а сам поглядываю на часы. Лисина там ещё не вернулась? Консьержка должна сообщить, если ко мне кто-то придёт. Но от неё ни строчки.

Время погулять ещё есть.

– Отень, – кивает мальчишка, оглядываясь по сторонам. Замечаю автомат со сладкой ватой.

– Хочешь вату?

– Отю, – скромно кивает. Подходим к аппарату, заказываю ему синюю сладкую вату. Пусть потом с синим языком ходит. Детям такое вроде нравится?

Забрав заказ, продолжаем гулять.

Малец наслаждается видами и природой, а я выглядываю какие-нибудь события и знакомые лица, которые трудятся у меня в штате. Нахожу одну мордашку — нашла себе жертву из простых прохожих.

Не туда ты залезла, не туда.

Ладно, потом с ней поговорю.

— Пап, — доносится откуда-то до меня. — Пап!

Ребёнок где-то папу зовёт? Или мне показалось?

— Пап! — и Тим дёргает меня за руку. Смотрю на него, и меня осеняет: это же он меня звал.

Как непривычно.

— Чего?

— Пить хотю.

Вот же дети!

— Сейчас исправим.

Подхожу к первому попавшемуся ларьку. Пока ждём небольшую очередь, расспрашиваю Тима о его вкусах. Он восторженно крутится на месте и любовно, но со скромностью, выдаёт:

— Молоко-о-о-о.

— Такой большой, а всё молоко тягаешь, — улыбаюсь, потрепав его по макушке. — Молочная душа. Коктейль подойдёт?

— Оно фкусное, — одобрительно мычит и кивает.

Тоже, что ли, что-то взять? Жарко ужасно. В такую жару из дома выходить не хотел, но пришлось.

Благо, нам осталось ждать недолго — впереди нас стоит болтушка, говорит с кем-то по телефону. Тим что-то выглядывает вдалеке, а я гипнотизирую время. Открытие уже должно идти — не успеем. Да и всё равно, я сюда не работать приехал.

— Пап, — опять зовёт меня Тимур. На этот раз откликаюсь, пока не забыл.

— Чего?

— А зачем дядя тётю по попе хлопал? — вдруг спрашивает он меня. Выпучив глаза, перевожу удивлённый взгляд в сторону, куда всё это время смотрел малец. Там заигрывают два суриката, не стесняясь детей и распуская руки. Вот же… Идиоты.

Не успеваю ответить, как Тим продолжает:

— Вот так.

И, замахнувшись ладошкой, бьёт впереди стоящую девушку в джинсовых шортах по попе.

Э… Я отреагировать не успеваю, а вот Тим быстро прячет ладошки за спину.

— Что за?.. — доносится от шатенки. Она убирает телефон от уха, оборачивается. Недоумённый и в то же время злой взгляд тут же летит на меня. Не успеваю рот открыть, как она перебивает: — Ах ты… извращенец.

И через секунду мне прилетает хлёсткая пощёчина.

Глава 4. Кира

– Да-да, я сейчас скоро буду на месте, – тараторю в телефон и скачу по парку, как сайгак.

Я сейчас подохну от жары! Я и так одета легко – джинсовые шорты и укороченная футболка, а всё равно хочется умереть и провалиться в ближайшую тень и не вылезать из неё до вечера.

– Поторопись, иначе профукаешь свою статью и не устроишься в компанию к этому Лазареву, – доносится в ухо голос подруги.

– Да знаю я, знаю, – раздражённо отвечаю, вытирая со лба пот.

Опаздываю, блин! Сегодня в парке открывают новый аттракцион, и по совместительству отмечают пятилетие самого парка – устроили целое шоу с музыкой, воздушными шарами и толпой аниматоров.

Мне кровь из носу нужно всё сфотографировать и написать статью. Желательно жёлтую, чтобы было поострее и поинтереснее для читателей.

– Всё, не отвлекай, – отрезаю я, отключаюсь и ускоряю шаг, лавируя между детьми с сахарной ватой и мамами с колясками. Поглядываю на экран телефона и, заметив, что до встречи ещё есть время, замедляюсь. Да никто не опаздывает, чего пугают!

Сейчас куплю попить и спокойно дойду, а то реально помру от жажды.

Подхожу к яркому ларьку с напитками, разглядывая автоматы с газировкой и мороженым. Телефон в руке снова вибрирует.

Ну кто там ещё?

– Да, Алл? – вздыхаю, отвечая и вставая в очередь.

Это моя двоюродная сестра, которая всегда звонит в самый неподходящий момент.

– А ты знала, что… – начинает она тараторить, не давая мне вставить ни слова.

Стараюсь слушать, киваю, поддакиваю и даю свои непрофессиональные советы.

– Да зачем тебе нужен этот… – не успеваю договорить, как вдруг чувствую мощный шлёпок по заднице.

Что за?!

Резко убираю телефон от уха и оборачиваюсь. Передо мной стоит высокий мужчина, одетый в светлую футболку и шорты, с нахмуренными бровями и удивлёнными глазами.

Ах ты… Домогаются посреди парка!

Не раздумывая, отвешиваю ему звонкую пощёчину.

– Извращенец! – выкрикиваю, привлекая взгляды прохожих.

Да я такой наглости тысячу лет не видела! И то, что он такой красавчик с короткой щетиной и выразительными глазами, не даёт ему никакого права лапать девушек на улице. Если он сейчас скажет, что я сама виновата из-за коротких шорт – я ему и по другой щеке заеду.

– Ты чё творишь? – чуть ли не рычит мужчина, его баритон пробирает меня с головы до пят. – Это не я был.

– А кто тогда? – быстро прихожу в себя и бросаю ему вызов, оглядываясь по сторонам. – Твой друг-невидимка?

– Он, – сквозь зубы цедит незнакомец, указывая вниз.

Ребёнок? Вот эта кроха с большими карими глазами, в футболке с динозавром, прячущий руки за спиной?

– Мало того, что вы всё на ребёнка спихнули… – зло шепчу, наклоняясь ближе. – Вы ещё и при нём домогаетесь до других!

Беру аккуратно мальчика за руку.

– Мальчик, ты не испугался? – мягко обращаюсь к малышу, который виновато смотрит в пол и переминается с ноги на ногу.

Он быстро мотает головой и тут же отпрыгивает от меня, прячась за спиной мужчины и крепко вцепляясь в его штаны.

– Пап, – зовёт он дрожащим голосом.

– Так папа… – шепчу я, поражённо глядя на мужчину. – Ты ещё и сына своего этому учишь?

Вот народ пошёл!

Я резко хватаю телефон, быстро захожу в камеру и щёлкаю этого извращенца, стараясь, чтобы в кадр попало его лицо.

– Жди себя в сети, папаша, – зло выпаливаю ему, с трудом сдерживаясь. – Под заголовком: «Отец-извращенец учит своего сына, как подкатывать к девушкам». Фу!

Трясу перед ним бейджем журналиста, висящим у меня на шее на красном шнурке. Пусть знает, на кого нарвался.

– Нет, ты адекватная? – доносится до меня его возмущённый голос, но я уже не слушаю.

Я хватаю свою бутылку воды, прикладываю карту к терминалу, и, не оборачиваясь, быстро ухожу прочь, чувствуя, как щеки пылают от злости и стыда. У меня времени в обрез!

Скачу по всему парку, петляя между людьми и киосками, недовольная и раздражённая из-за того, что сделал тот мужик. Главное – на сына своего всё скинул! Но мальчишка такой милашка – я бы ему всё простила.

Так, Кира, сосредоточься на работе!

Подбегаю к главному аттракциону, запыхавшаяся, и замечаю, как люди уже расходятся, кто-то лениво тянет за собой воздушный шарик, кто-то доедает сахарную вату.

Не поняла?..

– Малинина! – раздаётся за спиной резкий голос. Я вся покрываюсь мурашками, будто меня окатили ледяной водой. – Где ты ходишь? Ты всё пропустила!

– Да я… – начинаю оправдываться, запинаясь.

Это всё из-за того мужика! Не задержал бы он меня – я бы успела!

– Ещё один такой раз, и…

– И что? – выгибаю бровь и скрещиваю руки на груди. – Уволите?

А ничего, что я батрачу, как проклятая, гоняя по всему городу, делая фотографии, и пишу статьи?

И он сам должен это понимать! И судя по морщинке по его лбу, прекрасно всё осознаёт.

– Вычту ползарплаты.

– За опоздание?

– За несвоевременную подачу статей!

– Да пошёл ты, – выплёвываю, снимая своё бейдж. Вручаю ему. – Достал уже, вечно недовольный павлин.

Без него разберусь. А вот справится ли его мелкое агентство с акулами бизнеса – я ещё посмотрю.

Зато теперь я свободна. И могу смело попробовать себя в холдинге Лазарева.

О нём в нашей сфере только и говорят: собрал у себя самых проворных и говорливых. Ты только на место приезжаешь – а от него уже статья выходит. Гад.

И я хочу к этому гаду.

Поэтому с гордо поднятой головой сейчас ухожу от павлина. Мне всё ещё нужно найти немного материала для статьи, а на днях поеду на собеседование.

Листаю на ходу телефон, заглядываю в галерею. И улыбаюсь при виде фотографии красавчика-извращенца.

Одна статья у меня уже есть.

Глава 5. Ренат

– Что за подстава? – шепчу, схватившись за щёку. Щека горит, будто кто-то приложил к ней горячий утюг.

Слышу тихие всхлипы возле своей ноги. Опускаю взгляд – Тимка сидит на корточках, уткнувшись лбом в мои ноги, плечи мелко дрожат.

– Постииии, – хнычет он, прикрывая голову руками, будто прячется от удара. – Я посе так не будуууууу.

Резко присаживаюсь рядом, чувствуя, как внутри всё сжимается. Истерика уже на подходе, это видно по его сжимающимся кулачкам и дрожащим губам.

Но больше всего пугает, как он закрывается, будто я и правда собираюсь его ударить.

– Ты чего? – осторожно беру его за запястья, мягко опускаю его руки вниз. – Ну, бывает. Просто в следующий раз так девушек по попе не шлёпай, ладно? А то у меня лицо раздует, как у хомяка.