Цветочек для босса-тирана
- -
- 100%
- +
Несмотря на то, что сейчас тихо офигеваю у себя в голове, протягиваю руку для знакомства.
Только я могу попасть в такую передрягу. Как в какой-то мелодраме. Роза часто любит смотреть их.
Благо, мы с Лилей не собираемся любить друг друга до конца своих дней.
Чуть не передёргивает от этой мысли.
А если она скажет о том, что произошло?…
Я её убью. Закатаю в асфальт.
Смотрю испепеляющим взглядом в растерянное и побледневшее лицо.
Ноль реакции.
Моя ладонь повисает в воздухе, как и тишина.
Она понимает, что это выглядит подозрительно?
Наша первая встреча. Немая, причём. Оба ведём себя странно.
Надеюсь, Роза хотя бы подумает, что эта девчонка обиделась на меня из-за работы. Тогда это вполне объяснимо.
Но чёрт…
Как можно оказаться в такой ситуации?
Поцеловать сестру своей невесты. Будущей жены.
Причём, случайно. Да, я перепил. Сознаюсь. Дико каюсь. Вот никогда не жалел в жизни о сделанном деле. А тот вечер… Даже под ложечкой до сих пор сосёт.
А всё уговоры. Рич, да давай выпьем! Последние холостые недели. Сейчас отпразднуем, через неделю!
А самое комичное в этой ситуации – эти слова кричал их отец. Миша, мой лучший друг.
Именно из-за него я познакомился с Розой и обрёл долгожданное счастье.
И вот сейчас стою, смотрю в эти зелёные глаза и понимаю – они вообще не похожи. Моя Роза – тёмненькая, короткостриженая. С карими, дьявол его, глазами. Высокая, стройная, с маленькой грудью.
А Лиля… Миниатюрная блондинка с… Нет, мне нельзя туда смотреть. Табу.
В общем, они даже по телосложению не похожи. Ничем.
И узнать, что они сёстры – никак.
Хотя… Миша однажды показывал фотографию своей второй дочери. Правда, давно. Лет пять назад. И такой… Сформировавшейся она не была.
Но это не оправдание моему поступку.
И у нас будут большие проблемы, если Роза узнает о том пьяном поцелуе.
Дьявол. Я же ведь сам ещё и принудил её. Прижал к двери. Навис и поставил условие.
В тот момент я вообще не думал о последствиях.
– Это, наверное, мне, – жёстко выхватываю из её рук коробку, чтобы не выглядеть дураком с протянутой рукой.
Блондинка чуть теряется, отпускает розовую упаковку в тон её платья, и я чуть не морщусь.
Похожа на ванильку. Не люблю таких. Отторжение вызывает. Ещё и внешность типичная: чистые, невинные глаза и губы бантиком.
А в душе, наверняка, та ещё сука.
Хотя при нашей первой встрече она показалась мне самой настоящей недотрогой.
– Да, тебе, – наконец, выдавливает, разряжая атмосферу.
А я отчего-то бешусь. Злюсь.
Наверное, потому что боюсь, что она что-то скажет Розе. А я не готов, нет. Я не для этого променял Лондон на Россию. Поменял основное место работы. И раз в месяц стабильно терплю два или три перелёта не только на свою родину.
Мне нужно с ней поговорить, желательно как можно быстрее, но без свидетелей.
Поэтому предлагаю всем сесть за столик. Первые блюда уже принесли. Все оживились, сели на свои места.
Отдаю гламурную коробку официанту, сказав, чтобы тот унёс её к нашим вещам. Даже не хочу знать, что там. Галстук? Часы? Запонки? Или золотая ручка? Почему-то уверен, всё-таки последнее.
Между нами повисает напряжённая атмосфера. Но только между нами двоими. Роза оживляет сгустившуюся над нашими головами тёмную тучу звонким голосом.
Миша шутит, а Светлана, мать двух сестёр, скромно улыбается, слушая своего мужа.
Лилия, вроде, пытается влиться в компанию. Неожиданно. Начинает неуверенно, но поддерживает диалог. На меня не обращает никакого внимания.
И что-то мне кажется, что неспроста.
И только спустя несколько минут приходит догадка: веселится перед тем, как рассказать правду. Раз уж она стала такой уверенной и начала звонко смеяться.
Почувствовала, что может на всё повлиять.
Но я не позволю.
Сестра смотрит на меня с беспокойством. Пинает ногу и делает странное выражение лица. Спрашивает, всё ли нормально.
Нет, всё плохо.
Я поцеловалась с твоим мужем, и мне это понравилось. Хуже – он мне симпатичен. Ибо эти два дня… Думала о нём!
Как глупая девчонка!
А теперь, когда вижу его рядом с Розой, понимаю, что теперь нельзя даже вспоминать тот поцелуй. Это как маленькое предательство. Даже мысли о нём. Нет, не буду.
Сделаю вид, что ничего не произошло.
Мы видимся впервые!
Я не буду лезть в их семейную жизнь. Забуду всё как страшный сон. Это ведь пустяки!
Счастье сестры – вот что по-настоящему главное.
Но кое-что меня всё-таки беспокоит.
Если он так, с лёгкостью, поцеловал меня в клубе… Значит, может сделать это с любой женщиной. Разве так можно?
А что, если?…
Он изменит ей?!
Роза будет страдать, плакать. А я знаю, как сильно она любит Ричарда. Для неё это будет удар. Причём, единственный и добивающий. Не выдержит.
Поэтому…
Мне нужно с ним поговорить.
Выяснить, был ли это единичный случай и почему он так сделал.
Если же он постоянно совершает такие мерзкие поступки… Не знаю, что буду делать. И лезть не хочется, но и такого зла сестре не желаю.
Но это я как-нибудь решу потом.
А сейчас активно присоединяюсь к беседе из-за взгляда Розы. Что-то подозревает, судя по её прищуренным глазам.
Поэтому скромно смеюсь и веду себя как всегда. Хоть и слишком тяжело это даётся под пытливый взгляд Райта.
Спустя полчаса не выдерживаю этого взгляда. Почему-то напряжённого и злого. Колючего.
Встаю с места, беру сумочку и решаюсь пойти на балкон подышать свежим воздухом. Позвонить Майку, узнать, как у него дела.
Предупреждаю сестру, что отлучусь. Она понимающе кивает, продолжает рассказывать забавную историю, произошедшую с ней несколько дней назад.
Не без помощи персонала выхожу на свежий воздух, вдыхаю полной грудью и наслаждаюсь тишиной.
Роза была звонкой, заводной и задорной. Рядом с ней я скучная и неинтересная. Не люблю громкие голоса и вообще предпочитаю тихие посиделки.
Да, я – тихоня.
И сейчас, в спокойствии, достаю из сумки телефон. Захожу в контакты и пугаюсь резкого звука. Удара двери.
Быстро поднимаю голову вверх. Слышу в ушах стук собственного сердца, что медленно, но верно опускается вниз.
И оно окончательно проваливается в пятки, когда вижу перед собой Ричарда. Нервно сглатываю, встаю с удобного плетеного стула и убираю смартфон в сторону.
Он пришёл, чтобы что-то мне сказать?
Сразу после меня?
А если… Роза что-то заподозрит?!
Стараюсь заглушить внезапно нахлынувшее волнение. Всё будет хорошо, Лиль. Это просто разговор. Даже если Роза и обнаружит нас, мы ведь здесь не целуемся… Но беседа сейчас будет неприятная.
– Нам нужно поговорить, – произношу серьёзно первая, видя неодобрительный блеск в карих глазах. Они как два тёмных камушка агата – не видно ничего. Будто белок сейчас затянет.
– За этим я и пришёл, – мужчина, словно вихрь, оказывается рядом. В несколько шагов. Нависает огромной, нет, громадной стеной.
Чувствую себя маленькой букашкой на его фоне. Что он вот-вот безжалостно раздавит меня одним движением.
Поднимаю голову вверх. Смотрю на него и понимаю, что боюсь. Нет, он не страшный, но… Есть у него что-то во взгляде.
В мимике.
– Поэтому скажу сразу, – кидает жёстко. – Не смей ничего говорить своей сестре. Иначе…
Он делает паузу.
И чеканит, выдыхая мне в лицо и заставляя сжаться под этими грубыми словами:
– Ты пожалеешь.
– Что ты себе позволяешь?
Задыхаюсь от такой наглости.
Он слишком близко. Рядом. Дышит мне в лицо. Хоть между нами и десять сантиметров, они кажутся сейчас такими жалко маленькими.
– Я предупреждаю, Лили, – отвечает холодно и спокойно. – Если Роза узнает…
– Это ты виноват, – выдыхаю, перебивая его. Роза должна знать, что её муж – кобель. – Ты приказал поцеловать тебя! Получается, ты первый и изменил! А ведь на моём месте могла быть любая другая…
Хочу сказать ему дальше. Что если я уличу его в этом ещё раз, то всё расскажу сестре. Пока не буду.
– Это не измена. У меня нет никого, и Роза об этом знает. А вот если ты решишь рассказать ей, сдашь сама себя. А ты, знаешь ли, неплохо целуешься. Неуверенно. Но тебе ведь понравилось, не отрицай. Повторила бы?
Смотрю на него большими удивлёнными глазами.
Какие ужасные слова он говорит…
Неосознанно поднимаю маленькую ладонь, замахиваясь. Не думаю ни о чём. Буду считать, что не услышала.
Но на самом деле…
Да, мне понравилось. Очень сильно. Это был мой первый настоящий, взрослый поцелуй. От которого губы горели ещё долгое время. А я трогала их пальцами, не веря, что поцеловалась с незнакомцем.
Так вкусно, сладко, жадно. Запретно, в конце концов.
Отчего по телу разливалось сладкое тепло. Я обхватывала себя руками и думала о нём, вспоминая те умелые движения губами. Жёсткие ладони, что гладили спину.
И мне понравилось, но!
Сейчас, когда я знаю правду о том, кто он, говорить такое… Нет, даже думать… Совесть не позволяет!
Хоть и эти воспоминания… Заставляют в груди ожить приятное чувство удовольствия.
Он ловит моё запястье быстро. Даже не напрягаясь. Ни один мускул не дёргается на его лице.
– Тебя слишком легко вывести на эмоции, цветочек, – сглатываю, когда он так меня называет. – И судя по твоим красным щекам, если вдруг что-то случится, ты выдашь свои чувства. Тебе понравилось. Но я сделаю вид, что сейчас не вижу твоих краснеющих щёк. Я не прошу тебя не говорить Розе, а предупреждаю, что делать этого лучше не надо. Я запросто могу повернуть всё это в свою сторону.
От его слов начинаю злиться. Тяжело дышу и сжимаю ладони в кулаки.
Он не сделает этого!..
– Ты никому не скажешь о том вечере, поняла? – говорит жёстко, бескомпромиссно. С силой сжимает руку, которой хотела дать ему пощёчину. Больно ведь!
А я понимаю, что в проигрышном положении.
Я не умею скрывать свои эмоции. Но… Ричард, тот человек в клубе, мне понравился. А этот – нет.
Но ведь чувствам не докажешь!
– Поняла, – шиплю сквозь зубы. Сдаюсь. – Отпусти!
Он резко расслабляет хватку и отстраняется от меня, как от прокажённой.
Соглашаюсь только потому, что он прав – я не скажу Розе. Тогда он лишится жены, а я – сестры. Ведь целовала его по своей воле. А по своей воле или нет – мало кого будет это волновать.
– Особенно своей сестре, – уточняет так грубо, что мурашки бегут по спине.
– Я никому не скажу, – опускаю взгляд вниз и, как мантру, скорее, для себя, повторяю: – Ты – будущий муж моей сестры. Мы ни разу не встречались. Только сегодня.
– Правильно, – довольно кивает и чеканит неожиданные для меня слова: – И с этого дня твой босс.
Резко поднимаю голову и смотрю в его леденящие глаза.
– Что? – почему так резко?
Он поправляет галстук и спокойно, уже более уравновешенным тоном произносит:
– Так мне будет легче. Ты ведь искала работу? Вот и будешь работать. Это будет моя маленькая страховка, что ты ничего не разболтаешь Розе. Займёшься делом, будешь от неё вдали. А потом спокойно улетишь обратно в Лондон. И если попробуешь что-то сказать ей потом…
– Я не согласна! – да кто он такой, чтобы решать за меня!?
– А вы здесь о чём?
Вздрагиваю, когда двери распахиваются и на балкон вваливается моя сестра.
– Чего кричите? – спрашивает обеспокоенно, когда резко поворачиваю голову в её сторону.
О нет. Только не говорите, что она всё слышала.
Врастаю в пол, не двигаюсь. Приоткрываю губы, чтобы начать объясняться. Что это не то, о чём она подумала. Но не успеваю, Ричард перебивает:
– Мы разминулись. Поговорили, и я решил взять Лилю в свою компанию, – произносит так убедительно, что даже я верю в это. Но это ведь не так. Я не буду на него работать. – Лиля отказалась. Думаю, хочет пробиться сама, не по связям. Вот и кричит, что не согласна. Но я думаю, мы всё решили.
Он резко поворачивается в мою сторону. Метает в меня злым взглядом. Так и говоря собраться.
Стою как вкопанная, чувствую на себе внимание двух людей. Беру себя кое-как в руки и выдыхаю:
– Да-да, думаю, мне не помешает. Поэтому я, наверное, соглашусь…
– Так это же хорошая новость! – знала бы ты, Роза, что нет… Но ведь мне не обязательно идти потом в офис? Точно! Я просто скажу, что передумаю. – А теперь… Хватит стоять на холоде. Мне скучно. Там родители молодость вспоминают.
Киваю и быстрее ретируюсь с балкона. Лишь бы скрыться от этого мужчины. Быть от него подальше.
Потому что я совершенно не знаю, что делать!
Но пока выход только один – молчать. До следующего его прокола.
И я буду его искать.
Точно! Я пойду в компанию и буду работать на него. Следить. И как раз пойму… Говорил он тогда правду про один-единственный раз или же… Мечется к каждой юбке.
Ну, Ричард Райт, я не позволю тебе испортить жизнь моей старшей сестры.
Осталось только не испортить свою.
Глава 6
После того вечера в пятницу хожу сам не свой. Не нервничаю, но злюсь. Стоит вспомнить только невинные глаза Лили, но острый язычок, как беситься начинаю.
А выглядит такой скромной. Как же. Угрожать мне начала!
А я и не сдержался, рявкнул ерунду про тот поцелуй, чтобы её позлить. Видно же, что неопытная, сразу по больному месту ударил.
И не пожалел. Видеть вмиг краснеющие щёки – бесценно. Особенно, когда они появляются у оппонента, хоть и столь юного. Девочка маленькая, и тот поцелуй в клубе ей понравился.
И, вроде, это всё забавно и весело, да только…
Ни черта.
И хоть мы кое-как договорились, сомнение гложет изнутри. Разрывает на части, потому что знаю – девчонка в любой момент может сказать Розе о случившемся.
И что-то мне кажется, я буду совсем не в выгодном положении.
И из-за этого теперь приходится нервничать. Сижу и думаю, почему она задерживается. Может, в эти самые минуты она рассказывает моей невесте, какой я урод?
Да, урод. Я тогда перепил и полностью в этом раскаиваюсь. Да и она… В конце концов, могла меня ударить. Но нет, предпочла поцелуй.
– Где она ходит? – цежу сквозь зубы, выкидывая ручку из рук. Жму кнопку на селекторе и обращаюсь к секретарю:
– Где ходит моя новая помощница? Опаздывает, – и зачем я только связался со всем этим? Придурок. В следующий раз скажу «нет». Хотя, не думаю, что я ещё раз пойду на мальчишник.
– Ещё ведь десять минут. Придёт.
Что-то мне подсказывает моё предчувствие, что нет.
Резко встаю с кресла, достаю из кармана брюк телефон. О, уже три пропущенных от Розы. Когда только успел пропустить? Она обычно не звонит в это время, зная, что у меня планёрка. И на неё Лиля как раз опаздывает.
А я уже накидал ей список дел на неделю, чтобы она и думать не могла о том происшествии.
На самом деле, впервые так запариваюсь и нервничаю. С Розой мы в отношениях уже два года. Первое время были холодны друг к другу, а потом… Что-то произошло. Моя колючка начала слишком часто мелькать у меня перед глазами. Хоть и до этого я её совсем не замечал.
Ну, дочь лучшего друга, так дочь.
А потом… Щёлкнуло. На одной из встреч увидел её, залип. Мы поговорили. Она показалась мне дурнушкой, но весёлой. Смотришь на неё – и настроение поднимается. И так каждый раз. Мы постепенно начали встречаться чаще, и всё.
Два года отношений, и пару месяцев назад я сделал ей предложение. Да только вот… Случайно.
Автоответчик оповещает, что Роза занята.
Сбрасываю и набираю уже её сестру. Ту, за которой нужен глаз да глаз.
Благо, всё-таки взял у колючки её номер.
Прислоняю телефон к уху, жду несколько протяжных гудков. А потом слышу сонный голос, от которого злость вспыхивает между рёбер.
– Да?
– И где ты? – не церемонюсь и даже не здороваюсь. Она, что, проспала?
– Уже захожу, – бурчит себе под нос, и меня это почему-то веселит. Мы оба оказались в невыгодных положениях. Я не могу позволить, чтобы она сказала Розе об этом, и Лили встрянет, если сознается.
Хотя, чувствую – поверят именно ей.
А это мне не надо.
Я хоть и не уверен в свадьбе, но… Розу люблю. И скоро мы поженимся. Создадим семью. Я уже привык к ней и больше никого не хочу. Даже если она не умеет готовить и не хочет детей. Вот последнее – минус. Я-то собираюсь. Возраст мой уже подходит.
Раздаётся стук в дверь, и я оборачиваюсь, скидывая звонок с Лилей.
Потому что она уже стоит передо мной. Заспанная, в брючном костюме, зевающая на ходу. Это было бы милым, если бы не одно «но». С первой минуты нашего знакомства у нас взаимная неприязнь.
– Доброе утро.
– Было бы добрым, – вырывается неосознанно грубо, когда поправляю галстук. – Если бы ты не опаздывала.
– Я пришла вовремя, – обиженно отвечает, напоминая сейчас мне самую настоящую ванильку. Нет. Мы не срастёмся. Мне не нравятся такие девочки, что любят розовые платья. Делают странную манеру речи, что добавляет им милоты.
И не знаю, почему, но чувствую – образ Лили притворный. Чтобы больше привлечь внимание мужчин. Или просто, неважно.
– Меньше слов – больше дела, – обхожу стол и иду на выход. Дел у тебя, цветочек, будет много. И вряд ли ты разгребёшь их даже до конца недели. – Я уж обещаю.
– Что ты обещаешь? – я, кажется, что-то вслух сказал, раз мелочь за спиной зашевелилась. Она и правда мелочь. Метр с кепкой. Хоть сейчас на каблуках достаёт мне до плеча.
– Не «ты», Лилия, а «вы». С этого момента. Потому что ваш рабочий день начался.
И закончится он не очень хорошо…Для неё.
Глава 7
Лиля
Когда планёрка, на которой сижу, как истукан, проходит, сажусь за работу. Райт выделил мне рабочее место возле своего кабинета. Напротив его секретарши, что любезно помогает мне с заданиями.
А они… Слегка непонятные. Нет, не так. Они сложные. Понятные, но в плане выполнения и времени требуют много сил. И если честно, не хочу этого признавать, но я не справляюсь.
Я всегда была очень трудолюбивой и лучшей на курсе в университете. Делала исправно даже тяжёлые задания, а здесь…
Не могу разобраться даже со стопкой бумаг. А это ведь обычная работа личного помощника. Всего лишь базовые отчёты, списки.
Чувствую себя рабом. Хотя, кажется, «личный помощник» в словаре Райта так и переводится. Потому что другого объяснения я не вижу.
Целый день кропотливо работаю над заданиями, лишь бы не упасть лицом в грязь. Этот тиран, кажется, специально поручил так много дел.
Что даже пропускаю обед.
А вот он с удовольствием выходит из кабинета, мажет по мне безразличным взглядом. Проходит мимо, поправляя тёмные пуговки на пиджаке.
Провожаю его злым взглядом и мысленно кричу, чтобы катился отсюда. И как можно дальше!
– А ты чего не идёшь? – отвлекаюсь на Наталью. Перевариваю её вопрос и качаю головой. Нет здесь времени обедать. Рабочий день заканчивается через шесть часов, а у меня работы минимум на три дня.
Вот уверена – сделал это специально. Чтобы мне жизнь мёдом не казалась! А мне и не кажется. И вообще, у меня на мёд аллергия.
Громко вздыхаю, посылаю урчащий желудок и снова возвращаюсь к работе.
***
Чувствую, как кто-то теребит по плечу. Настойчиво так, ещё и неаккуратно. Сонно раскрываю глаза. Кто бы это ни был, он – нелюдь. Раз так бесчеловечно вырывает из сна.
Так обычно делала мама, когда я не хотела вставать с утра пораньше. Я та ещё соня. Могу спать двадцать четыре часа в сутки и чувствовать себя отлично.
– Вставай, спящая красавица, – вздрагиваю и окончательно просыпаюсь. Вот так. Будто слышу громкий свист. Рокот грома. Да этот человек хуже любого шторма.
Резко поднимаю голову, чувствуя себя неловко.
Я, что, уснула?
Смотрю по сторонам, вижу широкие ладони с выступающими синими венками, что прячутся в кармане брюк. Дорогие часы в какой-то момент отблёскивают, и я отвожу взгляд.
Не знаю, что хуже: уснуть или быть застуканной боссом.
А ведь у меня задача – следить за ним. Уличить в изменах. В итоге, переутомлённая, засыпаю на столе, позабыв об этом.
Шпион из меня так себе.
На самом деле, я редко так делаю. Но сегодня ночь была бессонная. Думала, что же делать. Провертелась на кровати, решая, как лучше поступить. В итоге, так ничего и не придумала.
Потираю глаза ладошками и тихо произношу, ощущая самый настоящий стыд:
– Простите.
И хоть он и является будущим мужем моей сестры, почему-то не вижу его в этой роли. Сейчас он – босс.
– На сегодня так и быть. Спущу тебе это с рук. Вспомню, что ты моя свояченица. Тем более, рабочий день кончился.
Это говорит мужчина, что в пятницу вечером схватил меня за руку и шипел в лицо? Да ладно! Хоть и говорит грубо, что-то здесь не так. В его голосе пренебрежения не слышу.
Скорее, равнодушие.
– Больше так не буду, – надеюсь. Поспать я люблю. В Лондоне я учусь во вторую смену, поэтому никогда не просыпаюсь раньше одиннадцати.
– Не верю, но да ладно. Пошли, довезу тебя до дома.
И снова он говорит что-то странное.
Не ожидаю от него таких слов. С чего такая доброта?
– Я сама доеду…
– Роза попросила довезти тебя до дома, поэтому не ломайся. Вставай, – ах, так сестра замолвила за меня словечко… Я-то думала, что в этом человеке есть хоть что-то хорошее.
Но даже несмотря на это, соглашусь. Ладно, хоть немного посплю в машине. А может, ещё и удастся выведать что-нибудь. Вдруг он проколется на словах? Я ещё, на всякий случай, диктофон включу…
– Ну, ладно, – кидаю, встаю с места, хватаюсь за маленькую сумочку. Обуваюсь в неудобные туфли и выхожу из-за стола, на котором разбросаны бумаги. Я кое-что не успела доделать.
Надеюсь, он не заметит. Наверное, нужно прийти завтра пораньше и всё это закончить. Ох, как же будет тяжко вставать ещё раньше…
Везёт, что Ричард просто отворачивается и идёт на выход. Семеню за ним, по пути выключая свет и волнуясь от того, что сейчас мы с Райтом останемся в одной машине.
Наедине.
Как в тот раз.
***
– Как ты в клубе оказалась? – внезапно спрашивает, стоит только сесть в автомобиль и отъехать от здания офиса.
Ричард до этого снял пиджак и сейчас сидит за рулём в белой рубашке с закатанными рукавами и тёмном галстуке. Касается легко пальцами руля, выворачивая его в сторону на повороте.
А я сглатываю слюни, волнуясь. И нет, они у меня нет от вида Ричарда. Хотя, не знаю.
И всё же, сестре повезло. Наверное. Или нет. Хоть и внешность у Райта красивая, а от энергетики ладошки потеют, характер у него – откровенный провал.
– Приезд с друзьями праздновала, – бурчу себе под нос. Неудачный. – Вышла подругу проводить перебравшую, а как вернуться обратно – забыла.
И нет, с памятью у меня нет проблем, просто я… Растерялась.
И вот чего всё это стоило.
Сижу в одной машине с женихом сестры, что весь день заваливал меня работой.
– А тут ты, – сжимаю пальцы в кулаки. Злиться что-то начинаю. Как можно быть таким говнюком?! Целовать незнакомую девушку, когда ты практически женат. – Как тебя совесть ещё не ест?
Меня вот очень. И не только из-за того, что я сама встала на носочки, обхватила его лицо ладонями. И сама поцеловала.
Трясу головой. Да что же такое… Эти мысли как наваждение. Ни с того ни с сего.
Но они неожиданно вылетают из головы. Когда Ричард резко тормозит и меня несёт вперёд, прямо в тёмную панель автомобиля.
Упираюсь на неё ладонями и смотрю вперёд. Тяжело дышу и не вижу перед собой ничего, кроме волос, что от резкого торможения упали на лицо.
От сигнала автомобиля закладывает уши. В душе проклинаю Ричарда за то, что сердце будто бьётся о рёбра. Быстро, не желая успокаиваться.
– Вот же дерьмо! – злое шипение и удар о руль заставляют повернуть голову в сторону. Непонимающе пялюсь на Ричарда, который опускает стекло и кричит русские ругательства с красивым акцентом.
Сразу видно – матерится редко, но метко.
Сигналит ещё раз, и понимаю – мы остановились не из-за него. А из-за автомобиля впереди, что встал посреди дороги.
И как только Райт успел? Ночь на дворе, наверняка, уставший, но реагирует быстро.
Чуть не врезаемся в попу какого-то неумельца.
Когда скудный запас мата иностранца кончается, он возвращает всё своё внимание на руль. А потом уже на меня. Уверена – выгляжу я сейчас не очень.
Осматривает с головы до ног и злится. Даже венка на лбу выступает. Красивая, ничего не скажешь.
И неожиданно наклоняется вперёд. Накрывает своим телом так близко, насколько это возможно. Утыкаюсь носом ему в шею и вдыхаю одуряющий запах бергамота, корицы и ароматной лаванды.
Так и веет Лондоном. Такие духи там очень популярны, а ещё и дорогие. Купила однажды Майку на день рождения и постоянно его нюхала.
И даже сейчас. Голову кружит.