Сделайте мне ребёнка, босс!

Глава 3

– Ты долго так, – тянет Тимур.

Попробовал бы сам преодолеть десять этажей на каблуках! Но я ему об этом не скажу, иначе он посчитает меня глупой. А так и есть! Пока я поднималась и материла Назара Таировича, совсем забыла, что он уже мог выйти у себя на этаже. Так и продолжала шагать! Только потом глянула на мимо проезжающий пустой лифт и додумалась в него зайти.

– Ты коробку отдал? – выдыхаю, присаживаюсь на стул.

– Ага.

– Ну, значит, можно по домам, – уверенно заявляю, подпрыгивая с места. Пора работать. Но не тут! А как можно дальше от друга отца!

– Неа, – машет отрицательно Тимур головой. Что не так? Почему нет? – Вернул обратно, приказал рассортировать бумаги, – пожимает плечами. Указывает на коробку. Стоит одиноко на столе.

А я приближаюсь на секунду, глажу его по затылку и тихонько говорю:

– Удачи, – срываюсь с места, пытаюсь убежать как можно быстрее. Ну, нет! В том офисе проще!

– И куда ты? – Тимур за руку хватает, останавливая. – Давай выполним задание быстро да вместе обратно вернёмся.

Я вздыхаю. Ну как можно его бросить?

Иду к столу с коробкой, открываю её. А там кипы бумаг, которые нужно разобрать по темам. Попадос.

Хотя это ещё не самое ужасное…

Я боюсь поворачиваться к окнам. Они здесь панорамные, широкие, вместо каменных, привычных для меня стен. Боюсь посмотреть в ту сторону и увидеть перед собой весь город и бескрайнее небо. От такой картины точно закружится голова. У меня и так поджилки трясутся от мысли, что я сейчас так высоко над землёй.

– Давай работать, – говорю, приступая. Мы болтаем, но тихо. Боюсь, что Назар вот-вот покажется из кабинета. Когда темы для разговора заканчиваются, невольно начинаю читать заголовки. Натыкаюсь на один.

И снова начинаю паниковать.

А всё потому, что вспоминаю о своей проблеме. Дети. Беременность. Всему виной обычная бумажка, на которой написано, куда были переведены деньги. В какой-то детский центр.

Нужно найти мужчину. Срочно. Иначе, боюсь, я не успею. Тогда точно придётся идти на ЭКО…

– Ты чего зависла?

Я вздрагиваю от голоса Тимура. Поднимаю голову. Парень внимательно смотрит на меня, выгнув правую бровь. Удивляется чему-то.

– Ты пять минут над листком сидишь. Мы такими темпами не закончим быстро. Что случилось у тебя?

– Да так, – отмахиваюсь. Нет, каждому встречному я рассказывать это не буду. – Женские проблемы.

Откладываю бумагу. Так, этот отчёт идёт в благотворительность.

– Заинтриговала, – усмехается Тимур. – Если у тебя организм просит, я могу тебе помочь…

Искренне удивляюсь, смотря на парня. Он вообще не смущается своего предложения! Может, это именно тот, кого я ищу?

Взгляд сам метается на его кудряшки.

Ну, уж нет! Я-то боюсь, что мои сыну или дочери достанутся. А тут ещё и отец кучерявый… Мне потом опять выслушивай: «Я устала с этими волосами!».

– Давай быстро закончим и ко мне? Как смотришь на это?

Холодные пальцы опускаются и касаются моей ладони.

От его слов и действий мои глаза сами становятся как блюдца.

Хочу только выдернуть свою руку, но хватка сама пропадает, когда мы оба слышим:

– Земляков, если у вас мало работы, я принёс вам ещё.

Я вздрагиваю от вибрирующего яростью голоса. И тут же на стол с грохотом падает огромная папка, из-за которой разметаются все бумаги, падая на пол.

– Кравцова, ко мне, – рассерженно бросает Назар, тут же покидая нас.

Ничего не успеваю понять.

– Ого, – комментирует Тимур. – Мы тут с тобой надолго.

Я сглатываю, аккуратно поднимаюсь со стула и опять становлюсь на каблуки. Мне так страшно, как сейчас, было вчера. Когда папа про машину говорил. И вновь это чувство.

Но я откашливаюсь, поправляю одежду и захожу в кабинет Назара. Волнуясь и играя пальцами за спиной.

Цепляюсь взглядом за мужчину. Стоит у настенных (хотя бы часть здания тут из камня!) полочек с каким-то пузырьком.

– Пить на рабочем месте нельзя, – решаю немного разбавить удушающую атмосферу. А то такое ощущение, что все цветы сейчас завянут от того, что творится в помещении.

– Это успокоительное, – пьёт прямо из пузырька. Ого… Как-то зло, с шумом возвращает его на полку. Отходит от неё и направляется в центр кабинета. Мой взгляд вниз сам несётся. Не хочу я смотреть в эти панорамные окна. Там страшно жутко. – С этого дня ты будешь стажироваться у меня.

– А? – я резко поднимаю голову. Что он сказал? Мне послышалось? Или…

Вместо того, чтобы взглянуть на мужчину – неосознанно смотрю за него. На город. Хоть и стою на расстоянии, сердце начинает биться быстрее. Ком страха тут же подступает к горлу, а в лёгкие перестаёт поступать желанный кислород.

Голова кружится.

Зря я туда глянула…

Падаю на колени перед мужчиной. Сама не понимаю, как это происходит. И как быстро Назар оказывается возле меня, поднимая с пола. Прижимает к себе, не давая вновь рухнуть, когда случайно смотрю в окно. Утыкаюсь носом в мужскую, вкусно пахнущую рубашку. Делаю вдох. Море… Оно волшебно.

– Дарина?

Я сглатываю, пока взгляд вновь летит в окно. Уже не так страшно, когда кто-то есть рядом в качестве поддержки. Но ближе я не подойду.

– Простите, – отрываюсь от Назара. Становится неловко. Через тонкую ткань блузки чувствую горячие ладони на своей талии. – Высоты боюсь. Немного голова закружилась.

Стыдно! Настолько, что отпрыгиваю от мужчины, как от опасного и неконтролируемого огня. Судорожно поправляю юбку, блузку – и смущённо выпаливаю:

– Что вы говорили?

– С этого дня ты будешь работать в моём офисе, – повторяет совершенно спокойно, пронизывая своим взглядом до глубины души. Чего-чего?..

Я опять невольно смотрю на город с высоты птичьего полёта.

– Нет, – выдаю. – Вы хотите меня так каждую минуту ловить и на руках держать?

Всепоглощающая тишина повисает в кабинете.

Нервно смеюсь.

– Нет, извините, мне и там хорошо, – офис хотя бы на первом этаже. – Это всё, зачем вы меня звали? Я тогда пойду?

Пячусь назад. Дальше и дальше, шаг за шагом, пока синие глаза сверлят во мне дыру. И покидаю кабинет, пробегая мимо Тимура. Да ну нафиг!

Быстро, не глядя в окна, мчусь по коридору и забираюсь в угол лифта. Дура ты, Дарин. Не о работе сейчас думать нужно, а о своём будущем. О малыше. Но, если честно, я уже понимаю, что времени нет. Точнее, боюсь, что в один момент его может не остаться.

Завтра же поеду в клинику и запишусь на ЭКО. А пока… Возвращаюсь домой.

***

Я трусиха. А ещё упёртая, как баран. Я никуда не записалась. Дала себе на подбор мужчины три дня. Составила минимальные требования для кандидата. Поискала в каталоге в клинике. Да-да, там и такой есть. И если честно… Устала.

А ещё потеряла всякую надежду. Поэтому… Ищу теперь не идеал. Но всё равно прокручиваю в голове все требования. Точнее, пожелания. Как мантру. И с каждой секундой становится тошно.

Я перешагиваю порог дома, опечаленная. Запал с каждой секундой падает, когда понимаю, что это невозможно. Найти мужчину, который согласится зачать мне ребёнка.

Как это будет выглядеть? Стрёмно. Представляю в голове возможный диалог – и смешно становится.

Но мне совсем не до шуток, когда оказываюсь в нашей светлой и просторной гостиной.

А он что здесь делает? Назар Таирович снова приехал к нам? Удивительно, обычно он бывает у нас не так часто. Неужели это из-за того, что все эти дни я не выходила на стажировку?

Останавливаюсь, рассматривая мужчину, стоящего у окна и разговаривающего по телефону. Взгляд направлен на мамин садик, за который она убить готова.

Слышу тихие слова, произнесенные шикарным, с хрипотцой голосом. Он бархатистый, приятный, заливается прямо в уши, обволакивая своим звучанием и успокаивая. Строгие нотки придают контрастности, прямо как холодный и горячий душ.

Пункт первый. Голос.

Он очаровательный!

Пункт второй. Внешность. Смотрю на Назара в профиль, оценивая всё, что попадает в зону видимости.

Никаких кудряшек. Строгие черты лица, острые скулы и прямой, с маленькой горбинкой нос. Но даже она ничуть не портит его. Наоборот, выглядит так гармонично. Дополняют образ жгучие и густые брови. Пухлые губы. Острый подбородок. И аккуратно подстриженная бородка.

Пункт третий. Подача.

Назар располагает к себе, хотя мы с сёстрами и боимся его. И это плюс. Аура у него ужасающая. А вместе с его мужественностью, брутальностью и холодным взглядом – гремучая смесь. Я совсем его не знаю, но…

Не ему же воспитывать моего ребёнка, так?

Про болячки мне уже не интересно. Прочитала, что не так много передаётся по мужской линии.

Да даже если и есть… То, что я вижу, полностью перекрывает все. Мощное тело, уверенная поза и… Эта притягательность. Нужно, конечно, не забывать, что мужчина должен мне нравится.

А Назар…

Я сглатываю, вспоминая, как застала его однажды обнажённым по пояс. Это был летний день, открытие нового папиного бассейна. Назар приехал, решил освежиться в жаркую погоду. И вот пока она выныривает из воды, а капельки воды затекают под плавки, мы с сестрами стоим у окна, в прохладе.

Алина и Карина – прижавшись к стеклу. А я… делаю вид, что не вижу. Всегда так поступала. Но, если честно, смотрела исподтишка.

Помню, как тогда щёки запылали предательским румянцем. А в прохладном помещении стало жарко.

Назар красив. Очень.

И именно сейчас в моей голове колокольчик звенит от осознания, что я нашла его.

Тот самый идеальный генофонд.

Лучший друг моего отца. Статный, привлекательный. Превосходный.

И ноги сами несут меня к нему.

Не знаю, что мною движет. То ли безысходность, то ли…То самое, что я искала пару дней. А выход всё это время был под носом.

Останавливаюсь, поднимаю взгляд и заглядываю в синие, холодные глаза, которые тут же врезаются в меня льдом.

Сёстры Назара боятся. А я… Иногда тоже. Но сейчас, даже не задумываясь, под его жгучим, испепеляющим вниманием, выпаливаю, не задумываясь:

– Назар, давайте сделаем мне ребёнка?

Мужчина расслаблен, молчит. Смотрит так, словно пытается понять, что творится у меня в голове. Выражение лица кирпичом, даже бровь не выгнута. И глаза никак не изменились. Хоть бы что-нибудь он сказал!

Глава 4

Назар

– Назар, давайте сделаем мне ребёнка? – голосок маленький бестии проникает так глубоко, что я не сразу понимаю, о чём она говорит.

Дочь моего лучшего друга всегда была взбалмошной. Несносной. И жутко притягательной. А ещё запретной настолько, что порой боюсь коснуться её. Чтобы не сорваться. Не перейти черту дозволенного.

Хотя хочу. До боли в пальцах, до ломоты во всём теле.

Я не трогаю её, пытаюсь не обращать внимания из-за своих тараканов. Она не выдержит, когда узнает мой маленький секрет, связанный с ней. Но держаться тяжело.

Особенно сейчас, когда мелкая делает такое предложение.

Зачем? Чем думает вообще? Приходит и предлагает это мне, взрослому мужику, которому и так сложно, чтобы не сорваться.

Смотрю на эти пухлые, чуть бледноватые губы. В глаза, полные надежды.

– Чего молчите? – голову набок наклоняет. Странная такая. Пришла ко мне и просит о подобном. Её отец не учил, что сомнительные предложения таким, как я – не делают? – Поможете? Мне срочно надо. Просите, что хотите. Знаю, денег у вас и так много, но я…

Она задумчиво прикусывает нижнюю губу, которую я сверлю взглядом.

Твою мать!

Девчонка! Перестань!

Тебе надо отказать! Просто развернуть тебя, сказать, что ты – глупая, несмышлёная малышка! Дать тебе ладонью по заду для скорости и своего удовольствия!

А потом уйти и бить стаканы, жалея о том, что сделал.

Идеально!

План есть! Как только его придержаться? Если это невозможно?

– Я могу поработать у вас! – вдруг восклицает. Как же сильно она этого хочет, чёр-р-рт. Только пару дней назад свалилась передо мной на колени, полностью убивая мои нервные клетки. Фантазия разыгралась ни на шутку. Настолько, что после этого заперся в душе, совмещённым с кабинетом.

– До тех пор, конечно, пока животик не появится.

Девчонка опускает ладонь на плоский живот и нежно его поглаживает.

Делает это любовно, мило. Настолько, что укол ревности чувствую. Я что, ревную её к ещё не родившемуся ребёнку?

Но она выглядит такой счастливой.

И дикой!

Не могу поверить в то, что слышу! Полностью выбивает меня из равновесия! Какой раз за эти недели! Почему это происходит именно сейчас, когда я только начал пытаться не обращать на неё внимания?

– Так что? – губки бантиком делает. – Мы папе ничего не скажем.

Ничего не скажем… Конечно, он не одобрит связь своей дочери с мужиком, что старше её на много лет.

Мне тридцать шесть, а ей двадцать.

Я должен смотреть на неё как на хотя бы младшую сестру, но при виде неё полностью стираются все грани. Предрассудки.

Даже сейчас. Пальцы сами тянутся к её шейке. Хочу. Очень. Дотронуться до бархатной кожи.

Смотрю на неё ледяным взглядом, стараясь не спалиться. И пытаясь найти хоть каплю озорства в её глазах. Она всегда была настырной и той ещё язвой. Могла подшутить смело, дерзко, но не надо мной.

А если реально шутит? Она может.

Плевать!

Долго я ждал. Хочу её до безумия. Взять в тиски, обнять. Обхватить бёдра ладонями, посадить на этот подоконник. И получить то, о чём мечтал целых два года.

Мою сладкую, рыжую бестию, которая сейчас даёт мне зелёный свет.

– Давай, – говорю спокойно. Её глаза вмиг загораются. Как и что-то внутри меня. Держусь. Не срываюсь. А терпеливо жду. – Но у меня есть несколько условий, мелкая.

– Какие?

Да что же ты со мной делаешь? Почему так невинно хлопаешь ресницами, будто для тебя этот вопрос стал таким же обыденным, как и сказать: «Доброе утро»?

Что я вообще творю, в конце концов?

Какой ребёнок, Назар? Да ещё и дочери друга. С ума сошёл? Забыл, как дарил на её шестнадцатилетние плюшевого медведя, который до сих пор спит с ней рядом в кровати?

Или как в десять обрабатывал ей коленку, когда она свалилась с велосипеда?

Да, но тогда я ничего к ней не чувствовал.

Это влечение появилось внезапно. Ровно два года назад. В её день рождения, когда она впервые оделась как взрослая девочка. Влюбился в картинку, миловидную мордашку и шикарное тельце, о котором грезил каждую ночь.

Как сейчас помню её восемнадцатилетие. Дарина в красном платье, с копной рыжих, кудрявых волос спускается аккуратно по лестнице, собираясь в клуб с подружками. В котором позже как-то оказался и я.

Наблюдал за ней, сидя за барной стойкой, присматривал. И пытался понять, что не так с этой девчонкой. Она перестала меня бояться? Помню, маленькая постоянно отводила взгляд, переминалась с ноги на ногу и краснела.

А потом резко что-то щёлкнуло.

Задорная улыбка, необдуманные, но настоящие слова, летящие в мою сторону. И эти весёлые кудряшки, подпрыгивающие в такт её движениям в том самом клубе. Всегда хотел дотронуться хоть до одной пряди, проверить, намотать завитой локон на палец.

Это был последний день, когда я видел Дарину такой. С кудряшками, которые она ненавидит и постоянно выпрямляет утюжком.

Но в тоже время и первый день моего помешательства.

Думал со временем рассосётся. Нифига подобного! Чёртово влечение с каждым днём росло всё сильнее.

И дошло до такой степени, что я даже не спрашиваю, зачем ей этот ребёнок. Почему так внезапно.

Мне надо отговорить её! Сказать, что слишком рано! И вообще она сама ещё ребёнок!

Но почему вместо этого, даже не зная причины, выдаю первые попавшиеся слова:

– Я буду поддерживать тебя во время беременности.

Назар, зачем ты это, чёрт, говоришь?

– Это без надобности, – хмурится девчонка. – Я не хочу, чтобы…

Не даю ей договорить.

– Тогда я тебе не помогу, – бросаю на полном серьёзе. Закапываю себя ещё глубже.

– Папа заподозрит, – взгляд вниз опускает. Не хочет, чтобы он знал. Да и я с ней полностью согласен. Потому что заранее ожидаю его ответ – Лёха против. Один раз я спалился, хоть и отшутился.

«– Ты странно смотришь на мою дочь, – пальцы в кармане брюк подрагивают. Так заметно? – Если она тебе нравится, я сразу скажу «нет». Прости, Назар, мы – хорошие друзья, но именно по этой причине я против. Знаю тебя. Её.

Я кривлюсь, поворачиваю голову к отцу Дарины.

– Не неси ерунды. Я просто задумался. У меня уже есть девушка, с которой у меня скоро свадьба».

Свадьбы не было, я сболтнул просто так. Более того, с Оксаной я расстался в день рождения Дарины. Именно в тот, когда следил за ней в клубе.

Маньяк, не иначе.

– Будем встречаться на нейтральной территории, и никто ничего не узнает, – предлагаю ей вариант. Хотя прекрасно знаю, что мы сможем проводить время только первые месяцы, а потом всё.

– Дядя Назар!

Твою мать!

Я совершенно забыл, что нахожусь в доме друга. Я вообще приехал сюда за этой несносной девчонкой, которая не выходит на работу. А я так-то себе её хочу забрать, в офис. Держать рядом, чтобы никакие кудрявые пацаны к ней не лезли.

С моей стороны обсуждать острые темы в гостиной – опасно.

И одна маленькая проблема сейчас хватает меня за ногу.

– Дядя Назар, давайте сходим на свидание!

Смотрю вниз, вижу яркую рыжую макушку. Два хвостика торчат в стороны, а на лице Алины – скромная и нежная улыбка.

– Как-нибудь потом. Когда ты подрастёшь.

Хлопаю её по макушке. Странности какие-то сегодня. Одна предлагает сделать ей ребёнка, хотя в мою сторону даже не смотрела, а теперь ещё и вторая активизировалась.

– Хорошо! – вдруг восклицает. Отлипает от меня и бежит в своём розовом платье с громкими криками: – Пойду на турнике висеть! Чтобы вырасти!

Стоит ли уточнить, что я имел ввиду годы, а не рост?

Ладно, пусть бежит.

Снова устремляю внимание на Дарину.

– Приходи завтра ко мне в офис. Всё обсудим.

– Правда? – её глаза загораются и лицо становится таким, что я безжалостно хочу впиться в её губы. – Я бы обняла вас, но боюсь свидетелей.

И в улыбке расплывается.

Ненавижу этот дом. Почему я приехал сюда, а не вызвал Дарину к себе? Тогда бы приступили к зачатию незамедлительно. Мне эта мысль покоя не даёт. Ведь я могу наконец получить то, что так желаю.

Спать теперь всю ночь не буду.

– Тогда до завтра, – хриплю, тщетно пытаясь утихомирить разбушевавшуюся фантазию. Хочу быстро уйти, чтобы не видеть эту рыжую бестию. Не в силах ни голос её слышать, ни её саму наблюдать. Я же и сорваться могу.

Чёрт! Это то же самое, что положить перед хищником кусок мяса и сказать: «Это на завтра!» Попробуй тут удержаться.

Вот бы она ещё промолчала. Но нет.

– Кстати, если у вас хронические болезни есть, перечислите названия, мне надо с ними ознакомиться!

Тяжело вздыхаю.

Ненормальная!

Но несмотря на это всё равно вызывает улыбку. И заставляет дожидаться завтрашнего дня.

Дарина

– А что, Назар приезжал? – мама вылетает из ниоткуда, заставляя меня вздрогнуть. Да уж, место для разговоров не очень подходящее! А если бы Алина услышала?.. Она ведь то ещё трепло – и всем бы рассказала!

Но я пока в тайне хочу всё оставить. До этого планировала открыть правду, но передумала, когда Назар согласился на мою авантюру.

В прошлый раз меня напрягло, что папа странно отреагировал. Ему не нравится собственный друг? Или что? Больше эту тему с ним я не собираюсь поднимать.

Правда, есть риск, что мама узнает о моей проблеме. Она уже спрашивала, как я сходила ко врачу. Но, испугавшись, я ей соврала, что записалась на дополнительное обследование. На тот момент не хотелось никого посвящать в свои планы. Да и боялась, что меня начнут отговаривать.

А сейчас тем более ничего и никому не скажу.