Босс-одиночка ищет няню

Глава 1

Важный день.

Почему-то именно сегодня у меня такое предчувствие, что меня возьмут на работу.

Э-м-м… вчера тоже было такое, и позавчера.

Пока я в пролёте. Берут не меня, а кого-то более расторопного, более сексуального или более… короче, не знаю какого. Только не меня. Задолбалась бегать по собеседованиям.

И вот, опять бегу. Пять капель на дорожку… Кофе, конечно. Если не выпью, не проснётся энергия. Она у меня никогда ещё в девять утра не просыпалась. К вечеру только может проснуться во всю силу, когда в клуб с девчонками иду. Тогда моя энергия кипит через край. Но не утром. Не…

Перед собеседованием забежала в кафешку взять Американо, чтобы окончательно взбодриться. Держу кофе, выхожу на улицу и тут в сумочке звонит телефон.

Я остановилась и… какое-то хамло налетает на меня, торопясь то ли за кофе, то ли не знаю за чем так можно торопиться. Нахальный тип толкнул мою руку и половина целительного, бодрящего Американо, обжигая мне ладонь, вылилось на тротуар. Это хорошо ещё на блузку не попало, накрылось бы мое собеседование медным тазом.

– Хам! – возмущённо кричу вслед нахалу в костюмчике, явно не из дешёвого магазина.

Парень, вернее, такой уже, лет тридцати. Парнем он был в школе, а сейчас это самоуверенный, лощёный тип, в дорогом костюмчике, до тошноты идеальном.

Нахал обернулся, натянув улыбку и пожав плечом, указал на часы, мол, сильно торопится. Ему вообще не до меня и моих идиотских проблем. Занырнул в дорогущий внедорожник. Сел за руль. И уже, не глядя даже в мою сторону, отчалил, оставив меня понимать, что жизнь – дерьмо. Одним всё, а другим – ничего.

– У, придурок! Хоть бы извинился. Ага, жди, – сердито говорю сама с собой, пытаясь достать из сумочки салфетку.

В этой жизни всё так несправедливо. Вздохнула несостоявшемуся знакомству, и, бросив остатки кофе в урну, оттирая руку влажной салфеткой, пошла дальше. Собеседование-то никто не отменял. Было бы больше времени, кинулась бы за этим напыщенным нахалом, но я уже катастрофически опаздываю.

Пришлось плюнуть на желание из чувства справедливости вцепиться в морду идеальному во всех смыслах красавчику.

Забудь об этом! Успокойся и иди!

Выдохнула и поспешила дальше, к бизнес-центру в надежде получить должность секретаря.

-–

В коридоре целая толпа девушек, моё настроение сразу ухудшилось. Преобразилось из плохого в отвратительное. Но раз пришла, нужно уже испытать себя. Надеюсь, не забыла ещё университетские навыки.

Девушки сидят, так же, как и я, явно нервничают. Фифы, и серые мыши, и неформатчицы, и толстушки, и нормальные. Кого только нет. Всем нужна работа.

Я себя определила к нормальным. А значит, шансы получить работу у меня выше, чем у других.

Опасность заключается лишь в фифах. Им не обязательно быть очень умными и профессиональными. Только я считаю, хороший начальник не будет рисковать и жертвовать хорошим работником ради того, чтобы любоваться на длинные, стройные ноги или большую грудь… Или будет?

Чёрт, вот дура, нужно было надеть юбку покороче и кофточку с открытым декольте.

Сижу, повторяю, что в интернете нарыла, вопросы, которые могут задать во время собеседования. Там-то, на месте, когда на работу примут, определюсь, что нужно делать. А пока – общие понятия и знания.

Мне Витка так и сказала: «Делай умное лицо, как будто ты тем секретарём полжизни проработала, что спросят, соглашайся, головой утвердительно кивай. Чего не понимаешь, говори тоже непонятное. Ладно».

Час сижу. Второй пошел. Прошли пять претенденток. И тут настала очередь фифы, которая сидит вся из себя. Брезгливо на других посматривает. Делает вид, что тут самая крутая. Модель с четвёртым размером груди.

Согласна поверить, что её просто так возьмут, из-за фигуры и накачанных губ. Если там мужик проводит собеседование, то можно считать дело законченным. У всех, кто будет после неё, и тех, кто был раньше, нет никаких шансов.

Девица вошла в кабинет с таким видом, что сейчас решит глобальную проблему мира.

Не прошло и пяти минут, как из кабинета выходит солидный мужчина, в толстых очках, галстук поправляет и говорит:

– Всем спасибо, все свободны.

– Вот дрянь! – сказала толстушка рядом со мной.

Мы сочувственно переглянулись.

– Вот такие, делать ничего не умеют, а их берут. А я два университета закончила и хожу уже месяц по собеседованиям, – злобно сказала толстушка.

– А я два месяца, – скривилась я.

Все встали и пошли на выход.

Сегодня я в пролёте. Завтра у меня ещё одно собеседование, нужно прийти пораньше, пока какая-нибудь вот такая фифа не притащилась на своих каблуках и не увела у меня работу.

Глава 2

Домой вернулась в ужасном настроении.

– Как дела?! – кричит мама из кухни.

– Паршиво, – вяло отвечаю, закидываю сумку на полку, сбрасываю балетки и тащусь на кухню с миной неудачницы на лице.

– Тебя не взяли? – мама разочарованно скривилась.

– Как видишь.

Вошла на кухню. Аппетитно пахнет курочкой, мама готовит суп. Я брякнулась на стул и растянулась на столе.

– Боже, когда уже эта черная полоса закончится.

– Что опять не так, почему тебя не взяли? – мама любит выяснять.

– Пришла какая-то вся расфуфыренная с губами уточкой и всё. У всех остальных шансы нулевые.

– Ну, понятно, – мама явно расстроилась. – Нет, ну почему не устроиться по специальности, ты же педагог, сколько вакансий в школах и в садиках.

– Мам, ну опять ты, я же просила, – недовольно насупилась я.

– Да, опять и буду повторять, пока ты не пойдёшь и не устроишься на нормальную работу.

– Не пойду и ни устроюсь. Мне практики в универе хватило с вечно плачущими малышами. Нет, я не могу, у меня нервы не выдерживают.

– А как другие работают и ничего? По двадцать пять лет. И нервы вроде бы в порядке остались.

Мама работает в саду нянечкой, я пошла по ее стопам, но повысила планку, решила стать воспитателем. А уже во время учёбы поняла, что совершила ошибку. Но универ всё-таки закончила, ради симпатичной корочки. Когда говорю кому-то, что я дипломированный педагог, сразу воспринимают меня всерьёз.

К сожалению, после универа работать с детьми я категорически отказалась. Даже не знаю, что должно произойти, чтобы я согласилась идти воспитателем в сад или начальную школу. Нет, ни за что. Не уговаривайте.

Но мама не сдаётся.

– Женя, я тебе скажу честно, как на духу, – мама вдруг села на табурет, сложила руки на столе.

– В чем дело, – что-то мне эта её поза совсем не понравилась.

Угрожающе-спокойная.

– Меня сократили, – выдаёт мама.

– Что? – и тут до меня начинает доходить. – То-то я думаю, что это ты гуляешь и гуляешь, не может быть сразу столько отгулов. А чего раньше не сказала?

– Думала, как работу найдёшь, так сразу и скажу, – виновато глянула мама.

– Ну, мам, о таком говорить нужно, я бы тогда что-то придумала.

– Да что бы ты придумала, вон ходишь, ищешь, и тебя никто не берет, – обречённо махнула мама рукой и снова встала к плите.

– Ну, так я бы тогда что-то ещё искала. Расширила бы границы поиска.

– Женя, я не хочу, чтобы ты пошла пиво разносить в баре.

– Там хотя бы платят, а на должность секретаря я, наверное, совсем не подхожу.

Мама вдруг вспомнила о чём-то, развернулась, пошла в прихожую и вернулась, держа в руке листок, на котором что-то написано.

– Я вот что, мне тут Люся дала телефон, сказала, там требуется няня, я сегодня звонила, на завтра договорилась сходить. Там, Люся говорит, богатая семья, у них мальчишка два с половиной что ли или три. Им требуется няня, с проживанием. Если меня возьмут постоянной няней, то я с удовольствием.

– Ладно, прорвёмся. Может, меня тоже завтра на работу куда-то возьмут.

– Не зарекайся, – мама положила на стол листок и пошла к плите, мешать суп.

– Тьфу-тьфу.

-–

– Женя, вставай, – слышу сквозь сон.

– Мам, я спать хочу у меня сегодня позже собеседование.

– Женя, – мама громко чихнула в сторону, я сразу открыла глаза и села.

– Ты что, заболела?

– Ага, сама не пойму, как так получилось, наверное, воды с холодильника хлебнула. Все горло обложило, – хрипит мама, – придется тебе, Женька, ехать вместо меня.

– Да ты что!

– У нас последние три тысячи, Женя, а когда будут следующие деньги – неизвестно.

– Черт, – я протёрла глаза. – Придётся, видно, ехать. А что мне им сказать, что ты заболела.

– Не вздумай, ты что, они ж богачи, у них любое упоминание о болезни, уже все – черная метка, даже если у человека обычный насморк. Женя, я тебя прошу, ты должна получить эту работу.

– Ну, мам, это же няней, ну, какая из меня няня?

– Женя, они платят шестьдесят тысяч в месяц.

– Что? – глаза мои сразу открылись. – Только посидеть с ребенком?

– Да.

– Ладно, я схожу. Но скажу, что ты срочно уехала, или у тебя умерла бабушка и не скажу, что я твоя дочь.

– Делай, что хочешь, но эту работу получи. Это наш последний шанс, или мы пойдём по миру с протянутой рукой, – улыбнулась мама.

Глава 3

– Ты идиот? Что я скажу инвестору, когда он спросит, куда я дел его деньги? Кто вас на работу нанимает, таких дебилов? Уйди с глаз, и делай, что хочешь, но верни эти полтора миллиона, иначе уйдешь отсюда с очень плохими рекомендациями. Ты уж мне поверь. Иди к Кузину и решайте, к вечеру, чтобы была прибыль.

– Владислав Андреевич, но котировки…

Я смерил Данилова взглядом. Очкарик, профи, проезженный трейдер от Бога, но иногда хочется его обнять и плакать. Какая-то дрянь – жена вертит им дома, как щенком помыкает. И в периоды их ссор на работе он просто валит всё. Я не раз пугал его, говорил, что уволю и, если бы он тут же не собирался и не исправлял всё моментально, давно бы с ним распрощался. А ещё, понимание, что конкуренты заполучат Данилова, пусть и со всеми его тараканами, не даёт мне покоя. Поэтому держу. Пугаю, злюсь, ору, но держу.

– Ничего не хочу знать, ты профессионал?

– Да, – отвечает, поникнув.

– Тогда какого черта ты ещё здесь?! – заорал я, как ненормальный.

Данилов свалился за дверь, и сразу в ней показалась Диана – секретарь.

– Владислав Андреевич, ваша мама на связи.

– Да, – недовольно сказал, мама, как обычно, в самый неподходящий момент.

– Владюша, не забудь сегодня пораньше прийти. Мы так и сидим без няни.

– Мам, ну, вот ты опять, ну, нельзя сделать это без меня? – какие-то женские проблемы и те мне пытаются подсунуть.

– Знаешь, что, – строго сказала мама, – я завтра улетаю в Париж и, если ты не приедешь, я найму человека без тебя и потом не жалуйся, как обычно, что тебе не нравится та няня, которую я наняла.

– Хорошо, я приду, во всяком случае, постараюсь, – нехотя, соглашаюсь.

– Постарайся, Владик, мне уже надоело выслушивать от тебя претензии. И давайте уже поскорее решайте что-то с Лерой, ну, сколько можно?

– Хорошо, все, мам, я работаю, – и я махнул рукой Диане, чтоб отключала.

Встал из-за стола, подошёл к окну с панорамным видом, посмотрел на город, вытянул руки в стороны. Потянулся.

Сегодня важный день.

Решил, наконец, сделать Лерке предложение. Женюсь, и пусть она Сёмкой занимается. Она его любит, сюсюкается все время. И не нужно будет нанимать этих бесконечных нянь. Вдруг вспомнил, ведь нужно для предложения ещё и кольцо купить и ресторан заказать. Всё по фэн-шую, девушки это любят. Не просто получить кольцо, но и, чтобы все это увидели и засняли. И чтобы потом ещё неделю мусолили. Я Лерку знаю, она без селфи шагу ступить не может.

Повернулся, махнул рукой Диане, та подскочила, открыла стеклянную дверь, встала, смотрит вопросительно.

– Слушай, я тут Лерке предложение собрался делать, наверное, кольцо надо? Ты же понимаешь в этих делах, давай-ка, сделай мне к вечеру ресторан и кольцо.

– Какой предпочитаете металл? – быстро пишет в блокнот.

– А я знаю? А что сейчас дарят?

– Кто что любит: золото, серебро, белое золото, платина.

– Ты охренела, платина, посмотри, кто кому что дарит и выбери подходящее, но чтобы не прям чересчур.

– Я поняла, среднего сегмента.

– Не, ну, дешёвое совсем, что я невесте кольцо зажал. Она же меня потом и растерзает.

– Я поняла, будет сделано. А ресторан «Тироль»?

– Да, и набери мне ее.

– А столик на сколько заказывать? – Диана у выхода спрашивает.

– Давай на девять.

– Окей, – она повернулась и пошла, через пару минут махнула мне, что Лерка на связи.

– Да, милый, – услышал я мурлыкающий голос моей девушки.

– Что делаешь?

– Я на педикюре, а что? – говорит протяжно, растягивая слова.

– Хотел пригласить тебя в ресторан, сегодня вечером, – говорю, улыбаясь.

– Ой, это же замечательно, – проворковала.

– Давай в девять заеду за тобой.

– Прекрасно. Буду ждать.

– И ты это, давай, если что… ну, короче, до вечера. Ну, все, целую.

– И я тебя.

Глава 4

На часах четыре часа дня. Еду в такси за город, в посёлок для богатеньких. Ещё издалека видно, тут нет обычных домов, только всё какие-то вычурные. У каждого своя собственная архитектура. Красиво, но в то же время, попав сюда, понимаешь, как всё это далеко лично от тебя. Нам так не жить. Может, жить, но не в этой жизни, а если в этой, то, наверное, ещё не скоро. Точно не в ближайшей перспективе.

При въезде в посёлок – охранник и шлагбаум. Такси, в котором я приехала, сфотографировали, пассажирку, то есть меня, подозрительно осмотрели. Целое дело.

Подъехали к дому. Домик не хиленький. На пороге меня никто не встречает. Чай не королева, чего меня встречать. Я расплатилась тысячей, из трёх оставшихся у нас с мамой. Вышла из машины. Такси развернулось и уехало, прежде чем я сообразила, что, если меня не возьмут, обратно тоже нужно как-то ехать.

Придется снова вызывать такси, не пойду же я на пропускной пункт, спрашивать – какой тут у них ближайший автобусный маршрут.

Хотя, с теми деньгами, что у нас остались, как раз так и придётся сделать. Сюда-то лучше на такси было ехать, чтобы вовремя и не заблудиться, а уже обратно как хочешь.

Подошла к крыльцу, нажала на кнопку.

Почти через минуту услышала из динамика визгливый, женский голос:

– Вы кто?

– Я… я на собеседование, на должность няни для ребёнка.

– Как ваша фамилия?

– Моя? А, да, я, Женя Кочеткова, моя мама сказала…

– Входите!

Что-то пикнуло и дверь начала открываться.

– Спасибо, – сказала я и вошла в холл.

Вернее, это гостиная. В серых тонах, с минимальными деталями, но оригинального дизайна. Странные, серые картины на белых стенах. Большой диван мышиного цвета. В стороне – другая зона, там столовая и тоже в серых тонах, только там больше светлого. Всё настолько идеально, что кажется, попал в идеальное место без единого изъяна.

– Проходите сюда! – всё тем же визгливым голосом крикнул кто-то наверху.

Этот голос оказался единственным, что не идеально в этом доме. Он прямо режет по слуху и сразу представляется этакая злая тётка, которая сейчас в пух и прах разнесёт всё моё желание поработать в этом доме. А ведь при виде идеального интерьера, желание работать здесь внезапно проснулось.

Но от звука голоса тётки вспомнилось – не место красит человека…

На требовательный призыв я торопливо поднялась по лестнице на второй этаж. Осмотрелась. Коридор и несколько дверей. Одна дверь открыта, я пошла именно к ней.

– А теперь мы будем играть в паровозик! – слышится голос.

Вхожу в детскую. То, что это детская, сомнений не возникнет ни у кого. Просторная, светлая комната, с мишками и зайками на стенах, напичканная всеми, какие есть на свете, игрушками. Лошадки, машинки, велосипедики, на которых ребёнок может кататься прямо тут.

Посередине комнаты, на полу, сидит женщина в ярком наряде, похожем на индийское сари, и с причёской, как у тех женщин в индийских фильмах. Тёмные волосы собраны сзади в красивую ракушку, украшенную шпильками с искусственными камнями. Лицо женщины вполне симпатичное. И хоть по возрасту она на вид не намного старше моей мамы, но выглядит, по сравнению с ней, намного лучше. Ухоженная, стройная, я бы даже сказала красивая. Только этот голос…

Рядом с ярким пятном женщины почти незаметен маленький мальчик, тихо перебирающий игрушки. Словно задумался, смотрит на раскиданные вокруг кубики, берёт в маленькую ладошку и замирает на несколько секунд, а потом ставит на то же место.

– Наконец-то, – сказала женщина, поднимаясь с пола, – хоть кто-то пришел вовремя. Ну, Владику я это припомню. Давайте ваши рекомендации, – протянула требовательно руку.

Тут я немного занервничала.

– Вы понимаете, тут такое дело, у меня нет рекомендаций.

– Как нет, а кто же вас сюда впустил? – выпучила она на меня глаза и подозрительно осмотрела.

– Так вы и впустили, – удивлённо указала я на дверь.

– А что у вас есть? Давайте скорее, я тороплюсь.

– У меня вот, есть диплом университета, – полезла я в сумочку за документами.

– О, уже хорошо, давайте его сюда.

Мальчик вдруг посмотрел на меня, протянул руку, указал на меня маленьким пальчиком и совершенно отчётливо сказал:

– Ма-ма.

Я так рот и открыла от испуга.

– А-ха-ха, не обращайте внимания, он всех нянь называет – мама, – пояснила женщина.

– Ясно.

Как-то это меня немного напрягло, но не настолько, чтобы отказаться от работы. За шестьдесят тысяч пусть хоть крокодилом Геной называет, лишь бы зарплату платили вовремя.

Женщина торопливо просматривает мои документы и справки, и вдруг выдает:

– Ну, что ж, все в порядке, вы наняты.

– Как? Вот так сразу? – не поняла я шутки.

Но дамочка, оказывается, не шутит.

– Да, так сразу, а чего тянуть? Приступайте к своим обязанностям, прямо сейчас. Уже начался ваш испытательный срок. Если зарекомендуете себя, возьмём на постоянный. Кстати, если что задумаете, то тут везде камеры, провела она пальцем в воздухе, показывая вокруг.

– Так мне что, уже приступать? – всё ещё не могу поверить в такую странную и быструю удачу.

С одной стороны, хорошо, что она не стала долго мусолить собеседование, но с другой, как так можно, вдруг я воровка детей.

– Вы остаётесь в доме на время работы. Выходить никуда нельзя. Только после того, как вас сменит кто-то из нас, меня или моего сына, или же мы приведём лично новую няню. Никому другому ребёнка оставлять нельзя.

Я хотела что-то спросить, но она присела к ребёнку, потрепала его за щёку и проворковала:

– А бабушке пора бежать, да, мой любимый. Ах, ты, мое солнышко, – она нагнулась, чмокнула его в макушку, тут же встала и пошла на выход.

– Но как же я буду… – повернулась я ей вслед.

Она перебила:

– Да-да, приступайте. Там, если что, на кухне все есть, как проголодается, покормите.

– Хорошо, – согласилась я.

И женщина исчезла за дверью. А я стою и не понимаю, что значит приступать к обязанностям. Смотрю на малого, а он кубики перебирает тихонечко.

Ну, думаю, надо входить в контакт и начинать знакомиться. Может, и хорошо, что она сразу ушла и не стала смотреть, как я буду взаимодействовать с ребёнком. Но вообще, странно, конечно. Оставить вот так ребёнка на чужого человека. Не понимаю.

– Как тебя зовут? – присела и спрашиваю.

Малой поднимает взгляд и вот тут что-то пошло не так…

Глава 5

О-ё-ё-ё-й!

Мальчик открыл рот и как заорёт… вернее, заплачет.

Я испуганно расставила руки, метнулась по комнате к двери и кричу в пространство, сама не знаю кому:

– Ребёнок плачет, что делать, идите скорее!

Ответила гулкая тишина, вернее, не тишина, а громкий пренеприятный ор малыша.

– Что делать, что делать? – ситуация критическая, я в таких ещё никогда не была.

Вернее, была, когда-то, ещё в моём отрочестве. Мы с мамой ходили в гости. Все пошли за стол, а меня оставили развлекать малыша. Тогда у меня получилось отвлечь его от плача, но я уже забыла как.

Кинулась к игрушкам, схватила машинку, и начала крутить ей перед глазами мальчишки, он затих всего на секунду и снова заорал, как сирена полицейской машины, пронзительно и протяжно.

– А вот, смотри зайка, а вот мишка, – схватила я мягкого зайку, а потом мишку, – но мальчишка никак не хотел униматься, крутит головой и орёт, даже сопли потекли.

– Знаешь песенку? Ля-ля-ля! – и я запела, – на лабутенах я и в восхитительных штанах, – начала танцевать и, как дурочка, подпрыгивать.

Малыш замолчал, всхлипывая, смотрит на меня удивлёнными глазками и точно наверняка думает, что я какая-то городская сумасшедшая. Но главное, песня и подскоки сработали, и я давай активнее выплясывать, чтобы уже окончательно закрепить положительный результат.

– Вы кто?! – услышала в этот момент сзади себя и испуганно остановилась.

Оборачиваюсь и вижу… того самого невоспитанного красавчика, которой толкнул меня вчера утром и укатил с ветерком, даже не сказав элементарного – извините!

В первый момент я, конечно, онемела, а потом речь вернулась ком мне, но уже сдобренная накопившимся, за день с половиной, негодованием.

– А-а-а! Это вы?!

– Я? А что вы тут делаете? – сказал он строгим тоном начальника, которому вообще пофиг он это или не он.

– Работаю! Вы не видите? – выкрикнула, и ребенок снова начал заходиться на плач.

– Боже, чего вы так орёте, вы пугаете Сёму, – красавчик, вернее, уже совсем не красавчик, подошел к ребёнку, поднял его на руки и мальчик сразу успокоился.

Теперь я совсем обиделась, я, дипломированный педагог, пугаю ребёнка? Да, я могу сделать так, что он будет смеяться… но сейчас доказывать это совсем не имею желания.

– А, ну раз я его пугаю, тогда развлекайте своего сыночка сами, – пошла я к двери.

В этом доме все чокнутые, одна сбегает, едва лишь приходит няня, другой… другой просто чокнутый.

Шагаю к двери, чтобы поскорее уйти из этого сумасшедшего дома, уже вышла и ступила в коридор.

– А ну, стоять! – послышалось громогласно за спиной, я даже присела слегка.

Испуганно остановилась, обернулась.

– Хорошо, начнём сначала – вы кто? – говорит уже спокойно.

Ладно, уйти всегда успею, а шестьдесят тысяч на дороге не валяются.

– Я, Женя Кочеткова. Ваша мама или кто вам эта женщина, приняла меня на работу, а сама ушла, вот только что.

– Понятно. Ну, раз она вас приняла, приступайте.

– Так я и приступила. Не думала же, что ребёнка просто вот так оставят и уйдут.

– А как вы думали? Вас наняли, вам идёт зарплата, работайте. Каждый должен заниматься своим делом.

Он подошел, сунул мне в руки ребёнка. Потрепал его розово-рыжие волосенки и пошел на выход. От такой наглости я снова онемела.

– Да, и если что, – обернулся этот папаша, – мне не звоните, звоните маме.

– Я и не собираюсь вам звонить.

– Вот и отлично, – и он скрылся за поворотом.

Возмущённо я пошла за ним, чтобы выкрикнуть что-нибудь неприятное, но вдруг почувствовала голову ребёнка у себя на плече, опустила взгляд. Малыш заснул. Вздохнула и пошла обратно в детскую.

Странные, конечно, родственнички у этого Сёмочки. Что бабушка немного того, что папаша – напыщенный индюк. Но ребёнок-то в этом не виноват.

Глава 6

В первый момент лицо ее показалось мне знакомым.

Вспомнил недовольную мину и кулачок, которым она погрозила мне в след вчера утром. Девчонка, конечно, ничего такая, миленькая в своем гневе, я бы остановился поизъясняться, только времени было в обрез. Как не хотелось послушать ругательства милой красотки, я не мог остановиться. В другое время задержался бы, достал салфетку, посочувствовал и извинился, но тогда очень торопился на деловую встречу с новым инвестором, которого собирался заполучить в клиенты, чего бы это мне не стоило.

Поэтому на мелкую злодейку только усмехнулся, подумаешь, толкнули ее.

И вот, она в моем доменяня моего сына. Очень интересно. Надеюсь, тут не какая-то теория заговора, а девушка не злая шпионка, пришедшая испортить мне жизнь. Чушь собачья, но всё же.

Сейчас некогда копаться и выяснять, пора собираться за Леркой, предложение ведь собрался делать. По дороге ещё заехать нужно к Диане за кольцом. Так что, придётся снова оставить эту недовольную девицу. Подозреваю, что она вредная, дерзкая и точно нахальная. Единственный плюс – красивая.

Вообще-то, красивые самые вредные, у них у всех испорченные характеры. Это я уже заметил непонаслышке. Вот новая няня, как там ее, Женя Кочеткова, только вошёл, сразу взъерепенилась вся, как ёж. А что я такого сделал, подумаешь, руку случайно толкнул. Это город, толкотня, тут все друг друга толкают. Ничего необычного. Но этой обязательно нужно было услышать от меня извинения.