Наследник для магната

Пролог

– Милый, я дома, – говорю, переступая порог.

И сразу обо что-то спотыкаюсь. В полумраке коридора ничего не вижу. Шарю рукой по стене в поисках выключателя.

Наконец, зажигается свет.

Я замираю, не веря своим глазам.

На полу лежат чьи-то туфли. Женские. Лакированные и остроносые с убойной металлической шпилькой.

Как в полусне стаскиваю жакет, вешаю на крючок и направляюсь к спальне, по пути подбирая чужую туфлю. Квартира однокомнатная, так что не промахнешься.

Спальня плотно закрыта. Из-за двери доносятся звуки.

Моя рука замирает над ручкой. По спине пробегает холодок.

Толик там не один? Ну может, это его коллега в гости зашел или мама?

Ага. И они там вдвоем громко скрипят матрасом.

Решительно толкаю дверь.

Она открывается, но этого никто кроме меня не замечает. Еще двое участников сцены слишком заняты, чтобы замечать что-то, кроме себя.

Да, если это и коллега моего мужа, то они тут явно не чай пьют.

Я в полном ступоре смотрю на вакханалию, происходящую на кровати. Матрас скрипит, одеяло бугрится, мужские и женские стоны разносятся по комнате.

– Я вам тут не мешаю? – подаю голос, но на меня никто не реагирует.

По сердцу будто стеклом режут. На глазах проступаю слезы. Не могу поверить, что это все происходит со мной.

– Але! – кричу еще громче.

Туфля в ладони словно огнем печет. Швыряю ее в горб на кровати.

Горб ойкает и замирает. Из-под одеяла высовываются две головы.

Минуту назад я надеялась, что это младший брат мужа со своей девушкой или сосед. Да кто угодно, только не мой благоверный. Но это он и какая-то краля.

Толик смотрит на меня округлившимися глазами:

– Ты рано…

– Я вовремя, – язвительно кривлю губы, хотя на самом деле мне хочется плакать, – Это вы задержались.

– Марина, это не то, что ты подумала, – говорит он и накрывает одеялом свою любовницу. – Это… это случайность.

– Ей стало плохо, и ты решил сделать ей дыхание рот в рот в нашей кровати? Или это новый вид постельного массажа? – раскаляюсь я.

Никогда еще фраза “Это не то, что ты подумала” не вызвала во мне такой бури.

– Марина, ну не начинай, – Толик встает с кровати.

Он здоровый накачанный парень с идеальным телом атлета. Инструктор по фитнесу. И эта вертихвостка в его постели наверняка одна из клиенток! Подсела на его кубики в прямом и переносном смысле.

Тьфу! Даже думать об этом противно.

Я направляюсь к шкафу. На полу разбросаны женские вещи. Ботинок застревает в чужом лифчике. Я зло срываю его с ноги.

Поверить не могу, что это все мне не снится. Толик слишком спокоен для того, кто изменил в первый раз. Значит, давно уже практикует. Вот гад!

Он идет за мной.

– Марина, – касается моего плеча. – Что ты задумала?

От его прикосновения становится тошно.

Молча сбрасываю его руку, а сама достаю чемодан и начинаю активно запихивать в него вещи.

– Марин, не делай глупостей. Давай поговорим.

– Нам не о чем говорить, – закусываю губу. – Иди разговаривай со своей кралей.

Руки дрожат. Вещи в чемодан едва влезают.

– Я серьезно, не дури. Сама виновата, что так рано вернулась, я тебя только завтра ждал.

У меня перехватывает дыхание. Почему мне никто не сказал, что это так больно? Три года брака и все впустую. А еще, дура, сюрприз ему приготовила…

Застегиваю чемодан, разворачиваюсь. Толик так и стоит передо мной в чем мать родила. Только руки на груди сложил.

– И куда ты сейчас поедешь?

– Не твоего ума дело.

– Как раз моего. Ты все-таки мне жена.

– Ой надо же? И давно ты вспомнил об этом?

– Не язви. Ты сама виновата.

От такой наглости я на миг теряю дар речи.

Краем глаза вижу, что любовница слиняла с кровати вместе с одеялом и чуть ли не червячком ползет к двери.

– Куда? – рявкаю, загораживая ей проход. – Одеяло мое.

Хватаю и рву его на себя.

Она выпускает из рук его и смотрит на меня круглыми от страха глазами.

– Ты сама виновата, Марина, – повторяет муж, глядя, как я направляюсь к выходу.

Любовница вжимается в стеночку, будто хочет пройти сквозь нее. Нет, эта дура не виновата, что мой муж кое-что не может в штанах держать. Он ведь ей, наверное, даже не сказал, что женат.

– Вот если бы ты не ездила по своим командировкам, то не было бы здесь никого, – цедит Толик мне в спину.

– Да пошел ты, – бросаю в ответ.

Он хватает меня за руку.

– Марина, прекращай истерику. Это всего лишь ошибка. Сейчас она уйдет, и мы нормально поговорим. Как взрослые люди. Ты меня поняла?

– Да отпусти меня, – с трудом вырываюсь и выпрыгиваю за дверь.

Хорошо, что не закрыла ее на замок, а то пришлось бы возиться.

Толик за мной.

Колесики чемодана стучат по лестнице. Я несусь, чуть ли не спотыкаясь.

Как же шумно. Наверное, весь подъезд слышит.

– Марина, – летит за мной муж.

Я останавливаюсь на лестничном пролете. Лодыжка побаливает. Кажется, я ее подвернула.

Оборачиваюсь и обливаю презрением голого Толика.

– Ты так за мной и пойдешь? – небрежно киваю на его сморщенного “дружка”.

– Да.

Он опускает взгляд и заливается краской. А этажом выше кто-то уже спускается по лестнице.

– Трусы надень, – поправляю босоножку и спускаюсь дальше.

Вылетаю из подъезда. В груди сильно болит. От этой боли в глазах стоит туман.

Несусь прочь от дома. Все равно куда, лишь бы подальше. Прохожие шарахаются от меня, а я никого не вижу и не замечаю.

Как же я могла жить и не видеть, что творит эта тварь под названием муж.

Прихожу в себя только на пустой остановке. Сажусь на скамейку, и меня накрывает.

Слезы ручьем хлещут из глаз. Я кричу, чем разгоняю бомжей и стаю собак.

Больно, как же больно. И это не та боль, которую можно унять таблетками. С ней не пойдешь к врачу.

Выкричавшись и выплакавшись, открываю сумку. Достаю пачку салфеток и глянцевую папку с голубеньким самолетом. В ней два билета на отдых.

Это наша мечта с мужем – семидневный отдых на Корфу. Я два года ишачила на эту путевку. Бралась за самых трудных клиентов, закрывала сделки, которые даже начальство считало провальными! Но после сегодняшнего…

На глаза вновь набегают слезы. Всхлипываю.

Рука тянется порвать билеты, но в последний момент я ее убираю.

Черт с тобой, Толик. Ты не стоишь моих страданий.

Я хотела на отдых – и я и поеду! А с тобой потом разберусь.

Глава 1

Море, солнце и песок – вот главное, что мне нужно в период расставания с мужем. Как вспомню, так накатывает такая тоска, что даже аниматоры не могут от нее избавить.

Хотя аниматоры это самое дебильное, что можно придумать в моем положении.

Я все еще не могу осознать то, что случилось. Сердце постоянно замирает.

Ну как так?!

У нас с Толиком все было хорошо. Мы уже три года вместе. Хотя говорят, что за столько лет вся романтика уходит и остается один быт.

Но это неважно. Мы же планировали завести ребенка! Вот сразу после отпуска. Отдохнуть на Кипре, набраться сил и приступить к выполнению задачи всей жизни. А тут на тебе! Сюрприз вышел что надо.

Интересно, это у него была мимолетная интрижка или он мне давно изменяет?

Телефон в очередной раз пиликает. Опять незнакомый номер. Со вздохом открываю СМС.

Ну, как всегда: “Прости и вернись ко мне. Я совершил ошибку. Прости, прости”.

И куча расстроенных смайликов.

Отправляю номер в черный список. Их там уже штук десять. И не лень ему бегать, новые “симки” регистрировать? Или он их сразу оптом взял и теперь развлекается? Пусть займется своей блондинкой!

От этих мыслей даже солнце становится тусклым. Почему мне так плохо?

Потягиваю коктейль и от скуки наблюдаю за симпатичным официантом. Он потирает бокалы, то и дело поглядывая на меня с загадочной улыбкой.

Отворачиваюсь.

Неинтересно. Еще один альфа-самец, заметивший одинокую самочку. А дома, возможно, жена…

Я здесь уже шестой день. Завтра утром улетаю домой. И за это время кто только не пытался со мной познакомиться. Но у всех этих “знакомщиков” на лбу большими буквами было написано, что им нужна интрижка на пару ночей. Курортный роман. Чтобы почувствовать себя мачо. А потом они вернутся домой, к жене под бочок, и забудут все, что здесь было.

Оглядываю мужчин, сидящих за столиками. Кое-кто из них с женами. А одиночки бросают в мою сторону призывные взгляды.

Козлы!

– Жаров! Ты должен остановиться!

Возмущенный женский голос перекрывает тихую музыку.

Оборачиваюсь и замираю. Прямо на меня по проходу идет высокий мужчина в белой футболке и синих бриджах. Одежда трещит на нем, подчеркивая не хилый мышечный рельеф. А позади маячит расфуфыренная деваха. Очередная жертва пластики, если глаз меня не обманывает. Ну, накачанные до состояния куриной попки губы сложно не узнать.

Очередной павлин и его самочка.

Теряю к ним интерес и возвращаюсь к своему коктейлю.

Но вынуждена признать: мужик зачетный. При виде его рука сама собой тянется поправить прическу.

– Жаров, стой! Мы не договорили! – орет на весь ресторан девица с губами.

– Эй, девушка, потише! – вступает бармен.

Мужчина-павлин цедит сквозь зубы:

– Я тебе уже все сказал. Мы расстались. Какого ты приперлась сюда за мной?

Это он своей самочке, как я понимаю.

Ох, ну и голос у него! Низкий, глубокий, с такой хрипотцой, что у меня аж мурашки по коже идут.

– Ну, Дима, пожалуйста, выслушай! Я же без тебя не могу, – продолжает канючить деваха.

Бедный павлин.

Хотя, если бы я так замужем бегала и стелилась вокруг него, может, он бы мне не стал изменять?

Что уж теперь думать об этом…

Лучше подумать о том, куда вернуться с курорта.

Придется к маме переехать, других вариантов нет. Но она мне все мозги откомпостирует насчет Толика. Как это так! Ну подумаешь, что изменил. Мужики-то полигамные. Это у них в природе. И вообще, такой хороший мужик. С квартирой, машиной хорошей работой. Держись за его штаны!

А я – нет. Не хочу, не прощу. Нет ничего хуже измены.

Рядом кто-то нагло плюхается на диван. Но я, не обращая внимания, продолжаю цедить коктейль через трубочку.

Еще надо документы на развод подать. Я как-то сильно быстро сюда свинтила, не успела этого сделать. Но теперь точно сделаю. Сразу, как только вернусь.

Как бы грустно и больно не было, но придется опять увидеться с мужем. Хорошо, что детей у нас нет. Развод пройдет как по маслу.

– Эй, ты чего к ней подсел? – капризная девица оказывается возле меня.

Мне приходится оторваться от созерцания своего бокала и вопросительно посмотреть на нее.

– Отстань от меня, – с другой стороны слышится низкий хриплый голос. – Я уже сказал, что между нами все кончено. Не понимаешь? До свидания!

Я мельком смотрю на обладателя бархатистого тона и невольно краснею. А главное, моя спина при виде него сама собой выпрямляется.

Издалека он показался мне симпатичным. Но вблизи – роковой красавец. Будто с обложки глянцевого журнала сошел: короткие темные волосы, ровный нос, четкие брови, волевой подбородок, покрытый легкой щетиной. А главный шик – длиннющие ресницы и ямочки на щеках.

Наверное, модель.

Смотрит на меня, улыбается. Ой, подмигнул.

Так, надо уйти. Мне эти заигрывания ни к чему. От мужиков одна боль.

– Мы с тобой не договорили! – девица с хозяйским видом усаживается с другой стороны от него.

Теперь красавчик оказался зажат между нами.

Ой, мамочки.

– Я все сказал, – рявкает он, когда подружка в очередной раз хватает его за руку.

От резкого движения он не рассчитывает силу и задевает мой коктейль.

Я пытаюсь поймать бокал, но не получается.

Часть проливается мне на платье.

– Мужчина, осторожнее! – я резко вскакиваю.

– А ты еще кто такая? – возмущается девица.

– Успокоилась, живо! – цедит красавчик и переводит взгляд на меня. – Прошу прощения. Позвольте мне загладить свою вину.

Он обводит меня заинтересованным взглядом. На красивом лице появляется улыбка и ямочки.

Я опускаю взгляд. Вот же. Коктейль на грудь попал. Футболка намокла. Придется в номер идти…

– Дима, я с тобой разговариваю!

Взгляд красавчика резко меняется.

Бедный мужик. Глаза такие усталые.

– Подыграйте мне, – шепчет он и наклоняется ближе.

– Ага, – киваю, не в силах отвести от него взгляд.

Почему бы и нет? Завтра я улетаю домой. А тут невинная шалость. Если б еще не сверлила взглядом эта дамочка – было бы совсем здорово.

И тут происходит то, чего я совсем не ожидаю того. Дима склоняется ко мне. Горячее дыхание опаляет губы. И, пока пытаюсь сообразить, что происходит – меня нагло целуют.

– Ну и оставайся с ней! Чтоб у тебя все отсохло, – девица вылетает из ресторана.

– Спасибо, – Дима отрывается и смотрит на меня темным взглядом.

Губы у него властные, умелые, и целуется он крышесносно.

Ноги подгибаются. Чувствую, если б он меня не держал, я бы осела на пол.

– Может, продолжим? – спрашивает завораживающим хриплым тоном.

И смотрит в мои глаза таким взглядом, что у меня голова начинает кружиться.

– Давайте. Бармен, повторите коктейль, – я поворачиваюсь к барной стойке.

И стоило бы отказаться. Он только бросил девушку, а я – мужа.

Но… Нет. К мужу я возвращаться не буду. Так что легкая интрижка мне только пойдет на пользу.

Я должна окончательно отрезать ту часть себя, которая болит. Клин клином вышибают, так, кажется, говорят. Тем более, что мужчина красивый.

Один коктейль, второй, третий…

Мою талию сжимают. Мы двигаемся под ритмичную музыку. Чужие руки властно скользят по моей спине, изучают изгибы тела. Меня снова целуют…

Я не могу отвести от него взгляд. Смотрю в его глаза и пропадаю.

Что я творю? Не знаю, это все коктейли виноваты. Кажется, пара из них была лишней.

Сознание уплывает. Чувствую только, что меня несут на руках…

***

Утром я просыпаюсь от яркого света. В первый момент не могу понять, где нахожусь. Номер незнакомый. И в постели я точно не одна. К моей ноге прижимается чужая нога.

Постепенно воспоминания возвращаются. А вместе с ними и стыд.

Что я наделала!

Осторожно поворачиваю голову. Так и есть. Одеяло слегка сползло, оголив крепкую мужскую спину. С минуту любуюсь мышцами. Потом густо краснею.

Переспать с мужчиной, о котором знаешь только имя – это надо уметь. Марина, ты превзошла свои ожидания!

Ох, совесть меня будет грызть еще долго.

Сползаю с кровати. Нужно спешить. Исчезнуть, пока он не проснулся и не захотел продолжения.

– Тебе денег дать? – слышу сонный мужской голос.

– А? Что? – вздрагиваю и оборачиваюсь к нему.

Мой случайный любовник приподнимается на кровати. Одеяло сползает с его торса, и я поспешно отвожу глаза.

– Нет-нет. Денег не надо! Всего хорошего, – несусь к двери так, будто за мной кто-то гонится.

Это меня подгоняет стыд.

Домой! Срочно! К маме!

“Ты же еще замужняя женщина! – кричит моя совесть. – Как ты могла?!”

Нет. Я не должна чувствовать себя виноватой. Это Толик мне изменил, пусть его мучает совесть. А я просто перевернула страницу своей жизни.

Перед выходом из номера вижу ручку и флаер отеля. Замираю на миг.

Хватаю ручку и записываю свое имя и номер на флаере.

Ну а вдруг?

Глава 2

– Вот что ты сидишь в своем интернете? – мать стоит за спиной.

Она у меня божий одуванчик в обычное время, но когда ей что-то не нравится, то сразу превращается в дьявольский кактус.

– А что мне еще делать? – вздыхаю. Голова болит, проект сдавать надо, а тут еще она мозги компостирует с утра пораньше. – Мам, я очень занята. Давай потом, а?

– Занята она! С мужем не надо было расходиться. И как теперь жить думаешь? Ни работы, ни мужа и жить негде.

– Так, стоять, – поворачиваю к ней экран ноута. – Работа у меня есть. И я у тебя денег в долг не прошу. И квартиру обещали достроить через год.

– Обещанного три года ждут! Говорила тебе, не продавай бабкин дом, самой пригодится! И что это за работа такая? Платят минималку, а остальное в конверте дают! Вот как ты на пенсии жить будешь? Ты об этом подумала? У тебя по бумажкам вообще четверть ставки идет!

– Мам, мне до пенсии еще далеко, успокойся, – прошу устало. – Я работаю сейчас не ради стажа, а ради портфолио, понимаешь? Может, у меня в планах свое рекламное агентство!

– Какое агентство! Лучше бы нормальную работу нашла, а не сидела сутками в своем интернете! Вон, у Панфиловых дочка с тобой вместе училась, сейчас бухгалтерша в мэрии. Ей и стаж, и выслуга, а тебе что?! Ну давай, я Людочку Панфилову за тебя попрошу, мы с ней в хороших отношениях.

Ну вот, началось…

Закатываю глаза:

– Мам, у меня важный заказ. Мне нужно доделать его за пару дней.

– Это что еще за Сергей? – она впивается взглядом в аватарку заказчика.

– Мама, это заказчик.

– А чего он тебе в вайбере пишет?

– Потому что так удобнее. Мы обговариваем детали в режиме онлайн. Все мам, иди, ты мешаешь.

– Ах, тебе мать родная мешает? От мужа ушла, так будешь теперь таскать мужиков? Не потреплю! Или ты возвращаешься к Толику, или ищешь квартиру!

Она уходит, с грохотом хлопнув дверью. А я со стоном роняю голову на стол.

И вот так живу почти месяц. С тех пор как вернулась с курорта.

Мама меня не понимает. Она вообще не понимает, как я могла от мужа уйти. Сама она всю жизнь отца прощала, закрывала глаза на его похождения и очень гордится тем, что хранила брак двадцать лет, пока он не умер от сердечного приступа. Лежа на любовнице. М-дя. А мама моя как раз была тем врачом “скорой помощи”, которую вызвала эта любовница.

Конечно, подробности той трагикомедии я не от мамы узнала. Добрые люди поделились. Но после этого я пропускаю мимо ушей все ее нотации про мою личную жизнь.

С Толиком за этот месяц я ни разу не виделась, хотя он постоянно пытается меня поймать. Нет у меня желания с ним встречаться.

Три недели назад я подала на развод. Назначили дату суда, но муж не явился. Его адвокат говорил что-то об уважительной причине, так что слушание перенесли. А Толик завалил меня звонками и СМСками. Он просек, что я блокирую все его номера и начал доставать меня с телефонов общих знакомых.

Вскоре я поняла, что происходит что-то не то. Все наши общие друзья почему-то встали на его сторону и стали уговаривать меня вернуться к мужу. Я отшучивалась, как могла. Пока моя лучшая подружка не стала просить за него.

“Мариш, подумай, вы же семья! Три года вместе. Ну прости мужика, бес попутал. И куда ты пойдешь? С мамой жить будешь?”

В общем, мы с ней поругались.

А тут еще адвокат спросил, буду ли я подавать на раздел имущества. Мол, квартира, в которой мы жили, и машина были куплены в браке, так что по закону там и моя часть имеется. Но мне от Толика ничего не надо. У меня скоро будет своя квартира. Пусть просто даст мне развод.

Не пойму, почему он так долго тянет?

***

Я снова пытаюсь вникнуть в работу.

Меня перевели на “удаленку”, потому что наш офис закрыли на карантин. По профессии я маркетолог. Отвечаю за рекламные компании.

Зарабатываю не так чтобы очень, но на жизнь хватает. Вон, даже на курорт на двоих скопила и ипотеку сама плачу. Да только один билет пришлось выбросить. Зато в двухместном номере отдыхала сама. Никто не толкался в кровати, не пыхтел и не храпел. Я очень даже оценила прелести холостяцких ночей.

Слышу, мать гремит кастрюлями на кухне. Надеваю наушники, включаю Селин Дион и возвращаюсь к заказу. Хочу быстрее доделать комплект рекламных баннеров и отправить заказчику.

Вскоре меня отвлекают приятные запахи. Принюхиваюсь.

М-м, мамин фирменный борщик. С фасолькой.

К горлу подкатывает тошнота.

Это еще что за новости?

У меня последнее время то ли давление скачет, то ли еще какая напасть. Наверное, это от нервов.

Во рту разливается горький вкус желчи. Может, это все из-за той шаурмы, купленной вчера на остановке?

Я пытаюсь вернуться к работе – и не могу. Холодок все больше и больше начинает пробегать по спине. Только отравления не хватало! У меня же заказ!

Тошнота отступает. М-да, тревожный звоночек. Надо бы попить активированного угля на всякий случай… Мало ли, что было в той шаурме.

– Иди обедать! – зовет мать.

Я тяжело вздыхаю и топаю на кухню.

Там уже ждет тарелка. Набираю ложку борща и морщусь.

– Ну-ну, свежий борщ, – мама садится напротив и приступает к еде. – Только вчера сварила.

А я не могу. Не идет – и все. Дую и пробую. Желудок делает кульбит и просится наружу.

Мама бросает на меня острый взгляд. Она ж врач. С ходу диагноз поставит и заставит пить марганцовку.

– Я сейчас, – откладываю в сторону ложку и несусь в туалет.

Прощаюсь с остатками завтрака. Меня лихорадит.

С трудом полощу рот мятным эликсиром и на негнущихся ногах выхожу в коридор.

Там уже стоит мама.

– Слушай, Марин, а ты беременная часом?

Она смотрит на меня с научным интересом. Будто бактерию под микроскопом разглядывает.

– Сплюнь, – вытираю потный лоб дрожащей рукой. – Только этого не хватало.

– Так, я за тестом схожу, а ты борщ доешь, – командует родительница и подталкивает меня к кухне. – Или поищи, что поесть. Нельзя голодать.

– Мам, да не беременная я, – вяло сопротивляюсь. – Мы с Толиком предохранялись…

– И что? Врачи сами говорят, что все эти предохранения не дают сто процентной гарантии. Вот сейчас тест куплю – и все точно узнаем. Будет повод к мужу вернуться.

Я со стоном закатываю глаза.

Лучше к борщу вернусь. Тем более, что он уже не вызывает прежнего отвращения. Спокойно ем. И чего меня переклинило?

***

Мать возвращается с тестом спустя полчаса. И мне очень не нравится предвкушающее выражение ее глаз. Похоже, в мечтах моей родительницы я уже беременна. Тройней!

Взяв тест, плетусь опять в туалет. Чувствую себя так, будто иду на эшафот под конвоем гестапо. И ведь не отвертишься!

Мать, как конвоир, вытягивается возле двери:

– Не торопись, там время должно пройти. И смотри, не мочи больше, чем нужно!

– Угу, – отзываюсь уныло.

Жду терпеливо, как написано на упаковке.

Смотрю на тест – и у меня внутри все замирает, сжимается в тугой колючий комок.

Нет… только не это!

– Ну, – стучит мать, – готово?

Закрываю глаза и открываю. Трясущейся рукой подношу тест почти к самому носу, приставляю к лампе.

Нет, ну, пожалуйста, нет!

Результат не меняется.

Две полоски.

Меня охватывает озноб. Не могу удержаться на ослабевших ногах. Опускаюсь на крышку унитаза.

Этого просто не может быть. Потому что не может! Жизнь не могла подкинуть мне такую подлянку!

– Марина, выходи, – мама вновь стучит в туалет. – Чего ты застряла?

Выбора нет. Не сидеть же здесь вечно, в компании ершиков и чистящих средств.

Неохотно выхожу. Смотрю на мать, и та понимает все по глазам. Но все же берет у меня тест.

– Беременна все-таки. Ну, как я и думала, – она довольна, что оказалась права. – В общем так, Марина. В нашей семье безотцовщину никто не плодил, и ты первой не будешь. Завтра же встретишься с Толиком и нормально поговоришь. Или нет, пригласи его к нам.

– Мам…

– Не мамкай! – обрывает она меня. – А слушай, что старшие говорят! Я мать, я жизнь прожила и лучше тебя знаю, что значит одной детей поднимать. В общем завтра тортик для вас куплю и уйду к соседке на сериал. А вы спокойно пообщаетесь за чаем. Да еще с работой надо решить. Пока срок маленький, устроишься в теплое место. Никто не заметит. Зато и госвыплаты будут, и в декрет уйдешь спокойно.

– Я тебя умоляю! – теперь уже я прерываю ее. – Сейчас детей в однополых семьях воспитывают.

Мать охает и за сердце хватается.

– Мама и бабушка, – поясняю в ответ на этот театральный жест.

– Ах ты, паразитка! Не буду я с внуком сидеть, пока не помиришься с Толиком!

– А я с ним не ссорилась. Просто ушла. И возвращаться не буду!

Я тоже могу быть упрямой, когда захочу. И чувствую, что сейчас мы с мамой как два барана на узком мостике. Ни одна не уступит.

– Ну так и у меня здесь сидеть не будешь! – она переходит к угрозам.

– Ой все. Не нравится, сниму квартиру.

Считаю, что разговор окончен, и ухожу.

Но мама кричит мне вслед:

– Квартиру она снимать собралась! На какие шиши? Тебе еще ипотеку платить! А памперсы, а смеси? Ты видела, какие цены сейчас? Мужу звони! Ребенку отец нужен! Подумаешь, оступился. С кем не бывает?