Я – Миа Кроссман

Предиссловие.

Когда я нахожусь в местах где много людей, всякий раз меня охватывает мысль: «Сколько разных судеб». И ведь сейчас каждый из всех этих людей, имеет какую-то тайну. Тайну, которая перевернула когда-то всю его жизнь. Хоть один человек, кроме меня задумывался об этом? Или вам удобнее думать только о своей жизни? Ведь мир, намного шире вашего эго, и, если бы у меня был талант заводить новые знакомства, я бы очень хотела узнать судьбу каждого. Ведь в каждой истории, есть мораль. И мне, действительно по душе, знать изъяны человека. Не для использования их в своих целях, а для того чтобы иметь возможность прожить хоть маленькую, но еще одну жизнь. Испытать то, чего возможно мне никогда не пережить.

Жизнь, она ведь как свеча, как пламя. Мы можем потухнуть в любой момент… Каждый может нанести нам вред, и каждый может поддерживать наше пламя. Удивительно, правда?

А вы замечали, насколько ты маленький в соотношении со вселенной, когда смотришь в небо? Когда будь то звезды, будь то облака, твердят тебе «Ты нас видишь, а мы тебя нет». Об этом, мы рассуждали с дедом в детстве, когда он давал мне уроки по астрологии. Он тогда и натолкнул меня на эту мысль. Насколько далек от нас мир, насколько он необъятен, и насколько мы никчемны. Испытай это чувство. В тебе будто начинает бушевать море, и чем яснее ты осознаешь свое маленькое существование, тем больше тебя поглощает буря волнения. Ты словно колба, наполняющаяся неизвестностью. А ты в силах это признать?

Я всегда слишком много размышляю, и, все свои чувства и мысли записываю в личный дневник. К 15-ти годам у меня было уже 6 заполненных тетрадей, которые я сожгла по наступлению совершеннолетия. Мне показалось, что это слишком существенные доказательства совершенных мною ошибок, которые могут помешать моему будущему. И когда я начала читать свои оставшиеся записки прошлого, я поняла, что должна обязательно поделиться своими чувствами, и написать книгу.

Глава первая.

Зачем ты мне снишься? И ладно если бы ты хоть во сне был мой, но нет. Не снись мне прошу, не стоит. Ты рвешь мне душу на части. Я знаю, что место рядом с тобой, для меня до сих пор счастье.

Так было почти каждое утро. Насколько тоскливо может быть после расставания, чтоб в твоей голове не осталось места для разумных мыслей. Открыв глаза, я снова посмотрела в окно. Это был мой ритуал. Так, я на пару секунд пыталась осознать реальность сегодняшнего дня. Понять, какое сейчас приблизительно время, ну или удостовериться что мне можно еще немного поспать. Сон- всегда казался мне лекарством от всего. На моем счету были 2 расставания, разрыв серьезных чувств, 2 попытки раздробить моё сердце. Поэтому, я на грани депрессии.

Я, Мия Кроссман, мне восемнадцать. Я знала, что я далеко не красавица, но, понимала, что довольно симпатичная. Зеленые, близко посаженные глаза, средних размеров губы, верхняя меньше нижней, и средних размеров нос. Правильный овал лица, перекрашенные в ярко рыжий цвет кудрявые волосы. Худощавое телосложение, но я была обладательницей, восхитительной фигурки. Я творческая натура, пишу песни, пою. Ходила раньше на уроки вокала, научилась немного держать диафрагму, и работала над тем, чтоб не петь «на выдохе». Выступала на разных концертах, но каждый раз, все равно очень переживаю перед выходом на сцену. У меня был собственный вкус и стиль, который не оставался без внимания. Но, не сказать, что он многим нравился. Я одевала футболку на рубашку, любила очень короткие юбки, под которые всегда одевала шорты. Я любила выделяться, худший комплимент для меня это «ты, такая же как все». Я всегда была против единой формы. Часто из-за этого, мою маму вызывали в школу. Но, я была такая же, как и она, поэтому мы с мамой только делали вид, что она меня на ругала. На самом же деле, мы договаривались пару дней походить «нормально». НО потом все шло по новой. Одноклассницы не раз подходили ко мне, чтоб сказать, как я стильно одеваюсь. В школе, кроме меня, такого себе никто не позволял. Я одевала мужские рубашки, хоть они и были мне большие, но с короткой юбкой и в кроссовках, это смотрелось стильно.

Я пошла в ванну и принялась чистить зубы. Скоро в колледж, а мне так не охота снова ехать в такую даль. Я люблю учиться, но мое состояние, не дает мне сконцентрироваться и понять, о чем идет речь. К тому же, у меня не было ни с кем там хороших отношений. Когда-то я была в большой ссоре с одноклассниками. мы были хорошими друзьями. Но, как это и бывает, меня предал каждый. Меня возглавили проституткой, просто за то, что я отказала своим своими одноклассникам. Да, все было именно так, но на утро, мои друзья, в школе рассказывали о том, чего не было, и им все поверили. Я сопротивлялась, но это была лишь пустая трата времени. Людям порой просто интересней верить в ложь. И так, общительная жизнерадостная девочка, которую всегда окружали друзья, готовая прийти на помощь, оказалась изгоем среди своих же друзей. Хоть это было и больно, и это действительно навсегда изменило мое восприятие и отношение к друзьям, но, меня тогда добило не это. Поэтому сейчас, мне тяжело заводить с кем-то дружеские отношения. Мне кажется они все хотят мне навредить. Я и сама себе хороший друг. Я чиста перед собой.

Пока собиралась, все время думала: «Нужно ли любить?» Кого-то хранить в своем сердце, и верить в то, что он вернется? Может лучше делать то, что ты хочешь, не ожидая ничего? Быть пустым внутри чтоб тебя не смогли ранить? Как мне ждать тебя, скажи, хоть приснись мне, пожалуйста. Я буду ждать тебя, любимый мой муж.

Вот почему ,я до сих пор не стерва. Я так хочу, чтоб ты был воплощением двух парней, которые меня зацепили, с которыми я рядом засыпала, с которыми была долгое время, которые были для меня мечтой. Будь как Стэфан Моррис: глубокий человек, словно космос. Речь, объятия, поцелуи, душа. С таким же любящим сердцем как у него. Будь как Кристиан Брукс: с возможностями, умеющий досталять удовольствие, стремящийся к чему то большему, и с таким же восхитительным телом. Возьми те качества, которые я написала и добавь туда верность и доверие. Я тоже стану той, кем ты захочешь. Как и хотели они:

Умеющей любить, верной, понимающей, пошлой только с любимым человеком. Милой, доброй и отзывчивой, преданной и рассудительной. Буду следить за своим телом, совершенствовать себя. Буду зарабатывать хорошие деньги, и стремиться получать еще больше. Буду читать, учиться чему-то новому.

На данный момент, у меня есть парень. Он появился неожиданно. Он поддерживает мое разбитое сердце, а я поддерживаю его. Так случилось, что мы соседи, и переживаем одинаковую стадию разрыва отношений. И в какой-то момент, мы стали очень много проводить время вместе. Мы нашли много общего, и он влюбился в меня. А я, знала что не люблю его, но думала о том, что возможно мне это и не нужно. Я не хочу любить, я хочу чтоб меня любили.

Я не знала чего он от меня хочет, он просто был всегда рядом. Иногда меня это напрягало, и я говорила ему об этом, и видела как я причиняла ему боль. Он был тем, кого я знала что потеряв, не буду убиваться в дипрессиях и истериках. Он любил меня, а я говорила о бывших отношениях. Говорила о любви к ним, и о боли. И, хоть я и понимала, что поступаю не правильно, но мне сделали настолько больно, что я начала думать, что имею право поступать с людьми так же, как поступали со мной. Я не думала о том, что он не виновен, я оправдывала это тем, что он сам знал на что шел. И, я не верила в искренность его чувств, мне казалось, что его любовь ко мне, это всего лишь слабость. И те чувства, которые он не смог подарить в прошедших днях, он отдает мне. Это была не моя любовь. По крайней мере, я в нее не верила. Я верила лишь в наше общение.

Его звали Брайан Росс. Он был действительно красивы на лицо парень. Его лицо было усыпано крупными веснушками. Которые мне очень нравились. У него были выразительные прямые с небольним острым изгибом на конце, красивые и аккуратные брови. Правильный овал лица, пухлые губы, с четким контуром верхней губы, которая была похожа на две горы. Ровный европейский нос. И глаза, которые были постоянно красные. У него были темные волосы, с модной, на то время прической «с чубчиком». Он знал толк в моде, хоть и был он слишком худой, он умело скрывал это под одеждой. Он был из тех, у кого свое мышление, я даже была удивлена, что мы можем друг друга понять и найти столько общего. Он был больше из жизни мертвых. Его прокуренный хриплый голос в 17 лет, подтверждал и оправдывал его образ суицидника. Но, это действительно был лишь образ. На самом деле, он не думал кончать жизнь самоубиством, в отличии от меня.

Сейчас зима . Я надела черные джинсы, белую рубашку, кроссовки, и куртку, горчичного цвета. Волосы у меня всегда были распущены, за редким исключением, некоторых дней, когда я не помыла голову, и я не любила одевать шапку. В рюкзаке у меня лежит пару тетрадей, которые точно будут проверять, свой личный дневник и любимая «тонкая» ручка и шапка, на случай, если замерзнут уши. Выходя из дома, я вспомнила что забыла телефон, пришлось вернуться, и проходя мимо зеркала в прихожей я заглянула в него, и поправила прическу. Мама говорила что примета плохая возвращаться, а для меня, что-то забыть, это было обычное дело. Никогда не было такого чтоб я ничего не забыв вышла из дома. Но, я всегда думала, если это действительно нужно, то я вернусь, не взирая на разводы руками моей мамы. Она всегда говорила что я очень рассеянная. Но, как бы я ни пыталась это изменить, это были бесполезные старания. Так что мне пришлось с этим смириться, в какой-то степени, я понимала что мама тоже об этом подумывает, но, в воспитательных целях, постоянно мне повторяла что нужно быть собранной. Сейчас мама спит, еще слишком рано, я увижу ее только вечером.

Ехать мне с одной пересадкой, минут 40 езды. Я живу в городе, но далеко не в центре. У нас тихий район, много зелени, мало многоэтажек. На автобусе я проезжала мимо парка. Не тронутая природа, которая сейчас так ценится в любом мегаполисе. Я любила тут гулять, и теперь все чаще гуляла не с тем. Сегодня я еду сидя, мне существенно повезло. Если говорить о моих планах , то я собираюсь направить своё саморазвитие в рабочую калию. Итак, с первого числа пойду на фитнес, снова обновлю свой имидж, и нужно сходить к косметологу. А во внутренние качества ввожу твердость и уверенность. В хобби: по одной песни в месяц я должна записывать.

Я не опоздала. Удивительно. Подхожу к доске «расписание», и вижу «НВП» в 302 кабинете. Направляюсь туда, сажусь за последнюю парту, надеваю наушники, достаю дневник, и начинаю растворяться в собственных мыслях. Лишь изредка я поднимала голову чтоб посмотреть, как учитель размахивает руками стоя около доски. Я щурила немного глаза, делала вид, что стараюсь внимательно вслушаться в его слова, хотя на самом деле мне был абсолютно не интересен этот предмет. Как и многие в колледже. Так я досидела все три пары. Исписала куча листов в дневнике. И за 8 часов приведённых в колледже, ни с кем ни разу не заговорила. Если не считать, «здравствуйте» и «до свидания» которые я говорила учителям, не слушаю даже их ответа. Ведь многие позволяли себе не отвечать на мои слова. Я видела это по их губам. Может оно и к лучшему, думала я. В конце концов, наши отношения друг к другу обоюдные. Мы понимали, что эти 3 года, ничего не значат для нас. Для них это всего лишь работа, а для меня всего лишь диплом. Который я все равно получу. Да и я была достаточно сообразительной, училась хорошо. И из любой ситуации могла выкрутиться и поставить на место кого угодно.

После двух пересадок на обратной дороге, ко мне поступило предложение поехать к сестре. Я конечно же согласилась. Приехав домой, я включала музыку в колонках, на всю громкость, ,ведь дома никого не будет ближайшие часа четыре. Покушала, и приступала к уборке. То и дело подпевая любимые песни.

К Вечеру отправилась к сестре, предупредив маму о том, что я все сделала.

– Уроки сделала?-Спросила мама.

–Мам, ты же знаешь, нам ничего не задавали.– уставшим голосом соврала я. –Да и к тому же, зимнение каникулы, ты помнишь? Сегодня последний день.

– Ах, да. Точно.

– Дома ничего не готовила, не было настроения.

–Хорошо, значит сегодня ничего не едим, садимся на диету.– пошутила мама.

–Отлично! –поддержала я ее шутку, и мы рассмеялись.

–Ну давай дунечка, всем привет передавай. (Дунечка- так меня по особому называла мама.)

–Давай, обязательно передам.

–Пока-пока!

–Пока-пака.

Глава вторая

Дни у сестры превзошли все мои ожидания. Мы поздно ложились спать, и так же поздно вставали. Катались на горках, кушали салаты и торт. Моя самая любимая еда, которая у сестры была действительно очень вкусная. Кстати, мою естру зовут Викки Тиндери. Она старше меня почти на целый год, и мы с ней совсем не похожи. Она обладательница пышных губ, которые мы в детсктве шутливо называли «вареники». Она немного плотнее телосложением чем я, и пожалуй единственное чем мы похожи так это цвет глаз- зеленый. У нее большие глаза, маленький нос, кудрявые и пушистые по природе волосы, которые она выпремляет. У нее самые длинные волосы из всех наших сестер. Нас кстати восемь. Мы не родные, двоюродные или даже троюродные, но все сестра. И так совпало, что мы погодки втроем: Я, Викки,и Крис Серовски. В детстве, мы больше общались с Крис, были не просто сестрами, а лучшими друзьями. Она тоже обладательница кудрявых и пушистых волос. Она, когда мы были маленькими, была самая красивая из нас, так как у нее были красивые голубые глаза, и бледная кожа. Ну просто ангел во плоти. И, все обращались с ней как с принцессой, потому что действительно в каком-то смысле она была ей. Я была миленькая, но очень схожая с обезьянкой, Викки была очень смуглая и ее большие губы делали ее похожей на афроамериканку. У нас даже была фотография, где мы втроем, и если бы вы ее видели, то точно поверили мне.

Я, из нас троих, была самая младшая, и поэтому часто была у сестер в гостях. Я вообще не домосед, мне нужно движение, ведь только это позволяло чувствовать себя живой.

За окном уже стемнело, мы даже не понимали как быстро пролетал день, ведь мы всего пару часов назад проснулись. Дома у меня был режим, но у Вик ,был на все свой режим. По началу это конечно радует, ведь я пробую новое в своей жизни, то, что мне не разрешают дома, но потом, это начинает утомлять, и уже не кажется чем-то интересным. Мы услышали меллодию телефонной трубки, и сестра скорее побежала чтоб успеть ответить.

– 

Пойдем гулять?– спросила она.

– 

Сейчас? Уже ведь так поздно! – ответила я, с недоумением.

– 

Да ладно тебе, будет весело! Тем более там будет «он».– С улыбкой «до ушей» произнесла она.

Мне нечего было ответить, и выражение на моеем лице, уже явно сказало что я конечно же пойду. «Он»– это ее одноклассник, Аарон Фрэдэлин. Мы с ним знакомы уже дано, но я до сих пор не запомнила его имя, а он впринцепи никак не запомнил меня. Но, я влюблена в него. Он не из тех кто разбил мое сердце, хоть мне и был обидно за его безразличие. И чувства у меня к нему странные. Если его не видеть, то, у меня нет к нему притяжения, но стоит лишь нам встретиться, и жар в моем теле преодолевает отметку в 300 градусов по цельсию. Хорошо что мы гуляем зимой. Мы с ним виделись уже, за те дни пока я была у сестры, и даже, немного стали общаться. Но, я уже перестала надеяться на проявление его интереса к моей персоне. И все таки, меня очень к нему тянуло. Такого не было у меня к Брайану. Даже когда я уезжала, у нас не было разговора плана «а можно я уеду». Наши с ним отношения ничегом не обременялись, мы не были связаны обязанностями и принципами. Но, все же, тот факт что я в отношениях, меня немного приводил в чувство, хоть это и быстро проходило, я не забывала об этом. По крайней мере, я старалась не забывать об этом.

– 

Он, кстати, сам всех собирает, и спрашивал будешь ли ты.– Сказала мне моя сестра, когда мы уже стояли на пороге у выхода.

Ее слова врезались в моё сердце. Неужели он сам захотел меня видеть? Неужели у нас может что-то получиться? У меня внутри наполнено все очень разными чувствами. И болью от предыдущих отношений, ведь они начинались тоже с какой то искры, а закончились испепелив мне сердце. И обидой, что возможно у меня бы и не было этой мысли, попробовать в третий раз, если бы с первого раза все так плчевно не обернулось. В основном все чувства отдавали горечью в прошлое. Были чувства, о предательстве, о гордыне. И лишь одно тянуло меня в настоящее- и это непреоделимое чувство влюбленности.

– 

Привет,-спросил он,– готова сегодня отбивать мягкое место на горках?

– 

Привет, -я старалась не показывать своего смущения,– у меня после вчерашнего еще не все зажило- сказала я, сделав такой выражение лица,когда бычно испытают боль.

– 

Это да-рассмеялся он. –Но сегодня, мы хотябы взяли на чем кататься- он паказал мне целофаноовый пакетик, и мы оба рассмеялись.

У него действительно было хорешее чувство юмора, и что бы он не говорил мне было интересно и смешно его слушать. В некотором роде, он был похож на шута, ему было важно быть в центре внимания, и постоянно смеяться и всех веселить. Мне это было по душе.

Вся дорога прошла в большой и громкой болтавне, и я наконец запомнила его имя- Алекс. Я успевала и поддерживать разговор, и чувствовать себя в своей атмосфере, и любовться на прекрасный окружающий нас ночной мир. Когда мы наконец пришли, Алекс первый испытал горку. Он ехал стоя, и даже после того как попал на трамплин из льда, слетев с него он умудрился удержать равновесие. Потом все мальчики последовали его примеру, и меня быльше не восхищало то, что они сделали это не хуже Аарона. Я поняла что моя влюбленность дает ему слишком украшенную форму, и я не могу соображать здраво.

Чем больше мы проводили времени на горах, тем больше у меня нарастало притяжение к нему. Я делала из себя жертву когда упаду, чтоб он подошел ко мне и поднял, я не могл забраться на горку без его руки, а он охотно верил моим театральным способностям, и чувтвовал себя нужным. Я была максимально скромна, со стороны, я надеялась никто даже не заподозрит меня с чувствами к нему, которые гросто ослепляли меня. Но, спустя время я поняла что все вокруг уже догадались, кроме него. В какой-то момент, все начали нас сталкивать, помогать вспыхнуть нашим отношениям. И это привело к нашему поцелую.

Мы скатились первыми. Под громким смехом и хорошей атмосферой, мы могли себе позволить обняться, а потом решили подняться вдвоем. Он взял мою руку, и мы на нескольо секунд мы зависли смотря друг другу в глаза. Это было неловко, и приятно одновоременно. Мы не могли отрицать того факта, что между нами что-то есть. Может это была и не любовь, но влюбленность точно.

Сестра, меня оповестила о том, что он в меня влюблен. «Я влюбился, я не знаю что делать»– сказал он ей. И для меня эта фраза показалась победой, с большими авациями и салютами. Это была моя финишная прямая, и это было обоюдно. Я тоже влюбилась. Не могу отрицать страха, и радости. Множество чувств смешалось в одном слове «Влюбилась». И, как мы поднялись на вершину горы, он оглянулся, посмотрел на меня и прикоснулся своими губами до моих. Это был не поцелуй любви, это вообще было сложно назвать поцелуем, но, после него, я уже мало что помню. Меня захватили эмоции. Я была рада, и в то же время расстроена. Я не могла понять себя. Я в отношениях, и я позволила себя поцеловать? Но я не могла сопротивляться, и я не могу себе соврать что я не хотела этого. Нужно просто лечь спать, а на утро, я смогу рассуждать по другому.

По пути домой, он предложил мне стать его девушкой. Он знал что у меня есть парень, но сказал что будет ждать. Ждать моего ответа, ждать меня. И мысли в моей голове окончательно сошли с ума! Этот день закончился на мысли «Почему именно сейчас?».

Глава третья.

Я не могу сказать ему «да»– мысли не дают мне покоя с самого утра. Чем мне было уютно у Викки, так это тем что у меня была чуть-ли не своя комната, и я могла побыть одна. Я лежала чуть ли не до обеда, было прохладно, поэтому моё белое пушистое одеяло, которое приятно грело мое тело, словно не хотело меня отпукать. Положение моего тело замерло в одной позе, но мысли в моей голове были о другом, так что я даже сама не заметила что лежу так уже три часа и не шевелюсь.

Я переодически закрываю глаза, любо потому что пытаюсь представить мини кино из моих мыслей, может даже какие-то воспоминания, либо потому-что мимо меня постоянно кто-то проходит. Наверняка они уже догадались что я не сплю, но я отчаянно пытаюсь их обмануть.

Я не согласна быть с ним по трем причинам, в которых я обсалютно точно уверена. Во-первых: у меня есть парень; во-вторых: мы далеко живем друг от друга; и в-третьих: он еще мальчишка. Как и Брайан. И я не могу сказать что не чувствую вины перед ним, это не правльно и не красиво, я не могу найти себе оправдание перед ним, ведь, я не отрицаю того что я хотела чтоб все именно так случилось.

Мы с Аароном общаемся, и он пишет мне такие вещи, от которых у меня поднимается настроение. Я понимаю что хочу идти за ним, словно нашла свой огонек в темной пещере.

А как же Брайан? Он давно во мне не вызывает ничего. Не помню вообще время, когда я чувствовла к нему что-то. Он всегда рядом, как настоящий друг, я ведь не из-за любви согласилась быть его девушкой, а из-за смирения. Из-за соображений избегать любви, я работала над этим весь год пока не повстречала Алекса. Он все разрушил. И слишком много сейчас у меня из-за этого проблем. Возможно, я бы нашла силы не превращать нашу связь с Алексом во что-то большее, и смогла бы оставить ее на том же уровне, на котором держались мои чувства с Брайану, если бы он уделял мне прежнее внимание. Оно было ключевым козырем наших отношений, и я даже иногда подмывала о возможных близких связях с ним,но видимо сложно быть на его месте, и каждый это прекрасно понимает. Это он дал трещену моим силам, а Алекс просто сломал то,что осталось. И я теперь обезоружена перед ним, но все еще могу залатать то, что обрушилось на меня. Стоит лишь сделать твёрдый выбор, и забыть обо всём. Пусть это останется в памяти как прекрасный сон, ведь забыть не получится. Зачем тратить время на то, чего не возможно сделать, когда можно поработать над смирением и принятием. Я решила, нет- я не буду встречаться с Алексом. Хоть мне и очень важно то, что он мне пишет.

С тяжелым сердцем и затуманенным разумом, я встала, не дожидаясь пока проснется сестра, и решила уехать домой. Мне нужно уехать отсюда, подальше от этих мест, ведь они напоминают мне о том, с чем мне нужно смириться, чему никогда не бывать. Попрощавшись со всеми кто был дома, я отправляюсь на остановку. У меня полный автобус, плюс впереди еще одна пересадка. А мысли не дают мне покоя, я понимаю, что чем дальше я уезжаю, тем больше ощущаю чувство вины. И когда я почти уже дохожу до дома, миную дом Брайана, у меня появляется твердое решение ничего ему не рассказывать о том что произошло.

Приехав домой, меня снова начинает что-то угнетать. Такая у нас была атмосфера. Все из-за того,что с нами жил мой отчим. Он же отец моего братишки. Мерзкий тип, мы с ним открыто ненавидели друг друга, а маме оставалось только делать вид что она этого не замечает. Он с нами уже давно, настолько давно, что можно сказать что это я с ними. Мне было два года когда они с мамой сошлись. Я если честно, мало помню те моменты, но все что я помню, так это то что он меня постаянно бил, называя это воспитанием. Как то, я у мамы с кармана вытащила деньги, и накупила в магазине всего чего хотела, а эта продавщица привела меня домой, и здала маме и отчиму. Они сочли меня воровкой.Мне было лет 5. И с тех пор, орка ремнём, стала «во благо» моему воспитанию. Он бил меня за то что я не там играла, не то сказала, не то сьела или не там села. Когда началась школа, бил за оценки, за домашнюю работу, наказывал, не пуская гулять, и поощрял тридцатиминутной прогулкой. Которой я конечно была рада, но никогда не успевала прийти во время, и снова получала ремнем. Мне было стыдно ходить в школу в юбке, потому что на ляшках постоянно были синяки от ремня или даже болячки. Он бил сильно, по 10 раз точно попадая в одно и то же место, что было очень больно. Я боялась его. И до сих пор побаиваюсь. Когда дома не было мамы, я была рабыней. Принести ему чай, сходить в магазин за сигаретами,и вроде это обычное дело для всех нормальных семей, за исключением того факта что он мне никто, и если я этого не сделаю, то снова будет бита моя попа. Это была моя личная трагедия. У меня никогда не было семьи. Я всегда мечтала сбежать, и даже умереть, но очень боялась что меня найдут, или после неудачного суицида я останусь в живых, бить меня будут в три раза больше.