Мироходец. Путь за грань

Возможно, и этот мир был одним из тех, что принадлежали к загадочной и давно канувшей в Лету межпространственной империи, которая и создала эти проходы меж пространствами, которые пережили даже её, возможно. Я хоть и слышал легенды о ней, но не особо вникал в них. В моих путешествиях хватало более интересных вещей.

Эти осколки порталов были особо ценны тем, что некая эссенция, содержащаяся в них, позволяла стабилизировать, хоть и временно, сбоящие или даже запустить неработающие порталы, что были в огромном множестве раскиданы по мирам. Эта сеть была огромна, и я в своих путешествиях часто натыкался на такие неработающие, разрушенные или сбоящие порталы. Для покупки некоторых полезных вещей на межмировых рынках, базарах и хабах я добыл себе немало осколков. Они всегда были в цене, потому что, использовав их раз, они становились бесполезными. Часто возникали слухи, что тому или иному путешественнику по мирам повезло наткнуться на осколок, что со временем восстанавливал свои возможности и фактически не превращался в бесполезный камень после одного-двух перемещений, а был практически неисчерпаемым и универсальным ключом к портальной сети. В этих историях говорилось, что это невероятное по своей редкости сокровище, найденное, как обычно, в одном отдалённом мире, проход в который открывается раз в сотню лет. Ну или тысячу, всё зависело от фантазии и трезвости рассказчика. Настоящее сокровище для тех, кто ходил по другим мирам через эту сеть, но, скорее всего, просто слухи. Я их слышал много и в разных интерпретациях.

Впрочем, я отвлёкся. Переложив поудобнее затёкшие ноги, я прикрыл глаза и продолжил размышлять.

Сеф обещал каждому из тех, кого нанял, почти по килограмму мелких портальных камней. Целое состояние, и кое-где на них можно было бы купить себе целый город в пожизненное владение или нанять армию и пойти войной на соседний мир, этого бы вполне хватило. Естественно, на такое богатство позарилось бы много народу. Я помнил, пока ещё окончательно не отключился от алкоголя, так услужливо подливаемого Солом, чёрт бы его побрал, что вокруг феллинов собралась целая толпа, но мало-помалу рассеялась. Остались только или самые жадные, или самые безбашенные. Я тогда ещё подумал, что, похоже, миссия у героя просто невыполнимая, раз уж сбежало так много наёмников, но не стал заострять на этом своего внимания.

И, кстати, о миссии. Сеф на мой вопрос несколько удивлённо уточнил, что вообще-то он всё подробно расписывал каждому, кто согласился на его условия, но со мной было дело особое. Сол, как оказалось, появился в последний момент и сделал всё, чтобы убедить нанять и меня. В подробности Сеф не вдавался и только кратко описал, что нужно будет сделать, пообещав рассказать всё и всем с подробностями, как только мы пересечём зеркальное море и окажемся в коридорах, как он странно выразился. Ну, хорошо, даже того, что он сказал, было достаточно, чтобы понять: просто не будет.

Оказалось, что наш герой – принц одного из самых больших и сильных объединений племён – вознамерился жениться. Невеста была принцессой из соседнего объединения, что ещё сильнее укрепило бы их связи, торговлю, да и вообще всё то, чем так были славны древние цивилизации и племена на моей земле. Странно, конечно, что феллины живут в таком техногенном, пусть и постапокалиптическом, мире племенами, ну да ладно. Чудом из чудес для них стало то, что принц и принцесса действительно друг в друга влюбились. Радости их не было предела, а поздравить молодую пару приезжали представители самых дальних племён. Но всё прервалось в самый неподходящий момент.

Согласно какому-то древнему обычаю или традиции невеста принца должна была с небольшой группой сопровождающих пойти в некий лес и там что-то добыть. Это что-то показало бы её решимость, а также способности выживать в этом суровом мире. Старая и почти забытая традиция, но по перекошенной морде Сефа я понял, что невеста была готова на всё, чтобы сделать свадьбу идеальной, и решилась и на это. Решилась и не вернулась. Разорванные и растерзанные тела нашли только спустя несколько дней. Траур был среди всех союзных племён, но политика есть политика, и Сефу, как наследнику, уже подыскивали других невест. Но любовь – могучее чувство. Могучее и лишающее разума.

Он решил сделать то, чего не делал вообще никто и никогда в его мире даже в древних легендах. По их вере считалось, что в конце года вокруг их мира проходит некий Караван Смерти, что собирает души умерших за год и уносит на тот свет. И, к моему удивлению, этот Караван действительно видели каждый год и всякий раз наблюдали, как нечто пролетает в высоте через ночную темноту последнего дня в году и уносится куда-то далеко. И Сеф решил, что он сможет не только попасть на этот мистический небесный поезд смерти, но и увести оттуда свою возлюбленную. Наплевав на все договоры, обязанности принца и вообще на всё, что только можно, он рванулся к одному из маленьких племён, что хранили знания об использовании порталов для перемещения в другие миры, и, уломав их, заплатив просто немыслимые по местным меркам суммы, попал в один из хабов и сумел нанять там нас – группу абсолютно безбашенных наёмников, что согласятся пойти с ним фактически на край мира и обокрасть местную смерть.

Вот так. Я, когда он это за пару минут мне объяснил, слушал в откровенно шоковом состоянии. У местной смерти есть овеществлённый аватар? Он собирает души, а Сеф готов ворваться в её средство передвижения с целью обокрасть? Вот уж воистину задание для героя. Да и вообще, у меня оставалась ещё просто гора вопросов. Например, какой такой может быть лес тут, в мире, который весь состоит из города? Как он собирается попасть на этот мистический Караван, если, по его же словам, тот проходит раз в год и уходит неизвестно куда? И чем больше я думал над этим, тем больше вопросов возникало.

Я снова чертыхнулся про себя в сторону Сола, ограничившего меня рамками контракта. Сейчас, будучи трезвым и немного узнавшим о предстоящем деле Сефа, я бы, наверно, согласился помочь ему просто так, из интереса. Благо возможности Мироходца были бы тут просто неоценимы. Но теперь придётся делать всё вот так, как простому человеку, пусть и увешанному артефактами из разных миров. Чёртов Сол!

Мерный плеск воды от механических ног моего скакуна убаюкивал, и чтобы не уснуть, я открыл глаза и, выпрямившись на его спине, огляделся по сторонам.

Куполообразное строение хранителей местного портала скрылось за горизонтом уже очень давно. Наши механические скакуны, мерно и почти синхронно двигая своими шестью ногами в два ряда, шагая на расстоянии нескольких метров друг от друга и выстроившись ровно, как по линейке, топали вперёд. Тоже, кстати, очень оригинальные штуки. Шесть тонких, изменяющих длину своих ног, вытянутая голова с толстыми, отходящими вверх рогами, между которыми мерцает какое-то изображение, мутное и нечёткое настолько, что разобрать его никак не выходит. Сколько бы я не старался вглядываться в него. Спина примерно метра два в длину и около полуметра в ширину. Покрыта небольшим волнообразным узором, из-за которого всё расположенное на ней чётко фиксируется и не падает даже при качке. Кстати, качки почти нет. Если закрыть глаза, то ощущаешь, что ты сидишь на немного жестком, но всё же диване, и только снова открыв их и оглядевшись по сторонам, осознаешь всю странность окружения. Эти скакуны, я не подберу, наверное, другого слова, были какими-то биомеханическими созданиями, по моим наблюдениям вполне себе похожими на спокойных и послушных лошадей из привычного мне мира. Вот только состояли они из матового-стального металла и похожего на плотный каучук материала, который был разных цветов и оттенков на каждом таком скакуне. Прямо как у по-настоящему живых лошадей, тоже бывают разные масти и расцветки. На голове вместо глаз была узкая полоса с одним горящим в ней огоньком, похоже, какое-то сканирующее окружающий мир устройство. Рот тоже был, правда, чем они питались, я так и не успел узнать, может, заряжались от местной розетки? Ладно, думаю, с этим ещё разберемся позже.

Не менее интересными были и мои – на ближайшее время – спутники. О братьях феллинах из уважаемого рода Мяаксорф я уже упомянул, ну а нанятые ими наёмники тоже были один примечательнее другого.

Например, маг, рослый, но худощавый субъект, как оказалось, драконид. Ну, то есть чешуйки на всё тело, хвост, вытянутая морда – типичный дракон, но только на двух ногах и ростом примерно с меня. Он восседал на одном из скакунов, что-то записывая в небольшую книжечку, извлечённую из глубин своего поношенного плаща, периодически закрывая глаза и делая пассы своим посохом, потом прислушивался к результатам и снова писал. Судя по внешнему виду, дела у него шли не очень хорошо: поношенная, хотя ещё и крепкая, одежда, минимум украшений, во всяком случае на виду. Когда-то красивый, но сейчас порядком побитый и потёртый посох и, как я уже говорил, общая худощавость и потасканность. В школах магии я разбирался довольно слабо, потому что на мне она или не работала вовсе, или работала как попало. Сам же я никакими магическими умениями не владел, ну а то, чем владел, к магии отношения не имело. Ну, ладно, магическая поддержка – это хорошо, правда, будет ли от неё толк в этом странном техногенном мире, большой вопрос.

За ним ехал ещё один примечательный субъект. Тот самый худой и ещё более тонкий и хрупкий на вид наёмник, окружённый роем дронов. То, что я мельком взглянув на него принял за тряпки, на самом деле оказалось частью самого наёмника. Его тело почти полностью состояло из металла, на котором плотью была только часть лица, рук и несколько кусков ноги. Лицо закрыто чем-то, на мой взгляд, похожим на голографическую маску, зато вполне человеческий рот и сломанный и свёрнутый влево нос, а ещё вся оставшаяся у него кожа покрыта мелкими шрамами, имела неестественный оттенок и была больше похожая на пергамент. Явно выходец из какого-то техногенного мира. Возможно, ему окружающий мир был куда как привычнее, чем нам. Его дроны, летающие с негромким гулом вокруг, были в основном шарообразными или вытянутой сигарообразной формы. Они постоянно взлетали с его неподвижного тела и кружились рядом, уносились во все стороны, возвращаясь спустя пару минут, или взмывали вверх, пропадая из виду. Ну а то, что я принял за тряпки, оказалось то ли сенсорными панелями, то ли солнечными батареями. Как только он уселся на своего скакуна и мы двинулись, все они, до этого прилегавшие к телу, развернулись и, трепеща совсем не в такт едва ощущаемому тут ветерку, выпрямились, засверкав своими блестящими поверхностями. Сам же наёмник стал от этого похож на странное механическое растение с сверкающимим листьями, на которое откуда-то снизу дует ветерок, отчего эти листья трепещут. Ну а дроны, вьющиеся рядом, были своим поведением и негромким гудением похожи на пчёл у цветка. В общем, тоже довольно странный товарищ. У Сефа, признаю, получилось собрать к себе на помощь очень причудливых личностей, на вид так точно.

За мной на своих скакунах ехала ещё пара субъектов, тех самых, в плащах с капюшонами. Правда, магами они уж точно не были. Когда они их сняли, то я увидел крепких, но довольно низкорослых существ с поросшими длинным, рыжим и прямым мехом лицами, отдалённо похожих на людей, но с более вытянутыми и скорее обезьяньими чертами. Глаза одного из них были закрыты повязкой, второй же, с ярко-голубыми глазами, постоянно оглядывался на своего напарника и смотрел по сторонам. Их одежды, как мне показалось, были скорее церемониальными, но довольно поношенными и перевитыми множеством тонких и толстых ремней, на которых были приделаны крепления для ещё большего количества сумочек, предметов или оружия. Их было настолько много, что в точности рассмотреть саму одежду было затруднительно. Ну и накинутые поверх всего этого просторные плащи с глубокими капюшонами тоже мешали обзору. На мой взгляд они были похожи на каких-нибудь пилигримов или монахов, что, бывало, целыми толпами бродили по мирам, ища просветления, богов, демонов или ещё что-то, к чему толкала их вера. Их расу я не помнил и, кажется, никогда не видел, но среди бесконечности миров это было не особо удивительно: постоянно находилось что-то такое, чего я не знал, не видел или о чём даже не подозревал. Наверное, это-то и было самое привлекательное в моём положении: бесконечность новых впечатлений и постоянная возможность узнать или увидеть что-то новое.

Ну и последней парой и, пожалуй, самой выделяющейся на фоне прочих, как размерами, так и контрастом друг с другом, был тот самый оркоид и эльфийка, что чуть было не опоздали к нашему переходу в этот мир.

Представителей и той и другой расы я встречал немало, и в самых разных видах и вариантах. Этот орк был настоящим гигантом: выше двух метров роста и с широченными плечами, вооружённый двухлезвийной секирой соответствующего ему размера и облачённый в пластинчатую броню, покрытую угловатыми рунами. Его тёмная, почти чёрная от загара кожа была покрыта множеством самых разнообразных шрамов и рубцов настолько густо, что скорее её можно было назвать шкурой. Своим огромным телом он едва помещался на спине скакуна, и казалось, что тонкие металлические ноги биомеханического создания не выдержат такого веса, однако то невозмутимо тащило его, как и его собратья – прочих наездников, безо всякого труда. При взгляде на орка, всё в его виде говорило о том, что он воин, прошедший огонь и воду, выживший в сотнях боёв, и только массивный, сияющий прозрачным бледно-голубым светом на его мизинце перстень выбивался из этого образа.

Зато изящный, без украшений ошейник на шее едущей на следующим за ним скакуне эльфийки, сияющий тем же едва заметным светом, был, судя по исполнению, сделан тем же мастером, что и кольцо. И я знал, что это, встречал в некоторых мирах. Ошейник раба. Тот, на ком была эта штука, терял всякую волю и возможность хоть как-то сопротивляться воле хозяина, того, на ком был надет перстень. Владелец этого артефакта мог бы отдать любой приказ, и раб бы выполнил его, просто не мог не выполнить, даже сходя с ума или погибая, у него просто не было выбора. Мерзкая дрянь, я не любил рабства, хотя и часто видел его в разных мирах. Но, как это обычно и бывает, моё желание не видеть чего-то никак не влияло на реальность: торговля разумными существами была и процветала во множестве миров.

Эльфийка была полной противоположностью своему хозяину. Стройная и изящная, обряженная в искусно выполненную кирасу, не боевую, а скорее церемониальную, где внешний вид был важен куда выше, чем защитные свойства. По её внешнему виду нельзя было сказать, что её руки держали хоть какое-то оружие, а если так, то непонятно, почему она хоть и в лёгкой, но всё же броне.

И зачем он потащил её с собой на такое замороченное задание? В хабах разного вида бойцов нанимали обычно для какой-нибудь войны или охраны. Иногда для заказных убийств, или даже как гладиаторов для развлечения местных элит и иерархий. Но чтобы вот так, спасать да ещё и бросать вызов местным божествам? Даже мельком узнав о нем, я понимал, что для обычного наёмника и искателя приключений, бродящего по чужим мирам, просто вернуться из такого похода живым будет уже немалым достижением.

Вопросы, вопросы.

Мои размышления прервал Сеф. Он на своём идущем впереди скакуне встал в полный рост и, обернувшись к нам, прокричал, что мы почти прибыли к берегу. Там мы переночуем и завтра отправимся дальше, заявил он. Пока я размышлял, наш небольшой караван действительно приблизился к строениям, ограничивающим зеркальные воды этого неглубокого моря. Впереди в сумерках уже заходящего светила начало вздыматься множество строений всё чаще и чаще, а затем и вовсе перешли в сплошную стену из металла, пластика и торчащих то тут, то там огромных связок проводов. Прошла ещё пара часов, и когда местное светило уже исчезло за горизонтом, скрытое шпилями зданий и висящих в небе циклопических структур, мы наконец ступили на землю, а точнее, на какой-то материал, из которого состояли местные улицы.