17 лет строго креативного режима. Территория Матфака

© Кира Витальева, 2025

ISBN 978-5-4485-2172-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Жена мужу

– Ты у меня такой компактный…

Муж с гордостью

– В смысле?

– Ну, замкнутый и ограниченный…

Когда шёл десятый год моего замдеканства, мне захотелось написать книгу о результатах жизни за этот период. Потому что результаты эти были. И разные. От случайных стихов до грандиозных идей в сфере вузовской внеучебной работы. Диапазон, как личных, так и совместных со студентами, успехов был широким. А ещё я осознавала, что если бы не работа на должности заместителя декана математического факультета по внеучебной работе, то достижений, по крайней мере – личных, было бы значительно меньше. Название книги родилось как-то сразу – «Десять лет строго креативного режима».

Потом начали сыпаться объективные обстоятельства, и название трансформировалось в «12 лет…». Когда и оно стало не актуально, я подумала: «Пожалуй, из всех числительных, больших 12, только 13 более или менее соответствует моему духу. Есть ещё правда 17, но мне к тому времени уже под 50 будет. Наверно я как замдекана по ВР до такого возраста не доживу…»

Дожила.

И приняла решение, что книга должна появиться на свет. Поскольку я по разным причинам со школы не праздновала свои дни рождения в традиционном формате, то и юбилейный банкет, посвящённый моему пятидесятилетию, закономерно надо бы заменить на что-то другое.

Например, на презентацию долгожданной мною книги.

Концепция содержания также претерпела трансформацию. Кроме своих текстов, которые напрямую отражают информацию о Матфаке, я решила, во-первых, вставить монологи студентов, которые звучали в студвёснах или на других концертах факультета, а, во-вторых, написать тематические эссе, отражающие основные аспекты всех этих лет. Свои художественные творения (стихи и рассказы) я опубликовала отдельно (а здесь указала ссылки на них). В сентябре 2016 года «вышел в свет» мой юбилейный альманах, в который я включила, в том числе произведения, написанные «по ходу замдеканской работы».

Я не знаю, как пишутся воспоминания или автобиографии. Да и спустя столько лет мне объективно не восстановить фактические события с абсолютной точностью. Разве что смогу передать эмоциональное наполнение. Поэтому и приняла решение о тематическом представлении информации, что не всегда будет соответствовать хронологии, но зато, как мне кажется, подчинится внутренней логике прошедших лет этой безумно насыщенной жизни. Заранее прошу прощения у тех, кого я не вспомнила в связи с описанием каких-нибудь событий. Не потому что «не ценила» или «не люблю». Просто о чём-то не сохранилось документальных подтверждений. А память – она и есть память. Избирательна, недолговечна…

Для каждого студента или выпускника дорог свой факультет. Это очевидно и неоспоримо как аксиома. Поэтому если эту книгу будут читать не матфаковцы, пусть они меня простят за фанатичную преданность и патриотизм моему факультету и вузу.

По ходу подготовки к различным мероприятиям у меня придумывались всякие «переделки»: хитовых песен, прочитанных некогда в разных журналах афоризмов или услышанных по радио слоганов. Естественно, «новое содержательное наполнение» было матфаковским. Некоторые из них я вынесла в качестве эпиграфов с подписью «+ИВК» (в том смысле, что авторство моё только наполовину). «ИВК» – это мои официальные инициалы, этими буковками я буду подписывать представленные в этой книге свои статьи из нашей вузовской газеты «Учитель». Такой аббревиатурой меня за глаза (или в третьем лице) называли мои студенты. Может быть, конечно, за глаза они меня и ещё как-то называли, но мне это не известно.

С моим называнием как-то раз вышла смешная история. Дочь моей близкой вузовской подруги Юлька всю свою жизнь называла меня, что естественно, тётей с добавлением имени. В 2007 году она поступила на Матфак. И – это было на дискотеке после Посвящения – в кругу студентов, в том числе и старшаков, обратилась ко мне по-свойски. В контексте той ситуации это прозвучало для всех (и для меня) несколько неожиданно.

– Юль, давай в обстановке приближенной к официальной, ты будешь называть меня по имени-отчеству? – предложила я.

– Без проблем! – ответила Юля. И теперь, даже спустя четыре года после получения диплома она так меня и зовёт. Даже когда я у них дома в гостях. Говорит, что привыкла за пять лет.

Всех студентов Матфака я могу распределить на три группы. В первую входят те, с которыми я лично знакома не была. Когда-то наш факультет был самым многочисленным. Только на первый курс принимали более ста человек, а общий факультетский контингент составлял около пятисот. Знать всех было просто не реально. Вторая группа объединяет тех студентов, которых я только учила. Нас связывали преимущественно деловые отношения, и кроме взаимодействия типа «студент—преподаватель» между нами ничего не было.

Наконец, вся оставшаяся часть матфаковцев образует группу, с которыми сложились (иногда помимо деловых) личностные связи. Это – активисты-общественники, в первую очередь – думовцы. Вот последняя категория студентов в этой книге упоминается достаточно часто, потому что речь пойдёт преимущественно о внеучебной работе. Это такой пласт многофакторного влияния на личностное формирование студентов, что говорить о нём можно вечно, как и смотреть на то, как работают другие…

Читать книгу можно с любой страницы. Единственное возможное неудобство связано со специфическими названиями – пояснения и расшифровки находятся в том месте, когда эти слова упоминаются в тексте впервые1.

Нескромность моя не имеет предела, производной и не выражается через элементарные функции.

Я вообще патологически независима и самостоятельна. С одной стороны – это судьба. Родиться в год Огненной Лошади под созвездием Стрельца и получить соответствующее имя – это знаете ли nobles oblig. Или с’est la vie2.

Не думаю, что матушка специально подгадывала параметры моего появления на свет. Просто так вышло. Но она внесла и свою лепту: дала возможность ощутить вкус свободы. Делать же этого категорически не следовало при таком отягчающем родовом диагнозе. Несмотря на рок и воспитание, я собой довольна, за что, естественно, маме благодарна.

С детства у меня были выявлены музыкальные и математические способности. Уже значительно позже я обнаружила в себе склонность к стихосложению, писательству, рисованию, научной и просветительской деятельности, а также познанию мудрости.

В 1984 году поступила на математический факультет Пермского государственного педагогического института. И, поскольку имела дело, в основном, с любимой математикой, закончила его с отличием. На заданный как-то кем-то вопрос: «Что ты предпочитаешь? Учить детей или учить математике?» я ответила: «Учить детей математике».

Спустя годы, я всё больше убеждаюсь в своей правоте. Более того, теперь я ещё умею учить «учить детей математике».

С 1988-го начала работать на кафедре методики математики ПГПИ. За более чем 20 лет освоила практически все дисциплины кафедры. По моему твёрдому убеждению – плохих студентов на Матфаке не бывает. В 1999-м была избрана на должность старшего преподавателя и назначена на должность заместителя декана факультета. (И тут началось!..)

Собственно творческая активность стала прорываться у меня ещё в детском саду. И пела я (не только хором), и танцевала (не в хороводе, а прямо тематически поставленный танец на четыре пары «Мы милашки – куклы-неваляшки…»), и даже играла на органоле (детский вариант лёгкого органа на одну клавиатуру). Традиционные стихи к Первомаю или кружение девочек-снежинок на новогоднем утреннике я даже в расчёт не беру.

Туманные воспоминания того времени подтверждают некоторую избыточность моего праздничного творчества. Уже в подготовительной группе я попросила маму, чтобы она поговорила с воспитателями об освобождении меня от роли Лисы в Новый год. Реально – надоело! Дело в том, что я читала с трёх лет и сама разучивала слова для праздников (что стихи, что роли). Со мной не надо было сто пятнадцать раз повторять одно и то же. И это было удобно моим любимым педагогам. Поскольку я была воспитанной девочкой, то самостоятельно возразить им не могла. Пришлось брать в союзницы маму…

В школьный период как-то всё поутихло. То ли тогдашняя система образования не способствовала «разгулу песен и плясок», то ли мне стало не до них. А скорее всего, творческая энергия выплёскивалась на занятиях в музыкальной школе, особенно в хоровом пении. Хотя в пионерских лагерях, конечно, всё возвращалось на круги своя: песни-шлягеры, танцы под советскую эстраду, ну и далее по списку.

Если бы, будучи студенткой, я не попала в стройотряд (на Матфаке он назывался «Молодость»), скорее всего ничего бы больше не было. Мне кажется, что на должность замдекана по ВР я согласилась, потому что жила со стойким ощущением – «не дотворила». Мне казалось, что я и не всё сделала, и сделала не всё. Не допела, не дотанцевала, не догуляла, не доорганизовывала, не доиграла в «молодость»… Видимо должно было пройти семнадцать лет жесточайшего творческого цейтнота, чтобы, наконец, понять, что безделье – это тоже прекрасно. И – главное! – нормально.

Ну что ещё можно про меня сказать?..

Долгое время я удивлялась одной черте моей личности. Готовить я не очень люблю, скорее очень не люблю. Но если приходится это делать, то все блюда получаются очень вкусными. Как такое может быть, я не понимала. Однажды, будучи уже сильно в возрасте, я приобрела книгу о значениях женских имён и отчеств. И ошалела, когда прочла, что женщины с моим именем «умеют готовить», а с моим отчеством «готовить не любят». «Ничего себе!» – подумала я, не особо верящая в гороскопы. С тех пор стряпнёй я стараюсь не заниматься. Исключений два: факультетская «верёвка», на которой я лет пять готовлю все виды походной еды, и те – редкие сейчас – вечеринки-посиделки со студентами и выпускниками после вёсен, посвящений и других массовых мероприятий.

Коллекционирую счастливые билеты (не ем), облака (на фото) и лошадей (не живых).

Меня любят кошки и собаки. Взаимно.

Самые красивые и умные кошки – у меня. Когда-то в детстве это была дворняга с «дворянским» именем Маркиза, позже сибиряк Мурзик, следом сибирская кошка Мурка, за ней Кеша из породы русских голубых и Масяня смешанных кровей. Сейчас у меня живут четыре замечательных зверя, из которых моя с рождения Кася (Кассандра), удочерённая в возрасте двух лет Тэсси (Сервантэсса), спасённый взрослым Бася (Баскервиль) и подобранный котёнком пять лет назад Тимоша.

К ведению хозяйства я не склонна: готовить умею, но не люблю, поддерживать порядок – люблю, но не умею. Может быть поэтому, вся моя жизнь – работа на любимом математическом факультете.

Неисправимая оптимистка. Придерживаюсь нескольких принципов:

всё, что ни делается – к лучшему;

«Желающего идти судьба ведёт, а не желающего – тащит»;

я любимая у себя одна;

каждый человек – от Бога, и не мне его менять.

До сих пор жизнью своей я оставалась довольна, и считаю себя счастливым человеком.

Срок первый

Сердечная благодарность моим наставникам:

– маме за то, что на генном уровне передала мне любовь к профессии «учитель математики»,

– Маргарите Ивановне Чумак, моему замечательному учителю математики в старших классах, за воспитание осознанности этой самой любви,

– Галине Николаевне Васильевой за возможность работать на математическом факультете нашего вуза,

– Алле Ефимовне Малых за то, что научила меня писать (и не только научные тексты),

– Ирине Сергеевне Цай за тот единственный жизненный шанс, реализация которого обеспечивает счастливую судьбу.

Культ студенческой личности (1)

В 1999—2000 учебном году на факультет поступили: Волегов Андрей, Девяткин Анатолий, Мазанов Валерий, Малькова Ирина, Обухова Яна, Пучнина Екатерина, Тихонова Анастасия, Турышева Анна, Шибалина Ольга.

В это время уже учились: Андронова Ирина, Дрёмина Ольга, Ермакова Екатерина, Каменщикова Наталья, Мугинов Михаил, Орлова Анастасия, Рахимов Максим, Реутов Владимир, Сементина Елена, Скачков Григорий, Ташлыков Станислав, Тихомирова Ольга.

Выпускались: Абузов Тахир, Гостева Галина, Накипов Павел, Соловьёва Юлия (впоследствии Корзнякова Юлия Викторовна), Стариков Андрей, Шагиев Александр.

В 2000—2001 учебном году на факультет поступили: Журавлёв Дмитрий, Зобов Александр, Подкопаев Алексей, Скрипченко Галина, Смирнова Татьяна, Суханов Павел (о нём отдельная история!), Сюзёва Наталья, Таганова Ольга.

Выпускались: Ермакова Екатерина, Орлова Анастасия.

В 2001—2002 учебном году на факультет поступили: Гарифзянова Елена, Елисеева Мария, Кузнецова Елена, Лаут Артур.

Выпускались: Реутов Владимир, Мугинов Михаил, Андронова Ирина, Скачков Григорий,

В 2002—2003 учебном году на факультет поступили: Аптуков Айнур, Деньгина Мария, Ипатова Ксения, Калинин Дмитрий, Нагибин Иван, Северухин Алексей, Шуклин Максим.

Выпускались: Девяткин Анатолий, Дрёмина Ольга (впоследствии Швалёва Ольга Владимировна), Каменщикова Наталья, Рахимов Максим, Тихомирова Ольга.

В 2003—2004 учебном году на факультет поступили: Аллаяров Максим, Александров Константин, Баранова Инесса, Бачурина Мария, Лавров Станислав, Онохов Станислав, Рожнёв Александр, Халилова Светлана, Шардаков Фёдор, Юрченко Дарья (Первая), сёстры Шуленины Олеся и Оксана.

Выпускались: Малькова Ирина, Обухова Яна, Подкопаев Алексей, Пучнина Екатерина, Тихонова Анастасия, Турышева Анна (впоследствии Скорнякова Анна Юрьевна).

Начало срока

1999—2000 учебный год

Откройте ваши записные книжки на букве «М» и найдите там слово «Матфак», написанное крупными буквами.

Как?! У вас не написано это слово?

Тогда срочно напишите его!

И обведите в рамочку!

Потому что теперь это слово в вашей жизни одно из самых главных!

Посвящение в студенты (рождение «Барабанщиков»). КВН (две игры). «Сон Матфака в зимнюю ночь…». Вузовские конкурсы «Мистер ПГПУ», участник от нашего факультета Валера Мазанов – да-да! тот самый! (111 группа) и «Мисс ПГПУ» – Ольга Тюмина (122 группа). «Студенческая концертно-театральная весна – 2000» (в дальнейшем СКТВ, студвесна или просто весна), концерт «XX & 1» (место, по-моему, пятое). Последний звонок.

Очень может быть, что если бы не Ирина Сергеевна Цай – до 1999 года заместитель декана математического факультета по учебной работе и декан с 1999-го по 2006-й, – то и не было бы этой книги. Потому что не занималась бы я внеучебкой, что, соответственно, не повлекло бы развития креативной составляющей моей жизни.

А может быть, всё было бы также как и случилось. Не нам исследовать сослагательную возможность истории. А раз так, то одним из немногих людей, благодаря которым я стала тем, кем стала, является Ирина Сергеевна. Поэтому не удивляйтесь, когда при чтении будете находить стихи и статьи ей посвящённые.

Когда отделился инэк (факультет информатики и экономики), Евгений Карлович Хеннер стал его деканом, а Ирина Сергеевна возглавила наш Матфак. И стала искать себе деканатских работников. Предложения по поводу «замства» по внеучебной работе мне поступали и раньше, но обстоятельства жизни у меня не способствовали моему согласию. Поэтому, когда Ирина Сергеевна подошла ко мне в мае-июне 1999 года с вопросом «мол, не хочу ли я всё-таки…», я ответила:

– Если никто другой с факультета не согласится, то я приму Ваше предложение.

– Так я и подошла к Вам последней, – улыбнулась Ирина Сергеевна.

Всё. Жребий был брошен, Рубикон перейдён, мосты сожжены. Критическая масса накопленного креатива переполнила чашу сдерживания. Я выбрала свой путь.

Со студенческой Думой у меня всегда были хорошие отношения. В 1999-м я стала тем, кем стала, и тут понеслось!.. Сложно было найти более органичный симбиоз, чем «Матфак – студенческая Дума – я».

С того же года я как-то прямо сразу сблизилась с второкурсницей Наташей Каменщиковой. Началось вроде с пустяка, – она взялась ремонтировать мою легендарную гитару. О появлении у меня этого инструмента я как-нибудь напишу рассказ, так как это одно из запоминающихся на всю жизнь событий. Все оставшиеся годы Наташкиного обучения мы вместе пели (в том числе и на вёснах), придумывали фонограммы и делали их на вузовском синтезаторе («балалайке», как мы его называли), разрабатывали вокальные номера к концертам, придумывали декорации и сценарии, и просто дружили.

Вместо концерта на 23 февраля в том знаменательном году я придумала утренник «Сны Матфака в зимнюю ночь…». Кроме того, мы с девочками-думовками сделали газету-коллаж для мальчиков-думовцев. Она долго висела на стене, пока не доучился последний из тех, кто был на ней запечатлён.

Первыми моими шагами к самостоятельному творчеству, как и у многих, были переделки. В своё время, естественно как студент с высокой гражданской сознательностью, я выписывала журнал «Студенческий меридиан». А может быть, это стихотворение я прочитала в другом источнике. Не помню. Называлось оно «Кто не грибник, тот не поймёт». Автора, к своему стыду, я тоже не запомнила. В слабое своё оправдание скажу только, что в ту пору моей безмятежной юности я и помыслить не могла, что, во-первых, правила хорошего тона в науке и литературе требуют грамотного цитирования, а, во-вторых, когда-то сподоблюсь опубликоваться. Время было спокойное и весёлое, переделки сочинялись легко и просто, творчество предъявлялось преимущественно устно: как материал агитбригады или лёгкого конферанса студенческих капустников. Так вот «первая итерация» от «грибника» была мною посвящена бойцам стройотрядов: «Зачем на куртках наших лычки? Кто не студент, то не поймёт…». Целиком я этот шедевр у себя в архивах, к сожалению, не нашла. А уже в 2000-м к студвесне я переделала эти вирши для Матфака.

В этом же учебном году я сдружилась с 151-й группой. Может быть потому, что вела какое-то невероятное число дисциплин на их курсе. У нас было много всяких смешных ситуаций, которые невозможно описать – их надо пережить: «Паша (Накипов) – критерий истины», «У нас глухих нет» и другие.

На последнем звонке студенты этой группы показали прямо настоящий спектакль. Такого я больше не помню. Никто из предыдущих или последующих выпускников никогда не готовился так основательно и оригинально.

Так завершился учебный год, но не наши со студентами приключения, которые продолжились летом.

И не успел закончиться первый год, как начался следующий…

Учебная пара в 151-й группе. Решаем задачи с параметрами. В процессе возникает необходимость решить рациональное неравенство. Паша решает у доски и комментирует:

– Рисуем числовую прямую, вытыкиваем точку…

Я была рецензентом выпускной квалификационной работы Андрея Старикова и долго смеялась, прочитав во введении: «Тем, кто понимает суть регрессии и корреляции, советы не нужны. Тем, кто не понимает, никакие советы не помогут».

Этот жизненный сюжет родом из начала двадцать первого века, когда о флэшках слыхом не слыхивали, вся музыка была на магнитных кассетах, но компакт-диски уже появлялись. Из средств воспроизведения звука в наличии были, естественно, только магнитофоны.

Мы готовились к студвесне, нам была нужна какая-то фонограмма, которую мы искали всеми доступными способами. Как-то раз прибегает кто-то и возбуждённо кричит:

– Я нашёл! Нам нужен «CD play»!

А в ответ получает:

– Ну, вот сиди и плэй…3

Кто-то:

– Чем отличаются мужчина и женщина?

Стас:

– Мужчины более трезво смотрят на вещи, а женщины подвержены эмоциям.

Настя:

– Не знаю как насчёт «трезво», но про эмоции – ты прав.

Вся моя жизнь связана с математическим факультетом. В 1984 году я сюда поступила, в 1988-м его окончила. И сразу же начала работать ассистентом кафедры методики преподавания математики (по совместительству, конечно).

Я не знаю, должно ли так быть, но всё, что входит в мою систему ценностей, связано преимущественно с Матфаком. За исключением, может быть, некоторых близких людей. Но если проследить причинно-следственные связи, приведшие меня к этим людям, то опять и неизменно, явно или «из-за кулис» возникает родной факультет.

У меня иногда возникает нескромная мысль, что мы просто созданы друг для друга. Хотя бы в том смысле, что если мне предстояло родиться, то Матфак педагогического в Перми должен был быть. Неотвратимость нашего союза подтверждает следующий факт.

В 1984 году для поступления на математический факультет педагогического института надо было сдавать четыре экзамена: математику (письменно и устно), физику и русский язык. Если за математику я не переживала совсем, то с физикой и русским у меня были реальные проблемы.

И вот узнаю я, что действует в этом году для абитуриентов эксперимент: тот, у кого средний бал аттестата не ниже 4,5 при условии сдачи профильных экзаменов (математики) не менее чем на 9 баллов, зачисляются на факультет без третьего и четвёртого экзаменов! У меня выполнялся весь необходимый набор условий: аттестат ровно 4,5 и по результатам двух экзаменов 9 баллов (устно – 5, письменно – 4). Кажется, это эксперимент был только два года, и я в него попала. Я стала студенткой Матфака без физики и сочинения!

Своей жизни без него я не представляю. Любимому факультету в 2001 году я посвятила стихотворение, которое сначала прочла на студвесне «Начало» (март, 2001 год), а значительно позже опубликовала в газете факультета. Вот оно.

Это не просто красивые слова, приуроченные к 80-летию любимого факультета и вуза. В этих строках абсолютная правда.