История древнейших предков казачьего народа. Для казачьих школы, семьи и общины

Занятие 13. Кто такие сарматы

На этом занятии мы поговорим о сарматах, кои сменили на исторической сцене своих предшественников – киммеро-скифов. А поскольку сарматы были столь же близкородственны скифам, как те – киммерийцам, мы вправе сарматов именовать и скифо-сарматами. Иначе говоря, сегодня мы будем говорить не об особом народе, добавившемся со стороны в число казачьих предков, а лишь о другой ступени всё той же скифской первоосновы Казачьего Народа. Итак, сосредоточимся.

Этноним «сарматы» до известной степени условен. Сарматы сперва назывались у греков савроматами. Они включали в себя племена сираков, языгов, роксаланов, аорсов и другие менее известные большие и малые племенные объединения. Все они говорили практически на одном языке скифо-сарматском диалекте западной группы тюркского языка, хотя скифская и сарматская речь немного отличались местными особенностями. Савроматы оказались отделены от основной массы скифов довольно рано: ещё в священной книге зороастрийцев Авесте, составленной из древнейших текстов, савроматы упоминаются под именем «сайрима» и называются кочевниками, «которые не знают власти верховных правителей». Согласно Геродоту (5-й век до Р.Х.), савроматы произошли от брака скифских юношей с амазонками, а потому разговаривали на скифском языке, лишь «слегка испорченном». Но по Диодору Сицилийскому (1-й век до Р.Х.) савроматы были колонией, когда-то выведенной скифскими царями из Мидии на Танаис (Дон).

Около 600 года до Р.Х. савроматы расширили свою сферу влияния на западе, передвинувшись от Южного Приуралья и с земель к северу от Арала к Дону, который стал временной восточной границей Скифского царства. Савроматы пришли из Азии точно «по следам скифов». Здесь, в волго-донских степях и сложилась за несколько столетий их цивилизация. Скифы и сарматы вели сходный образ жизни, первоначально образовывали один территориальный массив и были очень близки друг к другу в культурном отношении. Только социально-политическая организация савроматов отличалась от скифской.

Савроматов к перекочеванию на запад вынудили перенаселённость в условиях ведения экстенсивного кочевого скотоводства, требующего периодических передвижений на значительные расстояния, а также колебания в степени увлажнения Великой Степи.

В 5—4 веках до Р.Х. савроматы ещё оставались мирными соседями Скифии. Савроматы отставали от соседних скифов в общественном развитии, у них к началу передвижения на запад ещё не было государства. Во главе савроматских племён стояли вожди, опиравшиеся на дружины из военной знати. Скифские купцы, направляясь в восточные страны, свободно проходили через савроматские земли. Но примерно с 400 года до Р.Х. в степях началась долгая «сарматская эпоха».

Агрессивная воинственность молодого Савроматского союза совпала по времени с ослаблением Скифского царства. В наступившем 3-м веке до Р.Х. прежние дружественные отношения савроматов и скифов сменились враждой и военным наступлением на Скифию. Савроматы двинулись из-за Дона в Северное Причерноморье и из года в год всё более теснили скифов. Обессиленное от внутренних проблем и от внешнего натиска скифское государство сумело, однако, два века продержаться в Причерноморье и ещё несколько столетий – отступив в Крым.

В это же время зарождаются первые племенные образования восточного славянства, формируется население, говорившее уже по-славянски, а не на общем балто-славянском языке. Славянские земли так же, как и скифские, подверглись натиску кочевых орд савроматов, которые проникли вглубь северной лесостепной зоны. Археологи обнаружили здесь следы военного разгрома ряда славянских поселений и городищ-крепостей. Поскольку у савроматов во главе племён нередко стояли женщины-вожди, в древних славянских сказаниях часто говорится о борьбе их народных богатырей с Бабой-Ягой, возглавлявшей степное воинство.

Вскоре савроматы становятся у греков сарматами. Это произошло то ли от простого переименования, то ли от превалирования в Савроматском племенном союзе племени с названием сарматы. С 3 века до Р.Х. этническое имя «сарматы» становится широко известным античному миру. Миграция сарматов на запад в 3—1 веках до Р.Х. была наиболее крупной и связанной с политической активностью внутрисарматских племенных союзов языгов, роксаланов и аорсов.

К середине или к концу 3 века до Р.Х. территория Скифии подверглась значительному сокращению. Античные авторы сообщают о постоянных войнах крымских скифов с Херсонесом, Ольвией, Боспором, в которых скифы в конце концов терпят поражение. И где-то в 190—180 годах до Р. Х. Великой Скифии не стало. В 175 году до Р.Х. сарматский царь Гатал установил полный контроль над всем Причерноморьем, сокрушив скифское царство. После завоевания значительной части Европейской Скифии (но завоеватели не стали до конца уничтожать родственников-скифов) сарматы приобрели славу одного из наиболее могущественных народов древнего мира. Но, как и в случае скифо-киммерийского конфликта, уничтожены были только верхние, загнившие элитарные структуры. «Простой скифский народ», скажем так, вошёл в состав нового общества. К рубежу новой эры Северное Причерноморье переименовывается римскими писателями из прежней Скифии в Сарматию.

О мощи нового скифского (теперь уже в виде сарматского) этнического старта можно судить хотя бы по таким фактам: около 165 года до Р.Х. сарматы нанесли поражение кочевой державе гуннов, перед мощью которой трепетали даже всесильные китайские императоры. Около 130 года до Р.Х. под их ударами пали Согд и Хорезм. Следом была завоёвана «златообильная» Греко-Бактрия. Сарматы вышли к Каспию и могучие государства древности стали буквально валиться под копыта их боевых коней. И если скифы в поздний период своего владычества постоянно подвергались натиску со стороны эллинистического Средиземноморья, то сарматам удалось этот натиск не только отбить, но и сдержать на своих западных рубежах сильного врага в лице Римской империи.

Занятие 14. Роль женщин у сарматов

Сарматы у римлян – это воинственные кочевники, которые, по характеристике Тацита (1 век от Р.Х.), «живут на повозке и на коне» и которых более поздний (5 век от Р.Х.) историк Эннодий упоминает как извечных номадов, «переселяющихся с места на место». Следует признать, что характеристики Тацита и Эннодия, приложимые к позднесарматским-раннеаланским племенам, исторически вполне реальны. Кочевое хозяйство требовало частого (сезонного) передвижения с места на место для использования лучших пастбищ для скота. Поэтому племена сарматов находились в постоянном движении в пространстве степей от Урала до Дуная. Нетрудно представить себе движущуюся по бескрайней равнине кочевую сарматскую вольницу: окутанные тучами пыли стада, охраняющие их дозорами конные воины с длинными мечами и тяжёлыми копьями в руках, женщины и дети с их нехитрым скарбом в покрытых шкурами и войлоком повозках на скрипучих деревянных колёсах…

Сосланный императором Августом на северо-западный берег Чёрного моря в город Томи в 8 году от Р.Х. знаменитый римский поэт Овидий Насон с тоской и страхом описывает в своих «Печальных песнях» сарматов под городом, которых он по старинке называет савроматами: «враг, сильный конём и далеко летящей стрелою, разоряет […] соседнюю землю». «Савроматский волопас уже не гонит скрипучих повозок», – в другом месте пишет Овидий. «Отец географии» Страбон (1 век от Р.Х.) рисует ещё более колоритную картину жизни сарматов: «Их войлочные палатки прикреплены к кибиткам, в которых они живут. Вокруг палаток пасётся скот, молоком, сыром и мясом которого они питаются. Они следуют за пастбищами, всегда по очереди выбирая богатые травой места, зимой – на болотах около Меотиды, а летом – на равнинах».

Римский географ 1 века Помпоний Мела сообщал о сарматах, что они «племя воинственное, свободное, непокорное и до того жестокое и свирепое, что даже женщины участвовали в войне наравне с мужчинами. […] Сарматы не живут в городах и даже не имеют постоянных мест жительства. Они вечно живут лагерем, перевозя имущество и богатство туда, куда привлекают их лучшие пастбища или принуждают отступающие или преследующие враги». Помпоний Мела также добавляет, что сарматы – народ, весьма близкий к парфянам и по наружности, и по вооружению, но суровее их как по нравам, так и по климату занимаемой ими страны. Во время перекочёвок сарматы перевозили своих детей, стариков, женщин и имущество в кибитках. Жилищем сарматам служили шатры и всё те же кибитки.

Сарматы были настолько воинственны, что через все Средние века в Польше просуществовало предание о завоевании и покорении местных славянских племён сарматами, которые и положили начало привилегированному сословию польских воеводств – шляхте. В период Речи Посполитой даже писались исторические труды о сожительстве в государстве двух разных по происхождению народностей, что потом было успешно использовано Российской империей, подстрекавшей белорусское и украинское население на национальное освобождение от «чужеземной сарматской шляхты». А сама Польша в средневековых трактатах и на географических картах нередко именовалась Сарматией. Скорее всего, за такой уверенностью стояло нечто большее, чем просто выдумка.

Основой социальной организации сарматов являлись родоплеменные отношения. В их жизни особую роль играли женщины. Они могли быть вождями, жрицами и даже воинами. Это позволяет говорить о сохранении материнского счёта родства.

Все границы не были стабильными и нередко нарушались соседями, что приводило к вооружённым стычкам и межплеменным войнам. Не удивительно, что у савроматов все мужчины были вооружены. Вооружёнными были и многие женщины. В савроматский период истории сарматов погребения женщин-воительниц с оружием встречаются наиболее часто и, по подсчётам специалистов, составляют до 20% от всех женских захоронений. Повторимся ещё раз: племя савроматов имело со скифами очень схожее происхождение. Они вели почти одинаковый образ жизни, но только савроматские женщины ездили верхом, охотились и воевали вместе со своими сородичами-мужчинами, в то время как скифские женщины вели очень уединённую жизнь и не принимали никакого участия в мужских делах. У археологов нет сомнения в том, что женщины савроматов активно участвовали в бранных делах и были наездницами. Воинственность савромато-сарматских женщин поражала греческих колонистов Северного Причерноморья, непосредственно наблюдавших жизнь и быт окружающих варваров. Может быть, именно из-за этого скифы называли этих девушек «повелительницами мужчин».

По одной из весьма правдоподобных версий, именно савроматские женщины в древнегреческом фольклоре и историографии получили название амазонок. Эта литературная традиция была воспринята Средневековьем, а на Кавказе продержалась до XVII века. В частности, согласно Гиппократу, «их (савроматов) женщины ездят верхом, стреляют из луков и метают дротики, сидя на конях, и сражаются с врагами, пока они в девушках; а замуж они не выходят, пока не убьют трёх неприятелей, и поселяются на жительство с мужьями не прежде, чем совершат жертвоприношения. Та, которая выйдет замуж, перестаёт ездить верхом, пока не явится необходимость поголовно выступать в поход. У них нет правой груди, ибо ещё в раннем детстве матери их, раскалив приготовленный именно с этой целью медный инструмент, прикладывают его к груди и выжигают, так что она теряет способность расти, а вся сила и изобилие соков переходят в правое плечо и руку». Эта характеристика воинственных сарматок вполне соответствует литературно-фольклорным данным об амазонках.

У многих древних кочевых народов, находившихся в стадии классообразования, военная организация сводилась к организации народа-войска, где каждый способный носить оружие был воином. Такая организация имелась у скифов и савроматов; благодаря ей последние были способны выставлять десятки тысяч бойцов. Более мягкие, но похожие традиции жили в казачьей среде ещё в XIX веке. Женщины-казачки, при нападении врага на их поселения в то время, когда мужчины находились где-то в походе, сами умело организовывали оборону домашнего очага, беря в руки оружие. А сегодня мы может видеть нечто подобное организации народа-войска в армии Израиля, где призыву на военную службу подлежат все граждане еврейского государства, независимо от их пола.

Оружие часто встречается в женских погребениях 4—2 веков до Р. Х. Сарматская царица Амага совершила блестящий подвиг, победив царя крымских скифов (Полиен, 2 век от Р.Х.), а по свидетельству Флавия Сиракузского, восхваляющего деяния римского императора Аврелиана (215—275 годы), среди взятых римлянами пленных «были введены также десять женщин, которых он взял в плен, когда они в мужском убранстве сражались среди готов, причём многие другие были перебиты; надпись гласила, что они происходят из рода амазонок».

Занятие 15. Сарматские племена

В 3 веке до Р. Х. Северный Кавказ пережил мощное нашествие кочевых сарматских орд, двигавшихся на запад и юг. Сарматские передвижения, в отличие от предшествовавших им скифских походов через Кавказ, не были простыми набегами. Теперь целые племенные союзы кочевников навечно осваивали степи Предкавказья, избрав их постоянным местом своего проживания. Античные историки сохранили названия племенных групп сарматов, захвативших равнинные районы Предкавказья, которые они именуют «Сарматией» и «Сарматскими равнинами». В состав Сарматии (по Птолемею) вошли даже некоторые части будущих Пруссии и Польши, вся Украина, Европейская Россия, значительная часть Кавказа. Главное население Сарматии составляли кочевники.

Самоназвания славянских народов сербов и лужичан считаются происходящими от сарматского племени serboi, первоначально зафиксированного в районе Кавказа и Причерноморья в трудах Тацита и Плиния. Кроме влияния на русских и украинцев, сарматы участвовали в формировании польского народа. Так, доктор географических наук и этнограф Владимир Владимирович Богданов писал: «Нам известно, что сарматы свирепствовали на Эльбе уже в 1-м веке от Р. Х. Значит, в Польше они обязаны быть, что подтверждает топонимика. Многое говорит за то, что именно сарматы и были основной этнической культурой, которая вместе с литовской и сформировала польский народ».

В то же время, как утверждала в своей монографии «Мифы и образы сарматизма» Мария Войтовна Лескинен, в сознании жителей Украины каким-то образом и века спустя присутствовало понятие «сарматизма». В здешнем жителе понятие «сармат» отождествлялось с рыцарем-воином, верным защитником отечества. Украинский сармат-рыцарь – это казак и шляхтич, поэтому украинское сарматское рыцарство включало в себя и казаков, и шляхту.

Ведущие племена Сарматского государства делились на три крупные родо-территориальные объединения: роксаланы (Причерноморье), аорсы (Приазовье – Нижний Дон) и сираки (восточное Приазовье, Кубань), в составе которых были более дробные союзы, в том числе и ставшие в будущем громко известными русы. Да-да, те самые русы, по имени которых затем была названа Киевская Русь и имя которых сегодня носят те, кто нередко отказывает в праве казакам считаться особым народом, отличающимся изначальным происхождением от нынешних «русских»!

Со всеми этими небольшими сарматскими союзами поддерживало связь ещё одно крупное объединение, нижневолжское, которое стало исходным центром формирования сарматской государственности и носило имя аланов.. К западносарматским племенам относились также языги (иначе яциги).

Страбон называет владения сираков, бывших одно время самым представительным племенем сарматов, Сиракеной, а реку, которая протекает через Сиракену, Мермодом (нынешний Терек). Археологические изыскания на территории Сиракены свидетельствуют о прекращении жизни большого количества поселений, ранее расположенных по берегам Терека, Сунжи и их притоков, с конца 4 – начала 3 веков до Р. Х. Это значит, что сираки либо уничтожили прежнее местное население, либо послужили причиной его ухода в более труднодоступные места, в горы и ущелья. Вытесненные с удобных мест проживания, прежние жители вынуждены были осваивать новые территории, приспосабливаясь к иным условиям. По свидетельству лингвистов, в языке вайнахов (иначе нохчи или дзурдзуки), из которых произошли нынешние чеченцы и ингуши, сохранилось слово «цIаьармат» в значении «страшный, косматый, чуждый человек». Его фонетическая близость с этническим названием «сармат» отражает былое отношение прежних местных жителей к пришельцам-степнякам.

Восточные сарматские союзы аорсов и сираков, известные китайцам во 2 веке до Р.Х., населяли пространства нынешнего Западного Казахстана и между Азовским и Каспийским морями, на юге их земли простирались до Кавказских гор. Сираки занимали приазовские степи и северокавказскую равнину к северу от Кубани. Предгорные и равнинные районы Центрального Предкавказья тоже принадлежали сиракам, но на рубеже новой эры их потеснили аорсы. По словам Страбона, аорсы и сираки «частью кочевники, частью живут в шатрах и занимаются земледелием».

Наиболее высоким уровнем общественного развития отличались сираки, которые подчинили на Северо-Западном Кавказе земледельцев-меотов и создали своё государство. Одной из резиденций сиракских царей был город Успа, находившийся недалеко от восточного побережья Азовского моря.

Аорсы кочевали в степях от Дона до Каспия, в Нижнем Поволжье и Восточном Предкавказье. За Волгой их кочевья доходили до Южного Приуралья и степей Средней Азии. Аорсов, которые жили в степях Прикаспия и Предкавказья, называли «верхними аорсами». Они господствовали над западным и северным побережьем Каспийского моря и контролировали торговые пути, шедшие через Кавказ и Среднюю Азию. Могущество и богатство аорсов уже в древности объясняли их участием в международной торговле. Страна аорсов называлась у китайцев «Яньцай» – через неё шёл путь, соединявший Китай и Среднюю Азию с Восточной Европой, а также соединял с морскими торговыми маршрутами по Чёрному и Средиземному морям.

Западные сарматские племена – роксаланы (роксаланы – это «светлые аланы», а вовсе не «росс-аланы», как некоторые полагают) и языги занимали степи Северного Причерноморья. Около 125 года до Р.Х. они создали мощную, хотя и не очень прочную федерацию, возникновение которой было обусловлено необходимостью противостоять давлению восточных сарматских племён. Похоже, племенной союз русов входил в состав этой федерации или, иначе, племенного образования роксаланов. Это было типичное для кочевников раннее государство во главе с племенем царских сарматов. Однако повторить государственный опыт скифов западным сарматам не удалось.

Древнегреческий географ и историк Страбон, живший на рубеже до и после Р.Х., свидетельствует, что аорсы и сираки «простираются на юг до Кавказских гор; они частью кочевники, частью живут в шатрах и занимаются земледелием». Далее Страбон дополняет эти сведения: «Эти аорсы и сираки являются, видимо, изгнанниками племён, живущих выше, а аорсы обитают севернее сираков. Абеак, царь сираков, выставил 20.000 всадников, Спадин же, царь аорсов, даже 200.000; однако верхние аорсы выставили ещё больше, так как они занимают более обширную область, владея почти что большей частью побережья Каспийского моря. Поэтому они вели караванную торговлю на верблюдах индийскими и вавилонскими товарами, получая их в обмен от армян и индийцев; вследствие своего благосостояния они носили золотые украшения. Аорсы, впрочем, живут по течению Танаиса, а сираки – по течению Ахардея…».

Сведения Страбона достаточно достоверны и очень важны. Как видим, племя аорсов он помещает у реки Танаис – Дона, где ранее размещались упоминавшиеся Псевдо-Гиппократом и Псевдо-Скилаком савроматы. Итак, на рубеже новой эры аорсы делились на верхних, и нижних. Верхние аорсы, жившие в междуречье Волги и Дона, Северном Прикаспии и Южном Приуралье, ведшие караванную торговлю, были богаче и многочисленнее. Нижние аорсы размещались южнее верхних и занимали большую часть равнинного Предкавказья восточнее сираков, включая Ставропольскую возвышенность, Северо-Восточный Кавказ и достигали предгорий Кавказского хребта. Если земли верхних аорсов в значительной части представляли сухие аридные степи (Заволжье, Северный Прикаспий), то земли нижних аорсов были благоприятнее и в изобилии давали корм для скота.

В первой половине 1 века от Р.Х. западные сарматы – языги, жившие за Днепром, – продвинулись на Среднедунайскую низменность, где заняли междуречье Дуная и Тисы. Вслед за языгами к границе Римской империи подошли роксаланы, большая часть которых поселилась в нижнем течении Дуная. Западные сарматы были беспокойными соседями Рима, они выступали то его союзниками, то противниками, и не упускали случая вмешаться в междоусобную борьбу внутри империи.

Занятие 16. Военная гегемония сарматов

Аммиан Марцеллин описывал некоторые военные обычаи сарматов. С самого рождения кочевники учатся верховой езде, постоянно тренируются, поклоняются мечу. У них считается счастливым тот, кто испускает дух в сражении. Также Марцеллин даёт описание обычая скальпирования врагов, и украшения этими скальпами сарматских лошадей.