Во имя порядка: на заре новой эры

– О, Господи, снова бой! – в досаде кричу, и с лязгом поднимаю меч, готовясь встретить обезумевших.

Я стою в небольшом проходе, где сзади вход, а впереди ещё дальше углубление, ведущее в логово заражённых. Мои руки немного трясутся, в ушах глухо колотится сердце от одних только воплей и криков безумцев. Но я укрепил свой дух мыслью, что моя победа над ними поможет не только Лишари, но и населению Эндерала. У тела хранится подарок, который защитит меня от Красного безумия.

– Хрустящего мяса! – раздаются вопли из мрака впереди. – Ещё хрустящего мяса! Пло-о-оть!

И тут показались они – с дикими лицами, безумные и в лохмотьях, тянущиеся ко мне пальцами с отращёнными ногтями. Первого, кто выбежал я встретил насколько возможно широким ударом в живот и пинком, второй попытался накинуться на меня, но его рваная одежда на защитила от колющего удара.

– Уйдите в мрак! – кричу я, оттесняя мечом нападающих и вздымая меч, чтобы опустить его на плечо заражённого.

Третий прорвался через двух убитых и тянется к моей шее, но косыми рубящими ударами я лишаю его кистей рук и отталкиваю, напоследок загоняя меч в сердце. Четвёртый и пятый попытались протиснуться в один узкий проход и застряли там, что дало мне отличную возможность колющими ударами закончить их существование, но это ещё не конец.

– Плоть! – прорвался последний; это казался высокий мужик… видимо он был раньше упитанным, поэтому сейчас выглядит живее всех и такого я не ожидал; эта махина в два метра ростом снесла меня и схватила за шею, как котёнка.

Блистающее в глазах безумие внушает ужас, но дух мой будет крепче железа… чего не скажешь о шее, которую он пытается сломать. Я чувствую, как мои позвонки захрустели, и дышать стало невозможно. Вот снова ощутил прохладу пещерного пола – эта тварь пытается меня вбить в него. Боль огнём загорелась на горбу и спине… знатный синяк будет. Пары секунд хватило ему, дабы настолько сильно сдавить мою шею, чтобы у меня в глазах появилась пульсирующая тьма. Придавленный я лихорадочно пытаюсь нащупать меч, но только понимаю, что он куда-то запропастился и меня объяла тревога. Я здесь умру, народ Эндерала лишится лекарства от Красного безумия… какой бесславный конец.

Но отчаянно тянусь к кисету на поясе, используя любую возможность, чтобы выжить. Опустив руку в него, достаю подарок Лишари – кусочек сигила и острой стороной провожу по лицу сумасшедшего, заставляя его подчиниться боли и ослабить хватку. Поднявшись, я покачиваясь нашёл меч и когда этот боров на меня снова прыгнул вогнал оружие в него по самую рукоять.

Всё кончилось. У меня до сих пор сердце бьётся подобно барабанам войны, и даже глубоко вдохнуть не могу… вонь этого места заставит меня вернуть завтрак обратно. Пора выполнить задание, и я касаюсь небольшой сумочки и открываю её, видя, как под слабым светом лампы на поясе сверкнули лезвия ножей и несколько шприцов. Собравшись с духом и посмотрев на тела заражённых сдавленно говорю:

– Приступим.

Спустя несколько часов после сбора образцов я доковылял до порта, применив пару свитков телепортации, где и была назначена встреча с О’Брайенном. Порт Арка единственная интересная и красивая гавань на весь Эндерал. Он распложен в дне езды от города и для его охраны помню, что Велисарий отправил отдельный отряд. Справа и слева меня окружают аккуратные дома, среди которых снуют по пояс одетые батраки. Под ногами чувствую твёрдую плитку, впереди вижу пару кораблей, на которые загружают различные товары. Тут и там слышаться голоса торгующих, недовольные речи моряков и приказы их начальников, выдаваемые уже хриплым голосом.

Я подхожу к апотекарию, который стоит у самого края перед водой и уставился на далёкое море, на самый горизонт, где хмурое тяжёлое небо касается водной глади.

– О’Брайенн! – кричу, касаясь парня.

– Ух ты, напугал меня! – с дрогнувшим голосом повернулся парень ко мне… его лица я всё так же не могу видеть из-за капюшона. – Ты всё принёс?

– Да, – протянул небольшую сумочку из коричневой кожи. – Всё собрано.

– Отлично, – взял он сумку. – Наёмники достали все ингредиенты, но остался ещё один. Он в одном месте, где ещё образец заражённого. Заберёшь? Это необходимо.

– О’Брайенн, – я повернулся к апотекарию, чья жёлтая одежда выделяется на фоне холодных стен, покрытых мраком. – Говори, что искать и где. У нас очень мало времени.

– Это не такой заражённый, как другие, – О’Брайенн взял в руки кусок пергамента и стал зачитывать. – «Отчёт экспедиции апотекриев номер двенадцать. Мы натянулись на ещё одну особь. Сильный и безумный. Судя по собранным данным он давно потерял рассудок, но сохраняет отчасти нужное здравомыслие. Все физические характеристики в три или четыре раза превосходят силу, скорость и ловкость крупного мужчины. Наёмники пытались вступить с ним в бой, но после непродолжительной беседы две три всех наймитов были либо убиты, либо ранены, – апотекарий сделал секундную паузу. – Предлагается на данный отчёт наложить гриф совершенно секретно».

– Понял, – выдохнув, смиряюсь с тем, что придётся бороться против воплощения безумия и смерти. – Придётся подготовиться.

– Подожди, сейчас я тебе скажу, куда нужно идти.

Я внимательно выслушал его и отправился в дорогу. Слабость в моём теле нивелировалась новыми порциями зелий, на этот раз более безопасными, чтобы я не рухнул от бессилия на полпути. На этот раз мой путь лежал на север от Арка, где в последний раз видели необычного заражённого. Там же, в тех пещерах есть и особый редкий гриб, экстракт которого может нейтрализовать яд, а также повысить тонус тела и разогнать сердце с мозгом. Посмотрим, насколько это так.

Мне пришлось миновать сторожевую башню, чтобы пройти в нужный регион и начать искать его укрытия. Как рассказал О’Брайенн, эта сволочь намного ловчее и быстрее остальных заражённых, которых они видели раньше. Если остальные больные теряют самообладание, могут терять концентрацию и часть навыков, то этот довольно… социален. Апотекарии хотели бы получить его живьём и пару раз они пытались это делать, но после долгого разговора он всех посланцев превращал в удобрение.

Перед операцией я зашёл к Гаспару, пока он заглянул в город, чтобы забрать несколько вещей у него для этой вылазки. Мы даже не поздоровались – он полностью ушёл в работу, проводя всё время над новой разработкой. Я не стал его беспокоить, только взял нужное и отправился в путь.

Я осмотрелся – всюду зелень, справа от меня высятся горы. Тут кажется не так плохо, как у Арка, намного спокойнее и приятнее и даже пахнет свежестью, а не кровью и порохом. Проходя в сторону скал я натыкаюсь на какое-то неприметное укрытие – опять пещера и уже готовлюсь зажечь лампу, как мне на бок ложится рука. Резко обернувшись, я увидел перед собой странного человека, при этом опрятно одетого – на нём дорогие ботинки, рубаха с камзолом, расшитым серебром и штанами из оленьей кожи, а на голове шляпа-цилиндр со вставленным сломанным вороньим пером.

– Вы ко мне? – спросило низким хриплым голосом существо, немного облысевшее с иссушёнными чертами лица, а в глазах его я увидел два пылающих инфернальным пламенем угля.

У меня мурашки пробежали по спине, когда увидел это. Я думал сейчас оно набросится на меня, но нет… по виду это мужчина и он улыбчиво ожидает от меня ответа.

– А вы… хозяин этой пещеры? – растерялся я.

– Да-да-да! – обрадовался мужчина. – Пройдёмте, я вас чаем угощу. Выпьем, попьём, напьёмся.

– Хорошо, очень хорошо.

Мне ничего не остаётся, как согласиться и пройти за ним. У входа в пещеру я заметил, что тут крайне хрупкое положение камней и сильное потрясение может заставить их обрушиться. Пока мужчина идёт вперёд незаметно положил один из пороховых зарядов у основания входа и продолжил двигаться.

Мы прошли вглубь пещеры и тут оказалось довольно уютно, что меня сильно поразило. Посредине «комнаты» стоят два затёртых кресла и небольшой квадратный столик, справа от меня большой стол и несколько кухонных сервантов с ящиками, в которых хранятся продукты и посуда. А слева я взираю на картину, прибитую гвоздями. Всё помещение тускло освещается факелами и несколькими лампами.

– Откуда у вас столько мебели? – удивлённо спрашиваю я.

– Я притащил из поселений, которые побросали людишки. Да-да, именно оттуда. Оттуда, – существо неестественно длинными пальцами, увенчанными когтями, показало мне на кресло, пока хлопотало на «кухне» и заботливо заговорило. – Ты пока располагайся, а я чаёк заварю.

Подавив всякое удивление и страх, я решил полностью сконцентрироваться на задании. Грибов тут не вижу – только укреплённую дверь в конце пещеры. Интересно, что там за ней?

– Вот и готов, – заражённый поставил две посудины, и увидел, как в белой кружке плещется что-то мутное и кажется, что там всплыл кроличий глаз. От одного вида этой бурды мне стало плохо, но взяв всю свою волю в кулак я собрался, а существо всё продолжает, указав окровавленными пальцами на месиво. – Ты, пей.

– Спасибо, – вежливо отвечаю я, чувствуя трясучку в пальцах. – Я уже пил.

– Ха-хах, – обдало меня существо безумным хохотом, повернувшись в сторону и словно с кем-то говоря. – Ты слышала, Алиса, он уже пил.

«Безумец в шляпе», – подумал я, всматриваясь в больное свечение очей этого существа.

– Ответь мне на вопросы! – неожиданно закричало порождение болезни. – Только честно, а то я тебя убью и скормлю волкам, а из костей твоих сделаю свирель. Я, мы, нет – я. В общем, умею распознать ваши лживые словечки.

– Хорошо, – моя рука осторожно легла на рукоять «громыхателя», но понимаю, что если заражённый слишком быстрый, то вряд ли удастся мне от него отбиться.

– Ко мне уже приходили и говорили. Но они врали мне, и мы с ними сыграли в охотника и жертву, а потом в краски. Картина… красный из крови… пальцами как кистями рисовали!

«Вот это уродец…,» – гневно подумал я, пытаюсь сдержать волну омерзения, напавшую на меня. С силой собравшись мои уста открываются:

– Спрашивай, – аккуратно требую я, чтобы не спровоцировать это существо на нападение.

– Зачем ты приволок сюда своё тельце? Скажи мне, нам с Алисой, нет мне. В общем, говори!

Напряжение во мне выросло. Я слышу, как колотится моё сердце, чувствую пульс в пальцах, но беру себя в руки и убираю ладонь от оружия, став вертеть в руках небольшой гвоздик, лежавший на столе.

– Меня послал сюда Святой орден, – честно стал отвечать я. – Он хочет получить образец твоей крови. А так же мне нужен теневой гриб. Говорят, он растёт в этих местах.

– Оу, а зачем ему моя кровушка? И зачем тебе гриб?

– Святой орден ищет лекарство от красного безумия, и твоя кровь поможет ему его разработать. А гриб. Чтобы спасти одну хорошую чародейку.

– Ты врёшь! – я даже не заметил, как заражённый оказался рядом со мной и приложил свои когти к моей шее; он только сидел предо мной и улыбался, а теперь чувствую, как сзади к моей кожи приложен острый коготь, и я даже не замечу, как он рассечёт мою плоть.

– Не вру, – честно и приглушенно ответил я.

– Верю, – тварь успокоилась и села на место, улыбаясь как ни в чём не бывало и взирая на меня пламенным взором больных очей.

– А что за чародейка? Спасти от чего? Оборотни? Чума? Депрессия? А нет, дай угадаю – от чахотки?

– Нет. Она была смертельно ранена, – тихо поясняю я, продолжая вертеть гвоздь в руках, чувствуя, что он всё ещё острый. – И отравлена.

– Она дорога тебе? – раздался будоражащий вопрос

– Да, – с усиливающимся волнением я отвечаю.

– Ты влюблён в её? – энтузиазмом спрашивает безумец, и широкой улыбкой.

– Да что ты спрашиваешь, демон? – усмехнулся я, смотря на то, как он облизывает свои когти и понимая, что я круто попал; мне ничего не остаётся как правдиво и дрожащим голосом ответить. – Да… можно и так сказать.

– Ох, кто тут перед нами! – подскочив словно игривый ребёнок, «обрадовался» сумасшедший. – Герой, спаситель человечества и кавалер! Но скажи, что ты предпочтёшь – жизнь любимой или человечество?

– Что ты имеешь в виду? – смутился я.

– Сначала ответь на мою загадку. Мы с Алисой не выпустим тебя, пока не ответишь, – взбудоражено твердит монстр.

«Кто эта… Алиса?» – спрашиваю я себя. – «Неужто этот безумец придумал себе подружку?».

– А у меня есть выбор?

– Нет, – безумец поднялся и обратился ко мне. – Всего одна загадка и мы продолжим. Ты же откажешь нам… нет, просто не можешь. А теперь скажи, что это за существо – носит броню, но её нет, ходит на двух ногах, но бегает на четырёх, не курица, не ящерица, но откладывает яйца, не собака, но грызёт кости? Отвечай!

Я задумался. «Откладывает яйца… на двух ногах… может его завалить?», – я стал обдумывать самый отчаянный план действий, но только что вспомнил, что зачарование иглы на огонь, поджигающей порох, иссякло и «громыхатель» это просто красивое оружие. Как я мог забыть? Придётся думать, но ответ я нахожу в последних словах загадки и с энтузиазмом ответил:

– Костегрыз.

– Правильно! Я хотел бы у тебя спросить, чем похожи ворон и письменный стол, но не стану… это моя и только моя загадка. Плетись за мной, – сказал безумец и это же продолжил песней. – Плетись со мной, пле-е-етись за мной.

Я встаю и иду за ним. Безумец подводит меня к той самой двери дёргая головой вправо-влево говорит:

– Вот тебе моё обещание, клятва верная и предложение щедрейшей души – я дам тебе либо крови своей, либо гриба, который за этой дверью. Аха-хах-ха! Крови или гриба! Что ты выберешь, герой!? Хах-хах! Любовь или долг?

Я опешил от такого «щедрого» предложения. Что же выбрать… сотни и тысячи жизней или одну-единственную, с которой я успел сдружиться за столь короткое время. Чувствуя сзади холодное дыхание безумца, мне понятно, что любая попытка его атаковать будет бесполезной – он быстрее вгонит в меня свои когти. Да и что-то подсказывает мне, что оно не выпустит меня отсюда. Короткий взгляд на запястья позволяет мне увидеть блеск стали. И только гвоздь у меня в руках подсказывает единственное решение. Многие или одна…я решаюсь.

– Выбираю… открывай.

– Хорошо, – существо отворило дверь и увидел, что предо мной сплошная темнота, которая веет сырой прохладой… и страхом.

Во тьму с головой опускаюсь за грибом, вспоминая ужас испытания, но слегка отгоняю его приёмом. Этот лишенец даже лампы мне не дал, и проваливаюсь во власть темноты. Всего сковало от того, что я не вижу света, но если бы не магия Лишари, было бы ещё хуже, от того что блуждаю в полной темноте. Мне кажется, что снова как в испытании она начинает давить на меня. По коже заиграли иглы, такое чувство, что мышцы перетянули цепи, а дыхание… такое ощущение, что сейчас задохнусь. Сердце стало биться бешеной птицей и мне кажется, что сейчас оно вырвется из груди. Паника накрыла меня с головой, но я продолжаю трясущимися руками методично водить по скале и под ногами, но всё тщетно.

Что-то мягкое нащупала моя рука и со всех сил я потянул это на себя. Выдернув, резким движением отбросил себя в свет, сжав в руках растение подобно трофею. Мои пальцы держат серый гриб, немного влажный, на шляпке которого чёрная крестовина… всё как описывал О’Брайенн. Немедленно убрал растение в сумку, атакуемый чувством вины – ведь я не выбрал человечество, что мне попытался привить и этот безумец, пляшущий в ладони:

– Выбрал любовь! Выбрал любовь! А людишки – бедные жёны и их изменщики-мужья, несчастные детишки будут исходить с ума и умирать.

Как бы мне хочется загнивать в чёрное сердце этой твари меч, но я не могу. Оно слишком быстрое и ловкое, но всё же решаюсь выполнить задуманное. Тревога третьей волной охватывает меня, только на этот раз она пришла с лёгким давлением в голове, но меня это не остановит.

– У меня для тебя подарок, – я цепляюсь за пояс и достаю небольшой круглый предмет – бумага с фитилём. Быстро касаюсь им огня от лампы, протягивая его монстру, одновременно отворачиваясь и закрывая глаза.

На этот раз реакция существа оказалась недостаточна… я понимал, что оно не возьмёт бомбу, поэтому подставил её прямо под лицо заражённого, когда фитиль практически догорел. Раздался хлопок.

Мою левую руку объяла боль, когда взорвался пакет с ослепляющим веществом, но я стерпел, сжав зубы. Через писк услышал, как орёт и верещит заражённый, а его ладони приставлены к глазам, и он беспорядочно носится по комнате. Мебель щепками и кусками полетела во все стороны.

Мысленно поблагодарив Гаспара за это изобретение, схватив гвоздь я вонзаю его в ладонь твари, которая закрыла глаз, попадая прямо в вену. Густая и тёмная жидкость алого цвета щедро залила металл вместе с моей одеждой, я только и смог подставить руки и ладони, вместе с платком, чтобы их щедро обагрила кровь существа… использовать бутыль из сумки не успеваю.

Я стоял всего пару секунд, а потом дал дёру, что было сил, прихватив с собой факел. Мои ноги болели от усталости, левая рука возныла, но я несусь, что есть сил и на выходе из пещеры касаюсь ткани с зарядом. Взрывной волной меня отбрасывает вперёд, в траву, где я перевернулся и увидел, как с хрустящим шумом падающих камней, пещера «закрылась», а вместо входа только куча осколков скалы. Боль разлилась по всему телу, выдавливая искры из глаз, руки и ноги еле двигаются, а левая верхняя конечность теперь не только слабая, но и обгоревшая. Но я смог… с свободной улыбкой выдохнул и говорю:

– Неужто это кончилось.

К середине ночи я сумел добраться до Храма солнца на своих двоих по причине того, что у меня закончились свитки. Если раньше хранители и стража Арка смотрели на меня и велисаритов, как на предателей, то теперь я замечаю в их глазах почёт и уважение.

– Мессир, – один из хранителей в Храме в почтительном приложил руку к сердцу, когда увидел меня.

Я, грязный и вонючий, усталый и ломающийся от боли и тяжести доспеха только кивнул ему и продолжил брести по белой плитке Храма. Ища утомленными глазами, я нахожу О’Брайенна, который выходит ко мне на встречу.

– Фриджидиэн, ты нашёл его? Собрал образец? – апотекарий меня осмотрел и чуть ужаснулся. – Что с тобой случилось?

В ответ я безмолвно протягиваю платок и гвоздь на нём, но апотекарий не понимающе смотрит на меня и складывается впечатление, что он молчаливо требует объяснение.

– Это его кровь, – я ложу это в руку апотекария и одновременно срываю сумку со своего пояса и вкладываю в руки О’Брайенна. – А это для… Лишари.

– Хорошо, – тихим голосом произнёс парень. – А как… заражённый?

– Когда закончите… найдёте. Он всё ещё у себя. Пригласит вас на чай.

– Хорошо, – апотекарий только развернулся, чтобы уйти как остановился и заговорил со мной. – И ещё одно. Велисарий тебя искал. Он хочет с тобой встретиться в квартале чужеземцев. Да… тебе Арантеаль разрешил посетить лазарет.

– Хорошо, – моё черномазое лицо расписала натужная улыбка.

– Только помойся и смени одежду. Такого грязного я тебя туда не пущу.