Во имя порядка: на заре новой эры

Группировка «Запад»

Спустя три дня. Сердцеземье.

Когда-то это были таможенные руины – былое напоминание о прошлом величии и богатстве континента. Товара было так много, что Святой орден поставил здесь таможню, чтобы она брала деньги с торговцев проходящих с запада, иначе рынок Арка бы обесценился и рухнул. Тут хранились самые большие сундуки с золотом и серебром, склады ломились от изъятого в пользу страны излишка, а службу несли могущественные армии. Но время шло и Эндерал накрывали тучи, а потом по приказу Тручессы вся торговля была сильно порезана и таможенный пост оказался никому не нужен – больше не шло никакого товара, предприятия закрывались и в стране вспыхнул кризис, превративший это место в руины. Кризис, бушевавший до начала деятельности Велисария.

«Но всё меняется, не так ли?» – объявилась мысль в душе. – «И даже самые безнадёжные ночи не кажутся столь мрачными, когда в этой темноте видится рассветный свет наступающего дня».

Теперь, медленно ступая среди палаток, обступая часовых, и взирая на отстроенные крепостные стены. Стиснутая между огромными скалами стена и утопающая в зелени, она стала ограждением от врага, а за ней появились баррикады, палаты, башенные нагромождения и караульные посты, среди которых рассеяны разожжённые костры, наполняющие лагерь светом.

И здесь вижу не просто армию, а целое собрание войск. Поставив щиты у палаток, выказав из темноты символы льва и крестов, расселись у костров воины, отличные друг от др. Одни пьют эль и пиво, другие согреваются мёдом, одни отращивают бороды и завязывают их в косы, другие держат их распущено, одни колют татуировки и пишут инальско-руническим письмом, другие держат тело в чистоте и используют буквицу. Но сколько бы различий между ними не было, их объединила, объединяет и во веки веков скрепит ярость и огонь в сердце, храбрость и любовь к родной земле.

Под ночным летним небом, усеянным бесконечными мириадами звёзд, сидят воины, присланные из дружин Свяослава и воинств Конана. Вместе они готовы подороже продать жизни, но не отдать западное побережье врагу.

– Сдюжим их, как думаешь, Ролаф? – спрашивает мужик возле костра, у которого я прохожу. – Ворогов тьма, супостатов немерено. В бою-то мы вступим за землицу родную, но вот главное, чтобы супостат не сдюжил над нами.

– Не знаю, Димитрий. Я не боюсь их числа, пусть они бояться меня! – солнцебережец схватился за рукоять топора. – И моего оружия! Конан заставит заткнуть глотки неримцев.

– Ролаф, ты храбрый мужик. Когда закончим со всем этим, давай ко мне в Речное! – речник хлопнул по плечу воина. – У меня там жёнка. Угощу тебя в нашей таверне лососем. А перед этим мы полютуем. И с такими воинами, как ты мы сдюжим.

– Может ты ко мне!? А!? Выпьем нашего чёрного эля?

– Разберёмся, – Димитрий швырнул в костёр сена кусок и огонь взвился к небу, резко всё осветив. – А сейчас нам нужно готовиться к сече.

По всему лагерю подобные разговоры и пересуды, смешанные с конским ржанием, лязга затачиваемых клинков и редких приказов командиров, а всё дополняет военное «амбре» – сочетание ароматов капусты, нужников и раскалённого металла. Воины готовятся к сражению, которое должно состояться с недели на неделю и собирают все возможные силы в единый кулак.

– Как тебе воевать-то против Коарека? – снова звучит солдатский вопрос.

– Да нормально. Токмо сучьи дети расплодились и много их.

– Говорят-то, шо в Нериме есть такие животные. Огромные, лысые и с клыками у длинного носа.

– Клыками? Да не слухай всяких речей шутливых. Такое привидеться может только от передоза светопылью.

– Ой, да ладно тебе. Может такое и есть, токмо нужно будет туда съездить и проверить. И ответить за то, что они тут делают.

– Давай о приятном. Щас бы медку. Чтобы согреться.

– Или элю приятного. И потанцевать, и к моей любимой. Какие она готовит отбивные.

Обойдя кострища и мелкие палатки, я нахожу то, что мне нужно – широкий пёстрый шатёр, простёршийся подле крестных ворот, ведущих внутрь таможни. Полевой штаб полковника встретил меня воинами, несущих длинные алебарды и закрывшими мне путь внутрь.

– Я – Фриджидиэн из Арка, прибыл к полковнику Даль’Аглену.

Алебарды раздвинулись, и я смог пройти внутрь. За покровами ало-белой ткани меня уже ждал высокорослый черноволосый кучерявый мужчина с пронзительным взглядом и аристократическими чертами лица. Он склонён над картой, простёртой на столе, а возле него пара сундуков, бочка для умываний и кровать.

– Мессир Даль’Аглен, – приветствую я полковника, в алом камзоле поклоном.

– Господин Фриджидиэн, – приветствует он меня ответным поклоном и отбросив ненужный официоз, мы заключаем ладони в рукопожатии.

– Вас не впустили? Почему?

– Нет, господин. Воевода Эрсмарк посчитал, что мы можем встретиться и здесь, а целый полковник Стражи Арка может подождать и за пределами старой таможни.

– Что ж, – я решил найти этому объяснение. – Весьма понятно с его стороны, учитывая, что сейчас безопасность превыше всего.

– Безопасность? Да кто сунется в лагерь с тремя тысячами воинов?

– Ладно, давайте вернёмся к делам войны, резко я перехожу на другую тему. – Сколько у Арка осталось воинов?

– У нас слишком мало сил. Из пяти полков аркской армии осталось только два41… мой и городской. Башни мирадов захвачены и «Крыло мирада» перестал существовать. Портовый полк также был рассеян, а подразделения сердцеземского были полностью разбиты ещё в начале войны и отчасти пополнили мои соединения.

– Печально. Старая армия Эндерала практически уничтожена, а Арантеалю на всё – плевать.

– Но вместо неё вы выковали другую, – аристократ погладил маленькую бородку. – Я всё ещё помню, как вы приходили ко мне, чтобы усадить за стол переговоров трёх мужиков, а сейчас они громят врага на всём западном побережье. Ваш командир сделал невозможное – помирил непримиримых, восстановил не возрождаемое. Теперь неримляне бояться его, не решаются на столь резкие действия. Если бы не он, то враг давным-давно разорял бы север, восток и окружил Арк.

– Мне лестно слышать это, но всё-таки я прибыл сюда, чтобы вас просить о большем, чем просто окружения и манёвры, – мой голос стал глубже. – Эта война неумолимо катиться к своему пику. Штурм Арка близок.

– Я прибыл тоже просить, – Даль’Аглен дотянулся до бутылки и налил в фужер белое вино. – Вас о помощи, но думаю, что наши цели расходятся.

– И что же вы хотите? – я чуть приподнял лицо. – Чтобы мы отдали наши войска под ваше распоряжение? Или иного повода я просто не вижу.

– Не совсем, – аристократ стал водить пальцем по карте. – Враг рано или поздно прорвётся к северным частям, а север к югу. Вы уже остановили их попытку во время «Баррикады» пробиться, а ты лично разбил диверсионную команду, которая разоряла юг Фермерского берега.

– Откуда вы знаете?

– У Арка отличная разведка, но вот удовольствие этим пользоваться имею я один, поскольку Арантеаль не видит в этом интереса… он полностью занят некем светочем.

– Так что же вы хотите, мессир полковник? – спрашиваю я сурово.

Он ничего не отвечает. Его пальцы «обняли» стекло фужера, а затем он поднял его к губам и испил вина. Я почувствовал тонкий страх, трепет и волнение, поселившиеся в полковнике. Аристократ допил напиток, и снова наполнил фужер. Через пару десятков секунд я стал свидетелем, как вся бутылка оказалась в полковнике, давая алкоголю побороть тень страха.

– Я хотел бы вас попросить… чтобы, когда вы добьётесь успеха… когда всё завершится и над Храмом солнца будет реять двуглавый орёл… когда Нерим уйдёт. Короче, в новой стране, я был при хорошей должности. Чтобы меня не трогали, чтобы, когда свершиться суд над хранителями, я был бы свободен ото всех обвинений!

Слова его отпечатались шоком. Я даже и не думал, что может зайти всё далеко. Постоянно сражаясь или проводя время у постели Лишари, сам высыпаясь на армейских подстилках, питаясь галетами и вином, я пропустил тот момент, когда люди и аэтерна стали смотреть на Велисария с Оборонным советом, как на новую силу, существующие в противовес Святому ордену. Но это видит полковник и понимая, что дни Ордена сочтены он решил выбить место под солнцем в будущем Эндерале.

– Что простите… я не понимаю о чём вы говорите, мессир полковник! – честно призенаюсь я.

– А куда тебе… просто дай мне гарантию, что, когда всё кончится и Стража Арка будет распущена, меня не выкинут на улицу, как отработку.

– Боюсь, что не в моей компетенции давать такие гарантии.

– Говори зачем ты пришёл.

– Я прислан Велисарием, чтобы сделать вам предложение. Вы вольётесь в состав западной группировки и примите участие в битве за Арк.

– У меня есть командующая – Альма. Я не могу пойти против её приказа, который строго предписывает мне держать позиции в Речном, – гордо заявил полковник. – Но я могу отступиться от приказов Альмы, ведь если вы выиграете Нерим, то Оборонный совет станет единственной значимой силой.

– Я понимаю и знаю, чего вы хотите, – допустив, что Велисарий может что-то делать, явно несвязанное с государственным переворотом и изменой, я отчасти соглашаюсь с Даль’Агленом. – Но как я, обычный эмиссар Совета могу вам что-то гарантировать?

– Держи, – полковник шлепком ладони «положил» бумагу на стол, тот жалобно скрипнул. – Это приказательная грамота, в которой чёрным по белому написано, что «эмиссары Оборонного Совета наделяются полномочиями заключать договоры в пользу и на благо Эндерала». Ты понимаешь, что ваш Совет становится больше похож на орган власти, чем на кружок по интересам.

Бутылку вина выпил полковник, но вот голова закружилась у меня. Ох, как же трудно принять это, принять мысль, что времена прошлые минули, что вскоре страна станет совершенно иной и я, наверное, уже воюю не за родину, а нахожусь на острие политических интриг. Я это понял ещё в тот момент, когда Велисарий призвал под свои стяги ралаимов и бандитов, обещая им свободу и землю, но надеялся до последнего, что всё это будет проходить в лоне старых порядков. Как же я ошибался.

Неужто операция «Союзная решимость», начавшаяся с подписания договора в Даль’Галар станет отправной точкой для ещё большего скрепления отношений внутри союза и осмысления себя ничем иным, как политической силой, в руках которой армии, экономика и народ? Но ради чего всё это делает Велисарий? Своё утешение я обнаруживаю в мысли, что всё это для блага страны, для её спасения и улучшения. Что ж, если это так, если Велисарий видит в новой стране единственный шанс на выживание, то я пойду на шаг, граничащий с изменой:

– Мессир, какова боеспособность вашего полка?

На этот вопрос он взбодрился и захмелённо стал молвить:

– Мои регулярные части всё ещё держат Речное. Две тысячи солдат против вашего в три, но мои – более подготовленные. В составе полка единственная эндеральская аркская кавалерия, и множество лучников.

– Вы нам угрожаете?

– Нет-нет… ты погоди. Я говорил о наших способностях. Не более того.

– Здесь, если вы присоединитесь, будет пять тысяч солдат, – теперь я стал водить по карте пальцем. – Западная группировка войск, состоящих из дружины Свяослава, воинства Солнечного Берега и вашего полка сможет в течении полутра дней достичь западного побережья.

– Артиллерия?

– Пушки… мы не успели подогнать артиллерию на Фермерский берег, слишком опасно стало и вся она осела в Арке. Другая часть батарей из Речного идёт к вам.

– А как насчёт… гарантий?

И опять этот вопрос. Он что – издевается надо мной?

– Да, я даю вам гарантию, что, когда всё узакониться в политическом плане, вы не окажитесь брошенными на произвол судьбы. Полковник Даль’Аглен, вот вам слово эмиссара Совета, я дал время поразмыслить ему пьянцеватой мыслью, осознать, что теперь он в безопасности, и продолжил. – А теперь, пожалуйста, вы ответьте нам взаимностью. Как вы точно сказали – противник наступает, скоро начнётся решающее сражение, и без вашей поддержки мы не сможем тут справиться.

– И какая цель у «Запада»? Вы здесь соберёте пять тысяч мужиков для чего?

– Цель группировки – прийти на помощь тогда, когда это будет необходимо… тогда, когда призовёт Велисарий. В случае стремительного наступления противника, его попытки отрезать Арк от Речного и Солнечного берега, мы нанесём контрудар.

– Не думаю, что у вас что-то получится, даже с моей помощью, – Даль’Алглен поставил на стол новую бутылку и только собирался её откупорить, как я вспомнить урок Калии и схватил её, не дав даже и фужера налить.

– Говори, что ты знаешь, – требую я.

– Вы нанесли отличные контрудары в районах гор Фростклифф, добив сопротивление противника в тех местах и полностью лишив его возможности действовать на других направлениях, – полковник указывал на карту и перевёл палец в сторону Фермерского берега. – Но здесь к марш-броску собираются десять тысяч воинов второго корпуса. Вы не удержите их там и они прорвутся в Сердцеземье, а там на подхвате и первый корпус. Вас попросту окружат, но уже в двое-трое превосходящими силами.

– Как такое возможно? – я стал вглядываться в карту в поисках ответов.

– Пять тысяч поддержат тех, кто ушёл с северных сердцеземских побережий, – Даль’Аглен жадно взглянул на бутылку и потянул к ней руку, но тут же опустил. – Ладно… противник планирует наступление, – полковник показал на местность возле местечка «каменное укрытие». – Здесь Нерим возводит передовой лагерь. Там, как сообщает разведка, небольшой отряд, но полным-полно припасов, складов и денег для оплаты жалованья.