Восхождение к власти: новый порядок

– Господин, нас атаковали со всех сторон, – раздаются слова на фоне выстрелов и криков.

– Кто это? Опознать удаётся?

– На них нет государственных символов или нашивок.

– Ладно. Держите оборону.

Только магистр хотел обратиться к Калье, рот которой приоткрылся в недоумении, как в отражении зеркал заметил, что через приличную амбразуру кто-то лезет. В чёрном костюме, закрытым лицом и тихо ползёт в комнату и Данте отреагировал резко. Прежде чем ассасин успел бы выстрелить, в его оружие прилетел раскалённый яркий луч, выпущенный из энерго-пистолета капитана. Оплавленный кусок металла со звоном брякнулся на пол, и агент в полной тишине бросился вперёд.

В бой вступил и Данте, не успев связаться со своими. Быстрыми выстрелами он пытался пристрелить убийцу, но лучи только осветили комнату, ибо рефлексы ассасина отвадили его от каждого попадания. Магистр понимает, что в прямом бою с ним не выстоять и резко уходит в сторону, кидая на пол блестящий цилиндр. Свет, яркое свечение заполнило комнату, от которого ассасин, и Калья потеряли способность видеть, всё пред очами затопило море белой пелены. Только Данте успел зажмуриться, и когда световая граната отработала, бросился на противника.

Клинок острозаточенного ножа пришёлся в бок убийцы, но не пробил крепкой брони костюма, поэтому магистр резко отошёл, не давая себя поразить выпадом, после чего ударом ноги отбрасывает ассасина и уже в упор выпустил в него всю батарею пистолета. Сначала панцирь держался, но потом по комнате разнеслась страшная вонь и враг закричал от боли, но магистр не остановился до тех пор, пока ворог не умолк.

Разбитый стол, чёрные точки на стенах, прожжённый коврик, разбитая стена и поражённый враг посреди комнаты – всё это стало для Кальи слишком. Она, сдерживая себя и потирая глаза, дрожащим голосом спрашивает:

– Ч-что тут только что п-произошло?

– На вас напали. Судя по всему, вас хотели устранить, – магистр приблизился к ассасину, внимательно став его рассматривать. – Посмотрите, – мужчина указал на торчащие элементы экзоскелета в месте где он изрешетил врага, – это специальные устройства, увеличивающие скорость и силу.

– Мне с-слабо видится, – пожаловалась дама, потирая глаза.

– А, ничего. Это специальная световая граната. Да и его линзы, – магистр ткнул пальцами в стекло, закрывающие глаза нападающего, – не смогли блокировать излучение этой гранаты, благодаря которой мы всё ещё дышим.

– Что он хотел? – нервно спросила девушка.

– Как что? – магистр выпрямился. – Вас отправить на встречу с мужем. Судя по всему, это посланники Архиканцлера.

– Почему вы так решили?

– А кто ещё может отдать приказ агенту из ликвидаторов9? – Данте крепко схватил даму за руку и повёл прочь из комнаты, выставив пред собой пистолет.

Калья подчинилась магистру, когда её подтолкнули. Они миновали небольшой коридор, и вышли в просторную белую гостиную, где в окно отстреливается пара солдат в полной экипировке.

– Воин, ко мне, – скомандовал Данте, приказав сидеть девушке за углом.

– Да, господин!

– Калья, у вас есть убежище?

– Д-да, – девушка показала куда-то в сторону, – оно там.

– Воин, сопроводить девушку в укрытие, куда она укажет. И это, ей сейчас плохо видится, так что будь попроницательнее и галантнее, – магистр чуть пригнулся, – и не спускать с неё глаз. Защищать до последней капли крови.

– Да, господин! Выполняю господин!

Воин отправился сопровождать важную особу, а Данте присоединился к стрельбе. Второй солдат в чёрной броне занял позицию у двери, возле рядом поставленного окна.

– Боец, докладывай, – приказал Данте, вставляя новую батарейку в пистолет.

– Господин, они атаковали неожиданно. По фронту появилась большая группа солдат, не менее сотни. Они быстро окружили дом и стали его обстреливать.

– Хорошо, – Данте прицепил к груди какую-то толстую пластину и лёгким движением продавил её по центру; вокруг тела тут же замерцало сине-прозрачное поле, потрескивающее и мерцающее.

Магистр взял второй пистолет, выполненный в стиле эпохального «вольтера» и резко прошмыгнул за дверь. Во внутреннем дворе у разбитых колонн и стен закрепились солдаты ордена, методично отстреливающих врагов. Сам дом на небольшом одиноком ходу поодаль от остальных построек, что хорошо, ведь в ходе этого побоища никто из гражданских не будет задет.

Валерон прошёл к первому попавшемуся выходу. По его силовой броне заплясали искры – следы попаданий, но магистр даже не испугался. В его руках сверкнули лучи, пронзившие пространство. Снег и трава стали чёрными после метких выстрелов, прижигающих наступающих. Воины, в серых военных одеждах и панцирях сконцентрировали огонь на фигуре, объятой в светло-голубые пелена, и солдаты ордена смогли вести плотную стрельбу по целям.

Данте через прицел видит фигуры в заснеженной траве и без сожаления жмёт на крючок, выпуская сверхраскалённую энергию. Пространство заполнилось роем воющих пуль, неизвестные воины из автоматов и пистолетов пытаются пробить защиту магистра, но тщетно, и он идёт вперёд, словно смертоносный призрак войны.

Треск ужасающих лучей заставил прижаться к земле воинов противника, и магистр перешёл на бег, сближаясь с позициями врага. Серые воители попытались рассеяться на левом направлении наступления, но попали под стрекочущий шквал автоматов солдат ордена.

– Звено «А», – заговорил в приёмник Данте, – за мной. Остальные, держать оборону. – Понимая, что в одиночку двадцати бойцам не подавить всё наступление, магистр вновь связался. – Говорит магистр Данте. Нам нужен броневик. Живо.

– Есть, мы мигом прибудем к вам!

После того, как ближайшее отделение ордена ответило согласием, магистр резко повернулся и выпустил пять лучей по солдатам в поле. Они попадали с прожжёнными ногами и дырами в груди. Со спины его прикрыл отряд из трёх человек, прижавший плотным огнём вражеское отделение, которое не смогло даже поднять головы.

Из снежного покрова поднялся среднего роста мужчина, в его руке блеснула небольшая трубка, которую он выставил в сторону Данте. Магистр не успел отреагировать и его энерго-щит вспыхнул и стал пропадать, когда окутался в свет от попадания алого луча. Противник тут же сконцентрировал огонь на командире ордена и Валерон бросился к стене, попутно отстреливаясь из пистолетов, сотрясая воздух треском лучей.

– Отходим, – отдал он приказ, за ним отправилось и отделение, которое перешло на бег.

Спустя пару секунд они уже прятались за стеной, а противник снова наседал, засыпая укрытия дождём пуль.

– Использовали энерго-дротик, – бесстрастно констатировал магистр, снимая с груды дымящуюся пластину, – нужно дождаться БТРа, и как-то продержаться.

Тут же раздался ещё один взрыв, и часть стены исчезла в огне и облаке пыли. Валерон не секунды немедля направил туда пистолеты и, обкатившись о стену, выпустил всю батарею в наступающее отделение. Раздались крики, вопли и стенания. Оттуда на отделение ордена вылетел целый смертоносный рой, но бронежилеты и каски сдержали попадания. В пробитие полетели оставшиеся гранаты, в воздух поднялись всполохи взрывов и куски земли с бетоном, разметав очертания наступающих.

– Укроемся в здании, – приказал магистр. – Вперёд.

Отряд быстро оставил внутренний двор, ибо в нём больше делать нечего. Изумительное произведение архитектурного искусства ныне стало пылающими кусками мусора и разбросанными осколками камня и бетона.

Данте сменил батарейки и снова выставил пистолеты в окно, выискивая противника. Серые воины не заставили себя ждать и хлынули во все проёмы, но там их ждал только луч энергии, оставляющий страшные раны в области ног и торса. К стрельбе подключились и воины ордена.

«Ангельская Стража», собранная из Воронов смерти и Ордена лампады, не знает равных в военном искусстве, что и подтверждает то, что никто из них пока не пал на поле брани. И Данте испытывает слабое подобие радости того, что с ним рядом такие воины. Лишённый чувств, всё же в нём немногое могло вызвать колыхание эмоций, и в числе этого это был пост командующего такими отважными воинами. Данте подцепил вторую гранату со своего пояса, отпустив её в полёт. Обычного взрыва не последовало, вместо него три квадратных метра пространства превратились в подобие грозового облака. Сначала вырвалось хмурое облачко, а затем сквозь него засияли разряды, с громоподобным грохотом, ударившим по наступающим. Не менее полдесятка свалилось в конвульсивных подёргиваниях.

– Господин магистр, – раздалось из передатчика у ладони. – Мы на месте, ваши дальнейшие приказы?

– Зачистите местность от сил противника, – приказал Данте, попутно отстреливаясь.

Там, за стенами раздался визжащий гул. Работа двух спаренных крупнокалиберных пулемётов системы Гатлинга превратит любого противника в воспоминания. Данте даже из-за стен дома услышал истошный рёв орудий, как тысячи пуль буквально рвут тела.

Враг стал оставлять внутренний двор, пытаясь в тщетной надежде остановить бронемашину, и магистр заметил это. Тут же он пробежал на улицу и открыл беспорядочный огонь по отступающим, расстреливая их прямо в спины. Перейдя на бег, он повёл за собой отделение, прикрывающее его вылазку.

Противник не стал больше испытывать судьбу и бросился прочь от здания. Не менее полусотни воинов стали драпать в рассыпную под звуки канонады штормового огня. Магистр завидел БТР – большая «коробка», два с половиной метра высотой, выкрашенная в цвет темнейшей синевы и с гусеницами, перетянутыми у бортов как у первых танков. Воины магистра с небольшим восхищением и радостью смотрят на БТР, эту машину войны, но вот сам Данте много чего успел повидать за свою жизнь и поэтому его интересует совершенно другое.

– Спасибо, – тихо сказал командир.

– Служим Рейху, – ответили воины.

Магистр подошёл к месту, куда кидал электрошоковую гранату. Там его солдаты уже пленило десяток солдат в серой экипировке. У стенки, на корточках, закованные в серые панцири, люди с закрытыми масками лицами.

– Кто вы? – спросил Данте, но в ответ последовало молчание. – Если вы нам всё сейчас расскажите, то мы вас отпустим, если нет, то вас ждёт участь похуже обычной казни, – Данте продолжил давить во свидетельство серьёзности намерений поднёс раскалённый осколок металла к глазу одного из воинов.

– Не нужно, – сдался воин, – всё скажу.

– Предатель!

– Я не дурак. Нас послали в заведомо самоубийственную операцию. Противостоять «Ангельской Страже». Бха, они бы ещё приказали нам на танк пойти с ножичком.

– Говори, – потребовал Данте, убирая металл. – Всё.

– Я – младший лейтенант элитного сто пятого мотопехотного полка, взвод разведки. Нас по приказу набрали сто человек, сегодня утром.

– То есть вы все не из одной войсковой части? – хладно спросил магистр, отбросив раскалённый кусок.

– Да… мы – сводное подразделение, господин, – опустил голову парень. – Все – из воинских частей возле Рима.

– Кто курировал?

– Приказ поступил сверху. Судя по всему, это Гвардия мортариев10, они могли набрать нас.

– Мортиарии? Личная гвардия Архиканцлера?

– Да.

– Вы ошибаетесь, – магистр убрал и пистолет. – Вы должны были знать, что пару дней назад половину из них отправили в тюрьмы, а половину на казнь. Их командир, Терций, посмел перечить Рафаэлю в его плане по переделу территорий. Вот и результат.

– Я не знаю, кто его отдал, но сотня боевых офицеров получила приказ – собраться в указанной точке, обмундироваться в предоставленную экипировку и уничтожить всех в этом поместье.

– Как с вами связались?

– Через командиров частей. Они нам сообщили, что нужно. Всё оформили как командировку. Судя по всему, наверху посчитали, что использование армии намного эффективнее, нежели других органов карательной машины.

– Хорошо, – махнул магистр, встав в полный рост, – ладно, забирайте их. Допросим у себя более детально.

Звено под дулами автоматов стали уводить солдат. Десять воинов колонной были уведены прочь, в сторону БТРа. У магистра в сознании витает множество мыслей о произошедшем событии. Это не просто выражение неудовольствия, или репрессия… это попытка ликвидации с помощью армии, войск и ассасина, и на такой мог пойти лишь один человек.

– Господин, кто это такой смелый? – спросил один из воинов. – Кто смог бы отдать такой приказ?

– Нас тут не должно было быть, – начал Данте, потирая руки. – Они шли сюда, чтобы обеспечить выполнение работы ассасина… подстраховать на тот случай, если Калья через депутатские каналы смогла бы получить охрану.

– А как же разведка?

– Он ликвидировал свою личную гвардию, собирается отдать территории Директории Коммун, – магистр взглянул в небо, – Он практически потерял связь с действительностью. Откуда в его рассудке возьмутся здравые мысли?

– Так кто же посмел напасть на госпожу Калью? – спросил воин, убирая оружие назад.

– Скорее всего этот приказ отдал лично Архиканцлер. Он решил избавиться от той, кто возглавила тайную оппозицию или просто по личной ненависти, – магистр подвёл ладонь к устройству у ладони. – Воин, можешь выводить Калью. Угроза устранена, – после этого он обратился к рядом стоящему воину. – Необходимо проверить состояние всех остальных участников антиархиканцлерского движения в Буле. По возможности, приставьте к ним тайное охранение до тех пор, пока не будет устранена угроза в лице Рафаэля.

– Есть, господин. Кому сообщить?

– Лорд-командующему по Римскому округу, – хладно проговорил магистр. – Выполняйте.

– Есть, господин.

Данте на пару мгновений остался один, дав волю мыслям. Его глаза исследуют то, что осталось от распрекрасного внутреннего двора, находя в этом некоторую аллегорию на то, что происходит в Рейхе. Империя – чудо из чудес на просторе мира и Архиканцлер своими неразумными действиями спешит из него сотворить то, что ныне произошло с поместьем Кальи – всё будет в разрухе, всё будет объято огнём. Мужчина вспомнил, что некогда его поставили Консулом полк-ордена специально для того, чтобы больше не наступило ужаса кризиса, чтобы больше страна не рухнула. После восстания Фемистокла на Балканах Первый Канцлер строго повелел, чтобы никто больше не смог поднять мятежной головы и Рейх пребывал в покое. Рафаэль, насильно захвативший власть, намеревается поколебать этот порядок. В огне и обломках разбитого поместья Данте видит будущее Империи, какое оно будет, если не остановить Архиканцлера.

Из здания вышла Калья. Молодая девушка смотрит на разбросанные куски её дома и как между ними валяются тела людей, нёсших ей смерть. Рыжие волосы подхватил слабый ветер, став поигрывать с ними. Глаза расцветки сапфира заглянули в очи подобные изумруду, находя в них только лёд и бездушие, что сильно её пугает и вызывает вопрос – «откуда у него такой холод?».

– Данте, вы ранены, – тихим гласом вымолвила дама, показывая на небольшое пятно крови, украсившее щёку.

Магистр, принявший обезболивающее, даже не ощутил, как шальная пуля рассекла его скулу. Он легонько прикоснулся пальцами к лицу и, ощутив влагу, отвёл ладонь к глазам.

– Вы правы, госпожа. Как вы себя чувствуете? С вами всё в порядке?

– Спасибо, что беспокоитесь, – её губы скрасила эфемерная улыбка, которая мгновенно развеялась. – Кто это всё мог устроить? Мой дом… мой бедный дом.

– Это дело рук Архиканцлера, моя госпожа. Теперь вы понимаете, почему его нужно как можно скорее отстранить от власти?

– Но чем я заслужила такое? Мы в Буле не замышляли переворота против него, только старались отвадить его безумные инициативы в области законодательства и сгладить углы, – ошарашенно твердит дама.

– Для него, этого уже достаточно, чтобы вас уничтожить.

– Я н-не понимаю, за что… о Господи, что же будет дальше?

– Госпожа Калья, если вы откажите в помощи, то он продолжить убивать и не только людей из Буле, – магистр взглянул на даму, – виновные и невинные, верные и оговорённые – очень много кто ещё погибнет от спеси его, если не остановить этот кошмар.

– И что? Что же хочет Данте? – сдерживая дрожь, вопросила Калья, стараясь не смотреть на разворошенный дом.

– Вы постараетесь убедить сначала своих соратников, а потом и всё Буле, что Архиканцлер второго января скоропостижно скончался из-за сердечного приступа, либо в припадке безумия, окончательно сошёл с ума.

Примечания