Иностранец. Победитель будет только один

– Здравствуй, отец, – максимально спокойно ответил я. – Что-то случилось? Не могу говорить… Ко мне только что приехал князь!

– Лично?! – удивленно воскликнул отец.

– Сказали, что лично, – ответил я, замирая перед дверью на улицу. – Я его не видел, сейчас спущусь.

– Хорошо, – немного подумав, более спокойно ответил он. – Ты знаешь причину, по которой он приехал?

– Нет, – честно сказал я.

– Хорошо, отзвонись мне потом. Ко мне тоже должны подъехать его люди, и они сказали, что это как-то связано с тобой. Ты ничего не натворил?

– Пока нет, – ответил я. – Вряд ли сделал что-то, что должно лично всполошить князя.

– Ладно, держи меня в курсе! – сказал он.

– Хорошо, – согласился я.

– Конец связи.

– Конец связи, – ответил я и уверенно открыл дверь, ведущую на улицу.

Быстро спустился по небольшой лестнице и остановился перед машиной. Несмотря на ночной моросящий дождь, охрана князя стояла на улице и внимательно всматривалась в окружающее пространство.

Сурового вида телохранитель, который всем своим видом выражал невидимую угрозу, молча открыл дверь, пропуская меня внутрь.

– Садись, Арсений, – громко сказал князь, махнув рукой: – И человека своего зови.

Дима, который собрался стоять около машины, только кивнул.

ЗИЛ серии «сорок один ноль пять» был не только представительским автомобилем с бронированным корпусом, он еще имел кузов типа лимузин. Четыре просторных кресла, расположенных друг напротив друга, удобные подлокотники и мини-бар.

Это суперудобный автомобиль не только для передвижения, но и для того, чтобы в нем работать при движении.

Только приехав в княжество, хотел что-то подобное приобрести, но очередь на эти автомобили была на четыре месяца вперед. Ручная сборка с персональной конструкцией. Пришлось купить иностранный: они более простые, и достать их легче.

ЗИЛ – дорогой автомобиль, и в иное время я бы с удовольствием изучил его изнутри, но вот только мне сейчас что-то было не до развлечений.

Напротив сидели князь и незнакомая женщина – примерно ровесница моей матери. Вид у обоих был напряженный.

– Здравствуйте, Григорий Александрович, – поздоровался я с князем, к женщине же просто склонил голову. Судя по гербу, она одна из личных слуг князя.

– Здравствуй, Арсений Викторович, – сказал князь, откинувшись на кресло. В машине был приглушенный свет, а закрывшаяся дверь еще и отрезала все звуки. – Плохо выглядишь… Что-то случилось?

– Война – дело напряженное, – ответил я, осторожно подбирая слова. – Не все новости приятные.

– Что ты тогда скажешь про свою слугу… Ао? – спросил князь.

– Что именно вас интересует? – спросил я, внутренне холодея. Князь знал что-то про нее… Но что именно его интересует?

И если сначала я не хотел раскрывать свои секреты никому, особенно ему, то теперь все изменилось.

Меня только одно беспокоило: с чего бы это судьба Ао занимает князя? Причем настолько, что он приехал лично.

– Ты знаешь, где она? – уточнил он.

– Мне позвонили буквально полчаса назад и прислали это, – я достал из внутреннего кармана телефон и протянул ему, открыв злосчастную фотографию, немного помолчав, продолжил: – Похитители сказали, что свяжутся со мной через три дня, и если я не хочу их смерти, то должен выполнить все требования… Это Ао и моя… невеста Мария.

– Невеста, – удивленно поднял глаза князь. – Я думал, вы встречаетесь?

– Так и есть, – ответил я. – Но недавно я принял решение, что сделаю ей предложение… И… Вы в курсе про личную жизнь всех работников? Или это ее задание?

– Ты знаешь, кто она? – спросила женщина.

– Я знаю, что она работает в администрации и вроде как работает в вашем разведывательном управлении, – ответил я, уловив скепсис в словах князя. – И я все равно люблю ее и хочу сделать ей предложение… И мне все равно, что мы неровня, а она простолюдинка. Со службы после нашей свадьбы вам все равно придется ее отпустить. Даже если слежка за мной – это было ее задание.

– Я бы посмеялся, если бы не серьезность момента, – хмуро ответил князь, косясь на свою помощницу, которая, судя по виду, была очень сильно впечатлена и ошарашена. Если князь был просто раздражен, то она, в отличие от него, отлично читалась и испытывала весь спектр эмоций. – Кто их похитил? Знаешь?

– Нет, – ответил я. – Подозреваю Дорониных, но не могу гарантировать. Если бы это были они, то условия были бы уже выдвинуты.

– Тогда что твоя слуга делала у нее? – спросил князь.

– Не знаю, – сморщился я от вопроса, но решил отвечать честно. Судя по всему, князь отчего-то заинтересован в этом деле, а значит, его люди уже прочесывают каждый сантиметр в поиске улик. Сил, средств у него в разы больше, а следовательно, ничего утаивать от него не нужно. Может, это, наоборот, поможет расследованию.

– Прошу прощения, что влезаю в разговор, – внезапно перебил меня Дима. – У меня есть кое-какая информация на этот счет.

Я коротко взглянул на князя, тот только кивнул, отчего я сказал Диме:

– Рассказывай.

– В отличие от нашего влюбленного главы… Его люди обладают критическим мышлением… – Дима коротко посмотрел на меня, а потом продолжил: – В операции я не участвовал. Ао решила все рассказать мне, перед тем как ехать к Марии. Дело в том, что она видела много нестыковок в жизни бывшей учительницы. В ее месте работы, поведении и вообще некую фальшь…

– Дальше, – потребовал князь, подобравшись.

– Сегодня вечером она собиралась поговорить с Марией откровенно. Отследила, где она живет, и уже должна была вернуться, но тут глава сообщил мне, что она похищена… Я только успел поднять всех на ноги для выяснения обстоятельств, как вы приехали.

– То есть решили, что она не пара вашему господину? – поднял бровь князь. – Вопреки его мнению…

– Ни в коем разе, – отрицательно покачал головой Дима и выдержал взгляд князя. – Вы же слышали, что он догадывался о том, что она может за ним следить. У нее есть скелеты в шкафу… Это очевидно, только то и нужно было про них узнать и доложить главе… Чтобы он тоже знал…

– На улице стоит мой человек, позывной Сыч… – сказал князь. – Он будет связным, всю информацию будешь передавать через него, подробности тоже узнаешь у него. У меня нет времени. Все, что я хотел услышать, я услышал. Вопросы?

– Почему вы тут? – задал я интересующий меня вопрос еще раз.

Пусть Дима и назвал меня слепцом, который от влюбленности ничего не понимает, но он неправ, я просто дал ей возможность жить своей жизнью и раскрыться тогда, когда она сама этого захочет. Вот только сейчас все изменилось… Теперь мне нужно узнать, кто она на самом деле.

– Пожалуй, это единственный вопрос, из-за которого я могу задержаться, – сказал князь. – Мария тебе не пара не потому, что она простолюдинка, а потому, что она моя двоюродная племянница по линии отца… Княжеств много, и еще больше детей, каждому из которых необходимо дать достойное образование. Мария проходила свое обучение у нас в княжестве. Обычно мы не раскрываем подробностей этих стажировок и проводим детей как внештатных сотрудников Комитета безопасности. Именно поэтому все, что ты о ней смог нарыть, ложно… Все остальное обсудишь вместе с ней, когда мы ее спасем… Вопросы?

– Вопросов больше нет, – ответил я, пришибленный, словно меня мешком по голове ударили.

Короткий взгляд женщины, сидевшей рядом с князем, и Дима открыл дверь, выпуская нас.

– Сыч, полный доступ! – скомандовал князь перед тем, как дверь открылась.

– Арсений! – протянул я руку полковнику.

– Сыч, – глухо ответил мужчина.

– А по имени? – спросил Дима и представился сам.

– Сычом и зови, – ответил тот.

– Хорошо, – кивнул я. – Идем в мой кабинет. Дима, все, что смогли нарыть, мне на стол… Быстро!

Однако едва я сделал еще несколько шагов, как телефон зазвонил вновь, и вновь он был Машин.

– Сука! – едва смог ответить я, а подняв, громко и уверенно ответил: – Слушаю!

– Что происходит, Советников?! – резко задал мне вопрос неизвестный. – Откуда столько людей?!

– О чем ты?! – не совсем понял я. – Ты мне позвонил едва час назад! У меня посетители такие, что я не могу их отправить восвояси. Я даже предпринять ничего не успел.

– Да меня это уже не интересует! – агрессивно крикнул мужчина. – Правила изменились. Теперь условия ты услышишь сейчас! Ты выходишь из войны! Немедленно! Для начала выходишь из войны.

– Нет! – не согласился я.

– Тогда к тебе приедут их уши! – зло ответил мне звонивший.

– Я готов выполнить условия, но только в том случае, если услышу их голоса, – уверенно сказал я. – Выйду через пару часов после того, как услышу их голоса. Два-три предложения и столько же обратно, и все.

– Невозможно!

– Я должен убедиться, что они живы! – безапелляционно ответил я.

– Они спят! – сказал неизвестный.

– Как раз за пару часов такие дела не решаются! – обрадовался я. – Соберу глав родов и объявлю о выходе из войны моего рода…

– Завтра в районе девяти утра я позвоню! – ответил неизвестный. – И не смей пропадать.

– Договорились! – согласился я.

Трубка отключилась, а я обратился к Сычу:

– Они до сих пор звонят мне с ее номера. Это или профи, или дилетанты, телефон не отследили?

– Это профи, – ответил он. – Телефон перепрограммирован, и отследить его невозможно.

– И что нам делать?! – воскликнул я.

– Я не уверен… но если вы настолько близки с Марией, насколько я знаю, то Зимины могут подсказать, как ее найти, – неожиданно сказал Сыч.

– Не понял? – удивился я, пристально посмотрев на него. – Откуда такие подробности?

– Я служил с твоей матерью и ее первым мужем, – ответил он. – Знаю кое-что, что знать не положено.

– Понятно. Пошли в кабинет! – сказал я, раздумывая, о чем речь, и наткнулся на Диму, который внимательно нас слушал: – А ты какого хрена тут?! Где сейчас должен быть?!

Богрянин Дмитрий Игоревич сидел за столом в ресторане и размышлял о том, когда же это все закончится. И не мог дать никакого прогноза: это могло закончиться как через месяц, так и наоборот – через пять. Хотя следует признать, что все изменилось, и то, что до этого было проигрышем, теперь рассматривается как победа.

Война кланов, поражение и досрочный выход из боевых действий… Еще две недели назад над ним посмеивались и свои и чужие, сейчас же все перевернулось с ног на голову. Советниковы уверенно побеждали Дорониных и все свободные роды, которые к ним примкнули.

Теперь окружающие смотрели на Богрянина как на везунчика. Отстраненность клановых, которая буквально окружала его, треснула, к нему стали подходить и общаться.

Незначительные фразы, приветствия и разговоры наскучили молодому главе рода просто потому, что несли в себе пустоту. Пока никто не собирался вести с ним дела, просто прощупывали почву, но и это уже немало.

Вообще, по его опыту, оплеуху, которую дал им младший Советников, окружающие не забудут как минимум месяца три-четыре.

Примерно через это время начинается общение с другими представителями родов и кланов. Только тогда становится предельно ясно, удержался ли род на плаву или развалился от внутренних противоречий или действий врагов, и можно ли иметь с ним дела.

В его случае этого периода практически не наблюдалось, и именно поэтому он ходил завтракать, обедать и ужинать в рестораны и посещал другие общественные места, выставки и музеи.

Всего несколько, но в них он появлялся по определенной схеме, и в таком случае их могли найти все желающие. И пусть это случалось редко, но это было, и другие представители кланов это видели. Вот и сейчас, едва он собрался расплатиться, как к нему подошел неприметного вида мужчина. Еще один кирпичик в будущий авторитет.

– Дмитрий Игоревич. Здравствуйте, меня зовут Николай. Могу я попросить вашего внимания на несколько минут? – задал вопрос он.

Внешний вид у незнакомца, представившегося Николаем, был простой. Одежда дорогая, новая, из хорошей ткани, усы с бородой и очки в золотой оправе. Все по отдельности это интересно, но вместе с тем полностью меняет лицо. И если он усы сбреет, а распущенные волосы пострижет, то станет совершенно неузнаваем.

– Конечно, – ответил Богрянин. – Присаживайтесь.

По внешнему виду это был чей-то слуга. В иное время он и разговаривать с подобным типом не стал бы, но репутация, будь она неладна, состоит из мелких, иногда неосязаемых нюансов, и сейчас она нуждается в том, чтобы ее поддерживать именно таким образом. А ему позарез нужен какой-нибудь союз или совместное участие в чем-либо. Новость о подобном, даже самом маленьком деле заполонит газеты, и его наконец-то начнут приглашать на светские рауты, да и свой, посвященный тому, что он стал главой, необходимо провести и пригласить на него как можно больше людей.

– Я не могу назвать имя своего главы, но он уверен, что то, что я вам предложу, должно вас заинтересовать, – сказал мужчина и передал небольшую папку, которую до этого держал в руке.

Открыв ее и едва взглянув внутрь, Богрянин тут же закрыл папку.

– Не понял… – только начал говорить Богрянин, как гость его перебил:

– Все вы понимаете. Мой господин пожелал остаться неизвестным и не хочет раскрывать инкогнито, но про вас знает если не все, то очень много. И если вы откроете второй карман, то поймете, что мы все про вас знаем. И это не шантаж, это услуга, которую мой господин хочет вам оказать. Данный ресурс в наших руках, но нам его не удастся удержать в ближайшие три дня. Нужно осуществить передачу.

Едва поднявшийся Богрянин откинулся на спинку стула и открыл второй карман в папке, содержимое которого он изучал более внимательно. Он не боялся камер или пристального наблюдения соседей.

Во-первых, он сидел немного удаленно от остальных. А во-вторых, в этом ресторане не было ни видеокамер, ни жучков – клан, им владеющий, дорожит своей репутацией.

Да и если быть откровенным, этой информацией его запугивали не раз. Для очень многих это уже не является секретной информацией, но не для всех. Обыватель не поймет некоторые сексуальные предпочтения Дмитрия. Если бы не сложное положение, в котором он оказался, то вполне возможно, что просто плюнул бы на эту информацию, сам хотел кое-что раскрыть. Глядишь, и желание шантажировать его пропадет. К тому же такое досье есть практически на всех представителей кланов.

Оценив, что здесь присутствует только часть информации, Богрянин успокоился. Что бы он ни выбрал, он останется в плюсе, и даже если это всего лишь обычный шантаж, то он всегда сможет отговориться, что захотел вырвать девушек из рук похитителей. К тому же волна горячего возбуждения прошла по организму.

Дмитрий, как и его брат, проходил специальную подготовку и мог, едва взглянув на страницу, запомнить ее, а потом воссоздать в памяти. И картинка была что надо. На нескольких фотографиях были запечатлены Мария Змушко и подружка Советникова. Та горячая китаянка, от которой у него крышу чуть не сорвало.

Что же, это как раз тот куш, при котором необходимо рискнуть.

– Я согласен, – ответил Богрянин. – Какие условия?

– Не волнуйтесь, Дмитрий Игоревич, – словно только и ждал его согласия мужчина. – Это не подстава… Все будет в лучшем виде… Так как мой господин хочет сохранить инкогнито, то я бы хотел предложить вам встретиться недалеко от этого места и совершить передачу.

Практически незаметно на стол легла простая картонная визитка.

– Хорошо. – Богрянин смахнул ее со стола мгновенно и, даже не глядя, положил в карман. – Что еще?

– Пока ничего. Всего хорошего, – мужчина поднялся, сделал некое подобострастное движение, похожее на поклон, и удалился.

Богрянин посидел еще с минуту, открыл карман с фотографиями связанных женщин, довольно улыбнувшись, закрыл его, встал и пошел на выход. Деньги спишут с его счета, так что можно больше не задерживаться. Его ждут еще дела, которые нужно завершить, чтобы осталось время на развлечения.