DEAD MOROSE. Роман-бред

ЖИЗНЬ И НЕОБЫЧАЙНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ ХИБЕРСКОГО МАЛЬЧИКА ИАКОВА БЕН ДАНИИЛА, записанные Евгешуа бен Вителиусом со слов преподобного ребе Авраама Линный Коль.

ПРОЛОГ

«На свете много есть такого, друг Горацио,

Что и не снилось даже мудрецам…»

В. Шекспир. «Гамлет».

«Запад ли, Восток…

Везде холодный ветер

Студит мне спину».

Мацуо Басё.

Сэр Николас сидел в кресле напротив камина и неторопливо потягивал single malt из изящного хрустального бокала. В старом камине неспеша потрескивали дрова, озаряя кабинет тусклым светом. За окном также не спеша и даже лениво падал снег, засыпая шато сэра Николаса, которое затерялось где-то в непроходимых лесах Лап-Аландии. Жена сэра Николаса, леди Белоснежка, суетилась на кухне, готовя праздничный ужин. На календаре было 24 декабря какого-то очередного года – значит наступила пора собираться в дорогу, в долгий путь, выполнять свою трудную работу, несущую людям радость и счастье. Работу, от которой, можно сказать, зависит в этом Мире весьма многое. Но всё по порядку…

В предвкушении праздничного ужина сэр Николас читал книжку, только что вышедшую из типографии, а потому еще остро пахнущую типографской краской. Книжку, которую ему прислал его старый друг – странствующий буддийский монах и алхимик Квазимода-сан, проживающий где-то в далёкой и загадочной стране Ниппон. Много лет прошло с тех пор, как они виделись в последний раз, и сэр Николас очень скучал по старому другу, по давним временам беспечной молодости, полной удивительных приключений. Как раз присланная Квазимода-сан книжка и была посвящена в некотором роде самому Квазимода-сан, а потому сэр Николас перечитал ту книжку несколько раз. Автором книжки является рыжий потомок древних келтов Евгешуа бен Вителиус из клана МакТашу, проживающий где-то на Каукасуссе и являющийся Магистром тайного и мистического ордена «Uisqe Beatha», свято охраняющего мистерии эликсира жизни под названием «ишке-бяху», чудесному обретению которого и посвящена книга, являющаяся, по своей сути, сродни Евангелию.

Дочитав книгу, сэр Николас еще раз проверил приготовленное в дорогу снаряжение, многочисленные мешки, заполненные всякой всячиной, посмотрел смазаны ли полозья саней, ярко ли блестят начищенные бляхи упряжи, хорошо ли выглажен и чист ли его рабочий костюм. Наконец, жена сэра Николаса – леди Белоснежка – позвала его ужинать. За проходившем при свечах ужином сэр Николас рассказал леди Белоснежке про книжку, присланную его другом Квазимода-сан (с которым, конечно же, была хорошо знакома и леди Белоснежка), вспоминая былые приключения. Слушая своего мужа, леди Белоснежка не спеша нарезала запеченную до хрустящей корочки в духовке индейку, раскладывая порции по тарелкам и обильно поливая томатным соусом, сдобренным различными пряными травами и специями. В конце ужина сэр Николас откупорил очередную бутылку доброго single malt, называемого дома неизменным словом «ишке-бяху», и разлил по стаканам. Леди Белоснежка молча убрала со стола остатки еды и присела пропустить с мужем стаканчик-другой этого так горячо любимого напитка, с которым в этой жизни связано так много. Стрелки часов приближались к полночи – это означало, что настала пора отложить в сторону все свои дела, даже самые важные, потому, что настала пора отправляться в дальнюю дорогу. Также молча сэр Николас и леди Белоснежка прошли в комнату своих семерых детей, где также тихо и безмолвно поцеловали своих спящих чад, после чего переоделись и вышли из дома вон – на улицу, где также молча, не спеша и даже лениво падал снег, засыпая шато сэра Николаса, которое затерялось где-то в непроходимых лесах Лап-Аландии, расположенной где-то далеко-далеко на севере, что, говорят, снег идет там не только зимой, когда он и должен идти, но и даже летом. Сквозь тучи пробивался лунный свет, коему и предназначалось освещать длинный путь сэра Николаса и леди Белоснежки. Сэр Николас подошёл к своей жене, нежно поцеловал ее в губы и виновато сказал:

– Ты уж извини… Сама понимаешь – работа и ничего личного… Ты готова?

Леди Белоснежка утвердительно кивнула головой, ибо она сама понимала – что настала пора…

А пока сэр Николас с леди Белоснежкой будут в дороге, куда они отправились по своей работе, мы, мой дорогой читатель, расскажем вам о полной приключений и волшебства жизни сэра Николаса, а начнем мы с того, что прочтем вам сперва книжку, которую прислал сэру Николасу из далекого Ниппона его старый друг, странствующий буддийский монах и алхимик Квазимода-сан. Итак, присаживайтесь поудобнее, и, пока в камине догорают поленья, мы с вами за стаканчиком славного single malt, еще называемого словом «ишке-бяху», приступим к нашему повествованию.

Прежде, чем начать повествование, я, раз уж мне выпала такая есть – поведать вам сию гисторию, хочу предупредить вас о том, что все нижесказанное является истинной правдой, которую мне поведал рыжий потомок древних келтов Евгешуа бен Вителиус из клана МакТашу за бутылочкой старого виски. Предупредить, что все нижесказанное является чистым вымыслом, что любые совпадения с действительностью являются лишь нелепой случайностью, а кроме того, раз вы собрались выслушать меня, то вы принимаете на себя обязательство того, что вы слушаете меня исключительно добровольно, а посему предупреждены о том, что вы можете религиозно оскорбиться, если вдруг в данной истории вы случайно обнаружите какие параллели с тем, во что свято веруете, а потому никаких претензий ко мне иметь не будете, ибо, как я уже сказал выше, мой рассказ является чистым вымыслом, который вполне мог произойти на этом белом свете, а может даже и произошло все так, как я расскажу, ну, а правда это или вымысел – решать, в конце концов, исключительно вам, мои дорогие слушатели. Ну, а ежели ваши религиозные, гендерные, алкогольные, гастрономические или еще бог весть какие чувства, подобно кисейной барышне, имеют свойства оскорбляться, то отложите сию книгу и не читайте далее, ибо сия книга предназначена исключительно для друзей и единомышленников. Любая часть сего повествования, выдернутая из контекста, без данного абзаца, считается недействительной. А посему, объявляю сей абзац, являющийся неотрывной частью всего повествования, договором оферты.

Итак, хватит мне уже испытывать ваше терпение и томить вас предвкушением – начинаю свой рассказ.

ГЛАВА 1

Многие древние кривичские былины начинаются словами: «Гой еси вы, гости да добры молодцы. Да не послушать ли вам былину дивную о временах, в Лету канувших, в исполнении славного Бояна…». В переводе с еще более древнего хиберского это означает: «Ша, гои, ша! Послушайте, таки, шо имеет вам рассказать старый и мудрый Евгешуа бен Вителиус со слов преподобного ребе Авраама Линный Коль».

Давно это было – во времена незапамятные. В начале было олово, и олово было убого, олово было и пох… И вот создал бог Землю и населил ее разными гадами. И был день первый, и увидел бог, что это хорошо. Затем было много событий – бог создал Агдама и Иву, от которых и произошел род людской, заселивший всю Ойкумену во всех концах оной. И вот однажды появился на свет потомок Агдама – мудрейший ребе Авраам.

Как сообщает етегудское Священное Написание «Да-Нах»:

«Авраам родил Исаака; Исаак родил Иакова; Иаков родил Иуду и братьев его; Иуда родил Фаруха и Нару от Фамаки; Фарух родил Ероса; Ерос родил Ажама; Ажам родил Аминатора; Аминатор родил Нитсона; Нитсон родил Сулеймана; Сулейман родил Вагиза от Рапиавы; Вагиз родил Оваба от Руши; Оваб родил Каспесея..»

Далее следует список на четыреста персон с подробными указаниями кто кого родил, пока в мире не произошло нечто странное и рожать начали женщины, одна из которых родила Сару, которая родила Извергиль, которая родила Розу Ицхаковну, которая родила Цилю Моисеевну, которая родила (и еще как родила! – вся Одесса сбежалась посмотреть на это чудо!) Симочку, которая и родила Иакова.

Так и появился на свет простой хиберский мальчик Иаков бен Даниил, что означает Яков сын Даниила, или просто, как говорят у англов, Джек Дениелс.

Проживал Иаков бен Даниил в суровой северной стране диких галлов – в Галлии, в столице оной – у городу Парижу. Галлией в то время правил царь Бурбон, которого очень любил и почитал Иаков. Семья Иакова проживала в мрачном хиберском гетто, где Иаков работал подмастерьем в аптекарской лавке своего отца Даниила. Тяжела была жизнь подмастерья – с утра до ночи приходилось толочь в ступке кости летучих мышей, перемалывая оные с кровью жаб болотных, дабы изготовить снадобье лекарское от насморка или геморроя. Лишь изредка удавалось Иакову, стащив у отца монетку в один су, вырваться погулять на Монмартр. В одну из таких прогулок и произошло с Иаковом бен Даниилом приключение – он познакомился со старым горбатым странствующим буддийским монахом, проживавшим в темных подвалах замка Натри-Даму, в котором размещался алтарь местного бога Пистона.

Старый странствующий буддийский монах был родом из далекой и неведомой страны Ниппон, и звали его Квазимода-сан. В молодости Квазимода-сан был весьма отважным самураем, но однажды подвел своего сёгуна – не уберег его от коварного клинка ниндзя, а потому должен был сделать сеппуку. Однако, Квазимода-сан встретил странствующего мудреца по имени Бо Сяк, известного своими бессмертными хокку. Странствующий мудрец-поэт Бо Сяк, коего еще называли Мастер Бо, и посвятил Квазимода-сан в таинства дзен-буддизма, посвятил его в монашеский сан и отправил в дальнее странствие. Но наложил Бо Сяк на Квазимода-сан епитимью тяжкую – взамен сеппуку – будет Квазимода-сан горбуном страшным бродить по белу свету, пока не повстречает человека душой чистого, который и излечит Квазимода-сан от горба ненавистного. Лишь тогда и будет прощена кровь сёгуна.

Долго бродил Квазимода-сан по белу свету. Вместе с войсками Хабатыя он брал Казань, Перекоп и Шпака. В горах Каукасусса, в провинции Иберико, изучал производство эликсира здоровья из лозы виноградной у местного мага батоно Гиви Камикадзе. Бродил по горячим пескам аравийским на пару с аравийским же Ловренсом, где совершил хадж в Макухху. Бродил по горам Тибе-Тау, где нашел таинственную страну Камбала, и где тридцать лет и три года постигал премудрости и тайны бытия. В катакомбах Бога-Дадуса изучал Квазимада-сан у местных бога-дадусских магов алхимию, искал каменюку философскую, а в Междуречье Бабилоновском повстречал шамана Абин Ци Енну, от которого и постиг таинство куба перегонного, производящего субстанцию магическую Аль-Кохоль. На украденном на базаре в Джаляб-Абаде у беспечных торговцев ковре-самолете Квазимода-сан решил уж было добраться до святаго-града Иерушка-Лайм, но попал в вихри небеснотурбулентные, кои и закинули его в земли неизвестные, где проживали люди странные, прозываемые ацете-ка. В земле ацете-ка познакомился Квазимода-сан с магом-кудесником До Ху Аном. Старый До Ху Ан, кай-тайский беженец-иммигрант, сбежавший от хунты кой-реайского деспота Се Дук Сен, обучил Квазимода-сан таинству нагваля и фигваля, койота и пейота. Однажды До Ху Ан обучал Квазимода-сан мистериям трубки курительной и магическому Ка-на-бис, что открывался только посвященным, мог перемещать человека в места сказочные и волшебные, открывал все чакры и третий глаз. Отпробовал Квазимода-сан магического Ка-на-бис, воспарил над землёй и улетел прямо на Цинайский полуостров. Затем Квазимода-сан посетил землю коптов, где находилась библиотека обширная в древнем городе Александрия. Еще девять лет и девять минут Квазимода-сан изучал манускрипты александрийские, пока не заснул со свечой за чтением коптской «Книги мёртвых». Так и сгорела александрийская библиотека, а Квазимода-сан был вынужден продолжить свое одинокое путешествие. Но нигде не мог найти Квазимода-сан человека душой чистого, который снимет с него проклятие и грех, освободив тем самым от горба ужасного. Уже было отчаялся Квазимода-сан найти человека душой чистого, как астрологи Бет-Лехемские подсказали, что звезды указывают ему путь на далекий север – в Эуропику – и найти там страну свирепых галлов, что только там он избавится от своего проклятия. Пришел Квазимода-сан в ближайший порт и нанялся рабом на генуэзскую галеру. По прибытию в Эуропику, Квазимода-сан побывал мацоном в Аустириции, иезурритом в Ватике Анском, тампаксплиером в Берлинариусе и, наконец, прибыл у Парижу – в столицу земли свирепых галлов. У Парижу Квазимода-сан устроился на работу придворным алхимиком к местному царю Бурбону, который и поселил Квазимода-сан в замке Натри-Даму, в котором к тому же размещался алтарь местного бога Пистона. В темных подвалах замка Натри-Даму и разместил Квазимода-сан свой алхимический кабинет и свою отшельническую келью, весьма убогую и аскетическую, как и полагается странствующему дзен-буддийскому монаху.

И вот однажды, совершая свой ежедневный променад по стенами замка Натри-Даму, наткнулся Квазимода-сан на голодного и оборванного хиберского мальчика. Читатель, наверняка, уже и сам догадался, что этим мальчиком был именно Иаков бен Даниил. Сжалился Квазимода-сан над бедным мальчиком, отвел его в свой алхимический кабинет, отмыл, накормил и отдал свой старый плащ, который не стирал тридцать лет и три года. Иаков бен Даниил впервые в жизни отведал скромной монашеской еды. Такого он в жизни еще никогда не ел! Устрицы и фуа-гра! Херес и Мадейра! Шашлык и лягур! Пармезан и дор-блю! Портвейн и Шардоне! Сервелат и докторская колбаса! Кинзмараули и Бордо! Это был просто сказочный пир для хиберского мальчика из мрачного гетто! Благодарный за такое царское, по его мнению, угощение, Иаков бен Даниил взял с алхимического стола ступку и размолол в ней кости летучей мыши вперемешку с кровью болотных жаб, сделал снадобье и вылечил Квазимода-сан от ненавистного и уродливого горба. Так и спало с Квазимода-сан древнее проклятие, наложенное на него Мастером Бо за смерть сёгуна. Понял Квазимода-сан, что перед ним человек душой чистый. Взял Квазимода-сан Иакова бен Даниила в подмастерья. Тридцать лет и три года обучал Квазимода-сан Иакова таинствам алхимии, Ал-Кохолья, Ка-на-биса и другим премудростям, которые он получил от многих мудрецов во время своих странствий.

СОН ИАКОВА

И приснился Иакову странный сон…

Снилось Иаков бен Даниилу, что сидел он в какой-то таверне, пил ишке-бяху и читал книжку «Чуктор и Гектор» преподобного Евгешуа бен Вителиуса, посвящённую, прошедшей в далекие античные времена Торфянской войне. Вдруг в таверну ворвались спецназовцы Священной Реквизиции и, повалив на пол какого-то старика в нелепом колпаке, стали нещадно пинать его и бить дубинками, после чего схватили его за ноги и выволокли прочь. Все посетители таверны поняли, что судьба несчастного старика предрешена. Прежде чем старика выволокли за ноги из таверны, он громко прокричал, бьясь головой о ступеньки:

– И все-таки она вертится!..

Кто эта «она», и почему она вертится – Иаков не понял, однако, эта фраза глубоко запала ему в душу. «И все-таки крутится-вертится шар голубой…» – напевал про себя Иаков и вдруг понял: Земля круглая и вертится! Это озарение было подобно гробу средь ясного неба!

В то время люди еще думали, что Земля плоская и является Пупом Вселенной, а вокруг нее вращается Солнце. Доподлинно известно, что многие отважные первопроходцы доходили до самого Края Земли, где и были съедены гигантскими черепахами, на коих и покоилась плоская Земля. Иаков бен Даниил и сам как-то хотел дойти до этого Края, но все никак не решался. Слегка помедитировав, Иаков понял, что новая – шарообразная – форма Земли вводится в обращение только с Нового года по рождеству Осириса, а потому у Иакова есть еще примерно полгода, чтобы успеть побывать на Краю плоской пока еще Земли. Так как это был сон, то Иаков понял, что легче просто переснить себя сразу на Краю Света, нежели тащиться туда, испытывая всяческие трудности. Переснив себя на Край Света, Иаков обнаружил, что он там не один – почти на самом краю Края Света сидел в позе лотоса и медитировал йогин Нестор, рядом с которым стоял черный флаг с надписью: «Смерть всiм хто на пиришкодi добутья вiльностi трудовому люду!» Что это значило – Иаков не понял и подумал, что это мантра какая или заклинание.

– Скажите, пожалуйста, это точно Край земли? – спросил Иаков у Нестора.

– Все зависит от того, какой Край тебе нужен, – ответствовал Нестор. – Хабаровский, Краснодарский или же Приморский. Там такая отсталость по сравнению с, к примеру, Швейцарией или Англией, что можно считать их за Край Земли.

– Нет, – сказал Иаков, – я про настоящий Край Земли.

– А что – бывает не настоящий, искусственный или поддельный? Ладно, не тушуйся. Присаживайся рядом, давно тебя жду – ведь ты хотел со мной поговорить.

– Я?.. Хотел?..

– Ну да… Ведь ты хотел на Край Света? Хотел… На Краю Света кто? Я… Ты захотел со мной поговорить? Захотел… Что не так?

Иаков совсем был сбит с толка, но все же присел рядом с йогином Нестором и спросил:

– В чем смысл жизни?

– В чем смысл жизни? – ухмыльнувшись переспросил Нестор. – Давай разберёмся. Есть две версии происхождения жизни – креационистская и эволюционистская. Если считать, что человек создан богом и при этом искать смысл жизни, то это значит возвысить свои помыслы до уровня помыслов бога, что, конечно же, является по отношению к богу непочтительной дерзостью, ибо не гоже человеку со своим рылом лезть в калашный ряд, так как не дано человеку познать помыслы божии. К тому же, может, бог и не вкладывал в создание человека никакого смысла. Если же считать, что органика случайно возникла из неорганики и затем эволюционировала до появления человека, то тогда получается, что смысла в человеческой жизни нет вообще, ибо никто не создавал человека, а, значит, и не вкладывал в его жизнь никакого смысла. Эти две версии, по своей сути, являются недоказанными теориями. С точки зрения Дхармы, бога нет. Значит, нет и смысла жизни. Другое дело, что человек погряз в гордыне, и ему страшно осознать то, что в его жизни нет никакого смысла, а потому он комплексует по этому поводу и придумывает богов и религии, дабы придумать себе с их помощью какой-либо смысл. По крайней мере, так я учу своих последователей – несторианцев…

– Офигеть! – воскликнул потрясенный откровением Иаков. – Но как же так? То есть, ты хочешь сказать, что всемогущего и бессмертного бога, что создал наш мир, не существует?

– Все относительно, – отвечал йогин Нестор. – С точки зрения Дхармы, богов, в их человеческом понимании, нет. Возможно и существует уровень, на котором существо может стать Создателем Миров, на котором существо имеет огромные возможности и долгую жизнь, по сравнению с уровнем существа, прозываемого человеком. То есть, возможно есть уровень, который человек, в силу примитивности своих знаний, называет божественным. Однако, этот уровень не является окончательным, более того, этот уровень является отнюдь не всемогущим и бессмертным по отношению к вышестоящим уровням, а тем более по отношению к последнему уровню – к нирване.

– Но если это так, – сказал совсем растерявшийся Иаков, – если бога нет или если бог – это всего лишь один из высших уровней, то тогда нет ада и рая? Куда же тогда попадает человек после смерти?

– А ты когда-либо играл в компьютерные игры? Нет?.. Еще не изобрели?.. Жаль… Так вот… В компьютерной игре, чтобы попасть на следующий уровень, надо набрать определённое количество очков, победить врагов или выполнить какие условия. Если ты не смог пройти уровень, то ты снова и снова возвращаешься на этот уровень, пока не пройдешь его и не сможешь перейти на следующий. В жизни почти так же. Существует карма, то есть образный кармосчетчик, согласно показаниям которого, ты попадёшь на следующий уровень или нет. Однако, в отличие от компьютерной игры, после смерти, согласно баллов кармосчетчика, ты можешь попасть не только на следующий уровень, но и сразу на несколько уровней вперед. Или же наоборот – вернуться на уровень, а то и на несколько уровней назад. Но можешь довериться Дхарме, достичь просветления и попасть сразу на последний уровень – в нирвану. А что такое ад, что такое рай? Человек примитивен в своих мыслях и не может глянуть на остальные уровни, потому и придумывает религии, что говорят ему о том, что есть вышестоящий уровень «рай» и нижестоящий уровень «ад». В действительности оно примерно так, но не так. К примеру, твой современный человеческий уровень – это рай, по отношению к нижестоящему уровню, но при этом и ад по отношению к вышестоящему уровню. Так что, есть ад и рай, или их нет – все зависит от того, какое мировоззрение ты имеешь, какого уровня знаниями ты обладаешь.

Потрясенный услышанным, Иаков надолго замолчал, переваривая и усваивая полученную информацию. Йогин Нестор глядел на Иакова и ухмылялся, вспоминая себя, когда он был на уровне сознания, подобного сознанию Иакова. Тридцать лет и еще три года сидел Иаков, погрузившись в раздумия, пока не достиг просветления. Вдруг раздавшееся громкое «мяу!» вывело его иго из оцепенения. Иаков огляделся – в его сне появилась откуда-то кошка Евгешуа бен Вителиуса, шедшая по самому краю Края Земли, который на глазах стал изгибаться, в результате чего Земля приобрела шаровидную форму. Иаков вместе с кошкой и йогином Нестором оказались сидящими на вершине горы Кай-Лашу, что только что образовалась вместе с остальными горами Тибе-Тау. Йогин Нестор продолжал невозмутимо сидеть и сочинял стихи: