Центурион Македонского

Пролог

Легче всего рисовать горы. Корявые треугольники, с белыми мазками снега, они не нуждаются в документальном отображении, легко ложась на холст. Афганский ланшафдт, ни сколько не обезображенный многолетней артподготовкой и бомбометанием, выглядел так же, каким его видел Рерих. Камни, скалы, каньоны и водопады, ни чего не изменилось с тех пор, ну разве слегка пододвинулось. Вот одинокий орел стервятник расправил свои двух метровые крылья, потянулся головой, и сел на яйца. Очевидно почувствовав боль, птица сменила положение. Где-то далеко внизу, текла река. Вдалеке раздался типичный звук летящего вертолета. Металлический, звонкий и мелкий. В горах звук распространяется по своим законам. Нельзя понять, откуда сейчас покажется источник, ибо гудит везде. Этот аппарат, появился со стороны солнца. Лопасти крошили воздух в мелкие лоскуты, как миксер. Тело разукрашенное в защитный цвет, на случай наличия глухих врагов, летело огибая пики хребтов, сдувая сквозняком былинки и муравьев. Имея бинокль, или на крайний случай оптический прицел, можно отчетливо разглядеть, двух членов. В бейсболках и очках, они тщательно пережевывали жвачку, очевидно веря, что когда нибудь появится и молоко, дергали штурвал и смотрели по сторонам. Третий член, выглядел не отчетливо, он держал в руке орудие. Дуло, как жопа пчелы Майи, грозно перемещалось со стороны в сторону. Вот вертолет завис, и стал снижаться. Рулевой показал пальцем в сторону неприступной отвесной стены. Сосед посмотрел, затем снял очки, прищурился, протер глаза, одел очки снова. Губы стали шевелиться, пытаясь прочитать не понятно каким образом появившуюся надпись: «Здесь был Вася»

Глава 1

Встреча на трубопроводе

Сумерки сгущались постепенно. Желтое солнце отработав смену, стало сваливать на запад, краснея и расплываясь над горизонтом. Лето было в самом разгаре, поэтому жар еще оставался, позволяя любовникам заниматься сексом, практически в любом месте города, в зависимости от фантазии. Мотыли вились возле фонарей, горевших сутками, из-за поломки тумблера. Кошка шла сама по себе, судорожно вихляя хвостом. На заброшенном трубопроводе, от приватизированного завода, спал человек. Распластавшись как зимородок, на высоте четырех метров над уровнем почвы, он был составной частью пейзажа. Явно не свежее белье, густые нечесаные волосы и грязные стопы, не оставляли сомнений относительно социального статуса мужчины. Зевнув он перевернулся на бок, напрягшись пернул и продолжил сон.

В небе засверкали мириады звезд. Сколько живет человек, столько он видит звезды. Беленькие, желтенькие и голубенькие, они словно украшают крышу большого чума, давшего приют всем жителям земли. Мужчина открыл глаза. Внизу раздались осторожные шаги. Подложив руку под голову, человек стал напряженно всматриваться в темень, стреляя козявками по сторонам. Вот шаги остановились прямо под ним, и через минуту послышалось журчание. Лежащий пытался разглядеть прохожего, то одним глазом, то другим, но организм ослабленный желудями и найденной соленой рыбой, глядел плохо. Устав смотреть, он лег на спину, уставился вверх и стал мечтать. Вот его жена, толстая, с огромными сиськами и жопой, как у кондуктора выгнавшего с пригородной электрички, наливает стакан водки, протягивает ему в постель. Вот дочь, с внешностью работающей у железнодорожного вокзала проститутки, приносит ему чистый ватник и свежие носки. Мужчина, до того размечтался, что не заметил как свалился его единственный ботинок со шнурком. Подул легкий бриз, стало едва холоднее. Поежившись, человек, сел на трубу свесив ноги. Накинув на плечи женское пальто с меховым воротником из ламы, он попытался разглядеть ушел неизвестный или нет. Прожив на трубе весну, и часть лета, делить ночлег с кем-либо, желания не было. Не заметив ни чего подозрительного, он переждал для верности пару минут, вытащил из кармана мятую папиросу и чиркнул спичкой. Вспыхнувший свет вырвал из темноты, сидящего в двух метрах человека. В руке он держал ботинок.

– Твой? – спросил он.

– Мой, – ответил хозяин.

– Вася, – представился гость.

– Петя, – хозяин сморщил губы.

Достав из-за пазухи какой-то сверток, гость стал не торопливо шелестеть бумагой. Петя затянувшись папиросой, попытался разглядеть незваного. Старые кроссовках, без носок, в пиджаке неопределенного цвета, перетертые джинсы, на голове пилотка.

– Есть будешь? – Вася протянул руку.

– Давай, – Петя взял кусок пищи.

Чавкая в темноте, на трубопроводе сидели два брата по несчастью. Каждый думал о своем, и не спешил влезать с расспросами в другую душу.

– Халва? – уточнил Петя, ссыпая последние крошки в рот.

– Кажется да, – Василий скомкал бумагу и послал ее вниз.

– Курить будешь? – Петя достал папиросу.

– Буду, – Вася протянул ладонь.

Покурить на сытый желудок, всегда приятно. Мужчины почти синхронно болтали ногами, смотрели по сторонам и молчали. Дымовые облака, поднимались к звездам.

– Че делаешь? – поинтересовался Вася, выпуская струйку из ноздри.

– Живу, – подумав ответил Петя, – а ты?

– И я живу, – ответил Вася.

Мимо ухая пролетел филин. Мохнатые крылья, шуршали, как трущие друг друга ноги женщины в чулках. Упав комом на пискнувшую мышь, филин прошелестел обратно. Загасив окурок о кровать, Петя лег спать. Вася вытащил из-за спины рюкзак. Рука влезла наугад, прошлась по содержимому и вытащила старую меховую шапку. Нацепив ее на голову, он примостился на трубе и уснул.

Глава 2

От работы кони мерзнут!

Если Вы ни разу в жизни не спали на трубопроводе, то начинать не надо. Лучше видеть кошмарные сны в уютной кровати, чем радужные на тротуаре. Хотя с другой стороны, по сведениям ученых мужей и жен, во сне человек проводит чуть ли не половину жизни. С этой стороны было бы интересно видеть один и тот же развивающийся сон, как альтернативу реальной жизни.

Стаи комаров, с шевелящимися рыльцами, баражировали в поисках крови. Самые голодные, накидывались на любое тело с признаками жизни, не брезгуя собаками и котами. Гурманы искали, что пожирнее. Вася и Петя лежали над землей, надежно защищенные от змей и плотоядных крыс, который ползали под ними облизываясь и тараща свои белки вверх. Комарам было проще, обнаружив чьи-то ноги покрытые коркой из грязи и крови, они с радостью присущей зверям, облепили их. Самые быстрые просунули свои носики между пальцами, вынуждая пожилых и медленных просовывать хоботки в забитые поры пяток. Самые отчаянные уселись на лицо, руки и живот, подвергая свою жизнь безусловному риску быть прибитыми. Не дожидаясь общей команды, каждый стал качать кровищу.

Петя похлопал ушами как кот, согнав сотню паразитов, перевернулся на другой бок, и вернулся в прежний сон с еще большей силой.

Закинув удочку в реку, он сорвал с маленького дерева огромный арбуз. Аккуратно вырезал стеклорезом треугольное окошко, достал из-за голенища ложку и стал черпать сочную мякоть. Поплавок мерно покачивался на одиноких волнах. Тихо шелестели, травы и подорожники. Мимо пролетел грач, изо рта которого торчала толстая гусеница. На той стороне берега, среди необъятных просторов булочных и мандариновых деревьев, ходили козы с полными титьками молока. Чей-то ребенок, махая сачком бежал за красивым махаоном. Повернувшись назад, Петя увидел лежащие штабеля окурков и один штабель ботинок. Затолкав удилище в чернозем, положив арбуз рядышком, он обласкал своими шагами сочную траву. Выбрав самый знатный бычок, и взяв несколько на всякий случай, он стал присматривать обувку, примеряя и шевеля пальцами. Одев желтые ботинки с весело-красными носками, он выпрямился, потопал по земле, посмотрел что бы попинать. Не найдя мишени, он пошел к удилищу. Какого было его удивление, когда вместо маленькой палочки, какую он воткнул, из земли торчал огромный ствол бамбука.

– Ё мое! – Петя развел руками, похлопал по карманам в поисках спичек.

Словно желая доставить удовольствие хозяину, поплавок рывком дернулся и исчез под водой. Через секунду всплыл и стал плясать. Петя, попытался схватить за ствол и выдернуть улов, но тот не поддавался. Спустившись бегом к реке, он стал бегать и кричать рыбе, что бы она подождала. Догадавшись взяться за леску, Петя стал подводить снасти к берегу. На удивление, леска шла легко, рыба даже не брыкалась. Когда поплавок оказался под рукой, Петя взялся за него двумя руками и вытащил женщину. Она вылезла ровно на половину, смущенно сунула палец в рот и стала его тихо посасывать. Необъятный бюст, с коричневыми круглыми сосками, смотрел прямо в глаза мужчине. Схватив женщину за шею, Пятя, вытащил даму на берег. Стащив с себя штаны, рубаху, облившись под мышками речной водичкой, он прыгнул на улов. Женщина не сопротивлялась. Ее дыхание было горячим, руки нежными и похотливыми. Пытаясь войти в плоть, Петя стал раздвигать ей ноги коленями. Пыхтя и потея, он догадался привлечь руки. Дама гладила его по кудрям, подбадривая и заводя. Устав от напряжения, он сел рядом. Какого было его удивление, когда он понял, что ноги женщины срослись в ляжках.

– Русалка? – спросил он.

– Почти, – дама пошевелила ступнями.

– Спички есть, – Петя нацепил трусы, – чего сразу не сказала.

– А разве это главное?

– Я на тебя самого жирного червя перевел, – Петя стал перебирать ветви ближнего дерева, в поисках спичек, но находил лишь груши и консервы.

– Ты можешь лечь рядом и смотреть в небо, – женщина расставила руки, свесив с боков сиськи.

– Очень интересно, – Петя подбежал к реке, зачерпнул ладонью воды и глотнул, – молоко?

Сплюнув гадость, он стал рыскать по сторонам и увидел негра. Тот шел держа за рог оленя, приветливо подняв свободную руку.

– Твой хахаль? – Петя предположил, что негр здоровается с его уловом.

Женщина засмеялась, почесывая никчемный лобок. Петя, посмотрел в другую сторону. Так же радостно, к нему шел лаосец в треугольной тростниковой шляпе. Не вдалеке показался якут в мехах и бубном.

– Спички есть, – Петя постучал пальцем о палец, обращаясь ко всем.

– А разве это главное? – спросили они хором.

– Водка есть? – заорал Петя, напугав оленя.

– А разве это главное? – негр положил черную руку на плечо Пети.

– Я ебаться хочу, – сознался Петя.

– А разве…, – хотел сказать якут.

– Да…разве! – Петя двинул ему в физиономию, – разве!

Едва не упав с трубы на землю, он раскрыл глаза и понял, что видел сон из картинки про Еговых. Цветную бумажку ему сунула в руки, стоящая у подземного переходя, женщина. На обороте, был изображен рай, с оленем и негром, с батоном и зеленым лугом. Светило солнце, летели пингвины.

– Не дай Бог, – Петя посмотрел на соседа, достал папиросу, зажег ее, и с наслаждением стал дымить.

Был день. Вася нес в руках пустой чемодан. Поравнявшись с супермаркетом, по привычке отточенной руками, он с деловым видом стал проверять урны. Добыча была не солидная. Допив из бутылки с пивом, добрую пинту, он вытер рукавом рот и сунул ее в распахнутый по такому случаю кейс. Развернув попавшийся сверток, он обнаружил в ней запеканку в виде фиги. Сдув с нее изюм, Вася, обознавшись, укусил себе палец, На его удивление по ступеням стал карабкаться еж. Колючий, скорее похожий на дикообраза, чем на себя, он нес на спине два килограмма яблок. Схватив самое красное, Вася воткнул на его место фигу, и пошел дальше. Проходя мимо слепого, сидящего на велосипеде с протянутой кепкой, Вася положил в нее огрызок. Настроение стало лучше, в груди затеплилось. Из машины с надписью «Канализация», торговали минеральной водой, рядом с домом напротив трио баянистов, гундосило себе под нос, неузнаваемый мотив, раздвигая меха. Рядом танцевал одноногий ангел, с колчаном полным стрел и арбалетом. Вася, пошел дальше. К радости, под кустом малины, куда он зашел пописать, лежали чистенькие бутылки. Помыв находку, и собрав, Вася пошел дальше. На подоконнике лежал рыжий кот, над ним висела клетка с маленьким страусом. Василий пропустил велосипедиста, перешел дорогу. И тут у него перехватило дух. Прямо перед ним, стоял сарай, у которого не было задней стены, но стояли полные бутылками ящики. Схватив один, он прижал его к груди и побежал в пункт приема. Упрев как и положено добытчику, он перенес около двадцати ящиков добрища, в конце концов сел возле приемщика и улыбнулся. Дедушка открыл рот и улыбнулся тоже. Перекурив, Вася сделал два шага, но его чуть не сбил подбежавший мальчуган. Оказывается, какой-то негодяй поломал заднюю стену и украл десять ящиков с бутылками. Дед посмотрел на принесенные Васей, посчитал их.

– Не я! – закричал Вася и проснулся.

Рядом сидел Петя. Очередное кольцо полетело к верху.

– Доброе утро, – Вася сел рядом, – жрать хочется.

– Сейчас на хлебозавод пойдем, – Петя решил, что вдвоем перезимовать будет теплее.

– Работать? – уточнил Вася.

– Чево? – поперхнулся дымом Петя.

Глава 3

Кто не рискует, то не пьет!

Сделав из пальто, на солдатский манер скадку, Петя повесил кольцо на ветку. Вася уложив тряпки в рюкзак, повесил его рядом.

– Не пропадет? – спросил он хозяина.

– У меня разговор короткий, – Петя сжал кулак, направляясь к опоре, – по грыбам и на тот свет.

– Хорошо, – Вася пошел по трубе следом.

На земле было холодно. Черви, надышавшись кислорода, ползли, давя друг друга, в свои норы. Листья, обрызганные росой, блестели в лучах восходящего солнца. Вдалеке плыли облака. Два товарища, шли через ставший парком, заводской газон. Прокатившись на скрипящей половинке ворот, они оказались на улице. Широкая дорога, которую асфальтировали в том году, была похожа на паутину. Полутаросантиметровый асфальт, продержался не долго. Мимо шли люди.

– Подайте бывшему депутату городской думы, – Петя нежным голосом обратился к дородному мужику.

– Мне бы кто подал, – мужик двигая попой прошел мимо.

– А ты чего стоишь? – Петя покосился на Васю.

– Может к церкви пойдем? – Василий попробовал расчесать кудри.

– Там тебе всю морду в кровь старухи поцарапают, – Петя имел горький опыт сидения на паперти, – еще и проклятие наслать могут.

Уступая место всем, включая домашним собакам и детям, Петя и Вася шли на хлебозавод. Встречный милиционер, годившийся мужчинам в сыновья, состроил гримасу, вынуждая товарищей покорно согнуть головы и ускорить шаг. Водитель автобуса, рявкнул на пытающихся войти бичей, закрыл дверцы и рыча уехал вдаль. Поделив оставленный, кем-то из пассажиров на скамейке, биляш, пополам, коллеги шли к цели.

– Ты откуда? – спросил Петя, вспомнив мучавший его вопрос.

– Отсюда, – Вася глотал куски как удав.

– Прописан где?

– Я в подвале жил, на Кирова, – Вася вытер руки о брюки.

– А я в коллекторе на Семеновской, – Петя высморкался в рукав, – пока водой не залило.

– Меня менты выгнали, – Вася остановился, – сказали, что вшей развиваю, жильцы жалуются.

– Менты сволочи, – Петя зачерпнул из стоящего перед бабулькой куля жменю семечек, – спасибо родная!

– Да иди иди, – женщина замахала руками.

– Я этой зимой, – Петя закинул в рот пол жмени, – в больнице жил.

Перемалывая зубами зерна вместе с шелупайками, Петя смотрел по сторонам как радар.

– Там больные ни фига не ели, – проглотив порцию, он закинул вторую, – я даже потолстел.

Вася посмотрел на сутулого, тощего дружбана.

– На пол кило, – Петя вытащил ногтем соринку из зубной щели.

– Выгнали? – спросил Вася.

– Ага, – Петя тиснул с прилавка конфету и вместе с оберткой сунул в рот, – врачиха в меня втюрилась, а заведующий ревновать стал.

– А я учителем был, – Вася посмотрел на товарища, ожидая реакции.

– Химии? – тот даже остановился.

– Нет…астрономии.

– Херня, – Петя подобрал бычок с отпечатком губной помады.

Рядом с хлебозаводом пахло дрожжами и еще чем-то вкусным. Возле центральных ворот, стоял пожилой вахтер, он проверял бумаги у выезжающего фургона.

– Добрый день, – Петя подбежал к машине.

– Снова ты, – старик принял грозный вид, – устроился бы на работу…

– Я уже медкомиссию прохожу, – Петя заглянул на территорию, – вот …друга встретил… вместе срочную служили… Вася …иди сюда.

– Здравствуйте, – тот подошел и не смея протянуть руку наклонил голову, – Вася.

– Шли бы Вы отсюда, – старик пошел к очередной машине, – у меня дел много.

– А торты сегодня делали? – Петя задал вопрос, демонстрируя полную не заинтересованность в ответе.

– Делали, делали, – старик махнул рукой, – а ну давайте отсюда!

– Пошли, – Петя кивнул головой.

– До свидания, – Вася поклонился еще раз.

– Контра, – Петя остановился, – если завтра будет революция, я его сам к стенке поставлю.

Пройдя метров сто, покосившись на пустующую вышку охранника, Петя дал знак остановится.

– Лезь за мной, – он подошел к забору, раздвинул куст и юркнул в открывшееся отверстие.

Вася посмотрел по сторонам, немного подумал и полез тоже.

– Иди за мной и не оборачивайся, – Петя делая отмашку, которая присуща занятым людям, пошел в неизвестном для Василия направлении.

– Привет! – Петя махнул рукой неизвестному, – грузовик уже загрузили?

– Какой, – не понял то.

– С кузовом, – Петя стрельнул закурить, – и фургоном.

– Вроде да, – ответил рабочий.

– Вовремя, – Петя хлопнул Васю по плечу, – ну будь здоров!

– До свидания, – работяга кинул сигарету в урну.

Обойдя большое здание, Петя остановился.

– Руки чистые? – пошутил он.

– Да, – Вася показал черные ладони.

Подойдя к большому мусорному баку, Петя скинул крышку, наклонился и как фокусник достал какой-то кулек.

– Держи, – он передал его Васе, – это начинка.

За пять минут, вытащив из контейнера все пакеты с остатками крема, обрезки от торов, и несколько бутылок после коньяка, друзья сели кушать. Петя, как опытный кулинар, показал как надо выдавливать крем в рот. Подняв пакет, одной рукой, он зажал другой конец зубами, второй рукой стал перемещать содержимое в рот.

– Понюхай, – он передал бутылку Васе.

– Ничего, – понюхав, Вася наклонил бутылку, и стал наблюдать в горлышко, как оставленная капля скатывается вниз.

– Ты ешь…ешь, – Петя нырнул еще раз в контейнер.

Внезапно задняя дверь открылась, выпустив женщину с ведром.

– Нюра? – Петя высунул лицо.

– Я тебе сколько раз говорила, – женщина посмотрела по сторонам, – не приходи больше.

– Вынеси торт и бутылку, и больше не придем, – Петя подошел к женщине, – у друга день рождения, сама понимаешь.

– Эээх! – женщина посмотрела на товарищей, – здоровые мужики, и ходите побираетесь.

– Мы не побираемся, – Петя прижал руки к груди, – мы к тебе пришли!

– Как собаки из.., – Нюра ткнула в контейнера, – ну как не стыдно.

– Дак запах какой! – Петя стал нюхать воздух.

– Какой запах на помойке, – Нюра подняла руки, – вонища!

– Ладно, – Петя, взял у женщины ведро, заглянул внутрь, и вывалил в бак, – держи.

Забрав ведро Нюра ушла.

– Не заложит? – Вася ел все подряд, набираясь сил и мысленно готовясь к побоям.

– Кто, Нюрка? – Петр оторвался от большого обрезка, – Нюрка нет.

– Эй! – в дверях стояла Нюра, – жрать будете, или наелись?!

– Конечно, конечно! – Петя, подтолкнул Васю к двери.

Женщина протянула сверток.

– А попить? – Петр улыбнулся как мог.

– Чай? – разочарованно сказал он, пригубив глоток из принесенного позже стакана.

– Ешь что дают! – дверь закрылась.

– Большое спасибо, – опоздал Вася.

Женщина зашла в свою коморку, села у маленького столика, поправила сбившуюся на батарее тряпку и включила маленький приемник.

– Террористы дома взорвали! – выскочив на улицу, Нюра напугала жующих куски бомжей, – наняли самолеты и прямо в них со всего маху.

– Чудеса, – Петя покачал головой.

– Власти США, – Нюра держала маленький громкоговоритель на ладони, – как заявил президент Буш, все сделают, для того, чтобы найти и наказать виновных. Волна террора, захлестнула мир. По предварительным сообщениям под развалинами домов всемирного торгового центра, может быть погребено сотни тысяч человек…

– Хорошо, я на улице сплю, – обрадовался Петя.

Глава 4

Будни военкомата

Если Вы родились, с торчащим хвостиком спереди, значит Вы имеете почетную обязанность, защищать родину. Уже потом, по мере роста, превращаясь из мальчугана в псевдосурового юношу с усами под носом, скорее напоминающими лобок шансонетки, большинство начинают думать, как бы переложить эту честь, на кого нибудь другого. К слову скажу, не перевелись еще деревенские хлопцы, да и коренные народы служат с удовольствием тоже. Отслеживать и обеспечивать пополнение рядов, обязаны военкоматы. Им сложно. Особенно, когда зарплата составляет долларов сто пятьдесят, двести, а за отсрочку сына, внука, брата или просто хорошего человека, несут тысячи условных. В таких условиях, приходится лавировать, искать добровольцев среди наркоманов, начинающих преступников, совместно с милицией, делать засады на подростков из неполны семей, короче говоря обеспечивать план любыми способами.

Капитан третьего ранга Бычков, бывший подводник, потерявший часть своего здоровья в океане, сидел возле открытого окна. В городе было душно, в военкомате среди шкафов со списками запасников от офицеров, еще душнее. На подоконнике почти завял принесенный кем-то из дома цветок. Бычков не разбирался в цветах, если это ни кактусы, и поэтому о поливке просто забыл. Растение выдержало пол месяца, после чего стало увядать, превращая горшок в пепельницу. Бычков был сосредоточен, перед ним была очередная проблема. Супруга, обезумела от горя, прознав, что ее лучшая подруга Светка Андриянова, купила себе норковую шубу. Как не уговаривал жену Бычков, предлагая подождать до призыва, месяц, от силы два, а там будет и шуба и шапка, та ни в какую, именно летом возьми и выложи шубу, с капюшоном и распашную.

– У всех мужья могут! – орала жена, – а этот только два раза в год!

– Да я же не виноват, – оправдывался Бычков, – что призыв всего два раза! Не я же такие законы установил! По мне хоть каждый день пусть призывают!

– Вот возьми и призови! – потребовала жена.

– Я же не министр обороны! – тот стукнул по столу, – в конце то концов!

– А я то тут причем?! – возмутилась супруга, – Светкин муж между прочим тоже не мер, но без денег домой не приходит.

– Ты сравнила! – Бычков усмехнулся, – или в администрации от миллионов отщипывать, или у нас… я все же при погонах!

Разругавшись в пух и перья, не придя к обоюдному согласию, супруги разошлись по комнатам.

– Ладно, – Бычков ночью прижался к податливому телу жены, – попробую.

– Обещаешь? – жена словно забыв про слезы и крики, обняла его и впилась в губы.

– Обещаю, – Бычков вздрогнул ощутив руки любимой на пенисе.

Оторвавшись от дум, капитан с рангом, подошел к шкафу.

– Эники бэники, – Бычков стал гадать какой ящик взять, – ели вареники…

Выпал ящик на букву А. Вытянув пенал с несчастливыми фамилиями, Бычков вернулся к окну.

– Занят? – в комнату заглянул капитан Волобуев, с хозуправления.

– Завал, – Бычков провел по горлу ребром ладони, – сопоставляю списки.

– Ясно, – Волобуев с уважением закрыл дверь.

Не долго думая, Бычков вытащил четыре первых карты.

– Акимканов…Адильбеков…А, – он напряг уши.

Далеко и высоко в небе летал военный самолет, сопровождая себя гулом. Высунув голову в окно, Бычков с волнением проводил самолет взглядом. Тот словно почувствовав внимание к себе, махнул крыльями и растворился.

– Слава богу не упал, – Бычков сплюнул три раза через плечо.

– Анофриев, – зачитал он третью фамилию.

– Амархаям, – Бычков зачитал четвертого спонсора, задумался, – где-то слышал!

Приготовив бланки повесток, он стал шлифовать формулировку.

– Явится для…предварительной организации…нет… прибыть для…предварительного отбора.

Рассвет мысли сбил шум, внизу забегали, захлопали дверями. Удивленный Бычков, поднял зад, медленно прошел к двери и распахнув ее, наткнулся на заместителя военкома по мобилизации военнослужащих и техники, подполковника Гончарова. Тот стоял в позе рака, завязывая шнурок.

– Что такое? – Бычков усмехнулся, – что за паника?

– Война, – Гончаров выпрямился и побежал по коридору.

– Что? – Бычков почувствовал давление воротника.

– А кто напал? – крикнул он вслед.

– Кто напал? – спросил он у появившегося прапорщика Соловьева из отдела кадров.

– Пока не известно, – тот остановился, – говорят «Японская красная армия».

– Шутишь? – Бычков сделал попытку улыбнуться.