Как стать туманом
- -
- 100%
- +
– Ей нужно успокоиться – медленно, четко и громко произнесла Талиесин и подошла к печке, ставя греться чайник, который Ллара так и не поставила.
Мать Пылающих ещё какое-то время шарила по шкафам в поисках чайника, трав для успокаивающего чая и аптечки, всё было прибрано и аккуратно разложено по своим местам, ведь Ллара пару дней назад тщательно прибрала весь дом, надеясь порадовать этим родителей, но теперь уже было некого радовать, да и Эврей вряд ли найдется, он бы уже был здесь, если бы был жив. От этих мыслей девушке становилось ещё хуже, чувство безысходности заполняло её всю, она не видела свою дальнейшую жизнь, что же будет дальше?
– Это я, это всё я-я-я-я… – захлебываясь в слезах, пыталась сказать Ллара – я его не удержала, не уследила-а-а-а-а-а, а они…они за ним…а я тут…а-а—а-а-а-а – она считала себя виноватой в том, что случилось с родителями, если бы она в тот день смогла удержать брата дома, то родители не отправились бы искать его и были бы сейчас дома и живы. Все были бы живы и всё было бы хорошо, как раньше.
Хорошо на самом деле не было, потому что родители стыдились своей дочери, ведь в ней в её шестнадцать лет так и не проснулся дар духа-защитника, она позорила своих родителей. В Загране даже с самым слабым даром не были такими изгоями, каким была она для своих родителей, Ллара не раз хотела уйти из дома в темный лес, чтобы её растерзали его монстры и она перестала быть обузой для своей семьи, но каждый раз её находила Мэдокс и уговаривала не делать этого, доказывая сестре, что та очень помогает всем, находясь дома и собирая всех в поход.
Талиесин поставила кружку с горячим чаем, резко пахнущим сразу несколькими травами, четко слышалась ромашка вперемешку с лавандой, но было что-то ещё. Ллара взяла кружку трясущимися руками, поднесла к лицу, стараясь подуть, чтобы чай не был таким горячим, но выходило плохо из-за постоянно срывающихся всхлипов, по лицу текли соленые слезы и сопли. Девушка чуть глотнула чай и поставила кружку обратно на стол, постаралась контролировать дыхание, чтобы хоть как-то успокоиться.
Мужчины молча вышли, осталась только Талиесин, которая мягко обнимала девушку за плечо, изредка поглаживая. Ещё немного посидев и тщательно дыша, Ллара немного успокоилась и начала понемногу пить чай.
– Лучше? – спросила Талиесин, глядя в глаза Лларе.
– Да, спасибо вам огромное – отвечала девушка, чай от слез стал немного соленым – Чай очень быстро действует, что вы туда добавили?
– Ничего особенного, лишь пару капель успокоительного, чтобы он быстрее подействовал – убирая руку с плеча, ответила Талиесин.
Они молча сидели ещё какое-то время, Ллара смотрела куда-то в стол, а Талиесин наблюдала за её состоянием, она пыталась найти какие-то слова, чтобы начать разговор, но слов не было.
– Послушай, Ллара, я понимаю, что тебе сейчас тяжело, терять близких – это всегда непросто, особенно в твоей ситуации, ну, ты понимаешь – начала тихо говорить Талиесин, чтобы не навредить плачущей Лларе и не обидеть, в ответ та лишь кивнула – Мы с Гэбом говорили с главой, он обещал организовать поиски Эврея, а пока мы хотим тебе предложить поработать у нас, ты будешь делать для нас всё то же самое, что ты делала для своей семьи, а в ответ мы будем снабжать тебя едой и кое-каким средствами. Я не прошу дать ответ прямо сейчас, сейчас тебе нужно успокоиться и прийти в себя, подумай об этом, хорошо?
В ответ Ллара лишь кивнула, силы резко покинули её, и она захотела спать.
– Спасибо большое, наверное, ваш чай уже действует, я… пожалуй…спать – зевая и поднимаясь со скамейки, ответила Ллара.
Едва поднявшись, она пошатнулась, Талиесин тут же подхватила девушка за локоть, пытаясь удержать, она проводила её до комнаты, помогла подняться по лестнице и уложила спать. Ллара быстро провалилась в сон, даже не заметив, как Талиесин ушла.
Девушка спала долго и крепко, но сны ей не снились.
Когда она проснулась, за окном была темно, а в комнате душно, поэтому Ллара открыла окно в потолке. Глубоко вдохнула холодный ночной воздух, который издали приносил запахи хвойного леса и холода. Ллара спустилась на кухню, умылась холодной водой и вернулась к себе в комнату, легла на матрац, свернувшись калачиком.
Пустота внутри и боль никуда не делить, но слегка притупились, слезы снова покатились из глаз, но истерики уже не было. Ллара обдумывала всё случившееся, она не видела другого выхода, кроме как принять предложение Пылающих и работать у них на дому, выполняя те же обязанности, что и раньше, всё равно она ничего больше не умела, только стирать, готовить, убирать.
Почему же они сделали такое предложение ей? Скорее всего пожалели, ведь у девушки больше не было родственников, мать и отец были единственными детьми в своих семьях, бабушки с дедушками давно умерли, а семья Текучих считалась необычной, поскольку в их семье, живущей недалеко от границы, было трое детей, в то время как в остальных семьях всегда было по одному ребенку.
Многие пары просто не доживали до рождения второго, а повторные браки были не приняты в Загране, потому что если дух-хранитель связал себя с кем-то, то это навсегда и больше он ни к кому не повернется, ведь учитывались не столько любовь и глубокие чувства, сколько внутренняя схожесть духов. В идеале – найти такого же духа и прожить с ним всю жизнь, но одинаковых духов не было, поэтому довольствовались лишь очень схожими стихиями, манерами поведения внутреннего духа.
Обдумывая всё это, Ллара начала терять надежду на то, что Эврея найдут, ведь если родители, такие сильные воины, были мертвы, то шансов у Эврея не было и лишь вопрос времени, когда найдут его тело.
Глава 5
Ллара приняла предложение Пылающих и теперь с утра до вечера была у них в доме, возвращаясь в свой лишь для того, чтобы переночевать.
Продукты в доме Текучих закончились, потому что девушка приняла решение отдать припасы Пылающим, сама она питалась у них, можно было сказать, что она у них жила, но лишь на ночь возвращалась домой, открывая окно в потолке и любуясь на звезды. Всё в доме напоминало семью, каждый предмет, ей было больно находиться у себя дома, поэтому даже хорошо, что она так много времени проводила в другом месте.
Лето постепенно сменялось осенью, боль внутри всё больше притуплялась, пустота заменялась домашними делами дома Пылающих. Глава запретил устраивать похороны для погибших членов семьи Текучих, потому что их тела могли быть отравлены, поэтому огненные духи-защитники сожгли их на месте.
Надо сказать, что все эти дни для Ллары прошли как в тумане, она машинально выполняла работу по дому, периодически разговаривая с семьей Пылающих во время совместных приемов пищи, она больше не улыбалась, не смеялась, но где-то в глубине души была надежда на то, что Эврея ещё могли найти, поэтому она с жадностью слушала все рассказы про походы в темный лес. Она узнала, что на место её отца назначили командиром крыла духа-защитника молний, хорошее решение, учитывая его силу.
После одного из ужинов, Ллара как обычно убирала со стола, мыла посуду, но в этот раз ей захотелось петь во время работы, так как она была не у себя, то пела лишь мысленно то, что приходило в голову: «Тили-тили-бом, придет сегодня он, тили-тили-бом, придет со вздором он, тили-тили-бом, решаться не спеши, тили-тили-бом, спеши скорей уйти».
Всё семейство Пылающих ушло на вечернюю тренировку, теперь они могли себе это позволить, ведь все домашние дела были на Лларе, она не жаловалась, потому что продолжала жить свою жизнь, пусть и в другой семье. Девушка уже домывала посуду, как в дом кто-то вошел, она обернулась – это был Гэмбер.
– Уже закончили тренировку? – поинтересовалась у него Ллара, возвращаясь обратно домывать посуду, Гэмбер в ответ лишь угукнул.
Она не слышала его шагов, но почувствовала тепло, которое сходило от его тела, он незаметно подкрался и находился прямо у неё за спиной, девушка не спешила оборачиваться, ничем хорошим это не могло закончиться. В следующий момент он положил руки на столешницу, где была установлена раковина, заключая её в объятия.
– Ллара… – хрипло прошептал Гэмбер ей на ухо. Такого возбужденного голоса она ещё не слышала. – Ты же не думаешь, что ты здесь просто так работаешь, будто у себя дома? Такая тихая, спокойная, покладистая, перенесла смерть всей семьи, тебе, наверное, так тяжело – продолжал горячо шептать на ухо Гэмбер, водя носом по её волосам и глубоко вдыхая её аромат.
Для него Ллара пахла выпечкой и ванилью, тем, что напоминало ему уют, которого никогда не было в его доме, но с её появлением всё стало иначе – всегда горячая и вкусная еда, которая сильно отличалась от постоянных тушеных овощей и мяса, которое готовила мать.
– Отойти – твердо произнесла Ллара, не пытаясь шевельнуться, чтобы нечаянно не задеть его.
– А то что? – ехидно ухмыльнулся Гэмбер – Что ты мне сделаешь, Ллара? Ударишь? Я сильнее. Закричишь? Здесь никого нет. Убежишь? У тебя нет места, куда бы ты могла податься, а я сделаю твою жизнь чуточку лучше, ты больше не будешь возвращаться в дом родителей, которых нет, не будешь вспоминать о том, что было – всё продолжал шептать Гэмбер на ухо девушке.
– Отойди, больше повторять не буду – твердо ответила Ллара.
– Ллар-р-р-р-а-а – зарычал парень. – Мы тебя приютили, дали работу, ещё и деньги платим, отрабатывай, Ллара, ты же сирота – на этих словах девушка резко развернулась и дала пощечину парню, он отшатнулся, Ллара этим воспользовалась и побежала домой.
Вернувшись, она закрыла массивную входную дверь на замок, вбежала на кухню, выглядывая в окно и проверяя, не преследует ли её Гэмбер.
Её немного потряхивало от произошедшего, что же делать дальше? Работать ей всё равно было нужно, но никаких отношений с Гэмбером иметь уж точно не хотелось, она понимала, что она для него лишь игрушка на раз, потому что на такой, как она, дух-защитник никогда не женится, просто их внутренние духи не сойдутся, поскольку у Ллары не было внутреннего духа.
Сейчас нужно было успокоиться, медленный и глубокий вдох, затем ещё более медленный выдох, так Ллара повторяла несколько раз до тех пор, пока не успокоилась. Ситуация была патовая, поскольку Ллара действительно была обязана Пылающим, они помогли ей в поиске родителей в тот же вечер, потом позвали на работу, хотя вряд ли им нужна была помощь по дому, потому что раньше они справлялись и без неё, маленьких детей, за которыми нужно было присматривать, у них не было, все взрослые и сильные воины, которые поочередно уходят на осмотр темного леса, каждый в составе своего отряда. Не могло быть такого, чтобы Гэмбер вдруг перестанет приставать к Лларе, но и работа была ей нужна. Были бы родители, они бы за неё заступились, нет, не так, были бы родители живы, она бы никуда не пошла работать.
С тяжелой головой и путаными мыслями, не зная, как быть дальше, Ллара попыталась уснуть, но в этот раз окно она не открывала, боялась, что огненный ястреб мог в него залететь.
Проснувшись утром, она осмотрелась вокруг – была все та же её комната, были пустые песочные стены, скошенный потолок и матрац, в углу стоял шкаф из светлого дерева, в котором хранились вещи Ллары, больше ничего не было.
Девушка чувствовала себя разбитой, потому что вчера долго не могла уснуть, зато решение пришло с утра – продолжать работать у Пылающих, пока не найдет другое решение. Работу в другой семье она не рассматривала, поскольку не могла быть уверена в том, что и там к ней никто не будет приставать, да никто ей и не предлагал больше работы.
Рассказать Идрису и Талиесин Пылающим тоже не казалось ей хорошей идеей, потому что Гэмбер мог сказать, что Ллара всё выдумывает, чтобы получить больше денег, эдакая нахальная девчонка, которая ещё не оправилась от потери семьи, а уже идет на обман духов, которые ей помогли и приютили, это она им обязана, в этом Гэмбер был прав. Поэтому единственным решением было просто продолжать работать у Пылающих, избегая оставаться одной или наедине с сыном Пылающих.
Сделав зарядку и утреннюю медитацию, Ллара выбрала одно из самых старых платьев, которое было уже изрядно заштопано, где-то подшито, вместо рукавов-фонариков, были обычные короткие рукава, платье сидело на ней уже не так хорошо, как раньше – серое, не выделяющее и не подчеркивающее фигуру, без пояска, которым раньше подвязывалась Ллара, чтобы хоть как-то выделить талию, на нем были потертости, катышки, самое то, чтобы отпугнуть от себя поклонника.
Вместо обычного закола волос крабиком, Ллара сделала высокий хвост, он ей тоже шел, но не так, как крабик, поэтому после хвоста она заплела косу, получился высокий хвост, переходящий в тугую косу. В таком виде она и отправилась на работу в дом Пылающих, на удивление, день прошел как обычно, она пару раз оставалась одна в доме, стараясь быстрее выполнить работу, но Гэмбер не появлялся – уже хорошо.
Так прошло несколько месяцев, Ллара постоянно выбирала самые старые и неприглядные платье, не украшала ничего, как делала раньше, прическу с крабиком и более приличные наряды носила только тогда, когда Гэмбер уходил в темный лес с отрядом, в эти моменты она могла выдохнуть и расслабиться.
В Стальсбрук пришла зима, холодное и снежное время, которое папа всегда любил, с помощью дара духа-защитника люда он замораживал небольшой каток в саду, на площади устраивал настоящий ледовый город – горки для детворы, небольшие ледяные замки, по всем дорожкам делал небольшие линии льда, по которым детвора постоянно каталась, а спешащие за покупками духи успевали все свои дела, передвигаясь по льду.
Этой зимой всё было иначе – отца не было, не было ни ледовых замков, ни горок, ни ледяных дорожек, не было и катка в саду, ничего не было, была лишь зима и снег. Семейство Пылающих помогало Лларе в работе, расчищая свой двор от снега самостоятельно, пока девушка чистила свой двор.
В один из таких зимних и светлых дней Талиесин попросила Ллару приготовить что-то особенное в честь дня рождения её сына, ему исполнялось девятнадцать лет, также сообщила, что она была бы рада, если бы Ллара согласилась с ним отпраздновать, ведь она уже чуть больше полугода у них с утра до вечера работает, поэтому она не считала её чужой. Ллара поначалу хотела отказаться, но потом подумала, что это было бы странно, ведь она никому не рассказывала о том, что Гэмбер к ней приставал.
Ллара решила приготовить на ужин запеченную картошку с мясом и ароматным чесноком, достала заготовленные в соленой воде овощи, выложила их в небольшие чашки в качестве закусок, а на десерт испекла пирог с яблоками, которые заготавливала летом, предварительно размочив яблоки, чтобы они напоминали свежие.
– Итак, мы все здесь сегодня собрались в честь дня рождения Гэмбера, тебе сегодня исполняется девятнадцать лет, ты уже очень взрослый и добился немалых успехов в темном лесу, пусть духи-защитники и дальше берут тебя, мой мальчик – торжественно произнес Идрис, поднимая кружку с вином.
– Да, пусть духи-защитники всегда будут с тобой, я хочу, чтобы ты ушел из жизни позже нас – также торжественно вторила мужу Талиесин, Ллара лишь кивнула, приподнимая бокал.
Ужин прошел мирно, спокойно, Пылающие вспоминали разные истории из детства своего сына, смеялись над его детскими проказами.
– Помнишь, как ты первый раз стал огненным ястребом? Ахахах – смеялся Идрис Пылающий, изрядно выпив и осмелев, совершенно не замечая Ллару, или замечал, но не отделял её от своей семьи – Полетел пугать всех соседских животных, ахахах, да и хозяева тоже пугались, никогда не видели огненных ястребов, ахаха, некоторые даже нападать пытались, о-о-о – многозначительно поднял палец вверх, продолжал свой рассказ Идрис.
– Да-да-да, а потом как мы бегали за ним и пытались поймать и вернуть домой, ахах, все соседи жаловались нам – вторила ему в такт Талиесин – Ну а мы что? У нашего сына проснулся дух-защитник, большое событие. Да-а-а-а, это было ровно десять лет назад, а кажется, как будто вчера, как быстро ты вырос, мой мальчик – вздохнула Талиесин и потрепала сына за щеку.
– Мам, хватит, давай без сентиментальностей – убирая руку матери со своей щеки, произнес Гэмбер.
– Правильно говорит – твердо ответил Идрис, ставя кружку на стол – Он уже мужчина, а не мальчик – кивал он в такт собственным словам.
– Для меня он всегда будет моим мальчиком! – громко ответила Талиесин, между супругами начиналась перепалка.
– Достаточно, ты уже пьяна, Талиесин, пойдем – проветришься – Идрис встал, подавая руку своей жене, она покорно встала вслед за ним, и они оба вышли из дома.
Ллара осталась наедине с выпившим Гэмбером, не зная, что будет дальше, она начала убирать со стола, сначала сгребла грязную посуду в раковину, парень следил за ней, не отводя глаз. Когда девушка стояла у раковины, он подошёл к ней сзади, одной рукой опираясь на столешницу, другой за живот притягивая к себе.
– Ты думаешь, я не заметил, как ты намеренно стала одеваться хуже? Делать другие прически, которые тебе не слишком идут? – шептал ей на ухо Гэмбер, водя носом вверх-вниз, от уха к шее. – Давай же, крошка, ты слышала родителей? Сегодня мой день рождения, ты видишь, как мы тебе доверяем, даже пригласили за стол в такой важный семейный день, ты должна отплатить за оказанное тебе доверие – на этих словах он горячо поцеловал Ллару в шею, она попыталась увернуться, но лишь больше попала в объятия молодого духа.
– Отпусти! Я ничего вам не должна! – крикнула Ллара, разворачиваясь к нему лицом и упираясь руками в его грудь, она почувствовала каменные мышцы под своими ладонями – Ваша семья сама предложила мне работать у вас, я лишь согласилась, вы не обязаны были мне помогать, это было ваше решение! – почти выкрикивала девушка, пытаясь оттолкнуться от него руками, но хватка была железная.
– О, ты действительно считаешь, что мы не обязаны тебе помогать, дурочка? – он чуть отшатнулся, а брови на его лице взмыли вверх, губы украшала ехидная ухмылка – Мать считает иначе, она говорит, что мы – семейство Пылающих, обязаны показать себя с лучшей стороны и помочь сиротке – он всё держал её за талию, придвигая к себе всё ближе.
– Так покажи себя с лучшей стороны, Гэмбер! Хватит домогаться до меня! – высказывала Ллара практически в лицо парню, она чувствовала его горячее дыхание на своем лице.
– Я и показываю, крошка – горячо шептал ей прямо в губы – Разве я могу тебе не нравится? Какие у тебя перспективы в жизни, а? Дар духа-защитника у тебя не проснулся, да и вряд ли уже проснется, а я с твоей помощью создам целый город сильнейших Пылающих! – он начал целовать её щеку, медленно переходя к шее.
– Оставь меня в покое! – кричала девушка – Где гарантия того, что у детей проснется дар духа-защитника? – вертела головой вправо и влево, стараясь увернутся от поцелуев, которые были ей противны. На миг Гэмбер остановился и выпрямился, глядя прямо в глаза Лларе.
– Может ты и права, это надо проверить – он потянул её за руку, увлекая в свою спальню, которая находилась слева от входной двери. По сути, его спальня была предбанником, Ллара часто в ней бывала, когда убиралась и знала, что в его спальне есть две двери: одна входная, другая ведет в баню, состоящую из одной комнаты.
Пока Ллара шла за парнем, она поддалась влечению, но ненадолго, когда они подошли к входной двери, девушка резко развернулась к парню, сделала вид, что притягивает его голову, чтобы поцеловать, он ухмыльнулся такому проявлению чувств, но она нанесла удар коленом ему между ног.
– Аа-а-а-а-а – завопил Гэмбер, скручиваясь от боли и выпуская руку Ллары, она воспользовалась моментом и быстро выбежала из дома, оставляя обувь и несясь босиком по холодному снегу.
Так как Пылающие были соседями, Ллара быстро добежала до своего дома и закрыла внешнюю дверь, было холодно, ноги почти отморожены, она топила печку ещё вчера, поэтому, чтобы согреться, надо было затопить снова. Хорошо, что рядом она оставила дрова.
Она медленно дошла до печи, испытывая боль от каждого шага, потому что от холода казалось, что её ноги пронзают тысячи иголок. Открыла дверцу дрожащими руками, от прикосновения к горячей ручке печи, её руки пронзили те же тысячи иголок, резко отдернув руку, она попыталась растереть конечности, иногда поднося руки и ноги к открытой дверце, чтобы их обдало теплом тлеющих углей. Немного отогревшись, она закинула в печь пару поленьев и закрыла дверцу, сама же забралась на печь и свернулась калачиком, обдумывая всё произошедшее, возвращаться на работу в дом Пылающих больше не хотелось.
***
Семейство Пылающих
– Ллара, ты уже всё убрала? – входя в дом, удивленно произнесла Талиесин Пылающая.
– Её нет – буркнул Гамбер, наливая вино в кружку.
– Но её вещи здесь, что-то произошло? – Талиесин уже начинала беспокоиться.
– Она не захотела быть моей! – вставая на ноги перед матерью, повышая голос, сказал Гэмбер.
– Ты смел приставать к этой девчонке?! – крикнула на него мать, раскрывая глаза, отец всё также молча стоял у неё за спиной. – Ты хоть понимаешь, что ты натворил?!
– А что я такого натворил? – разводя руки, отвечал Гэмбер – Я взрослый мужчина, сами сегодня это говорили, так что я такого сделал? Вряд ли я её оскорбил – он с недоумением смотрел в глаза матери, держа руки переплетенными возле груди.
– Да мне плевать, оскорбил ты её или нет! – крикнула мать, подходя ближе к сыну – Ты смел приставать к этой девчонке-отбросу, у неё же нет дара духа-защитника, она посмешище! А если бы у вас появились дети, ещё и без дара? Какой бы это был позор для нас всех, ты об этом подумал, Гэмбер Пылающий, сын Идриса Пылающего? – мать уже была совсем близко к нему, испепеляла его взглядом.
– Ты сейчас же пойдешь и извинишься перед ней, ясно? И вернешь вещи, которые она оставила – твердо произнес отец.
– Но, отец… – только и мог ответить Гэмбер.
– Мать права, нечего связываться с такими отбросами, как Ллара, она годится лишь на то, чтобы прислуживать нам и нечего позорить себя связями с такими, как она – произнес отец и начал подниматься по лестнице, его слова были скорее приказом, которого Гэмбер не мог ослушаться.
Он молча опустил голову и подошел к входной двери, накидывая на плечи теплый плащ и надевая валенки, в одну руку он взял маленькие черные валенки, которые принадлежали Лларе, на предплечье повесил её коричневый плащ, отделанный белым мехом внутри и медленно направился к дому Текучих.
Он никак не мог смириться с тем, что он был неправ, что даже отец запретил ему связываться с этой девчонкой, а ведь он знал, что она изгой, но думал, что она легко ему достанется, однако этого не произошло. Он чувствовал себя подавленно, поэтому шел медленнее, чем обычно. Холод отрезвлял, поэтому парень понял, что он натворил – он приставал к девушке слишком настойчиво, она даже убежала без верхней одежды и босиком по такому холоду. Какой ужас! Надо было извиниться перед ней, но это было выше его сил.
Подойдя к дому, он настойчиво постучался, к двери долго никто не подходил, он стучался ещё и ещё, пока вдруг не услышал:
– Кто? – громко и четко спросила Ллара, не открывая дверь, было понятно, что она боялась и бежать ей некуда.
– Это я, не бойся, я просто принес твою одежду, которую ты забыла – произнес парень, немного помедлив, добавил – Откроешь дверь?
– Ни за что! И на работу к вам тоже больше не вернусь! Убирайся! – кричала Ллара, по голосу было слышно, что она начинает плакать.
– Постой, Ллара…П…Прости меня, мне тяжело это признавать, но родители всё узнали и если ты не вернешься, то…то я не знаю, что будет – он не знал, как загладить вину, не знал, что скажут родители, если она не вернется, но знал, каким страшным бывает отец в гневе, а он будет в гневе, потому что его любимая жена хочет, чтобы эта девочка работала у них.
Дверь медленно открылась, Гэмбер мог выдохнуть, но из-за двери выглянула Ллара, в руках которой был нож.
– Стой, стой, погоди, я не причиню тебе больше вреда. Я знаю, каким страшным бывает мой отец в гневе, именно он запретил мне с тобой связываться. Вот твой плащ и валенки – он медленно протянул ей её вещи, держа всё также на одной руке всё.
Ллара убрала нож и быстро схватила плащ и валенки, пряча вещи за дверью и захлопывая её.
– Ллара, послушай, ты же знаешь, что если бы меня не заставили родители сюда прийти, чтобы извиниться, то я бы не пришел – всё пытался уговорить Гэмбер.
– Ты действительно так боишься своих родителей? – Ллара не могла поверить, что это не очередная игра, чтобы выманить её и попытаться изнасиловать, что парень действительно так боится своих родителей, ведь она могла подойти и рассказать всё Пылающим раньше, тогда до сегодняшнего инцидента дело бы не дошло.
– Не родителей, а отца – уже тише отвечал Гэмбер, по его стиснутым зубам было понятно, что ему неприятен этот разговор, но он идет против себя, чтобы не злить родителей или отца.