Растопить сердце Не Дурнушки

Глава 1

– Фёдор, ты не поверишь, но мне удалось найти разговорчивую личность из дома Варшавского. И тебе нужно это услышать! – заявил Стас с порога, как только вошёл в мой кабинет.

– Если это очередная служанка, которая знает, что любит есть Григорий, то мне неинтересно. Пусть давится своим полусырым стейком, – говорю, не отрывая глаз от компьютера и выжидая нужный момент, чтобы вложить немалые деньги на торгах и при этом отлично заработать.

– Федь, поверь, я бы не стал тебя беспокоить просто так. Я долго ждал момента, чтобы эта старуха согласилась, но тут так подфартило. Её дочери срочно нужна дорогостоящая операция на ноги, вот мамочка и ищет деньги.

– Конкретнее, что она может знать?

– Она в его доме работает более пятнадцати лет! Уверен, нам при желании могут рассказать много интересного! Друг, это шанс, которого мы так ждали! Время мести пришло!

Отрываю свой взгляд от графиков и смотрю на приятеля, с которым мы вместе почти всю жизнь. Даже в один садик ходили, потом в школу и в универ. Служили тоже вместе, а сейчас ведём совместные дела. Если Станислав говорит, что это стоит моего пристального внимания, значит так и есть. Тем более что месть моя, и правда, затянулась. Прошло более десяти лет. Но я отомщу за любимого дядю, которого убил Варшавский. И пусть он это сделал не своими руками, но во всём виноват именно он.

– Хорошо, где она?

– Через час будет здесь.

– Отлично, позови меня, как приедет. Полчаса у меня есть.

– Супер! Кстати, как дела на бирже?

– Если всё пойдёт, как я рассчитал, то через час я буду на двадцать миллионов богаче, – усмехаюсь, так как вижу, что графики начинают ползти вверх, а я успел всё купить по дешёвке ещё на той неделе. Осталось всё слить по максимальной цене, и я в большом плюсе. Главное – не упустить момент.

– Теперь я понимаю, почему твой отец не настаивает на твоём присутствии в офисе. Ты и так делаешь большие деньги, сидя дома.

– Но для отчёта всё же съездить придётся. Ладно, дай мне час.

Станислав уходит, а я перевожу взгляд на старую фотокарточку в рамке. Там весёлый мужчина тридцати лет обнимает мальчишку в парке аттракционов. Дядя был моим лучшим другом и наставником. Отец всегда работал, как и сейчас, и его не бывало дома, а мать бросила меня, когда мне было всего пять. Укатила куда-то с любовником и легко подписала бумаги на развод. За хорошие деньги, которые ей дал отец, она больше не появлялась в нашей жизни. А мне не особо и хотелось знать женщину, которая так легко меня продала.

Зато со мной всегда был Олег. Родной брат отца, ставший моим лучшим другом. Думаю, если бы не дядя, я бы с отцом так и не нашёл общий язык. Трудно полюбить человека, которого не бывает дома. Меня задаривали подарками, которые он, скорее всего, и не выбирал, и откупались деньгами, лишь бы я не мешал. Но Олег объяснил, что это не так, и отец действительно меня любит. Просто у него иная любовь. И я попробовал это понять, вернее, пытаюсь до сих пор.

Час пролетел незаметно, но я успел всё сделать, как и рассчитывал. Вовремя всё продал, пока цены не начали падать. А теперь меня ждал занимательный разговор.

Когда Станислав пришёл за мной, я уже был готов. Мы спустились на первый этаж в гостиную, где меня ожидала женщина лет пятидесяти в сером платье с седыми волосами, уложенными в пучок.

– Фёдор Александрович, здравствуйте, – произносит она, вставая, и протягивает мне руку.

– Здравствуйте, а вы…

– Можно просто Инга.

– Хорошо, Инга, не будем ходить вокруг да около. У вас есть, что мне рассказать?

Женщина вздрагивает и смотрит на Станислава, который кивает.

– Да, я расскажу всё, что вы хотите знать. Взамен мне обещали, что вы оплатите операцию моей дочери.

– Конечно. Итак, расскажите мне про Варшавского Григория Ильича. Есть ли у него любовница, а может, кто-то близкий? Брат или сестра?

– Хорошо. А про детей вы тоже знать хотите?

– Детей? – насколько я знаю, у Варшавского нет детей. Мои парни проверяли это очень тщательно.

– Да, у него их трое. Правда, они уже взрослые, и, где сейчас мальчики, я точно не знаю, но…

– У Григория Ильича есть взрослая дочь? – мозг работает быстро, да и просчитать всё несложно. А в голове уже начинает зреть план.

– Да, Мелания, ей двадцать.

А день однозначно становится лучше. Отомстить через любимую дочку – чем не отличная месть?

– Замечательно. Расскажите-ка, Инга, как так получилось, что никто не в курсе, что у вашего хозяина есть дети, да ещё и такие взрослые? Кстати, вы знаете их имена?

– У всех детей фамилии от матерей. Я не знаю, признал ли их Григорий Ильич, но Павел и Николай зовут его отцом, когда изредка приезжают в дом.

Варшавский, а ты хитрый жук! Знал, как уберечь своё потомство. Но старался не так хорошо, ведь я узнал.

– Имена! – требую и киваю Стасу, чтобы тот всё записывал.

– Старший – Орлов Павел Григорьевич. Ему тридцать один. Захарову Николаю Григорьевичу тридцать. Дочка – Вавилова Мелания Григорьевна. Ей, как я говорила, двадцать, и только она живёт с отцом в доме всё время.

Так вот кто любимый ребёнок в семье! Неожиданно. Интересно, Варшавский будет очень страдать, если я заберу его любимицу себе? Могу даже жениться. Кстати, у меня есть просто гениальный план, как разорить этого гада, и мне поможет его любимая дочка, которая тоже получит за делишки отца. Её райская жизнь точно закончится. Ни копейки ей не дам и заставлю работать. Пусть полы драит и траву щиплет в саду. Заодно можно и в постели оттянуться. Личная игрушка, преданная отцом… Гениально!

О да, зрелище в виде измученной Варшавской, пусть у неё и другая фамилия, будет усладой для моих глаз. А как наиграюсь, отдам парням, пусть тоже повеселятся. Потом я найду и сыновей и закончу свою месть. А к тому моменту их отец уже разорится!

– Значит, Мелания живёт с отцом. Видно, он её очень любит, раз держит рядом.

– Я бы так не сказала. Он скорее контролирует её. Поверьте, девушка страдает и…

Дальше я не слушал, так как просто не мог в это поверить. Чтобы Варшавский не любил что-то своё? Чушь! И тому доказательства – его сыновья. Знаю я этих мужчин.

Орлов Павел владеет несколькими клубами и ресторанами. Очень успешен и, видно, благодаря связям отца влиятелен, как и его брат, Захаров Николай. Только вот тот занимается машинами и всем, что с ними связанно. Покупает, продаёт, чинит. А если верить слухам, есть у него и тёмные делишки. Он продаёт машины, а заодно и кое-что ещё. Но это не моя тема, так как я веду только легальный бизнес.

Оба мужчины сильны, а ведь они чуть младше меня. Без отца точно не обошлось. Интересно, а какая дочка? Небось глаз не оторвать. Ещё бы, при деньгах отца эта наследница должна выглядеть на все сто! Странно, что я о ней не слышал. Хорошо же Варшавский прячет своё сокровище. Но ничего, скоро эта милашка будет развлекать меня.

Инга рассказала ещё много интересного, включая информацию о партнёрах, которые недавно бывали в его доме. А ещё про друзей, которые приходили очень часто! Ничего, пробью их и найду управу. Варшавский будет тонуть один! Вернее, вместе с детьми, которые пойдут следом.

Как только дверь за гостьей, которой я пообещал, что уже завтра её дочь будет у лучших врачей, закрылась, друг выжидающе посмотрел на меня.

– Ты что задумал?

– С чего ты решил? – усмехаюсь, складываю руки на груди и опираясь о стенку.

– У тебя слишком довольное лицо. Я тебя знаю слишком долго, колись!

– Да ничего особенного. Просто я подумал, что мне пора жениться!

– Нет!

– Да!

– Федь, его дочь – просто девчонка, она не виновата!

– Вся семейка виновата! Сам слышал про сыновей. Их руки не чисты, это же очевидно! Думаешь, дочка – милое создание? Как бы не так! Небось ещё та стерва. Но ничего, я ей крылышки пообломаю, а отца разорю!

– Но как же Жаклин? Твоя француженка уже месяц ждет предложения руки и сердца, а ты женишься на другой? – от этих слов я кривлюсь. Знаю, что любовница поджимает меня, как-никак мы с ней уже три года. Но Жаклин умная девушка. Я позвоню и скажу ей, что всё для дела. Взамен подброшу путёвку на острова. Когда она приедет обратно, всё уже закончится.

– Я поговорю с ней и всё объясню. Она знает, как эта месть для меня важна.

– Ладно, тебя всё рано не переубедить. Так какой план?

– Варшавский всё ещё ищет спонсора для своего строительства?

– Да.

– Супер! Ищи юристов, завтра поедем к нему и сделаем предложение, от которого он не сможет отказаться!

– Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь.

– Ещё бы. Кстати, Людмила! – кричу на весь дом, и через пару минут приходит моя домработница.

– Фёдор Алексеевич, звали?

– Да. Скажи, а у нас есть чулан или чердак? Место должно быть не совсем маленькое, чтобы могла поместиться кровать.

Пока женщина думает, друг начинает посмеиваться. О да, я устрою сладкую жизнь жёнушке.

– Чулан маловат, а чердак есть. Но там пыльно и много хлама.

– Ничего, выкиньте всё лишнее и поставьте кровать. Желательно поменьше. Завтра мы ждём особую гостью! И да, я ведь не совсем чудовище, уберитесь там. Но лишь немного. Идёт? – и подмигиваю остолбеневшей женщине.

– Как скажете.

Домработница уходит, а я переглядываюсь с другом, который чуть не съезжает по стенке.

– Да ты не чудовище, ты хуже!

– Не спорю! Ну что? Пойдём устроим мальчишник? Ведь завтра я женюсь!

– Ты псих!

Не спорю. Скоро моя месть исполнится, и я смогу вздохнуть спокойно. Груз стольких лет упадёт с моих плеч, а ещё отец сможет сказать мне спасибо. Я не стал говорить ему, кто виновен (хоть он и сильно переживал утрату брата), так как считал, что он уже стар для таких игр, а вот я подхожу идеально.

Жди меня, Мелания, скоро твоя жизнь изменится!

Глава 2

Фёдор

К будущей сделке я подошёл основательно, не просто выбрал лучшего юриста и одновременно друга семьи, но и приоделся для будущей невесты. Красивые и богатые девушки смотрят на картинку, а только потом думают головой. Вот я и решил выглядеть на все сто, чтобы девушка сама упросила отца согласиться на сделку. А то, что её ждёт далеко не сказочная жизнь, я, естественно, говорить не собирался, пусть сама всё увидит и прочувствует.

– От твоего оскала у меня мурашки по телу, – сказал Станислав, подходя ближе.

– Это я просто в предвкушении.

– Ты так одет, словно на похороны собрался.

– Правда?

– Но тебе идёт чёрный, выглядишь очень стильно. Богачке должно понравиться.

– Надеюсь. Ты, кстати, её пробил?

– Да. Вавилова Мелания Григорьевна. Сирота, матери и отца нет. Судя по документам, до совершеннолетия жила в приюте, но мои парни порылись и сказали, что это не так. Не было её там так долго. Это имя всплыло лишь раз шестнадцать лет назад, и в приюте девочка пробыла от силы месяц. Сейчас работает в доме Варшавского. Кем – не знаю, но значится там уже давно. Даже трудовая книжка есть. А так ничего особенного. Училась в школе, закончила на отлично. Поступила на экономический, но на заочное.

– Негусто, хотя, может, папаша сильно опекал? Судя по поддельным документам, девчонка, и правда, пробыла какое-то время с матерью, а уже потом попала к отцу. Интересная у него стратегия. Но зачем заморачиваться и связываться с приютом? Женщина что, не могла просто так передать ребенка? Странно.

– Я бы сказал, слишком продуманно. Девушка, нигде не зарегистрирована. Всё, что я нашел, – это электронная почта, куда ей присылают задания из универа. Есть фото, и, знаешь…

– Мне всё равно. Она мне нужна исключительно для дела.

– Как скажешь. Нас ждут через час. Как ты и просил, встреча в его доме, а не в офисе.

– Отлично. И помни, как только мы придём к согласию, глаз с девушки не спускай и не давай общаться с отцом слишком долго. Папаша точно захочет дать наставления дочке, а нам надо этого избежать.

– Это будет выглядеть странно.

– Ничего, я сделаю так, что малышка сама не захочет уходить, ещё в рот мне будет заглядывать. Уж очаровать девчонку я смогу.

Кстати, нужно будет предупредить и любовниц, чтобы они сильно не обижались. Брак у меня фиктивный, поэтому они, как и прежде, смогут посещать мой дом. К тому же Жаклин опять на своих съёмках, а мне нужно будет расслабиться.

Отцу тоже ничего пока не говорил. Вот когда бумаги будут на руках, я смогу всё ему рассказать, и уверен, он меня поддержит.

– Сильно с ней не заигрывай, до дома дотерпи, – рассмеялся друг, а я скривился.

Мысль, что я буду трахать дочку врага, утешала, но была и брезгливость.

– Если тебе понравится, могу и поделиться.

– Посмотрим, а теперь хватит прихорашиваться, погнали! – усмехнувшись, сказал друг, а я зря не придал этому значения.

Последний раз взглянул в зеркало и остался довольным. Чёрный костюм и чёрная рубашка смотрелись стильно, ещё бы – всё было сшито на заказ. Провёл рукой по чуть взъерошенным волосам, потом – по колючей щетине. Специально сбривать не стал, чтобы выглядеть солиднее и старше. Малышки любят брутальных мужчин. Для показухи попросил поприсутствовать свою охрану, хотя обычно мне хватало Станислава, который выполнял функции помощника, охранника, и мало кто знал, что он мой партнёр. Друг предпочитал оставаться в тени, и я не возражал.

Выйдя из дома, киваю парням, которые занимают места в машине за моей и в машине перед моей. Сам сажусь в центральную, и мы трогаемся.

Путь занял примерно час, и нас уже ждали. У огромного роскошного особняка Варшавского охраны было больше обычного. Говорят, дом отражает личность хозяина. Полностью согласен.

Особняк из серого и чёрного камня пугал. Всё было сделано под старину, но имелись и современные моменты в виде панорамных окон. Строение в три этажа внушало доверие, но я знал, что это только показуха. Как бы Варшавский ни пытался скрыть свои финансовые проблемы, которые я тайно начал устраивать ему ещё пять лет назад, у него это не очень хорошо получалось. Было видно, что старый сад находился в запустении, да и дом требовал местами ремонта, но, похоже, просить денег у детей ему не позволяла совесть. Или ему просто было пофиг на эти мелочи. Ведь он, как и прежде, разъезжал на крутых тачках и ел в лучших ресторанах.

Замечаю охрану, гуляющую вдоль забора. Тоже решил показать, что не так прост. Ничего, посмотрим, кто выиграет. Ведь я точно знаю, что он сильно нуждается в моих деньгах.

Подъезжаем к воротам, где нас после небольшого обыска пропускают. У дверей, естественно, Григорий не ждёт. Он выше этого. Хозяин дома встречает в гостиной, куда нас приводит служанка в сером платье с чёрном передником. Невзрачная и молчаливая. Интересно, здесь весь персонал такой пришибленный?

– Фёдор Алексеевич, как я рад вас видеть! – изображаю радость и жму ему руку.

– Что вы, я тоже очень рад видеть вас. Думаю, к вам обратилось немало желающих, но я польщён, что вы выбрали именно меня, – перехожу сразу к делу, отступая на пару шагов.

– Вы человек с хорошей репутацией, и мы знаем, что у вас точно есть деньги, – посмеивается этот гад, и я тоже смеюсь, оценивая шутку. Банкир и без денег – смешно.

– Есть такое. Простите, но я понимаю, что ваше время – деньги, как и моё, поэтому не могли бы мы сразу перейти к делу? Я привёз своего юриста, он быстро всё уладит, и мы сможем подписать бумаги уже сегодня!

– Сегодня? Уверены? – он ещё и выделывается, хотя я вижу, что он уже согласен.

– У меня скоро вылет за границу, не хочу оттягивать это дело. Ведь оно очень прибыльное, и строительство нужно начинать как можно скорее. Быстрее построим – быстрее продадим!

– А вы хваткий! Хорошо, сейчас мой юрист всё принесет, и мы обсудим детали.

Для работы мы перешли в его кабинет, где закипела работа больше чем на пять часов. Мой юрист проверял каждую строчку, чтобы я потом не остался в дураках.

За это время пару раз нам принесли кофе, а потом хозяин решился пригласить нас и на обед. К этому моменту мы почти всё уладили, кроме одного пункта.

– Григорий Ильич, я заметил, что вы вкладываете в дело только десять процентов, остальное – инвесторы. Почему? – понимаю, что вопрос глупый, ведь меня просто хотят обокрасть.

Мужчина недовольно морщится, но решает ответить честно.

– У меня сейчас небольшие проблемы, и я вынужден экономить, – врун. Я проверил его счета, и он мог бы вложить куда больше!

– Знаете, а я мог бы стать единственным вашим инвестором и покрыть всю сумму, но при гарантии, – кидаю наживку и вижу, как загораются его глаза. Чует гад, что рыбка попалась жирная.

– Это было бы замечательно, но какая гарантия вам нужна?

– Скажем, сорок процентов от вашей компании в качества залога.

– Сорок! – а вот теперь его глаза становятся огромными. Пора переходить ко второй части плана.

– Григорий, это ведь только залог. И знаете, чтобы вы не переживали, что я потом могу эту часть не вернуть, вы можете переписать её вашей дочери. А я, чтобы знать, что меня не кинут, женюсь на ней. Что скажете? Хотите породниться?

Меня прожгли острым хитрым взглядом, и я почувствовал, как он всё взвешивает в своей наглой голове. Просчитывает все плюсы и минусы. И раз он улыбнулся, плюсов оказалось больше.

– Поражён вашей осведомлённости. Значит, вы хотите жениться на моей единственной дочери?

– Почему бы и нет? Думаю, ваше сокровище достойна меня. Естественно, не забываем и про дела.

– Конечно, сорок процентов моей компании. Но на это нужно время.

– Юристы с нами. Думаю, они всё оформят за час.

– Но мне нужно поговорить с дочерью, она у меня такая тонкая натура.

– Моё предложение действует только сегодня. Завтра я уезжаю в Штаты, и, когда точно вернусь, не знаю. Я мог бы взять жену с собой. Уверен, там мы бы и узнали друг друга получше. Но если желаете, брак будет фиктивным, только ради дела.

Варшавский ещё пару минут покрутил свою дорогую ручку, а потом выдохнул.

– Хорошо, пусть юристы начинают оформление, а я познакомлю вас с невестой. Вика, пригласи Меланию.

Я даже замер в предвкушении. Интересно, какая она? Её матери я не знал, но мне было интересно, в кого девушка пошла внешне. Варшавский был высокий и смуглый, с чёрными волосами и пристальным взглядом серых глаз. Его сыновья выглядели почти что копиями. Странно, что я раньше не подумал, что они родственники. Но как будет выглядеть девушка их семейства?

В дверь постучались, а потом я услышал тихие шаги. Так как я сидел к двери спиной, то решил немного помучить себя, рисуя в голове шикарный образ дочери врага.

Небось так болтлива, что не заткнёшь. Если да, то меня ждут весёлые дни. Ведь девушка поживёт пару дней на чердаке, который уже полностью готов к её приезду. Сам утром проверил.

– Мела, отлично, проходи. Знакомься, твой жених. Через час я вас поженю, – как-то резко произнёс Григорий приказным тоном, и я удивился. Манера общения с дочкой выглядела очень странно, он к прислуге и то мягче обращался. А молчание в ответ поразило меня ещё больше. Она не против? Знает, кто я?

Не утерпел и развернулся, чтобы конкретно удивиться. Хорошо, что я сидел, а то бы точно упал.

И это моя невеста?

Передо мной стояла не то привидение, не то убогий домовой. Девушка невысокого роста, худая, с белой кожей, как у трупа, и с чёрными волосами, которые только ещё больше оттеняли белизну её кожи. А ещё волосы были грязные и растрёпанные. Она что, не мылась дней десять? И почему-то лицо её было в чём-то чёрном, как и руки. А серое платье с непонятными разводами, порванное в нескольких местах, делало образ девушки ещё более удручающим. Руки казались тоненькими, как спички, ног я не видел, но, вероятно, они тоже были худыми. Ещё что, морили голодом?

Это пугало покорно опустила глаза, сложила руки на животе и стояла так, не шелохнувшись. Это точно дочка? Может, мне кого-то другого решили подсунуть?

– Фёдор, вы простите за внешний вид дочки. Она просто сегодня камины чистит. Она у меня очень хозяйственная: убирает, стирает, готовит. Покорна во всём, поэтому не стесняйтесь приказывать. А самое замечательное, она немая! Как в восемь лет потеряла голос, так всё! Но вы не бойтесь, она всё понимает и общается записками.

Варшавский расхваливал дочь, а я, глядя на эту пустышку, понял, что сглупил. Жениться на этом чуде мог только полный дурак, и этим дураком оказался я! Чёрт!

Глава 3

Мелания

Я видела, что к отцу прибыли важные гости, а это значило, мне стоило уйти куда подальше. За несколько лет я уяснила главное правило: меня не должны видеть. Почему? Всё просто: обо мне не должны были знать, как и о любом другом ребёнке Варшавского. Григорий говорил, что именно так он нас защищает. А ещё он меня стыдился. Это было заметно по его недовольному лицу каждый раз, когда он смотрел на меня. Ведь из всех его детей только я совсем не походила на него. Во мне не было ни внешнего сходства, ни внутреннего стержня и напористости, с которой братья покоряли вершины бизнеса.

Как сказал Григорий, я годилась только в обслугу, и я не спорила, так как помнила, чем может обернуться моё возражение. Холодный подвал, пара дней без еды и пощёчины – любимые виды наказания за непослушание. Братья пытались вступиться, но слова отца считались законом, и его поступки никто не мог оспорить.

За несколько лет я вынесла немало и поняла: чтобы спасись или просто выжить, нужно стать идеальной. А это значит: покладистой, тихой, незаметной и молчаливой. Именно поэтому я не разговариваю при отце вот уже двенадцать лет. Он счёл это болезнью или психическим сдвигом. Я же просто решила с ним не общаться, а потом перестала разговаривать и с другими. Молчание – золото, особенно в этом доме.

Образование я получила домашнее, и от меня если что и требовали, то только написать. Друзей у меня почти не было, кроме одного. Сына моей няни, которая пробыла со мной до десяти лет. Но этого времени хватило, чтобы я стала воспринимать её как мать, ведь только она могла нежно погладить меня по голове или сказать ласковое слово. Она делала со мной уроки, а потом раскрыла мой талант к живописи, про который отец так и не узнал. Детские рисунки он воспринял за каракули, которые не стоили его драгоценного времени, а вот Светлана увидела в этом талант и водила меня в художественную школу, пусть и недолго.

Жаль, всё это было только до десяти лет. Именно тогда Григорий решил, что мне пора стать самостоятельной и приносить пользу его дому. С тех пор я убирала, мыла, стирала и выполняла все поручения, которые на меня возлагали.

Снова увидеться с няней я смогла только в пятнадцать, когда отец разрешил мне одной покидать дом. Под видом покупок я ездила в гости к единственной семье, с кем я могла поговорить. После стольких лет молчания беседа давалась тяжело.

Роман, сын няни, окончил школу бизнеса и часто был на работе, но в дни моего прихода всегда приезжал и угощал меня сладостями, которых в доме Варшавского никогда не водилось. Мы очень сдружились, и я хотя бы иногда чувствовала, что не одна в этом холодном мире.

Но моя временная сказка испарялась, стоило снова переступить порог дома. И всё из-за отца и его сыновей. Жестокие и суровые личности полностью уничтожили во мне веру в лучшее. Я не жила, выживала. Жаль, что братья с возрастом изменились. Когда мы были детьми, они ещё хоть как-то защищали меня и играли со мной. Но время разделило нас. Особенно их учёба за границей, после которой они приехали совсем другими людьми.

Вот и сейчас, вычищая камин, я думала, что ждёт меня завтра. В последние дни отец был суровее обычного, и всё из-за денег, которых стало не хватать. Его махинации начали давать сбой, а желающих угодить на большие деньги заметно поубавилось.

Откуда я это знала? Так всё просто. Я, как верная прислуга и дочка отца, была посвящена во многие дела. Распечатывала документы, слышала разговоры, мне даже доверяли проверку счетов, ведь меня отдали учиться на экономический, а тут подвернулась такая практика. Кто лучше, чем молчаливая дочь без связей сможет всё проверить?

Сегодня я увидела ещё одного неудачника, который клюнул на очередную афёру отца. Жаль. Красивый мужчина. Это я успела заметить, когда он со своей свитой выходил из машины. Высокий, поджарый брюнет с ослепительной улыбкой. В нём чувствовались сила и уверенность. А ещё от него несло деньгами. Единственный аромат, который любил отец.

Прошло довольно много времени, а гости так и не покинули дом. Я уже успела вычистить три камина, а они всё не уезжали. Посмотрела на стрелки часов и поняла, что опаздываю к тёте. Сегодня я должна была поехать к ней, но выходить из дома, когда у нас гости, мне запрещалось.