Не рой…

О, вы, всегда и везде роющие другому яму, Вашему энтузиазму кто не позавидует. Но не смейте жаловаться, когда сами же в итоге в эту яму и попадёте. Вы ведь так долго этого добивались.

Лина Султанова

Эпилог

И разговаривал он с ней, как с нашкодившей собачонкой!

Паскуда этакая! А годы безупречной службы, значит, уже не в счет, так?! Можно подумать, она одна облажалась, а все остальные прямо ангелы непорочные! Нашли козу отпущения и обрадовались! Выставили за порог, как ненужный хлам. Вот она, благодарность человеческая во всей красе, кушайте, не обляпайтесь!

И этот козел, укравший ее драгоценности и обчистивший ее счета! И ведь знала она, что нельзя доверять никому, и тем не менее купилась на его обаяние, ну надо же! Ничего, это, конечно, неприятно, но не смертельно. Есть у нее нычка на крайний случай, как не быть. А поскольку крайний случай настал, придется ею воспользоваться. Личная сейфовая ячейка в банке братьев Пенно в провинциальном Альбштаде вряд ли могла привлечь хоть чье-то внимания. А уж сообразить, что именно будет выбрано в качестве шифра и подавно не под силу никому во всем мире…

Ничего, она вам не кисейная барышня, она не из тех, кто ломается! Она выживет, выкарабкается, а на досуге придумает как отомстить тем, кто загнал ее в такую ж… ситуацию. Деньги заработать всегда можно, знания и навыки никто не отменял. А потом и придет время разъяснить некоторым всю глубину их заблуждений. Потерпите, будет вам и белка, будет и свисток!

Только денег в сейфе не оказалось. Она смотрела в пустое нутро металлической коробки и не верила своим глазам. Как же так? Она же сама ячейку под чужим именем арендовала! Она же сама их сюда положила! Кто посмел?! Начинающуюся истерику прервало деликатное покашливание за спиной. Сюда же не пускают посторонних!

Опа. Вот уж кого она не ожидала увидеть, так это его. А вот это совсем ни к чему… Такое напоминание из прошлого может значить только одно – ее уде даже не дни, а минуты уже сочтены. И защита, как назло, отключена!

Она отступала спиной к стене с ячейками, с тоской понимая, что на сей раз ей не выкрутиться, а в голове билась только одна мысль – не мог он сам додуматься до того, где ее искать, никак не мог, ибо мозгов маловато. А если бы даже и додумался, то не смог бы вычислить шифр от сейфа. Значит, все происходящее не случайность, а звенья одной цепи: кто-то умный и хладнокровный не просто ее просчитал и сдал этому психу, а еще и сбережениями ее сумел поживиться.

Только один вопрос – кто? Кто? Кто?!!!

I. Вышел месяц из тумана…

Милла проснулась от того, что солнечный луч добрался до ее щеки и лицу стало тепло. И сладко потянулась, в очередной раз радуясь, что теперь, слава божественным Близнецам, у нее есть возможность устраивать свою жизнь и быт так, как ей нравится. А ей нравится спать на постельном белье премиум-класса, а не на дешевой дерюге. Поэтому и выбирает она спальные комплекты даже не из сатина или жаккарда, а исключительно перкалевые. Себя любить надо, а не экономить на мелочах! Только вот идти к такому положению пришлось ох как долго…

Потому что какая судьба могла ждать магистрантку-психолога в ее двадцать три года в чужой реальности? Какой с нее толк или польза? Вот именно. Милла вспомнила, как она, угодив в свое время в Гольдштадт, по первости растерялась и заодно жутко обозлилась на писателей-фантастов, описывающих судьбу попаданцев. Строго говоря, не так уж много она их опусов и прочитать успела, потому что начала когда-то чтение фантастики с Поттерианы, а потом переключилась на Дивова и «Дозоры» Лукьяненко. Да и вышло таких попаданческих книг к началу двадцать первого века не то, чтобы тонны… Но одно она поняла точно: все прочитанные ею книги о попаданцах писались для тех, кто живет на Земле, подгонялись под их вкусы и предпочтения, потому что инструкция для реального попаданца из них ну просто никакая…

Если главный герой мужик, то это обязательно блестяще подготовленный кадр из ВДВ или ФСБ, на крайняк – из спецназа ГРУ. Самбист-дзюдоист-каратист в одном флаконе. В процессе передвижения к какой-то неведомой, но жутко нужной цели (не иначе как в рамках борьбы за мир во всем мире!) успевает продемонстрировать как читателям, так и окружающим персонажам охренительную физическую подготовку, обязательные кубики на животе (от шести до восьми) и неприлично аппетитную (как же без этого!) задницу. Путем «дрыгоножества и рукомашества» он расшвыривает врагов как кегли. Стрелять умеет из всего, что в принципе стрелять может, и с некоторыми заминками из того, что к стрельбе вовсе не приспособлено. На коленке собирает любое взрывное устройство от гранаты до ядрёной бомбы. Орудует местным колюще-режущим только так, прямо трупы считать умаешься. Это по-нашему, только драйв, только хардкор! Легко осваивает скачку на лошади или кого там автор ему подсудобит в качестве средства передвижения. Настолько умный и всезнающий, что уже в середине квеста легко промыливается в советники к местной власти, чтобы в конце пути закономерно стать то ли главнокомандующим, то ли местным королем, князем, правителем, нужное подчеркнуть, недостающее вписать.

И о любви: главный герой упорно и старательно употребляет по прямому назначению во все дыры всех встретившихся по дороге баб. Которые сами, кстати, радостно вешаются ему на шею, регулярно прыгая к нему в койку, причем не всегда по одиночке. Прямо хочется завопить, «так вот почему вокруг сплошные задохлики с пивным пузечком! Потому что всех умных, телесно накачанных и сексуально привлекательных мужиков отправили в попаданцы». Совсем эти авторы об оставшихся на родной планете читательницах не заботятся, н-да…

Ой, она ж чуть не забыла о том, что некий бонус в виде все уничтожающей местной магии ГГ обязательно прилетит и будет использован им на страх врагам.

И да, где-то пятая часть теста обязательно будет посвящена описанию ТТХ всяких местных оружейных приблуд.

Если главная героиня – девица, наиболее часты два популярных расклада. Причем в обоих случаях угодившая хрен знает куда героиня молода, красива, невероятно умна, длинноволоса, фигура – зашибись, а если и была она в земной жизни мелкой, жирной и очкастой, то ждет ее переброс в роскошное тело с идеальными пропорциями и со стопроцентным зрением. А знание местного языка ей либо автоматически «вкладывается» при переходе, либо магически перепадает от местного населения через применение неких невнятно описанных девайсов. А самих вариантов повествования как правило немного: либо она участвует в отборе на жену принца, который и выигрывает, пользуясь исключительно внешними данными и добрым сердцем. Ну, и золотыми руками. Все умеет: и вышивать, и вязать, и ткать, и готовить. Золушка, блин.

Либо героиня учится в некой волшебной Академии, где все окрестные мужики в процессе повествования прям вот спят и видят, как бы слиться с ней в экстазе, но она себя блюдет, чтоб подарить мужу девственность исключительно в брачную ночь. И выходит замуж, ясное дело, за ректора, который до кучи не обязательно человек, а, например, демон или дракон, причем замужество опять же становится возможным только по причине ее невероятных красоты, ума и обаяния. Дарби Шоу из «Дела о пеликанах», бля, но с хэппи эндом. Заканчивается все это эпилогом, где обязательно прописаны собственный семейный особняк, пара-тройка детишек и всеобщее благолепие.

Ну, и дополнительные плюшки в виде неких уникальных возможностей в местной магии ГГ положены по определению.

И да, где-то пятая часть теста обязательно будет посвящена описанию напяленных на героиню роскошных тряпок.

При этом, кстати, добрая половина попаданцев прямо очень неплохо играет на гитаре и радует окружающих исполнением либо известных романсов, либо современной российской попсы, либо (высший пилотаж!) Владимира Высоцкого. И ведь все слова и ноты помнят, молодцы какие! Правильно, имея доступ в Интернет, можно смело вставлять в текст отрывки из любых песен, но сами-то авторы объясняют это тем, что попаданец у них прямо-таки памятливый как слон. Ладно, если довелось угодить в СССР или царскую Россию, такая память на родные вирши вкупе с будущим признанием их исполнительского таланта еще объяснима, но почему никому не приходит в голову, что в чужом мире слова этих песен еще перевести надо, причем на чужой язык с сохранением рифмы и без потери смысла?! То есть попаданец твой априори гениальный переводчик? Смесь Анненского и Пастернака? Не верю! Их, гениальных, в обычной-то жизни раз-два и обчелся, а уж чтоб каждый попаданец… это за гранью реальности.

Заметьте, почему-то никто еще не забрасывал неведомо куда профессиональных музыкантов, например, пианиста, композитора или дирижера. А уж кто-кто, а они-то как раз и могли бы полностью восстановить партитуру чего-нибудь бессмертного, «Травиату» Верди там, или «Волшебную флейту» Моцарта… Почему ж этого не происходит, а? А потому что, во-первых, мышцы такому персонажу не приделаешь и удачно бить морды злобным вражинам не пошлешь, да и, во-вторых, надежды пронять до глубины организма местное население чужими многочасовыми нетленками как-то немного. Менталитет, как правило, не тот.

А девчонки-попаданки «влетают» обычно в период средневековья, где так и норовят потанцевать на балу, примерив для этого украшений на неприличную сумму. А еще им полагается говорящий няшный фамильяр, помогающий победить врагов. И они постоянно едят пироженки, нет, не пирожные, а именно пироженки! Такое ощущение, что героинь извлекают из интерната для умственно неполноценных, ей-ей. А уж если не довелось попаданке пробраться в высшее общество, то они и в обычной жизни обязательно оказываются профи в готовке, засолке, моделировании нарядов и ведении домашней бухгалтерии. И жнецы, и швеи, и на дуде, пардон, гитаре, игрецы. Как будто заблаговременно на курсах «Как не пропасть в чужом мире» отучились и теперь старательно и удачно прогрессорствуют там, куда их закинуло.

А вот интересно, почему никто не описывает попаданца-сантехника? Или мастера-краснодеревщика? Первый мог бы наладить нормально функционирующую канализационную систему, чем и заслужил бы вечную благодарность местного люда, а второй поставлял бы желающим высококачественную мебель из недешевых сортов дерева. А вот шиш. Неинтересно читателям описание такого труда. Грязно и приземленно, а мы ж настроились про пышные балы и героические сражения читать.

Но почему не отправить архитектора, инфекциониста, телефонного мастера, инженера-электрика, ветеринара, шахтера, химика, повара, ювелира? Кого-то, кто реально умеет что-то делать и может оказаться полезным? Врача, наконец? Кстати… а вот про врача-попаданца… причем хирурга… что-то такое было… вот как раз он прекрасно вписался в чужую действительность и крепко помог страждущим. Но это практически единичный случай.

Бесит. Реально бесит. А, главное, никак не готовит к существованию в попаданстве обычных людей. Вот Милла так и влипла, оказавшись в чужом мире без способностей и без поддержки. Потому что ничего она толком не умела: ни готовить, ни шить, ни вязать. А зачем? К плите охотно становились бабушка и мать, да и кафушек с ресторанами в столице навалом… А любые вещи легко заказывались по Интернету, да еще с бесплатной доставкой и выделением времени на примерку…

Пение с танцами – тоже мимо. Поорать в караоке – не значит уметь петь, подрыгаться в охотку на танцполе – не значит получить балетное образование. Про рисование лучше помалкивать – максимум, на что способностей Миллы хватало, это изобразить небезызвестный корябус типа «палка, палка, огуречик, вот и вышел человечек». Уборка, стирка, глажка? На то существует домработница. Спортивные достижения? Ну, похаживала пару раз в неделю на степ-аэробику, да и то, чтоб не растолстеть на бабулиных пирожках. А чего, прикольно же, повыпендриваться не напрягаясь по вторникам и четвергам на глазах у всех в красивом купальнике и ярких гетрах на платформе в оздоровительном центре. Чтоб потом прогуляться в сауну и лениво поплескаться в бассейне в свое удовольствие. Ну, и познакомиться до кучи с каким-нибудь парнишкой не самого ботанистого сложения, скрыть-то недостатки фигуры, будучи в плавках, мягко говоря, сложно…

Магии ей не досталось. Не дается местная магия пришлым, хоть ты тресни. Справедливости ради следует отметить, что она и местным-то не всем дается, но попаданцам она не положена вот совсем. Внешность? Своя, самая обычная, средний рост, невыдающиеся размеры. Волосы? Невнятный русый с короткой стрижкой. Серые глаза. Прямой нос. А больше и говорить не о чем.

Знание местного языка тоже не прилагалось и пришлось учить его с нуля. Зато имя удалось слегка… апгрейдить, причем даже не соврав. Милла звучит всяко красивее и таинственнее прежнего имечка. И теперь в этом мире она Милла Лапса.

Был один плюс: ее здесь ждали. Ну, как ее… местные предполагали появление когда-нибудь пришельца и из ее мира. Ну, как ждали… выделили стандартное койко-место в местном Центре для попавших, поставили на довольствие в виде кормежки и выдачи уродливых одежек и начали упорно впихивать знание языка, дабы поточнее ознакомить с местными реалиями. Милла его, конечно, старательно учила, потому что дурой не была и вылететь на самообеспечение, читай на улицу, не рвалась, но про себя вздыхала о том, сколько сил в свое время она угрохала на вызубренные ею английский и немецкий, а зачем? Чтоб теперь забыть их и долбить здешний гольдский.

Алфавит, слоги, отдельные слова с картинками… Фонетика, лексика, грамматика… И разговорная практика, которую все попаданцы получали в процессе работы в Центре. Кто-то занимался уборкой внутренних помещений под руководством местных клинеров, кто-то отправлялся в хлев к местной скотине кормить и ухаживать, а Милле «повезло» попасть на кухню, к жару и чаду. Где пришлось быстро освоить названия здешних продуктов и видов их обработки. Да и вообще… захочешь понимать, о чем сплетничают местные кумушки, не о тебе ли часом? – быстро выучишь хоть китайский.

И в первую очередь – систему обращений. К мужчине следует обращаться с уважительным тайр, к замужней даме – тайра, к незамужней девушке – тийра. А если беседуешь с магически одаренными, тогда майр, майра и мийра. И упаси Близнецы перепутать – обидятся и могут как-нибудь неприятно отреагировать.

И предметов стало побольше: чтение, правописание, основы математики, ошметки географии, и то, что можно назвать обществознанием. А когда через годик их попаданческая группа уже более-менее лопотала на гольдском, пришел начальник Центра и разъяснил их статус и будущее. Про то, что здешние… гм… люди верили в божественных Близнецов, им уже рассказали. Причем, это была не официальная религия, не поклонение в храмах, а скорее легенда, притча, сказка, предание… называйте, как удобно. Так вот гласила она, что создали когда-то этот мир брат и сестра, Ялэн и Илэн, божественные Близнецы. И что показалось им скучным любоваться на пустую планету и приспичило им развести на ней моря и океаны, горы и пустыни, животных и растения. Милла в свое время, слушая это, аж хмыкнула, ну, Вы подумайте, какая знакомая история! Интересно, из чего население сотворяли? Тоже из глины?

А вот и нет! Людей по легенде они породили сами! Шо, всех? Поневоле задумаешься о масштабах божественного инцеста… Хотя… если вспоминать земные мифы… Осирис и Исида вон тоже породили Гора, даром что были братом и сестрой. Так что ну их эти божественные связи, лучше не задумываться о подробностях, еще поколотят, если начать ехидничать. Именно потому, что «изготовление» жителей производилось по неким заранее согласованным канонам, все обитатели мира были более-менее одинаковые. Нет, не под копирку, но в очень узких пределах внешности. То есть никаких негров или альбиносов. И резких отклонений типа орков, гоблинов или эльфов вообще не предусматривалось. А уж про оборотней или, упаси Близнецы, каких рептилоидов тут и вовсе не слыхивали…

Так вот эти местные в натуре Инь и Янь жили себе потихоньку, наблюдали за сотворенным ими миром, названным Тарианой, бдили за своими детищами, отвечая каждый за свою область влияния. Ялэну достались война, ремесла и торговля. Илэн отвечала за домашний очаг, искусство и науку. Ага, прямо как у нас на востоке, мысленно хихикнула Милла, Янь – мужское начало, свет, активность, огонь. А Инь – женское начало, тьма, пассивность и стихия воды. Клонируются такие верования по мирам, что ли?

И все было хорошо и замечательно, пока Ялэн не заскучал и не начал придумывать себе дополнительные развлечения. Он начал потихоньку изменять сестричке, подыскав себе для этого чуть не сотню прелестниц из разных мест. А то действительно, столько лет и даже веков… и всего одна сексуальная партнерша. А ему, может, надоело. И разнообразия хочется.

По легенде именно от его потомков со смертными женщинами пошли первые жители этого мира, владеющие магией. И когда слухи об этом достигли ушей Илэн, ей это сильно не понравилось. Ей это до такой степени не понравилось, что дама банально психанула, по-другому это сложно назвать. Нет, она не кинулась, в свою очередь заводить любовников из простых людей. Не богине до такой пошлости опускаться. Она просто исчезла, плюнув на братика, общий мир и свои вроде как обязанности. Но при этом не преминула крепко подгадить любвеобильному брату-супругу: мало того, что она его прокляла, мощно колданув и лишив его шанса на последующие сексуальные удовольствия с кем угодно, кроме нее, так она еще и обставила свое исчезновение крайне нетипично. В один прекрасный день Ялэн неожиданно сообразил, что мало того, что толку с сотни любовниц никакой, так еще и супруги-сестры поблизости как-то давно не наблюдается. Кинулся искать… и не нашел.

Зато нашел оставленное ею послание, суть которого сводилась к тому, что у него не иначе как слишком много свободного времени внезапно образовалось, раз уж он так бездумно тратит его на здешних баб, так вот пускай-ка он теперь один попыхтит над управлением Тарианой. Может, ударным трудом по причине вынужденного воздержания он и сумеет заслужить ее прощение.

А для этого ему придется дозваться до нее и убедить в своих чувствах и намерениях. А лично она пока развлечется, у нее отпуск и шопинг.

Ялэн-то сначала посмеялся над таким убогим ультиматумом и немедленно собрался в расслабляющий вояж по мирам, но с удивлением понял, что покинуть Тариану не получается. Забыл братик-муж, что Илэн отвечала за науку и учебу, и знаний нужных имела поболе него, потому и сумела «запечатать» его в этом мире вместе с их общими творениями. И никак эта самая закапсулированная сфера мира не пробивалась, чего он только не предпринимал.

И остался Ялэн куковать на Тариане, не имея возможности покинуть планету с уже слегка наскучившими ему людьми. Он сначала еще пытался пробиться сквозь сферу, потом надеялся, что Илэн не сможет долго обижаться и его простит, ждал свою сестру-жену, тосковал, но она так и не вернулась. И через несколько веков скуки божественный Близнец впал в спячку, перестав отзываться на обращение людей. В итоге получился насильно «закрытый» мир, который нельзя было покинуть. Жители Тарианы тоже не сразу это сообразили, а когда сообразили… осознали, что их действительность очень давно не меняется, что нет новых изобретений, что у них многовековой застой. Лучшие умы трех государств бились над вопросом «что делать?» Необходим приток свежей крови, свежих идей. А как этого достичь?

И мудрый Андреас Эббесен, профессор Гиверанского университета нашел лазейку в проклятье. Это покинуть мир нельзя, а как насчет проникнуть извне? И мэтр закопался в многолетнюю работу. Итогом стал выброс «вслепую» во Вселенную артефактов перемещения. Уж как он это сумел сделать, не понимали даже лучшие ученые мужи, и уж тем более не смогли объяснить остальным, но факт остается фактом: более ста лет назад Эббесену удалось «рассеять» по чужим мирам россыпь артефактов, способных перенести в Гольдштадт представителей других цивилизаций.

К сожалению мэтр не дожил до всенародного признания и скоропостижно скончался, не оставив пояснений как конкретно попаданцы смогут помочь Тариане. Принцип отбора им миров, артефактов и персоналий также остался никому не неизвестным. Почему артефакты куда-то попадали, и почему там кем-то активировались, так никому понять и не удалось.

Вот Миллу, например, перебросило, когда она от скуки вертела в руках безделушку со стола своей научной руководительницы. И надо ж было приехать настолько раньше остальных с цветами, которые ей поручили купить в честь дня рождения Мегеры, чтоб потом оказаться в чужом мире! И не приехать вовремя она не посмела: дело было совсем не в цветах, а в том, чтоб уговорить ее согласиться на научное руководство Миллой не только в законченной ею магистратуре, а еще и в аспирантуре. Потому что не будет согласия потенциального научного – и хрен тебе, а не продолжение учебы! Вот она сидела, ждала и от нечего делать игралась со смешным декоративным глобусом, сделанным из малахита, который стоял на мегерином столе. Доигралась. Сиди теперь в Гольдштадте, пытайся выжить и пригодиться.

А насчет пригодиться… Идея у Эббесена была достаточно простая: хоть кто-то из попаданцев, которых здесь принято было называть «пришлыми», да окажется обременен нужными знаниями или навыками, чтоб простимулировать развитие науки или хотя бы ремесел. А уж если повезет, то изобретет и способ «достучаться» до Илэн, и блокировка Тарианы закончится.

Поэтому попаданцев в Гольдштадте ждали и возлагали на них некие надежды. Иногда эти надежды даже сбывались. Из мира Свийр появился Лин Гаар, чьи работы по проектированию многоквартирных высотных домов позволили расселить одноэтажные окраины многих городов. Мир Фаланы порадовал прибытием Хорана Таффи, сумевшего спроектировать паровоз. Пришлый Малетин Уваль из Шамари мощно продвинул металлургическое производство. А Корагицин Йанти из мира Метцельниор привнесла в практику навыки обеззараживания и первой медицинской помощи раненым на случай отсутствия поблизости магов-лекарей.

А потому попаданцев кормили, учили и надеялись на отдачу, объяснил начальник Центра. И на том спасибо, мрачно подумала Милла, вон в соседней Саларии их вообще сразу убивают. Там в легенду о божественных Близнецах не то, чтобы не верят, просто у них свои понятия о религии, так что попади туда – и мигом головы лишишься. Забавно, что у рядом относительно мирно существующих стран оказались настолько разноплановые взгляды на следование религиозным догмам. Саларийцы придерживались мнения, что дело пробивания «запечатанной» сферы – исключительно божественная прерогатива. А потому следует отставить данное действие божественному Близнецу Ялэну, и незачем обычным тарианам соваться туда, куда их не звали. И уж тем более, не следует привлекать к этому процессу каких-то там приблудных. Так что малейшее подозрение, что среди них завелись те самые пришлые, приводило саларийских следаков к расследованию и как правило, уничтожению подозреваемых путем усекновения головы.

А в третьем государстве материка – Белионе, вообще полагали пришлых чистым злом. Злом, с которым следует бороться всеми возможными способами, и лучше всего – огнем и мечом. Поэтому заподозренных в попаданстве там старательно шинковали ритуальными мечами на мелкие ломтики с последующим преданием остатков огню. Так что попадание в Гольдштадт… считай, было за счастье.

Но пришлым в Гольдштадте, несмотря на дармовую кормежку и учебу, тоже не было прямо так уж медом намазано. По прошествии бесплатного года существования от них требовали определиться с будущим и перестать сидеть на шее государства. Язык знаешь? Не инвалид? Не умственно отсталый? Шагом марш на работу! Причем заведения, аналогичные земным биржам труда, очень оперативно подыскивали место, где возможности пришлых окажутся максимально в тему. Кого-то перспективного даже отправляли в учебные заведения для получения дополнительного образования, кого-то определяли на производство, кому-то подбирали место в частных домах, но пристраивали всех. И только уж совсем тупых и никчемушных оставляли жить и столоваться в местном общежитии с условием выполнения ими наиболее простых и, как правило, наиболее неприятных и грязных работ.

Хотя некоторые пришлые оказались нужны для достаточно… ну, экзотических занятий. Неожиданно пригодились выходцы из мира с названием, которое по подозрениям Миллы выговорить кроме них самих вообще никто не мог, очень уж оно было замудренным – Фью…тью…лью…мью… короче, как-то так. А поскольку были они невысокие, смуглые, узкоглазые и шнырливые, причем еще и склонные постоянно стрекотать на своем языке как всполошенные белки, про себя она их прозвала якортайцами. Потому что так и не смогла понять, кого они ей больше напоминают: японцев, корейцев или китайцев. Специалист бы точно сказал, а для нее они все казались на одно лицо. Так вот эти самые якортайцы, прибывавшие на Тариану буквально пачками, почему-то облюбовали для себя профессию… как бы это правильнее сказать? Короче, они согласились обслуживать городскую канализацию. Сами. Добровольно. И работали ассенизаторами всем пришлым кагалом. И, что характерно, не жаловались.