Правила атак на психику противника

Об идиотизме окружающих

Я от общения с некоторыми скоро начну ругаться, плеваться, кидаться и кусаться. Добрый боженька, всеблагий и всевидящий, пошли мне терпения! Не дай тупо поубивать окружающих идиотов, очень тебя прошу, просто-таки заклинаю! Ну почему, почему, вместо того, чтоб заниматься своим прямым делом, я должен разжевывать этому чванливому Филину все тонкости ЭКО? Вот же тупая птичка, прости, Господи, меня, грешного!

Вот сказал ему профессионал, что методы лечения, уважаемый Фарран, будут нижеследующими: сначала чистим твой организм, трижды в неделю проводим гемодиализ, который длиться порядка трех-четырех часов, устраиваем переливание донорской крови, вводим дробное питание по пять-шесть раз на дню, таким образом уменьшая нагрузку на почки, и устанавливаем список разрешенных тебе продуктов. А пока мы приводим в норму твой сильно потрепанный и немолодой организм, доктор с одной стороны, устраивает ЭКО специально отобранным для этой цели дамским особям, а, с другой стороны, не торопясь подыскивает тебе максимально подходящую почку для пересадки.

И вот что не так? А все! Диету он соблюдать не хочет и не будет. Под диализатором он лежать не нанимался. Почка должна сама как-то вырасти, причем ему нужно быстро и без болезненных операций. Никаких ЭКО, он сам быстренько выздоровеет и сам оплодотворит тех, кто ему нравится без помощи всяких там врачишек. Объяснений и возражений он слышать не желает, мотивируя свои капризы тем, что заплатил. И не просто деньгами, а еще и пятью судьбами. Вообще-то такое поведение скупе с поездкой по мозгам называется старым добрым словом шантаж. Да плевать я на его дурацкие требования хотел с этой… с «Дубайской сосульки»[47], но урезонить его как-то надо. А как? Может, его глушануть снотворным и к койке привязать? Ага, прямо на год.

Господи, благослови Ниориса! Только он смог объяснить этому старому хрену почему нужны именно такие действия, и именно в таком порядке! И почему не ему решать, как именно мы намерены его врачевать. А уж с выбором женщин-доноров для будущего ребенка старого Филина вообще начался цирк с конями. Основания для выбора будущей матери наследника у Фаррана и у нас с Ниорисом оказались абсолютно разными. Фарран требовал в пару представительниц сильнейших кланов Тиррольда, упирая на потенциальные межклановые связи, мы, наоборот, высмотрели трех девушек в его собственном клане, поставив во главу угла именно медицинские показатели. Главное в том, что заранее предсказать пол ребенка никто из нас не мог, а раз так, мы предложили оплодотворить всех троих, после чего начиналась лотерея. Жениться-то он мог только на одной, многоженство в Тиррольде не приветствовалось. Ну и куда его с предложением сначала родить сына, а потом «может быть» получить свадебный браслет пошлют представители сильнейших кланов, он понимает? А в своем клане можно попробовать предложить слабым семьям такую гонку за счастьем. А что? Вполне неплохой приз. Рожаешь сына – получаешь в мужья главу второго по силе клана. Рожаешь дочь – тоже не смертельно, девочка получает статус дочери того же самого главы и все положенные по статусу плюшки. А он хотел естественным путем и все тут. В чем-то я его понимаю. Но только в чем-то. Ссылки на то, что жена херса клана Зеленого Ящера проходила такую же процедуру, причем дважды и удачно, и Ярхон светлый ярл при этом не кочевряжился как Фарран, успеха не возымели. Еле уломали сварливого пти́ца и в один прекрасный день я привез к знакомым в пренатальный центр Джоанну, Палу и Адальбьорг. Как конкретно он договаривался с родителя девиц, мне неведомо, да и знать я ничего об этом не хотел. Больше всего я боялся, что, либо никто не понесет от этого старого маразматика, либо получим мы трех мальчиков и какая тогда встанет проблема выбора жены – лучше даже не задумываться. Да и черт с ней, не передо мной же она встанет.

Однако, напрасно я волновался, забеременели все трое. Я их тут же перетащил в Тиррольд, незачем им дышать миазмами мегаполиса, пусть вынашивают детишек в экологически чистом месте. Первое УЗИ будущим мамам провели как обычно, на двенадцатой неделе, и у Джоанны оно точно показало девочку. Гонку продолжили две оставшиеся девушки. Второе УЗИ проводилось на двадцатой неделе, результат: у Палы – девочка, у Адальбьорг – мальчик. На всякий случай проверили еще и венозную кровь[48], все точно, мальчик! Фаррану пришлось срочно ковылять на родину для проведения брачного обряда, ибо узаконить будущего сынишку надо, а мы вплотную начали подготовку к операции пересадки почки.

Это только на первый взгляд все просто, а подходящих доноров органов для него оказалось достаточно немного. Но и нашли через сто двадцать пятые руки, и договорились о продаже, и потом пришлось делать несколько ходок по переносу платы на Землю. Зрелище золотых брусочков, сложенных в неровную пирамидку, оказалось весьма захватывающим. Прямо захотелось закричать как в старом мультике: «Ох, как я это богатство люблю и уважаю!»

Ага, а потом это богачество еще нужно было превратить в твердую валюту, что тоже дело не простое и опасное, перетащить донора в московскую клинику, и наконец, в один прекрасный день приступить собственно к операции пересадки. Свезло светлому ярлу, ой, свезло, все прошло без осложнений, и почка начала потихонечку приживаться. День, когда восстанавливающегося, но постоянно всем недовольного Фаррана ярла удалось выпроводить выздоравливать в Тиррольд под наблюдение Ниориса и Палла, был одним из счастливейших дней моей жизни. Радовался я рано, потому что через несколько недель наступил срок родов, и если роды Джоанны и Палы прошли дома, подарив Фаррану соответственно Асдис и Тедль, то Адальбьорг рожала в Москве, в том же самом пренатальном центре, где она проходила процедуру оплодотворения. Несколько часов схваток – и вот он, долгожданный сын. Даже сухарь Фарран прослезился, сказав, что мальчика назовут Фритрик.

Господи, как они меня достали! Как же я мечтал от них, наконец, отделаться! Забуриться с мужиками в тихое место на рыбалку, нет, на шашлычки, нет, в баню, или… да неважно куда, главное – душевно выпить-закусить и просто отдохнуть! Хотя… Правильно говорят, что если с хорошей компанией и с достаточным количеством выпивки попадаешь на природу, то уже без разницы чем заниматься: ягоды ловить или рыбу собирать. Через неделю, переведя всю Фарранову семейку в Тиррольд и отдав Ниорису список необходимых прививок с датами я облегченно выдохнул и… нет, я не просто напился, я нажрался как последняя свинья. Так я не принимал на грудь, по-моему, со времен студенчества. Все. Все! Все!!!

Я свои обязательства выполнил. Настало время и тебе, светлый ярл, выполнить свои.

Об искусстве подстав

Ниорис был возмущен и не пытался это скрывать. То, что его вызвали к умирающему, это понятно, то, что он не успел и застал только труп, что ж, такое тоже не редкость, но девчонку-то зачем колотить?

Еле удалось отогнать особо настойчивых от плачущей избитой Лары, чтоб начать ее лечить.

– Дитя, что произошло?

– Собаки… они еще с вечера волновались, лаяли… а утром пришел старший псарь выпустить их на прогулку, и они как с ума сошли… пена изо рта…, и они его покусали… он упал и начал корчиться… а потом они тоже умерли!

Да, несколько собачьих трупов уж никак не украшали лужайку за усадьбой.

– Как ты думаешь, что случилось?

– Похоже на бешенство… только какое-то странное…

– И что в нем странного?

– Бешенство, оно… не такое. Оно не может протекать ураганно. Оно имеет очень определенный инкубационный период, аж до трех месяцев. И потом, и укушенный, и собаки не умирают сразу. А тут – раз и все.

– А на тебя почему чада и домочадцы набросились?

– Так собак утром собирался выгуливать не псарь, а сам Мадиан конунг. Они как увидели, что Иоганнес умирает, так сразу и начали орать, что я конунга хотела убить. Ну… и начали бить… еще обзывали по-всякому…

– Лихо… и главное, как быстро они нашли виноватого. Ладно, Лара, основные боли я тебе снял, передвигаться сможешь, а теперь пошли в дом, будем разбираться и с собаками, и с обвинителями…

И сейчас Ниорису очень хочется выяснить, кто ж там такой умный, что все знает. И, главное – откуда.

А в усадьбе стоял дым коромыслом, в смысле все нервничали, носились и дергались, как будто это не псаря, а их чем-то отравили, вызвав не иначе как болезнь Паркинсона. Оставить еле передвигающуюся Лару одну Ниорис не рискнул, мало ли что опять этим домашним психам в голову придет, и медленно повел ее к приемному залу конунга.

– Вот она, – заорала какая-то, увидев их, какая-то дворовая девка. – Это она Иоганнеса отравила!

– А хотела отравить конунга! – тут же поддержал ее домоправитель Мадиана. – Убить иноземную тварь!

– Никогда и никого нельзя убивать просто так! Светлейший конунг, ради Богов, остановите этот произвол!

– Ниорис, – громыхнул Мадиан, – твое дело – лечить. А не давать советы как управлять и принимать решения!

Ах ты ж, высокомерный поганец. Получается, если ты лекарь, так у тебя ни глаз нет, чтоб явную подставу углядеть, ни мозгов, чтоб это сообразить? Лечи себе и не лезь в дела аристократов, смерд! И получше лечи, а то вечно вы халтурите. А вот если вдуматься, почему так интересно карты ложатся, когда дело касается именно лекарей? На Земле придумали клятву Гиппократа, в Тиррольде – Уложение Мирна конунга, и все эти в общем-то полузаконные требования вбивают в голову лечащих одну и ту же мысль: ты – должен! Должен приложить все усилия к излечению страждущих. И никто не задумывается, достойны ли эти самые страждущие излечения. И хочет ли врач уродоваться на благо очередного неблагодарного пациента. Потому что позиция «ты – должен» изначально не предполагает благодарности. Какая тебе к чертям благодарность, если ты просто выполняешь долг? Вот варежку заткнул и выполняй, и скажи спасибо, что я на тебя не жалуюсь в некую вышестоящую инстанцию, или не изничтожаю на месте. А никому не кажется, что здесь что-то неправильно? Почему никто не пытается подобные «долги» навесить на представителей других профессий? Давайте введем клятву продавца, дворника, кузнеца, плотика, конунга, наконец! И точно так же с пеной у рта будем с них требовать ее исполнения. Что ж только врачей так хочется заставить? А я, пожалуй, даже знаю почему. Каким бы ты ни был богатым, успешным, знатным, известным, чем дальше по жизни, тем больше проблем как раз со здоровьем. И именно мы, врачи, лекари, целители, знахари, да как нас не назови, оказываемся в какой-то момент времени единственной преградой между человеком и болью. Или человеком и смертью. И как только больной слышит этот коротенький звук – цвик! – а это коса смерти просвистела совсем рядом, то тут и наступает время вспомнить о нас. И нас, тех самых врачей, лекарей, целителей, знахарей можно и некими благами, и деньгами обласкать, в смысле пряника, но одновременно нужно и кнут держать наготове, в смысле давления на факт клятвы, данной нами. Чтоб не расслаблялись, а покорно склоняли голову перед фактом долга. Хорошо устроились, мерзавцы, должен заметить. И почему периодически так тянет наплевать на Уложение Мирна конунга и кротко оставить некоторых особо наглых аристократов самостоятельно подыхать?

О радости по поводу сведения счетов

Фарран светлый ярл, херс клана Черного Филина, получив по шару связи сообщение Маргрет, довольно улыбнулся и даже позволил себе третий кубок лигорского, от чего его хором предостерегали и Ниорис, и Вольд, и Палл. Ничего, сегодня можно, он заслужил. Если разыгрываемую им комбинацию рассматривать как шахматную партию, Вольда можно считать фигурой белых, ранг – ладья, а это аж пять пешек. Недооценили, ох как недооценили тебя в свое время! Сумел, поганец, в свое время не погибнуть, став знахарем в Тиррольде и заставив с собой считаться. Сумел стать нужным конунгу, спася его жену, и обретя высшую степень иммунитета. Сумел отомстить за себя, заставив Фаррана пожертвовать пятеркой Филинов и Карлисой. Что ж, рокировку[49] белых в короткую сторону можно назвать удачной. Но Фарран ярл терпелив и свою рокировку черных в длинную сторону как раз сегодня довел до завершения.

Вот и отсидится теперь себе на позиции ферзевого слона, при том что на позицию ферзя попала дальнобойная ладья, контролирующая всю вертикаль. И пешечка твоя как раз попадает «под бой», приближая черную ладью к белому королю. Посмотрим, как ты запоешь, когда выяснишь судьбу своей пешки-протеже. За покушение на светлейшего Мадиана конунга девочку твою скорее всего ждет казнь, которую ты не простишь. И конунг за такие фокусы тебе благоволить перестанет. И иммунитет твой у правителя быстро закончится. А если ты отомстить за нее конунгу соберешься, оно и к лучшему. Вдруг захочешь поквитаться вплоть до смертельного исхода? А лишение родовой силы клана Каменного Медведя приведет к подчинению их кланом Чепрачной Собаки, хе-хе. Но есть нюанс. Собаки – клан слабый, максимум, что смогут, начать грызть горло Медведям, требуя подчинения, куда им о власти думать! А, значит, у клана Филинов появляется реальный шанс стать сильнейшим в Тиррольде. Может пора уже примеривать титул и венец конунга? Ибо больше некому. Фритрик сможет унаследовать не просто регион, а страну, Фарран все для этого сделает. И никакие приблудные твари ему больше диктовать условия не будут. А Вольду придется утереться и запомнить, что в шахматах, как и в жизни все может очень быстро изменить один-единственный ход. Главное, его правильно продумать. Победа достается тому, кто сделал ошибку предпоследним[50]. И если правильно себя повести, то дальнейшее свое пребывание в Тиррольде Вольду придется отныне согласовывать с Фарраном конунгом, который еще очень даже подумает, предоставлять всяким там Ходокам иммунитет… или как. Кстати, и Проводникам тоже.

Об умении оборачивать любые события себе на пользу-2

– И какие новости нынче обсуждают в Тиррольде, Ярхон светлый ярл?

– Из наиболее интересных – ровно одну, Мадиан светлейший конунг. О неудавшемся покушении на тебя этой иномирной девки.

– Ну зачем так уж сразу… может, это и не она…

– А кто? Кто еще к твоим собакам допущен?

– Иоганнес, например. И еще…

– То-то он сейчас вместо тебя мертвый лежит! И, кстати, из здешних жителей на тебя руку поднять никто не рискнет, потому что твоя родовая сила контролирует всех в Тиррольде, за очень редким исключением. Иномирным. Кстати, шах, светлейший конунг.

– С какого… это ты меня опять отвлек! А тогда я – ладьей! Но зачем ей это делать? Она ничего не выиграет от моей смерти! Не будет меня – ее порвут мгновенно. При одном подозрении уже чуть не порвали.

– Этого я не знаю, но ходят слухи, что у нее появился… ухажер из клана Желтого Енота. Причем не много, ни мало, один из сыновей херса клана. А Еноты никогда не отличались повышенной лояльностью.

– Еноты… да, агрессивный клан. Агрессивный, но не склонный к интригам и завуалированным ходам. Им такого обходного варианта не придумать.

– Значит ей еще кто-то подсказал. Кто-то для кого ты не представляешь интереса, зато представляешь угрозу. Кто-то, кому она доверяет. Кто-то, ради которого и рискнуть не грех. Понять бы еще кто…

– Допросим всех окружающих – разберемся.

– Хорошо бы разобраться… и побыстрей. Потому что следующий раз может оказаться и удачным.

– Ну, не надо так уж сгущать краски. Может оказаться и обычное бешенство…

– Может. А может и необычное. И неплохо бы сделать так, чтоб никакое бешенство отныне не проникало на территорию усадьбы. Я надеюсь, ты не оставишь все это безнаказанным, светлейший конунг?

– Не оставлю.

– По законам Тиррольда покушения на херса клана караются смертью. Мат, светлейший Мадиан.

– Опять! Вот даже играть с тобой неинтересно! Ладно, иди, я подумаю…

Дождавшись ухода херса клана Зеленого Ящера, Мадиан спросил в пустоту:

– Ну, что скажешь?

Из-за оконной портьеры вышел Вольд знахарь и мрачно произнес:

– Что, кажется, начал понимать, откуда ноги растут.

– А раньше ты думал, что из подмышек?

– Это… так. Иносказание из моего мира. Я понял, что он делает. Не зря нам, оказывается, читали в свое время «Психологию», спасибо профессору Бельчицкому, потому что сейчас я могу точно сказать, что светлый ярл применяет при общении с собеседником психологические атаки. И небезуспешно.

– И во что это выливается?

– В применение постоянных методов «давления» на собеседников. Я способен понять тех людей, которые применяют психологическую агрессию только в состоянии стресса. Им кисло, они могут начать на всех срываться. Погасить их агрессию, разобравшись в ситуации, вполне реально. Я не способен понять агрессию людей с патологическими отклонениями психики, или тех, кто находится в состоянии алкогольного или наркотического опьянения. От них просто нужно держаться как можно дальше, как от обезьяны с гранатой. Но есть еще один тип окружающих – наиболее неприятный. Это люди, сознательно прибегающие к психологическому прессингу. Для них он – самый простой способ добиться своей цели. Это наиболее опасный тип психологических агрессоров. Для них это стиль жизни, в психологической войне они чувствуют себя как рыба в воде. Этот ярл, похоже, как раз из таких.

– Хм… а поподробнее?

– Психологическая атака – один из методов психологического воздействия, основная цель которого ослабить бдительность человека настолько, чтобы сделать его податливым чужой воле. Это, так называемый, плацдарм для последующей успешной манипуляции. Многие ошибочно полагают, что главной целью психологической атаки является сломить волю человека силовым воздействием и подавлением, ну, и заставить его подчинятся. Но этот ярл гораздо хитрее, он, видимо, догадывается, что это всего лишь один из видов психологической атаки, который называется силовой, не самый популярный и не самый действенный.

– А есть и другие виды атак?

– Да их как гря… великое множество! Причем направлены они на разные уровни подсознания и влияют на разные психокомплексы, ну, «слабые места» человека. Если силовая атака направлена по большей части на такой психокомплекс, как страх, и чаще применяется к слабым особям, то логическая и ценностная воздействуют на неуверенность в себе и заниженную самооценку, так что такой метод хорошо срабатывает с детьми и некрасивыми людьми. Эмоциональная направлена на чувственность, жалость, вину, которые свойственны даже самым сильным, а сексуальная на мужественность или женственность, в зависимости от того, какого пола собеседник.

– Что-то я не очень понимаю… и как это можно использовать в применении ко мне, например?

– Легко! Есть такой вид атаки как логическая, его часто используют во время дискуссий или переговоров, в тех случаях, когда нужно собеседника запутать, сломать его собственную логическую цепочку, заставить сомневаться в себе и своих доводах, вызвать чувство неуверенности. Если атака проведена успешна, то собеседник будет полностью деморализован и готов согласиться со всеми доводами своего оппонента. Речь во время атаки должна быть быстрой, напористой, нагруженной терминами и сложными конструкциями, не дающими возможности сесть и спокойно вдуматься. Например, атакующий говорит своему собеседнику: «Вы умный человек, и не можете со мной не согласиться!» Что характерно, частица «не» нашим подсознанием пропускается, и наш мозг понимает фразу так: «Вы умный человек, и можете со мной согласиться». Опять же, этой фразой оппоненту ставят простенькую «вилку», он должен либо понять, и согласится, либо признать себя глупцом. Вот тебе нравится признавать себя глупцом, светлейший конунг? Нет? А теперь вспомни кто и как часто тебе говорил похожую фразу.

– Ах, вот, значит, как! Это, значит, атака была! А я… так, а что еще бывает?

– Есть такой вид психологической атаки, который может пригодиться любому правителю. Ценностный. Он как раз направлен на то, чтобы внушить не одному человеку, а сразу группе людей какую-то идею. Все политики в обязательном порядке используют ценностный вид психологических атак во время своих выступлений. Да ты и сам этим неоднократно не гнушался, вспомни свои речи на тинге о сплоченности Тиррольда или необходимости захвата земель этих… как их там… вихринов. Эти атаки воздействуют на такие психокомплексы, как тщеславие и жадность. Кстати, для достижения какой-то цели атакующий может предлагать заключить пари, спор, и человек становится управляемым из-за желания получить мнимую выгоду в будущем. Пари часто заключал, светлейший конунг? Помнишь с кем?

– Не лей дерьма мне в душу! Лучше объясни, на что еще меня поймать можно.

– Следующий вид психологической атаки – эмоциональный. Очень удобно воздействовать на тех, у которого сильны жалость, чувство вины, скромность, неуверенность в себе. В эту категорию чаще всего попадают женщины. Если заставить человека испытать одновременно жалость и вину, то с ним потом можно делать все что угодно, это такие сильные чувства, которые усиливают друг друга в паре. Естественно, во время деловых переговоров никто не использует этот вид атак, но для общения с простыми людьми – самое оно.

Правда есть у эмоциональной атаки такой подвид, на который даже ты, светлейший конунг можешь повестись. Это сексуальная атака. Она, хоть и воздействует на другие психокомплексы: мужественность или женственность, но не менее действенна. Работает почти безотказно: достаточно сделать слегка фривольный намек. Или отвесить двусмысленный комплимент. Тебе при некоторых просьбах или при устроении разносов местные молодые девушки никогда глазки не строили? Прелести в вырезе платья не демонстрировали? Завуалированно или практически прямо не предлагались?

– Но я не…

– Да ты-то может и не. Им было важно другое. В результате этих самых действий они добивались рассеивания внимания собеседника и снижения напряжения в беседе. И вот ты уже не так сосредоточен, менее зол, возможно, смущен, и забыл половину того плохого, что хотел им сказать. А выпросить у тебя под рассеянность можно побольше того, что ты изначально планировал дать или получить менее страшное наказание, чем заранее предполагалось. Вообще, главная цель любого вида психологических атак, как раз в том и состоит, чтобы собеседник потерял бдительность, расслабился и открыл свое подсознание для следующих методов психологического воздействия. Программирования, там, или манипуляции.

– И как, поняв это, с подобными атаками можно бороться?

– А для этого следует точно уметь определять, с чем именно ты имеешь дело, чтоб определить способ противодействия. И потому принес я тебе, о светлейший конунг, подарок, уже перетолмаченный на ваши руны. Трактат «Тридцать шесть стратагем»[51]. Полезнейшая вещь, как оказалось.

– И что в ней такого полезного?

– Позволяет понять, чем руководствуются некоторые, возомнившие себя великими кукловодами.

– Думаешь, он…?

– Вижу.

– А точнее?

– Пока я наблюдал в его исполнении тридцать третью стратагему «Сеяние раздора» (второе название – «Возвращённый шпион»).

– И в чем ее смысл?

– «Подорвать способность противника сражаться, тайно посеяв раздор между ним и его друзьями, союзниками, советниками, семьёй, солдатами, командирами или вообще всеми подданными. Пока он занят улаживанием внутренних разногласий, ему гораздо сложней атаковать и защищаться».

– А конкретней?

– А он сейчас в неявном виде тебе объяснил, что я есть не подконтрольный твоей силе союзник, а иномирный враг. Что именно я подкапываюсь под тебя, Мадиан конунг, и пытался тебя убрать, используя Лару.

– Почему ты не веришь в ее вину?

– Я даже не буду говорить дурацких слов на тему о доброте ее характера. Дело в другом. Я не верю, что это ее рук дело, потому что от этой якобы болезни погибло семь собак. Семь! Какой бы ни была ее гипотетическая цель, собак она бы убивать не стала. Человека… может и могла бы, животинок – никогда.

– Допустим… А кто тогда мог? И как? Не допрашивать же мне теперь все население!

– Этого кого-то могли элементарно подослать на псарню с отравой, а потом просто убрать, как отыгранную пешку. Если выяснить, кто буквально вчера-сегодня погиб, будет ясно какой из кланов замешан. Вот их херсов и можно попробовать… потрясти.

– Пожалуй… Однако это может быть кто угодно из верхушек, кому приказали. И силой даже я из них не смогу правду выбить. А что можно этому противопоставить?

– Вспомнить вторую часть этой стратагемы. «Возвратить шпиона» означает воспользоваться шпионом, засланным противником, чтобы отплатить ему той же монетой.