Имперский пёс 4. Нордические сказки
- -
- 100%
- +
– Значит, мальчики не наигрались в-сороковых и решили повторить? – произнес батюшка Феофан. – Так, что дальше происходит с перстнем?
– Перстень доставляется в орденский замок Анэнербе, где его уже поджидает донор – живое тело, насильственно лишенное души специальным обрядом экзорцизма. Душу погибшего адепта подселяют в пустую оболочку. Вот и весь фокус! Это, на мой взгляд, самое важное! Остальное я изложу на бумаге: планы командования, боевые расписания… Да много чего! Но ничего особо срочного.
– Хорошо, после совещания напишешь докладную. Передадим в службу внешней разведки, – одобрил старец. – А теперь о наших дальнейших планах. Гитлеровцы стремительно совершенствуются в плане технологий, осваивая наши разработки и используя наших специалистов. По самым смелым прогнозам, они нас догонят через год другой. Но пока еще мы превосходим противника. А вот противопоставить вампирам и вервольфам нам нечего! А они наносят чудовищный урон нашей живой силе! И бороться с ними дедовскими методами: святой водой и осиновым колом – попросту смешно! Поэтому командование поставило перед нашим отделом следующую задачу: в кратчайшие сроки разработать систему противодействия "Красным" дивизиям СС и отрядам "Вервольф".
– Легко сказать, в кратчайшие сроки! – возмутился Сидоренко. – Надо было раньше к нам прислушиваться!
– Сергей Валентиныч, мы же с тобой уже обсуждали этот вопрос! – нахмурился Петр Семеныч. – Одичал ты в тайге. Знаешь, чем пахнет обсуждение приказов командования в военное время? Ты думаешь я не переживаю по поводу упущенных возможностей?
– А ну хватит собачиться! – рявкнул батюшка.
Не ожидавшие такого рыка от тщедушного монаха, спорщики замолчали.
– Не хватало еще, чтобы мы друг другу в глотки впились! Запомните, вы – одна команда! И от слаженности ваших действий, возможно, зависит будущее нашего мира! Понятно, господа офицеры?
– Так точно! – в один голос ответили контрразведчики.
– Владимир Путилов, – официально обратился к Вольфу батюшка, – вы также мобилизованы… Конечно, генеральских лампасов я вам не обещаю, их еще придется заслужить, но указом Верховного Главнокомандующего вам присвоено звание капитана контрразведки…
– Но я же ничего в ваших мистических делах не понимаю! Я простой солдат!
– А тебе ничего и не нужно понимать, – пояснил старец. – В твои обязанности будет входить подготовка и проведение силовых акций 16 отдела, охрана членов команды… Ты справишься!
– Благодарю за оказанное доверие! – Вольф поднялся из кресла, одернул куртку и вытянулся во фрунт: – Служу России! – отчеканил он.
– Вот твои документы, – батюшка протянул Вольфу пухлый конверт. – Парадку получишь у начхоза, табельное оружие – в оружейке.
– Чем нам придется заниматься? – напрямую спросил старца Сидоренко. – Я подозреваю, что у вас есть уже кое-что на примете.
– Есть! – согласился батюшка Феофан. – В нашем архиве нашелся один очень интересный документ – несколько Новгородских берестяных грамот, датированных 893 годом. В этом интересном документе молодой ученик волхва описывает похождения и подвиги своего недавно почившего наставника – черного жреца Кемийоке. В числе прочего парнишка утверждал, что его наставник был способен поднять из могил целую армию мертвецов…
– А с чего вы взяли, что все, описанное в грамоте не вымысел древнего летописца? – засомневался майор.
– Во первых: паренек очень детально повествует об осаде Сурожа князем Бравлином в 813 году, в котором его наставник принимал непосредственное участие. Где и применил свои некромагические способности. Мы проконсультировались со специалистами-историками: такая битва действительно была! Она описана в житии, названном "О прихождении ратию к Сурожу князя Бравлина из Великого Новгорода".
– А вот это уже полная ерунда! – не сдавался Сидоренко. – Научно доказано, что никакого Новгорода в дорюриковские времена не существовало! Археологические раскопки…
– Знаю, Сережа, знаю! – не стал спорить старец. – Не было Новгорода в 813 году, это, конечно, поздняя интерполяция летописца. Эти жития писались где-то в 12 столетии. Нас сейчас интересует связь князя Бравлина, волхва Кемийоке и Новгорода 893 года. Так вот имя князя Бравлина упоминается еще в одном документе – "Житии святых Георгия Амастридского и Стефана Сурожского". В частности Стефан Сурожкий с 767 до самой смерти в 787 году был епископом епархии в Суроже.
– А где находился этот самый Сурож? – поинтересовался Сергей Валентинович.
– Нынешний Судак, что меж Феодосией и Алуштой, – ответил батюшка. – Так вот, в житии об осаде Сурожа князем Бравлином, описываются чудеса, явленные умершим святым Стефанием для защиты города от полчищ нечисти. Князь Бравлин в нашей Новгородской грамоте назван дедом Рюрика, призванного в 862 году на княжение в Новгород.
– Постойте, постойте! – потрясенно воскликнул Сидоренко. – Бравлин в открытую назван дедом Рюрика? Но это же…
– Да дослушай же ты до конца! – гневно сверкнул глазами батюшка. – Волхв Кемийоке прибыл в Новгород вместе с Рюриком. Из той же грамоты мы узнаем, что Кемийоке служил нескольким поколениям русских князей. Ученик волхва не поленился и перечислил их до шестого колена! Так что в наших руках находится подлинное генеалогическое древо Рюриковичей! Согласно ему Рюрик был русом и сыном "короля народа Рос" Хакана, чье имя упоминается в "Бертинских анналах", датированных примерно 839 годом. Матерью Рюрика была средняя дочь новгородского посадника Гостмысла – Умила. Вот почему на княжение позвали именно Рюрика, он попросту был родственником Гостомысла! Отцом Хакана и дедом Рюрика был князь Бравлин. Прадедом – Регнальд Русский, упоминаемый хронистом Саксоном Грамматиком в "Истории Данов" в связи с битвой между войсками датского конунга Харальда Боевой Клык и шведского конунга Сигурда Ринга, произошедшей в 770 году. На стороне Ринга выступал среди прочих и его брат, Регнальд Русский, которого Грамматик называет королем. Отцом Регнальда Русского был Ранвер, его отцом – Радбард Гардский, конунг Гардарики. Радбард был женат на Ауде Глубокозадумчивой, дочери знаменитого шведского завоевателя Ивара Широкие Объятья, который в 8 веке объеденил Англию, Саксонию, Данию, Швецию и ряд "Восточных земель". Сам же Ивар принадлежал к харизматическому роду Скьолдунгов, что вели род от Скьолда, сына Одина.
– Да на таком материале можно защитить не одну диссертацию! – воодушевленно воскликнул Сергей Валентиныч. – Надо же, фамильное древо Рюриковичей во всей красе
– Можно защитить, – согласился батюшка Феофан, – если сделать сей документ открытым для ученых, не причастных к нашей структуре. Но делать этого мы не будем.
– Почему?
– Потому! – отрубил старец. – В этом историческом документе есть нечто более важное, нежели фамильное древо Рюрика. В грамоте подробно описываются некоторые детали обряда, с помощью которого черный жрец поднимал мертвецов из могил. И эти детали очень правдоподобны и даже больше, благодаря именно этим подробностям, уважаемый Петр Семеныч сумел почувствовать в себе дар некромага.
– Это как? – удивился Сидоренко.
– А так, – насупился батюшка, – детство в жопе заиграло!
– Крыса в архиве сдохла, – пояснил Министр. – Воняла жутко, а где – хрен его знает? А мы только-только берестяную грамотку перевели… Я по схожей теме пробежался, благо макулатуры в архиве навалом! Составил список необходимых вещей и провел обряд! И, бляха муха – получилось! Дохлая крыса сама на открытое место выползла! Представляете?
– А если бы, что не так пошло? – набросился на Министра батюшка. – Один, без подготовки, без должных навыков баловаться некромагией…
– Но ведь получилось?
– Получилось, – вынужденно признал правоту Петра Семеныча старец. – Но хоть бы предупредил! Неужто я не подстраховал бы?
– Каюсь, не подумал! – положил руку на грудь Министр.
– А другие пробовали?
– Пробовали, но больше ни у кого крысу оживить не вышло! А Петька, паразит, играючи оживил! Дар у него оказался… – ради проформы ворчал батюшка. – Так, что-то мы от темы отклонились! Вернемся к запискам Финна…
– Что за Финн? – переспросил Сидоренко.
– Так называл себя в летописи ученик Кемийоке, – пояснил монах. – Не ясно только, это его имя или национальность.
– А не тот ли это пушкинский отшельник Финн? – предположил Сидоренко. – Наставляющий Руслана на путь истинный?
– Вполне возможно, – согласился батюшка. – Если Кемийоке умудрился прожить почти тысячелетие…
– Сколько? Не выдержал и вновь перебил старца майор.
– Финн называет наставника учеником Вяйнямейнена, – спокойно отнесся к выходке подчиненного батюшка. – Этот поистине могучий маг древности – основной герой знаменитого эпоса карелов и финнов "Калевале", повествующий о борьбе за обладание чудесной мельницей Сампо, этакого рога изобилия. Специалисты-историки датируют примерное время создания эпоса сотым годом до рождества Христова. Финн же утверждает, что Кемийоке был свидетелем битвы Вяйнямейнена с Лоухи.
– Тысяча лет – солидный возраст! – произнес Сидоренко. – Так что же случилось после смерти Кемийоке?
– А кто сказал, что он умер? – ответил вопросом на вопрос батюшка. – В грамоте сказано, что он почил, устав от жизни. А это может означать что угодно! Тело колдуна со всеми подобающими предосторожностями было замуровано где-то в подземных пещерах в районе Новгорода. Вместе с ним замуровали и его колдовские причиндалы, а именно – костяной посох. Именно с помощью этого артефакта Кемийоке удавалось одновременно поддерживать псевдожизнь у такого количества навьев. Мы с Петром провели небольшой эксперимент: сколько мертвецов он сможет поднять и удерживать одновременно. Не больше двух-трех. Итак, товарищи офицеры, ваша задача найти этот артефакт! Любой ценой! Хоть землю грызите, но дайте результат! Времени у нас нет!
– Значит план – бить врага его оружием? Они: дивизию вервольфов и полк вампиров, а мы: армию жмуров! Нате, выкусите! А если не сложиться? Ну, не найдем мы этот чертов посох? – решил уточнить Сидоренко. – Все-таки больше тысячи лет минуло.
– Задание ясно? – не стал отвечать на вопрос майора батюшка.
– Так точно!
– На месте уже работает Петер вместе с группой археологов. Так же по близлежащим деревням и селам работает несколько фольклорных групп…
– Сказочники? – прыснул Министр. – От них-то какая польза?
– Зря вы так, батенька, – сухо произнес старец. – Наши друзья из Анэнербе начинали именно со сбора сказок, легенд и песен. А каких высот достигли? Сами же только что вспоминали пушкинского Финна, а он не на пустом месте возник! Закончим на этом, – устало произнес он. – Начальником группы назначается майор Сидоренко. Идите и работайте!
Глава 4
23.06.09.
Россия. Новгород.
Петр Семеныч стоял на краю раскопа и вяло наблюдал за работой копающихся в глубокой яме людей. Прохладный ветерок приятно освежал разгоряченное летним зноем тело. За рекой виднелась живописная каменная стена древнего новгородского Детинца, а буквально в ста метрах от раскопа высился Храм Николая Чудотворца. Петр Семеныч зевнул, откровенно скучая. В археологии он ничего не понимал, поэтому до сих пор не мог придумать, куда же ему приложить свои усилия.
– Скучаете? – спросил у Министра, подошедший начальник археологической экспедиции Вадим Кучерявый, приятный молодой человек, не смотря на возраст, пару лет назад получивший высокую профессорскую степень. – Неужели не интересно?
– Как тебе сказать, Вадим? – уклончиво ответил Петр Семеныч.
– Чтобы не обидеть? – добродушно улыбнулся Вадим.
– Что-то в этом роде, – согласился Министр. – Одно время мне пришлось активно поработать кайлом и лопатой в местах не столь отдаленных… Поэтому к подобного рода работам отношусь с большой антипатией.
– Сочувствую, – чистосердечно произнес Вадим. – Но грубый физический труд, как вы выразились: кайлом и лопатой, лишь одна из составляющих работы археолога. Но без этого – никуда…
– А почему вы копаете именно здесь? – полюбопытствовал Петр Семеныч.
– Берестяные грамоты из спецхрана были найдены именно на этом месте, – ответил Вадим. – Я ознакомился с отчетом той экспедиции…
– А почему именно вы возглавляете нынешнюю? – вдруг спросил Министр. – Логичнее было бы привлечь к раскопкам тех, кто уже в курсе.
– Это несколько затруднительно, – обаятельно улыбаясь, произнес Вадим. – Видите ли, экспедиция нашедшая интересующие нас грамоты, проходила в тридцатых годах прошлого столетия. И к сегодняшнему моменту все её участники находятся в местах столь отдаленных, что достать их оттуда…
– Ох, ты! – смутился Петр Семеныч. – Я как-то об этом и не подумал!
– Ничего страшного. Я тоже не ожидал, что существуют неизвестные науке берестяные грамоты! И даже не предполагал, что такое вообще возможно! Вам может быть трудно себе это представить, но история Новгорода, да и вообще история становления Древней Руси – моя страсть! Когда ко мне обратились ваши руководители и попросили сделать точный перевод неизвестной!!! до сих пор берестяной грамоты, я испытал настоящий шок! На сегодняшний день известно всего лишь 953 Новгородских берестяных письма, 40 найдено в Старой Руссе и 19 в Торжке. И их содержание, не идет ни в какое сравнение с содержанием грамоты из спецхрана! Одна лишь родословная Рюрика дорогого стоит!
– Но ты никогда не сможешь её обнародовать, – счел своим долгом предупредить начальника экспедиции Петр Семеныч.
– Я в курсе, – горестно вздохнул тот, – я подписал документ о неразглашении. ФСБ считает содержание грамоты государственной тайной. Одного не могу взять в толк – почему? Помимо сведений о Рюрике, остальное содержание настолько фантастично, что никак не может быть правдой…
– Я бы не делал столь поспешных выводов, – не согласился Петр Семеныч. – До недавнего времени альтернативные миры, вампиры и вервольфы тоже считались вымыслом! Тебя вообще просветили, чем занимается 16 отдел ФСБ?
– Да я как-то особо и не интересовался, – признался Вадим. – Меня так увлекла грамота, и предложение возглавить экспедицию легло на подготовленную почву… Так чем же на самом деле занимается 16 отдел?
– А занимаемся мы с вами, коллега, всякой чертовщиной. Именно тем, что большинство обывателей считает сказкой и вымыслом. Ты, кстати, в курсе, что Петер – вампир?
– …?
– Мало того, большую часть своей жизни он провел в Тысячелетнем Рейхе, в качестве этакого цепного пса.
– Я даже не мог такого представить! – ужаснулся профессор. – Хотя его мертвецкая бледность меня слегка смущала, я думал какая-то болезнь кожи. Так он мертвец?
– В некотором смысле да. Чтобы переродиться – нужно умереть.
– И он, – Вадим судорожно сглотнул, – пьет человеческую кровь?
– Увы, это так. Но он может питаться и кровью животных.
– Почему вы все это рассказываете мне?
– Чтобы некоторые моменты не были для тебя неожиданностью, – пояснил Петр Семеныч. – Ты теперь полноценный сотрудник нашего отдела, так что обязан быть в курсе. В процессе работы мы будем сталкиваться с необычными для непосвященного человека вещами.
– Например, какими?
– А наличие в нашей команде вампира тебя уже не удивляет? И давай оставим все эти чайные церемонии…
– Что вы хотите этим сказать?
– Перестань мне выкать. В нашей команде это не принято.
– Хорошо… Э…
– Петр Семеныч, – подсказал Мистерчук.
– Вадим, – запоздало представился Кучерявый.
– Вот и познакомились! Вечером знакомство обмоем, и все будет в ажуре! Я тебе представлю остальных членов нашей команды. Мужики отличные. Сработаемся!
– Я буду только рад! – пожал протянутую Петром Семенычем руку Вадим.
– А что насчет других членов моей команды?
– Археологов? – кивнул в сторону раскопа Мистерчук.
– Да. Что мне им говорить?
– Для них это обычная археологическая экспедиция. Во все нюансы посвящен лишь ты.
– Но они тоже подписали… о неразглашении результатов.
– Не важно! – отрубил Петр Семеныч. – В курсе только ты. Таков приказ. А приказы в военное время не обсуждают!
– Но для продуктивной работы я вынужден буду открыть хотя бы малую часть…
– Ты прав, часть информации придется открыть. Только предварительно обговори это с майором Сидоренко. Он руководитель. Все, сколько-нибудь значимые решения только с его одобрения!
– А он что-нибудь понимает в археологии и лингвистике?
– Боюсь, что не больше моего.
– Тогда как? Как прикажете мне работать в таких условиях?
– Придется тебе вводить нас в курс дела, на уровне, так сказать школьной программы, – невозмутимо ответил Петр Семеныч. – Разжевывать прописные истины. Ничего другого я тебе предложить не могу.
– Хорошо, – вздохнув, согласился Вадим. – С чего начнем, раз уж у нас с вами нет другого выхода?
– А мы уже начали, – возразил Петр Семеныч. – Прояснили вопрос выбора места раскопок. Значит, именно здесь были найдены интересующие нас документы?
– Да, согласно отчетам из архива, их нашли где-то в этом месте.
– А почему так далеко от центра города? Я думал, что самое древнее место – именно центр.
– Этому, на мой взгляд, есть несколько объяснений. Во первых: на территории древнего Новгорода существовали одновременно три разноэтичных поселения окруженные стенами. Позднее они объединились, и их жители построили общую крепость, получившую название Новгород. Поэтому поиск общего центра несколько затруднителен. Во-вторых: мы знаем, что грамота составлена учеником волхва, жрецом, служителем некоего культа, возможно, даже богомерзким колдуном. Такие люди всегда вызывали некий страх, либо подсознательную неприязнь основного населения, и старались селиться где-нибудь на окраине…
– Чтобы, значит, лишний раз не мозолить глаза простому народу, – догадался Петр Семеныч.
– Совершенно верно! – довольно отозвался Вадим. – Возможно, в то время здесь и была такая окраина. Предположительно в этом самом месте находился дом, где проживал волхв Кемийоке и его молодой ученик – Финн. Отчеты предыдущей экспедиции довольно скупы. Неизвестно при каких обстоятельствах были найдены грамоты, нет обычных при таких находках схем расположения. Нет вообще ничего. Точно известно только место. И докладная записка некоего Федора Гранина, куратора проекта от НКВД, Глебу Бокия о содержании перевода берестяной грамоты за номером 325, в которой говорилось о процедуре оживления навьев. На записке резолюция Бокия: экспедицию распустить, материалы засекретить. Так современная наука лишилась столь ценных сведений…
– Да уж, страховались красноперые будь здоров, – произнес Министр. – Небось, все участники экспедиции после этого только кайлом в лагерях и отмахивали, не помышляя больше ни о каких научных открытиях.
– Вполне возможно, – согласился Кучерявый. – Больше о них никто ничего не слышал. Страшно все это…
– Не факт, что именно в лагеря, – поспешил утешить расстроенного Вадима Мистерчук. – Может быть, они продолжили работу в 16 отделе. Под завесой строгой секретности. Да не расстраивайся ты так – времена сейчас не те! Давай-ка лучше сосредоточимся на работе!
– Может, присядем? – Кучерявый указал на брезентовые стульчики под тентом, натянутым возле самого раскопа.
– И то дело! – согласился Петр Семеныч. – В ногах правды нет. Значит здесь была окраина древнего города? – удобно устроившись в кресле, продолжил прерванный разговор Мистерчук.
– Одного из трех городков, – поправил Вадим. – Ведь мы говорим о самых ранних этапах развития Новгорода. В летописях Новгород упоминается впервые под 859 годом. Правда, – оговорился он, – это упоминание содержится в более позднем своде. А самая древняя из построек, исследованная археологами, датируется 953 годом. Хотя никто и никогда не утверждал, что археологам удалось обнаружить вообще самую древнюю новгородскую постройку. Поэтому дата основания города до сих пор под большим вопросом! Однако берестяная грамота Финна датирована 893 годом! Возможно, наша экспедиция прольет свет на этот спорный вопрос.
– А как вообще удается определить древность находок? Я не имею ввиду грамоту…
– Я понял, – живо отозвался профессор. – Вы-таки потихоньку начинаете проявлять интерес к археологии, – заметил он.
– Так уж сложились обстоятельства. От нашей заинтересованности зависят результаты задания.
– А что касается хронологии древностей, то Новгород в этом смысле просто подарок для археолога! Прекрасная сохранность древесины позволила отказаться от традиционных датировок по комплексам вещей. Я имею ввиду широкое применение метода дендрохронологии, давшего возможность определять время построек и мостовых с точностью до одного года!
– Это как? – не понял Петр Семеныч. – Мне бы попроще, на пальцах.
– Извольте, – усмехнулся Вадим. – Есть такое понятие – древесные годовые кольца…
– Знаю, работал на лесоповале.
– Эти кольца уникальны, каждый год оставляет свою своеобразную отметину в структуре древесины. Так вот, с помощью этих колец можно с точностью до одного года определить, когда это дерево было срублено. А, следовательно, точно датировать постройку того или иного здания. А Новгородские деревянные мостовые – вообще кладезь полезной информации! Они стелились друг на друга…
– Ага, – указал пальцем Петр Семеныч, – та бревенчатая пирамида – всего лишь мостовая?
– Верно! Она росла столетие за столетием. Толщина культурного слоя в этом месте более 9 метров! Мы уже исследовали самый первый, древнейший уровень мостовой. Деревья для него были срублены в 977 году.
– Но ведь грамота от 893 года! Как такое может быть?
– Не забывайте, что на 893 год это место – окраина либо выселки! Какие мостовые на окраине? Только когда город расширился, здесь проложили мостовые.
– Так это ж почти сто лет прошло!
– Будем рыть глубже, расширим площадь раскопок. Хотя, еще не все потеряно: мы постоянно натыкаемся на следы той, засекреченной экспедиции. Возможно, находки были сделаны намного глубже первого яруса мостовой. К тому же, это территория Славенского конца – Славно, а оно в летописях носит и другое название – Холм. Скандинавские источники даже в сравнительно позднее время упорно именуют Новгород Холмгардом.
– Не вижу здесь ничего даже отдаленно напоминающего Холм, – хмыкнул Петр Семеныч. – Все вокруг ровное, словно блин на тарелочке.
– Особенности первоначального рельефа, – пояснил профессор, – этой правобережной части Новгорода, в древности были иными, чем в наши дни. Очертания этого древнего холма на Славне, покрытого теперь культурными напластованиями, хорошо прослеживаются на основании данных геологического бурения. Такие процессы – норма для любого древнего города. А раз во времена Финна холм существовал, то, следовательно, рыть нужно глубже. Выселки, на которых обитал волхв, должны были находиться у самого подножия древней возвышенности.
– Вадим Дмитриевич! – позвал профессора один из рабочих, возившихся в раскопе. – Подойдите, мы кое-что нашли!
– Ну вот, – обрадовался Кучерявый, подскочив с кресла, – не зря мы работали!
Он, перескакивая с одной приставной лестницы на другую, резво спустился на самое дно раскопа. Петр Семеныч поспешил последовать примеру профессора. Вскоре он стоял рядом с ним, разглядывая расчищенные рабочими почерневшие от земли и времени бревна. Профессор, сидя на корточках, восхищенно цокал языком, поражаясь сохранности древесины. Затем он выдернул из специального кармашка острую металлическую лопатку и сосредоточенно принялся ковыряться в щелях между бревнами.
– Что это? – не удержался от вопроса Петр Семеныч.
– Судя по характерному расположению бревен – это крыша землянки! – пораженно воскликнул Вадим. – Неужели она сохранилась полностью? Не представляю даже, каким чудом она могла сохраниться? Так, если вершина холма с этой стороны, – бурчал профессор себе под нос, – то копать нужно здесь. Валерка! – позвал он своего помощника. – Миргородский!
– Да, Вадим Дмитриевич, – тут же отозвался он.
– Возьми несколько образцов древесины – и дуй в лабораторию! Пусть срочно делают анализ! Срочно!!! Мне нужна точная дата!
– Понял! – отрапортовал Миргородский.
– Так, Вася, – наступил черед бригадира копачей, – собирай народ! Пусть бросают все дела на других участках! Всех сюда! Фронт работ такой, – он взял заранее приготовленные колышки и отметил ими площадь в несколько десятков квадратных метров, начинающуюся от крыши предполагаемой землянки. – Снимать грунт начинайте с дальнего конца! Всю землю через сито! Не упускайте ничего! О любой находке докладывать немедля!
Спустя два часа самоотверженной работы бригады копачей и археологов, стены землянки были очищенны от грунта. Дверь и единственное маленькое оконце оказались забиты досками.
– Вот вам и доказательство, что мы на верном пути, – поцарапав лопаточкой проржавевшие гвозди, сказал Вадим. – Это следы предыдущей экспедиции. Гвозди, да и доски – современные. Видимо, когда поступило распоряжение свернуть все работы, наши предшественники постарались сохранить в неприкосновенности внутренности землянки. И перед тем, как засыпать раскоп землей, забили все досками. Не знаю, планировали они сюда вернуться или нет, но в схожей ситуации, я поступил бы точно также! Вася, гвоздодер в хозяйстве имеется?