Граждане – товарищи

на пять лет даёт Шенген

право ездить по Европам,

он почти по странам всем.

Но прошло уже два года,

никого не посетил -

враг всего земного рода –

гад- ковид нас не пустил.

Думал, вот закончу повесть,

прилечу в Париж, в Орли,

а потом – в электропоезд,

в Альпы, в город Шамбери.

Там племянница Маринка,

муж Жюльен (напьёмся с ним),

дочка Ева, как картинка,

и сынок – бутуз Максим.

Ах, какой там воздух чистый!

ах, какие сосны там!

С голову размером шишки!

Заскучал по тем местам.

Здесь когда-то принц Савойский

С турком гордым воевал.

Между войнами по-свойски

с тем же турком торговал.

Но туда я не поеду -

не пускают. Вот те на!

Дай, Господь, скорей победу!

Надоела уж война.

Отпуск – маленькое чудо,

только денежки считай.

Голову ломать не буду,

я поеду на Алтай.

Там на озере Телецком

в котловине между гор,

в синеве своей небесной

водный видится простор.

В глубине, как на Байкале

(дна никто там не достиг),

водится таймень и хари-

ус, селёдка, крупный сиг.

Брошу донку – закидушку,

коли глубока вода,

отведу в рыбалке душу,

отдохну, как никогда.

Ну а виза? К бесу виза!

Я ж Россию не видал.

Посещу я без каприза

и Камчатку, и Байкал.

Видеть гейзеров долину,

возмечтали мы с женой,

отмочить больную спину

вулканической водой.

На Байкале порыбачить,

он велик и чуден он.

Побывать, а как иначе,

там на острове Ольхон.

Поглядеть на Белом море

монастырь на Соловках,

что видал большое горе,

испытал и боль, и страх.

О Европе я не буду

сожалением гореть -

много есть какого чуда

мне в России посмотреть.

Кому слава?

Ведь не каждый – подонок и сволочь.

Ведь, наверно, есть кто-то наивный,

Кто кричит в эту чёрную полночь

Клич бандеровский про Украину.

Кто мозгами ущербно раскинув,

(А в Европе с мозгами негусто),

Прославляет сейчас Украину,