Роман с блогером

Глава 1

Я могла бы сразу догадаться, что ни к чему хорошему это не приведёт. Нет, ну серьезно, ничего нормального не начинается со звонка в полвосьмого утра, но тем не менее я покорно беру трубку и сонно мычу своей подруге Владе:

– Я надеюсь, что ты при смерти и звонишь из больницы исключительно для того, чтобы попрощаться.

Лично для меня не существует другого веского повода для звонка в такую рань.

– И тебе доброго утра, Ками, – беззлобно отвечает она. – Пока не при смерти, но это скоро изменится если не захочешь мне помочь.

– Боюсь, ты выбрала неподходящее время чтобы взывать к моей совести, она в это время ещё спит. Как и я, в принципе. Но когда тебя это волновало…

– Ты и твоя совесть меня очень волнуете, – клятвенно заверяет подруга, – но у меня реально ЧП!

– У тебя в последнее время каждый день ЧП, – напоминаю ей.

С тех пор как начальство повысило подругу до управляющей ресторана, ее жизнь наполнилась стрессом. И дело не столько в более ответственной должности, сколько в том, что ресторан которым она должна была управлять, еще не открылся и в ее обязанности входило обеспечить это самое торжественное открытие. За последний месяц я спасла ее жизнь как минимум трижды: помогла переманить бармена из конкурирующей организации, съездила в другой город за недостающим комплектом посуды и притворилась женой губернатора, чтобы поторопить нерасторопных менеджеров с поставкой оборудования.

Так что оставалось только догадываться что же такого произошло на этот раз, если учесть, что открытие уже завтра.

– Мамаева меня подставила, – трагическим голосом сообщает подруга. – Сказала, что ей предложили Мальдивы по бартеру и она не смогла им отказать. Так что на завтра мы остались без медиа-светилы.

– Вот коза, – я понимаю, что поспать уже не удастся, медленно сползаю с кровати и на ощупь продвигаюсь к кофемашине.

Женя Мамаева была местным блогером с почти миллионом подписчиков, именно я посоветовала ее Владе, когда ту посетила гениальная идея привлечь блогеров для рекламы нового ресторана. У нас с Мамаевой хоть и была разная целевая аудитория, но мы часто оказывались в одной компании, поэтому я смогла свести подругу с ней напрямую.

– Я могу попробовать попросить Яну или, может, Котова? – Второй хоть и специализировался на обзорах гаджетов, но вполне мог согласиться на данное мероприятие.

– Яна сейчас в Москве, я тоже первым делом о ней подумала. А Котов нам нахрена? У него из Сочинской аудитории три калеки, на кой черт мне рекламировать ресторан перед кучкой задротов по всему СНГ?

– Так, ну Мамаева же прогрев делала неделю назад? Я помню, она в сторис нахваливала индивидуальную дегустацию, которую вы лично для нее устроили. Пусть запишет пару слезливых видео со своих Мальдив как ей жаль пропускать такое важное событие.

– Бред, – не соглашается Влада. – Нам нужен кто-то на месте.

Я, наконец, делаю первый глоток кофе и, кажется, начинаю догадываться к чему клонит подруга:

– На что ты намекаешь? – спрашиваю с подозрением и тут же добавляю. – У меня из Сочи только 34 % аудитории, так что зря надеешься.

– Зато какой аудитории! – начинает подлизываться подруга. – У тебя самые адекватные подписчики.

Читатели у меня реально крутые, тут я спорить не собираюсь, конечно. Но до светской дивы Мамаевой мне далеко. И дело не только в том, что у меня в два раза меньше подписчиков, а в том, что медиа персоной я себя не считаю, да и остальные тоже, если учесть, что на открытия ресторанов и гостиниц меня кроме подруги никто не приглашает. Впрочем, и она это сделала находясь в безвыходном положении.

Четыре года назад я и не думала становиться блогером, я тогда потеряла работу и решила уйти полностью в онлайн, сутки на пролет создавала сайты, сама же писала для них копеечные тексты и рисовала портреты на заказ. Жила в съемной однушке на окраине, на нормальный ремонт денег не было и я пыталась превратить убогий интерьер пятидесятых годов прошлого века во что-то нормальное. Тогда я и начала выкладывать свои эксперименты в сеть. Кто бы мог подумать, что видео с перекраской старого серванта и переделка самой дешевой кухни могут набрать столько просмотров…

Спустя несколько месяцев ремонт закончился, а люди не спешили от меня отписываться и тогда я стала выкладывать процесс создания портретов на заказ. Я никогда не ограничивала себя одним жанром и поэтому уже через два года у меня были собственные онлайн курсы по акварельной живописи и созданию мультяшных портретов по фото.

Я тяжело вздыхаю и пытаюсь вернуть Владу на землю:

– Даже если я соглашусь… гипотетически! Ты же понимаешь, что твой Роман Дмитриевич тебя прикопает в соседнем лесочке. И меня заодно.

– Да он даже не узнает. Он еще позавчера сообщил, что не успевает прилететь на открытие, а о существовании соцсетей он, держу пари, даже не догадывается. Так что твое участие останется для него секретом. Пожалуйста, Ками… подруга ты мне или где?

– Или где, – ворчу я беззлобно, понимая, что Владушка меня почти уговорила. Если бы не она, то я бы к этому ресторану и его хозяину и близко не подходила. Но я знаю как для нее важно все сделать идеально, она последние несколько месяцев только этим проектом и жила. Поэтому я опять тяжело вздыхаю, намеренно громко сербаю кофе, мысленно представляя как подруга морщится на том конце воображаемого провода и сдаюсь: – Окей.

Следующие две минуты я выслушиваю восторженный визг подруги, который прерывается резким: – Ками, я побежала, тут на кухне с доставкой напортачили. Пообедаем вместе? Надо обсудить детали.

Глава 2

Утро я решаю провести с пользой, раз уж поспать не удалось, поэтому допив кофе, открываю ноутбук и проверяю работы учеников. Когда я четыре года назад бросила учебу, не дотянув до диплома всего полтора года, даже в самых смелых мечтах я не могла представить, что буду заниматься любимым делом, да еще и прилично на этом зарабатывать.

Я всегда хорошо рисовала, и архитектурный ВУЗ выбрала по этому принципу, но оказалось, что творческой натуре очень сложно ужиться со всеми ГОСТами и прочими стандартами. Впрочем, о потраченных на учебу годах я тоже не жалею, там я прокачала свои художественные способности и даже освоила веб-дизайн, благодаря чему держалась на плаву пока не создала собственные курсы.

Стоит ли говорить, что родители меня в моем решении бросить учебу не поддержали… Мама, кажется, до сих пор не пришла в себя, несмотря на то что знает о моем блоге и каждый месяц получает на карту небольшую материальную помощь в дополнение к своей небольшой зарплате учителя. Но это не имеет значения, потому это все “несерьезно”…

Ох… до сих пор помню скандал, который последовал за моим решением бросить институт и уехать из холодного северного города в солнечный Сочи к своей однокласснице. Влада сама тогда только устроилась официанткой в хороший ресторан и на мои очередные жалобы о том как мне надоела учеба и вечная мерзлота, предложила все бросить и перебраться к ней. Я до сих пор не уверена, что она тогда говорила серьезно, но как бы то ни было, через месяц она встречала меня в аэропорту и даже пристроила в тот же ресторан. Правда, с работой официантки у меня не задалось, я продержалась всего несколько дней и закончилось все приводом в полицию… Да и из съемной квартиры, которую мы вместе снимали, пришлось вскоре съехать потому что Владушка нашла парня и переехала к нему.

Возвращаться домой мне очень не хотелось, поэтому я сняла убогую однушку на окраине и хваталась за любую работу.

Так что в принципе, я вполне могу поблагодарить Романа Суворова за свой нынешний успех. Если бы он тогда с треском не вышвырнул меня из своего ресторана, я бы, может, так до сих пор и разносила подносы с едой. Хотя, Влада вот дослужилась до управляющей. Но то Влада, она его любимый ресторан не поджигала, хоть и случайно… да и погром в нем из-за нее бомжи не устраивали.

В полдень Влада напоминает мне о планах на совместную трапезу и приглашает в тот самый новый ресторан с незамысловатым названием “Панорама”. Приехав на место, я понимаю, что такое название хозяин выбрал неспроста, с белоснежной террасы открывалась волшебная панорама на весь город и на море, разумеется.

Подруга предлагает мне выбрать любой стол и скрывается внутри заведения, из которого через несколько минут выходит с огромным подносом, заставленным всевозможными яствами.

– Мы еще кого-то ждем? – с сомнением наблюдаю как Влада пытается расставить многочисленные тарелки на небольшом столе. Но ей это, разумеется, удается, не зря она несколько лет проработала официанткой и вскоре подруга расслабленно откидывается в кресле и тянет в рот гриссини. Я бью ее по руке и грозно шиплю:

– Подожди, я же еще не сфоткала.

Еще несколько дней назад Влада бы показала мне язык и съязвила что-то по поводу вечно голодных фудблогеров, но сейчас она покорно кладет хлебную палочку на место и даже спрашивает:

– Моя тень не мешает? Давай я встану.

– Не мешает, – отмахиваюсь я, делая несколько кадров. – Так, теперь возьми чашку и поставь ее на поручень, чтобы пейзаж захватить.

– Может, попросить сделать погорячее? Ну, типа чтобы было видно как пар поднимается?

Я только закатываю глаза, с таким внезапным энтузиазмом мы еще не скоро поедим.

– Это можно в редакторе добавить.

Несмотря на то, что хороший кадр у меня уже получился, я не могу сдержаться и мщу Владушке за годы хоть и добрых, но насмешек, надо мной и поэтому еще минут десять она покорно передвигает чашку “на пару сантиметров влево, нет, верни обратно, давай чуть-чуть правее” и так далее.

Следующие полчаса мы наслаждаемся обедом, хотя честно признаться, от еды я не в восторге. Но подруга пресекла мои попытки оклеветать их кухню, заверив, что повар – старый друг начальства, несколько лет проработал в лучших ресторанах Франции, а стало быть, это с нашими вкусовыми рецепторами что-то не то.

– Скажи боссу, пусть свои вкусовые рецепторы проверит, – бормочу я, запивая кофе какое-то приторно-сладкое пирожное с нотками горечи.

– Сам он это не ест, – печально вздыхает подруга. – Он всегда заказывает борщ, да пельмени, а все мои попытки донести до него, что люди вот эту вот бурду есть не будет, он игнорирует.

– Как так получилось, что Суворов пропускает открытие своего детища? – спрашиваю я смирившись, что нормально здесь поесть не получится.

– Дела в столице, он еще во вторник улетел, но вроде должен был как раз завтра вернуться. А позавчера позвонил и сказал, что никак не успевает.

– Какой деловой, а? – не могу сдержаться, выуживая из памяти все что знаю о начальнике подруге.

Я в его первом ресторане проработала недолго, но успела наслушаться сплетен о хозяине от персонала. На кухне редко обсуждали что-то кроме личности босса. Да и неудивительно, в свои тридцать Роман Суворов мог похвастаться прибыльным бизнесом в столице, рестораном в Сочи и довольно эффектной внешностью.

Я, признаться, и сама при первой встрече раз пять потеряла нить разговора, потому что бесстыдно пялилась на нового начальника. Но потом я имела честь познакомиться с его пассией и мою трехчасовую влюбленность как рукой сняло. Я разумно рассудила, что никакой нормальный мужик с такой шваброй крашенной бы встречаться не стал, а значит у этого мистера идеалити есть какие-то скрытые недостатки и он просто умело пускает пыль в глаза наивным девицам вроде меня.

– Кстати, а Драная Кошка будет? Она-то меня стопудово узнает!

Драной Кошкой женский коллектив ресторана невесту босса, он всегда таскал ее с собой, когда приезжал в Сочи из Москвы и она, страдая от безделья пока он занимался делами, донимала персонал. Невзлюбили мы ее, конечно, исключительно по этой причине, а не потому что завидовали тому, что ей посчастливилось скрашивать одинокие ночи нашего горячего босса. Честное слово!

– Марьяна? – удивляется Владушка. – Так они ж расстались еще сто лет назад.

– Да неужели? Суворов сходил на сеанс Кашпировского и прозрел?

– Типа того, – усмехается подруга. – Вроде как она так и не смогла поладить с его дочерью. Как говорится, любишь кататься на Суворове, люби и саночки с его дочуркой возить. А Марьяна эту простую истину так и не усвоила.

Чем она, интересно, провинилась, отказалась менять подгузнике будущей падчерице?

Я и забыла, что у Суворова есть дочь. Вроде как его “захват” Сочи связан с тем, что у нее астма и врачи посоветовали переехать из столицы на юг. Он, хоть и не жил с ее мамой, но активное участие в жизни дочери принимал, поэтому организовал переезд и чтобы зря время не терять, прикупил здесь ресторан.

Тогда кто-то вскользь упоминал, что Суворов к своим тридцати успел жениться и даже развестись, но так как мой интерес к нему к тому моменту уже пропал, то и информация эта глубоко не отпечаталась. Но все же легкое удовлетворение от того, что он расстался с Драной Кошкой, я почувствовала. До чего ж противная была барышня! И нет, меня совсем не мучает совесть, что из-за меня она едва не лишилась своих волос…

Глава 3

Утром следующего дня я минут сорок провожу у шкафа выбирая наряд на предстоящее мероприятие. Благо, с вечерними платьями у меня проблем нет, часть из них мне досталась бесплатно на рекламу, часть я купила сама для красивых фото. Большинство из них я даже ни разу не “выгуливала”, забыв об их существовании сразу после фотосессии.

Остановившись в итоге на двух нарядах, я скидываю фотографии Владе на одобрение. Первое выполнено из полупрозрачного черного кружева с россыпью вышитых белых звезд. Второе попроще, но откровеннее: красное платье миди с очень глубоким декольте, которое не подразумевает присутствия нижнего белья.

Подруга тут же перезванивает и начинает возмущаться:

– Ты вообще, блогер или где? Устрой голосование среди подписчиков как все нормальные люди делают! Заодно ненавязчиво расскажешь по какому поводу наряжаешься.

– Обижаешь, уже устроила. Лидирует красное, но я хотела твое мнение узнать, вдруг оно слишком откровенное.

– Откровенное, – соглашается подруга. – Но внимание точно привлечет. А это как раз то, что нам нужно.

– Как знаешь. Не говори потом, что все пялились на мое платье и не заметили цвет стен, которые ты Игоря заставляла четыре раза перекрашивать.

– Ой, не начинай, – отмахивается подруга. – Он мне до сих пор это вспоминает.

Игорь – бригадир, который помогал Владе подготовить помещение к открытию. Сначала между ними вроде даже появилась искра, но потом дотошность подруги, кажется, убила их шансы на корню. Не удивлюсь, если покончив с ремонтом Игорь уйдет в долгий беспробудный запой или вообще решит завязать с профессией и распустит свою бригаду.

Сперва Влада заставила их перекладывать кафель на кухне, потому что он оказался каким-то жутко скользким и подруга поняла, что они могут разориться на битой посуде. Потом вышла какая-то накладка с вентиляцией, вроде газовщики что-то напутали в проекте и пришлось перекладывать вентпроход для вытяжки. Ну и закончилось все четырехкратной перекраской стен… В общем, к концу ремонта ни о каких романтических чувствах со стороны Игоря речи уже не шло. Но Влада не особо расстроилась, расценив что если мужчина испугался таких пустяков, то надежное будущее с ним вряд ли построишь.

К “Панораме” я подъезжаю на такси и сразу делаю пару фото террасы, украшенной гирляндами с теплым желтым светом. На ум почему-то приходит беседка из “Сумерек”, в которой Белла и Эдвард исполняли свой “хромой” танец. Так, главное Владе не ляпнуть о своих ассоциациях, а то ведь не посмотрит, что я подруга, спустит меня с этой самой террасы прямиком к морюшку.

Честно говоря, я так до конца и не поняла для чего подруге нужна была моя помощь, потому что ресторан явно в дополнительной рекламе не нуждается. Все столы внутри заняты, а на сцене, на которой в будущем должна быть живая музыка, развлекают публику какие-то стендаперы. Развлекают, кстати, довольно качественно. Я сама несколько раз разразилась таким хохотом, что привлекла внимание других гостей.

Влада определила меня за стол с Ингой Арсеньевой и ее супругом. Он вроде крупный бизнесмен, но подробностей я не знаю. А вот у Инги шоурумы по всей стране. В прошлом году был какой-то скандал, ее уличили в том, что она якобы продает китайскую одежду под видом брендов и она срочно закупила рекламу у десятков блогеров, чтобы опровергнуть эту информацию. Я в число счастливчиков не попала, говорю же, персона я не медийная, но на совместных мероприятиях нам уже доводилось присутствовать.

– Привет, красавица, – Инга целует воздух у моих щек. – Почему не сказала, что тоже будешь здесь? Мы бы тебе шикарный наряд подобрали!

– Меня только вчера пригласили, – поясняю, – Я, так сказать, запасной вариант. Изначально Мамаева должна была быть, но в последний момент все отменила.

– Ох, Женя в последнее время совсем зазналась. Знаешь сколько она у меня ее менеджер попросила за рекламу в прошлый раз? За такие деньги можно в Москве кого-нибудь найти, а не у нас…

Вечер, на удивление, проходит очень приятно. Выступление комиков сменяется живой музыкой, официанты проворно снуют между столов и я понимаю, что атмосфера, царящая в ресторане, мне по душе. Я и сама не заметила, как обросла знакомыми и приятелями в этом городе. Когда я только приехала сюда четыре года назад, никого кроме Влады не знала. А сейчас передвигаюсь от одного знакомого лица к другому и со всеми нахожу общие темы для разговоров.

В какой-то момент меня начинает разбирать любопытство и я решаю осмотреть внутренние помещения. Влада столько всего рассказывала об оформлении, что я просто не могу не взглянуть на все своими глазами. Тем более, я прекрасно понимаю, что как только Суворов вернется из Москвы, мне сюда дорога будет заказана. Наверняка он здесь засядет надолго. Подруга говорила, что босс решил основательно обосноваться в “Панораме” и перенести сюда офис из прошлого ресторана. Это здание строилось с нуля и поэтому у него была возможность спроектировать все для своего удобства.

Прохожу мимо кухни и следую по широкому коридору, застеленному ковром. На стенах висят картины в массивных деревянных рамах и я разглядываю их, пытаясь найти свою. Когда босс попросил Владу подобрать картины местных художников, подруга под шумок в общую массу подсунула и пару моих работ. После недолгих размышлений Суворов выбрал мое акварельное море с одинокой лодкой у берега. Не самая моя лучшая работа, но он, видимо, решил, что именно она впишется в общую концепцию. Дохожу до конца коридора и разочарованно вздыхаю, свою картину я так и не увидела. Неужели Суворов забраковал мою работу и подруга соврала мне, чтобы не расстраивать? Хотя, я еще не была в уборной, вполне возможно, что мое творение красуется именно там.

Не то чтобы я мнила себя великим художником, но укол разочарования я все-таки почувствовала. Надо найти Владу и выведать в каком чулане красуется моя мазня, заберу ее обратно, раз она никому не нужна… хотя, деньги-то уплачены, по идее, они вольны делать с ней что хотят.

Невеселые мысли прерывает звук открываемой двери, на которой я с ужасом успеваю прочитать “Суворов Роман Дмитриевич”. Неужели начальство все-таки успело прилететь на торжественное открытие? Хотя нет, Влада бы меня обязательно предупредила, в случае если ее босс узнает о моем присутствии здесь, огребем мы обе.

Несмотря на это, я все равно предпринимаю отчаянную попытку слиться со стеной, в надежде, что человек вышедший из кабинета, пройдет по коридору не оборачиваясь.

Но уже в следующее мгновение я встречаюсь с ярко-зеленым взглядом незнакомца. Какое-то время мы так и стоим, рассматривая друг друга. Точнее, это он рассматривает меня, мне же рассматривать особо нечего – лицо мужчины скрывается за черной маской, похожей на ту, что носят работники спецслужб. Или преступники. Да, это определенно второй вариант.

– Заблудилась, красавица? – спрашивает он заботливо.

Не в силах выдавить из себя ни слова, я только киваю, в надежде что такой ответ его устроит.

– Я бы попросил тебя оставить нашу встречу в тайне, но к сожалению, я успел засветиться, – он кивает головой в сторону кабинета. – Кто бы знал, что Суворов такой предусмотрительный сукин сын.

После этих слов незнакомец заговорщицки подмигивает мне и скрывается за дверью в конце коридора.

Через несколько секунд раздаются звуки торопливых шагов, которые не способен заглушить даже ковер и в коридоре появляются двое мужчин в форме охраны.

Увидев меня они резко тормозят, но я, наконец, прихожу в себя и ору им:

– Он за этой дверью.

Один из них остается со мной, а второй открывает дверь, за которой скрылся незнакомец и громко матерится. Я подхожу ближе и вижу, что в небольшом санузле открыто окно. Наверняка мужчина в маске успел улизнуть через него.

Охранники переводят взгляд с окна на меня и почти хором приказывают:

– Рассказывай.

Глава 4

– Камилла Вячеславовна, – устало вздыхает следователь, представившийся Алексеем Григорьевичем, – напомните, пожалуйста как вы оказались в этом коридоре?

Очень хочется съязвить насчет того, что чтобы “напомнить” мне нужно было изначально об этом рассказать, а он же сам потребовал чтобы я начала свое повествование со встречи с грабителем. Понятия не имею украл ли что-то тот мужчина в маске, но про себя я его называла именно так.

– Я просто заблудилась, – беззастенчиво вру, – ресторан новый, я там до этого ни разу не была.

– Заблудились? – уточняет полицейский. – Судя по камерам, вы в коридоре провели около трех минут. Все это время вы пытались найти обратную дорогу?

– Нет, все это время я рассматривала картины. – В самом коридоре камер не было, я бы заметила. Значит они видели только как я выходила из зала. Хотя, вполне возможно, что Суворов установил скрытые камеры и сейчас они проверяют скажу ли я правду или солгу. Надо будет уточнить у Влады, она должна быть в курсе.

– И как? – спрашивает следователь. – Рассмотрели?

– Да, – киваю с воодушевлением, всеми силами пытаясь скрыть разочарование, что собственной работы я там так и не увидела. Делаю себе пометку об этом тоже спросить у подруги. Ох, чувствую, нас ждет долгий разговор. Главное, чтобы меня отсюда выпустили для начала. А то запишут еще в сообщники и все, небо в клеточку, форма в полосочку и буду вместо картин на заказ тюремные стены облагораживать выцарапывая морские пейзажи ржавым гвоздем.

– Ладно, – машет он рукой, – мы с вами еще свяжемся. Из города просьба не уезжать, будьте на связи.

И мне бы радоваться, что свобода замаячила на горизонте, но вместо этого я ляпнула:

– Подождите! А как же фоторобот?

– Прошу прощения? – Алексей Григорьевич уже успел снять очки с переносицы и теперь забавно щурится, протирая их краем рубашки.

– Фоторобот, – повторяю я. – Вы же у меня не спросили ничего о его внешности.

– Камилла Вячеславовна, вы же сами сказали, что преступник был в маске. Да и на видео из кабинета Суворова это тоже видно.

– Да, в маске. Но глаза и рот-то были видны.

– Хорошо, – неохотно соглашается следователь. – Наши спецы уже составили словесный портрет по записи с камеры, но может вы сможете что-то добавить. Пройдемте.

Мы выходим из кабинета и быстрым шагом направляемся дальше по коридору. Алексей Григорьевич открывает синюю деревянную дверь и с порога, не здороваясь, заявляет: – У нас тут свидетельница хочет фоторобот составить.

Все трое молодых мужчин переводят глаза на меня и один из них кивает на стул рядом со своим столом.

– Присаживайтесь, пожалуйста. Игорь.

– Камилла, – представляюсь я.

Алексей Григорьевич не спешит покидать кабинет. Тоже подходит к столу, берет листок и зачитывает вслух: мужчина, рост метр восемьдесят, спортивное телосложение, глаза зеленые.

Я заглядываю в листок и вижу фотографию, сделанную с видеозаписи. Изображение, на удивление, цветное, хотя я привыкла, что камеры наблюдения обычно записывают в черно-белом формате.

– Рост скорее метр восемьдесят пять, – уточняю я. – Телосложение, действительно, спортивное, массивная шея. Над правым глазом небольшой шрам. Старый. Только небольшая белая точка осталась, как будто от ветрянки. Брови темные, кустистые, он явно брюнет. Нос длинный, греческий.

– Секундочку, – прерывает мой монолог следователь. – Преступник был в маске. Какой нос?

– Длинный, – повторяю я. – Маска была, да. Но она же обтягивала лицо, то есть можно легко догадаться о форме носа.