Вместе (не) навсегда
- -
- 100%
- +
После того что произошло вчера я его точно больше не надену, а вот Динке он сразу понравился, тем более что на ее груди он смотрится не так провокационно.
Я же сегодня – скромная гимназистка. Под свободным летним сарафаном скрывается сплошной спортивный купальник, который подруга сразу сравнила с буркини. Я даже не уверена, что буду купаться, но на всякий случай решила перестраховаться.
– Ну, что ты придумала? – плюхаюсь на шезлонг рядом с Аленой и прикрываю лицо от брызг – Дина с новым другом синхронно занырнули в бассейн.
– Деловая колбаса, – она смешно поджимает губы, – Могла бы хоть сделать вид, что притащилась сюда ради меня.
– Прости, – виновато отвечаю. – Просто реально Динке ехать на соревнования скоро…
– А Динка не пробовала устроиться на работу? – с легким раздражением спрашивает Алена. – Чем она, вообще, целыми днями занимается? Не учится, не работает…
– Алеен, – жалобно прошу я. – Не надо, не начинай, а?
Подруга уже не первый раз задает мне эти вопросы. Когда-то мы даже поссорились по этому поводу. Но я считаю, что мы с ней, не проработавшие в этой жизни ни дня, не вправе осуждать за это других. На бюджет Дина не смогла поступить, не добрала буквально несколько баллов, а оплатить учебу ее мама не в состоянии. Поэтому упрекать ее в том, что она нигде не учится как минимум несправедливо. Мы с Аленой тоже не отличаемся тягой к учебе и еще неизвестно где бы мы учились, если бы не деньги родителей. Что же касается работы, Дина как раз и хочет заполучить приглашение от этого продюсера, чтобы работать на него. Так что тут упреки Алены тоже мимо.
Но на этот раз ссориться я не хочу, поэтому в течение последующего часа усиленно делаю вид, что прекрасно провожу время.
– Не боишься растаять? – Олег Шолохов садится на шезлонг рядом со мной. – Я думал, что Снежные королевы должны избегать солнце.
– Три, – вместо ответа я показываю ему три пальца.
– Что три? – недоуменно спрашивает он.
– Три раза мне уже задали этот вопрос за сегодня, – снисходительно отвечаю я. – Неужели нельзя придумать что-нибудь оригинальнее? К тому же, – я киваю на огромный пляжный зонт над нами, – эта штука защищает меня от солнца, прикинь?
– Как волшебное облачко над Олафом, – ржет парень и с невозмутимым видом удаляется по направлению к компании своих друзей.
– Ты неисправима, – замечает Алена, из-за моей спины. – Ладно уж, не буду тебя больше мучить. Пойдем.
Подруга подводит меня к рыжей девушке возле мангала и представляет ее:
– Знакомься, это Карина. Она готова помочь тебе с твоей проблемой.
– Огромное спасибо, – я готова броситься к девушке на шею, но боюсь, что от такого проявления эмоций наши однокурсники попадают со своих шезлонгов. – Это так мило с твоей стороны.
– О да, я очень милая, – улыбается она. – Но тем не менее, моя ставка 20 %.
– От чего? – я растерянно хлопаю глазами.
– От той суммы, что ты заплатишь картой. Можем завтра отправиться на шопинг, мне надо маме подарок на день рождения купить, так что даже если она спросит зачем я сняла такую сумму наличкой, скажу что хотела сделать ей сюрприз.
– Но 20 % возьмешь себе? – повторяю я.
– Да, – невозмутимо повторяет она. – Если мы купим подарок за сто косарей, я дам тебе наличкой восемьдесят.
– Хорошо, – соглашаюсь я. В любом случае, других вариантов у меня сейчас нет. Это лучше, чем распродавать украшения за бесценок.
Оставив Карину, я возвращаюсь к Алене:
– Ты не видела Динару? Мы, наверное, домой поедем. Ты не против?
– Не против, – ворчит она, обнимая меня за плечи. – Я бы, конечно, хотела чтобы ты осталась подольше, но знаю как ты не любишь все это. А Динка твоя вроде в доме, посмотри в гостевой, она спрашивала где можно переодеться.
– Спасибо, – чмокаю ее в щеку и искренне добавляю: – Ты самая лучшая подруга на свете.
За то время, что мы провели на даче, гостей заметно прибавилось, но к счастью, все они сконцентрированы в саду и в доме я встречаю лишь двух парней с упаковкой холодной газировки.
Так, гостевая комната направо или налево? Хотя, какая разница, Аленин отец сегодня явно не здесь, так что даже если я случайно загляну в его спальню, ничего страшного не случится.
Я аккуратно толкаю дверь от себя и замираю на пороге не в силах пошевелиться. Судя по всему, Динара действительно решила переодеться, правда, успела сделать это лишь наполовину.
Красный лиф валяется недалеко от двери и это первое, что привлекает мое внимание, затем я перевожу растерянный взгляд на массивное кресло и вижу свою подругу. Она стоит на коленях у раздвинутых ног какого-то парня и… я чувствую как начинаю краснеть от мизинцев на ногах до корней волос. Динара делает минет парню, с которым познакомилась всего час назад.
Все во мне кричит о том, что надо бежать. Я не хочу это видеть. Не хочу видеть как ее голова ритмично двигается вверх-вниз, слышать пошлые звуки и наблюдать за реакцией парня. Он даже шорты не снял, лишь расстегнул ширинку и сейчас наслаждается всеми прелестями оральных ласк. Одной рукой он сжимает ее голую грудь, второй надавливает на ее голову заставляя ее двигаться в нужном ритме и едва слышно постанывает от удовольствия. Я не хочу это видеть, но тем не менее, я не в силах пошевелиться.
Разумеется, я и до этого знала, что Дина не ждет пресловутого третьего свидания чтобы заняться сексом с парнями, но это… Сколько времени прошло с их знакомства? Час? Полтора?
– Нравится, принцесска? – раздается тихий шепот у моего уха. Я вздрагиваю и не ору исключительно потому что голос, потерянный от шока, так и не вернулся ко мне.
Марат тянется к ручке двери и аккуратно тянет ее на себя. Раздается легкий щелчок и я, кажется, делаю первый вдох за последние несколько минут.
– Что ты здесь делаешь? – слегка заикаясь интересуюсь у Скалаева.
– Примчался на защиту твоего целомудрия, – он даже не пытается скрыть веселья. – Скажи, принцесска, ты до этого видела мужской член?
– Разумеется, видела, – шиплю я и пытаюсь пройти по коридору мимо него.
– Я имею в виду вживую, а не в одном из фильмов для взрослых. Картинки тоже не в счет.
– Тебя это не касается, – не останавливаясь я следую к выходу из дома. Думаю, такая взрослая девочка как Динара вполне способна добраться домой самостоятельно. Она всегда может попросить этого парня ее подвезти. Понятия не имею входит ли это в этикет оральных ласк, но думаю, она разберется.
– Эй, – он хватает меня за руку и только сейчас я понимаю, что дрожу всем телом. – Все хорошо. Двое взрослых людей решили получить немного удовольствия. В этом нет ничего плохого, принцесска.
– Я знаю, – раздраженно отвечаю я. – Просто…
Я замолкаю на полуслове не в силах подобрать правильные слова.
Знаю, что выгляжу сейчас как самая распоследняя ханжа, но что поделать, мне действительно неловко от увиденного. Мой первый поцелуй состоялся всего-то неделю назад, после этого я уже уже успела познать все прелести предварительных ласк в бассейне и вот теперь это… Да, я конечно, понимаю, что в этот раз главная роль досталась не мне, но тем не менее, не могу отделаться от мысли, что меня против воли вырвали из привычного диснеевского мультика с бабочками и единорогами и поместили в фильм с рейтингом 18+.
Глава 14
У машины Марат забирает мои ключи и сам садится за руль. После того, что он рассказал о своем отце я понимаю, что его дешевая одежда – это не просто один из способов выделиться среди “упакованной золотой молодежи”, а следствие арестованных счетов его отца. Но тем не менее, за рулем моей дорогой тачки он выглядит естественно и расслабленно. Впрочем, как и всегда. Может, поэтому по университету еще не распространились слухи об аресте его отца? По его виду совсем не скажешь, что у него есть какие-то проблемы.
– Какая у тебя была машина? – спрашиваю его. – Раньше?
– Ауди, – он пожимает плечами.
– Тебе…, – я вовремя одергиваю себя, чтобы не задать дурацкий вопрос “тебе она нравилась” и вместо этого спрашиваю: – На чем ты ездишь сейчас?
Я прекрасно помню свои мысли еще неделю назад о том, что трудно представить Марата Скалаева в троллейбусе. Даже сейчас, зная его историю, я все еще не могу.
– Если хочешь, я могу подвозить тебя на учебу, – предлагаю я и тут же начинаю густо краснеть.
Господи, вот кто меня за язык тянул? Он же даже не ответил по поводу машины, а я уже любезно предлагаю свою помощь, будто это единственный способ добиться его внимания.
– Спасибо за предложение, – усмехается он. – Но давай сразу расставим точки над “и”. Я не нуждаюсь в твоей благотворительности, принцесска. Если я так стремлюсь провести время в твоей компании, это не значит что я делаю это в надежде что мне перепадет немного микрейтовского богатства.
Марат замолкает, а я задаю вопрос, мучивший меня все это время:
– Тогда что это значит? Почему ты… почему ты забираешься в мой дом? Приходишь на вечеринки, на которых появляюсь я? Я ведь права? Ты приехал сюда из-за меня?
Когда только увидела Марата, я была слишком взволнована подсмотренной картиной, чтобы предположить, что он приехал из-за меня. Но сейчас я понимаю, что так и есть. До этого он никогда не появлялся на даче у Алены, уж она бы точно не забыла похвастаться такой деталью. Конечно, может это просто совпадение, но судя по тому, что он не спешит опровергать мои слова, я попала в точку.
– Я не знаю, принцесска, – на секунду Марат отрывает глаза от дороги и мы встречаемся взглядом. В вечерних сумерках его серые глаза заполняются тенями и на секунду мне кажется, что я отчетливо вижу пляшущих в них чертей. – По-хорошему, мне надо держаться от тебя подальше, но…
– Но? – нетерпеливо спрашиваю не в силах терпеть его поистине мхатовскую паузу.
– Но я здесь. Опять.
Он усмехается, видимо, пытаясь перевести это в шутку, но мне кажется, мы оба сейчас понимаем, что ничего смешного здесь нет. По всем правилам здравого смысла ему, действительно, стоит держаться от меня подальше. А мне от него. Но тогда почему его присутствие кажется мне таким правильным? Таким… желанным?
Марат останавливает машину недалеко от ворот моего дома и я чувствуя разочарование занимаю водительское место. Конечно, это правильно. Представляю как бы отреагировала охрана если бы я приехала домой с парнем. Но больше всего меня расстраивает не столько то, что пришлось так быстро попрощаться, сколько то, что разочарованной выгляжу только я. Марат же с улыбкой машет мне рукой и вскоре исчезает за поворотом.
“Ну а что ему еще делать? – устало спорю сама с собой. – Залезть в багажник, чтобы незаметно проехать мимо охраны?”
В общем, пока поднимаюсь в свою комнату, мне почти удается убедить себя в том, что так даже лучше. К тому же, он сам сказал, что нам лучше держаться друг от друга подальше. Мы с Маратом из разных миров и дело совсем не в финансовом положении. Даже если бы счета его отца не были арестованы, у нас бы все равно ничего не вышло, мы бы ни за что не смогли быть вместе.
Я тут же обрываю эти мысли и, кажется, даже смеюсь сама над собой. Быть вместе… Кто сказал, что Марат вообще хочет быть вместе? Он явно не страдает от недостатка женского внимание, вокруг него всегда вьется с десяток девиц. И зачем ему я – девственница со стажем? Да, я прекрасно понимаю, что чем-то его заинтересовала, и он судя по всему, сам не в курсе чем именно… Может, ему просто нужен друг? Почему-то от этой мысли я чувствую весьма болезненный укол разочарования. Будто успела вообразить себе что-то большее и сама не понимаю, что так лучше… Конечно понимаю, еще как. Пока еще не поздно оставить все в дружеской плоскости, подумаешь, было у нас пару поцелуев!
К сожалению, врать я никогда не могла, даже себе, поэтому тут же тяжело вздыхаю, понимая, что скорее всего уже поздно. Марат Скалаев успел забраться мне под кожу. Но я взрослая девочка, поэтому прекрасно справлюсь со своими эмоциями.
Правда, все разумные доводы тут же испаряются когда я вижу его на своем подоконнике.
– Ты выглядишь удивленной, принцесска, – улыбается он. – Неужели, действительно, подумала, что я уйду просто так?
При этих словах сердце ухает куда-то в район пяток и опускаю глаза в пол, чтобы он не увидел как блестят мои глаза. Не хватало еще расплакаться при нем. Причем, я прекрасно понимаю, что его появление сейчас совсем не противоречит моему заключению о том, что я его интересую не как девушка, а как друг… но я согласна быть другом, особенно если эта дружба будет включать поцелуи. Иногда.
Глава 15
Всю последующую неделю я живу от ночи до ночи. Марат появляется в моей комнате с наступлением темноты и исчезает еще до того как звенит будильник. Иногда мы смотрим фильмы, иногда просто болтаем обо всем на свете.
Сегодня, например, мы вместе разрабатываем очередной бизнес-план для моей фантомной танцевальной студии.
– Откуда ты берешь все эти цифры? – интересуется он. – Проходимость, рентабельность, ца?
– Из интернета, – немного смущаясь отвечаю. – Я закончила онлайн курсы одной бизнес школы.
– И они рассказали как составить бизнес-план для школы танцев?
– Они рассказали много чего, но конкретно про танцы там не было. После этого уже каждый сам применяет эти знания для своего бизнеса. Иногда вымышленного, – усмехаюсь я.
Я ожидаю, что Марата мои слова повеселят, как это произошло с Аленой когда я ей рассказала о том, что оплатила курсы в интернете, но он, кажется, и не думает смеяться. Наоборот, смотрит на меня с долей уважения и… восхищения?
– Я еще по инвестициям курсы проходила, – зачем-то сообщаю я. – Но там я, честно говоря, мало что поняла. Мне кажется, для того чтобы в этом разбираться надо иметь очень сильную интуицию.
– Неправда, – усмехается он. – Инвестиции – это те же цифры, тот же бизнес-план, только считай, что рассчитываешь ты его не для себя, а для другой компании, чтобы знать стоить ли вкладывать в нее деньги.
– Ты в этом разбираешься? В инвестициях?
– Есть немного, – улыбается он. – Но не знал, что этому нынче учат онлайн.
– Учат, – киваю я. – Сейчас, наверное, всему учат. Даже танцам.
– Так может, тебе открыть онлайн школу? – предлагает он.
– Очень смешно, – отмахиваюсь я. – Во-первых, я уже представляю лица людей, когда я учу их делать плие на фоне своей кровати. А во-вторых… я знаю, что это звучит очень эгоистично, но я мечтаю о студии не только для клиентов, но и для себя! Я хочу снова танцевать не своей гостиной, хоть и просторной, а в специальном помещении, с зеркалами, со станком… чтобы я хотя бы на какое-то время могла сама поверить в то, что это реально, что я снова танцую.
– Это совсем не эгоистично, – заверяет меня Марат. – Это… Я тебе уже говорил, что ты необыкновенная, принцесска?
– Не припомню, – смеюсь я и прижимаюсь к его плечу. На мгновение наши взгляды встречаются и я снова чувствую это: воздух в комнате сгущается настолько, что кажется, даже окутывает нас туманом, мое сердце начинает биться сильнее и я завороженно смотрю на его серые глаза в обрамлении густых ресниц. Внутри все вопит и пылает от предвкушения и мне кажется, что вот сейчас он точно поцелует меня. Потому что мне не может казаться… его желание практически осязаемо, рот слегка приоткрывается и опаляет меня горячим дыханием, зрачки заметно расширяются и в глазах появляется знакомый блеск. Но, как и все предыдущие разы в течение этой недели, Марат первым отводит взгляд и обыденным, хоть и слегка хрипловатым голосом заявляет:
– Ты необыкновенная, принцесска.
И будто не было между нами искр секунду назад, будто это напряжение в воздухе мне почудилось, он возвращается к расчетам.
Может, мне действительно, чудится? Опыта с парнями у меня ноль, может поэтому каждый его взгляд кажется мне чем-то особенным? Судя по рассказам в стенах университета, Марат не из тех парней, которые долго ухаживают за девушкой перед тем как тащить ее в постель. Тогда почему со мной не так?
Ответ только один: потому что желания тащить меня в постель у него нет. Тут же, конечно, напрашивается вопрос есть у меня такое желание и несмотря на то, что разумнее было бы сказать нет, я мешкаю.
Я тянусь за ручкой и локтем случайно сбиваю ежедневник со стола, Марат наклоняется чтобы его поднять и кладет на стол блокнот вместе с выпавшим из него листиком.
– Кстати об этом, – киваю на билет в театр. – Завтра и послезавтра вечером меня не будет дома, – Надо признаться, сначала у меня была мысль не говорить ему об этом и дать возможность помучиться гадая где я. Но я решила не играть в “роковую женщину” и честно предупредить заранее.
– Такая длинная постановка? – темная бровь заинтересованно ползет вверх.
– У меня день рождения, – нехотя признаюсь. Не то чтобы я скрывала свой возраст, наоборот, мне не терпится поскорее стать девятнадцатилетней, а значит более взрослой и зрелой в его глазах. Но я боюсь, что он почувствует себя обязанным подарить мне что-то, а в его финансовом положении любые траты могут больно ударить по кошельку.
– Будешь кутить два дня? – он не выглядит удивленным, не спрашивает сколько лет мне исполнится, будто уже заранее знал все это и просто ждал когда я сообщу ему.
– Кутить я буду только послезавтра, – вздыхаю слегка обреченно. – Алена вызвалась организовать сюрприз.
– Могу представить, – усмехается он. – А завтра? Дай угадаю – семейный ужин в самом пафосном ресторане столицы? А после, – он бросает быстрый взгляд на билет, – балет “Ромео и Джульетта”?
– Почти, – не могу сдержать улыбку. – Только не ужин, а обед. На балет я пойду одна.
– Одна? – его глаза пристально сканируют меня, будто он подозревает, что я скрываю от него наличие парня.
– Да. – Вот сейчас он точно удивлен. Это вам не дата рождения, которую можно легко узнать заранее. Такого он от меня явно не ожидал. – Это… моя традиция, что ли.
– Традиция проводить свой день рождения в одиночестве?
– Нет, – отмахиваюсь я. – Традиция это балет. А одиночество – это обдуманный выбор основываясь на опыте прошлых лет.
Признаться, я не сразу пришла к этому. Пару раз я приглашала с собой Алену и она как верный друг покорно высиживала три акта, но… проблема в том, что она просто не могла молчать. И если в обычной жизни я люблю ее беззаботный треп, то на балете ее вопросы про танцоров, наряды, роли, пируэты и все остальное меня жутко отвлекали. В прошлом году я пригласила с собой Динару. Она, в отличие от Алены не особо болтала, хотя лучше бы я слушала ее треп чем возмущение дамы через два кресла за то что Динка попыталась раздобыть номер телефона ее спутника. В принципе, подругу я не виню, парень был как минимум лет на двадцать пять младше той женщины и я бы тоже приняла его за ее сына. Но тем не менее, в этом году я решила, что пойду одна. Это мой день рождения, мой праздник и я хочу провести его без эксцессов.
Глава 16
Праздничный обед с папой проходит не так страшно как я ожидала. То ли у меня выработался иммунитет к его ежегодному допросу, то ли в этот раз он расспрашивает меня без особого пристрастия, но я стойко выдерживаю все два часа трапезы из трех блюд. Хотя казалось бы, в этом году мне впервые есть что, действительно, скрывать.
Несмотря на то, что большую часть этой недели отец провел дома, он все еще не догадывается о ночных визитах Марата. Но если уж ему не удалось поймать нас на “горячем”, то выдавать ему эту тайну сейчас я тоже не собираюсь. Поэтому я с невозмутимым видом поедаю десерт рассказывая ему о том как провожу вечера за подготовкой к занятиям.
С отцом мы не то чтобы близки, я бы даже сказала, что нет двух людей более далеких друг от друга, чем мы.
Может дело в возрасте – я появилась на свет когда ему уже было слегка за сорок, а может в том, что он никогда особо не хотел детей. Это, конечно, не единственные факторы, которые сыграли свою роль в наших отношениях, но об остальных я сегодня думать не хочу. У меня день рождения как никак!
Папа вполне искренне поздравляет меня, вручает подарок в коробке с логотипом известного ювелирного бренда и даже предлагает заказать мне шампанское. Сам он, кстати, алкоголь на дух не переносит. Поздравления я выслушиваю, подарок принимаю, а от шампанского отказываюсь – мне еще на балет ехать вечером, и торчать час в очереди на такси потом у меня нет ни малейшего желания.
После обеда отец несмотря на выходной сразу уезжает в офис, а я еду домой чтобы переодеться. Я прекрасно знаю, что сейчас не обязательно как-то по-особому наряжаться для театра, зрителей спокойно пускают даже в джинсах и кроссовках, но это мой собственный пунктик. Для меня балет это не просто обычная постановка, это мечта…
Поэтому и наряжаюсь я тщательнее обычного. Конечно, я и в университет ни разу не ходила в лохмотьях, да и мой неброский макияж всегда безупречен, но сегодня я впервые за долгое время трачу на сборы больше привычных двадцати минут.
Бросаю финальный взгляд в зеркало и даже кокетливо улыбаюсь своему отражению. Ресницы у меня от природы густые, поэтому даже с одним слоем туши смотрятся эффектно. А вот голубые глаза я подвела черным карандашом и сейчас смотрю на свое непривычно яркое отражение. Хотя, полагаю тут в большей степени заслуга красной помады, нежели карандаша.
Волосы я сначала хотела выпрямить, но потом решила, наоборот, подкрутить свои природные “волны” и сейчас они приятно щекочут кожу сквозь огромный вырез на спине кремового платья.
Я даже делаю селфи для Алены и тут же получаю ответ с кучей смайликов “большой палец вверх”. Да, связь определенно есть, мой телефон не сломался… а значит тот факт что Марат до сих пор не поздравил меня с днем рождения говорит лишь о его нежелании это делать, а не о технических неполадках как я себе внушала сегодня большую часть дня.
Сама не знаю почему для меня это так важно… Мы ведь даже не то чтобы друзья. “А кто? Кто мы? Кем мы друг другу являемся?” – задаю себе резонный вопрос, ответа на который не знаю.
Понимаю, что сейчас об этом лучше не думать, не хватало еще в свой день рождения увязнуть в угрюмых мыслях, но ничего не могу с собой поделать. Да, возможно, мы не друзья, но Марат явно дал мне понять, что его интерес ко мне вызван не только потребностью переночевать где-то. Думаю, он и сам до конца не понимает почему каждый вечер забирается в мое окно. Кто знает, может прямо сейчас он тоже занят тем, что пытается понять что между нами происходит… Почему-то эти мысли тут же вызывают у меня улыбку. Как ни силюсь, не могу представить Марата Скалаева за самокопанием. Нет, он не из тех, кто долго думает перед тем как действовать. И тот факт, что после того случая в бассейне он больше не предпринял никаких попыток меня поцеловать, говорит лишь о том, что у него скорее всего просто не было желания… Может, всему виной то, как я отреагировала на сцену орально секса в исполнении Динары? Марат видел мой шок, видел, как меня трясло… неудивительно, что после этого он решил держать дистанцию. Наверное, еще и порадовался, что за день до этого успел вовремя остановиться и тем самым спас девственницу Алису Крейтор от позорного падения в обморок при виде мужского достоинства в полной боевой готовности.
Из-за пробки к зданию театра я подъезжаю всего за пять минут до начала представления и с трудом впихиваюсь в последнее свободное место на парковке. Щелкаю брелком сигнализации и запахнув полы бежевого тренчкота взбегаю по ступенькам ко входу. Почти все зрители уже внутри, на мраморных ступенях крыльца остались лишь несколько человек, в основном те, кто докуривает сигареты и я инстинктивно задерживаю дыхание проходя мимо них, а потом вдруг с шумом втягиваю воздух.
Замираю на месте не в состоянии пошевелиться и даже тот факт, что кто-то слева от меня выпускает сигаретный дым прямо на меня не в силах сдвинуть меня с места. Потому что передо мной стоит Марат. В костюме.
Жадно рассматриваю его силуэт будто боюсь, что в любое мгновение этот мираж исчезнет. Потому что Марат Скалаев в строгом черном костюме – это поистине впечатляющее зрелище. Божечки, он даже галстук повязал!
Мой взгляд скользит по дорогой ткани костюма, который, на секундочку, сидит как влитой и останавливается на его лице. Он идеален. Губы растянуты в улыбке, словно он сейчас вдоволь наслаждается произведенным эффектом. Темные волосы, обычно пребывающие в полном хаосе, зачесаны назад, а взгляд… он прожигает меня насквозь отзываясь в каждой клеточке моего тела.
– С днем рождения, принцесска, – мягко произносит он.
Глава 17
– Надеюсь, я правильно запомнил твое место и ряд, потому что мне стоило больших трудов раздобыть билет по соседству, – говорит он и не дав мне прийти в себя, подхватывает под руку направляя в фойе театра.
На языке вертится миллион вопросов начиная от банального “что ты здесь делаешь?” до “ты действительно, будешь смотреть балет со мной?”, но я не успеваю задать ни один из них. Во-первых, я кажется, потеряла способность говорить, а во-вторых, звенит звонок и я едва успеваю сдать плащ в гардеробную перед тем как мы одними из последних проскальзываем в зал.