S-T-I-K-S. САПФИР. Цикл: Пекло. Книга 2 Серия: миры Артема Каменистого.

Пролог

Жизнь, как зебра – полоса черная, полоса белая. Всю жизнь человек идет поперек этих полос, сетуя на несправедливость, когда попадает в черную полосу, или беспечно расходует дарованное ему свыше время пребывания в белой полосе. Такова аксиома жизни, и человек, как запрограммированный автомат идет поперек полос всю свою жизнь, даже не задумываясь о том, как сломать этот постулат.

Хотя… В разные времена, философы, мыслители, пытались донести до человечества простые истины – не стоит идти всегда поперек, а достигнув белой полосы, поверни на девяносто градусов. Все вроде просто и понятно, но Ты, да, да, именно ты, много знаешь человек, которые воспользовались этим советом? Вот именно… Человечество, как зомби бредет по полосатой дорожке переживая взлеты и падения и максимум на что каждый может повлиять, это ширина полос.

Но иногда в привычное мелькание черно-белой палитры врывается что-то, переворачивая все с ног на голову. И самое обидное – совершенно не вовремя! Ты вроде бы привычно бредешь по очередной черной полосе, приближаясь к ее краю. Ты уже одной ногой ступаешь на белую полосу и душа поет, в ожидании чудес, которые принесет с собой эта светлая сторона жизни. Но… Ты просыпаешься и вдруг с удивлением обнаруживаешь, что мир изменился. Кто-то всемогущий порвал в клочья парадигму жизни и теперь, тебе придется заново привыкать к новым условиям, скажем проще – тебе нужно выжить!

Глава 1 – Мечты и реальность

Утреннее, ласковое солнце только начинало свой бег по изумительно голубому и чистому, лишь с редкими вкраплениями облаков, небу адриатического побережья. Легкий ветерок, слегка шевелил листья деревьев и бутоны вьющихся цветов, облепивших старинные здания небольшого, приморского городка Пезаро, что расположен в итальянском регионе Марке, в центре Италии. У одного из домов, почти в центре города, на тихой улочке, за ажурным, белым столом, сидела высокая, кареглазая девушка с темно-русыми волосами, не спеша попивая чай из элегантной фарфоровой чашки. На ее коленях, свернувшись клубком, лежала пушистая белая кошка, с виду, абсолютно спокойная, но ее уши, как локаторы, постоянно поворачивались в сторону редких в эти утренние часы звуков. До начала рабочего дня было еще далеко, поэтому и было так тихо, хотя, здесь и в разгар дня было не особо шумно. Этот район города был закрытым и въезжать сюда на автомобилях могли только жители и спец транспорт. Здания, расположенные в районе, да по всей видимости и весь район, принадлежали Ватикану, поэтому то и была введена закрытая система доступа, что обеспечивало относительную тишину и покой, по сравнению с другими районами города.

Кошка вдруг резко вскинула голову, напряглась всем телом и посмотрела вверх по улице, где из-за угла одного из зданий, вышел невысокий, немного седой мужчина неопределенного возраста с белым пуделем на поводке. Увидев, сидящую у стола девушку, мужчина расплылся в улыбке и немного прибавил шаг.

– Чао, Марго! – поприветствовал он девушку, поравнявшись с ней.

– Чао Фабио! Как дела? – девушка положила изящную, с длинными пальцами, кисть руки на кошку, и ласково поглаживая, разом сняла ее напряжение, – У вас, как всегда, утренняя прогулка?

– Спасибо Марго, все хорошо! Да, вот вывел питомца погулять – пройдемся до крепости. А у вас сегодня выставка, я слышал?

– Да! – Марго улыбнулась, – Приходите, вечером еще музыканты будут!

– Спасибо! Я постараюсь! – Фабио махнул рукой на прощание и скрылся за соседним зданием.

Фабио был практически сосед, живущий неподалеку. Он занимал какую-то должность в организации, которая от имени Ватикана управляла всем имуществом в районе. Жил он в одном из домов, в переулке, вверх по улице и каждый день, утром и вечером, выгуливал своего пуделя, проходя мимо ее дома в сторону крепости, где почти все собачники города устроили площадку для выгула собак в осушенном рве, вокруг стен крепости. Они познакомились с Марго примерно через месяц, после ее переезда сюда и почти каждое утро здоровались и перебрасывались несколькими фразами при встрече. Луна, как только Марго ее принесла в дом, срезу настороженно стала относиться к пуделю, хотя тот, похоже, абсолютно не обращал на нее внимания.

На улочке вновь воцарилась тишина, которую нарушали воркующие голуби, начавшие собираться на крыше соседнего дома. Марго посмотрела на прилетевших птиц и потрепав кошку по холке, у которой сменились интересы, и она, уже с азартом разглядывала воркующих птиц, произнесла: – Луна! Птицы кошкам не игрушка, пойдем ка я тебя покормлю. Белая, синеглазая кошка, породы турецкая ангора, нехотя спрыгнула с колен хозяйки и недовольно дернув хвостом, направилась к открытой входной двери дома. Этот дом Марго снимала уже несколько лет, после возвращения с Сицилии. Дом представлял собой реконструированные когда-то старинные постройки и состоял из двух объединенных частей, с собственными входами. Первая, жилая часть, представляла собой студию с высокими потолками и антресолью, где удобно разместилось спальное место и небольшой гардероб, в котором Луна, будучи еще котенком, полюбила прятаться. Под антресолью располагалась кухня, а остальная площадь использовалась Марго как мастерская, в которой среди мольбертов и картин, был организован уютный уголок с антикварными креслами, столиком и диваном. Вторая часть дома когда-то представляла собой секретный, арочный проход в крепость и теперь, разделенный массивными перегородками, использовался собственниками по усмотрению, Марго превратила, старинное помещение в художественную галерею, где и должна была сегодня состояться выставка ее картин. В самом конце помещения стоял старинный белый рояль, ее гордость и главное сокровище.

– Так, белый мишка! – Марго насыпала корм в миску, – Остаешься дома, на хозяйстве. Мне нужно подготовиться к показу, кое-что закупить и договориться в «Молетто» на вечер. Посидим с девчонками после выставки.

Кошка, не обращая внимания на все, что ей говорят, самозабвенно уплетала любимый корм, иногда замирая и прислушиваясь к звукам просыпающегося за окном города. Марго быстро переоделась в свои любимые джинсы и белую блузку и еще раз взглянув на Луну, вышла из дома. Город, еще недавно лениво просыпающийся от ночного безмолвия, уже начал жить привычной, суетной жизнью. Где-то слышались звуки автомобилей, раздавались сирены полиции или скорой помощи, нарастал шум, который обычно сопровождает городскую жизнь. Марго с грустью вспомнила те времена, когда она жила на Сицилии, в доме, стоящем прямо на берегу моря. По узкой улице, ведущей в порт, в день проезжало от силы пара, тройка машин. Тишина и шум прибоя, который она любила слушать, сидя на балконе и попивая сицилийское вино. Но, те времена прошли и теперь нужно думать о будущем – писать и продавать картины, чтобы заработать на собственный дом.

Путь ее пролегал через крепость, где она еще раз повстречалась с Фабио, в сторону моря, к набережной. Нужно было закупить кое-что для легких закусок в «Конаде» и зайти в ресторан «Молетто», стоящий на центральной набережной, зарезервировать столик для вечерних посиделок с девчонками. Начало мероприятия было назначено на одиннадцать, так что у Марго было еще три часа в запасе. По большому счету, все уже было готово – Андрэа привез несколько ящиков просеко еще вчера, помещение она подготовила, картины висят, каталоги распечатаны. Осталось приготовить легкие закуски и привести себя в порядок, для встречи гостей. Хоть эта выставка и была не первой, но Марго почему-то очень волновалась. Раньше все продажи были в основном через интернет, но они, после эпидемии разыгравшейся по всему миру пару лет назад, резко спали. Тогда-то она, по совету своего давнего друга Олега, архитектора, живущего сейчас в России, стала организовывать творческие вечеринки, в помещении своей галереи, приглашая певцов, музыкантов, поэтов. В тех вечеринках, ее картины были лишь фоном, дополняющим творческую атмосферу. Сегодня она устраивала первую, за долгое время выставку, где ее картины будут главными героями, а фоном будут музыканты и певцы.

К назначенному времени все было готово. Марго, сменив повседневные джинсы и блузку на шикарное вечернее платье с откровенным декольте, прикрытым не менее великолепным боа, уже встречала первых гостей, с интересом рассматривавших ее картины. В основном это были туристы, приехавшие отдыхать и узнавшие о выставке из буклетов, которые Марго, при помощи своих друзей распространила почти по всем отелям и ресторанам города. Люди живо интересовались необычным и непривычным для среднего обывателя стилем, в котором Марго творила, и она с готовностью рассказывала о своем творчестве. Среди гостей попадались истинные ценители живописи и именно на них и была основная надежда.

– Добрый день! – перед Марго стоял пожилой, стильно одетый мужчина с почти непроницаемым лицом, на котором невозможно было уловить никаких эмоций, – Меня зовут Карло Заманья! Прежде всего я хотел бы поблагодарить Вас за приглашение и выразить искреннее восхищение Вашим творчеством!

– Здравствуйте синьор Заманья! – Марго улыбнулась, слегка кивнув, – Благодарю за высокую оценку!

Синьор Заманья был известным не только в Италии, но и по всей Европе, галеристом и меценатом, и его специально пригласили, чтобы иметь возможность выйти на большие, международные выставки и галереи. Он уже почти час ходил по залу, подолгу рассматривая картины, при этом ничем не выдавая свои эмоции.

– К сожалению, я не могу задержаться, на весь день. – на лице Заманьи появилась легкая улыбка, с примесью сожаления, – Насколько я понял, рассматривая каталог, это не все ваши картины. А где же остальные шедевры?

– Вы правы! Часть уже продана, а остальное сейчас находится в мастерской. Вас что-то конкретное заинтересовало?

– Да! Дракон и русалка, синий бык и еще несколько! Вообще в Ваших картинах заключено очень много смыслов – от единения с природой, до восточной философии. Вот. – Заманья протянул небольшой картонный прямоугольник с золотым теснением по краям, – Возьмите мою визитку. В ближайшее время, в Милане, я организую выставку и очень хотел бы видеть Вас и Ваши картины у себя в галерее!

– Благодарю! – Марго с трудом сохраняла внешнее спокойствие, хотя изнутри ее просто разрывала радость от такого предложения.

Шутка ли, сам Заманья пригласил поучаствовать в выставке и восторженно отозвался о ее картинах. Сколько раз она писала в различные галереи по всему миру, с предложением о сотрудничестве, всегда получая практически один ответ – ваши работы не соответствуют профилю нашей галереи. Мир сошел с ума, погрузившись в пучину безвкусия и посредственности, где любой желающий, взяв холст и краски, за несколько минут «творил» как им казалось «шедевр», разливая краски по холсту, а иногда оставляя отпечатки частей своего тела. Дошло даже до… язык не поворачивается назвать это «написанием картин», в общем, люди использовали гениталии для нанесения красок на холст. И все это снималось на видео и демонстрировалось во всемирной паутине. Эпатаж – вот определяющий фактор успеха теперь, в этом свихнувшемся мире. Не философия, ни смысла, ни красота! Как говорил один знакомый: – взял веник, окунул в краску и бросил на холст – все! Ты художник! Именно с этим Марго связывала падение продаж и именно поэтому решила уходить из онлайн галерей.

Ближе к вечеру, когда под сводами галереи уже звучала живая музыка, Марго вышла на улицу, немного отдохнуть и подышать вечерним воздухом. Солнце медленно приближалось к горизонту на западе, все больше добавляя в окружающее освещение оранжевых оттенков. Город еще бурлил, заполняя пространство какофонией привычных звуков, но уже было понятно, что пройдет час или чуть больше, и вся жизнь начнет замирать, готовясь к очередному ночному спокойствию. Марго глубоко вдохнула, наполненный ароматами цветов, с едва уловимым запахом моря воздух, и закрыв глаза, улыбнулась, наслаждаясь наполнившей ее душу радостью, благодаря Вселенную, за предоставленный наконец то шанс! Она точно знала, что теперь перед ней будут открыты все дороги, и пройдет не так много времени, когда она осуществит свою мечту о собственном доме с виноградником и оливковой рощей.

– Извините мисс! – послышалось из-за спины на очень приличном английском, – Подскажите, где находится галерея «Иль Соньо»?

Вздрогнув от неожиданности, Марго повернулась. Перед ней стоял среднего роста, крепкого телосложения азиат. Черные волосы и стильная короткая стрижка, органично сочетались с небольшой щетиной на вытянутом лице с явно выраженными скулами, что говорило о его японском происхождении. Раскосые по форме глаза были посажены глубоко, что отличало его от большинства японцев. Одет он был в дорогой, строгий черный костюм, чистейшего, белого цвета рубашку и черные туфли. Возраст определить было трудно, но на вид, лет около тридцать пять, сорок.

– Так вот же! – Марго указала на открытую дверь галереи, откуда доносились чарующие звуки рояля, – Я буду рада видеть вас на своей выставке!

– О! Так это ваша выставка? Очень приятно! Меня зовут Мусаси Такэда. – японец склонился в учтивом поклоне, – Вы не покажете мне ваши работы?

– С удовольствием! – Марго улыбнулась и жестом пригласив запоздавшего гостя, вошла в галерею.

Что-то явно должно было произойти! Марго чувствовала это на подсознании, наблюдая как Мусаси заинтересованно рассматривает ее работы, переходя от одной к другой, по очереди, задерживаясь у некоторых на более длительное время. Несмотря на приближающийся вечер, народа в галерее не уменьшалось. Марго несколько раз отвлекали, задавая вопросы об истории написания каждой картины, а когда на пороге галереи показались ее подружки, она окончательно потеряла японца из вида, вскоре и вовсе позабыв о необычном посетителе. Закрытие выставки намечалось на восемь вечера и к этому времени, из гостей, в зале осталось лишь четверо, включая японца. Уже почти допили весь просеко, заготовленный для такого случая, съели все закуски, а приглашенные музыканты, уже просто играли в свое удовольствие, импровизируя. Выставка плавно перетекала в дружеские посиделки, которые начнутся, как только последний гость покинет галерею, что собственно и происходило всегда, в прошлые времена. Настроение, несмотря на то, что за весь день лишь пять посетителей купили несколько недорогих пейзажей и один натюрморт, было прекрасным. Многие интересовались вопросами покупки, что уже говорило об интересе к ее творчеству, а самое главное – приглашение на выставку в Милан от Заманья!

– Извините! – Мусаси стоял, чуть склонившись в поклоне, – Мне очень нравятся ваши картины! Они удивительным образом сочетают в себе несколько философских течений! И в сочетании с вашей техникой, это придает им просто невообразимую ценность!

– Спасибо! – Марго была поражена таким отзывом, японец явно прочувствовал все чувства, все мысли, которые она вкладывает в каждую свою картину, – Я благодарна вам, за столь высокое понимание моего творчества!

– Я понимаю, что здесь лишь часть ваших произведений? – темно-карие глаза Мусаси сверкнули искоркой интереса, – Могу ли я увидеть что-либо из запасников галереи?

Эти слова насторожили Марго, но она, уверенно кивнув, пригласила японца в мастерскую.

Мусаси долго, молча, с расширенными от удивления глазами, осматривал расположенные по стенам мастерской шедевры. Наконец его взгляд остановился на висевшей на стене над антресолью картине с изображением синего быка на фоне заката. Японец замер и стоял неподвижно, в напряженной позе несколько минут, не отрывая глаз от картины. Казалось, что бык и человек испытывали друг друга, не отрывая взгляда. Наконец Мусаси глубоко вздохнул, расслабился и повернулся к Марго.

– Сколько стоит эта картина? – он указал на быка, – Я хочу ее купить!

– Понимаете… – Марго немного замялась, подбирая слова, чтобы повежливее отказать необычному и явно уверенному в своих намерениях гостю, – Я не могу его продать! Эта картина бесценна для меня! Это мой талисман, амулет, если точнее! Он защищает меня и мой дом. Вы же уловили его взгляд?

– Да! – японец кивнул, – Эта картина с неимоверной энергетикой! Он словно проверял мою стойкость, но под конец сдался! Прошу вас! Я заплачу, сколько скажете! Деньги не проблема.

– Я не знаю! – Марго начала сомневаться. Ей уже предлагали на одной из онлайн галерей за эту картину триста тысяч долларов, и она тогда отказала покупателю, сказав, что картина стоит миллион.

– Просто назовите сумму! – настаивал японец.

– Миллион евро! – как-то само собой вырвалось у Марго, и она даже прикрыла рот рукой, сама испугавшись своих слов.

Японец вытащил из кармана пиджака телефон, набрал номер и что-то быстро и резко произнес в трубку на родном языке.

– Мне нужен номер вашего банковского счета. – обратился он к Марго, – Я переведу вам задаток, а завтра утром, мы завершим сделку, и я заберу картину. Согласны?

Марго как под гипнозом, дошла до ноутбука и выписала на листок бумаги номер своего счета. Передав листок японцу, она с удивлением смотрела, как тот диктует цифры на японском, видимо своему помощнику. Закончив разговор, он вновь что-то резко сказал и сунул телефон в карман. Банковское приложение в ноутбуке тихо пискнуло, оповещая о произведенной операции и Марго с удивлением увидела сообщение о зачислении на расчетный счет одного миллиона евро!

– Но… – начала было Марго, но японец ее прервал.

– Это задаток! Я заплачу вам три миллиона за картину. Заплатил бы всю сумму сегодня, но на счету недостаточно средств. Завтра помощник пополнит счет, и мы завершим сделку. А теперь, если позволите, я покину вас. До завтра. Утром, ровно в восемь, я у вас!

Марго стояла еще минут пять, приходя в себя и соображая – что это такое сейчас было? Несколько минут назад, она продала свою самую знаменитую и любимую картину, которую долго пыталась продавать, но, когда наконец решила оставить ее себе, случилось невероятное. Она посмотрела на быка и не увидела в его взгляде ничего. Словно он отвернулся от нее. Но с другой стороны – все, о чем она так долго мечтала и к чему стремилась, теперь доступно! И доступно прямо сейчас! Она поднялась на антресоль и погладив картину, тихо и с грустью произнесла: – Не обижайся на меня! Прости!

Сабантуй в «Молетто» был уже в разгаре, когда телефон завибрировал, а не экране отобразилась улыбающаяся, небритая физиономия с подписью – Архитектор.

– Привет, любимая! – раздался в трубке знакомый голос, – Как прошла выставка? Как результаты?

Это был Олег, архитектор из Пятигорска, с которым она познакомилась почти пятнадцать лет назад, когда он приехал работать в Италию. За это время они стали настоящими друзьями, хотя многие не верили в их чисто дружеские отношения. Но он был для нее друг, брат, да назовите как хотите, но именно ему и еще нескольким людям, Марго могла доверить свои самые сокровенные тайны. А он, со своей стороны, отвечал тем же. Вот так и дружили, помогая друг другу. Марго очень хотела перевезти его обратно в Италию, как только будет куда, и вот теперь, эта ее мечта осуществится. А любимой он называл потому, что после очередного неудачного романа на Сицилии, чтобы поддержать и поднять настроение Марго, Олег заявил, что будет называть ее любимой до тех пор, пока она не найдет себе достойного спутника жизни.

– Привет, архитектор! – Марго немного отвернулась от шумного стола в сторону моря, – Все шикарно! Получила приглашение на выставку в Милане от Карло Заманьи и… Ну в общем готовься к переезду.

– Что продала? – как-то настороженно спросил Олег, – Неужели Быка?

– Да! – радостно подтвердила Марго, – Угадай за сколько?

– Миллион! – не задумываясь ответил друг.

– Не угадал! Это только задаток! А завтра утром еще два будет!

– Ого! Ну все! Женюсь! – в трубке раздался веселый смех.

– Ты то как? – поинтересовалась Марго, – Как твои кошмары ночные?

– Да все так же, с переменным успехом. – голос Олега погрустнел, Год уже почти, с того самого момента, когда туман был у нас невиданной плотности, помнишь, я рассказывал?

– Да, помню. – Марго вспомнила, как год назад Олег рассказывал о необычном тумане, таком, что ничего не было видно на расстоянии вытянутой руки. С тех пор его мучили кошмары, где он борется с какими-то монстрами.

– А что, все так же часто видишь? – спросила Марго.

– Да нет, теперь не так часто, да и сны сами поменялись. Теперь монстры почему-то боятся меня, но вот что странно, я стал во сне людей убивать!

– Ладно! Не грузись, архитектор! – попыталась подбодрить его Марго, – В конце концов, это всего лишь сон!

– Да я в принципе и не гружусь! Просто задолбало просыпаться по ночам и пытаться понять, где сон, а где реальность! Ладно, празднуйте, не буду мешать! Люблю тебя! Пока!

– Целую! – Марго убрала телефон и повернулась обратно к притихшим подругам.

– Так, так, так! И кого это ты там целуешь? – Вика, хитро прищурив глаза, с улыбкой смотрела не Марго, – А ну давай-ка, рассказывай!

– Да! – поддержали остальные, – А то отвернулась, секретничает!

– Да это же Олег, архитектор. Он мой друг!

– Да ладно! – протянула Вика, – Друг! Так мы тебе и поверили!

– Да ну вас! – смеясь, отмахнулась от подруг Марго, – Давайте лучше отмечать удачный день!

Расходились уже после трех ночи, когда «Молетто» закрылось. Все девчонки жили на окраине города и вызвав такси, быстро укатили по домам. Марго решила пройтись до дома пешком и насладиться ночной тишиной, тихим плеском волн на песчаном берегу и ночной прохладой. Пройдя с пол километра по набережной, она свернула в сторону крепости, от которой до дома было рукой подать. Чистое ночное небо было усыпано звездами и, если бы не фонари освещения, засвечивающие небо, оно было глубоким, просто бездонным. Было новолуние и поэтому на небосводе сияли лишь звезды. Марго не спеша шла, смотря то на небо, любуясь звездами, то на тротуар, чтобы не наткнуться случайно на лавочку или заборчик. Она уже отошла от набережной на почтительное расстояние и моря не было слышно. Дорога шла через парк, разбитый вокруг крепостного рва. Что-то удивило и насторожило Марго, взгляд выхватил из ночной мозаики какую-то несущественную с виду деталь, которая отложилась на подсознании и не давала покоя. Она остановилась и осмотрелась. Все вроде, как и всегда, мощеные дорожки, газоны, лавочки по сторонам, небольшой туман, стелящийся по земле. Но за что-то же подсознание зацепилось? Марго оглядела окружающий ландшафт еще раз и уже совсем было собралась продолжить путь, когда ее взгляд, вновь скользя по окрестностям, остановился на правильной, абсолютно ровной границе тумана. Слабая, еле видимая дымка тумана, стелящегося по земле, была словно отрезана невидимой преградой, за которую он уже не проникал. Марго стояла на самой границе этой области, наблюдая как причудливо завихряясь в потоках воздуха, туман останавливался на этой границе, образуя прямую как взлетная полоса линию, уходящую куда-то вдаль.

«Надо же! Чудо какое! – мелькнуло в голове, – Никогда такого не видела». Марго еще немного понаблюдала, как скапливается причудливый туман, и решительно шагнула за эту невидимую грань. Уже проходя мимо крепостного рва, она обратила внимание на скопившийся в низине туман, плотность которого уже не позволяла увидеть, что творится внизу. Но Марго торопилась домой – нужно было выспаться и подготовиться к завтрашней встрече с японцем. Наступает новая жизнь, новые возможности и новые мечты! Теперь можно ставить перед собой более грандиозные планы. Ее жизнь изменилась, раз и навсегда! Дойдя до дома Марго, не включая свет, переоделась, завела будильник и прихватив с собой, спавшую на кресле кошку, поднялась на антресоль.

– У нас все будет хорошо! – проговорила она, засыпая под пристальным взглядом написанного ей когда-то быка.

Сон мягко заключил ее в свои объятия, и Марго уже не видела, как у нее над головой, в мансардных окнах, в плотном, белесом тумане исчезли звезды. Она спала и видела чудесное, счастливое будущее, к которому так давно стремилась.

Глава 2 – Спаситель

Будильник уже в третий раз завел свою мелодию, пытаясь достучаться до сознания Марго, нещадно сажая батарею. Наконец, из-под одеяла показалась рука и нащупав вибрирующий и захлебывающийся на максимальной громкости телефон, подняла его с пола.

– Луна! Ты почему меня не разбудила? – Марго с трудом открыла глаза и сконцентрировав взгляд на экране, выключила будильник.

Перед глазами все плыло, сильная тошнота, комком подступила к горлу, грозя выдать на свет божий все, что было съедено и выпито вчера в «Молетто». Загнав предательский ком поглубже, Марго оторвала голову от подушки и тут же упала обратно. Ощущения были такими, как будто она только что вышла из центрифуги, где ее вращали по меньшей мере час. Все плыло, менялись местами верх и низ, право и лево. Но часы на экране телефона показывали начало восьмого, а значит уже совсем скоро должен прийти Мусаси… как его там – Такэда. Нужно было вставать и приводить себя в порядок.