Трискелион Тихолесье

1. Скоропеева горка

Мартовский сырой воздух, наполненный запахом талого снега, сырой земли и влажных камней взволновал бойкий щебет весенних птиц. Узкая тропа, усыпанная мелкой розовато-коричневой галькой, больше походившей на леденцы блестела подтаявшим льдом в лучах утреннего солнца. По тропе, петляя между огромными серо-зелёными валунами, давным-давно поросшими плотными подушками зелёных мхов и серебристо-серых лишайников, неторопливо поднималась русоволосая девушка. Её ноги то и дело проскальзывали, сбивая мелкие камушки вниз «леденцовой» тропы. Редкие низкие кустарники протянули колючие ветки и старались уцепиться за подол пышной темно-зеленой юбки. Холодный промозглый ветер трепал волосы, отчаянно толкал в грудь и не давал вздохнуть. Долгий пологий подъем окончился крутым склоном – тропа кончилась. Каменистый склон упирался в высокую обрывистую скалу серо-зеленой горной породы, изрытую глубокими трещинами. У основания скалы явно выделялась небольшая ниша, очертаниями напоминавшая квадратные ворота. В трепетном волнении девушка присела и осторожно скатилась по обледенелому склону. Перед ней – искусно замаскированные ворота. В их центре на холодной скале, почти стертый временем и непогодой разместился мастерски вырезанный замысловатый знак: круг, изображающий змею, глотающую свой хвост со вписанным в него треугольником. Девушка коснулась ладонью центра знака и что-то шепнула, каменные плиты дрогнули и заскрежетали. Луч весеннего солнца проник в узкую щель между холодных горных дверей и осветил винтовую лестницу ослепительно белого мрамора, ведущую глубоко в недра огромной скалы. Где-то далеко из подземелья послышался хрустальный звук капающей воды…

***

Бойкие воробьи с громким возмущенным щебетанием делили кусок горячего белого хлеба, выброшенного на оттаявший влажный тротуар. Добрая белокурая продавщица хлебной лавки была искренне уверена, что несложный ритуал кормления птиц по утрам привлечет щедрых покупателей. Весеннее утреннее солнце отражалось в плачущих сосульках, плавило снег и настойчиво торопило весну. В луче солнечного света невесомой дымкой кружила пыль. В офисах чувствовалось оживление. Воздух тесных кабинетов наполнил запах свежего кофе, а из открытого окна тянуло сладостью свежей выпечки из пекарни по соседству. Монотонно жужжали компьютеры. За одним из столов сидела русоволосая девушка в пышной зелёной юбке подперев лицо левой рукой и тихо шептала сама себе:

– Сколько работы, сколько… И всё в последний момент, как обычно в пятницу всё самое срочное и важное! – возмущалась девушка по имени Виталина раздраженно тыкая по клавиатуре. – Нет! Уеду! И гори оно всё синим пламенем! Возьму отпуск и уеду. Может эти сны прекратятся? Ледяные тропинки и каменные ворота… Каждую ночь.

Виталина – среднестатистический офисный сотрудник в небольшой фирме по продаже колбасных изделий. Как в большинстве частных фирм, сотрудник с невысокой зарплатой выполнял множество функций, в отличии от начальства, наслаждавшегося своей мнимой работой. От приступов безделья грузные дядьки с важным видом и красными сальными лицами шатались по офису, раздавали, как им казалось, ценные, но на деле никому не нужные советы и поручения.

– Вита,– шепнул Юра, высокий худощавый молодой человек с темными волосами и большими карими глазами, – какие планы на вечер? – слегка пританцовывая на стуле спросил коллега.

– Дома, дома, дома, – протянула девушка.

– Пятница же! Может обойдём пару клубов? Тебе пора развеяться. А маленькое путешествие ещё никому не мешало! – настаивал коллега.

– Нет, я устала. Не отвлекай, подожди! – раздражение девушки нарастало, – путешествие – мелькнуло в голове – точно, уеду на выходные, хоть на пару дней! Так, так. Внимательнее! Смета, накладная, путевые листы…Ох! Ошибка!

Мартовский солнечный день незаметно сменился вечерней прохладой и готовился вот-вот превратиться в колкий ночной мороз. К вечеру небо окрасил багрянец, пекарня последний раз звякнула входным колокольчиком и скрипнула дверью, воробьи попрятались. Город, казалось, заново оживал, но уже вечерней, пятничной хмельной жизнью. Виталина шла домой.

– Странно -думала она – я уже третий год живу в этом городе, а он никак не становиться мне домом … Да ведь из родного города я переехала по той же причине. Интересно я найду то место, где буду чувствовать себя дома? Дом. А какой он должен быть? Наверное, теплый, со вкусным чаем, пирогами и плюшевым пледом. Без пледа и пирогов – дом не дом. Ха-ха-ха как-то по-детски…Ага, пироги! Как же! То бегом на маникюр, то парикмахерская, то фитнес. А всё ради чего? Что бы выглядеть прилично? Нет, наверное, чтобы, как все, или по крайней мере, не хуже. Да и чем ещё заниматься в этом хмуром городе, когда все вечера похожи один на другой и одинаково скучны. Ох, как же надоела эта городская мрачная трясина!

Вот и дом, подъезд, съемная комната. Виталина рухнула на диван и как истинный человек двадцать первого века, залезла в интернет чтобы изучить последние мировые новости. «Так, так. Этих трясёт, этих опять взрывают. Оооо, а товарищей на островах затопило, ну что же, ничего удивительного. На дворе наступила весна, обострения разные и у людей, и у природы. Так, а это что? Экскурсия «Полозов двор»? Какое-то пыльное название детской сказки. Ну посмотрим: «Приглашаем Вас отправиться в незабываемое путешествие. «Полозов двор» – это город на окраине природного заповедника. Здесь вы познакомитесь с уникальным музеем драгоценных камней, насладитесь бытом русской общины семнадцатого века, а в старинных каменоломнях сможете почувствовать себя настоящим кладоискателем.» – Что ж, не плохо. Это лучше, чем сидеть в четырёх стенах и слушать гул машин за окнами или ворчливую хозяйку квартиры. Так, заказ билетов, остался последний…и выезд сегодня, у меня есть пара часов. Успеваю. Наспех собрав сумку, Виталина заказала такси и начала путешествие в город старинных каменоломней и драгоценных камней.

До Полозова двора пришлось ехать почти всю ночь. Неудобные кресла автобуса заставляли ежечасно просыпаться, где-то сзади сразу из нескольких мест раздавался богатырский храп, звучавший громкой хрюкающей какофонией, время от времени сотрясавшей автобус. За окнами мелькал темный лес, нагоняя неясную тревогу. По пути попалась пара слабо освещённых заправок и ни одного населенного пункта. Ближе к рассвету опустился туман, солнце слабыми золотыми лучами цеплялось за небо и медленно выползало из своего ночного укрытия. Далеко позади остался тесный, шумный город с душными офисами, кучей рычащих машин и пресных людей.

Солнце стремительно поднималось выше, пронизывая лучами голый лес. Впереди проступали размытые очертания окраины города. Автобус остановился на трассе и в салон вошла светловолосая женщина лет сорока в ослепительно белом спортивном костюме. Она громко поздоровалась, представилась экскурсоводом Никой Петровной. Путешественники сонно зевали, гремели термосами, шуршали конфетами и бутербродными пакетами. Через некоторое время публика подкрепилась и окончательно проснувшись приготовилась слушать.

– Уважаемые гости, сегодня мы посетим уникальный город, расположенный на окраине природного заповедника. Известен Полозов двор музеем драгоценных камней, насчитывающий пятьдесят тысяч экспонатов, большая часть которых добыта или найдена в каменоломнях близь города. Дальше наша экскурсия продолжит путешествие в деревню Скоропеевка, знаменитую комплексом памятников русского деревянного зодчества. В некоторых домах этой деревни до сих пор сохранен крестьянский уклад жизни, приближенный к семнадцатому веку. Так же на территории деревни вам представится возможность увидеть разнообразные этнографические постройки представляющие культурное наследие этих мест. На этом субботние экскурсии закончатся, и вас доставят в городской отель, а ранним воскресным утром мы совершим увлекательную экскурсию на Скоропееву горку, ознакомимся с каменоломнями и каждый из вас сможет почувствовать себя кладоискателем…

Ника Петровна продолжила рассказ об истории города, а Виталина погрузилась в свои мысли изучая пейзажи за окном:

– Какой хороший мартовский день и солнце уже греет и небо выше. И как-то по-новому смотришь на мир весной. Жить хочется. Дышать хочется. Перемен хочется.

Автобус кружил по городу выныривая из-за углов обшарпанных пятиэтажных домов, построенных лет пятьдесят назад, и с разных сторон объезжая простенькие достопримечательности провинциального городка. Бронзовый памятник мужчины с киркой раскалывающий огромную гранитную глыбу, внутри которой сияет горсть самоцветов. Каменная дева в окружении лесных зверей с поднятыми вверх руками, овитыми колючей плетью бронзовых роз. Большой змей с человеческой головой, заключивший в круг своего чешуйчатого тела макет города, величественно возлегал на груде мраморных остроугольных камней. Несколько покосившихся старинных домов с маленькими окнами, обрамлёнными кружевными наличниками. Ещё жилых, судя по пёстрым шторам и цветочным горшкам с красной геранью на подоконниках.

Вот и музей драгоценных камней. Здание музея – небольшой двухэтажный особнячок с высоким крыльцом и башенкой с острой крышей в викторианском стиле. Это, пожалуй, единственная интересная и по-настоящему красивая постройка в этом городишке, окруженная небольшим парком с можжевеловыми аллеями и высокими соснами. На фоне советских многоэтажек музей больше походил на средневековый европейский дом с привидениями. Серые стены с облупившейся когда-то белой штукатуркой пестрили оголенным старинным красным кирпичом. На острие невысокой башенки крутился и поскрипывал серебряный флюгер в форме ползущей змеи. Сквозь высокие сводчатые окна, занавешенные белой тюлью, маячили витрины с экспонатами.

Внутри музея было тепло и уютно. В подсвеченных витринах красовались разнообразные по форме, цвету и размеру драгоценные и полудрагоценные камни. Мелкие осколки переливались радужными бликами, куски драгоценной друзы вбирали в себя дневной свет и мерцали мелкими искрами в своей глубине. Удивительно, что в сердце далёкого невзрачного города хранится такая большая коллекция восхитительных экспонатов, представленная работами старых и современных мастеров-камнерезов. В залы с блестящими витринами откуда-то просочился запах горячей еды. Не смотря на восторг, вызванный холодным сияющим камнем, посетители, растревоженные приятными ароматами, призадумались и вскоре стали мечтать о плотном обеде.

Приятным удивлением для путешественников оказалось подвальное помещение музея. Просторное, теплое с небольшими прямоугольными окошками под самым потолком, наполненное ароматом русской кухни. Горячий по-домашнему вкусный борщ, заправленный жирной белоснежной сметаной, поданный с пышными, ещё тёплыми чесночными пампушками, взбодрил путешественников. С не меньшим наслаждением было съедено и второе блюдо: картофель, запеченный в глиняных горшочках с индейкой, зеленью и грибами под сырной корочкой. К чаю подали сладкое: пряники в глазури, горячие ватрушки и пироги с вишней. От чашек поднимался густой пар, окутывая обедающих травяным ароматом свежей мяты и терпкого чабреца. Разомлевшие от горячего обеда путешественники, продолжили путь в деревню Скоропеевка. Ника Петровна начала рассказ о старинном поселении в которое направлялся экскурсионный автобус.

– «Было это давно, но, как говорят, правда. На горках, сейчас называют Скоропеева горка. Решили крестьяне счастье попытать камень драгоценный поискать. День породу рубили, другой, а всё пусто. Уже и задумку бросить хотели, но вот как-то летней звёздной ночью на одном из холмов что- то засияло, да так ярко, будто полуденное солнце опустилось на скалы. Мужики похрабрились и медленно пошли к источнику таинственного света. Стараясь не дышать, они осторожно пробирались сквозь высокую мокрую от россы траву, обогнули холм. Глаза им заслепил золотой свет. Мужики глаза протерли, попривыкли и видят промеж холмов лежит, овившись громадными кольцами змей. Чешуя золотая, по телу сияют пятна из драгоценных каменьев, а голова человеческая. Старый бородатый дед подставил своё змеиное тело полной луне – греется. Вдруг между золотых колец ещё ярче засияло.

– Полоз- царь змей – зашептали мужики. Вроде страшно, а с места не сдвинуться – красота какая. Стоят и не насмотрятся, а из-под золотых колец выползают змейки поменьше в золотую чешую одеты, узоры причудливые из драгоценных каменьев на спинах, а на человеческих девичьих головах – богато украшенные искусные короны. Полозовы дочери – царевны Скоропеи, – шепчут мужики. Вдруг полоз приподнял голову и повернулся. Заметил гостей незваных. Замер. Шумно вздохнул и растаял в дымке рассыпавшихся золотых искр. Исчезли и Скоропеи. Золотое сияние угасло. Сгустилась темнота, как и не было ничего. Ночь как ночь, на небе звёзды. Мужики постояли, озираясь по сторонам. Повздыхали, да направились к костру. Шли молча, пожимая плечами и время от времени оглядываясь. И снова, совсем рядом что-то засияло, зашипело, зазвенело, захохотало. Над травой появилась девичья голова, волосы золотом пылают, глаза – большие изумруды.

– Знаю, что ищите, – то ли прошептала, то ли прошипела Скоропея, – если добрые вы люди покажу где сокровища искать, если нет уведёт их мой батюшка Полоз в глубину горы, – мужики стоят не живы не мертвы и слова молвить не могут, засмеялась змеиная царевна. – За мной смотрите, как поползу, там и искать вам сокровища. – Распустила кольца змеиные, скользнула по краю холма и исчезла, снова появилась уже в центре холма, проползла наискось и снова пропала, теперь уж совсем. Подивились мужики такой встрече и отправились спать. Рано утром, чуть занялась зорька, пошли мужики на холм пытать удачу. В намеченном месте копали лопатой, кололи киркой, ни камня драгоценного, ни песка золотого – обманула видать змейка-то. Решили бросить дело. Расстроились. Стали возвращаться и вдруг один из мужиков на земле искорки золотистые приметил, вроде как чешуйки змеиные. Остановились, копнули – песок золотой-копнули ещё – камень самоцветный. Так и стали работать, каменья и песок золотой добывать, деревню построили и назвали Скоропеевка в честь дочки Полозовой. А потом и город построился – Полозов двор. Много камня и золотого песка дала горка, и в наше время продолжают добычу. Только вот странность какая. Лет пятнадцать назад пригнали на Скоропееву горку технику, хотели завод построить, а песка и камня нет. Рыли, взрывали – ничего не нашли. А как постаринке кто с киркой и лопатой пойдёт, обязательно найдёт сокровище. Не любят змеи шум, вот и уводят клады глубоко в гору. Говорят, в Скоропеевой горке до сих пор встречают змеек с девичьими головами, а Полоза так больше никто и не видел».

За окнами автобуса лес заметно поредел. По обе стороны дороги открылось большое поле, местами оттаявшее и оголившее темную перепрелую траву. Вдалеке появились силуэты старинных деревянных построек. Синяя табличка у дороги приветствовала белой надписью: «Скоропеевка».

Бревенчатые избы и терема, возвышались темными громадинами среди голых садов, укрытых скомканным осевшим снежным одеялом. Из печных труб валил густой серый дым. Резные ставни и наличники, выкрашенные в белый цвет, словно кружево обрамляли окна. Внутри теремов стояли русские печи, на полах лежали самотканые дорожки. На дубовых столах, окруженные крепкими скамьями, закипали начищенные самовары. Недалеко от теремов гуляли лошади, угощаясь сеном из стожков под приземистым навесом. Из-под низкой крыши хлева вышла девушка, одетая в длинное платье и овчинный жилет. В руках она несла корзину полную яиц, через открытую дверь вырвался клуб тёплого пара, послышалось мычание коров, хрюканье поросят и кудахтанье кур. Путешественники удивлялись бесчисленному количеству звуков села и пробуждающейся природы. Было слышно, как с длинных сосулек капала талая вода, как хлопали крылья взлетевшей сороки, как фыркали лошади, как кралась по обледенелой дороге кошка, собака вздыхала и тихо поскуливала, вдалеке на высоком дубе каркала стая ворон. Казалось время здесь остановилось. Казалось, что до изобретения компьютеров и самолётов, телевидения или радио ещё долго-долго. Это место цивилизация не затронула. На крышах изб не маячили антенны. Над улицами не гудели электрические провода. Весеннюю звуковую гармонию не нарушало рычание машин.

Путешественники наслаждались деревенским спокойствием и внимательно всматривались вокруг стараясь уловить и запомнить каждую секунду весеннего дня. Сквозь свежий мартовский воздух, наполненный густым ароматом талой земли, вдалеке на фоне синевшего леса громоздился двухэтажный дом, покрытый прямоугольными крупными пластинками серого камня. Сквозь оконные стёкла первого этажа просачивался слабый зеленоватый свет. Огромный серый дом, густо овитый голыми плетями девичьего винограда казался инородным темным пятном на фоне старинной русской деревни.

Заключением экскурсии была небольшая торговая лавка над входом которой красовалось деревянная табличка с резным названием «Светлица». За прилавком стоял седовласый мужчина с бородой, плотного телосложения в традиционной льняной рубахе подпоясанный красным кушаком. В белёной печи потрескивали дрова. Через низкие окна широкими полосами на вычищенный деревянный пол падали солнечные лучи, в воздухе витал дух сухих трав, свежего хлеба и ещё чего-то цветочно-сладковатого. На витринах красовались искусно вырезанные фигурки животных, маленькие букеты, собранные из осколков самоцветов, картины и украшения из разнообразных камней. Поделки из бересты, натуральная косметика, мыло ручной работы, был и уголок с разными амулетами и травяными чаями. Виталина взяла несколько пачек чая и необычный серебряный амулет – круглый медальон с изображением трёх спиралей, начинавшихся из центра. Он привлёк её внимание с той самой минуты, как она вошла в лавку. У девушки возникло неприятное тоскливое ощущение, будто она давно знает этот символ, но никак не может вспомнить откуда, и что он означает.

– Оооо, – протянул продавец, – этот символ называется трискелион. Он объединяет в себе стихии огня, воды и воздуха. Такой амулет дает владельце защиту и жизненную силу. – Вита растерянно улыбнулась, мужчина продолжил, – по древним поверьям нечистая сила, попавшая в такой узел не может найти из него выход, а чем проще узор, том сильнее действие амулета, – продавец внимательно посмотрел на девушку. – Мне кажется, ты выбрала этот знак не случайно. Носи его и жди больших перемен. – Старик ещё раз пристально всмотрелся в глаза Виталины, добродушно улыбнулся и занялся остальными покупателями.

За окнами автобуса снова мелькали деревья, снова сгущался лес и приближалась ночь. Виталина поёживалась от воспоминаний чудных слов продавца лавки, то и дело всплывавших в её памяти.

– Амулет я выбрала не случайно, чушь какая-то! Просто замысловатый символ. Перемены, ещё и большие… да что может измениться в этой жизни. Ха! Какой хитрый способ уговорить человека сделать покупку…

Обратно в Полозов двор ехали молча. Туристы, утомленные долгой дорогой и непривычным чистым и свежим воздухом, теперь уже мечтали о скорейшем прибытии в отель, горячем душе и мягкой кровати.

***

На часах шесть утра. Коридоры провинциального отеля наполнились голосами и торопливыми шагами.

Предрассветный заморозок окутал Полозов двор, разбросав по городу иней. В свете фонарей поблескивали заиндевевшие деревья. За окнами автобуса мелькнула знакомая табличка с надписью: «Скоропеевка». На светлеющем небе появились первые солнечные лучи. Пейзаж вокруг преобразился. Окрасился теплыми розовато-золотыми тонами. Ещё несколько часов и между стволами заметно поредевшего леса показалась Скоропеева горка. Обледенелая серо-коричневая скала давным-давно поросла хеномелесом, малиной, горной сосной и стелющимся можжевельником. Веками у подножия скалы разрастались пышные зеленые подушки мха, а с крутых утесов и склонов сизой бахромой свисали лишайники.

Группа туристов во главе с Никой Петровной, поднималась по деревянным ступеням на Скоропееву горку. Виталина плелась последняя. Мысли о возвращении к привычным серым будням тяготили её. К горлу то и дело подкатывал колкий комок слёз. Группа бодро всходила всё выше, видимо, их торопило желание скорее почувствовать себя кладоискателями. Девушка стояла внизу, вдыхая прохладный мартовский воздух. Справа со звонким гулом скатился небольшой камень белого мрамора идеальной круглой формы. Виталина пролезла под лестничными перилами что бы забрать неожиданную находку и замерла от удивления. В сторону от основного экскурсионного маршрута, откуда и появился кусочек мрамора, вела еле приметная горная тропа. Тропа из её снов ставших навязчивыми. Девушка осторожно шагнула на обледенелую тропу. Юбка зацепилась за молодой малиновый куст, нога проскользнула на льду. Ощущение дежавю окатило холодной волной.

Промозглый ветер то и дело раскидывал русые вьющиеся локоны волос по плечам. Яркое весеннее солнце слепило глаза. Сквозь оплавленный лед проступали серые камни, похожие на леденцы, они поблёскивали мелкими вкраплениями слюды. Тропа, в точности как во сне, окончилась крутым склоном. Склон упирался в нишу очертаниями напоминавшую входные ворота. Виталина остановилась. Всё происходившее казалось странным, но реальным сном. Как-будто какая-то настойчивая незримая сила привела её сюда. Но для чего? Добрая ли это сила?

Сзади на плечо девушки мягко опустилась чья-то рука. От неожиданности Виталина вздрогнула, потеряла равновесие и упав на спину скатилась с ледяного склона. Почти беззвучными твердыми шагами за ней спускалась Ника Петровна. Женщина подала Виталине руку и помогла подняться.

– Ты пришла! Зов хранителя печати наконец-то указал тебе путь. Я так рада видеть тебя тут, – с сияющей улыбкой радостно воскликнула женщина и крепко обняла девушку.

– Как видите. Пришла. И я растеряна. Мне приснился сон…в котором я… – взволнованно начала Виталина и усомнилась в своём психическом здоровье.

– Была в этом месте, – закончила за девушку фразу Ника Петровна. – Понимаешь, когда ты в лавке выбрала амулет с символом трискелиона, я сразу поняла, что нашла тебя.

– Нашла? Зачем? – девушка медленно и настороженно отступала назад в сторону склона, с которого скатилась пару минут назад. Теперь она сомневалась в адекватности своей собеседницы.

– Да не бойся же ты! Я всё тебе объясню, только давай пройдём в более уютное место, – настойчиво попросила женщина не переставая добродушно улыбаться. Она подошла к каменной двери и коснулась ладонью едва различимого треугольника, вписанного в круг.

Тяжелые каменные глыбы врат дрогнули, заскрежетали. Гора открылась. В лицо хлынул резкий запах ржавого металла и сырого камня. Откуда-то снизу доносился хрустальный звук капающей воды. Ника Петровна наклоном головы пригласила Виталину пройти внутрь скалы, и сама прошла вперёд. Девушка помешкала пару секунд, но решившись вошла следом за женщиной. Озираясь по сторонам, она осторожно спускалась по винтовой лестнице, уже знакомой из ночных сновидений. Сзади снова заскрежетали каменные врата. Луч весеннего солнца пропал за сомкнувшимися серо-зелеными скальными плитами. Виталина ожидала оказаться в кромешной тьме. Сердце на секунду замерло, закружилась голова и к горлу подкатила тошнота. Но, к удивлению девушки, белые мраморные ступени под ногами засветились холодным голубоватым светом.

2. Первородное колдовство

Сияющая лестница привела путников глубоко под землю. Пред собой девушка увидела просторный длинный коридор с высоким арочным потолком из белого мрамора. Как и ступени винтовой лестницы, стены коридора сияли голубоватым светом. Ника Петровна ожидала в конце коридора около массивных изумрудных дверей с золотыми узорами и вкраплениями больших кристаллов горного хрусталя. Виталина снова медлила. Она тревожно обернулась назад на лестницу. Мысли в голове путались, чувство настороженной тревоги накатывало колкими волнами.

– Ну, пошли! Не бойся ты так, – поторопила женщина и с легкостью открыла массивные каменные двери.

– Иду. Я иду, – чуть ли не шёпотом пролепетала девушка и продолжила путь.

В конце коридора за распахнутыми резными створками дверей располагался просторный круглый зал. На стенах, потолке и полу переплетались мозаики природных узоров, сложенные из шлифованных кусков малахита всевозможных зеленых оттенков. В центре высокого потолка висела огромная трёхъярусная люстра, плотно загромождённая восковыми свечами, занимавшая почти всё потолочное пространство. В свете сотен свечей сверкали нити мастерски ограненных драгоценных камней. Статуэтки белого и желтого золота, изображавшие мифических существ, перемежались со свечами и приходили в слегка уловимое движение от подрагивавшего пламени. Стены от пола до потолка занимали полки, плотно заставленные книгами в кожаных переплетах, прошитых золотыми нитями. Под люстрой, в центре зала, располагался большой круглый стол, застеленный бордовой скатертью тяжелого бархата. Он распластался на резных массивных ножках, изображавших лапы грифона. Вокруг стола стояли два роскошных старинных кресла с обивкой изумрудного цвета, с золочеными резными высокими спинками и широкими подлокотниками. В одном из них уже сидела Ника Петровна и разливала кипящий ароматный чай по белоснежным фарфоровым чашкам с золотой каймой из винтажного изящного чайника.