- -
- 100%
- +
1
У Катерины позади был очень тяжелый развод. Не в плане судов или скандалов, с мужем они расстались вполне мирно, разделив все ровно пополам. Просто после вполне счастливых восьми лет брака Иван пришел и сказал, что его планы на жизнь резко поменялись, и он уезжает в теплые страны. Катя, было, ответила, что не может все бросить, к чему их семья шла столько лет, но у Ивана уже и спутница в новую жизнь была. И не первый месяц к этому моменту. Девушка на пятнадцать лет моложе, находящаяся в полном восторге от возможности жить на Гоа с пока еще чужим мужем.
После этого разговора, который буквально выбил почву у Катерины из-под ног, супруги сначала молча разъехались, а потом подали документы на развод. Из-за планируемой резкой смены образа жизни Иван настоял на продаже всего, что у них было: квартира в столице и два автомобиля. Все прочее, из чего год за годом состоял семейный быт, тоже пришлось продать, так как без жилья и понимания, что будет дальше, это всего лишь какое-то количество мебели и техники.
Вырученные деньги поделили и отправились в ЗАГС без всяческих материальных претензий друг к другу. Через положенное время Катю и Ивана развели, и с тех пор они больше не виделись. На последней встрече уже бывший муж сказал, что билеты на самолет куплены, по поводу чего он прямо-таки светился от счастья. Катерине не оставалось ничего иного, кроме как пожелать ему удачи.
Оставшись в съемной квартире после расставания, молодая женщина долго думала, почему совместные годы так мало значили для супруга. Они немало прошли вместе: сначала после свадьбы перебрались из своего областного миллионника в соседний региональный центр, потом через несколько лет в Москву. Иван вполне успешно строил карьеру в айти, был востребованным программистом. Катя не менее успешно занималась недвижимостью. Семья действительно могла позволить себе переезжать, работа не привязывала их к какому-то конкретному месту. Год назад было решено, что ипотека почти выплачена, и наконец-то можно подумать о детях. Для начала хотя бы о первенце. И вот этот год прошел, ипотеку погасили, но будущий отец неожиданно решил, что хочет жить на Гоа с другой. Или, может, неожиданным это было только для его жены?
Перебирая в памяти семейные ссоры и разногласия, Катерина так и не смогла понять, что проглядела или не додала своему семейному счастью. Зато женщина положительно начала сходить с ума в четырех стенах съемной однушки. На работе все валилось из рук, она забывала важные документы на сделки и не обращала внимания на телефонные трели. В конце концов, начальник предложил Катерине съездить в отпуск, развеяться, привести нервы в порядок.
В тот вечер Катя вернулась домой разбитой и окончательно сломленной. Она долго плакала, уткнувшись носом в старенькую потертую софу, поминая недобрым словом и мужа-изменщика и свою судьбу несчастную и затрещавшую по швам успешную карьеру. Не так она себе представляла свое грядущее тридцатипятилетие. Особенно ее почему-то удручал тот факт, что с детьми теперь наверняка придется повременить и сильно. Странно, но пока появление малыша казалось делом наживным и быстрым, она не ощущала, что так уж сильно хочет этого. Теперь же думала, будто никогда больше не встретит хорошего мужчину и умрет в одиночестве, окруженная кошками.
На утро из постели Катерину поднял внезапный телефонный звонок. Точнее было уже далеко не утро, но она продолжала лежать и разглядывать потолок, не имея сил и желания даже на элементарные гигиенические дела и завтрак. Звонила давняя подруга, они заканчивали вместе юридический и с тех пор регулярно созванивались. Об изменении семейного статуса Кати Мила не знала, но скрыть это сейчас было как-то не правильно. Все-таки больше десяти лет дружат.
Катерина собралась с духом и ответила. Мила почти сразу поняла, что что-то случилось. И Катя рассказала. Говорила долго и в подробностях, то замолкая, то начиная всхлипывать. А когда закончила, и вовсе разревелась. Мила помолчала какое-то время, потом посочувствовала парой скупых фраз.
– Теперь-то что будешь делать? – она была скорее человеком дела, чем слова, поэтому абсолютно логично для себя поинтересовалась ближайшими планами подруги.
– Не знаю, меня в отпуск на работе отправили. Велели нервы подлечить.
– Вижу я, как ты их лечишь. Слушай, подруга, есть у меня пустой дом на Алтае. Горы, озеро заповедное, кругом тайга и ни одного человека. Самолетом до Горно-Алтайска, а там мы тебя с человеком свяжем, отвезет.
– Мил, а что за дом-то хоть? – Катерина была слегка растеряна от такого напора.
– Да родителей мужа, мы же их к себе перевезли, а дом вот стоит, пустует. Не курорт, конечно, но вполне благоустроенный, все удобства, жить можно.
– А это удобно? – Катя плохо себе представляла, как будет жить одна в тайге пусть и с удобствами.
– Не просто удобно, свекры счастливы будут, если кто-то в их любимом уголке поживет немного. Кать, соглашайся – я там была, место классное! Там такие закаты-восходы, через неделю печали свои забудешь. Ну, или не так быстро, но там, правда, здорово.
– Хорошо. Я поеду, – Катерина вдруг согласилась. Почему-то мысль об одиночестве в каком-то доме посреди тайги показалась ей внезапно столь заманчивой, что она готова была сразу паковать вещи, наконец-то поднявшись с постели.
***
Сразу начать собираться не получилось. Пришлось договариваться с квартирной хозяйкой, сообщить на работу, чтобы не рассчитывали на Катю в случае чего, пристроить комнатные цветы бывшим соседям и хорошо изучить в интернете те места, где она собралась провести почти месяц.
Аэропорт-перелет-аэропорт ей ничем не запомнились. Катерина летела далеко не в первый раз, не любила этот процесс всей душой и очень хотела снова оказаться на земле, пусть и далеко от дома. В зале прилета ее встретил немолодой, дородный и слишком молчаливый для таксиста дяденька. Ехали больше трех часов, машин на дороге было немало. Катерина представляла себе таежный угол более уединенным. Высказала свои сомнения Михаилу. Он ответил, что место, и правда, туристическое. Озеро Телецкое чистое и красивое, многие приезжают взглянуть на него, насладиться красотами природы Горного Алтая. Но тут же и успокоил свою пассажирку, мол, знает дом, куда ее везет, он действительно расположен как-то на отшибе.
– Но дорога там прямая. Машину в гараже я проверил, как Павел попросил. Все исправно, в рабочем состоянии. Я покажу ближайший магазин, сами увидите, там хоть и минут двадцать пять ехать, но заблудиться невозможно.
Катерину это вполне устроило. Она планировала выбираться в ближайшее село не чаще одного-двух раз в неделю. Остальное время хотела побыть одна, как ей Мила и обещала. Две большие сумки продуктов она закупила в супермаркете на выезде из Горно-Алтайска. Этого должно хватить дней на пять.
Вскоре они проехали и магазин, и маленький аптечный пункт и выехали на уже абсолютно пустую дорогу. Вокруг поднимались горы, вечно-зеленые леса стремились в синее-синее небо, было сухо и жарко, стрекотали кузнечики, легкий ветер шелестел в высокой траве на обочинах. Иногда с дороги было видно и то самое заповедное озеро – огромное зеркало, в котором неслись облака и отражались деревья.
Дорога действительно оказалась прямой и очень хорошей. Через обозначенное Михаилом время они подъехали к одноэтажному деревянному дому, который на первый взгляд превзошел все ожидания Катерины. Большой, массивный, крепкий – он казался надежным убежищем не только для того, чтобы пережить развод, но и для чего-нибудь пострашнее. Катя сразу поняла, как права была Мила, уговаривая ее приехать сюда. Здесь тихо, красиво и очень спокойно. Именно чувство внутреннего спокойствия накатило на Катерину, как только она взошла на высокое крыльцо.
Михаил показал, как справиться с замками, электричеством и водой в доме. Открыл гараж и передал ключи от машины, еще раз проверив, что двигатель запускается. Нашел аптечку, запасную зарядку для телефона, батарейки. Оставил свой номер и попросил звонить, если вдруг что в любое время суток.
– Я тут недалеко совсем живу, на самом выезде из Артыбаша. Из моих окон магазин видно. Так что если понадобится что, примчусь сразу же.
– Спасибо вам, Михаил, большое. Надеюсь, сама со всем справлюсь, но если что, то позвоню, конечно, обязательно. А здесь диких зверей же нет? – на всякий случай поинтересовалась Катерина, не к месту вспомнив свой детский страх.
– Что? Ну, вообще есть, конечно, но они к жилью не выходят. Но если боитесь, то свет оставляйте на ночь в одной из комнат.
Катя очень сильно сомневалась, что это сможет кого-то отпугнуть. Скорее Михаил это посоветовал, чтобы как-то успокоить городскую жительницу. Она вежливо поблагодарила своего нового знакомого, и они расстались, еще раз обсудив необходимость быть на связи на всякий случай.
Оставшись одна, Катерина снова обошла все комнаты, выбрала в качестве спальни самую дальнюю. В это время суток здесь было удивительно светло, но при этом не жарко. А еще отсюда имелся второй выход – прямо на низкую широкую веранду. Деревянные стол и стулья так и манили, обещая самые лучшие и живописные завтраки. Дом не был никак огорожен, поэтому почти сразу от веранды начинался небольшой луг, который шагов через двадцать заканчивался подлеском, очень быстро переходящим в густой лес. А если поднять голову, то сразу становилось понятно, что прямо здесь и начинаются горы, просто не слишком круто.
Катерина приняла душ, разогрела кое-что из привезенных продуктов и перекусила, любуясь окружающей ее красотой. Второй раз за последний час она подумала, что правильно поступила, приехав сюда. Разве можно грустить под этим бесконечным небом, рядом с этими величественными деревьями, которым и смена времен года не указ. Утолив первый голод, Катя сбросила обувь и шагнула с веранды прямо в густую упругую траву, которая никогда не знала усилий косарей или ландшафтных дизайнеров. Она шла и наслаждалась каждым шагом, чувством земли под стопами, бесчисленными стеблями, щекочущими ладони, ярким солнцем, бьющим прямо в глаза и делающим все вокруг еще ярче, еще красивей.
Катя так увлеклась своими ощущениями, что дошла до самой кромки леса. Еще издали она увидела красно-зеленый островок зарослей брусники. Присев на корягу, как любой голодный до подобных видов городской житель, Катерина рвала ярко-бордовые блестящие мелкие ягоды и тут же их ела. Вспомнила детство, в их лесу тоже росла брусника. Тогда, а растет ли сейчас, Катя не знала, она очень давно не была дома. Наевшись и вымазавшись в соке, женщина достала из кармана джинсов носовой платок и вытерла руки и лицо наскоро.
Посидев еще какое-то время, Катя поняла, что стало темней. Солнце зашло за верхушки деревьев, подул довольно неприятный прохладный ветер. Катерина резко встала и поспешила к дому, который и был вроде совсем недалеко, но вот луг с этой стороны уже не казался таким уж маленьким. Весь путь назад ее подгоняло какое-то непонятное легкое чувство беспокойства, что-то свербело внутри, отдаваясь в затылке, заставляя ускорить шаг. Закрыв за собой заднюю дверь, Катерина пошла было застирать носовой платок, но не смогла найти его. Вроде вот только был в руках, а не заметила, как обронила. Пойти бы поискать, пока совсем не стемнело, но почему-то выйти еще раз из дома она не решилась.
Впрочем, очень скоро непонятная оторопь исчезла без следа. Она списала все на обилие эмоций за сегодняшний день и на общее нервное истощение. Ей здесь нравилось, поэтому выкинув все посторонние мысли из головы, она принялась раскладывать вещи и продукты, попутно готовя ужин.
В эту ночь Катерина спала, как у нее давно не получалось. Ее не мучили никакие мысли о разводе или бывшем муже, о работе или дальнейшей жизни. Здесь было так тихо, а в окно светили такие яркие звезды, что любуясь на них, она сама не заметила, как уснула, а проснулась уже от бьющих прямо в глаза солнечных лучей. Катя улыбнулась тому, что забыла задвинуть шторы и встала, чтобы поприветствовать новый день. Первый день ее новой жизни.
2
Перед поездкой основным страхом Катерины было возможное чувство одиночества, оторванность от привычной жизни, малый спектр доступных развлечений и занятий. Но спустя три дня женщина окончательно поняла, как же нравится ей такая спокойная жизнь. Она начала читать привезенную с собой книгу, до которой в той прошлой ее жизни никак не доходили руки. Приемы пищи стали длинными и медленными, а сама еда очень упростилась. Оказывается, человеку не так уж много надо – картошка, молоко, несколько видов круп и каш, сухофрукты для домашнего компота. Из лакомств Катерина не смогла отказать себе лишь в кофе и шоколаде. Но как же ей нравилось баловать себя ими ранним утром или поздним вечером, сидя на веранде и прислушиваясь к стрекоту насекомых и разнообразным голосам птиц.
До самого Телецкого озера Катя пока не добралась, да и не планировала такой дальней вылазки, хотя Михаил настоятельно рекомендовал посетить самые популярные туристические места. Но, оказалось, пляж можно организовать и на заднем дворе или на том месте, которое сама выберешь в качестве такового. Каждый день раза по два или три Катерина выбиралась из дома с плотным покрывалом, бутылкой воды и книгой. Расстилала импровизированное пляжное полотенце прямо на примятую траву и загорала, сколько хотелось, не боясь посторонних взглядов.
В первый день Катя показывала себя солнцу в купальнике, во второй перешла к загару топлесс, а на третий и вовсе устроила нудистский пляж. И дело тут было вовсе не в желании обзавестись ровным темным цветом кожи, просто с каждым днем она все больше вживалась в свободу этого места. В его независимость от всего – чужих взглядов, других мнений, бесконечных сравнений и оценок. Ей было здорово просто быть собой, поэтому утро четвертого дня она встретила на веранде в халате на голое тело. Вся косметика была забыта еще в день приезда и так и лежала где-то на дне дорожной сумки. Иногда не к месту вспоминалось, как бывший муж пенял ей на неидеальный живот и небольшие белые растяжки на бедрах, на ее недостаточно сексуальный стиль в одежде и нелюбовь к каблукам. Как же она старалась нравиться ему все эти годы. Это было похоже на постоянную гонку за горизонтом – макияж, укладка, чулки, вызывающее белье, домашняя одежда не для удобства, а для красоты. А теперь и мужа больше нет, и вроде бы даже и чувства сожаления по этому поводу не осталось. Его почти полностью вытеснило это ощущение самости, принятие себя и этой жизни, пусть и несправедливой, но все еще прекрасной и интересной.
Иногда к Кате возвращалось то чувство непонятной неуютности, которое посетило ее на брусничной поляне. В такие моменты ей казалось, что солнце становится тусклее, поднимается или, напротив, резко затихает ветер, замолкают птицы и животные. Порой ей чудилась какая-то тень у кромки леса. С каждым днем она все чаще ловила себя на таких ощущениях, но продолжала успокаиваться тем, что хоть и приехала в чудесное место, но какие-то психологические последствия у ее переживаний должны быть. Поэтому пусть лучше они проявляются так, а не подавляются.
Еще через три дня Катерина поняла, что продуктовые запасы истощаются и ей нужно выбраться в Артыбаш. День был солнечный, настроение прекрасное. «Может, и до озера доеду», – подумала Катя, покидая гараж. Затылок в очередной раз кольнуло чувством тревоги, но женщина просто отмахнулась и вырулила на дорогу.
В местном магазинчике было многолюдно и, судя по заливистому смеху продавщицы, кокетничающей с покупателями, удивляло это только Катю. Дождавшись своей очереди, она выбрала и купила нужные продукты, расплатилась и направилась обратно к машине. На крыльце ее окликнул незнакомый мужчина.
– Вы же Катерина, правильно? – Катя недоуменно уставилась на него, и он продолжил. – Здравствуйте, меня зовут Валентин Михайлович. Очень приятно познакомиться.
Мужчина смотрел на нее так уверенно, будто она непременно должна была его узнать. Катя напрягла все свои мыслительные способности и вдруг поняла, что перед ней сын Михаила. Тот во время поездки обмолвился, что его сын туристов с экскурсиями водит по местным достопримечательностям.
– Здравствуйте, – вежливо улыбнулась Катя.
– Можно просто Валя, – в ответ расплылся мужчина.
Выглядел он вполне под стать своей профессии – высокий, подтянутый, загорелый, в спортивной одежде и в обуви, которой и непроходимые горные тропы не помеха.
– Я сам вас хотел встретить, но мне неожиданно группу коллеги передали. Не получилось.
– Все в порядке, – Катя не совсем понимала, чего он от нее хочет, и улыбалась на автомате. – Мне очень понравилась поездка с вашим папой.
– Давайте помогу сумки донести, – Валентин взял два увесистых пакета у Катерины из рук и пошел в сторону машины. Видимо, он тоже прекрасно был знаком и с домом, и с автомобилем свекров Милы.
– Спасибо, – Катя медленно пошла за ним, все еще не совсем понимая, что делать с этим внезапным знакомством.
За то время, что Катерина провела в магазине, на обочине рядом с ее временным автомобилем организовался стихийный минирынок. Шустрые местные бабушки разложили свои товары прямо на земле – картошка, ягоды, зелень, травы, молоко и домашние сыры, разнообразные поделки. Чего тут только не было – глаза разбегались. Продавцы наперебой расхваливали свое и зазывали покупателей. Туристы охотно интересовались товаром, торговались и радовались покупкам. Катю заинтересовала маленькая сухонькая бабулька, которая торговала пучками сухой травы и монотонно повторяла «лечебные травы, новый урожай, успокоительное, тонизирующее».
– Здравствуйте, – поздоровалась с ней Катя. – Мне бы что-нибудь от нервов. Только что-то простое, я совсем ничего в травах не понимаю.
– А что беспокоит-то? – старушка внимательно уставилась на покупательницу.
– Чувство тревоги, в основном.
– Если совесть не чистая, травяной чай не поможет, – авторитетно заявила торговка.
– Все в порядке с моей совестью, – опешила Катерина и рассмеялась. – Развелась я недавно, вот отдохнуть-успокоиться приехала.
Катя и сама не поняла, зачем рассказала это незнакомой женщине. Но откровенность неожиданно сработала в правильном направлении, продавщица перестала сверлить Катерину внимательным взглядом и полезла ковыряться в своем мешке с сухими пучками.
– Вот тебе сбор успокаивающий и общеукрепляющий. Шикша, пион и жимолость. Завари все литром кипятка, минут через 40 можно пить.
– Спасибо большое, – поблагодарила Катя и поспешила расплатиться.
Валентин ждал у машины, они вместе сложили покупки на заднее сидение. Катя думала, как вежливо попрощаться, но мужчина вдруг предложил довезти ее до озера, показать местные красоты, обещал настоящий туристический обед прямо на берегу. И Катерина вдруг согласилась. Никакого курортного романчика она не планировала, но надеялась, что знакомый ее подруги это быстро поймет и отстанет сам. А пока почему бы не погулять вместе.
Прогулка затянулась до позднего вечера. Они и пообедали и поужинали на берегу. Уха из свежевыловленной рыбы, дикая утка, запеченная на открытом огне, овощная нарезка из местных овощей. Аппетит у Катерины проснулся волчий, свежий воздух, потрясающие виды и отличное настроение только способствовали этому. Когда подъехали к дому, Катя вдруг поняла, что действительно прекрасно провела время. Валя хоть и вел себя как первый парень на деревне, но оказался милым и веселым собеседником и абсолютно точно отличным гидом. Он рассказал Катерине за несколько часов столько, сколько она не узнала из интернета за неделю подготовки к поездке.
Валентин, загнав машину в гараж и закрыв замки, передал ключи Катерине.
– Я послезавтра иду в горы, заканчиваю новый маршрут. Он совсем не сложный, для групп с детьми. Не хочешь со мной погулять.
– С удовольствием, – вполне искренне улыбнулась женщина. Ей вдруг подумалось, что нет ничего плохого в том, чтобы разбавить уединение общением с вполне приятным мужчиной.
Они тепло попрощались, договорившись о деталях следующей встречи. Оставшись одна, Катерина разложила покупки и заварила купленный травяной сбор. По дому поплыл теплый уютный запах, который, казалось, успокаивал уже сам по себе. Было поздно, поэтому оставив напиток остывать до утра, Катя отправилась в душ, а затем легла спать.
***
Уснула она очень быстро, так вымоталась за день, но вот спокойной эту ночь нельзя было назвать. Катерина часто просыпалась, ей чудилось, будто доски веранды скрипят под чьими-то тяжелыми шагами, слышались какие-то не то вздохи, не то хрипы. Она ворочалась, силясь побыстрее уснуть снова. Уже под утро ее разбудил звук похожий на звериный рык. Резкий и довольно громкий он заставил подняться с постели и выглянуть в окно. В предрассветном мареве она, конечно, ничего не увидела. Но где-то в туманной дымке, что стелилась у самой земли, мелькнула уже знакомая ей тень. Катя вспомнила, что спрашивала у Михаила о диких животных, и он успокоил ее. Привычное уже чувство острой тревоги стало медленно отступать, растворяясь вслед за туманом в первых лучах солнца.
Катерина встала и первым делом пошла на кухню за своим лекарством от нервов, которое сама себе и назначила при помощи придорожной торговки. Выпив полстакана настоя, почувствовала себя лучше, но, скорее, это было лишь самоуспокоением. Завтрак также не сильно помог взбодриться. Поэтому, как только окончательно рассвело, и воздух прогрелся, женщина, прихватив чашку дымящегося кофе и шоколадку, вышла на веранду.
На солнце быстро стало невыносимо жарко, Катя сбросила халат с плеч, подставляя всю себя лучам, пытаясь согреться, вытравить все муторное беспокойство прошедшей ночи. Так она и сидела, прихлебывая из кружки и заедая сладким, пока ее взгляд случайно не упал на дальний угол веранды. Там, чуть белея на солнце, лежал какой-то грязный буро-серый клочок не то ткани, не то бумаги. Катерина, заинтересованная вещью, которую не видела здесь вчера утром, встала и, сделав несколько шагов, присела на корточки, чтобы лучше рассмотреть находку. В первый момент она не поверила своим глазам, это оказался ее потерянный платок. Как он мог появиться здесь, она понятия не имела, прошло ведь уже несколько дней. Катерина рассматривала вновь обретенный кусок ткани со всех сторон и даже попыталась заглянуть под доски веранды. С боков все было заколочено, так что вариант, что платок сначала завалился туда, а потом как-то оказался наверху ничем не подтверждался. Логическая цепочка в голове женщины оборвалась, едва она заметила длинные глубокие полосы на крашеном дереве. Урон был настолько значительный, что щепки торчали в разные стороны от борозд и даже виднелись в редкой траве рядом. Катерина тут же вспомнила прошедшую ночь и мысли о рычании какого-то животного, которые с наступлением утра она отогнала от себя.
Катя попыталась успокоиться. Как всякий разумный человек, она была абсолютно уверена, что при наличии реальной опасности ее бы предупредили. Если не подруга, которая может и была здесь всего пару раз, то местные уж наверняка. Выпив еще полстакана успокаивающей настойки, она вытащила покрывало и устроилась с книжкой на мягкой траве. Правда перед этим предпочла надеть майку и шорты. Все же человек, который тревожится, в одежде чувствует себя значительно комфортнее.
Пытаясь сосредоточиться на содержании истории, которая еще вчера казалась ей очень интересной, Катя все чаще ловила себя на мыслях о том, насколько это правильно оставаться здесь и дальше? Совсем одной в доме, вокруг которого ночью ходит дикий зверь. Она сначала совсем перестала читать, потом положила голову на руки и сама не заметила, как уснула.
Проспав пару часов, Катерина отлежала себе все, что только можно, и, кажется, слегка сгорела на солнце, но зато проснулась с ясной головой и в хорошем настроении. Размяла ноющие мышцы, смазала плечи и голени кремом, пообедала, налила настойку в стакан и опять отправилась на веранду. Надо было все-таки забрать платок и сфотографировать следы когтей. Решила показать их Валентину, он-то точно должен узнать этого зверя, ну или знает, у кого спросить. Выходя из дверей со стаканом в одной руке и телефоном в другой, Катя неожиданно запнулась, не удержала равновесие и уронила свой напиток. Стакан уцелел, а вот содержимое растеклось огромным пятном, просачиваясь между досок и капая на землю. Катерина выругалась, подняла стакан, вернулась за тряпкой, но вытереть, конечно, ничего не смогла. «Само высохнет», – решила она и ушла в дом, забыв о своем первоначальном плане.
3
Вспомнила вновь о злополучном платке ближе к вечеру. Наконец постирала его, хотя спустя столько времени это и было бесполезной тратой времени. Желание запечатлеть следы когтей куда-то испарилось, не хотелось выставить себя перед Валентином пугливой городской дурочкой. Может эти отметины здесь с незапамятных времен, и этот единичный случай все село знает.